Решение № 12-4/2026 12-49/2025 от 24 февраля 2026 г. по делу № 12-4/2026

Дело № (12-49/2025)

(в суде первой инстанции дело №)


РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

25 февраля 2026 года г.Горно-Алтайск

Судья Верховного Суда Республики Алтай Панин А.А., рассмотрев жалобу ФИО2 на постановление судьи Шебалинского районного суда Республики Алтай от <дата>, вынесенное в отношении заявителя по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст.20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ),

установил:

постановлением судьи Шебалинского районного суда Республики Алтай от 20 ноября 2025 года ФИО2 признан виновным в административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст.20.2 КоАП РФ, с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 23000 рублей.

ФИО2 обратился в Верховный Суд Республики Алтай с жалобой, в которой просит отменить постановление судьи, полагая его незаконно вынесенным в отсутствие заявителя, с нарушением права на защиту, без выяснения причини неявки привлекаемого лица. Также указывает на допущенные судьёй процессуальные нарушения в виде извещения заявителя о судебном заседании в день его проведения, неознакомления привлекаемого лица с материалами дела, невручения ему документов. При этом полагает, что при вынесении постановления судьёй не были установлены фактические обстоятельства дела, так как он не являлся организатором публичного мероприятия.

22 января и 05 февраля 2026 года судебные заседание по рассмотрению жалобы ФИО2 были отложены по его ходатайствам в связи с получением им травмы. 24 февраля 2026 года заседание было отложено на 12 часов 25 февраля 2025 года для выяснения состояния ФИО2 и его способности участвовать в рассмотрении жалобы.

В судебном заседании 25 февраля 2026 года ФИО2 и его защитник ФИО3 поддержали доводы жалобы, иные участники в суд не явились и ходатайств об отложении заседания не представили.

Выслушав ФИО2 и его защитника, проверив материалы дела и изучив доводы жалобы, прихожу к следующим выводам.

В соответствии со ст.24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях является всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствующих совершению административных правонарушений.

Согласно ст.26.1 КоАП РФ при разбирательстве по делу об административном правонарушении выяснению подлежат наличие события административного правонарушения, виновность лица в его совершении и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Согласно ч.2 ст.20.2 КоАП РФ организация либо проведение публичного мероприятия без подачи в установленном порядке уведомления о проведении публичного мероприятия, за исключением случаев, предусмотренных ч.7 настоящей статьи (когда публичное мероприятие проведено в непосредственной близости от территории ядерной установки, радиационного источника или пункта хранения ядерных материалов и радиоактивных веществ с установленными законом последствиями), – влечет для граждан наложение административного штрафа в размере от двадцати тысяч до тридцати тысяч рублей, или обязательные работы на срок до пятидесяти часов, или административный арест на срок до десяти суток.

Частью 4 ст.29.6 КоАП РФ предусмотрено, что дело об административном правонарушении, совершение которого влечет административный арест, рассматривается в день получения протокола об административном правонарушении и других материалов дела.

Порядок обеспечения реализации установленного Конституцией Российской Федерации права граждан собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирования регламентирован Федеральным законом от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» (далее – Закон о публичных мероприятиях, Федеральный закон №54-ФЗ).

В силу п.1 ст.2 Федерального закона №54-ФЗ публичным мероприятием признается открытая, мирная, доступная каждому, проводимая в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акция, осуществляемая по инициативе граждан Российской Федерации, политических партий, других общественных и религиозных объединений, целью которой является свободное выражение и формирование мнений, выдвижение требований по различным вопросам политической, экономической, социальной и культурной жизни страны и вопросам внешней политики или информирование о своей деятельности при встрече депутата с избирателями.

Согласно указанной статье митинг – массовое присутствие граждан в определенном месте для публичного выражения общественного мнения по поводу актуальных проблем преимущественно общественно-политического характера (п.3).

Статьей 3 Закона о публичных мероприятиях установлено, что проведение публичного мероприятия основывается на принципах законности – соблюдении положений Конституции Российской Федерации, названного закона, иных законодательных актов Российской Федерации; а также добровольности участия в публичном мероприятии.

В рамках организации публичного мероприятия Федеральным законом №54-ФЗ предусмотрен ряд процедур, направленных на обеспечение мирного и безопасного характера публичного мероприятия, согласующегося с правами и интересами лиц, не принимающих в нем участия, и позволяющих избежать возможных нарушений общественного порядка и безопасности.

К таким процедурам относится уведомление о проведении публичного мероприятия – документ, посредством которого органу исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органу местного самоуправления в порядке, установленном Законом №54-ФЗ, сообщается информация о проведении публичного мероприятия в целях обеспечения при его проведении безопасности и правопорядка (п.7 ст.2). Порядок, содержание и сроки уведомления о проведении публичного мероприятия установлены ст.7 Закона №54-ФЗ.

Участниками публичного мероприятия признаются граждане, члены политических партий, члены и участники других общественных объединений и религиозных объединений, добровольно участвующие в нем (ч.1 ст.6 Закона №54-ФЗ). К организации публичного мероприятия закон, в числе прочего, относит действия, не противоречащие законодательству Российской Федерации, совершаемые в целях подготовки и проведения публичного мероприятия (п.4 ст.4 Закона №54-ФЗ).

Закон №54-ФЗ в целях обеспечения мирного, доступного и безопасного характера публичных мероприятий, проводимых в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования, закрепляет права и обязанности организатора публичного мероприятия (ст.ст.5, 7, 9, 11), участников публичного мероприятия (ст.6), а также органов публичной власти и их должностных лиц (ст.ст.12-17). Данным положениям корреспондируют положения КоАП РФ, которыми предусмотрена административная ответственность за нарушение законодательства о собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях, в том числе ответственность за организацию либо проведение несанкционированного публичного мероприятия. При этом в силу общих положений КоАП РФ (ч.1 ст.2.1) ответственность может наступать только в случае совершения лицом противоправных, виновных действий (бездействия).

Согласно п.30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №28 от 26 июня 2018 года «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел и дел об административных правонарушениях, связанных с применением законодательства о публичных мероприятиях», объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.20.2 КоАП РФ, образует организация либо проведение публичного мероприятия без подачи в установленном порядке уведомления о его проведении (за исключением случаев проведения публичного мероприятия, уведомление о проведении которого не требуется). При этом исходя из содержания п.3 ч.4 и ч.5 ст.5 Закона о публичных мероприятиях под подачей уведомления в установленном порядке следует понимать в том числе определение места, времени, условий проведения публичного мероприятия в результате согласительных процедур.

Из материалов дела следует, что <дата> в период с 11 часов 28 минут до 14 часов 30 минут в нарушение требований п.2.1 ч.4 ст.5 и ст.7 Закона о публичных мероприятиях у здания по <адрес> Республики Алтай ФИО2 выступил организатором и провёл несогласованное с органами местного самоуправления либо органами исполнительной власти Республики Алтай публичное мероприятие в форме митинга с количеством участников не менее 200 человек, сопровождавшееся выражением мнений по значимым общественно-политическим вопросам, чем совершил административное правонарушение, предусмотренное ч.2 ст.20.2 КоАП РФ.

Фактические обстоятельства дела подтверждаются протоколом об административном правонарушении, материалами проверки по сообщению о происшествии №, рапортами начальника ОМВД России по <адрес>, инспектора ГОПАЗ ООООП МВД по Республике Алтай, письменными объяснениями свидетелей ФИО5, ФИО8, ФИО4, ФИО6, ФИО9, видеозаписями митинга. При этом все опрошенные лица и сотрудники полиции сходятся во мнении, что общее число собравшихся на митинге составило 200-300 человек.

В протоколе об административном правонарушении ФИО2 указал, что его пригласили провести встречу с избирателями депутаты ФИО11, которым он затем передал обобщенные наказы избирателей, адресованные им, а также депутату ФИО24. При обобщении наказов он не выходил за рамки информации, полученной во время встречи (л.д.1-3).

Из письменных объяснений ФИО2 от <дата> следует, что к нему обратились жители <адрес> с просьбой <дата> провести встречу с избирателями депутатов ФИО12, ФИО22, на что он дал согласие, предварительно обговорив это с названными депутатами. Действий по организации данного мероприятия не совершал, <дата> примерно в 10 часов 30 минут прибыл к месту встречи с депутатами, которое уже было оборудовано (установлены флаги, знамя, звуковые колонки, микрофон и т.д.), и сотрудники полиции осуществляли охрану общественного порядка. Он открыл данное мероприятие своим вступительным словом около 11 часов 30 минут, на его протяжении пытался сгруппировать выступающих по районам, давая слово их представителям. В конце встречи около 13-14 часов озвучил перед собравшимися вопросы и наказы к депутатам, которые были приняты единогласно. Более точную информацию можно получить у депутатов, которые являются организаторами вышеуказанного мероприятия (л.д.32).

В судебном заседании ФИО2 также настаивал, что являлся лишь ведущим («конферансье») встречи депутатов с избирателями, никакого отношения к её организации не имеет, упорядочивал ход встречи, следил за соблюдением общественного порядка, собирал и записывал вопросы, мнения и наказы выступавших, обобщил их и провёл по ним голосование в завершение встречи. При этом был уверен, что проведение данного публичного мероприятия согласовано с администрацией <адрес> в силу статуса организовавших его депутатов районного Совета и Государственного Собрания – Эл Курултай Республики Алтай, а также непосредственного участия первого заместителя Главы администрации <адрес> ФИО5, дважды выступавшего перед собравшимися.

Часть 3 ст.7 Закона о публичных мероприятиях требует, чтобы в уведомлении о проведении публичного мероприятия указывались, в числе прочего, цель публичного мероприятия, его форма, место проведения, дата, время начала и окончания, предполагаемое количество участников, формы и методы обеспечения организатором общественного порядка, организации медицинской помощи и санитарного обслуживания, намерение использовать звукоусиливающие технические средства, фамилии, имена и отчества организаторов, сведения о месте их жительства или пребывания либо о месте нахождения и номере телефона.

При этом уведомление, направленное в администрацию МО «<адрес>» Республики Алтай за подписью депутатов ФИО13 <дата> из перечисленного содержит только сведения о цели, форме, месте проведения, дате и времени начала, фамилиях, именах и отчествах организаторов (л.д.20). Соответственно, нет сведений о времени окончания мероприятия, предполагаемом количестве участников, формах и методах обеспечения организаторами общественного порядка, организации медицинской помощи и санитарного обслуживания, намерении использовать звукоусиливающие технические средства, сведений о месте жительства, пребывания или нахождения организаторов и номерах их телефонов. Кроме того, из данного документа следует, что организаторы – депутаты уведомляют администрацию МО «<адрес>» Республики Алтай о проведении <дата> в 11 часов 00 минут в районе <адрес> в <адрес> встречи депутатов с избирателями в целях информирования последних о своей деятельности.

Закономерным является ответ главы администрации МО «<адрес>» от <дата>, в котором она просит привести уведомление в соответствие с требованиями ст.7 Закона о публичных мероприятиях и обращает внимание, что в соответствии с ч.5 ст.5 данного Закона организатор не вправе проводить публичное мероприятие без согласования с соответствующей администрацией (л.д.21).

Сведений об устранении недостатков уведомления о проведении публичного мероприятия со стороны его организаторов материалы дела не содержат, также они не были представлены суду при рассмотрении дела и жалобы. ФИО23 в письменных объяснениях прямо указывает, что, получив ответ главы администрации МО «<адрес>» от <дата>, он написал заявление в прокуратуру, откуда уже на следующий день ему поступил ответ, из которого он понял, «что администрация <адрес> препятствует законным действиям депутата Республики Алтай» (л.д.29-31).

Также по делу был опрошен первый заместитель главы администрации <адрес> ФИО5, который обратился в полицию с сообщением о проведении данного несанкционированного митинга (л.д.4, 16). Управляющая делами администрации <адрес> ФИО6 в письменных объяснениях указала о том, что после получения «уведомления» вручила ФИО14 и ФИО15 предостережение, поскольку районная администрация на основании ст.7 Закона о публичных мероприятиях отказала им в проведении встречи с депутатами, а за дополнительным согласованием никто не обращался (л.д.19).

Таким образом, рассматриваемое публичное мероприятие, отвечающее всем признакам митинга, в нарушение положений ст.7 Закона №54-ФЗ фактически было проведено без подачи в установленном порядке уведомления и определения места, времени, условий его проведения в результате согласительных процедур, а ответ прокуратуры на заявление ФИО21, независимо от его содержания, не подменяет собой предусмотренных законом процедур согласования публичного мероприятия.

В судебном заседании свидетель ФИО7 пояснил, что совместно с депутатами ФИО9 и ФИО8 подал уведомление о проведении встречи с избирателями, которая была согласована с администрацией МО «<адрес>» и проведена <дата> у здания по <адрес>. Кто именно пригласил ФИО2, сказать не может, но это было общим решением.

При этом, будучи опрошенным на досудебной стадии производства по делу, данный свидетель также указывал, что ему неизвестно, кто пригласил ФИО2. В целом свидетели ФИО7, ФИО8 и ФИО9 дали сходные досудебные объяснения об этом, называя проведенное мероприятие согласованной встречей с депутатами. Указанное противоречие не нахожу существенным, поскольку при производстве по делу добыты доказательства фактического присутствия ФИО2 на публичном мероприятии и его роли в организации и проведении митинга.

Так, из видеозаписей митинга и составленных по ним рапортов (л.д.8-13, 36-43) следует, что ФИО2 открыл мероприятие с микрофоном в руках и сразу довёл до сведения собравшихся, что организовать митинг в <адрес> не представилось возможным, поэтому он будет проведен здесь под видом публичного мероприятия, проводимого депутатом законодательного (представительного) органа государственной власти, депутатом представительного органа муниципального образования в целях информирования избирателей о своей деятельности при встрече с избирателями.

На временной отметке «2:17» видеофайла IMG_№ ФИО2 относит себя к организаторам данного публичного мероприятия, указывая: «Мы сами, организаторы вот этой встречи, всё это дело будем через видео, ФИО1 социальные сети доводить до всего населения Республики Алтай…»

На временной отметке «4:40» этого же видеофайла ФИО2 заявляет: «Сегодня мы собрались по теме одной: по защите двухуровневой системы власти…», – и далее на временной отметке «5:35», – «Через ФИО18 свой наказ в обобщенном виде мы ему представим, чтобы он это дело озвучил… Поэтому говорим только об этом, никаких провокационных слов у нас не должно быть…»

Далее в видеофайле IMG_№ депутат ФИО19 еще раз конкретизирует тему встречи и заявляет о том, что уходит в свой автомобиль для оформления обращений, куда приглашает желающих собравшихся.

В видеофайле IMG_№ ФИО2 останавливает собравшихся, отклоняющихся от обозначенной им темы: «Давайте, товарищи, это бесконечно будет, напишите все свои вопросы, заявления и наказы и представьте в письменном виде, в таком виде вы гарантированно получите ответ на свой вопрос…»

В дальнейшем, очевидно выполняя роль ведущего мероприятия, ФИО2 неоднократно возвращает собравшихся к теме организации системы местного самоуправления, когда обсуждение уходит от неё.

В видеофайле IMG_№ ФИО2 приглашает выступить заместителя главы <адрес> Республики Алтай ФИО5, указывая, что он ответит на вопросы и озвучит намерения администрации района по заданной теме: «Ждём честных ответов…»

В видеофайле IMG_5570.MOV ФИО2 в завершение мероприятия говорит: «Прошу принять нашу коллективную резолюцию…, что успел записать, будьте внимательны…»

«Резолюция» дословно приводится в рапорте, она содержит 12 пунктов, касающихся сохранения двухуровневой системы организации местного самоуправления и одобрения собравшимися такой позиции среди депутатов. Данная «резолюция», форма и условия проведения мероприятия не позволяют квалифицировать последнее как «публичное мероприятие, проводимое депутатом законодательного (представительного) органа государственной власти, депутатом представительного органа муниципального образования в целях информирования избирателей о своей деятельности при встрече с избирателями».

Таким образом, осведомлённость ФИО2 об отсутствии согласования с местной администрацией встречи депутатов с избирателями может вызывать сомнения, но не вызывает никаких сомнений, что ФИО2 является организатором рассматриваемого публичного мероприятия, проведение которого, осуществлённое при его непосредственном, явном и значимом участии, было задумано и организовано с нарушением условий проведения публичного мероприятия в результате согласительных процедур. Вместо проведения указанной в несогласованном уведомлении встречи депутатов ФИО20 с избирателями в целях информирования избирателей о своей деятельности был запланирован и проведён митинг в поддержку сохранения двухуровневой системы организации местного самоуправления, о чем ФИО2 прямо заявил во вступительной речи, открыто причислив себя к числу организаторов данного митинга. На протяжении митинга ФИО2 являлся его ведущим, поддерживал общее руководство собравшимися, предоставлял слово для выступлений, пресекал отклонение собравшихся от обозначенной им темы сохранения двухуровневой системы организации местного самоуправления, оформлял «резолюцию». При этом в судебном заседании и при проведении митинга, как следует из видеозаписей, ФИО2 демонстрировал знание законодательства о публичных мероприятиях, что также может служить одним из подтверждений обстоятельств его деяния и прямого умысла на его совершение.

Таким образом, из исследованных доказательств следует, что ФИО2 умышленно выступил организатором и провел вышеуказанное несанкционированное публичное мероприятие, будучи осведомленным о том, что уведомление о его проведении подавалось с ложным указанием его целей и формы, когда вместо заявленной встречи депутатов с избирателями фактически им был проведён митинг в поддержку сохранения двухуровневой системы организации местного самоуправления, о чем он лично заявил собравшимся. В отсутствие иных данных нахожу доказанным, что ФИО2 совершил действия в целях подготовки и проведения публичного мероприятия (п.4 ст.4 Закона №54-ФЗ), то есть выступил его организатором, что выразилось в осуществлённом лично им и не иначе как запланированном изменении формы и целей мероприятия вопреки ранее декларированным, а также в непосредственном проведении данного мероприятия в обновлённом виде.

Доводы защиты о невиновности ФИО2 в организации и проведении массового публичного мероприятия, о нарушении его прав при рассмотрении дела об административном правонарушении в районном суде своего подтверждения не нашли.

Доводы жалобы о нарушении процессуальных прав заявителя, не ознакомлении с материалами дела, не разъяснении процессуальных прав, также нельзя признать обоснованными. Как усматривается из материалов дела, при составлении протокола об административном правонарушении ФИО2 были разъяснены процессуальные права, предусмотренные ст.25.1 КоАП РФ, ст.51 Конституции РФ, которыми он активно пользовался, заявив о своей невиновности и записав собственноручные дополнения к протоколу. Ходатайств об ознакомлении с делом в его материалах не содержится, в том числе в вышеуказанном дополнении ФИО2 к протоколу. Протокол составлен уполномоченным должностным лицом, соответствует требованиям ст.28.2 КоАП РФ, необходимые для правильного разрешения дела обстоятельства в нем отражены, а потому он является допустимым доказательством по делу.

О времени и месте рассмотрения протокола об административном правонарушении ФИО2 был извещен телефонограммой (л.д.53), чего не отрицал при рассмотрении его жалобы. На извещение секретаря судебного заседания сообщил, что подъезжает к Усть-Коксинскому району и не намерен участвовать в судебном заседании, отметил, что его в 12 часов 07 минут извещают о заседании, которое состоится в 16 часов 30 минут (за 4 часа 23 минуты до заседания). При этом ходатайства об отложении заседания ФИО2 не заявил. Защита в судебном заседании подтвердила время извещения, представив также детализацию телефонных соединений ФИО2 со временем звонка из Шебалинского районного суда.

Общедоступные источники сообщают, что между сёлами Усть-Кокса и Шебалино расстояние составляет не более 275-279 км, а между сёлами Шебалино и Сугаш (за которым начинается Усть-Коксинский район) – 201-207 км в зависимости от выбора маршрута.

При этом из текста телефонограммы можно заключить, что ФИО2 не против проведения заседания в указанный день, не завил о его отложении, при этом положительно оценивает извещение в указанное время с точки зрения возможности дальнейшего обжалования судебного постановления. Кроме того, рассмотрение дела в отсутствие ФИО2 в установленный ч.4 ст.29.6 КоАП РФ срок исключало рассмотрение судьёй районного суда вопроса о назначении ему наиболее сурового наказания в виде административного ареста. Таким образом, вопреки доводам жалобы, ФИО2 не был лишен возможности принять участие в судебном заседании, и распорядился своим правом на защиту по своему усмотрению.

Должностным лицом и судьёй районного суда при описании деяния ФИО2 указан период его совершения с 14 часов 15 минут до 14 часов 30 минут 05 октября 2025 года. При этом общая продолжительность записей митинга составляет не менее 1 часа 26 минут, его начало опрошенные лица относят к 11:00-11:30 часам (в несогласованном уведомлении о проведении данного мероприятия время начала указано «11 часов 00 минут»), а в рапортах сотрудников полиции общее время проведения митинга обозначено с 11 часов 28 минут до 14 часов 30 минут. При таких обстоятельствах, с учетом затрат времени, связанных с прибытием собравшихся к месту проведения митинга и их отбытием по его окончании, в отсутствие иных точных сведений, нахожу доказанным, что мероприятие проводилось в период с 11 часов 28 минут до 14 часов 30 минут 05 октября 2025 года.

Вопреки доводам защиты, неверное установление должностным лицом и судьёй районного суда времени совершения административного правонарушения, не влечет недопустимости протокола об административном правонарушении, а равно отмены оспариваемого постановления.

Кроме того, в протоколе по делу об административном правонарушении и обжалуемом постановлении участие ФИО2 в организации несанкционированного публичного мероприятия отражено лишь при квалификации его деяния, что подлежит уточнению, поскольку подтверждается вышеуказанными доказательствами по делу.

В силу требований ч.3 ст.30.6 КоАП РФ, проверяя дело в полном объеме, в том числе правильность установленных юридически значимых обстоятельств, указанных в ст.26.1 названного Кодекса, считаю возможным уточнить время совершения административного правонарушения как период с 11 часов 28 минут до 14 часов 30 минут 05 октября 2025 года, а также дополнить постановление указанием на то, что ФИО2 выступил организатором рассматриваемого публичного мероприятия, поскольку эти обстоятельства подтверждается объяснениями опрошенных лиц, видеоматериалами и иными доказательствами, и не противоречат иным данным, указанным в протоколе, а защите были предоставлены все процессуальные возможности для оспаривания данного обстоятельства.

Выводы судьи районного суда о наличии в деянии ФИО2 состава административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.20.2 КоАП РФ, и вины ФИО2 в его совершении соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам.

В соответствии с требованиями ст.24.1 КоАП РФ при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства его совершения, предусмотренные ст.26.1 данного Кодекса.

Действия ФИО2 квалифицированы по ч.2 ст.20.2 КоАП РФ в соответствии с установленными обстоятельствами, нормами названного Кодекса и подлежащего применению законодательства.

Административное наказание назначено в пределах санкции ч.2 ст.20.2 КоАП РФ, с учетом характера совершенного административного правонарушения, личности виновного, его имущественного положения и обстоятельства, отягчающего административную ответственность (л.д.34, п.16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 года №5), и не является наиболее строгим как по виду, так и по размеру (сроку).

Порядок и срок давности привлечения к административной ответственности соблюдены.

Нарушений норм процессуального закона в ходе производства по делу не допущено, нормы материального права применены правильно.

Какие-либо основания к отмене или изменению обжалуемого судебного постановления отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь ст.30.7 КоАП РФ, судья

решил:

постановление судьи Шебалинского районного суда Республики Алтай от 20 ноября 2025 года, вынесенное в отношении ФИО2 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст.20.2 КоАП РФ, изменить:

- уточнить, что данное правонарушение ФИО2 совершено в период с 11 часов 28 минут до 14 часов 30 минут <дата>;

- дополнить описание деяния ФИО2 указанием на то, что он выступил также организатором несанкционированного публичного мероприятия в форме митинга.

В остальной части обжалуемое постановление оставить без изменения, а жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Решение вступает в силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном гл.30 КоАП РФ.

Судья А.А. Панин