Решение № 2-1221/2017 2-1221/2017~М-1113/2017 М-1113/2017 от 11 июля 2017 г. по делу № 2-1221/2017

Дело №2-1221/2017


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Станица Полтавская 12 июля 2017 года

Красноармейский районный суд Краснодарского края в составе:

Председательствующего - судьи Маркевич Л.Л.

Секретаря - Каленикиной Л.В.

С участием представителя истца ФИО3 – ФИО4, по доверенности № от 28.02.2017г.,

представителя ответчиков – ФИО5, по доверенности № от 01.07.2017г.,

представителя третьего лица – отдела по вопросам семьи и детства АМО Красноармейский район,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО11, ФИО12, ФИО13 и ФИО14 о признании сделки купли-продажи земельного участка недействительной и применении последствий недействительности сделки. В обосновании своего заявления указала на то, что она являлась собственником земельного участка и расположенного на нем жилого дома, находящихся по <адрес>.

Право собственности истца на земельный участок и жилой дом возникло на основании договора купли-продажи от 11 сентября 2013 года, зарегистрированного в реестре нотариуса Красноармейского нотариального округа Краснодарского края ФИО2 за №, что подтверждается записью в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним № от 20 сентября 2013 года и № от 17 июня 2014 года.

Ответчики и сын истца - муж ответчицы ФИО7 - ФИО1, являлись общедолевыми собственниками земельного участка и жилого дома по <адрес>, которое приобрели с использованием материнского капитала, зарегистрировав право собственности на себя и своих несовершеннолетних детей. Имея денежные долги и необходимость в их гашении, они решили продать недвижимость и рассчитаться с долгами. А затем, на оставшиеся деньги оформить ипотеку и приобрести новое жилье. Для продажи недвижимости, собственниками которой являлись несовершеннолетние дети, необходимо было получить согласие органов опеки, перед которыми ими были взяты обязательства о приобретении в собственность несовершеннолетних детей нового жилья. Ответчица ФИО11 обратилась к истцу ФИО3 с просьбой заключить формальный договор, купли-продажи земельного участка и жилого дома, расположенных по <адрес>. Пообещала, что когда материальное положение улучшится, они приобретут свое жилье.

11 июля 2014 года между истцом и ответчиком ФИО11 формально, без намерения создать соответствующие правовые последствия, лишь для вида, был заключен договор купли-продажи земельного участка площадью 2800 (две тысячи восемьсот) кв. м., с кадастровым номером №, предоставленный для ведения личного подсобного хозяйства, категория - земли населенных пункте, с размещенным на нём жилым домом, состоящим из основного строения, с размером общей площадью 38,6 кв.м., находящиеся по <адрес> (далее – Договор). При этом, формально, для вида была осуществлена государственная регистрация сделки, в соответствии с которой ответчицей и ее несовершеннолетними детьми было приобретено право собственности, о чем были внесены соответствующие записи в ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним.

Денежные средства в размере 500 000 рублей, предусмотренные условиями договора, в нарушение пункта 4 Договора, ответчицей истцу не уплачивались. Объект недвижимости продавцом не передавался, и не принимался покупателем. Ответчица и члены ее семьи поле реализации принадлежащей им собственности по <адрес>, проживали в съемном жилье до августа 2016 года и в приобретенное жилье не вселялись. Истец продолжала проживать по адресу: <адрес>. Регистрация в жилом доме по <адрес> ответчицы и членов ее семьи была осуществлена формально, только для отчета перед органами опеки.

Брачные отношения между ответчицей ФИО11 и ее мужем ФИО1- сыном истца, были прекращены в июле 2016 года решением суда о расторжении брака. Мировым судьей с/у №156 Красноармейского района Краснодарского края от 19 августе 2016 года брак был расторгнут. В августе 2016 года, когда истца не было дома, ответчики вселились в домовладение по <адрес><адрес>. В сентябре 2016 года, когда истец вернулась в <адрес>, ответчица ФИО11 не пустила истца в жилой дом, чем нарушаются ее права. С сентября 2016 года по настоящее время истец вынуждена проживать у своей дочери. Согласно постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 07.02.2017 года истцу разъяснено право на обращение в суд в порядке гражданского судопроизводства.

Представитель истца в судебном заседании поддержал заявленные требования и просил их удовлетворить, при этом пояснив, что при изложенных обстоятельствах договор купли-продажи земельного участка с размещенным на нём жилым домом, находящиеся по <адрес>, заключенный между истцом и ответчицей ФИО11 11 июля 2014 года является ничтожной сделкой в виду ее мнимости.

Кроме того, при заключении ничтожной сделки в виду ее мнимости, договор купли-продажи земельного участка и жилого дома от 11.07.2014 года противоречит закону, так как в нем не указано, что на момент его заключения в жилом доме была зарегистрирована и проживала истец. В пункте 6 Договора купли-продажи от 11.07.2014 года указано, что в отчуждаемом жилом доме никто не зарегистрирован. Вместе с тем, данное обстоятельство не соответствует действительности. Согласно данным паспорта истца и сведениям из домовой книги, в отчуждаемом жилом доме с 24.09.2013 года, на день заключения сделки, и по настоящее время была зарегистрирована и проживала истица.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований в связи с тем, что они не обоснованные, просил в иске отказать. Письменные возражения приобщены к материалам дела.

Представитель третьего лица возражала против удовлетворения заявленных исковых требований в связи с тем, что ими нарушаются права несовершеннолетних детей ответчицы.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу о необходимости отказа в удовлетворении исковых требований в полном объеме по следующим основаниям.

Судом установлено, что ФИО11 и ее несовершеннолетние дети: ФИО12, ФИО13, ФИО15, являются участниками общей долевой собственности (по 1\4 доли каждый), на жилой дом, общей площадью 38,6 кв.м. и земельный участок, площадью 2800 кв.м., расположенные по <адрес>. Основанием для возникновения у ответчиков данного вещного права явился договор купли-продажи земельного участка с жилым домом, заключенный «11» июля 2014 года.

По условиям данного договора, истец ФИО3 передала в общую долевую собственность (по 1\4 доли каждому), а ответчики. ФИО11, действующая от своего имени и от имени своих несовершеннолетних детей: ФИО12, ФИО13, ФИО15, приняли и оплатили принадлежащий продавцу земельный участок с расположенным на нем жилым домом, находящиеся по адресу: <адрес> (п. 1;2;3).

Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

Из буквального значения слов и выражений, содержащихся в пункте 4 договора от 11 июля 2014 года, следует, что указанные объекты недвижимости, по соглашению сторон, были проданы истцом за 500 000 рублей, из них стоимость жилого дома составила — 480 000 рублей, а земельного участка 20 000 рублей и расчет между сторонами был произведен полностью. Финансовых и имущественных претензий на момент подписания оспариваемой сделки стороны к друг другу не имели, равно как и на протяжении 2 лет 8 месяцев, после ее совершения. При таких обстоятельствах и учитывая тот факт, что ФИО3 подписала указанный договор лично, без замечаний, доводы истца о том, что денежные средства в размере 500 000 рублей ей не передавались, не состоятельны и опровергаются материалами гражданского дела

В силу ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Ссылки истца на «объяснения» ответчика от 01.02.2017 года, данные им в ходе рассмотрения сообщения о преступлении, как безусловного доказательства отсутствия факта исполнения по сделке, так же не состоятельны, так как указанные в постановлении УУП и ПДН ОМВД России по Красноармейскому району об отказе в возбуждении уголовного дела от «07» февраля 2017 года - обстоятельства, в силу положений статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не являются обстоятельствами, от обязанности доказывания которых освобождаются стороны в соответствии с указанной нормой и более того, в данном объяснении ответчик по сути подтвердил факт оплаты переданного \полученного имущества по сделке, указав на согласованный сторонами порядок расчетов до ее заключения.

Каких-либо иных доказательств, подтверждающий доводы истца, материалы дела не содержат, тогда как именно на истце, лице предъявившем к ответчику конкретное материально - правовое требование, лежит обязанность по их доказыванию в соответствии положениями ст. 56 ГПК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

В соответствии с п. 1 ст. 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации.

Согласно п. 1 ст. 551 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

В силу п. 2 ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

Как видно из материалов дела, переход права собственности по договору купли-продажи, заключенному между ФИО3 и ФИО11, действующей от своего имени и от имени своих несовершеннолетних детей: ФИО12, ФИО13, ФИО15, в установленном законом порядке на спорное имущество, был зарегистрирован. При таких обстоятельствах, при совершении сделки стороны не только предусмотрели реальные правовые последствия сделки, но и осуществили его, переход права собственности к покупателю состоялся.

Таким образом, поскольку материалами дела подтверждается, что стороны совершили все действия по исполнению спорного договора, цель сделки фактически достигнута - объекты недвижимости переданы покупателю, а оснований полагать отсутствие у ФИО3 воли на реализацию в пользу ответчиков спорного имущества или ее формирования под влиянием обмана, заблуждений и иных договоренностей (совершения лишь для вида - мнимости), на которые ссылается истец, не имеется, вывод о том, что договор купли-продажи земельного участка с жилым домом, заключенный «11» июля 2014 года, является недействительным по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд полагает не состоятельным и основанным на неправильном толковании данной нормы.

На основании п. 1 ст. 558 Гражданского кодекса Российской Федерации существенным условием договора купли-продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры, в которых проживают лица, сохраняющих в соответствии с законом право пользования жилым помещением после его приобретения покупателем, является перечень этих лиц с указанием их прав, на пользование продаваемым жилым помещением.

Вместе с тем, на момент заключения оспариваемого договора, в жилом доме, расположенном по <адрес>, лиц, которые в соответствии с законом, имели бы право пользования жилым помещением после его отчуждения — не проживало (п.6).

Тот факт, что ответчики, с момента приобретения данного вещного права на спорное имущество не вселились в жилой дом, не может свидетельствовать о мнимости оспариваемой сделки, ее порочности, так как по смыслу положений ст. 209 ГК РФ, именно собственнику принадлежит право по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, в том числе, вселяться или сохранять на определенный срок право пользования за предыдущим правообладателем.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО6 к ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, - отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Краснодарский Краевой суд через Красноармейский районный суд Краснодарского края в течение одного месяца со дня его вынесения.

Судья

Красноармейского районного суда Л.Л. Маркевич