Апелляционное определение № 33-892/2026 от 25 марта 2026 г.

Пред-щий в 1-й инстанции: ФИО1 № 2-7612/2025 № 33-892/2026 УИД 93RS0037-01-2025-012054-50


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 марта 2026 года город Донецк

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Донецкой Народной Республики в составе:

председательствующего судьи Могутовой Н.Г.,

судей Крыловой Ю.П., Храпина Ю.В.,

при секретаре Речкиной С.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным договор дарения квартиры,

по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Харцызского межрайонного суда Донецкой Народной Республики от 19 ноября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Могутовой Н.Г., изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, судебная коллегия

установила:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании недействительным договор дарения квартиры.

Исковые требования мотивированы тем, что у его сына ФИО4 в браке с ФИО3, родился сын, его внук, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

После прекращения семейных отношений брак межу ФИО4 и ФИО3 расторгнут по решению Харцызского межрайонного суда Донецкой Народной Республики.

Согласно свидетельству о праве на наследство по завещанию, удостоверенному 07 апреля 2011 года государственным нотариусом Шахтерской государственной нотариальной конторы по реестру №, зарегистрированному КП «Бюро технической инвентаризации г. Шахтерска» 17 июня 2011 года под №, ФИО2 на праве личной собственности принадлежала квартира, расположенная по адресу: <адрес>.

Поскольку между сыном истца ФИО4 и ответчиком ФИО3, прекратились семейные отношения, они обсуждали вопрос о заключении соглашения об уплате алиментов путем передачи права собственности на квартиру (далее – соглашение).

В связи с чем истец ФИО2 обратился к нотариусу, который разъяснил о возможности заключения договора дарения принадлежащей ему квартиры для заключения соглашения между ФИО4 и ФИО3

24 июня 2025 года между ФИО2 и ответчиком ФИО3, действовавшей в интересах несовершеннолетнего внука ФИО5, был заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес> удостоверенный нотариусом Шахтерского нотариального округа Донецкой Народной Республики и зарегистрированный в реестре под №.

По договору дарения квартира перешла в собственность внука ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

В силу своей юридической неграмотности, заблуждения, истец полагал, что его сын, ФИО4, передал право собственности на квартиру, а не истец ФИО2, и что произошла уплата алиментов на содержание внука.

В дальнейшем истцу стало известно, что для решения вопроса об уплате алиментов ему надо было подарить сыну квартиру, после этого сын должен был заключить соглашение с ответчиком ФИО3 Таким образом, в силу своего заблуждения совершил ошибку заключив договор дарения квартиры.

В связи с тем, что при заключении договора дарения истец не являлся плательщиком алиментов и после его заключения произошло существенное изменение обстоятельств, указанный договор дарения не может быть признан законным.

ФИО2 просил суд признать договор дарения квартиры от 24 июня 2025 года, заключенный между ФИО2 и ФИО3, действующей как законный представитель несовершеннолетнего ФИО5, недействительным.

Применить последствия недействительности договора дарения квартиры от 24 июня 2025 года, восстановив за ФИО2 право собственности на квартиру, состоящую из одной жилой комнаты общей площадью 28,7 кв.м., кадастровый №, расположенной по адресу: Российская Федерация, Донецкая Народная Республика, Шахтерский муниципальный округ, <адрес>.

Решением Харцызского межрайонного суда Донецкой Народной Республики от 19 ноября 2025 года в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора – ФИО4, Управление Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии Российской Федерации по Донецкой Народной Республике, о признании недействительным договор дарения квартиры, отказано.

Не согласившись с решением суда, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять новое решение, которым удовлетворить исковые требования. Решение суда первой инстанции считает незаконным, принятым с нарушением норм материального и процессуального права. Считает, что из-за допущенной им ошибки спорная квартира по договору дарения перешла в собственность несовершеннолетнего ФИО5, и не может быть учтена при заключении соглашения об уплате алиментов путем передачи права собственности на квартиру.

Истец, ответчик в судебное заседание судебной коллегии не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом в соответствии с требованиями ст. 117 ГПК Российской Федерации путем судебного извещения.

Истец, ответчик об отложении рассмотрения дела ходатайство в апелляционную инстанцию не представили, о причинах неявки суду не сообщили.

При указанных обстоятельствах, учитывая положения ст. 167 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия рассмотрела дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе (ч. 1 ст. 327.1 ГПК Российской Федерации), судебная коллегия считает, что оснований для отмены вынесенного судебного постановления не имеется по следующим основаниям.

По делу судом первой инстанции установлено и подтверждено материалами дела следующее.

Согласно свидетельству о праве на наследство по завещанию от 07 апреля 2011 года, ФИО2 принадлежала квартира, расположенная по адресу: <адрес>.

24 июня 2025 года заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

Согласно договору дарения, даритель ФИО2 подарил принадлежащую ему на праве собственности однокомнатную квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, одаряемому законному представителю несовершеннолетнего ФИО5, ФИО3, что подтверждается копией договора дарения, а также иными документами по сделке договора дарения.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО2, исходил из того, что по форме и содержанию оспариваемый договор дарения отвечает требованиям ст. ст. 432 - 434, 574 ГК Российской Федерации. Указанный договор ФИО2 собственноручно подписал, что подтверждается его подписью в самом договоре, был ознакомлен с его условиями. Из условий договора следует, что стороны добровольно и осознанно заключают настоящий договор. Обстоятельства, вынуждающие заключить договор на невыгодных условиях, отсутствуют. Сторонам известно, что договор может быть признан недействительным, если он заключен под влиянием заблуждения (ст. 178 ГК Российской Федерации), обмана, насилия, угрозы, стечения тяжелы обстоятельств не крайне невыгодных условиях (ст. 179 ГК Российской Федерации), или совершен без намерения создать соответствующие правовые последствия либо с целью прикрыть другую сделку (ст. 170 ГК Российской Федерации).

Даритель ФИО2 исполнил условия договора, подал заявление в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Донецкой Народной Республике, через органы МФЦ, на регистрацию договора дарения. Таким образом, договор дарения прошел соответствующую государственную регистрацию в Управлении Росреестра, о чем свидетельствует информационное письмо Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Донецкой Народной Республике от 23 октября 2025 года.

ФИО2, будучи собственником объекта недвижимого имущества, распорядился принадлежащим ему имуществом по собственному усмотрению, что не противоречит закону, при этом доказательств, свидетельствующих о том, что на момент совершения сделки даритель не был способен понимать значения своих действий или руководить ими, что сделка совершена под влиянием заблуждения, обмана, насилия, угроз, истцом не предоставлено.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.

Согласно ч. ч. 3, 4 ст. 1 ГК Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с ч. 1 ст. 9 ГК Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Согласно ст. 153 ГК Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со ст. 166 ГК Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В соответствии со ст. 572 ГК Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Как следует из существа правоотношений, возникающих по поводу дарения недвижимости (ст. ст. 572 - 581 ГК Российской Федерации), правовой целью вступления одаряемого в правоотношения, складывающиеся по договору дарения, является принятие дара с оформлением титульного владения, поскольку наступающий вследствие исполнения дарителем такой сделки правовой результат (возникновение титульного владения) влечет для одаряемого возникновение имущественных прав и обязанностей. В свою очередь, даритель заинтересован в безвозмездной передаче имущества без законного ожидания встречного имущественного предоставления от одаряемого (правовая цель).

Положениями пункта 1 статьи 179 ГК Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

В соответствии с п. 2 ст. 179 ГК Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Аналогичные разъяснения содержатся в пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в котором также указано, что сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании (абзацы третий и пятый).

Таким образом, из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что договор дарения может быть признан недействительным при наличии умысла стороны договора на обман.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Обязанность доказывания обстоятельств, изложенных в ст. ст. 177, 178, 179 ГК РФ, лежит на лице, обратившемся за защитой нарушенного права.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что истцом доказательств того, что в момент подписания договора он находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, не представлено.

Также истцом не представлены доказательств того, что при подписании договора дарения он заблуждался относительно природы сделки, а именно: относительно совокупности свойств сделки, характеризующих ее сущность, а также доказательств отсутствия его воли на совершение сделки дарения квартиры либо того, что воля сформировалась под влиянием факторов, нарушающих нормальный процесс такого формирования.

Кроме того, истцом не представлено доказательств, что сделка совершена под влиянием обмана, насилия, угрозы, вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка).

В судебном заседании суда первой инстанции третье лицо по делу ФИО4 пояснил, что в момент заключения договора дарения его отец ФИО2 действовал добровольно.

Судебная коллегия полагает, что суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для признания спорного договора дарения недействительным, поскольку ФИО2 распорядился принадлежащим ему имуществом по собственному усмотрению, что не противоречит закону, при этом доказательств, свидетельствующих о том, что на момент совершения сделки даритель не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, истцом не предоставлено, как и не представлено доказательств того, что сделка совершена под влиянием заблуждения, обмана, насилия, угроз.

Судом первой инстанции было учтено, что договор дарения подписан сторонами и зарегистрирован в установленном законом порядке, в целях проведения сделки по дарению спорной квартиры ФИО2 самостоятельно посещал нотариуса, имел намерение подарить спорное жилое помещение ввиду наличия между ними ранних договоренностей относительно распределения между родственниками имеющегося у семьи имущества, в связи с чем оснований для признания его недействительным не имеется.

Действия дарителя, сопряженные с отчуждением объекта недвижимости, а именно: подписание договора дарения, обращение в регистрационный орган, подписание заявления и передача документов на государственную регистрацию, оплата государственной пошлины за совершение регистрационных действий - исключают наличие заблуждения в отношении существа сделки; договор дарения и переход права собственности зарегистрированы в установленном законом порядке на основании заявлений сторон договора.

Доводы, которые могли бы повлечь отмену оспариваемого судебного акта, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм материального или процессуального права, указанных в статье 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении настоящего спора судом допущено не было, в связи с чем оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции в соответствии с положениями статьи 328 ГПК Российской Федерации по доводам жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 327, 327.1, 329, пунктом 1 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Харцызского межрайонного суда Донецкой Народной Республики от 19 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия. Апелляционное определение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения, путем подачи кассационной жалобы (представления) через суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10.04.2026 г.