Апелляционное определение № 33-1112/2026 33-11514/2025 от 26 января 2026 г.

Судья в суде 1-ой инстанции

Дело № 33-11514/2025

ФИО1

УИД 91RS0007-01-2025-001296-14


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

27.01.2026 года г. Симферополь

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым Республики Крым в составе:

председательствующего судьи - Крапко В.В.,

судей – Гоцкалюка В.Д., Подобедовой М.И.,

при секретаре Клименко А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании частную жалобу представителя ФИО2 на определение Белогорского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении производства по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 и администрации Зуйского сельского поселения Белогорского района Республики Крым (третьи лица: Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, администрация Белогорского района Республики Крым, Министерство имущественных и земельных отношений Республики Крым) о признании права собственности в порядке приобретательной давности,

у с т а н о в и л :

в июне 2025 года ФИО2, действуя через представителя, обратилась в суд с иском о признании права собственности на земельный участок, площадью 32 406 кв.м., с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>, в порядке приобретательной давности.

Определением Белогорского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ производство по гражданскому делу было прекращено, в связи со смертью ответчика ФИО3

Не согласившись с указанным определением суда, представитель истца подала частную жалобу, в которой ставится вопрос о его отмене.

Мотивы поданной жалобы сводятся к указанию на то, что судом первой инстанции, при разрешении процессуального вопроса, не было учтено наличие в составе лиц, участвующих в деле, иных соответчиков, поскольку фактически после смерти соответчика ФИО3 мог иметь место вопрос о выморочности спорного имущества, что свидетельствует о преждевременности выводов суда о необходимости прекращения производства по делу в целом (а не в его отдельной части).

Кроме прочего, апеллянт полагает, что суд первой инстанции не предпринял мер, необходимых для установления круга наследников имущества ФИО3, который являлся собственником земельного участка, являющегося предметом спора.

При изложенных обстоятельствах, истец полагает, что у суда правовые основания к прекращению производства по делу, в том числе и в связи со смертью ФИО3, отсутствовали.

В соответствии с частями 3, 4 статьи 333 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) частная жалоба на указанное определение суда первой инстанции рассматривается с извещением лиц, участвующих в деле.

Представитель истца в судебном заседании суда апелляционной инстанции поддержала доводы частной жалобы.

Иные участники процесса, извещенные надлежаще, свою явку не обеспечили.

Кроме того, в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 года №262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информация о времени и месте рассмотрения частной жалобы была заблаговременно размещена на Интернет-сайте Верховного Суда Республики Крым.

Заслушав судью-докладчика, исследовав материалы дела и обсудив доводы частной жалобы в пределах требований статьи 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Прекращая производство по настоящему гражданскому делу, суд первой инстанции исходил из того, что ответчик ФИО3, к которому и был предъявлен соответствующий иск, умер до его подачи.

Судебная коллегия полагает необходимым указать следующее.

Положения статьи 3 ГПК РФ, в развитие закрепленной в статье 46 Конституции Российской Федерации гарантии на судебную защиту прав и свобод человека и гражданина, предусматривают, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Тем самым в нормах гражданского процессуального законодательства, конкретизирующих положения статьи 46 Конституции Российской Федерации, находит свое отражение общее правило, согласно которому любому лицу судебная защита гарантируется исходя из предположения, что права и свободы, о защите которых просит лицо, ему принадлежат и были нарушены (либо существует реальная угроза их нарушения).

В соответствии со статьей 17 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также - ГК РФ) гражданская правоспособность, то есть способность иметь гражданские права и нести обязанности, возникает в момент рождения человека и прекращается с его смертью.

В силу части 1 статьи 44 ГПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства.

В силу абзаца 7 статьи 220 ГПК РФ, суд прекращает производство по делу после смерти гражданина, являвшегося одной из сторон по делу, спорное правоотношение не допускает правопреемство или ликвидация организации, являвшейся одной из сторон по делу, завершена.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 года №9 «О судебной практике по делам о наследовании», суд отказывает в принятии искового заявления, предъявленного к умершему гражданину, со ссылкой на пункт 1 части 1 статьи 134 ГПК РФ, поскольку нести ответственность за нарушение прав и законных интересов гражданина может только лицо, обладающее гражданской и гражданской процессуальной правоспособностью.

В случае, если гражданское дело по такому исковому заявлению было возбуждено, производство по делу подлежит прекращению в силу абзаца седьмого статьи 220 ГПК РФ с указанием на право истца на обращение с иском к принявшим наследство наследникам, а до принятия наследства - к исполнителю завещания или к наследственному имуществу (п. 3 ст. 1175 ГК РФ).

Из вышеприведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что предъявление заявления непосредственно к умершему гражданину не допускается в силу отсутствия у последнего гражданской процессуальной правоспособности, то есть в силу отсутствия самого субъекта спорного правоотношения.

Из материалов настоящего гражданского дела усматривается, что притязания ФИО2 о признании права собственности на земельный участок в порядке приобретательной давности были предъявлены к ФИО3 и администрации Зуйского сельского поселения Белогорского района Республики Крым.

Согласно сведений, поступивших на запрос суда первой инстанции, ответчик ФИО3 умер ДД.ММ.ГГГГ, то есть, до подачи настоящего иска в суд. Наследственное дело к имуществу умершего ответчика не заводилось (л.д. 81-82).

При этом, как следует из материалов дела, земельный участок, являющийся предметом спора, с кадастровым номером №, был поставлен на государственный кадастровый учет ДД.ММ.ГГГГ в порядке верификации архивных данных, централизованно, на основании государственного акта на право собственности на земельный участок КМ № от ДД.ММ.ГГГГ, выданного на имя ФИО3, в отношении земельного участка, площадью 3,2406 га, расположенного на территории Зуйского поселкового совета Белогорского района АР Крым (л.д. 66).

Кроме того, регистрирующий орган на запрос суда первой инстанции сообщил о том, что вышеуказанный государственный акт был зарегистрирован в книге записей регистрации государственных актов на право частной собственности на землю и на право постоянного пользования землей, договоров аренды земли ДД.ММ.ГГГГ за № (л.д. 67).

Между тем, сведения о зарегистрированных правах на земельный участок, являющийся предметом спора, в публичном реестре прав (ЕГРН) отсутствуют (л.д. 48-49).

При таких обстоятельствах, учитывая, что один из ответчиков (ФИО3) умер до подачи соответствующего иска в суд, производство по делу по иску к таковому правомерно подлежало прекращению судом по указанным им в обжалуемом определении основаниям (абзац 7 статьи 220 ГПК РФ).

При этом, судебная коллегия полагает, что вывод суда о необходимости прекращения производства по делу в целом (а не в его отдельной части) не соответствует требованиям действующего процессуального законодательства, поскольку притязания истца фактически были направлены на восстановление и защиту предполагаемых к нарушению имущественных прав именно путем фактической легализации сложившихся правоотношений по поводу давностного и добросовестного владения недвижимым имуществом – земельным участком.

Учитывая, что право собственности на земельный участок в установленном порядке ни за кем не зарегистрировано, при этом, в отношении того же объекта ранее был выдан государственный акт на право частной собственности, производство по делу подлежало прекращению только лишь в той части, в которой они заявлены к умершему до подачи иска ответчику (ФИО3).

В части же иска, заявленного к муниципалитету, прекращение производства по делу по основаниям, изложенным в абзаце 7 статьи 220 ГПК РФ, являлось незаконным, поскольку смерть одного из соответчиков, исходя из существа и характера заявленных требований, а также установленных обстоятельств, не препятствовала рассмотрению по существу судом первой инстанции притязаний ФИО2 в оставшейся части иска (заявленной к муниципалитету).

Согласно абзацам второму и третьему пункта 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2008 года №13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции» при окончании производства по делу без принятия судом решения по существу, в частности, при прекращении производства по делу, истец лишается права повторного обращения в суд с иском к тому же ответчику, о том же предмете и по тем же основаниям (статья 221 ГПК РФ).

Таким образом, прекращение производства по делу в настоящем случае может быть расценено как ограничение права на доступ к правосудию, поскольку исключает защиту прав истца в установленном порядке, с учетом последствий прекращения производства по делу, изложенных в статье 221 ГПК РФ.

С учетом изложенного, вывод суда первой инстанции о наличии оснований для прекращения производства по делу в части заявленного к администрации сельского поселения иска в силу абзаца 7 статьи 220 ГПК РФ, является немотивированным должным образом и не соответствующим закону.

В соответствии с частью 2 статьи 334 ГПК РФ суд апелляционной инстанции, рассмотрев частную жалобу, представление прокурора, вправе отменить определение суда полностью или в части и разрешить вопрос по существу.

Таким образом, определение суда подлежит отмене как постановленное с нарушением норм процессуального Закона, с направлением соответствующей части иска ФИО2 к администрации Зуйского сельского поселения Белогорского района Республики Крым о признании права собственности на земельный участок в порядке приобретательной давности для дальнейшего рассмотрения по существу в тот же суд.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым,–

о п р е д е л и л а:

определение Белогорского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ в части прекращения производства по иску к администрации Зуйского сельского поселения Белогорского района Республики Крым отменить.

Направить гражданское дело по иску ФИО2 к администрации Зуйского сельского поселения Белогорского района Республики Крым в Белогорский районный суд Республики Крым для дальнейшего рассмотрения.

Определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции кассационной жалобы в срок, не превышающий трех месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного постановления.

Председательствующий судья

Крапко В.В.

Судьи

Гоцкалюк В.Д.

Подобедова М.И.

апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 28.01.2026 года