Решение № 2-869/2024 2-869/2024~М-630/2024 М-630/2024 от 27 августа 2024 г. по делу № 2-869/2024

В окончательной форме изготовлено 28.08.2024 года

УИД: № Дело № 2-869/2024


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Камышлов 21 августа 2024 года

Камышловский районный суд Свердловской области в составе:

председательствующего Афанасьевой Л.А.,

при секретаре Ошиваловой С.В.,

с участием: помощника Камышловского межрайонного прокурора Востряковой Е.И.,

представителя истца Гунбина В.С., действующего на основании ордера № 9784 от 04.06.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО11 к Акционерному обществу «Тандер» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате вреда здоровью при исполнении трудовых обязанностей,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «Тандер» (далее – АО «Тандер») о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате вреда здоровью при исполнении трудовых обязанностей.

В обосновании иска указал, что истец ФИО1 состоит в трудовых отношениях с ответчиком АО «Тандер», с 16.03.2023 по настоящее время. Согласно заключенного трудового договора № 23ДФ075Л-18 от 16.03.2023, работник принимается на работу, на должность продавца подразделения магазина «Магнит». Местом работы является магазин, расположенный по адресу: <адрес>. Трудовой договор заключен на неопределенный срок. Соглашением сторон от 12.05.2023 изменены условия трудового договора № 23ДФ075Л-18 от 16.03.2023. Приказом № ДФ132П-4 от 12.05.2023 ФИО1 переведен на должность товароведа в магазин «Магнит», расположенный по адресу: <адрес>. 08.12.2023 истец находился на рабочем месте в магазине «Магнит». В 21:50 в магазин для выгрузки товара приехал грузовой автомобиль <данные изъяты>, под управлением водителя-экспедитора ФИО2, являющегося работником ООО «Сельта». Для приема товаров ФИО1 вышел на площадку для приема, открыл ворота в подсобные помещения магазина. По просьбе водителя-экспедитора ФИО3 истец ФИО1 стал регулировать парковку транспортного средства к площадке приема товара, при помощи подачи сигналов руками. На расстоянии 1 метра до зоны приема товара водитель-экспедитор ФИО2 опустил гидроборт на высоту 1,2 метра от земли, и продолжил движение задним ходом. Когда автомобиль подъехал вплотную к зоне приема товаров, ФИО1 показал водителю сигнал руками «Стоп». После остановки транспортного средства истец развернулся и пошел по направлению в подсобное помещение. В это время автомобиль под управлением ФИО2 резко покатился в сторону магазина, в связи с чем левую ногу ФИО1 зажало между стеной магазина и бортом автомобиля. Как пояснил водитель-экспедитор ФИО2 в ходе опроса по факту несчастного случая, после того как товаровед ФИО1 показал ему знак «Стоп», он остановился Им было принято решение не глушить автомобиль. Когда стал ставить автомобиль на ручной тормоз, его рука, одетая в перчатку, соскользнула с рычага ручного тормоза, и машина резко дернулась на полметра назад. Услышав крик ФИО1, водитель ФИО2 проехал вперед. В результате происшествия, истец получил телесные повреждения в виде перелома диафиза большеберцовой кости и малоберцовой кости левой голени со ссадиной кожи. Согласно заключению эксперта № 92ж/24 от 06.03.2024, у ФИО1 перелом диафаза большеберцовой кости, по медицинскому критерию «значительная стойкая утрата общей трудоспособности не менее чем на 1/3, независимо от исхода и оказания (не оказания) медицинской помощи», в соответствии с пунктом 6.11.8 Приказа № 194н от 24.04.2008 «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», расцениваются, как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью. ФИО1 в хирургическом отделении Камышловской ЦРБ были проведены ряд операций: Наложение скелетного вытяжения за пяточный бугор левой пяточной кости, Закрытый чрезкостный внеочаговый компрессионный - дистракционный остеосинтез костей левого голени аппаратом ФИО4, Проведение дополнительных спиц в аппарате ФИО4 на левой голени. 25.12.2023 ФИО1 был выписан из отделения для дальнейшего лечения у травматолога поликлиники. До настоящего времени проходит лечение в поликлинике Камышловской ЦРБ. По факту полученной травмы в период с 15.12.2023 по 26.01.2024 комиссией под председательством инспектора Государственной инспекции труда в Свердловской области произведено расследование тяжкого несчастного случая, результаты которого изложены в Акте расследования. По результатам расследования комиссией подготовлен Акт о несчастном случае на производстве № 04/23 от 26.01.2024, утвержденный директором филиала АО «Тандер», согласно которому тяжкий несчастный случай с товароведом ФИО1 произошел в рабочее время, на территории работодателя, при исполнении им трудовых обязанностей (п.1 заключения). Товаровед ФИО1 был допущен к исполнению трудовых обязанностей без прохождения в установленном порядке обучения и проверки знаний требований охраны труда, обучения безопасным методам и приемам выполнения работ, чем нарушены требования ст.ст. 76, 214, 219 Трудового кодекса РФ (абз. 13, п.6 заключения). ФИО1 был допущен к работе с нарушением требований ст.ст.76, 214, 220 Трудового кодекса РФ, Порядка проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров работников, предусмотренных ч.4 ст. ст.213 Трудового кодекса РФ, утвержденного приказом Министерства здравоохранения РФ от 28.01.2012 № 29н (абз.3 п.7.1 заключения). Также выявлено нарушение ст.22 Трудового кодекса РФ, п.п. 2, 4, 10 Правил обеспечения работников средствами индивидуальной защиты и смывающими средствами, утвержденные приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 29.10.2021, № 766н. ФИО1 не выдавался светоотражающий отличительный жилет. Согласно п.11.2 Акта о несчастном случае на производстве, лицом ответственным за нарушение трудового законодательства, являвшихся причинами случившегося несчастного случая, является директор магазина «Магнит» ФИО5 Грубой неосторожности в действиях ФИО1 не установлено (абз. 19 п.6 заключения). В результате производственной травмы истец ФИО1 испытывает физические и нравственные страдания, которые выражаются в том, что истец длительное время испытывает физическую боль от полученной травмы, вынужден регулярно принимать обезболивающие препараты, длительное время находится в стрессовом состоянии, так как рана на ноге не заживает, боли не прекращаются, неизвестно, когда он сможет восстановиться, и какие будет последствия от полученной травмы. По прогнозам медиков последствия травмы будет преследовать его всю последующую жизнь. Истец длительное время не имеет возможности вести привычный для него образ жизни, передвигается, только на костылях, передвижения сопровождаются болевыми ощущениями. Истец длительное время испытывает неудобства, не имея возможности принять душ или помыться ванне. Установленный ему аппарат ФИО4 не допускает попадания на него влаги, поэтому возможно только влажное обтирание тела. Поскольку работодатель отказывается в добровольном порядке возместить ФИО1 причиненный моральный вред, он вынужден обратиться в суд с настоящим иском. Просит взыскать с АО «Тандер» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 800 000 руб.

Представитель истца Гунбин В.С. в судебном заседании иск поддержал по доводам, изложенным в иске, дополнив, что факт трудовых отношений между сторонами, факт причинения вреда здоровью потерпевшему, признание комиссией по расследованию несчастного случая на производстве, установлены в ходе комиссионного расследования несчастного случая на производстве. При этом вина ФИО1 не установлена. Поскольку травма на производстве причинила истцу тяжелые физические и нравственные страдания и переживания, он длительное время проходит лечение и восстановление, травма привела к нарушению его привычного образа жизни, поскольку он длительное время ограничен в передвижении и в быту, а также лишен стабильного заработка, больничный лист оплачивается только наполовину от прежней заработной платы (15 000 руб.), врач-травматолог рекомендовал его к установлению группы инвалидности, просит взыскать с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда, причиненного здоровью, 800 000 руб.

Представитель ответчика АО «Тандер» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в письменном отзыве просит рассмотреть дело без своего участия, иск не признал, указав, что истцом не обоснован размер компенсации морального вреда, который должен быть соразмерен последствиям нарушения и вины ответчика, компенсировать потерпевшему перенесенные им физические и нравственные страдания. Кроме того, заявленная истцом сумма выходит за рамки разумности и справедливости, по сути является требованием неосновательной материальной выгоды с ответчика. Просит учесть судебную практику по аналогичным спорам, отказать в удовлетворении исковых требований в соответствующей части.

Третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомил, письменного отзыва на иск не направил.

Суд считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав представителя истца, изучив доводы сторон, исследовав материалы дела, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к следующим выводам:

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Статьей 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена ответственность юридического лица за вред, причиненный его работником при исполнении трудовых обязанностей.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 1 ст. 209 Трудового кодекса РФ охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия. Безопасные условия труда - условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни их воздействия не превышают установленных нормативов (ч. 5 ст. 209 Трудового кодекса РФ).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части первой статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. ст. 22, 212 Трудового кодекса РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя, также в обязанности работодателя входит расследование и учет в установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть первая статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Понятие, основания и порядок компенсации морального вреда определены в Гражданском кодексе Российской Федерации.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В абз. 2 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе, если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абз. 4 пункта 46 постановления Пленума ВС РФ от 15 ноября 2022 № 33).

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что на основании трудового договора № 23ДФ075Л-18 от 16.03.2023 ФИО1 был принят на работу АО «Тандер» на должность продавца подразделения магазина «Магнит» по адресу: <адрес>. Трудовой договор заключен на неопределенный срок (п.6.1) (л.д. 62-64).

Соглашением сторон от 12.05.2023, изменены условия трудового договора № 23ДФ075Л-18 от 16.03.2023. Приказом № ДФ132П-4 от 12.05.2023 года, ФИО1 переведен на должность товароведа в магазин «Магнит», расположенный по адресу: <адрес>.

В период трудовых отношений 08.12.2023 в 21:50 ФИО1 от действий водителя ФИО2 причинена травма, которая квалифицируется как тяжкий вред здоровью.Согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда. По факту полученной травмы в период с 15.12.2023 по 26.01.2024 года, специальной комиссией под председательством старшего государственного инспектора Государственной инспекции труда в Свердловской области ФИО6 произведено расследование тяжкого несчастного случая, По результатам расследования несчастного случая работодателем составлен акт формы Н-1 о несчастном случае на производстве, происшедшего 08.12.2023, № 04/23 от 26.01.2024, утвержденного директором филиала АО «Тандер» в г. Екатеринбург (л.д. 27-44).В ходе расследования несчастного случая, установлено, что 08.12.2023 истец находился на рабочем месте в магазине «Магнит». В 21:50 в магазин для выгрузки товара приехал грузовой автомобиль MAN TGS, под управлением водителя-экспедитора ФИО2, являющегося работником ООО «Сельта». Для приема товаров ФИО1 вышел на площадку для приема, открыл ворота в подсобные помещения магазина. По просьбе водителя-экспедитора ФИО3 истец ФИО1 стал регулировать парковку транспортного средства к площадке приема товара, при помощи подачи сигналов руками. На расстоянии 1 метра до зоны приема товара водитель - экспедитор ФИО2 опустил гидроборт на высоту 1,2 метра от земли, и продолжил движение задним ходом. Когда автомобиль подъехал вплотную к зоне приема товаров, ФИО1 показал водителю сигнал руками «Стоп». После остановки транспортного средства истец развернулся и пошел по направлению в подсобное помещение. В это время автомобиль под управлением ФИО2 резко покатилась в сторону магазина, в связи с чем левую ногу ФИО1 зажало между стеной магазина и бортом автомобиля. Как пояснил водитель - экспедитор ФИО2 в ходе опроса по факту несчастного случая, после того как товаровед ФИО1 показал ему знак «Стоп», он остановился Им было принято решение не глушить автомобиль. Когда стал ставить автомобиль на ручной тормоз, его рука, одетая в перчатку, соскользнула с рычага ручного тормоза, и машина резко дернулась на полметра назад. Услышав крик ФИО1, водитель ФИО2 проехал вперед. В результате происшествия, ФИО1 получил телесные повреждения в виде перелома диафиза большеберцовой кости и малоберцовой кости левой голени со ссадиной кожи. С полученной травмой ФИО1 доставлен бригадой СМП в хирургическое отделение Камышловской ЦРБ 08.12.2023, где ему была проведена операция: Наложение скелетного вытяжения за пяточный бугор левой пяточной кости. 12.12.2023 проведена операция: Закрытый чрезкостный внеочаговый компрессионный - дистракционный остеосинтез костей левого голени аппаратом ФИО4. 21.12.2023 проведена операция: Проведение дополнительных спиц в аппарате ФИО4 на левой голени. 25.12.2023 ФИО1 был выписан из отделения для дальнейшего лечения у травматолога поликлиники. Согласно заключению эксперта № 92ж/24 от 06.03.2024, имеющееся у ФИО1 заболевание перелом диафаза большеберцовой кости, по медицинскому критерию «значительная стойкая утрата общей трудоспособности не менее чем на 1/3, независимо от исхода и оказания (не оказания) медицинской помощи», который в соответствии с пунктом 6.11.8 Приказа № 194н от 24.04.2008 «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», расцениваются, как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью.Данные обстоятельства подтверждаются выписным эпикризом № 16219 медицинским заключением ГАУЗ СО «Камышловская ЦРБ» от 14.12.2023, заключением врачебной комиссии № 4896 от 16.07.2024, выпиской врача-ортопеда ГАУЗ СО «Камышловская ЦРБ» от 16.07.2024, согласно которой ФИО1 получил травму на производстве 08.12.2023 примерно за 1 час до госпитализации: при разгрузке был прижат навесным оборудованием погрузчика, доставлен бригадой СМП. Госпитализирован в ХО ГАУЗ СО «Камышловской ЦРБ» 08.12.2023 с Диагнозом: Открытый (2 А) косо-поперечный перелом средней трети диафиза левой большеберцовой кости со смещением. Фрагментарный двойной оскольчатый перелом средней трети диафиза левой малоберцовой кости со смещением. Множественные обширные ссадины и осаднения передней поверхности левой голени. При поступлении проведено клинико-рентгенологическое обследование, пациенту по экстренным показаниям проведено оперативное лечение в объёме фиксации левой голени скелетным вытяжением за левую пяточную кость. Получал соответствующее лечение. На 2-е сутки на левой голени развились обширные эпидермальные ишемические булёзные расстройства. 12.12.2023 проведён второй этап оперативного лечения и левая голень фиксирована Аппаратом ФИО4, пациент активизирован с помощью костылей без опоры на левую н/конечность. Послеоперационный период гладкий, на обширных ссадинах и эпидермальных ранах левой голени сформирован сухой струп, отёк уменьшился. 21.12.2023 проведён третий этап оперативного лечения, аппарат стабилизирован (операции): 08.12.2023: Наложение скелетного вытяжения за пяточный бугор левой пяточной кисти, 12.12.2023: Закрытый чрезкостный внеочаговый компрессионно-дистракционный остеосинтез костей левой голени аппаратом ФИО4, 21.12.2023: Дополнительное проведение спиц в аппарате ФИО4 на левой голени. Пациент активизирован с помощью костылей с частичной опорой на левую нижнюю конечность. Выписан на амбулаторный этап лечения у травматолога-ортопеда по месту жительства. Получена положительная динамика лечения: рана на передней поверхности в средней трети левой голени закрылась на 85%, пациент постепенно увеличил нагрузку на левую нижнюю конечность до 70%. Учитывая характер травмы (открытый перелом, сдавление сегмента), консолидация перелома костей левой голени замедленная. В связи с этим пациент нуждается в освидетельствовании на МСЭ.Согласно части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались. Суд, приходя к выводу о наличии вины работодателя в несчастном случае, в результате которого работнику ФИО1 был причинен вред здоровью, учитывает факт необеспечения работодателем истцу безопасных условий труда.Как указано в заключении комиссии по расследованию тяжелого несчастного случая и в Акте о несчастном случае на производстве формы Н-1, товаровед ФИО1 был допущен к исполнению трудовых обязанностей без прохождения в установленном порядке обучения и проверки знаний требований охраны труда, обучения безопасным методам и приемам выполнения работ, чем нарушены требования ст.ст. 76, 214, 219 Трудового кодекса РФ (абз. 13, п.6 заключения). Грубой неосторожности в действиях ФИО1 не установлено (абз. 19 п.6 заключения). Кроме того, проведенным расследование установлено, что ФИО1 был допущен к работе с нарушением требований ст.ст.76, 214, 220 Трудового кодекса РФ, Порядка проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров работников, предусмотренных ч.4 ст. ст.213 Трудового кодекса РФ, утвержденного приказом Министерства здравоохранения РФ от 28.01.2012 № 29н (абз.3 п.7.1 заключения). Так же, в результате расследования несчастного случая на производстве было выявлено нарушение ст.22 Трудового кодекса РФ, п.п. 2, 4, 10 Правил обеспечения работников средствами индивидуальной защиты и смывающими средствами, утвержденные приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 29.10.2021, № 766н. ФИО1 не выдавался светоотражающий отличительный жилет. Согласно п.11.2 Акта о несчастном случае на производстве, в результате расследования комиссия заключила, что лицом ответственным за нарушение трудового законодательства, являвшихся причинами случившегося несчастного случая, является директор магазина «Магнит» ФИО5

С учетом установленных обстоятельств суд приходит к выводу, что несчастный случай на производстве произошел также по вине ответчика АО «Тандер», не обеспечившего безопасные условия труда для работника ФИО1

Таким образом, работодатель АО «Тандер», не обеспечивший работнику безопасные условия труда, несет ответственность за причинение вреда здоровью своего работника ФИО1, случившегося при исполнении им обязанности по трудовому договору.

Иск о компенсации морального вреда заявлен потерпевшим ФИО1, при этом истец ссылается на непередаваемые нравственные переживания и страдания, связанные с полученной травмой, которые выражаются в том, что истец длительное время испытывает физическую боль от полученной травмы, вынужден регулярно принимать обезболивающие препараты, длительное время находится в стрессовом состоянии, так как рана на ноге не заживает, боли не прекращаются, передвижение только на костылях, невозможность вести привычный образ жизни (соблюдать гигиену, принять душ или помыться ванне, так как установленный аппарат ФИО4 не допускает попадания на него влаги), изменение материального положения, поскольку истец лишен заработка и его доходы составляют выплаты по больничному листу в размере 15 000 руб., длительный период лечения и последующего восстановления, последствия травмы выразились в том, что истцу рекомендовано оформления инвалидности 3 группы.

Как следует из ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Поскольку ФИО1 в указанном случае испытывает нравственные страдания, вызванные травмой, факт причинения ему морального вреда предполагается и установлению подлежит лишь размер его компенсации, исходя из анализа обстоятельств по делу, и положений части 2 статьи 151 и пункта 2 статьи 1101 ГК РФ, суд приходит к выводу о правомерности заявленных требований о компенсации морального вреда, и полагает их подлежащими удовлетворению.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, исходя из требований ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10, принимает во внимание фактические обстоятельства, при которых причинен вред здоровью истца, характер причиненных истцу нравственных страданий, связанных с причинением тяжкого вреда здоровью, глубину перенесенных страданий и переживаний, последствия от травмы. Суд при определении размера компенсации морального вреда учитывает отсутствие вины и грубой неосторожности в случившемся в действиях самого потерпевшего.

С учетом установленных обстоятельств, степени и характера нравственных и физических переживаний, степени вины работодателя, не обеспечившего безопасные условия труда работнику в период работы, а также требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда, с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда следует взыскать 400 000 руб.

В соответствии с ч.2 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу абзаца четвертого и девятого ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в том числе, расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истец просит возместить судебные расходы за услуги представителя в размере 20 000 руб.

В подтверждение данных требований истец представил квитанции от 16.05.2024 на сумму 10 000 руб., и от 14.06.2024 на сумму 10 000 руб. Согласно договору № 0511г\2024 от 16.05.2024, заключенным между адвокатом Гунбиным В.С. (адвокат) и ФИО1 (доверитель), адвокат принимает на себя обязательством оказать представительство по делу о взыскании денежной компенсации морального вреда с работодателя, а доверитель обязуется оплатить эту помощь. Стоимость услуг составляет 10 000 руб. за подготовку искового заявления и подачу его в суд, 10 000 руб. – участие представителя в двух судебных заседаниях суда первой инстанции.

В силу части 1 статьи 48 Гражданского процессуального кодекса граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

В силу ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу об обоснованности ходатайства истца о возмещении судебных расходов на оплату услуг представителя.

Факт оказания услуг в указанных в договоре объеме соответствует как перечню оплаченных истцом услуг, указанных в договоре об оказании юридических услуг, так и установленному объему фактически оказанных услуг по договору. Несение расходов подтверждено подлинником платежных документов. Категория дела является достаточно сложной.

Разрешая вопрос о размере возмещения судебных расходов на оплату услуг представителя, оценив представленные доказательства, исследовав обстоятельства по делу, принимая во внимание доказанность понесенных истцом расходов на оплату услуг представителя, длительность и сложность дела, категорию спора, удовлетворение исковых требований, продолжительность судебного разбирательства (2 судебных заседания в суде 1 инстанции в котором принимал участие представитель истца), степень участия в судебном разбирательстве и объем выполненной представителем истца работы, сложившуюся в регионе стоимость оплаты услуг представителя за аналогичные услуги, суд, исходя из соблюдения баланса интересов лиц, участвующих в деле, и соотношения судебных расходов с объемом защищаемого права, а также то, что степень соразмерности услуг представителя является оценочной категорией, и суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, степени разумности и справедливости, полагает требования о взыскании с судебных расходов по оплате услуг представителя подлежащими удовлетворению в размере 20 000 руб.

Поскольку при подаче иска истец в силу положений статьи 103 ГПК РФ был освобожден от уплаты государственной пошлины, судебные расходы по уплате госпошлины в размере 300 руб. за требования неимущественного характера подлежат взысканию с ответчика в доход местного бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 ФИО12 к Акционерному обществу «Тандер» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате вреда здоровью при исполнении трудовых обязанностей удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Тандер» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 ФИО13 в счет компенсации морального вреда в связи в связи с причинением вреда здоровью при исполнении трудовых обязанностей 400 000 руб., а также судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 руб., всего взыскать 420 000 руб.

В удовлетворении остальных требований ФИО1 отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Тандер» (ИНН <***>) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 руб.

Решение в течение месяца с момента изготовления в окончательной форме может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Камышловский районный суд.

Председательствующий Л.А. Афанасьева