Апелляционное определение № 33-7495/2025 33-95/2026 от 13 января 2026 г.

Председательствующий: Савченко С.Х. Дело № 33-95/2026 (33-7495/2025)

2-1853/2025

55RS0006-01-2025-002364-91


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Омск 14 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда в составе:

председательствующего Сковрон Н.Л.,

судей Калининой К.А., Савчук А.Л.,

при секретаре Ахметвалееве И.М.,

с участием прокурора Саюн А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе истца ФИО1

на решение Советского районного суда г. Омска от 25 сентября 2025 года

по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании утратившим статус члена семьи военнослужащего, лишении права на получение денежных средств, встречному исковому заявлению ФИО2 к ФИО1 о признании утратившей статус члена семьи военнослужащего, лишении права на получение денежных средств.

Заслушав доклад судьи Калининой К.А., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании утратившим статус члена семьи военнослужащего, лишении права на получение денежных средств.

В обоснование указала, что в период с <...> по <...> состояла в зарегистрированном браке с ответчиком, от брака имеется ребенок – сын З.М.А., <...> года рождения. После расторжения брака ответчик от содержания сына оказался. В отношении ФИО2 по заявлению ФИО1 вынесен судебный приказ о взыскании алиментов на содержание несовершеннолетнего. Поскольку судебный приказ ответчиком не исполнялся, сформировалась задолженность по уплате алиментов. Фактически с января 2006 года бремя воспитания, обучения и содержания сына полностью лежало на истце, сын находился на ее материальном обеспечении, она покупала ему одежду, школьные принадлежности, предметы быта, мебель, бытовую, компьютерную технику, позднее гаджеты, давала деньги на карманные расходы и иные нужды. Истец единолично принимала участие в дошкольной и школьной жизни сына, делала с ним уроки, в выходные и праздничные дни они совместно проводили досуг, посещали различные культурные мероприятия. Ответчик жизнью сына не интересовался, инициативы к общению не проявлял, участия в воспитании не принимал, моральную, физическую, духовную поддержку не оказывал, семейные и родственные отношения не поддерживал, не общался, время с сыном не проводил, связь в какой-либо форме не поддерживал. Фактически детско-родительская связь между отцом и сыном утрачена.

С 2007 года по настоящее время ФИО1 состоит в зарегистрированном браке с Б.О.В., проживают по адресу: г. Омск, <...>. С 2007 года и до совершеннолетия М. проживал по указанному адресу с матерью, отчимом и их совместными детьми, в 2024 году был осужден за кражу с назначением наказания в виде лишения свободы.

23.09.2024 З.М.А. подписал контракт с Минобороны России и убыл в зону проведения специальной военной операции. 28.10.2024 военнослужащий З.М.А. в период прохождения военной службы по контракту в войсковой части 95395 Министерства обороны РФ, находясь при исполнении обязанностей военной службы в результате участия в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, погиб.

Полагает, что ответчик ФИО2 утратил статус члена семьи военнослужащего З.М.А., в том числе право на получение выплат, поскольку до совершеннолетия и после не поддерживал семейные отношения и родственные связи с сыном, не занимался его воспитанием, судьбой не интересовался, материально не содержал, свои обязанности родителя не исполнял, заботу о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии сына не проявлял, учебой сына никогда не интересовался, что прямо указывает на фактический добровольный отказ ответчика от своих родительских обязанностей.

Просила признать ФИО2 утратившим статус члена семьи военнослужащего З.М.А., <...> года рождения, признать ответчика утратившим право на получение:

единовременной выплаты, предусмотренной Указом Президента Российской Федерации от 05.03.2022 № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей»,

страховой суммы, предусмотренной пунктом 2 статьи 5 Федерального закона от 28.03.1998 № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих»,

единовременного пособия, предусмотренного частью 8 статьи 3 Федерального закона от 07.11.2011 № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»,

единовременной денежной выплаты, предусмотренной указом Губернатора Омской области от 11.04.2022 № 53 «О дополнительной мере социальной поддержки в виде единовременной денежной выплаты членам семей погибших (умерших) военнослужащих, лиц, проходивших службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации»,

пенсии по случаю потери кормильца, предусмотренной статьей 30 Закона РФ от 12.02.1993 № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей», в связи со смертью военнослужащего З.М.А., <...> года рождения.

ФИО2, возражая против удовлетворения заявленных истцом требований, обратился в суд со встречным иском к ФИО1 о признании ее утратившей статус члена семьи военнослужащего, лишении права на получение денежных средств.

В обоснование указал, что состоял в зарегистрированном браке с ФИО1 В период совместного проживания ФИО1 нигде не работала, постоянно конфликтовала с его родственниками. Брак расторгнут по инициативе ФИО1 После расторжения брака она обратилась с заявлением о взыскании алиментов, алименты выплачивал вовремя, так как был трудоустроен, задолженности не имел. ФИО1 выражала категорический запрет на его общение с сыном, скрывала его место нахождения. Поскольку работа ФИО2 носила разъездной характер, он редко пребывал в г. Омске. В 2015 году через социальные сети с ним связалась незнакомая на тот момент женщина – С.Н.Н., которая сообщила, что его сын З.М.А. сбежал из дома, проживает у неё. По приезду в г. Омск, ФИО2 встретился с сыном, который пояснил, что неоднократно подвергался насилию со стороны матери и отчима, в связи с чем ушел из дома. По договоренности с С.Н.Н., сын остался проживать с ней. ФИО2 оказывал материальную помощь на содержание сына на постоянной основе с 2015 года.

ФИО1 не проявляла интереса к сыну, не принимала участие в его жизни, сняла его с регистрационного учета в доме. Ребенок был лишен контроля со стороны матери. С 2015 года, когда З.М.А. стал с ним общаться, советоваться, он как отец уже не успел изменить его мировоззрение, однако помогал сыну морально и материально, не уклонялся от его содержания. Родительских прав не лишался, противоправных действий в отношении З.М.А. не совершал, напротив, ФИО1 совершала в отношении З.М.А. противоправные действия, уклонялась от воспитания и содержания сына.

Просил отказать в удовлетворении искового заявления ФИО1 к ФИО2, признать ФИО1 утратившей статус члена семьи военнослужащего З.М.А., <...> года рождения, признать ФИО1 утратившей право на получение:

единовременной выплаты, предусмотренной Указом Президента Российской Федерации от 05.03.2022 № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей»,

страховой суммы, предусмотренной пунктом 2 статьи 5 Федерального закона от 28.03.1998 № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих»,

единовременного пособия, предусмотренного частью 8 статьи 3 Федерального закона от 07.11.2011 № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»,

единовременной денежной выплаты, предусмотренной указом Губернатора Омской области от 11.04.2022 № 53 «О дополнительной мере социальной поддержки в виде единовременной денежной выплаты членам семей погибших (умерших) военнослужащих, лиц, проходивших службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации»,

пенсии по случаю потери кормильца, предусмотренной статьей 30 Закона РФ от 12.02.1993 № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей», в связи со смертью военнослужащего З.М.А., <...> года рождения.

В судебном заседании истец ФИО1, ее представитель ФИО3, действующий на основании доверенности, заявленные требования поддержали по основаниям, изложенным в иске, просили удовлетворить, в удовлетворении встречных исковых требований просили отказать. Истец ФИО1 суду пояснила, что до 18 лет ее сын М. проживал с ней, после 18 лет он захотел проживать отдельно.

Ответчик ФИО2, его представитель ФИО4, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признали, встречные исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске. Ответчик ФИО2 пояснил, что после расторжения брака с истцом их сын М. остался проживать с матерью, они сменили место жительства, о котором ФИО2 не знал, неоднократно пытался наладить общение с ребенком, но истец препятствовала. Алименты выплачивал регулярно, поскольку был трудоустроен официально. Задолженность по уплате алиментов образовалась за период с момента, когда сын стал проживать отдельно от матери.

Третьи лица АО «СОГАЗ», Военный комиссариат ЦАО и САО г. Омска, Войсковая часть 95395, Войсковая часть 94917 (финансовая часть), БУ Омской области «МФЦ», ФКУ «ЕРЦ МО РФ», Министерство обороны РФ, Министерство труда и социального развития по Омской области, ФКУ «Военный комиссариат Омской области» в судебное заседание своих представителей не направили, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом. От БУ Омской области «МФЦ» в материалы дела поступил письменный отзыв, в котором третье лицо просило о рассмотрении дела в отсутствии его представителя.

Решением Советского районного суда г. Омска от 25.09.2025 постановлено об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 и встречных исковых требований ФИО2

В апелляционной жалобе истец ФИО1 в лице представителя ФИО3 просит решение суда отменить в части отказа в удовлетворении ее исковых требований, принять по делу новое решение об удовлетворении иска в полном объеме. Полагает, что суд пришел к ошибочному выводу об отсутствии доказательств уклонения ФИО2 от участия в содержании и воспитании сына. Материалами дела подтверждено, что у ответчика имеется большая задолженность по уплате алиментов. Полагает, что суду надлежало критически отнестись к показаниям свидетелей со стороны ответчика – С.Н.Н., Ш.В.А., Д.Д.А., которые не согласуются между собой и опровергаются представленными в материалы дела доказательствами. Факт общения с З.М.А. и оказания ему материальной помощи ответчиком никакими доказательствами не подтвержден, суду не представлены фото, видео, переписка до совершеннолетия сына. Скриншоты, представленные ответчиком, в подтверждение переписки между истцом и сыном, не являются относимыми доказательствами, их нельзя идентифицировать как переписку с З.М.А., поскольку в ней фигурирует некий ФИО5. Судом не дана надлежащая оценка доказательствам, представленным стороной истца. Доводы ответчика о том, что он принимал меры к розыску сына, несостоятельны, поскольку после его исчезновения официально ответчик никуда не обращался, доказательств направления им соответствующих писем и получения им ответов не представлено.

В возражениях на апелляционную жалобу прокурор Советского административного округа г. Омска просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), судебная коллегия полагала возможным рассмотрение дела в отсутствие лиц, участвующих в деле, не явившихся в судебное заседание.

Изучив материалы настоящего гражданского дела, заслушав пояснения представителя истца ФИО1 ФИО3, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, ответчика ФИО2, выразившего согласие с решением суда, заключение прокурора Саюн А.В., полагавшей решение суда законным и обоснованным, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. Суд апелляционной инстанции оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства.

Апелляционное производство как один из процессуальных способов пересмотра, не вступивших в законную силу судебных постановлений, предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела, и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалоб, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

В силу статьи 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Ввиду неправильного применения судом первой инстанции норм материального права при разрешении исковых требований ФИО1 к ФИО2, выводы, изложенные в решении суда, не соответствуют обстоятельствам дела.

Как установлено судом и следует из материалов дела, родителями З.М.А., <...> года рождения, являются: мать – ФИО6, отец – ФИО2 (т. 1, л.д. 21).

Брак между ФИО2 и ФИО7 прекращен <...> (т. 1, л.д. 22).

После заключения брака <...> между Б.О.В. и ФИО7 последней присвоена фамилия ФИО8 (т. 1, л.д. 15).

По данным Пункта отбора на военную службу по контракту, З.М.А., как осужденный, 23.10.2024 заключил с Министерством обороны РФ контракт о военной службе сроком на 1 год с 25.09.2024 по 24.09.2025, 28.09.2024 З.М.А. зачислен в списки личного состава войсковой части 95395, принимал участие в специальной военной операции на территориях Украины, Донецкой и Луганской народных Республик (т. 1, л.д. 185, 186).

<...> З.М.А. погиб в ходе проведения специальной военной операции на территории Украины, Донецкой и Луганской Народных Республик, смерть наступила в период прохождения военной службы и связана с исполнением обязанностей военной службы (т. 1, л.д. 29, 30, 243), <...> выдано свидетельство о смерти (т. 1, л.д. 16, 26).

Из материалов дела следует, что военнослужащий З.М.А. на момент гибели в зарегистрированном браке не состоял, детей не имел (т. 1, л.д. 177-184).

По данным БУ «МФЦ», с заявлениями о предоставлении дополнительной меры социальной поддержки в виде единовременной денежной выплаты членам семей погибших (умерших) военнослужащих лиц, проходивших службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, лиц, поступивших в созданные по решению органов государственной власти Российской Федерации добровольческие формирования, содействующие выполнению задач, возложенных на Вооруженные Силы Российской Федерации, в ходе специальной военной операции, предусмотренной Указом Губернатора Омской области от 11.04.2022 № 53, в связи с гибелью сына З.М.А., наступившей при исполнении военной службы, обратилась его мать ФИО1 Заявление ФИО1 не рассмотрено. Заявление о назначении единовременной выплаты от ФИО2 не поступало (т. 1, л.д. 84-88).

По сведениям войсковой части 95395, выплата денежного довольствия до опознания без вести пропавшего рядового З.М.А. и исключения его из списков личного состава войсковой части, были назначены родителям: отцу ФИО2 и матери ФИО1, на основании приказа командира войсковой части от 09.01.2025 № 9 (т. 1, л.д. 243).

Обращаясь в суд с иском, ФИО1 указала, что ответчик ФИО2 с 2006 года самоустранился от воспитания и содержания сына З.М.А., материальную помощь не оказывал, от уплаты алиментов уклонялся, связь с сыном не поддерживал, фактическая родственная связь между отцом и сыном отсутствовала.

Обращаясь в суд со встречными исковыми требованиями, ФИО2 указал, что ФИО1 запрещала ему общаться с сыном, с 2015 года сын проживал у С.Н.Н., с этого времени он оказывал материальную помощь на содержание сына, сын ему пояснял, что неоднократно подвергался насилию со стороны матери и отчима, с этого времени ФИО1 с сыном не общались.

Разрешая требования ФИО2 и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ФИО2 не предоставлено доказательств того, что ФИО1 как мать погибшего военнослужащего ненадлежащим образом исполняла свои родительские обязанности в отношении сына З.М.А.

Решение суда в указанной части сторонами не обжалуется, в связи с чем в соответствии со статьей 327.1 ГПК РФ предметом проверки суда апелляционной инстанции не является.

Разрешая требования ФИО1 и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции сопоставив пояснения сторон, изучив представленные доказательства и заслушав показания свидетелей, пришел к выводу о том, что ФИО2, хотя с момента расторжения брака с ФИО1 проживал раздельно с ребенком, однако с 2015 года участвовал в его жизни и воспитании, оказывал материальную помощь, и детско-родительскую связь с ним не терял. Наличие у ФИО2 задолженности по оплате алиментов на содержание ребенка не является безусловным основанием для удовлетворения требований ФИО1 Доказательств, достоверно свидетельствующих о том, что ФИО2 не принимал участие в жизни сына, не содержал его и не занимался его воспитанием до достижении восемнадцати лет, суду не представлено.

С указанными выводами суда первой инстанции судебная коллегия согласиться не может по следующим основаниям.

Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7 Конституции Российской Федерации).

Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 18 Федерального закона от 27.05.1998 № 76-Федерального закона РФ «О статусе военнослужащих» военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28.03.1998 № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации».

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 5 Федерального закона от 28.03.1998 № 52-ФЗ в случае гибели (смерти) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы или военных сборов либо до истечения одного года после увольнения с военной службы, со службы, после отчисления с военных сборов или окончания военных сборов вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в период прохождения военной службы, службы или военных сборов, страховая сумма выплачивается в размере 2 000 000 рублей выгодоприобретателям в равных долях.

Выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица, в том числе, родители (усыновители) застрахованного лица (абзацы первый, третий пункта 3 статьи 2 Федерального закона от 28.03.1998 № 52-ФЗ).

Федеральным законом от 07.11.2011 № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» также установлены отдельные виды выплат в случае гибели (смерти) военнослужащих.

Согласно части 8 статьи 3 Федерального закона от 07.11.2011 № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» в случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении обязанностей военной службы, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных при исполнении обязанностей военной службы (далее - военная травма), до истечения одного года со дня увольнения с военной службы (отчисления с военных сборов или окончания военных сборов), гибели (смерти) гражданина, пребывающего в добровольческом формировании, содействующем выполнению задач, возложенных на Вооруженные Силы Российской Федерации, в период мобилизации, в период действия военного положения, в военное время, при возникновении вооруженных конфликтов, при проведении контртеррористических операций, а также при использовании Вооруженных Сил Российской Федерации за пределами территории Российской Федерации (далее - добровольческие формирования), наступившей при исполнении обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных при исполнении обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, до истечения одного года со дня прекращения контракта о пребывании в добровольческом формировании, членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы, или гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, выплачивается в равных долях единовременное пособие в размере 3 000 000 рублей.

В соответствии с положениями части 9 статьи 3 Федерального закона от 07.11.2011 № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» в случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо смерти, наступившей вследствие военной травмы, каждому члену его семьи выплачивается ежемесячная денежная компенсация.

В силу подпункта «а» пункта 1 Указа Президента РФ от 05.03.2022 № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5 млн. рублей в равных долях. При этом учитывается единовременная выплата, осуществленная в соответствии с подпунктом «б» названного пункта. Категории членов семей определяются в соответствии с частью 1.2 статьи 12 Федерального закона от 19.07.2011 № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и частью 11 статьи 3 Федерального закона от 07.11.2011 № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат». При отсутствии членов семей единовременная выплата осуществляется в равных долях совершеннолетним детям указанных военнослужащих и лиц либо в случае отсутствия совершеннолетних детей полнородным и неполнородным братьям и сестрам указанных военнослужащих и лиц.

В силу положений статьи 28 Закона РФ от 12.02.1993 № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей» пенсия по случаю потери кормильца семьям лиц, указанных в статье 1 названного Закона, назначается, если кормилец умер (погиб) во время прохождения службы или не позднее трех месяцев со дня увольнения со службы либо позднее этого срока, но вследствие ранения, контузии, увечья или заболевания, полученных в период прохождения службы, а семьям пенсионеров из числа этих лиц - если кормилец умер в период получения пенсии или не позднее пяти лет после прекращения выплаты ему пенсии. При этом семьи бывших военнослужащих, умерших во время пребывания в плену (при соблюдении условия, указанного в части первой статьи 18 названного Закона), и семьи военнослужащих, пропавших без вести в период военных действий, приравниваются к семьям погибших на фронте.

Таким образом, в случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус производен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.

Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, их страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (пункт 3 статьи 2, статья 4 и пункт 2 статьи 5 Федерального закона от 28.03.1998 № 52-ФЗ), и такие меры социальной поддержки, как единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 - 10 статьи 3 Федерального закона от 07.11.2011 № 306-ФЗ, и единовременная выплата, установленная Указом Президента Российской Федерации от 05.03.2022 № 98.

Получение единовременных выплат, установленных названным выше Указом, не учитывается при определении права на получение иных выплат и при предоставлении мер социальной поддержки, предусмотренных законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации (пункт 2 Указа Президента Российской Федерации от 05.03.2022 № 98).

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

Такое правовое регулирование, гарантирующее родителям военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17.07.2014 № 22-П, от 19.07.2016 № 16-П).

В Омской области членам семей военнослужащих, погибших при исполнении воинского долга в ходе проведения специальной военной операции также оказывается социальная помощь в форме единовременной выплаты, которая является дополнительной по отношению к выплатам, установленным федеральным законодательством.

Так, Указом Губернатора Омской области от 11.04.2022 № 53 установлена дополнительная мера социальной поддержки в виде единовременной денежной выплаты членам семей военнослужащих, лиц, проходивших службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, лиц, поступивших в созданные по решению органов государственной власти Российской Федерации добровольческие формирования, содействующие выполнению задач, возложенных на Вооруженные Силы Российской Федерации, в ходе специальной военной операции, погибших (умерших) в результате участия в специальной военной операции, а также в контртеррористической операции (охране государственной границы) на территориях Белгородской, Брянской и Курской областей (далее соответственно - единовременная денежная выплата, участники специальной военной операции).

Единовременная денежная выплата в размере 1 000 000 рублей в равных долях предоставляется членам семьи участника специальной военной операции, имевшего место жительства на территории Омской области на день гибели (смерти), либо если погребение (захоронение или кремация с последующим захоронением урны с прахом) участника специальной военной операции произведено на территории Омской области (пункт 1 Указа Губернатора Омской области от 11.04.2022 № 53).

На основании подпункта 1 пункта 2 Указа Губернатора Омской области от 11.04.2022 № 53 к членам семьи участника специальной военной операции относятся, в том числе являющиеся гражданами Российской Федерации родители (не лишенные родительских прав и не ограниченные в родительских правах).

Из приведенных нормативных положений и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, а также принимавшим участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членам семьи военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы. К числу таких мер относятся страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, единовременная выплата, единовременное пособие, а также устанавливаемые органами государственной власти субъектов Российской Федерации меры дополнительной социальной помощи членам семей военнослужащих, погибших при исполнении воинского долга в ходе проведения специальной военной операции на территории Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины.

Указанные выше меры социальной поддержки составляют единую систему мер социальной поддержки членам семьи военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы, и имеют общие цели.

Цель названных выплат - компенсировать лицам, в настоящем случае родителям, которые длительное время воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью при выполнении обязанностей военной службы, осуществляемой в публичных интересах.

Исходя из целей названных выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями приобретаемых на основании закона прав, указанный в названных выше нормативных правовых актах круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели (смерти) военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, в который включены родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью (смертью) их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.

Настаивая на удовлетворении исковых требований, ФИО1 указывала, что после расторжения брака ФИО2 содержание сыну не предоставлял, от уплаты алиментов уклонялся, как и от общения с ним и его воспитания.

Вместе с тем, забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (часть 2 статьи 38 Конституции Российской Федерации).

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права) (пункт 1 статьи 61 Семейного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абзацами первым и вторым пункта 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей.

На основании пункта 1 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования.

Согласно абзацу второму статьи 69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Пунктом 1 статьи 71 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (статья 87 Семейного кодекса Российской Федерации), а также право на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2017 № 44 «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и за-конных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав» разъяснено, что уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствие заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении. Разрешая вопрос о том, имеет ли место злостное уклонение родителя от уплаты алиментов, необходимо, в частности, учитывать продолжительность и причины неуплаты родителем средств на содержание ребенка.

Таким образом, права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанные на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.

Судебным приказом мирового судьи судебного участка <...> от 15.02.2006 с ФИО2 в пользу ФИО7 взысканы алименты на содержание несовершеннолетнего сына З.М.А., <...> года рождения, в размере ? части заработка и (или) иного дохода ежемесячно, начиная с <...> до достижения им совершеннолетия (т. 1, л.д. 23).

Судебным приставом-исполнителем ОСП по ЛАО г. Омска УФССП России по Омской области 14.10.2010 на основании указанного судебного приказа возбуждено исполнительное производство № <...> в отношении должника ФИО2

Постановлением о расчете задолженности по алиментам от 04.03.2020 судебным приставом-исполнителем должнику ФИО2 определена задолженность по алиментам по состоянию на 27.01.2020 в размере 709 603,26 рублей. На момент расчета задолженности 31.07.2018 задолженность по алиментам составляла 505 807,29 рублей (т. 1, л.д. 27 оборот).

В целях восполнения пробела процессуальной деятельности суда первой инстанции судебной коллегией с учетом положений статьи 327.1 ГПК РФ приобщена к материалам дела копия исполнительного производства № <...> в отношении должника ФИО2

Из материалов исполнительного производства усматривается, что судебным приставом-исполнителем у должника ФИО2 неоднократно истребовались объяснения относительно причин неисполнения обязанности по уплате алиментов, а также сформировавшейся задолженности по уплате алиментов.

Так, в объяснениях от 18.11.2015 ФИО2 указал, что с мая 2015 года официально не трудоустроен, алименты не выплачивает, так как не имеет возможности.

В объяснениях от 31.05.2016 ФИО2 указал, что официально нигде не работает, поэтому алименты не выплачивает.

В объяснениях от 18.01.2018 ФИО2 указывал, что на данный момент работает неофициально, официально трудоустроится в апреле, алименты будет оплачивать по мере поступления денежных средств.

Постановлением заместителя начальника отдела – заместителя старшего судебного пристава ОСП по ЛАО г. Омска УФССП России по Омской области № <...> от 25.08.2016 ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 17.14 КоАП РФ (Нарушение должником законодательства об исполнительном производстве, выразившееся в невыполнении законных требований судебного пристава-исполнителя, представлении недостоверных сведений о своих правах на имущество, несообщении об увольнении с работы, о новом месте работы, учебы, месте получения пенсии, иных доходов или месте жительства, за исключением нарушения, предусмотренного статьей 17.17 КоАП РФ), назначено административное наказание в виде штрафа в размере 1 000 рублей.

Из названного постановления следует, что причин неисполнения требования судебного пристава-исполнителя, являющихся уважительными, не установлено.

18.01.2018 судебным приставом-исполнителем ОСП по ЛАО г. Омска УФССП России по Омской области составлен протокол № <...> об административном правонарушении в отношении ФИО2 по признакам административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 5.35.1 КоАП РФ (неуплата родителем без уважительных причин в нарушение решения суда или нотариально удостоверенного соглашения средств в размере, установленном в соответствии с решением суда или нотариально удостоверенным соглашением, на содержание несовершеннолетних детей либо нетрудоспособных детей, достигших восемнадцатилетнего возраста, в течение двух и более месяцев со дня возбуждения исполнительного производства, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния).

В объяснениях ФИО2 указал, что алименты не оплачивал в период с 01.11.2017 по настоящее время (18.01.2018), так как не работает, денежных средств на оплату алиментов нет, вину признает.

Постановлением исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка № <...> в Ленинском судебной районе в г. Омске мировым судьей судебного участка <...> от 18.01.2018 ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 5.35.1 КоАП РФ, назначено административное наказание в виде обязательных работ сроком на 28 часов. Судом установлено, что в период с 01.11.2017 по 18.01.2018 ФИО2, зная о вынесении судебных решений о взыскании алиментов на содержание несовершеннолетних детей З.М.А. и З.Р.А., без уважительных причин судебные решения не исполнял, алименты на содержание несовершеннолетних детей не выплачивал. В судебном заседании ФИО2 вину в инкриминируемом ему правонарушении признал полностью, суду пояснил, что ему было известно о взыскании с него алиментов, алименты на содержание детей не платил, так как работает неофициально.

По данным материалов исполнительного производства, по состоянию на 01.07.2012 задолженность ФИО2 по уплате алиментов составляла 120 080 рублей, на 01.03.2015 – 226 546,83 рублей, на 01.08.2015 – 340 936,58 рублей, на 01.12.2015 – 321 748,33 рублей, на 01.03.2016 – 364 616,33 рублей, на 01.05.2016 – 369 954,33 рублей, на 30.04.2017 – 446 385,76 рублей, на 31.07.2018 – 505 807,29 рублей, на 27.01.2020 – 709 603,26 рублей.

Таким образом, материалами исполнительного производства подтверждено ненадлежащее исполнение ФИО2 обязанности по уплате алиментов на содержание сына З.М.А. на протяжении длительного времени. В объяснениях судебному приставу-исполнителю в качестве основания неуплаты алиментов должник указывал на неофициальное трудоустройство либо отсутствие трудоустройства. При этом, доводы об оказании материальной помощи самому несовершеннолетнему либо С.Н.Н., у которой согласно позиции ФИО2, сын проживал с 2014-2015 гг., ФИО2 не приводил, равно как не указывал на препятствия со стороны ФИО1 в общении с сыном.

ФИО2, являясь трудоспособным гражданином, не имеющим препятствий к труду, создавая семью, принял на себя обязательства по ее содержанию, в том числе, по содержанию ребенка на случай расторжения брака. Доказательств невозможности приумножить свой доход, официально трудоустроившись, в период несовершеннолетия ребенка, ФИО2 не представлено, как и не представлено доказательств принятия мер к трудоустройству.

По сообщению БУЗОО «Наркологический диспансер» ФИО1, ФИО2, З.М.А. в диспансере не наблюдаются, на стационарном лечении не находились (т. 1, л.д. 117, 119, 121).

Согласно информации БУЗОО «Клиническая психиатрическая больница им. Н.Н. Солодникова» ФИО2 с 2002 года по 2010 год значился в консультативно-лечебной группе у врача-психиатра БУЗОО «Клиническая психиатрическая больница им. Н.Н. Солодникова» по поводу умственной отсталости легкой степени. Под диспансерным наблюдением врача-психиатра БУЗОО «Клиническая психиатрическая больница им. Н.Н. Солодникова» в настоящее время не находится (т. 1, л.д. 188).

ФИО1 за медицинской помощью к врачу-психиатру не обращалась, под диспансерным наблюдением врача-психиатра БУЗОО «Клиническая психиатрическая больница им. Н.Н. Солодникова» в настоящее время не находилась и не находится (т. 1, л.д. 188).

З.М.А. в период с 2007 по 2016 годы значился в консультативно-лечебной группе у врача-психиатра БУЗОО «Клиническая психиатрическая больница им. Н.Н. Солодникова»: с 2007 года по поводу специфического расстройства речевой артикуляции, с 2010 года – по поводу нарушения активности внимания, в 2014 году диагноз пересмотрен на умственную отсталость легкой степени. С 2016 по 2020 годы находился под диспансерным наблюдением врача-психиатра с вышеуказанным диагнозом. Под диспансерным наблюдением врача-психиатра БУЗОО «Клиническая психиатрическая больница им. Н.Н. Солодникова» по состоянию на дату ответа на запрос не находился (т. 1, л.д. 188).

По сведениям, представленным БУЗОО «Клиническая психиатрическая больница им. Н.Н. Солодникова» по запросу судебной коллегии, до достижения З.М.А. возраста совершеннолетия его законным представителем являлась мать ФИО1

Следовательно, в качестве законного представителя несовершеннолетнего З.М.А. в медицинское учреждение обращалась только мать ФИО1, сведения об обращении отца в медицинское учреждение за оказанием помощи З.М.А. отсутствуют.

Согласно информации КОУ ОО <...> З.М.А. обучался в КОУ <...> с 01.01.2019, зачислен в 6 класс, отчислен в связи с окончанием 9 классов 23.06.2018. Указано, что З.М.А. воспитывался в многодетной семье матерью ФИО1 и отчимом Б.О.В. Родители по мере возможности интересовались школьными успехами и поведением ребенка, посещали родительские собрания, М. был обеспечен всем необходимым для обучения.

Доказательств участия ФИО2 в школьной жизни сына З.М.А. не имеется.

В анкете военнослужащего при заключении контракта З.М.А. в качестве ближайших родственников указывал: мать ФИО1, тетю С.Н.Н.

Из материалов дела следует, что заочным решением Советского районного суда г. Омска от 12.02.2023 по гражданскому делу № <...> по иску ФИО1 к З.М.А. о признании утратившим право пользования жилым помещением, вступившим в законную силу, З.М.А. признан утратившим право пользование домом по адресу: г. Омск, <...> (т. 2, л.д. 89-90).

Из решения суда усматривается, что ФИО1 в исковом заявлении указывала и поясняла в судебном заседании, что ее сын З.М.А. самостоятельно выехал из дома по адресу: г. Омск, <...>, где был зарегистрирован, в 2020 году. Судом в ходе судебного разбирательства по названному гражданскому делу установлено, что З.М.А. к моменту принятия заочного решения в доме не проживал около 3 лет.

Таким образом, вступившим в законную силу судебным актом установлено, что З.М.А. с матерью по адресу регистрации не проживал с 2020 года, то есть с 18 лет.

Из постановления инспектора ОПДН ОУУП и ПДН ОП № <...> УМВД России по г. Омску от 20.05.2025 следует, что ФИО2 обратился с заявлением о привлечении к уголовной ответственности ФИО1 за ненадлежащее исполнение родительских обязанностей, указывая, что ФИО1 препятствовала его общению с сыном З.М.А. В ходе предварительной проверки в действиях ФИО1 признаков состава преступления, предусмотренного статьей <...> УК РФ, не было установлено. В возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 отказано в связи с отсутствием состава преступления на основании пункта 2 части 1 статьи 24 УПК РФ (т. 2, л.д. 61-62).

ФИО2 суду первой инстанции, равно как и судебной коллегии, не представлено доказательств наличия уважительных причин неисполнения возложенных на него законом обязанностей родителя, неисполнения судебного акта о взыскании с него алиментов на содержание несовершеннолетнего. В материалы дела не представлено также доказательств сохранения детско-родительской связи с сыном З.М.А.

Доказательств наличия препятствий со стороны ФИО1 в общении с сыном ФИО2 не представлено. При наличии таких препятствий ФИО2 был вправе требовать общения с сыном, в том числе посредством обращения в суд с соответствующим требованием об определении порядка общения с ребенком, однако мер к тому не принимал.

В судебном заседании суда первой инстанции и встречном исковом заявлении ФИО2 указывал, что З.М.А. с 14 лет, уйдя из дома, проживал у С.Н.Н. – матери своего друга.

В судебном заседании суда первой инстанции допрошенная в качестве свидетеля С.Н.Н. поясняла, что З.М.А. с 14-15 лет проживал у нее, так как из-за отношения к нему матери сбегал из дома, оставался в подъезде ее дома, не хотел идти домой, в связи с чем она оставила его жить у себя, данное обстоятельство было известно ФИО1, которая мер к возвращению сына не предпринимала (т. 2, л.д. 93-97).

Иных доказательств, кроме показаний свидетеля, подтверждающих факт проживания З.М.А. у С.Н.Н. до достижения возраста совершеннолетия, в материалах дела, не имеется.

ФИО2 суду первой инстанции в подтверждение негативного отношения ФИО1 к сыну предоставлен скриншот переписки между ФИО1 и ФИО5 (т. 2, л.д. 63-80).

Данная переписка не может быть принята в качестве относимого и допустимого доказательства, поскольку достоверно установить ее участников не представляется возможным. Кроме того, переписка имела место по достижении З.М.А. возраста совершеннолетия и не может свидетельствовать о ненадлежащем осуществлении ФИО1 родительских обязанностей в отношении несовершеннолетнего сына З.М.А.

Доводы ФИО2 о том, что он поддерживал общение с сыном З.М.А., и у них были доверительные отношения, материалами дела не подтверждены.

ФИО2 сам в ходе судебного разбирательства пояснял, что после расторжения брака с ФИО1 их сын З.М.А. с ним никогда не проживал, в том числе в период, когда, с его слов, сын жил у постороннего человека (С.Н.Н.). ФИО2 не предпринимал мер по определению места жительства ребенка с ним.

Доказательств того, что работа ФИО2 носила разъездной характер, в связи с чем сын не мог проживать с ним, в материалы дела не представлено, равно как и не представлено других доказательств в подтверждение факта невозможности принимать участие в жизни ребенка.

В анкете военнослужащего при заключении контракта с Министерством обороны РФ, З.М.А. своего отца ФИО2 в качестве родственника не указал.

Принимая во внимание изложенные выше обстоятельства применительно к положениям действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения, судебная коллегия приходит к выводу, что между ФИО2 и его сыном З.М.А. отсутствовали устойчивые семейные отношения, поскольку относимых и допустимых доказательств, подтверждающих участие ответчика в воспитании и содержании сына в период до достижения им совершеннолетия, а также доказательств наличия тесных семейных взаимоотношений после наступления совершеннолетия З.М.А., в нарушение статьи 56 ГПК РФ ФИО2 не представлено.

На основании изложенного, а также с учетом целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) в период прохождения военной службы при исполнении обязанностей военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью (смертью) при исполнении обязанностей военной службы, лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае уклонения от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Положения приведенных выше норм материального права в их взаимосвязи с нормами специального законодательства, предусматривающими соответствующие выплаты членам семьи погибшего (умершего) при исполнении обязанностей военной службы военнослужащего, с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации судом первой инстанций к спорным отношениям применены не верно.

С учетом установленных по делу обстоятельств, судебная коллегия полагает, что вывод суда первой инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 не может быть признан законным и обоснованным.

Руководствуясь приведенным правовым регулированием, исследовав юридически значимые обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимной связи, судебная коллегия приходит к выводу о том, что ФИО2, хотя и не был лишен родительских прав в отношении своего сына З.М.А., его воспитанием и содержанием не занимался с 2006 года, моральную, физическую и духовную поддержку не оказывал, мер для создания несовершеннолетнему условий жизни, необходимых для его развития, как и по восстановлению родственных связей, не предпринимал, ребенок проживал с матерью.

Вместе с тем, семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе, между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основными обязанностями родителей в семье являются воспитание, содержание, защита прав и интересов детей. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, их материальному обеспечению, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Исходя из изложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что доводы апелляционной жалобы истца ФИО1 заслуживают внимания, решение суда первой инстанции подлежит отмене в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании его утратившим статус члена семьи военнослужащего и признании его утратившим право на получение денежных выплат. По делу в указанной части надлежит принять новое решение, которым исковые требования удовлетворить в полном объеме и признать ФИО2 утратившим статус члена семьи военнослужащего З.М.А., умершего 27.10.2024, а также признать ответчика утратившим право на получение страхового возмещения по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, государственное пенсионное обеспечение по потере кормильца и все меры социальной поддержки в связи со смертью военнослужащего З.М.А.

Руководствуясь статьями 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Советского районного суда г. Омска от 25 сентября 2025 года отменить в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании утратившим статус члена семьи военнослужащего, лишении права на получение денежных средств.

Принять по делу в указанной части новое решение, которым исковые требования удовлетворить.

Признать ФИО2, <...> года рождения (паспорт серии № <...> № <...>), утратившим статус члена семьи военнослужащего З.М.А., <...> года рождения, умершего <...>.

Признать ФИО2, <...> года рождения (паспорт серии № <...> № <...>), утратившим право на получение страхового возмещения по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, государственное пенсионное обеспечение по потере кормильца и меры социальной поддержки в связи со смертью военнослужащего З.М.А., <...> года рождения, умершего <...>.

В остальной части решение суда оставить без изменения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы через Советский районный суд г. Омска.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 28 января 2026 года.

Председательствующий

Судьи