Постановление № 5-353/2025 от 20 ноября 2025 г. по делу № 5-353/2025

Дело №5-353/2025 (УИД 13RS0024-01-2025-001855-65) копия


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

по делу об административном правонарушении

резолютивная часть постановления

объявлена 20 ноября 2025 года

г. Саранск Республики Мордовия 21 ноября 2025 года.

Судья Пролетарского районного суда г.Саранска Республики Мордовия ФИО1, (<...>),

при секретаре судебного заседания Шаброве Игоре Александровиче,

с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, МАО, его защитника ПВВ, действующего на основании доверенности,

потерпевшей МТВ, ее представителей КВН, ЖВН, действующих на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело об административном правонарушении, возбужденное по части 2 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении МАО, родившегося .._.._.. в <адрес>, гражданина Российской Федерации, женатого, самозанятого, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>,

установил:

по результатам административного расследования 19 сентября 2025 года в отношении МАО должностным лицом Госавтоинспекции МВД по Республике Мордовия составлен протокол об административном правонарушении <адрес> по факту совершения административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее КоАП Российской Федерации).

Из представленного материала следует, что 06 мая 2025 года в 11 час. 35 мин. по адресу: <...>, водитель МАО, управляя автомобилем марки «Хендэ Солярис», г.р.з. № в нарушение пунктов 8.1, 8.5 Правил дорожного движения Российской Федерации перед поворотом налево не занял соответствующее крайнее положение на проезжей части для движения в данном направлении, в результате совершил столкновение с автомобилем марки «CHANGAN» г.р.з. № под управлением МТВ, который по инерции опрокинулся на проезжую часть. В результате происшествия водитель МТВ получила телесное повреждение, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью.

Из протокола об административном правонарушении следует, что МАО права, предусмотренные статьей 25.1 КоАП Российской Федерации и положения статьи 51 Конституции Российской Федерации разъяснялись, потерпевшей МТВ права, предусмотренные статьей 25.2 КоАП Российской Федерации и положения статьи 51 Конституции Российской Федерации также разъяснялись.

Из объяснений МАО, изложенных в протоколе следует, что с нарушением вмененных пунктов правил дорожного движения и установленным телесным повреждением потерпевшей вследствие дорожно-транспортного происшествия он не согласен.

В судебных заседаниях МАО, не отрицая самого факта дорожно-транспортного происшествия, вину в совершении инкриминируемого правонарушения не признал. Указал, что правил дорожного движения не нарушал, двигался в соответствии с дорожной разметкой, при повороте налево занял крайнее левое положение на проезжей части. При этом столкновение произошло по вине потерпевшей, которая перед столкновением свершала обгон в нарушение правил дорожного движения. После дорожно-транспортного происшествия телесных повреждений у потерпевшей установлено не было, в связи с чем считает, что повреждение пальца произошло при иных обстоятельствах. Оспаривает установленную степень тяжести вреда здоровью потерпевшей, считая, что выводы судебно-медицинского эксперта основаны на недостоверных данных.

Защитник ПВВ, поддержав вышеуказанную позицию подзащитного относительно обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, виновного в его совершении лица, наступивших последствий в виде травмы полученной потерпевшей, дополнительно указал, что административное расследование по делу проведено с грубыми нарушениями процессуальных норм Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, с нарушением процессуальных прав и права на защиту МАО, который не был надлежащим образом извещен о назначении по делу экспертиз, в связи с чем был лишен возможности поставить свои вопросы перед экспертом, пользоваться правом отвода эксперту, выбрать экспертное учреждение. Протокол об административном правонарушении и иные материалы дела составлены должностными лицами госавтоинспекции с нарушением действующего законодательства. Определения о возбуждении дела об административном правонарушении и производстве административного расследования по статье 12.24 КоАП Российской Федерации выполнены на бланках неустановленного образца. Административное расследование возбуждено неуполномоченным лицом и спустя 15 суток с момента дорожно-транспортного происшествия. Ряд процессуальных действий в рамках расследования выполнены неуполномоченными должностными лицами госавтоинспекции, которым не поручалось производство расследования. Протокол с материалами дела об административном правонарушении направлен в суд спустя 12 суток, то есть в нарушение установленного законом трехсуточного срока. Считает, что схема места происшествия от 06 мая 2025 года является недопустимым доказательством, в связи с ее составлением в отсутствие понятых, также заключение эксперта от 28 августа 2025 года, в основу которого была положена данная схема, является недопустимым доказательством. Просит производство по делу об административном правонарушении прекратить.

Потерпевшая МТВ в судебных заседаниях пояснила, что в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего при обстоятельствах, изложенных в протоколе об административном правонарушении, она получила телесное повреждение с причинением вреда здоровью средней тяжести. Она правил дорожного движения не нарушала, обгон не совершала, двигалась в левом ряду проезжей части в потоке других автомобилей, движение на участке дорожно-транспортного происшествия было интенсивное и осуществлялось в направлении ул. Осипенко в две полосы. Подъезжая к перекрестку с улицей Московской автомобиль, под управлением МАО, двигавшийся в попутном направлении в правом ряду, неожиданно повернул налево и столкнулся с ее автомобилем. От столкновения ее автомобиль опрокинулся на крышу. В данном дорожно-транспортном происшествии она сломала палец, если бы не сработали подушки безопасности, повреждения были бы значительно тяжелее. Прибывшие на место происшествия врачи скорой медицинской помощи после осмотра выставили диагноз ушиб пальца, в связи с отсутствием в машине скорой аппарата рентгена. После обращения в травмпункт была произведена рентгенограмма и выставлен окончательный диагноз, даны соответствующие рекомендации. С выводами эксперта она полностью согласна, все необходимые сведения о состоянии её здоровья после получения травмы в результате дорожно-транспортного происшествия были зафиксированы в медицинских документах, которые она предоставила в госавтоинспекцию, в дальнейшем в ходе амбулаторного лечения она проходила обследования и лечение по назначению врача. Также в результате дорожно-транспортного происшествия автомобиль получил механические повреждения. Со стороны МАО попыток оказать помощь, возместить ущерб, либо принести извинения не предпринималось. В случае признания МАО виновным в совершении инкриминируемого правонарушения, просила назначить наказание в виде лишения права управления транспортными средствами.

Представители потерпевшей в судебных заседаниях пояснили, что административное расследование по данному делу проведено и все документы вынесены надлежащими должностными лицами в соответствии с требованиями Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Обстоятельства дорожно-транспортного происшествия зафиксированы, установлено потерпевшее лицо, которой причинен вред здоровью средней тяжести, а также виновное лицо, которым обоснованно на основе совокупности имеющихся доказательств является МАО, нарушивший правила дорожного движения. Просили, с учетом грубого нарушения МАО правил дорожного движения, наступивших последствий в виде причинения средней тяжести вреда здоровью потерпевшей, отношения МАО к содеянному, назначить ему наказание в виде лишения права управления транспортными средствами.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в рассмотрении дела, изучив материалы дела об административном правонарушении, исследовав фото и видеоматериалы, судья приходит к следующему.

В силу статьи 2.1 КоАП Российской Федерации, административным правонарушением признаётся противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое настоящим кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Частью 2 статьи 12.24 КоАП Российской Федерации установлена административная ответственность за нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего.

Обязательным признаком объективной стороны состава данного административного правонарушения является причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего в результате нарушения Правил дорожного движения, что предполагает причинно-следственную связь между нарушением Правил дорожного движения и наступившим вредом здоровью.

С субъективной стороны рассматриваемое правонарушение характеризуется умышленной виной по отношению к нарушению правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, в отношении последствий – неосторожной формой вины.

Как следует из протокола об административном правонарушении, водителю МАО вменено нарушение требований пунктов 8.1, 8.5 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Пункт 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации устанавливает, что водитель перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны – рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Согласно пункту 8.5 Правил дорожного движения Российской Федерации перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.

Несмотря на отрицание МАО нарушения Правил дорожного движения и как следствие не признание вины в инкриминируемом правонарушении, факт совершения им административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.24 КоАП Российской Федерации, при обстоятельствах, изложенных в протоколе, и его виновность установлена и полностью подтверждается нижеприведёнными представленными и исследованными в судебном заседании доказательствами:

протоколом <адрес> осмотра места совершения административного правонарушения, составленным 21 мая 2025 года в присутствии понятых и водителей транспортных средств МАО и МТВ, согласно которому зафиксирована дорожная обстановка на месте дорожно-транспортного происшествия (т.1 л.д.6-9),

схемой происшествия, составленной 06 мая 2025 года, в присутствии понятых и водителей транспортных средств МАО и МТВ, согласно которой зафиксирован факт и обстоятельства дорожно-транспортного происшествия (т.1 л.д. 17), схемой происшествия, составленной 15 августа 2025 года, в присутствии понятых и водителей транспортных средств МАО и МТВ, согласно которой произведен дополнительный осмотр места дорожно-транспортного происшествия и выполнены соответствующие замеры (т.1 л.д. 82),

объяснениями МАО и МТВ от 06 мая 2025 года, подтвердившие факт и вышеустановленные, изложенные в протоколе об административном правонарушении, обстоятельства дорожно-транспортного происшествия (т.1 л.д. 18, 19). При этом МАО в объяснениях признавал, что при повороте налево не убедился в безопасности маневра, в результате чего произошло столкновение с автомобилем потерпевшей. Из объяснений МТВ следует, что по результатам ее осмотра врачом скорой медицинской помощи на месте происшествия был выставлен диагноз ушиб пальца, при ухудшении состояния она должна обратиться в травмпункт,

справкой врача скорой медицинской помощи о выставленном МТВ диагнозе по результатам осмотра (т.1 л.д.22),

медицинскими документами в отношении МТВ по результатам обращения в травмпункт 06 мая 2025 года и в лечебное учреждение по месту жительства 12 мая 2025 года, с указанием выставленного диагноза, рекомендаций, а также обстоятельств причинения травмы (т.1 л.д.25, 26),

объяснениями МТВ от 19 мая 2025 года относительно обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, полученной травмы (т. 1 л.д. 27-28),

объяснениями АВС от 22 мая 2025 года, являющегося очевидцем дорожно-транспортного происшествия, из которых следует, что движение на участке дорожно-транспортного происшествия было интенсивное, автомобили двигались по правой стороне проезжей части в две полосы, на перекрестке с ул.Московской неожиданно перевернулся автомобиль, двигавшийся по его полосе движения ближе к середине, на встречную полосу. Подъехав увидел автомобиль «Хендэ Солярис» с повреждениями левой стороны. Указанное происшествие зафиксировано на видеорегистратор, установленный в его автомобиле (т.1 л.д. 32),

объяснениями ЛПМ от 09 июля 2025 года относительно увиденных последствий дорожно-транспортного происшествия, из которых следует, что автомобиль «Хендэ Солярис» находился с левой стороны ближе к середине, автомобиль «CHANGAN» перевернутый находился на встречной полосе (т.1 л.д.83),

заключением судебно-медицинской экспертизы № от 18 июля 2025 года, согласно которому в медицинских документах на имя МТВ описано телесное повреждение в виде закрытого перелома 3 пальца правой кисти с повреждением сухожилия разгибателя 3 пальца правой кисти на уровне дистального межфалангового сустава, повлекшее за собой причинение средней тяжести вреда здоровью по признаку длительного его расстройства продолжительностью свыше трех недель (21 дня). Повреждение образовалось в результате воздействия тупого твердого предмета(ов), давность повреждения может соответствовать 06 мая 2025 года (т. 1 л.д. 86-87). При этом, как пояснила эксперт ШОН в судебном заседании, допрошенная, в том числе с целью получения разъяснений относительно содержащихся в экспертизе выводов в соответствии с Порядком определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденным Приказом Минздрава России № от 08 апреля 2025 года, действующим с 01 сентября 2025 года, в отношении средней тяжести вреда здоровью также является временное расстройство здоровья продолжительностью свыше трех недель от момента причинения травмы (более 21 дня), что и установлено данным заключением.

заключением комплексной судебной автотехнической экспертизы и криминалистической экспертизы видео- и звукозаписей №, №, №, № от 28 августа 2025 года, согласно которому в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации в действиях водителя автомобиля «Хенде Солярис» МАО имеются несоответствия требованиям пунктов 1.5 абз.1, 8.1 абз.1, 8.5 абз.1 Правил дорожного движения, в действиях водителя автомобиля «CHANGAN» МТВ несоответствий требований пунктов Правил дорожного движения не имеется. Помеха и опасность для движения были созданы действиями водителя МАО, следовательно, предотвращение столкновения зависело от своевременного выполнения им вышеуказанных Правил дорожного движения. Водитель МТВ не имела технической возможности, путем торможения предотвратить дорожно-транспортное происшествие. В связи с занятием автомобиля «Хенде Солярис» крайнего левого положения на проезжей части не имел преимущества в движении по отношению к автомобилю «Чанган» (т. 1 л.д. 107-118),

заключением судебной автотехнической экспертизы № от 12 сентября 2025 года, согласно которому при ответе на вопрос мог ли водитель транспортного средства «CHANGAN» совершать обгон на данном перекрестке в ситуации, когда транспортное средство «Хенде Солярис» остановилось в крайнем левом положении для поворота налево с заранее включенным указателем поворота, эксперт приходит к выводу, что исходя из характера повреждений на транспортных средствах, водитель автомобиля «Хенде Солярис» МАО стал совершать маневр поворота налево, тогда когда автомобиль «CHANGAN» под управлением МТВ, уже находился слева от него, то есть двигался с опережением в соседнем ряду. Соответственно, поскольку на момент столкновения транспортных средств, автомобиль «CHANGAN» находился слева от автомобиля «Хенде Солярис» и двигался в соседнем ряду, следовательно в данном случае водитель автомобиля «Хенде Солярис» не занял соответствующего крайнего левого положения на проезжей части для совершения поворота налево (т.1 л.д.137-139).

протоколом <адрес> об административном правонарушении от 19 сентября 2025 года составленным в отношении МАО по признакам административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.24 КоАП Российской Федерации (т.1 л.д. 141),

рапортом должностного лица Госавтоинспекции МВД по Республике Мордовия об имевшем место 06 мая 2025 года дорожно-транспортном происшествии с участием водителей МАО и МТВ

Исходя из просмотренной в судебном заседании видеозаписи, произведенной по указанному событию, установлено, что перед происшествием автомобиль «Хенде Солярис» следовал вдоль правого края проезжей части ул. Невского, автомобиль «CHANGAN» двигался в попутном направлении слева от автомобиля «Хенде Солярис». Перед столкновением автомобиль «Хенде Солярис» без остановки начинает смещаться влево относительно своего положения на проезжей части дороги и происходит столкновение.

Указанные доказательства получены с соблюдением требований закона, их допустимость и достоверность сомнений не вызывает, объективных сведений, опровергающих или ставящих под сомнение данные доказательства, не имеется.

Нарушений требований Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях должностными лицами Госавтоинспекции на стадии возбуждения дела об административном правонарушении и административного расследования, влекущих недопустимость полученных доказательств, не допущено. Порядок привлечения лица к административной ответственности соблюден.

Факт возбуждения административного дела одним должностным лицом, передача в последующем дела и составление протокола об административном правонарушении другим должностным лицам, правомочность действий сотрудников Госавтоинспекции МВД по Республике Мордовия при указанных процессуальных действиях, на что ссылается защитник ПВВ, нарушениями процессуальных требований, не являются.

В ходе судебного заседания должностное лицо Госавтоинспекции МВД по Республике Мордовия НОВ, пояснила, что каких-либо нарушений при проведении административного расследования по факту дорожно-транспортного происшествия с участием водителей МАО и МТВ не имелось. Права всех участников производства по делу, в том числе право на защиту МАО, соблюдены. Как у МАО, так и у МТВ участвовали защитники. Со всеми материалами дела об административном правонарушении, в том числе с определениями о назначении экспертиз, участвующие лица были ознакомлены, заявленные ходатайства были разрешены. Первоначально были возбуждены дела об административном правонарушении в отношении МТВ по части 1 статьи 12.15 КоАП Российской Федерации, в отношении МАО по части 3 статьи 12.14 КоАП Российской Федерации, производство по которым впоследующем было прекращено. После установления причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия вреда здоровью МТВ были возбуждены дела об административном правонарушении по части 2 статьи 12.24 КоАП Российской Федерации. При этом передача дел об административном правонарушении в производство должностным лицам Госавтоинспекции для организации административного расследования фиксируется внутренними журналами по документообороту, вынесение отдельного процессуального документа в данном случае не требуется.

Все экспертизы по делу, проведены специалистами соответствующей квалификации, имеющими достаточный и необходимый опыт работы в соответствующих отраслях знаний, выводы сделаны на основании необходимых исследований, при использовании соответствующих методик. Экспертные заключения, соответствует требованиям статьи 26.4 КоАП Российской Федерации, содержат отметку о разъяснении экспертам прав и обязанностей, о предупреждении экспертов об административной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключения являются мотивированными и научно обоснованными, содержат ответы на поставленные в постановлении должностного лица вопросы, оснований сомневаться в объективности и достоверности их выводов у суда не имеется.

Нарушений процессуальных прав участников производства по делу при назначении и производстве экспертиз, которые повлияли или могли повлиять на содержание выводов экспертов, допущено не было.

Нарушения права на защиту лица, в отношении которого ведется производство по делу, вопреки доводам защитника, при производстве по делу допущено не было, все участвующие лица с материалами дела об административном правонарушении, в том числе с определениями о назначении экспертиз, были ознакомлены, МАО активно пользовался предоставленными ему законом правами, в том числе на заявление ходатайств, постановку вопросов перед экспертом, дачу объяснений, участие защитника.

Основания полагать, что проведенные экспертизы по делу не соответствуют критерию допустимости доказательств, отсутствуют.

Схемы дорожно-транспортного происшествия, как и протокол осмотра места совершения административного правонарушения, составлены уполномоченными лицами, в присутствии понятых и водителей транспортных средств МАО и МТВ, с разъяснением соответствующих прав, при отсутствии замечаний по изложенным в схемах обстоятельств. В схемах подробно отражено движение двух транспортных средств в попутном направлении, дорожная разметка, место столкновения автомобилей, иные сведения необходимые для правильного разрешения дела. Порядок производства данных действий соблюден, соответствие действительности отраженных в них обстоятельств сомнений не вызывает, данные обстоятельства согласуются с иными материалами дела, в связи с чем, оснований для признания их недопустимыми доказательствами отсутствуют.

Согласно требованиям части 1 статьи 28.1.1 КоАП Российской Федерации протокол осмотра места совершения административного правонарушения составляется в случае совершения административного правонарушения, предусмотренного статьей 12.24 или частью 2 статьи 12.30 настоящего Кодекса.

В связи с тем, что первоначально административное расследование по данному делу производилось по иным статьям кодекса, 06 мая 2025 года в день дорожно-транспортного происшествия протокол осмотра места совершения административного правонарушения уполномоченными должностными лицами не составлялся и такая обязанность у них отсутствовала. После возбуждения дела об административном правонарушении, предусмотренном статьей 12.24 КоАП Российской Федерации, был произведен осмотр места совершения административного правонарушения, в присутствии понятых, водителей транспортных средств участников дорожно-транспортного происшествия, и составлен соответствующий протокол от 21 мая 2025 года.

Таким образом совокупность вышеизложенных доказательств позволяет установить фактические обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, его участников, наличие пострадавшего лица, а также причинную связь между совершенным деянием и наступившими последствиями, то есть что причинение вреда здоровью потерпевшей вызвано именно нарушением водителем МАО Правил дорожного движения.

При этом доводы МАО и его защитника, что МАО правил дорожного движения не нарушал и при повороте налево занял крайнее левое положение на проезжей части, опровергаются представленными доказательствами, в том числе объяснениями МТВ, свидетеля АВС, являющегося очевидцем дорожно-транспортного происшествия, заключениями автотехнических экспертиз, видеозаписью рассматриваемых событий, из которых однозначно следует, что перед происшествием автомобиль «Хенде Солярис», под управлением МАО следовал вдоль правого края проезжей части ул. Невского, автомобиль «CHANGAN», под управлением МТВ двигался в попутном направлении слева. Перед столкновением автомобиль «Хенде Солярис» без остановки начинает смещаться влево относительно своего положения на проезжей части дороги и происходит столкновение.

Более того согласно правилам дорожного движения при отсутствии разметки и соответствующих знаков, количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними (пункт 9.1).

Не соответствуют материалам дела и доводы защитника о последовательности на протяжении всего производства по делу позиции МАО относительно виновности. Согласно объяснениям МАО, данным 06 мая 2025 года непосредственно после дорожно-транспортного происшествия, он признавал, что при повороте налево не убедился в безопасности маневра, в результате чего произошло столкновение с автомобилем потерпевшей.

Характер и степень причиненного потерпевшей вреда в результате дорожно-транспортного происшествия установлен на основании проведенной судебно-медицинской экспертизы. Из заключения экспертизы следует, что эксперту были предоставлены медицинские документы на имя МТВ в полном объеме, и достоверность изложенных в них сведений сомнений не вызывает. Экспертом в заключении подробно описан характер полученного потерпевшей телесного повреждения, его тяжесть, а также указано на его получение при заявленных обстоятельствах, то есть при дорожно-транспортном происшествии.

С целью получения разъяснений относительно содержащихся в экспертизе выводов, в судебном заседании была допрошена эксперт ШОН, которая подтвердив выводы экспертизы, показала, что экспертное исследование проводилось по медицинским документам, в том числе с учетом заключений рентгенологического исследования, достаточным для вывода о характере, локализации, степени тяжести, времени и механизме образования телесного повреждения, сомневаться в достоверности данных документов оснований не было. С учетом описанного в медицинских документах повреждения установлен средней тяжести вред здоровью по признаку длительного его расстройства продолжительностью свыше трех недель (21 дня).

Тем самым, не имеется сомнений в правильности определения степени тяжести вреда здоровью, причиненного потерпевшей, устанавливаемой по признаку длительности его расстройства, исходя из объективных медицинских данных, а не из фактически проведенного лечения.

Доводы защиты о несогласии с заключениями врачей специалистов и результатами рентгенологических исследований относительно установленного повреждения, и как следствие с выводами эксперта, изложенными в заключении являются субъективной оценкой. Объективных данных, указывающих на недостоверность медицинских документов и экспертного заключения либо ставящих под сомнение их выводы, не представлено. Оснований сомневаться в компетенции врачей, проводивших осмотр и соответствующее обследование потерпевшей, не имеется.

Исходя из установленных обстоятельств происшествия оснований считать, что травма потерпевшей была получена при иных обстоятельствах, не имеется, в связи с чем доводы защиты в указанной части необоснованны и очевидно надуманны.

При этом указание в справке от 06 мая 2025 года, выданной в отделении неотложной травматологии и ортопедии (травмпункт), по результатам осмотра МТВ на бытовой характер травмы, на что обращено внимание защитником, при указании автомобильной дверью прижала правую кисть, является явной технической ошибкой и не влияет на установление характера имевшегося повреждения и квалификацию тяжести причиненного им вреда здоровью.

Таким образом, на основании совокупности представленных и исследованных доказательств, судья приходит к выводу о наличии в действиях МАО состава административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.24 КоАП Российской Федерации.

При этом выбранная позиция МАО относительно признания вины в совершении правонарушения расценивается как защитная версия и способ избежать ответственности за фактически содеянное.

Доводы МАО и его защитника о том, что причиной дорожно-транспортного происшествия послужило не соблюдение Правил дорожного движения потерпевшей МТВ, которая перед столкновением свершала обгон в нарушение правил дорожного движения, являются несостоятельными и противоречащими установленным обстоятельствам. Кроме того, согласно статье 25.1 КоАП Российской Федерации постановление и решение по делу об административном правонарушении выносятся исключительно в отношении лица, привлекаемого к административной ответственности, и не могут содержать выводы о виновности иных лиц, производство по делу в отношении которых не осуществлялось, так как иное означало бы выход за рамки установленного в статье 26.1 КоАП Российской Федерации предмета доказывания по делу об административном правонарушении.

Не влияет на наличие состава административного правонарушения в действиях МАО управление МТВ автомобилем без очков при обязательности их ношения, что отражено в особых отметках ее водительского удостоверения, на что указано защитником, с учетом проведенной, как пояснила потерпевшая, операции по коррекции зрения и не нуждаемости в очках.

Таким образом, вопреки доводам защиты, все вышеприведенные доказательства были получены в установленном законом порядке, объективно согласуются между собой, взаимно дополняют друг друга, содержат необходимую и достаточную информацию, входящую в предмет доказывания по делу об административном правонарушении, при этом, процессуальное закрепление положенных в основу приговора постановления доказательств, не содержат никаких существенных противоречий и нарушений закона, которые могли бы повлиять на выводы об их относимости, достоверности и допустимости, либо повлечь, вопреки доводам защиты, возвращение протокола об административном правонарушении с приложенными материалами должностному лицу, его составившему. Существенных нарушений закона, допущенных в ходе административного расследования по делу об административном правонарушении, в том числе и при формировании материалов дела, при составлении протокола об административном правонарушении, исключающих возможность постановления судьей итогового решения, лишивших возможности привлекаемого к ответственности лица защищаться, не установлено.

Неустранимых сомнений, требующих толкования в пользу лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, не имеется.

Отсутствие сведений, об истребовании которых заявлено защитником в судебных заседаниях, не свидетельствуют о непричастности МАО к вменяемому правонарушению и не влияют на доказанность его вины по вышеизложенным мотивам.

Также судья не усматривает и необходимости в расширении круга доказательств, в том числе путем проведения экспертиз, о назначении которых заявлено защитником в ходе судебных заседаний, учитывая достаточность приведенных доказательств, подтверждающих установленные обстоятельства.

С учетом изложенного, суд считает, что совокупностью исследованных и приведенных доказательств достоверно установлена вина МАО в нарушении Правил дорожного движения, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшей, при обстоятельствах, описание которых приведено в протоколе.

Таким образом, оснований для прекращения производства по делу об административном правонарушении в отношении МАО, судья не находит.

При этом отмечается, что срок, установленный частью 1 статьи 28.8 КоАП Российской Федерации, в течение которого протокол об административном правонарушении направляется лицу, уполномоченному рассматривать дело об административном правонарушении, на нарушение которого указано защитником, не является пресекательным, выполняет регулятивную функцию и не влечет правовых последствий по делу об административном правонарушении в случае его нарушения.

Санкция части 2 статьи 12.24 КоАП Российской Федерации предусматривает ответственность в виде административного штрафа в размере от пятнадцати тысяч до тридцати семи тысяч пятисот рублей или лишение права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

В соответствии с частью 2 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации при назначении наказания физическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие и отягчающие административную ответственность.

Обстоятельств, смягчающих и отягчающих административную ответственность МАО, не установлено.

При этом привлечение МАО к административной ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.16 КоАП Российской Федерации, не признается повторным совершением однородного правонарушения, поскольку данное правонарушение совершено им после дорожно-транспортного происшествия.

Принимая во внимание всю совокупность изложенных обстоятельств, учитывая личность МАО, отношение к содеянному, его материальное положение, характер противоправного деяния, объектом которого является безопасность дорожного движения, который является существенным, поскольку затрагивает вопрос жизни и безопасности граждан, тяжесть наступивших последствий для потерпевшей в виде средней тяжести вреда здоровья, её мнение относительно вопроса наказания, судья приходит к выводу, что достижение установленных статьей 3.1 КоАП Российской Федерации целей административного наказания возможно путем назначения МАО наказания в виде лишения права управления транспортными средствами в пределе, предусмотренном санкцией части 2 статьи 12.24 КоАП Российской Федерации.

Данная мера наказания наиболее адекватна общественной опасности совершенного правонарушения и противоправной направленности совершенных действий, с наибольшим эффектом достигнет целей предупреждения совершения новых правонарушений, а также с учетом установленных вышеуказанных обстоятельств по делу, отвечает принципам соразмерности и справедливости. Назначение иного вида наказания, предусмотренного санкцией статьи за совершенное правонарушение в виде административного штрафа, с учетом вышеизложенного, не будет отвечать целям и задачам законодательства об административных правонарушениях, и не обеспечит достижение справедливого баланса публичных и частных интересов в рамках административного судопроизводства.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 29.10-29.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья

постановил:

признать МАО виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и назначить административное наказание в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев.

Водительское удостоверение МАО, подлежит сдаче в отделение Госавтоинспекции МВД по Республики Мордовия, в котором будет исполняться постановление.

В соответствии с требованиями части 1.1 статьи 32.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в течение трех рабочих дней со дня вступления в законную силу настоящего постановления лицо, лишенное специального права, должно сдать водительское удостоверение в отделение Госавтоинспекции МВД по Республики Мордовия, в котором будет исполняться постановление, а в случае утраты водительского удостоверения заявить об этом в указанный орган в тот же срок.

Согласно части 2 статьи 32.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в случае уклонения лица, лишенного специального права, от сдачи соответствующего удостоверения (специального разрешения) или иных документов срок лишения специального права прерывается. Течение прерванного срока лишения специального права продолжается со дня сдачи лицом либо изъятия у него, а равно получения органом, исполняющим этот вид административного наказания, заявления лица об утрате водительского удостоверения.

На постановление может быть подана жалоба в Верховный Суд Республики Мордовия через Пролетарский районный суд г. Саранска или непосредственно в верховный суд республики в течение десяти дней со дня вручения или получения копии постановления.

Судья Пролетарского районного суда

г. Саранска Республики Мордовия подпись ФИО1

Копия верна. Судья Пролетарского районного суда

г. Саранска Республики Мордовия ФИО1

Секретарь судебного заседания И.А. Шабров

Подлинник постановления находится в Пролетарском районном суде г. Саранска в материалах дела № 5-353/2025 (УИД 13RS0024-01-2025-001855-65).

Справка: постановление вступило в законную силу « » 2025 г.

Судья Пролетарского районного суда

г. Саранска Республики Мордовия ФИО1