Апелляционное определение № 33-3-8399/2025 от 8 декабря 2025 г.

Судья р/с Степаненко Е.В. № 33-3-8399/2025

в суде 1-й инстанции № 2-4012/2025

УИД 26RS0001-01-2025-006604-98


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Ставрополь 9 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ставропольского краевого суда в составе:

председательствующего Шурловой Л.А.,

судей Савина А.Н., Загорской О.В.,

при секретаре судебного заседания Павловой Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ответчика ФИО1

на решение Промышленного районного суда города Ставрополя Ставропольского края от 8 сентября 2025 года

по исковому заявлению ООО ПКО «МинДолг» к ФИО1 ФИО7 о взыскании задолженности по договору займа,

заслушав доклад судьи Савина А.Н.,

установила:

ООО ПКО «МинДолг», ссылаясь на неисполнение ФИО1 обязательств по кредитному договору № № от 26 июня 2017 года, заключенному между ООО МФК «МинКредит» и ответчиком, обратилось в суд с иском о взыскании с ответчика задолженности по указанному договору, переданной истцу по договору уступки прав требований № № от 5 февраля 2019 года в размере 62 416 рублей 66 копеек, а также расходов по уплате государственной пошлины в размере 4 000 рублей, расходов по оплате услуг представителя в размере 5500 рублей, почтовых расходов в размере 96 рублей.

Обжалуемым решением Промышленного районного суда города Ставрополя Ставропольского края от 8 сентября 2025 года заявленные исковые требования ООО ПКО «МинДолг» - удовлетворены в полном объеме.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО1 указывает, что решение суда является незаконным, необоснованным и подлежащим отмене. Полагает, что судом первой инстанции неверно исчислен срок исковой давности. Кроме того, при рассмотрении дела ответчик в своем отзыве заявлял о явной несоразмерности неустойки со ссылками на положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. Однако в нарушение норм действующего законодательства, суд первой инстанции не рассмотрел заявление ответчика, каких-либо выводов о применении указанной нормы в судебном решении не отразил. Также считает, что взысканные расходы по оплате услуг представителя являются завышенными.

Возражений на апелляционную жалобу не поступило.

Стороны, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в апелляционном порядке, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, ходатайств об отложении судебного заседания в судебную коллегию не поступало, в связи с чем, в соответствии со статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ) дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в их отсутствии.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда по доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 26 июня 2017 года между ООО МФК "МинКредит" и ФИО1 был заключен договор займа № №, в соответствии с которым кредитор предоставил ответчику заем в размере 20 250 рублей под 298,981% годовых на срок до 12 декабря 2017 года.

Договор заключен посредством подписания ответчиком анкеты клиента и заявления о предоставлении потребительского займа аналогом собственноручной подписи, что являлось офертой, акцептом которой было перечисление Кредитором денежных средств в ООО СК «УралСиб Страхование» 250 рублей и 20 000 рублей на банковский счет, открытый для расчетов с использованием банковской карты, принадлежащий ответчику.

Банк свои обязательства выполнил надлежащим образом и в полном объеме, что стороной ответчика не оспаривалось.

Пунктом 6 Индивидуальных условий договора потребительского кредита предусмотрено, что заемщик производит платежи по возврату кредита и уплате процентов, в сумме 3 215 рублей, два раза в месяц в соответствии с графиком платежей.

Пунктом 12 Индивидуальных условий предусмотрено, что при возникновении просроченной задолженности заемщик уплачивает банку неустойку в размере 0,1% от суммы просроченной задолженности.

Ответчик ФИО1 принял на себя обязательства производить погашение кредита, уплачивать проценты за пользование заемными денежными средствами, а также обязательство в установленные договором сроки вернуть заемные денежные средства.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО1 не оспаривает факт подписания указанных документов при заключении кредитного договора.

Согласно статьям 432, 809, 810 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) кредитный договор считается заключенным с момента согласования сторонами его существенных условий в письменной форме.

Банк в соответствии со статьей 819 ГК РФ свои обязательства выполнил надлежащим образом и в полном объеме, предоставив заемщику кредитные денежные средства.

Суд установил и сторонами не оспаривалось, что ответчиком вышеуказанный кредитный договор и документы к нему подписаны добровольно и собственноручно, без оговорок, что является подтверждением осведомленности об условиях, изложенных в кредитном договоре, следовательно, в процессе его заключения ответчик выразил свое согласие со всеми условиями договора. Данные обстоятельства ответчиком ФИО1 в апелляционной жалобе также не оспариваются.

5 февраля 2019 года между ООО МФК "МигКредит" и ООО ПКО "МинДолг" был заключен договор уступки прав требования №№, по которому ООО МФК "МигКредит" уступил ООО ПКО "МинДолг" права (требования), возникшие из договора № № от 26 июня 2017 года, заключенного с ответчиком ФИО1

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 2 статьи 382 ГК РФ).

При этом в пункте 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что, разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Следовательно, действующее законодательство не исключает возможность передачи права требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, однако такая уступка допускается, если соответствующее условие предусмотрено договором между кредитной организацией и потребителем и было согласовано сторонами при его заключении.

Согласно пункту 13 договора ответчик ФИО1 предоставляет кредитору право уступать, передавать или иным образом отчуждать любые свои права (полностью или частично) по договору любому третьему лицу без согласия заёмщика.

Таким образом, подписав кредитный договор, заемщик ФИО1 предоставил банку право уступить полностью или частично свои права требования по договору третьему лицу, без согласия заемщика.

Доказательств, свидетельствующих о том, что ответчик возражал против заключения кредитного договора именно на таких условиях, в материалах дела не имеется, как не имеется и доказательств того, что заемщик в дальнейшем обращался с заявлением об изменении условий договора.

В соответствии со статьей 384 ГК РФ право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Согласно расчету истца, задолженность ответчика по кредитному договору № № от 26 июня 2017 года составляет 62 416рублей 66копеек, в том числе просроченный основной долг – 18 360рублей, просроченные проценты – 35 528 рублей 73 копейки, штраф (неустойка) 8527рублей 93 копейки.

Предоставленный истцом расчет задолженности, является арифметически верным, соответствует положениям согласованного сторонами договора и требованиям закона, а также согласуется с выпиской из лицевого счета Заемщика.

При этом стороной ответчика, в нарушение требований статьи 56ГПК РФ, не представлены доказательства или иной контррассчет задолженности, опровергающие сумму задолженности, подлежащую взысканию. Также отсутствуют доказательства того, что заемщик вносил платежи, которые не были учтены кредитором при определении размера задолженности.

Таким образом, исходя из совокупности доказательств, представленных сторонами, которым дана надлежащая оценка по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд установил, что Банк исполнил свои обязательства по вышеназванному кредитному договору и предоставил заемщику ФИО1 кредит в полном объеме, в свою очередь последний своих обязанностей по возврату заемных денежных средств и уплате процентов за их использование, принятых по данному договору, надлежащим образом не исполнил, в связи с чем образовалась задолженность, подлежащая взысканию.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции ответчиком было заявлено ходатайство о применении последствий пропуска срока исковой давности.

Пунктом 2 статьи 199 ГК РФ установлено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного Кодекса.

Статьей 200 ГК РФ установлено, что по общему правилу течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1).

По обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения (пункт 2).

Как разъяснено в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», по смыслу пункта 1 статьи 200 ГК РФ, течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу.

При исчислении сроков исковой давности по требованиям о взыскании просроченной задолженности по кредитному обязательству, предусматривающему исполнение в виде периодических платежей, суды применяют общий срок исковой давности (статья 196 ГК РФ), который подлежит исчислению отдельно по каждому платежу со дня, когда кредитор узнал или должен был узнать о нарушении своего права (пункт 3 Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22 мая 2013 года).

С учетом приведенных выше норм права и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, срок исковой давности предъявления кредитором требования о возврате заемных денежных средств, погашение которых в соответствии с условиями договора осуществляется периодическими платежами, исчисляется отдельно по каждому платежу с момента его просрочки.

Как следует из материалов дела, на основании заявления ООО «МинДолг» мировым судьей судебного участка № 10 Промышленного района города Ставрополя Ставропольского края был вынесен 6 августа 2020 года судебный приказ о взыскании с должника ФИО1 задолженности по кредитному договору № № от 26 июня 2017 года за период 24 августа 2017 года по 6 февраля 2019 года в размере 37462 рубля 93 копейки.

Указанный судебный приказ от 6 августа 2020 года мировым судьей отменен 11 апреля 2025 года, в связи с поступившими от должника возражениями относительно его исполнения.

С настоящим иском ООО ПКО «МинДолг» обратился в районный суд 1июля 2025 года, что подтверждается почтовым конвертом (л.д. 35).

В силу пункта 1 статьи 204 ГК РФ срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

Днем обращения в суд считается день, когда заявление сдано в организацию почтовой связи либо подано непосредственно в суд, в том числе путем заполнения в установленном порядке формы, размещенной на официальном сайте суда в сети "Интернет" (пункт 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Из материалов дела следует, что по вышеуказанному кредитному договору, заключенном ответчиком 26 июня 2017 года согласно графика платежей на срок по 12 декабря 2017 года, последний платеж был произведен ответчиком ФИО1 13 августа 2017 года с заявлением о вынесении судебного приказа истец обратился 6 августа 2020 года, то есть установленный трехлетний срок исковой давности, а поскольку со дня обращения истца к мировому судье с заявлением о выдаче судебного приказа (6 августа 2020 года) о взыскании задолженности в размере 37462 рубля 93 копейки, течение срока исковой давности приостановилось до момента отмены судебного приказа (11апреля 2025 года) и после его с настоящим иском ООО ПКО «МинДолг» обратилось 1 июля 2025 года, соответственно, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что срок исковой давности по требованию о взыскании вышеуказанной задолженности, с учетом периода судебной защиты, не пропущен.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции, руководствуясь вышеуказанными нормами материального права, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, исходил из того, что ответчиком договорные обязательства по возврату заемных денежных средств и уплате процентов за пользование кредитом не исполняются, что привело к образованию просроченной задолженности, ответчиком данные факты не оспаривались, в связи с чем признал вышеуказанные действия ответчика существенным нарушением условий договора и удовлетворил исковые требования, согласно представленного расчета.

Доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, были предметом рассмотрения суда первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка, не согласиться с которой у судебной коллегии оснований не имеется.

Судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции при разрешении данного спора надлежащим образом исследованы доказательства, представленные сторонами в обоснование своих требований и возражений. Выводы суда основаны на имеющихся в деле доказательствах. Оснований сомневаться в объективности оценки и исследования доказательств не имеется.

Довод апелляционной жалобы ответчика о том, что судом не применены положения статьи 333 ГК РФ, является несостоятельным.

В силу части 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Как разъяснено в пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ). При взыскании неустойки с иных лиц правила статьи 333 ГК РФ могут применяться не только по заявлению должника, но и по инициативе суда, если усматривается очевидная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства (пункт 1 статьи 333 ГК РФ). В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, свидетельствующие о такой несоразмерности (статья 56 ГПК РФ, статья 65 АПК РФ). При наличии в деле доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, суд уменьшает неустойку по правилам статьи 333 ГК РФ.

Бремя доказывания такой несоразмерности возложено законом на должника - ответчика по делу.

Учитывая, что размер подлежащей взысканию неустойки с учетом конкретных обстоятельств дела, периода просрочки неисполнения обязательства с 2017 года, соразмерен последствиям нарушенного обязательства, оснований для применения статьи 333 ГК РФ и уменьшения размера неустойки не имеется. При этом, вопреки доводам жалобы, с учетом всех обстоятельств дела сумма штрафных санкций (неустойки) соответствует балансу интересов сторон.

Также с доводами апелляционной жалобы ответчика о том, что сумма, взысканная судом в счет оплаты услуг представителя, не соответствует принципу разумности, судебная коллегия не согласна в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно статьей 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно статье 94 ГПК РФ, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии с частью 1 статьи 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Разумность пределов расходов на оплату услуг представителей является оценочной категорией и определяется судом, исходя из совокупности критериев: сложности дела и характера спора, соразмерности платы за оказанные услуги, временные и количественные факты (общая продолжительность рассмотрения дела, количество судебных заседаний, а также количество представленных доказательств) и других.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

При этом, в пункте 13 упомянутого Постановления особо отмечено, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности, могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Таким образом, указанный критерий разумности является оценочным и подлежит оценке именно судом при вынесении решения о взыскании судебных расходов.

Судом, указанным обстоятельствам была дана оценка и именно исходя из фактических обстоятельств дела и применяемого законодательства, суд определил к взысканию расходы по оплате услуг представителя в размере 5 500 рублей.

При этом, стороной ответчика в нарушении требований статьи 56 ГПК РФ суду первой и апелляционной инстанции не представлено соответствующих доказательств, свидетельствующих о чрезмерной завышенности взыскиваемой суммы судебных расходов и не соответствии ее принципам разумности и справедливости.

Также вопрос о взыскании с ответчика государственной пошлины разрешен судом в соответствии с положениями статей 98 и 103 ГПК РФ.

Каких-либо доводов в части размера судебных расходов по взысканной государственной пошли апелляционная жалоба не содержит.

В целом доводы апелляционной жалобы не содержат указаний на обстоятельства, которые не были бы проверены и/или не были бы учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции; в связи с чем они не могут служить основанием для отмены/изменения постановленного судебного решения, т.к. иная точка зрения на то, как должно было быть разрешено дело, не может являться поводом для отмены состоявшегося по настоящему делу решения.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Достаточных оснований для иных выводов заявителем не приведено.

Иные доводы апелляционной жалобы фактически сводятся к позиции, ранее занятой ответчиком при рассмотрении дела в суде первой инстанции, которым судом дана подробная мотивированная оценка, соответствующая материалам дела и нормам действующего законодательства, не согласиться с которой оснований судебная коллегия не усматривает.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы проверены судебной коллегией в полном объеме и отклоняются, поскольку не опровергают выводов решения суда и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства, не исследованные судом, они направлены на субъективное толкование норм законодательства и на переоценку выводов суда, что не является в силу статьи 330 ГПК РФ основанием для отмены решения суда в апелляционном порядке, в связи с чем, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Суд первой инстанции в полной мере исследовал доказательства, имеющиеся в материалах дела, и дал надлежащую оценку имеющимся доказательствам.

Выводы суда основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, правовая оценка которым дана судом по правилам статьи 67 ГПК РФ, и соответствует нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, доводы апелляционной жалобы, оспаривающие выводы суда по существу рассмотренного спора, направленные на иную оценку доказательств, не могут повлиять на содержание постановленного судом решения, правильность определения судом прав и обязанностей сторон в рамках спорных правоотношений, не свидетельствуют о наличии предусмотренных статьей 330 ГПК РФ оснований к отмене состоявшегося судебного решения.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 19декабря 2003 года №23 «О судебном решении» разъяснил, что решение должно быть законным и обоснованным (часть 1 статьи 195 ГПК РФ). Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Эти требования при вынесении решения судом первой инстанции соблюдены.

Апелляционная жалоба не содержит правовых оснований, предусмотренных статьей 330 ГПК РФ, к отмене постановленного судом решения.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328-329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Промышленного районного суда города Ставрополя Ставропольского края от 8 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 16 декабря 2025года.

Председательствующий:

Судьи: