Апелляционное определение № 33-1054/2025 от 16 декабря 2025 г.

СудьяУзденова З.М. Дело № 33-1054/2025

УИД09RS0001-01-2025-000582-62


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Черкесск 17 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики в составе:

председательствующего Лайпанова А.И.

судей Дзыба З.И., Сыч О.А.

при секретаре судебного заседания Шидакове А.Б.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №2-1335\2025 по иску Адыге-Хабльского межрайонного прокурора в интересах Российской Федерации в лице уполномоченного органа - Федеральной службы по труду и занятости; Карачаево-Черкесской Республики в лице уполномоченного органа - Управления государственной службы занятости населения КЧР к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного преступлением,

по апелляционной жалобе представителя ФИО2 на решение Черкесского городского суда от 9 апреля 2025 года.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда КЧР Дзыба З.И., объяснения представителя ФИО2- Калабековой А.Д., возражения на жалобу прокурора Зайчук Н.А. и представителя Управления государственной службы занятости населения КЧР, РГКУ «Центр занятости населения по г. Черкесску» ФИО3, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

Адыге-Хабльский межрайонный прокурор обратился в суд с иском в интересах Российской Федерации в лице уполномоченного органа - Федеральной службы по труду и занятости; Карачаево-Черкесской Республики в лице уполномоченного органа - Управления государственной службы занятости населения КЧР к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного преступлением.

Требования мотивированы тем, что постановлением Адыге-Хабльского районного суда от 29.11.2024 уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных <данные изъяты> УК РФ, прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. По указанному уголовному делу потерпевшим и гражданским истцом признано РГКУ «ЦЗН по Усть-Джегутинскому муниципальному району. ФИО1 3.3. против прекращения уголовного дела не возражала, юридические последствия прекращения дела ей разъяснены и понятны. Поскольку ФИО1 3.3. путем мошенничества завладела денежными средствами, поступившими в РГКУ «ЦЗН по Усть-Джегутинскому району», данные денежные средства, по мнению прокурора, подлежат взысканию с нее.

Прокурор просил суд:

-взыскать с ФИО1 в бюджет Российской Федерации в лице уполномоченного органа - Федеральной службы по труду и занятости в качестве возмещения ущерба, причиненного преступлением, денежные средства в размере 122 667, 48 рублей;

-взыскать с ФИО1 в бюджет Карачаево- Черкесской Республики в лице Управления государственной службы занятости КЧР в качестве возмещения ущерба, причиненного преступлением, денежные средства в размере 6 456, 18 рублей.

В судебном заседании суда первой инстанции прокурор Асланукова Р.Р. требования поддержала, просила их удовлетворить.

Ответчик ФИО1, представитель третьего лица РГКУ «ЦЗН по г. Черкесску», уведомленные о времени и месте проведения судебного заседания надлежащим образом, о чем свидетельствуют судебные извещения, в судебное заседание не явились, о причинах неявки суд не уведомили, не просили рассмотреть дело в их отсутствие, не просили суд отложить разбирательство дела на более поздний срок, а также не представили суду доказательства уважительности причин неявки.

Суд первой инстанции, признав причину неявки ответчика и третьего лица в судебное заседание неуважительной, посчитал необходимым рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Решением Черкесского городского суда КЧР от 9 апреля 2025 года требования удовлетворены в полном объеме. Суд взыскал с ФИО1 в бюджет Российской Федерации в лице уполномоченного органа: Федеральной службы по труду и занятости в качестве возмещения ущерба, причиненного преступлением, денежные средства в размере 122 667 рублей 48 копеек. Суд взыскал с ФИО1 в бюджет Карачаево- Черкесской Республики в лице Управления государственной службы занятости КЧР в качестве возмещения ущерба, причиненного преступлением, денежные средства в размере 6 456 рублей 18 копеек. Суд взыскал с ФИО1 в доход муниципального образования города Черкесска государственную пошлину в размере 4 874 рубля.

В апелляционной жалобе ФИО2, подписанной представителем Калабековой А.Д., ставится вопрос об отмене решения суда, рассмотрении дела по правилам суда первой инстанции в связи с ненадлежащим уведомлением ответчика судом первой инстанции о времени и месте рассмотрения дела, вынесении по делу нового решения об отказе в иске в связи с пропуском прокурором срока исковой давности.

В возражениях на апелляционную жалобу и.о. Адыге-Хабльского межрайонного прокурора просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, т.к. срок на обращение в суд после прекращения судом уголовного дела в отношении ФИО2 прокурором не пропущен, ответчик надлежаще извещалась судом о времени и месте рассмотрения гражданского дела.

Определением от 15 октября 2025 года суд перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО1 - Калабекова А.Д. поддержала доводы апелляционной жалобы, просила решение суда отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать, применить срок исковой давности.

Прокурор Зайчук Н.А. поддержала заявленные исковые требования, просила апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

Представитель третьих лиц ФИО3 в судебном заседании суда апелляционной инстанции просил апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

Ответчик ФИО1, будучи надлежащим образом извещённой о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явилась, о причинах неявки не сообщила и не просила о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Судебная коллегия, учитывая, что стороны извещены о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом, находит возможным рассмотрение дела в отсутствие ответчика ФИО1 на основании ст. 167, ч. 1 ст. 327 ГПК РФ.

Изучив материалы дела, исследовав и обсудив доводы апелляционной жалобы и письменные возражения, проверив законность и обоснованность решения суда согласно ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений на нее, заслушав явившихся лиц, судебная коллегия приходит к следующему.

Привлечение к деликтной ответственности лица, в отношении которого уголовное преследование прекращено по нереабилитирующим основаниям, требует установления судом состава гражданского правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину ("Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2024)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.05.2024).

Прокурор обратился в суд с иском в интересах Российской Федерации к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного преступлением, указав, что в результате её преступных действий РГКУ «ЦЗН по Адыге-Хабльскому муниципальному району» причинен материальный ущерб в крупном размере. Данные действия ФИО1 были квалифицированы по <данные изъяты> УК РФ как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное с использованием своего служебного положения, в крупном размере. Постановлением Адыге-Хабльского районного суда от 29.11.2024 уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных <данные изъяты> УК РФ, прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ - в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. Гражданский иск РГКУ «ЦЗН по Усть-Джегутинскому муниципальному району» к ФИО1 о взыскании материального ущерба в размере 129 123,67 оставлен без рассмотрения с указанием, что это не препятствует истцу предъявить иск с соблюдением правил подсудности.

Обращаясь с иском в суд, прокурор указал, что последствия в виде причинения материального ущерба РГКУ «ЦЗН по Усть-Джегутинскому муниципальному району», а также Управлению государственной службы занятости КЧР, находятся в прямой причинно-следственной связи с преступными действиями ФИО2

Полагая, что прекращение уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования не освобождает лицо, причинившее материальный вред, от его возмещения в полном объеме, прокурор просил взыскать с ответчика в бюджет Российской Федерации в лице уполномоченного органа - Федеральной службы по труду и занятости в качестве возмещения ущерба, причиненного преступлением, денежные средства в размере 122 667, 48 рублей; в бюджет Карачаево- Черкесской Республики в лице Управления государственной службы занятости КЧР в качестве возмещения ущерба, причиненного преступлением, денежные средства в размере 6 456, 18 рублей.

Согласно Постановлению Правительства КЧР от 14.12.2023 №349 РГКУ «ЦЗН по Усть-Джегутинскому муниципальному району» реорганизовано путем присоединения к РГКУ «Центр занятости населения по г. Черкесску». РГКУ «Центр занятости населения по г. Черкесску» переименовано в РГКУ «Кадастровый центр КЧР».

Из выписки из ЕГРЮЛ от 01.10.2025 следует, что РГКУ «ЦЗН по Усть-Джегутинскому муниципальному району» прекратил деятельность юридического лица путем реорганизации в форме присоединения 26.06.2024.

Протокольно в судебном заседании от 15.10.2025 судебная коллегия произвела замену РГКУ «ЦЗН по Усть-Джегутинскому муниципальному району» на РГКУ «Центр занятости населения по г. Черкесску».

Судом установлено и следует из материалов дела, что постановлением Адыге-Хабльского районного суда Карачаево-Черкесской Республики от 29 ноября 2024 года уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных <данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации, прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Суд первой инстанции, принимая решение об удовлетворении исковых требований, исходил из того, что факт прекращения уголовного дела и освобождение лица от уголовной ответственности в связи с истечением срока давности, то есть по не реабилитирующему основанию, не освобождает это лицо от обязательств по возмещению причиненного ущерба и не исключает защиту потерпевшим своих прав в порядке гражданского судопроизводства.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции соглашается, приняв во внимание дополнительные доказательства, приобщенные к делу по ходатайству прокурора.

Согласно позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 16 июля 2015 г. N 1823-О, в деле о возмещении вреда постановление о прекращении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям в отношении ответчика, приложенное к иску, выступает лишь одним из письменных доказательств и по отношению к иным доказательствам не обладает большей доказательственной силой.

Так как судом первой инстанции в нарушение ч.2 ст. 56 ГПК РФ не определялись обстоятельства, имеющие значение для дела, суд второй инстанции предложил прокурору в порядке ч.3 ст. 56 ГПК РФ представить и раскрыть доказательства, на которые он ссылается как на основание своих требований, а ответчику изложить свои доказательства в возражении на иск.

Прокурором представлены, судом приобщены к материалам дела процессуальные документы из уголовного дела в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159, ч.3 ст. 159. ч. 3 ст. 159, ч. 3 ст. 159, ч. 3 ст. 159 УК РФ, расчет иска.

Стороной ответчика контррасчет иска суду не представлен, несмотря на то, что представитель ответчика оспаривала, в том числе, размер сумм ущерба, указанных в иске.

В соответствии с абзацем 1 пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно части первой статьи 44 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации гражданским истцом является юридическое лицо, предъявившее требование о возмещении имущественного вреда, при наличии оснований полагать, что данный вред причинен ему непосредственно преступлением.

В силу части второй статьи 44 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации гражданский иск может быть предъявлен после возбуждения уголовного дела и до окончания судебного следствия при разбирательстве данного уголовного дела в суде первой инстанции. При предъявлении гражданского иска гражданский истец освобождается от уплаты государственной пошлины.

Частью первой статьи 54 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в качестве гражданского ответчика может быть привлечено физическое лицо, которое в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации несет ответственность за вред, причиненный преступлением.

В абзаце втором пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2020 года N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу" разъяснено, что по смыслу положений пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный преступлением, подлежит возмещению в полном объеме лицом, виновным в его совершении, поэтому, по общему правилу, в качестве гражданского ответчика привлекается обвиняемый.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 2 марта 2017 года N 4-П, лицо, уголовное дело в отношении которого прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, не освобождается от обязательств по возмещению причиненного им ущерба, а потерпевший имеет возможность защитить свои права и законные интересы в порядке гражданского судопроизводства с учетом правил о сроках исковой давности; суд, рассматривающий в порядке гражданского судопроизводства иск о возмещении ущерба, причиненного подвергавшимся уголовному преследованию лицом, должен принять данные предварительного расследования, включая сведения, содержащиеся в решении о прекращении в отношении этого лица уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, в качестве письменных доказательств, которые - наряду с другими имеющимися в деле доказательствами - он обязан оценивать по своему внутреннему убеждению, основанному на их всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования, о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, Пленум Верховного Суда Российской Федерации в своем постановлении 13 октября 2020 года № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу» разъяснил судам, что при постановлении оправдательного приговора или вынесении постановления (определения) о прекращении уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктом 1 части 1 статьи 24 УПК РФ (отсутствие события преступления) и пунктом 1 части 1 статьи 27 УПК РФ (непричастность подсудимого к совершению преступления), суд отказывает в удовлетворении гражданского иска (часть 2 статьи 306 УПК РФ). При наличии иных оснований, для постановления оправдательного приговора (например, в деянии подсудимого отсутствует состав преступления) либо иных оснований для прекращения уголовного дела, в том числе нереабилитирующих, суд оставляет гражданский иск без рассмотрения, указав в решении, что за истцом сохраняется право на предъявление иска в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии со ст. 6 Бюджетного кодекса Российской Федерации установлено, что бюджет - это форма образования и расходования денежных средств, предназначенных для финансового обеспечения задач и функций государства.

В соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2012 года № 1307 «О предоставлении и распределении в 2013 году субсидий из Федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации на реализацию дополнительных мероприятий, направленных на снижение напряженности на рынке труда субъектов Российской Федерации» (л.д.34 т.1), Постановлением Правительства Карачаево-Черкесской Республики от 22 января 2013 года № 16 «Об утверждении Программы дополнительных мер по снижению напряженности на рынке труда Карачаево-Черкесской Республики в 2013 году» (л.д.11), общий объем финансирования Программы в 2013 году составил 54 251, 2 тыс. рублей, в том числе: субсидия федерального бюджета – 51 538, 6 тыс. рублей - 95,0 %; средства бюджета ККЧ – 2 712, 6 тыс. рублей - 5,0 % (л.д.12).

Из представленных суду прокурором дополнительных доказательств следует, что в ходе рассмотрения уголовного дела установлено, что ФИО1 являлась единственным учредителем и директором общества с ограниченной ответственностью «Ставком» (ООО «Ставком»), организующим деятельность и управление предприятия на основании Устава (утвержден решением единственного учредителя №1 от 15.01.2013), т.к. в соответствии с подпунктом 8.7. Устава директор является единоличным исполнительным органом.

С целью хищения путем обмана бюджетных денежных средств, предоставляемых в качестве субсидии в соответствии с вышеуказанными Программами дополнительных мер по снижению напряженности на рынке труда Карачаево-Черкесской Республики в 2013 году, не собираясь проводить стажировку выпускников учреждений начального и среднего высшего профессионального образования и трудоустройство к замещению свободных рабочих мест (вакантных должностей) признанными в установленном порядке безработными гражданами и гражданами, ищущими работу, проживающими в КЧР (для замещения постоянных рабочих мест), используя свое служебное положение, из корыстных побуждений, осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, не позднее 15 марта 2013 года (точная дата не установлена) ФИО1 предоставила в Республиканское государственное казенное учреждение «Центр занятости населения по Усть-Джегутинскому муниципальному району» (РГКУ ЦЗН по Усть-Джегутинскому муниципальному району), сведения о потребности в одном работнике в ООО «Ставком».

При этом ФИО1 3.3. заранее определила фиктивной трудоустроенной по вышеуказанной программе ФИО4, которой она, введя ее в заблуждение и скрыв намерения в хищении бюджетных средств, предложила свою помощь в постановке на учет в качестве безработной в РГКУ ЦЗН по Усть-Джегутинскому муниципальному району с последующим трудоустройством в ООО «Ставком» с ежемесячной оплатой труда в размере не более 5 000 рублей в течение 6 месяцев.

ФИО1 3.3., будучи осведомленной, что в счет найма жилого помещения во время прохождения фиктивной стажировки в ООО «Ставком» в отеле «Регион 26», расположенном по адресу: <...> на расчетный счет Д.Ф.Б. будут ежемесячно перечисляться бюджетные денежные средства, с целью их хищения предложила Д.Ф.Б. передавать ей поступающие на ее счет деньги, из которых она сама путем распределения будет передавать ей оговоренную сумму денежных средств.

Реализуя задуманное, ФИО1 3.3., получив согласие Д.Ф.Б., путем предоставления необходимого пакета документов поставила ее в РГКУ ЦЗН по Усть-Джегутинскому муниципальному району на учет в качестве безработной.

ФИО1 3.3., реализуя свой преступный умысел, скрыв свои анкетные данные, от имени своего одноклассника М.А.А. как генерального директора ООО «Ставком», не имеющего какого-либо отношения к ООО «Ставком», не осведомленного о преступных действиях ФИО1 3.3., 15 марта 2013 года заключила с директором РГКУ ЦЗН по Усть-Джегутинскому муниципальному району ФИО5 и состоящей на учете в РГКУ ЦЗН по Усть-Джегутинскому муниципальному району в качестве безработной Д.Ф.Б.., не осведомленной о преступных действиях ФИО1 3.3., договор № 20 «О стимулировании работодателей, осуществляющих деятельность в субъектах Российской Федерации, не относящихся к территориям с напряженной ситуацией на рынке труда, к замещению свободных рабочих мест (вакантных должностей) признанными в установленном порядке, безработными гражданами и гражданами, ищущими работу, проживающими в Карачаево- Черкесской Республике (для замещения постоянных рабочих мест)», в ходе чего учинила подписи за М.А.А.

Для реализации своей преступной цели в виде хищения бюджетных денежных средств ФИО1 3.3. изготовила и предоставила в РГКУ «ЦЗН по Усть-Джегутинскому муниципальному району» следующие не соответствующие действительности документы, свидетельствующие о прохождении Д.Ф.Б. в качестве дизайнера трудовой деятельности в ООО «Ставком» по адресу: <...>, в период времени с 18 марта 2013 года по 18 марта 2014 года: трудовой договор № 7 от 18 марта 2013 года «О трудоустройстве ФИО4 в ООО «Ставком» в качестве дизайнера», приказ о приеме работника Д.Ф.Б. на работу № 00000000014 от 18 марта 2013 года на должность дизайнера.

На основании предоставленных ФИО1 3.3. фиктивных документов в период времени с 5 июня по 26 ноября 2013 года на расчетный счет ООО «Ставком» с расчетного счета РГКУ «ЦЗН по Усть- Джегутинскому муниципальному району» были перечислены денежные средства в качестве субсидии в счет оплаты заработной платы ФИО4 на общую сумму 37 273,67 руб., из которых ФИО1 3.3., в числе прочего, для сокрытия от ФИО4, а также сотрудников РГКУ «ЦЗН по Усть-Джегутинскому» муниципальному району своих незаконных действий и придания правомерности использования бюджетных денежных средств, незаконно, распоряжаясь выделенными денежными средствами, произвела начисления страховых взносов на обязательное пенсионное страхование в Пенсионный фонд Российской Федерации на имя Д.Ф.Б.

Кроме этого, ФИО1 3.3. согласно устной договоренности с Д.Ф.Б. в период времени с 22 мая по 30 сентября 2013 года ежемесячно получала от нее или от ее имени денежные средства, перечисленные ей на расчетный счет №... РГКУ «ЦЗН по Усть-Джегутинскому муниципальному району» в счет найма жилого помещения по адресу: <...> в котором Д.Ф.Б. фактически не проживала: 22.05.2013 в сумме 7 700 рублей, 19.06.2013 в сумме 16 500 рублей, 19.06.2013 в сумме 17 050 рублей, 30.08.2013 в сумме 16 500 рублей, 30.08.2013 в сумме 17 050 рублей, 23.09.2013 в сумме 17 050 рублей, а всего 91 850 рублей.

Из протокола опроса Д.Ф.Б., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, от 20.06.2018, следует, что Трудовой договор № 7 от 18 марта 2013 года, приказ о приеме на работу от 18 марта 2013 года, другие документы она подписала по просьбе ФИО1 3.3., т.к. она пообещала трудоустроить ее в г. Ставрополе в ООО «Ставком» дизайнером. Стажировку в ООО «Ставком» она не проходила, в марте 2013 г. ФИО1 сказала ей, что данная организация ликвидирована.

Из протокола опроса М.А.А. от 21.06.2018 следует, что ФИО1 знает с детства, с ней вместе никогда не работал, в последний раз видел ее в 2010 году; директором ООО «Ставком» никогда не был, Д.Ф.Б. не знает, никаких договоров не заключал, подпись на договоре от 15.03.2013 выполнена не им.

Из протокола опроса Л.Р.Б. от 21.06.2018 следует, что ООО «Ставком» ему не знакомо. С ФИО1 знаком, она обратилась в 2013 г. с просьбой оформить документы на несколько человек, якобы проживавших у него в номерах, он согласился. Однако указанные в документах граждане у него не проживали. С Д.Ф.Б. не знаком, договор на ее проживание подписал по просьбе ФИО1, но та у него не проживала.

Из протокола опроса директора «ЦЗН по Усть-Джегутинскому муниципальному району» ФИО5 от 22.06.2018 следует, что ООО «Ставком» участвовал по программе дополнительных мер по снижению напряженности на рынке труда Карачаево-Черкесской Республики в 2013 году, которая финансировалась из средств федерального бюджета непосредственно на расчетный счет работодателя. ООО «Ставком» подал заявку на участие в организации трудоустройства; затем из безработных граждан, стоящих у них на учете, ЦЗН выдало направление на работу. Между Обществом, ЦЗН и гражданином был заключен договор. Насколько она знает, Д при составлении договора не присутствовала. Представитель ООО «Ставком» 5 числа месяца, следующего за отчетным, предоставлял в ЦЗН документы, ответственность за их правильность несет работодатель. С Д.Ф.Б., с М.А.А., с ФИО1 не знакома.

Согласно Справке об исследовании МВД по КЧР от 02.07.2018 №108-1, в представленных договорах подпись М.А.А. выполнена не им.

Таким образом, документами, представленными прокурором в обоснование заявленных требований, проанализированными судебной коллегией, достоверно установлено, что в результате преступных действий ФИО1 3.3. РГКУ ЦЗН по Усть-Джегутинскому муниципальному району причинен ущерб на общую сумму 129 123, 67 руб.

Данные действия ФИО1 3.3. квалифицированы по <данные изъяты> РФ как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное с использованием своего служебного положения, в крупном размере.

РГКУ «ЦЗН по Усть-Джегутинскому муниципальному району» было признано потерпевшим, а также гражданским истцом по уголовному делу в отношении ФИО1 3.3.

Из материалов дела следует, что ФИО1 3.3. совершила преступление по ч. 3 ст. 159 УК РФ по эпизоду в РГКУ «ЦЗН по Усть- Джегутинскому муниципальному району» 26 ноября 2013 года, т.е. с момента совершения данного преступления истекло более 10 лет.

В судебном заседании при рассмотрении уголовного дела защитником адвокатом Калабековой А.Д. заявлено ходатайство, поддержанное обвиняемой ФИО1, о прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

ФИО1 против прекращения уголовного дела не возражала, согласилась с прекращением уголовного дела по этому основанию, юридические последствия прекращения дела ей судом были разъяснены, она их поняла.

Исследовав материалы дела, судебная коллегия полагает, что ответчик и ее представитель не доказали, что вред был причинён не по вине ФИО1 Вина ответчика в причинении вреда истцу доказана постановлением Адыге-Хабльского районного суда Карачаево-Черкесской Республики от 29 ноября 2024 года, которым уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных <данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации, прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В соответствии с частью 4 статьи 35 Федерального закона от 17 января 1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» полномочия прокурора, участвующего в судебном рассмотрении дел, определяются процессуальным законодательством Российской Федерации. Часть 1 статьи 37, часть 3 статьи 44 УПК РФ регламентируют, что прокурор является должностным лицом, уполномоченным в пределах компетенции осуществлять от имени государства уголовное преследование в ходе уголовного судопроизводства, а также надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия. Согласно указанных норм Уголовно-процессуального законодательства, прокурор предъявляет гражданский иск в защиту интересов государства.

Таким образом, часть 3 статьи 44 УПК РФ, не имеющая расширительного толкования, определяет прокурора в качестве единственного лица, уполномоченного на предъявление гражданского иска в интересах государства.

В соответствии с приказом Генеральной прокуратуры Российской Федерации от 15 декабря 2016 года № 83-10 «Об осуществлении подведомственными Генеральной прокуратуре Российской Федерации органами прокуратуры и федеральными казенными учреждениями бюджетных полномочий администратора доходов федерального бюджета» прокуратура Карачаево-Черкесской Республики входит в перечень подведомственных Генеральной прокуратуре Российской Федерации органов прокуратуры и федеральных казенных учреждений, осуществляющих полномочия администратора доходов федерального бюджета, и осуществляет принудительное взыскание с плательщика платежей в федеральный бюджет, в том числе штрафов, через судебные органы или через судебных приставов в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, с представлением необходимой для заполнения платежного документа информации суду и судебному приставу-исполнителю в соответствии с нормативными правовыми актами Министерства финансов Российской Федерации.

Исходя из выше перечисленных нормативно-правовых актов Российской Федерации, усматривается связь с бюджетным законодательством Российской Федерации, так как в соответствии с пунктом 3 статьи 41 Бюджетного кодекса Российской Федерации средства, полученные в результате применения мер административной ответственности, в том числе штрафы, конфискации, а также средства, полученные в возмещение вреда, причиненного Российской Федерации, субъектам Российской Федерации, муниципальным образованиям, и иные суммы принудительного изъятия, относятся к неналоговым доходам бюджетов.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что поскольку ФИО1 путем мошенничества завладела денежными средствами, поступившими в РГКУ «ЦЗН по Адыге-Хабльскому муниципальному району» на основании Постановления Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2012 года № 1307 «О предоставлении и распределении в 2013 году субсидий из Федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации на реализацию дополнительных мероприятий, направленных на снижение напряженности на рынке труда субъектов Российской Федерации», то взысканные с ФИО1 денежные средства подлежат возмещению из расчета: в бюджет Российской Федерации 95 %, в бюджет Карачаево-Черкесской Республики 5 % от взысканной суммы.

Довод ответчика о том, что часть средств была возвращена в бюджет путем оплаты налогов НДФЛ за работников ООО «Ставком», проверен, но подтверждения не нашел.

Согласно ответу УФНС по Ставропольскому краю от 27.11.2025 №18-05\020744 на запрос судебной коллегии, в информационных ресурсах налоговых органов по состоянию на 27.11.2025 информация о предоставлении сведений о доходах физических лиц за 2013-2014 г.г. ООО «Ставком» отсутствует.

Доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, заявленные в апелляционной жалобе, а затем при переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции, удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

По этому поводу Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, в том числе в Постановлении от 28 января 2025 г. N 3-П, что сам по себе момент нарушения права органа не может считаться моментом начала исчисления срока исковой давности. Течение давностного срока связано с моментом выявления такого нарушения уполномоченными органами или должностными лицами, а равно с моментом, когда уполномоченным органам или должностным лицам стало известно об этом нарушении.

Также Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 14 апреля 2025 г. N 913-О указал, что момент, когда органу стало или должно было стать известно о нарушении своих прав, равно как и момент, когда состоялось нарушение его прав, определяется судом с учетом всей совокупности фактических обстоятельств. Именно эти критерии начала течения срока исковой давности применимы и в случаях, когда иск в защиту публичных интересов был заявлен прокурором.

Исходя из фактических обстоятельств по настоящему делу, судебная коллегия полагает, что течение срока исковой давности следует исчислять с момента, когда нарушение публичных интересов было выявлено прокурором.

Прокурору о том, что гражданский иск РГКУ «ЦЗН по Адыге-Хабльскому муниципальному району» был оставлен судом без рассмотрения, стало известно из постановления Адыге-Хабльского районного суда от 29.11.2024, которым уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных <данные изъяты> УК РФ, было прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

После вступления указанного постановления в законную силу прокурор 12.02.2025 обратился в суд с иском к ФИО1 о взыскании с неё в бюджет Российской Федерации в лице уполномоченного органа - Федеральной службы по труду и занятости в качестве возмещения ущерба, причиненного преступлением, денежных средств в размере 122 667, 48 рублей; в бюджет Карачаево- Черкесской Республики в лице Управления государственной службы занятости КЧР в качестве возмещения ущерба, причиненного преступлением, денежных средств в размере 6 456, 18 рублей.

Таким образом, срок исковой давности прокурором пропущен не был. Данный вывод не противоречит разъяснениям, содержащимся в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", поскольку сведений о том, что уполномоченному органу - Федеральной службе по труду и занятости Российской Федерации было или должно было быть известно о нарушении права ранее этого, не имеется (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 21.10.2025 N 18-КГ25-354-К4).

Более того, Конституционный Суд Российской Федерации указал, что институт исковой давности не предназначен для использования в недобросовестных целях. Принципы справедливости, равенства и соразмерности (пропорциональности) предполагают отказ в применении срока давности по требованию тех, кто использует положение о сроках давности вопреки его предназначению, в ущерб правам других лиц и правомерным публичным интересам (Постановления от 14 июля 2005 г. N 9-П и от 31 октября 2024 г. N 49-П).

С учетом установленных по делу обстоятельств судебная коллегия полагает, что решение Черкесского городского суда от 09.04.2025 подлежит отмене в связи с нарушением судом п.2 ч.4 ст. 330 ГПК РФ, при вынесении нового решения судебная коллегия приходит к выводу, что исковые требования Адыге-Хабльского межрайонного прокурора подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Черкесского городского суда Карачаево-Черкесской Республики от 9 апреля 2025 года отменить.

Принять по делу новое решение, которым исковые требования Адыге-Хабльского межрайонного прокурора – удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в бюджет Российской Федерации в лице уполномоченного органа - Федеральной службы по труду и занятости в качестве возмещения ущерба, причиненного преступлением, денежные средства в размере 122 667 (сто двадцать две тысячи шестьсот шестьдесят семь) рублей 48 копеек.

Взыскать с ФИО6 (ФИО1) З.З, в бюджет Карачаево-Черкесской Республики в лице Управления государственной службы занятости КЧР в качестве возмещения ущерба, причиненного преступлением, денежные средства в размере 6 456 (шесть тысяч четыреста пятьдесят шесть) рублей 18 копеек.

Взыскать с ФИО2 в доход муниципального образования города Черкесска государственную пошлину в размере 4 874 (четыре тысячи восемьсот семьдесят четыре) рубля.

Председательствующий

Судьи