Апелляционное определение № 33-2498/2026 от 12 мая 2026 г.

Судья Семенихин В.А. УИД 39RS0004-01-2025-003694-02

Дело № 2-143/2026


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е



№ 33-2498/2026
13 мая 2026 года
г. Калининград
Судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда в составе:

председательствующего: Алферовой Г.П.

судей: Макаровой Т.А., Куниной А.Ю.

при помощнике: ФИО3

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционным жалобам ФИО4, ФИО5 на решение Московского районного суда г. Калининграда от 27 января 2026 г. по иску САО «ВСК» к ФИО4, ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения.

Заслушав доклад судьи Алферовой Г.П., объяснения ФИО4 и его представителя ФИО6, объяснения ФИО5 и ее представителя ФИО7, поддержавших доводы жалоб, объяснения ФИО9, полагавшего жалобы обоснованными, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

САО «ВСК» обратилось в суд с иском к ФИО4, ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения, указав, что 25 мая 2021 года произошло дорожно-транспортное происшествие на автодороге 45 км+150 м «Гвардейск-Неман- граница с Литовской Республикой» с участием транспортных средств: «Nissan Qashqai», г/н № под управлением ФИО12, «Volkswagen Transporter» г/н №, под управлением ФИО1, «Suzuki Ignis», г/н №, под управлением ФИО8, «Ford Transit», г/н №, под управлением ФИО13, собственник ФИО14 Транспортное средство «Ford Transit», г/н №, на момент дорожно-транспортного происшествия было застраховано в САО «ВСК» по договору ОСАГО РРР5051991543.

В связи с наступлением страхового случая ФИО4, ФИО5 обратились в САО «ВСК» с заявлением о выплате страхового возмещения. Признав данный случай страховым, САО «ВСК» выплатило страховое возмещение потерпевшим ФИО4 в размере 400000 руб., ФИО5 в размере 82362,50 руб.

Согласно договору ОСАГО РРР5051991543 ФИО10 не включен в договор страхования в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством, при использовании которого причинен вред.

САО «ВСК» обратилось в Советский городской суд Калининградской области с исковым заявлением к ФИО10 о взыскании убытков в порядке регресса.

Решением Советского городского суда Калининградской области от 16 ноября 2022 года по гражданскому делу № 2-379/2022 в удовлетворении требований САО «ВСК» к ФИО10, ФИО11, ФИО15 о возмещении ущерба в порядке регресса отказано.

Считает, что поскольку в ходе рассмотрения дела в Советском городском суде установлено, что на момент дорожно-транспортного происшествия произошла смена собственника транспортного средства с ФИО11 на ФИО15, новый собственник не застраховал автомобиль, при этом действие полиса РРР5051991543 прекратилось в связи со сменой собственника, то оснований у страховой компании для выплаты ущерба ФИО4, ФИО5 не имелось, следовательно, полученные ими денежные средства являются их неосновательным обогащением.

Ссылаясь на вышеуказанные обстоятельства, истец просил взыскать с ответчиков неосновательное обогащение: с ФИО4 – в размере 400000 руб., со ФИО5 – в размере 82362,50 руб., а также судебные расходы.

Решением Московского районного суда г. Калининграда от 27 января 2026 года исковые требования САО «ВСК» - удовлетворены. С ФИО4 в пользу САО «ВСК» взыскано неосновательное обогащение в размере 400000 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 12500 руб., а всего - 412500 руб.

Со ФИО5 в пользу САО «ВСК» взыскано неосновательное обогащение в размере 82362,50 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 4000 руб., а всего - 86362,50 руб.

В апелляционной жалобе ФИО4 просит решение суда отменить, вынести новое решение об отказе в удовлетворении требований в полном объеме, ссылаясь на неправильное применение норм материального права. Указывает, что судом не были учтены разъяснения п. 6 Постановления Пленума ВС РФ от 08.1.2022 № 31, согласно которым страховщик вправе досрочно прекратить действие договора обязательного страхования в случае выявления ложных или неполных сведений, предоставленных страхователем при его заключении, и имеющих существенное значение для определения страхового риска, а также в иных случаях, предусмотренных законом (пп. «а» п. 2 ст. 5 Закона об ОСАГО, п. 1.15 Правил). В силу п. 1 ст. 450.1, ст. 165.1 ГК РФ договор ОСАГО в этом случае прекращается с момента получения страхователем уведомления страховщика о прекращении договора. Обязанность по представлению полных и достоверных сведений относится к информации, влияющей на размер страховой премии (технических характеристик, о собственнике, цели использования ТС и т.д.). В случае предоставления ложных сведений страховщик вправе требовать признания договора страхования недействительным на основании п. 4 ст. 944 ГК РФ и применения последствий, предусмотренных ст. 179 ГК РФ. Однако страховой полис № РРР 5051991543 сроком действия с 10.08.2020 г. по 9.08.2021 г. САО «ВСК» недействительным не признавался и данный договор досрочно не расторгался. Обращает внимание, что ему в результате ДТП, произошедшего 25.05.2021г., был причинен материальный ущерб транспортным средством «Форд Транзит» госномер С628Ан/39, гражданская ответственность владельца которого была застрахована САО «ВСК» по данному страховому полису. Тот факт, что суд не стал устанавливать лицо, застраховавшее «Форд Транзит» 9.08.2020 г., не лишает потерпевшего права на выплату страхового возмещения. Цитируя положения Закона об ОСАГО, настаивает на том, что имел законные основания для получения страхового возмещения. Продолжает настаивать на пропуске истцом срока исковой давности, который начинает течь с момента выплаты страхового возмещения 13 августа 2021 г., а не 14 марта 2023 г., то есть с момента вступления в законную силу решения Советского городского суда Калининградской области от 16 ноября 2022 года, как ошибочно посчитал суд.

В апелляционной жалобе ФИО5 просит решение суда отменить, вынести новое решение об отказе в удовлетворении требований в полном объеме. Оспаривает вывод суда о том, что выплаченное страховое возмещение ФИО4, ФИО5 является неосновательным обогащением, а достигнутые между ФИО4 и ФИО5 с САО «ВСК» соглашения в рамках урегулирования страхового случая являются ничтожными. Настаивает на том, что какой-либо недобросовестности со стороны ответчиков не имелось, так как страховое возмещение было получено на законных основаниях по заявлению о выплате страхового возмещения. Данная позиция изложена в определении Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 20.01.2025 г. № 88-2026/2025. Указывает, что доказательств недобросовестности ответчика и преднамеренного создания им ситуации, позволяющей необоснованно получить им страховое возмещение, в материалах дела не имеется. Обращает внимание, что при соблюдении истцом надлежащей степени заботливости и осмотрительности он обладал возможностью достоверно установить действительно ли 10 августа 2020 г. договор страхования заключался со ФИО11, указанным в полисе страхования РРР № 5051991543 от 10.08.2020 г. в качестве страхователя и владельца транспортного средства, или с иным лицом. В свою очередь истец является профессиональным участником сложившихся правоотношений, поэтому на момент поступления к нему заявления потерпевшего о выплате страхового возмещения, он обязан был убедиться в обоснованности совершаемых им действий по перечислению потерпевшему денежных средств. Кроме того, между страховщиком и потерпевшим было достигнуто соглашение в письменной форме о выплате страхового возмещения, которое не оспорено и недействительным не признано, в связи с чем вывод суда о ничтожности указанных соглашений является необоснованным.

В судебное заседание истец САО «ВСК», третьи лица ФИО11, ФИО10 не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежаще, с заявлением об отложении судебного заседания не обращались, в связи с чем суд апелляционной инстанции, руководствуясь ч. 3 ст. 167, ч. 1, 2 ст. 327 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции с учетом доводов, изложенных в апелляционных жалобах, судебная коллегия находит его подлежащим отмене в связи с неправильным применением норм материального права.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ произошло дорожно-транспортное происшествие на автодороге 45 км+150 м «Гвардейск-Неман- граница с Литовской Республикой» <адрес> с участием транспортных средств: «Nissan Qashqai», г/н № под управлением ФИО12, транспортного средства «Volkswagen Transporter» г/н №, под управлением ФИО1, транспортного средства «Suzuki Ignis», г/н №, под управлением ФИО2, транспортного средства «Ford Transit», г/н №, под управлением ФИО13

В действиях ФИО10 установлено нарушение п. 9.10 ПДД РФ, он был привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, наложено наказание в виде административного штрафа в размере 15 000 руб.

Согласно карточке учета транспортного средства от 25 мая 2021 года собственником транспортного средства «Ford Transit», г/н №, являлся ФИО14, чья ответственность на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована в САО «ВСК» по договору ОСАГО № РРР5051991543. В список лиц, допущенных к управлению транспортным средством, ФИО13 не входил.

ФИО4 и ФИО5 обратились в САО «ВСК» с заявлениями о выплате страхового возмещения.

Указанное ДТП признано страховым случаем, в связи с чем САО «ВСК выплачено страховое возмещение ФИО4 в размере 400000 руб., ФИО5 - в размере 82362,50 руб.

Решением Советского городского суда Калининградской области по гражданскому делу № 2-379/2022 от 16 ноября 2022 года в удовлетворении требований САО «ВСК» к ФИО10, ФИО11, ФИО15 о возмещении ущерба в порядке регресса отказано.

Решением суда установлено, что 03 мая 2019 года ФИО11 продал автомобиль «Ford Transit», г/н <***> ФИО15 на основании договора купли-продажи автомобиля.

Право собственности ФИО11 на спорный автомобиль прекращено 03 мая 2019 года, право собственности ФИО15 на этот автомобиль возникло с момента подписания договора купли-продажи автомобиля и фактической передачи автомобиля ему во владение, то есть также с 03 мая 2019 года.

На момент рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия 25 мая 2021 года гражданская ответственность владельца автомобиля «Ford Transit», г/н <***>, ФИО15 и управляющего данным автомобиля ФИО10 застрахована не была, правовые основания урегулирования причиненного потерпевшим вреда (убытка) страховой компанией отсутствовали.

Указанное решение суда обжаловалось, апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Калининградского областного суда № 33-1429/2023 от 14 марта 2023 года решение Советского городского суда Калининградской области от 16 ноября 2022 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба САО «ВСК» без удовлетворения.

Свои требования в рассматриваемом деле истец обосновал тем, что при заключении соглашения об урегулировании страхового случая без проведения технической экспертизы и выплате страховой выплаты истец не знал о том, что на основании договора купли-продажи от 03.05.2019 г. произошла смена собственника автомобиля «Форд Транзит». Данное обстоятельство стало известно истцу уже после страховой выплаты в рамках рассмотрения гражданского дела в Советском городском суде. Истец не совершил бы указанную сделку, зная о действительном положении дел.

Удовлетворяя иск, суд исходил из того, что решением суда от 16.11.2022 г. установлено, что на момент рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия 25 мая 2021 года гражданская ответственность владельца автомобиля «Ford Transit», г/н №, ФИО15 и управляющего данным автомобиля ФИО10 застрахована не была, правовые основания урегулирования причиненного потерпевшим вреда (убытка) страховой компанией отсутствовали, в связи с чем пришел к выводу о том, что выплаченное страховое возмещение ФИО4 и ФИО5 является их неосновательным обогащением, а достигнутые между ним и САО «ВСК» соглашения в рамках урегулирования страхового случая являются ничтожными.

С такими выводами суда первой инстанции судебная коллегия согласиться не может, поскольку они основаны на неправильном применении норм материального права, а также сделаны без установления юридически значимых обстоятельств, указывающих, в чем выразилось заблуждение истца при заключении договора обязательного страхования и выплате страхового возмещения, а также являлись ли действия потерпевших в ДТП ответчиков при получении страхового возмещения недобросовестными.

В соответствии с пунктом 1 статьи 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

В соответствии с пунктом 3 статьи 11 Закона об ОСАГО, если потерпевший намерен воспользоваться своим правом на страховое возмещение, он обязан при первой возможности уведомить страховщика о наступлении страхового случая и в сроки, установленные правилами обязательного страхования, направить страховщику заявление о страховом возмещении и документы, предусмотренные правилами обязательного страхования.

Согласно абзацу первому пункта 1 статьи 12 Закона об ОСАГО потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной данным федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", для получения страхового возмещения потерпевший обязан не только уведомить страховщика о его наступлении в сроки, установленные Правилами, но и направить страховщику заявление о страховом возмещении и документы, предусмотренные Правилами (пункт 3 статьи 11 Закона об ОСАГО), а также представить на осмотр поврежденное в результате ДТП транспортное средство и (или) иное поврежденное имущество (пункт 10 статьи 12 Закона об ОСАГО).

В силу абзаца второго пункта 10 статьи 12 Закона об ОСАГО в случае, если осмотр и (или) независимая техническая экспертиза, независимая экспертиза (оценка) представленных потерпевшим поврежденного транспортного средства, иного имущества или его остатков не позволяют достоверно установить наличие страхового случая и определить размер убытков, подлежащих возмещению по договору обязательного страхования, для выяснения указанных обстоятельств страховщик в течение 10 рабочих дней с момента представления потерпевшим заявления о страховом возмещении вправе осмотреть транспортное средство, при использовании которого имуществу потерпевшего был причинен вред, и (или) за свой счет организовать и оплатить проведение независимой технической экспертизы в отношении этого транспортного средства в порядке, установленном статьей 12.1 названного закона. Владелец транспортного средства, при использовании которого имуществу потерпевшего был причинен вред, обязан представить это транспортное средство по требованию страховщика.

В пункте 45 постановления Пленума N 31 разъяснено, что при заключении соглашения об урегулировании страхового случая без проведения независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества потерпевший и страховщик договариваются о размере и порядке осуществления потерпевшему страхового возмещения в пределах срока, установленного абзацем первым пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО (пункт 12 статьи 12 Закона об ОСАГО). После осуществления страховщиком оговоренного страхового возмещения его обязанность считается исполненной в полном объеме и надлежащим образом, что прекращает соответствующее обязательство страховщика (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 16.1 статьи 12 этого же закона закреплен перечень случаев, когда страховое возмещение осуществляется в денежной форме. К таковым, в частности, относится заключение соглашения между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем).

Из приведенных выше норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что соглашение об урегулировании страхового случая свидетельствует о достижении страховщиком и потерпевшим договоренности о размере и порядке осуществления страхового возмещения. Выплачивая с учетом такого соглашения страховое возмещение в денежной форме без проведения независимой технической экспертизы или независимой экспертизы (оценки), страховщик, являющийся профессиональным участником рынка страховых услуг, принимает на себя соответствующие коммерческие риски, связанные с признанием имеющихся документов достаточными для установления характера и перечня видимых повреждений имущества и (или) обстоятельств причинения вреда в связи с повреждением имущества в результате ДТП.

Согласно статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 этого же кодекса (пункт 1).

Правила, предусмотренные главой 60 данного кодекса, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).

В соответствии со статьей 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку иное не установлено данным кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные главой 60 названного кодекса, подлежат применению также к требованиям: о возврате исполненного по недействительной сделке; об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

Из приведенных норм права следует, что, если доступен иск, вытекающий из соответствующих договорных правоотношений, материальным законом исключается применение кондикционного иска, имеющего субсидиарный характер по отношению к договорным обязательствам. Вместе с тем требование из неосновательного обогащения при наличии между сторонами обязательственных правоотношений может возникнуть вследствие исполнения договорной обязанности, если в последующем правовое основание для такого исполнения отпало (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2026 N 9-КГ26-1-К1).

Из установленных судами по настоящему делу обстоятельств следует, что страховое возмещение истцом выплачено в выбранной сторонами денежной форме и размере на основании соглашения об урегулировании страхового случая от 12 августа 2021 г. ФИО4 и ФИО5 на основании акта о страховом случае от 9 августа 2021 г. (т.1 л.д.32-33).

Данные соглашения заключены в связи с обращением ФИО4 и ФИО5 к страховщику с заявлением о страховом возмещении по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Раскрывая понятие существенности заблуждения, законодатель в пункте 2 данной статьи приводит неисчерпывающий (открытый) перечень обстоятельств, заблуждение относительно которых полагает существенным, заслуживающим при наличии прочих предпосылок являться основанием для признания сделки оспоримой (недействительной).

В частности, заблуждение предполагается достаточно существенным, если сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (подпункты 1 и 5 пункта 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, доказательств, свидетельствующих о недобросовестности со стороны ФИО4 и ФИО5, в материалах дела не имеется.

Напротив, ими были представлены все необходимые документы САО «ВСК» для принятия решения о страховом случае, на основании которых между ФИО4, ФИО5 и страховой компанией были заключены соглашения о страховой выплате. Никакого заблуждения при подписании сторонами данных соглашений, на что указывается в иске, не усматривается.

В чем заключается ничтожность данных соглашений, суд первой инстанции не указал, равно как и не сослался на норму закону, в силу которой они по мнению суда являются ничтожными.

Само по себе заключение САО «ВСК» договора ОСАГО со ФИО11, не являвшимся на тот момент собственником автомобиля «Ford Transit», г/н №, не влечет ничтожности соглашений САО «ВСК» о выплате страхового возмещения, заключенных ФИО4 и ФИО5, которым был причинен вред в результате ДТП с участием данного автомобиля.

Из апелляционного определения Калининградского областного суда от 14 марта 2023 г. следует, что ФИО11 отрицал факт заключения им с САО ВСК 10 августа 2020 г. договора обязательного страхования гражданской ответственности и получения страхового полиса № РРР 5051991543 в отношении вышеуказанного автомобиля. Имеющаяся в представленном истцом заявлении от имени ФИО11 в адрес САО ВСК о заключении договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств от 10 августа 2020 г. и страховом полисе № РРР 5051991543 подпись страхователя явно не соответствует подписи ФИО11 в иных документах, содержащихся в материалах дела, что также ставит под сомнение факт надлежащего заключения данного договора обязательного страхования.

При указанных выше обстоятельствах принятие САО «ВСК» или его агентом при должной осмотрительности в профессиональной деятельности документов от ФИО11 позволяло усомниться в правомерности действий страхователя и не допустить заключение договора ОСАГО, однако данные обстоятельства не являются безусловным и достаточным основанием для признания ничтожными заключенных между истцом и ФИО4, ФИО5 соглашений о страховой выплате.

Таким образом, САО «ВСК» при заключении соглашений с ответчиками о выплате страхового возмещения не могло заблуждаться относительно его существенных условий, предусмотренных Законом об ОСАГО.

Такое заблуждение, если и имело место у САО «ВСК», то могло касаться исключительно личности страхователя, заключившего полис ОСАГО в отношении владельца автомобиля «Ford Transit», г/н №, и уплатившего страховую премию, однако никаким образом не касалось потерпевших в результате ДТП с участием этого транспортного средства.

Кроме того, судебная коллегия полагает вывод суда о том, что поскольку САО «ВСК» стало известно об обстоятельствах продажи автомобиля и заключения страхового полиса не установленным лицом о имени его прежнего собственника ФИО11 только после вступления в законную силу решения суда, то есть с 14 марта 2023 г., то срок исковой давности истцом не пропущен, ошибочным, основанным на неверном применении норм материального права.

Согласно пункту 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Иск к ФИО4 и ФИО5 подан 23 июля 2025 г.

Поскольку ФИО11 отрицал факт заключения им с САО ВСК 10 августа 2020 г. договора обязательного страхования гражданской ответственности и получения страхового полиса № РРР 5051991543 в отношении вышеуказанного автомобиля, имеющаяся в представленном истцом заявлении от имени ФИО11 в адрес САО ВСК о заключении договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств от 10 августа 2020 г. и страховом полисе № РРР 5051991543 подпись страхователя явно не соответствует подписи ФИО11 в иных документах, именно с указанной даты (10 августа 2020 г.) страховщику, с учетом степени заботливости и предусмотрительности, какая от него требовалась по характеру профессиональной деятельности в сфере страхования и условиям оборота, должны были быть известны нарушения его прав (страховщика).

Таким образом, для оспаривания договора ОСАГО срок исковой давности истек 10 августа 2021 г.

Как указано выше, обстоятельства заключения страхового полиса № РРР 505199154 от 10 августа 2020 г. не влекут ничтожности соглашений о выплате страхового возмещения.

Для предъявления требований о признании вышеуказанных соглашений ничтожными и применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде взыскания выплаченного страхового возмещения как неосновательного обогащения трехлетний срок исковой давности подлежит исчислению в соответствии с п. 1 ст. 181 ГК РФ с начала исполнения сделки, то есть с момента выплаты страхового возмещения, соответственно, для ФИО4 (с 13 августа 2021 г.) срок исковой давности истек 13 августа 2024 г., для ФИО5 (с 10 августа 2021 г.) срок истек 10 августа 2024 г.

Пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (п. 2 ст. 199 ГК РФ).

При таких обстоятельствах решение суда подлежит отмене в связи с неправильным применением норм материального права с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований САО «ВСК» к ФИО4 и ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения, как по существу, так и ввиду пропуска срока исковой давности.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329, п. 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Московского районного суда г. Калининграда от 27 января 2025 года отменить, принять по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований САО «ВСК» к ФИО4, ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения отказать.

Мотивированное апелляционное определение составлено 14.05.2026 г.

Председательствующий

Судьи