Апелляционное определение № 33-259/2026 от 3 марта 2026 г.

Судья Феофанова Т.А. Дело № 2-369/33-259

УИД 53RS0002-01-2025-000058-93


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

04 марта 2026 года Великий Новгород

Судебная коллегия по гражданским делам Новгородского областного суда в составе:

председательствующего судьи Колокольцева Ю.А.

судей Котихиной А.В. и Хухры Н.В.

при секретаре Чаловой О.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Хухры Н.В. апелляционные жалобы АО «Согаз», ФИО1 и ИП ФИО2 на решение Боровичского районного суда Новгородской области от 27 ноября 2025г. по гражданскому делу по исковому заявлению АО «Согаз» к ФИО1 и индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в порядке суброгации.

Заслушав объяснения представителей ответчика ФИО1 – ФИО3 и ФИО4, представителя ответчика ФИО2 – ФИО5, поддержавших свои апелляционные жалобы, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

АО «Согаз» обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в сумме 1500000 рублей в порядке суброгации. В обоснование иска АО «Согаз» указало, что 15 мая 2024г. произошло дорожно-транспортное происшествие (ДТП) с участием транспортных средств <...>, г.р.з.<...>, с полуприцепом <...>, г.р.з.<...> (далее по тексту автомобиль ФИО9), под управлением ФИО1, <...>, г.р.з.<...> (далее автомобиль ГАЗ), под управлением ФИО6, и <...>, г.р.з.<...> (далее автомобиль Митсубиси), под управлением ФИО7 Виновным в ДТП признан водитель ФИО1 Автомобиль Митсубиси на момент ДТП был застрахован в АО «Согаз» по договору КАСКО, стоимость его ремонта определена в сумме 2403041 рубль, что по правилам договора КАСКО делает ремонт экономически нецелесообразным, в связи с чем АО «Согаз» возместило ущерб в размере 3200000 рублей, годные остатки стоимостью 1300000 рублей перешли во владение АО «Согаз». САО «РЕСО-Гарантия», где была застрахована гражданская ответственность ФИО1, возместило АО «Согаз» 400000 рублей.

Судом к участию в деле в качестве соответчика привлечен ИП ФИО2, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены АО «Тинькофф Страхование», САО «Ресо-Гарантия», СПАО «Ингосстрах», АО «ТБанк», ФИО6, ФИО8, ФИО7

Решением Боровичского районного суда Новгородской области от 27 ноября 2025г. требования АО «Согаз» удовлетворены частично, с ИП ФИО2 в пользу АО «Согаз» взысканы материальный ущерб в размере 1200000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 24000 рублей, а также проценты за пользование чужими денежными средствами согласно ст.395 ГК РФ, начисляемые на подлежащую взысканию сумму в размере 1200000 рублей, исходя из размера ключевой ставки Центрального банка РФ, действующей в соответствующие периоды, начиная с даты вступления решения суда в законную силу по день фактической оплаты задолженности. В удовлетворении исковых требований АО «Согаз» в остальной части, в том числе к ответчику ФИО1 отказано.

Этим же решением с АО «Согаз» в пользу ИП ФИО2 взысканы расходы за проведение судебной экспертизы в размере 1000 рублей, в пользу ФИО1 – расходы за проведение судебной экспертизы в размере 5000 рублей.

В апелляционной жалобе АО «Согаз» выражает несогласие с принятым судом решением, считает его необоснованным и подлежащим отмене. В обоснование жалобы указывает, что выводы о наличии частичной вины в действиях ФИО7 сделаны судом в отсутствие надлежащих доказательств и не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. При этом согласно постановлению по делу об административном правонарушении водитель ФИО1 в нарушение п. 2.3.1 ПДД РФ не обеспечил исправность технического состояния ТС, что стало причиной ДТП.

Ответчик ФИО1 в своей апелляционной жалобе просит изменить решение суда, исключив из мотивировочной части решения суда указание о наличии в его действиях нарушений ПДД РФ, которые повлекли создание опасной ситуации и возникновение ДТП. Полагает, что водитель ФИО7 сам создал аварийную ситуацию, которая привела к выезду на встречную по ходу его движения обочину, встречный кювет и опрокидывание автомобиля, увеличив тем самым причиненный себе же материальный ущерб. Также указывает, что не является ни специалистом, ни лицом, ответственным за выпуск на линию, а потому не мог знать об установленной на грузовом автомобиле под его управлением шине, предназначенной исключительно для установки на оси прицепов и полуприцепов грузовых автомобилей.

В апелляционной жалобе ИП ФИО2 также выражает несогласие с принятым судом решением и просит его отменить. В обоснование жалобы указывает, что в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции была назначена автотехническая экспертиза, но вопрос о том, кто создал опасную дорожную ситуацию экспертом не разрешался и ответ на него не был получен. Таким образом, вывод суда о виновности водителя ФИО1 в причинении ущерба ФИО7 надлежащим образом не доказан.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены. В соответствии со ст.167 ГПК РФ судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

В силу ст.327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения суда первой инстанции исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобах.

Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, обсудив эти доводы, заслушав явившихся лиц, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу ст.15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

В соответствии со ст.387 (абз.5) ГК РФ при суброгации права кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая, переходят к страховщику в силу закона.

Согласно ст.965 ГК РФ к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования (п.1).

Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем и лицом, ответственным за убытки (п.2).

Согласно п.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу гражданина или юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Судом первой инстанции установлено и сторонами не оспаривается, что на <...> произошло ДТП с участием автомобилей ГАЗ (грузовой фургон) под управлением ФИО6, ФИО9 под управлением ФИО1 и Митсубиси под управлением собственника ФИО7, в результате чего транспортные средства получили механические повреждения.

Постановлением по делу об административном правонарушении от 15 мая 2024г. ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения по ч.1 ст. 12.5 КоАП РФ за нарушение требований п.2.3.1 ПДД РФ, выразившееся в необеспечении исправности технического состояния транспортного средства, в результате чего взорвалось колесо, транспортное средство выехало на полосу встречного движения и совершило наезд на дорожное металлическое барьерное ограждение и столкновение с двигающимися во встречном направлении автомобилями ГАЗ и Митсубиси, при этом автомобиль Митсубиси совершил съезд в левый по ходу движения кювет с последующим опрокидыванием.

Из протокола осмотра места совершения административного правонарушения и схемы к нему от 15 мая 2024г. видно, что имел место взрыв (разрыв) переднего левого колеса автомобиля ФИО9.

В действиях водителей ФИО6 и ФИО7 в материалах по факту ДТП нарушений ПДД РФ не установлено.

Как следует из заключения экспертизы ФГБУ Новгородская лаборатория судебной экспертизы Минюста России №00756/62-2-25 от 05 ноября 2025г., проведенной в рамках гражданского дела №2-967/2025, на момент ДТП от 15 мая 2024г. на автомобиле ФИО9 в качестве шины переднего левого колеса была установлена шина марки модели <...>, размером <...>, которая разработана и предназначена для установки исключительно на оси прицепов и полуприцепов грузовых автомобилей. Для установки на автомобиль, в том числе на его рулевые оси, данная шина не предназначена. «Прицепные» шины не подлежат установке на переднюю (рулевую) ось автомобиля, поскольку они в силу своей конструкции не могут обеспечить должного руления и торможения ТС; кроме того, они не предназначены для работы в условиях резкопеременных нагрузок, вызванных перераспределением массы при торможении на переднюю ось ТС. Таким образом, исследуемая шина эксплуатировалась в условиях, для которых она конструктивно не предназначена. Проведенным исследованием выявлены признаки, свидетельствующие о повышенной нагрузке на шину при ее эксплуатации.

Признав произошедшее ДТП страховым случаем по договору КАСКО, АО «Согаз» урегулировало его с потерпевшим ФИО7, выплатив страховое возмещение в размере 3200000 рублей, оставив при этом себе годные остатки автомобиля Митсубиси.

САО «РЕСО-Гарантия», где была застрахована гражданская ответственность причинителя вреда ФИО1, возместило АО «Согаз» по суброгационному требованию 400000 рублей.

Поскольку сторона ответчиков была не согласна с размером заявленных АО «Согаз» требований, по делу была назначена судебная автотовароведческая экспертиза.

Согласно заключению ООО «НЭПЦ «Ферзь» №033/25 от 10 июня 2025г. стоимость восстановительного ремонта автомобиля Митсубиси, исходя из характера и объема повреждений, полученных в результате ДТП 15 мая 2024г., определенная на дату ДТП, исходя из среднерыночных цен в г.Санкт-Петербурге, с учетом округления составляет 2391500 рублей Восстановительный ремонт транспортного средства экономически целесообразен. Расчет стоимости годных остатков не производился.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований сомневаться в правильности заключения данной судебной экспертизы, поскольку оно составлено квалифицированным специалистом, его выводы в достаточной степени мотивированы, эксперт в исходе дела не заинтересован, об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ предупрежден, ходатайство о назначении по делу повторной (дополнительной) судебной экспертизы сторонами в суде апелляционной инстанции не заявлено, доводы апелляционных жалоб сторон сводятся к вопросу определения лица, виновного в ДТП, степени вины такого лица.

Судом первой инстанции по ходатайству ответчиков ИП ФИО2 и ФИО1 была назначена судебная автотехническая экспертиза.

Согласно заключению ООО «НЭПЦ «Ферзь» №055/25 от 29 сентября 2025г. в исследуемой дорожно-транспортной ситуации водитель ФИО1 должен был действовать в соответствии с требованиями п.1.5 ч.1, п.2.3.1, п.10.1 ч.1, п.10.1 ч.2 и п.10.3 в части «Вне населенных пунктов разрешается движение: грузовым автомобилям с разрешенной максимальной массой более 3,5 т на автомагистралях - не более 90 км/ч, на остальных дорогах - не более 70 км/ч» ПДД РФ, п.3 и п.11 ч.1 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, и Раздела 5 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств.

Разрешить в рамках данной экспертизы, соответствовали или нет, действия водителя ФИО1, требованиям п.2.3.1 ПДД РФ, п.3 и п.11 ч.1 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, и Разделу 5 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств, не представляется возможным. Для разрешения данного вопроса, требуется проведение отдельного вида экспертизы (транспортно-трасологической).

В исследуемой дорожно-транспортной ситуации несоответствий требованиям п.1.5 ч.1 и п.10.1 ч.2 ПДД РФ в действиях водителя ФИО1 с технической точки зрения не усматривается.

Если скорость движения автомобиля ФИО9 была более 70 км/ч (в частности, "около 80 км/ч"), то действия водителя автомобиля ФИО9 ФИО1 с технической точки зрения не соответствовали требованиям п.10.1 ч.1 и п.10.3 ПДД РФ.

В исследуемой дорожно-транспортной ситуации водитель ФИО7 должен был действовать в соответствии с требованиями п.1.3, п.1.5 ч.1, п.8.1 в части "При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения", п.9.1, п.9.11, п.10.1 ч.1, п.10.1 ч.2 и п.10.3 в части "Вне населенных пунктов разрешается движение: легковым автомобилям.. . на автомагистралях - со скоростью не более 110 км/ч, на остальных дорогах - не более 90 км/ч" ПДД РФ, и требований дорожной разметки 1.1 Приложения 2 к ПДД РФ - "Линии 1.1,... пересекать запрещается».

Зафиксированная вещно-следовая обстановка на месте ДТП соответствует версии водителя автомобиля ФИО9 ФИО1 в части, что уводу влево управляемого им состава транспортных средств предшествовала разгерметизация шины переднего левого колеса автомобиля ФИО9, т.е., наиболее вероятно, версия водителя автомобиля ФИО9 ФИО1, в данной части, является технически состоятельной.

Пояснения водителя ФИО1 в судебном заседании в целом не противоречат объяснениям данного водителя в материале проверки ГИБДД по факту ДТП, за исключением указания скорости движения автомобиля ФИО9 ("около 80 км/ч" - в объяснении в материале ГИБДД, и "70 км/ч" - в пояснениях в судебном заседании), т.е. являются дополнением к первоначальным объяснениям.

В остальном версия водителя ФИО1 не противоречит зафиксированной вещно-следовой обстановке, повреждениям на транспортных средствах, а также объяснениям других водителей - участников ДТП, т.е. не содержит технически несостоятельных моментов.

В исследуемой дорожно-транспортной ситуации действия водителя ФИО7 с технической точки зрения не соответствовали требованиями п.1.3, п.1.5 ч.1, п.8.1 в части "При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения», п.9.11 и п.10.1 ч.2 (в части применения нерегламентированного, в целях предотвращения ДТП, маневра) ПДД РФ и требованиям дорожной разметки 1.1 Приложения 2 к ПДД РФ.

Несоответствие действий водителя ФИО7 требованиям п.1.5 ч.1, п.8.1 в части "При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения."" и п.10.1 ч.2 (в части применения нерегламентированного, в целях предотвращения ДТП, маневра) ПДД РФ с технической точки зрения находятся в причинной связи с последующим съездом данного автомобиля в кювет и опрокидыванием.

При ответе на вопрос о том, имеются ли в сложившейся дорожно-транспортной ситуации в действиях водителя автомобиля ФИО9 ФИО1 нарушения ПДД РФ при условии, что все колеса на транспортном средстве были в технически исправном состоянии, эксперт отметил следующее: Условие, поставленное в данном вопросе (при условии, что все колеса на транспортном средстве были в технически исправном состоянии), противоречит зафиксированной вещно-следовой обстановке на месте ДТП. Поэтому данный вопрос рассматривался экспертом, как теоретический.

В данных условиях действия водителя ФИО1 с технической точки зрения не соответствовали требованиям п.1.3, п.1.5 ч.1, п.9.1, п.9.11, п.9.10 в части "Водитель должен соблюдать.. . необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения п.10.1 ч.1 ПДД РФ, а также требованиям дорожной разметки 1.1 Приложения 2 к ПДД РФ "Линии 1.1,... пересекать запрещается.". Вышеуказанные несоответствия действий водителя требованиям ПДД РФ, в данных условиях, с технической точки зрения, находятся в причинной связи с имевшим место ДТП.

При условии, что ходовая часть автомобиля ФИО9 спереди слева, в частности шина переднего левого колеса, имела какую-либо неисправность (какое-либо несоответствие установленным требованиям), возможность не допустить имевшего место ДТП у водителя ФИО1 зависела, в первую очередь, от объективной возможности своевременно (до ДТП) выявить данную неисправность (несоответствие). Для разрешения вопроса, имелась ли у водителя ФИО1 объективная возможность своевременно выявить неисправность (несоответствие) при ее наличии, требуется проведение отдельного вида экспертизы (транспортно-трасологической).

Поскольку действия каждого водителя в экстремальной ситуации (техническая неисправность транспортного средства (разгерметизация (взрыв) шины колеса), явно влияющая на управляемость транспортного средства) зависят от его профессиональной подготовки, опыта, навыков вождения и других субъективных качеств, оценка которых не входит в компетенцию эксперта-автотехника, решить вопрос о наличии (отсутствии) технической возможности у водителя ФИО1 предотвратить (избежать) выезда на встречную полосу, опрокидывания полуприцепа, наезда на МБО и последующего наезда на автомобиль <...>, г.р.з.<...>, экспертным путем не представляется возможным.

Предотвращение имевшего места ДТП (наезд на высыпавшийся из автомобиля ФИО9 груз, съезд в кювет с дальнейшим опрокидыванием автомобиля) полностью зависело от действий водителя автомобиля Митсубиси ФИО7 по управлению своим автомобилем и выполнению им вышеуказанных требований ПДД РФ, а именно, требований п.1.5 ч.1, п.8.1 в части "При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения"" и п.10.1 ч.2 ПДД РФ. С технической точки зрения, в случае полного их выполнения, он мог (имел возможность) не допустить имевшего место ДТП, т.е. не маневрируя, оставаясь в своей полосе.

Объективно установить на основании предоставленных материалов, имел или нет, водитель ФИО7 техническую возможность избежать наезда на автомобиль ФИО9 путем торможения, оставаясь в своей полосе, не применяя маневр, не представляется возможным.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО10 выводы, изложенные в экспертном заключении №055/25 от 29 сентября 2025г. поддержал в полном объеме.

Оценивая вышеприведенное экспертное заключение суд первой инстанции пришел к выводу о его допустимости и достаточности, поскольку данное заключение дано квалифицированным экспертом, предупрежденным об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, заключение содержит ответы на все поставленные судом вопросы, его выводы являются непротиворечивыми, основанными на исследовании материалов дела, содержат подробное описание проведенного исследования. Оснований не доверять указанному выше заключению экспертизы не установлено, каких-либо данных о заинтересованности эксперта в исходе дела суду не имеется.

АО «Согаз» в суд первой инстанции была представлена рецензия ООО «Федеральный экспертный центр ЛАТ» от 20 октября 2025г. на заключение автотехнической экспертизы ООО «НЭПЦ «Ферзь» №055/25 от 29 сентября 2025г., согласно которой выводы заключения эксперта ФИО10 в части действий водителя ФИО7 признать обоснованными и достоверными не представляется возможным, так как исследование выполнено односторонне, в неполном объеме.

Оценивая данную рецензию в совокупности с другими доказательствами по делу, в том числе с учетом показаний допрошенного эксперта ФИО10, суд первой инстанции в обжалуемом решении указал на отсутствие оснований не доверять выводам судебной экспертизы по приведенным в рецензии основаниям.

Оснований для иной оценки рецензии судебная коллегия не находит. Ходатайство о назначении по делу повторной (дополнительной) судебной экспертизы АО «Согаз» не заявлено, таких оснований по инициативе суда не имеется.

Оценив все представленные в материалы дела доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что виновные действия водителя ФИО1 состоят в причинно-следственной связи с ДТП, исходя из следующего.

Согласно п.1.5. ПДД РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В соответствии с п.2.3.1 Постановления Правительства РФ от 23 октября 1993г. №1090 «О Правилах дорожного движения» водитель транспортного средства обязан перед выездом проверить и в пути обеспечить исправное техническое состояние транспортного средства в соответствии с Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностями должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения.

Частью 1 ст.12.5 КоАП РФ установлена административная ответственность за управление транспортным средством при наличии неисправностей или условий, при которых в соответствии с Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностями должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения эксплуатация транспортного средства запрещена, за исключением неисправностей и условий, указанных в ч.ч.2-7 настоящей статьи.

Между тем, водитель ФИО1, управляя автомобилем ФИО9 в составе с полуприцепом, в результате несоблюдения требований п.2.3.1 ПДД РФ не обеспечил исправность технического состояния транспортного средства (тягача), в результате чего произошел разрыв переднего левого колеса.

По факту ДТП ФИО1 привлечен к административной ответственности по ч.1 ст.12.5 КоАП РФ. Постановление по делу об административном правонарушении вступило в законную силу.

В рамках проведенной по делу судебной автотехнической экспертизы эксперту не представилось возможным разрешить, соответствовали или нет действия водителя ФИО1 требованиям п.2.3.1 ПДД РФ, п.3 и п.11 ч.1 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, и Разделу 5 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств. Как указал эксперт, для разрешения данного вопроса требуется проведение отдельного вида экспертизы (транспортно-трасологической), однако ходатайств о назначении данного вида экспертизы от лиц, участвующих в деле, в том числе со стороны причинителя вреда, на которого законом (ст.1064 ГК РФ и ст.56 ГПК РФ) возложена обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда, не поступило.

Кроме того, эксперт указал, что если скорость движения автомобиля ФИО9 была более 70 км/ч (в частности, "около 80 км/ч"), то в действиях водителя ФИО1 имеются нарушения п.10.1 ч.1 и п.10.3 ПДД РФ.

Как следует из объяснений водителя ФИО1, данных в день ДТП, он управлял автомобилем ФИО9 в составе с полуприцепом, двигаясь по ФАД М-10 «Россия» со стороны г. Москва в сторону г. Санкт-Петербург со скоростью около 80 км/ч.

Судом первой инстанции дана верная оценка данным показаниям, как наиболее достоверным, поскольку они были даны водителем сразу после произошедшего ДТП, отобраны уполномоченным лицом в соответствии с требованиями КоАП РФ. При даче объяснений ФИО1 были разъяснены права и обязанности, а также положения ст.51 Конституции РФ, о чем имеется соответствующая отметка и подпись водителя в процессуальных документах.

В этой связи оснований не согласиться с критической оценкой пояснений ответчика ФИО1, данных им в судебном заседании, в части скорости движения (около 70 км/ч.) суд верно не усмотрел ввиду процессуального положения ответчика, значительного времени после ДТП, противоречий его первоначальным объяснениям при отсутствии к тому объективных причин.

Также с учетом заключения эксперта, указавшего, что действия каждого водителя в экстремальной ситуации (техническая неисправность транспортного средства (разгерметизация (взрыв) шины колеса, явно влияющая на управляемость транспортного средства), зависят от его профессиональной подготовки, опыта, навыков вождения и других субъективных качеств, что не входит в компетенцию эксперта-автотехника, а потому решить вопрос о наличии (отсутствии) технической возможности у водителя ФИО1 предотвратить (избежать) выезда на встречную полосу, опрокидывания полуприцепа, наезда на МБО и последующего наезда на автомобиль ГАЗ экспертным путем не представилось возможным, суд первой инстанции в пределах своей компетенции по оценке доказательств в их совокупности учел, что ответчик ФИО1 на момент ДТП имел значительный водительский стаж (с 1987 года), по категории «Е» с 2004 года, соответственно имел необходимый опыт вождения, а значит имел возможность снизить вероятность выезда автомобиля на встречную полосу и перерастания опасной дорожной ситуации в реальное ДТП.

Оснований для иной оценки вышеприведенных доказательств суд апелляционной инстанции по доводам апелляционных жалоб стороны ответчиков не усматривает. Все установленные по делу обстоятельства ДТП давали суду основания полагать, что опасную дорожную ситуацию создал водитель ФИО1, и именно его действия явились причиной ДТП и находятся в прямой причинной связи с наступлением вредных последствий для потерпевшего ФИО7

Кроме того, суд первой инстанции верно отметил, что приобщенное к материалам дела заключение эксперта ФГБУ Новгородская лаборатория судебной экспертизы Минюста России № 00756/62-2-25 от 05 ноября 2025г. не опровергает выводы суда о виновности ФИО1 в спорном ДТП. При этом заключение эксперта по результатам экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, равно как заключение эксперта, полученное по результатам внесудебной экспертизы, не являются экспертными заключениями по рассматриваемому делу в смысле ст.ст.55 и79 ГПК РФ, однако такие заключения могут быть признаны судом письменными доказательствами, которые подлежат оценке в совокупности с другими доказательствами.

Судом дана верная оценка доводам стороны ответчиков, приведенным ими также в апелляционных жалобах, в части того, что водитель ФИО1 не является лицом, ответственным за выпуск транспортного средства на линию, не является специалистом, способным определить недопустимый для тягача тип шин, о неразрешении экспертом вопроса о том, кто именно создал опасную ситуацию. Выводы суда в данной части подробно приведены в решении и в дополнительной аргументации не нуждаются.

Оснований, предусмотренных ст.87 ГПК РФ, для назначения по делу повторной либо дополнительной автотехнической экспертизы не установлено, сторонами соответствующего ходатайства не заявлено.

При этом судебная коллегия отмечает, что материалы дела не содержат доказательств отсутствия вины ФИО1 в спорном ДТП и причинении вреда потерпевшему ФИО7, а потому оснований для освобождения его от гражданско-правовой ответственности за причиненный потерпевшему ФИО7 вред, возмещенный АО «Согаз» по договору КАСКО, не имеется.

В отношении доводов апелляционной жалобы АО «Согаз» судебная коллегия также отмечает следующее.

Из материалов дела следует, что ДТП произошло вследствие нахождения на проезжей части дороги, предназначенной для встречного движения, опрокинувшегося автомобиля ФИО9, при этом следовавший по встречной полосе автомобиль Митсубиси под управлением ФИО7 попытался избежать столкновения, совершил наезд на находящийся на проезжей части дороги груз (горбыль), после чего съехал в левый по ходу движения кювет. Следы торможения автомобиля под управлением ФИО11 в представленной схеме ДТП отсутствуют.

В объяснениях ФИО7, данных сотрудникам полиции в день ДТП, указано, что в момент, когда он увидел, как автомобиль ФИО9 резко начал ехать ему навстречу, он стал тормозить, чтобы избежать столкновения, после чего он помнит, что на него летели доски и его автомобиль Митсубиси оказался в левом по ходу движения кювете, где опрокинулся.

Как следует из заключения судебной автотехнической экспертизы, несоответствие действий водителя ФИО7 требованиям п.1.5 ч.1, п.8.1 в части "При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения."" и п.10.1 ч.2 (в части применения нерегламентированного, в целях предотвращения ДТП, маневра) ПДД РФ с технической точки зрения находятся в причинной связи с последующим съездом данного автомобиля в кювет и опрокидыванием.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, положения ч.2 ст.1083 ГК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу, что помимо несоответствия действий водителя ФИО1 требованиям ПДД РФ, находящихся в причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения материального ущерба, вышеприведенные несоответствия требованиям ПДД РФ, также состоящие в причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения материального ущерба, имеются и в действиях водителя ФИО7

Оснований не согласиться с такими выводами суда первой инстанции также не имеется, они подтверждаются исследованными доказательствами, в том числе вышеназванным заключением судебной экспертизы и показаниями эксперта ФИО10, оценка которым судом апелляционной инстанции дана выше.

В силу п.3 ст.1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст.1064), то есть по принципу вины.

Поскольку опасную дорожную ситуацию создали именно действия водителя автомобиля ФИО9 ФИО1, и в результате таких действий водитель ФИО7 лишился возможности нормально управлять транспортным средством, принял неправильные меры к уходу от столкновения (нерегламетированный маневр влево, в результате чего произошел съезд транспортного средства в левый по ходу движения кювет), суд первой инстанции установил по правилам ст.1079 ГК РФ степень вины в ДТП каждого из водителей в процентном соотношении: ФИО1 – 80%, ФИО7 – 20%.

Доводов, по которым бы стороны были не согласны с определенной судом степенью вины каждого из водителей, в апелляционных жалобах не приведены.

Довод апелляционной жалобы АО «Согаз» о том, что по результатам производства по делу об административном правонарушении соответствующее постановление было вынесено лишь в отношении водителя ФИО1, на правильность выводов суда в приведенной части не влияют, поскольку данное обстоятельство не является преюдициальным для настоящего дела по смыслу ст.61 ГПК РФ, а то обстоятельство, что водитель ФИО7 к административной ответственности по факту ДТП привлечен не был, не является препятствием для установления его вины в судебном порядке в рамках настоящего гражданского дела.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах сторон, не опровергают указанные выше выводы суда, сводятся к переоценке доказательств по делу и основаны на неправильном толковании норм материального и процессуального права.

Таким образом, решение суда отмене или изменению по доводам апелляционной жалобы не подлежит.

Нарушений норм процессуального законодательства, являющихся в соответствии с ч.4 ст.330 ГПК РФ безусловным основанием для отмены решения, не допущено.

Руководствуясь ст.ст.327-330 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Боровичского районного суда Новгородской области от 27 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы Акционерного общества «Согаз», ФИО1, индивидуального предпринимателя ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное определение составлено 12 марта 2026г.