Апелляционное определение № 33-2546/2026 от 30 марта 2026 г.

УИД: №

№
№


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

(адрес) (дата)

Судебная коллегия по гражданским делам Оренбургского областного суда в составе:

председательствующего судьи Р.А. Данилевского,

судей областного суда И.И. Сенякина, С.В. Студенова,

при секретаре судебного заседания И.С. Васякиной,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску

С к Обществу с ограниченной ответственностью «УралЭкоРесурс» и Д о расторжении договоров купли-продажи и истребовании земельных участков из чужого незаконного владения,

по апелляционной жалобе С

на решение Акбулакского районного суда (адрес) от (дата).

Заслушав доклад судьи Р.А. Данилевского, объяснения представителя истца Р.Р. С – К, поддержавшую доводы апелляционной жалобы и просившую решение суда в части отказа в удовлетворении иска отменить и принять решение об удовлетворении исковых требований в полном объёме, представителей ответчика – индивидуального предпринимателя главы крестьянского (фермерского) хозяйства Ш.А. Д – ССК, Р, представляющей также ответчика – У» и третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора – ООО», просивших отказать в удовлетворении апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

Р.Р. С обратился в суд с указанным иском. В его обоснование, он указал, что (дата) заключил с У» договоры купли-продажи земельных участков, по условиям которых продал указанному Обществу земельные участки с кадастровыми номерами №, расположенные в (адрес). Земельный участки были им проданы за 2 000 000 рублей. обязательства по договору с его стороны были исполнены в полном объёме, однако У свои обязательства по оплате приобретённых земельных участков не исполнило. Данное нарушение У» своих обязательств по договору, является существенным нарушением, влекущим расторжение состоявшихся договоров купли-продажи.

При этом, в настоящее время собственником спорных земельных участков является Ш.А. Д, который приобрёл их у У» по договору купли-продажи от (дата). Полагает, что данный договор является ничтожной сделкой, поскольку он был заключён с нарушениями требований статьи 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», а также пунктов (дата) и (дата) устава У», поскольку спорные земельные участки являлись ценным и практически единственным активом общества, что указывает на то, что данная сделка являлась крупной.

При этом, Ш.А. Д не является добросовестным приобретателем, так как изначально знал о существовании в У» корпоративного конфликта и о том, что земельные участки выводятся из данного общества и будут переоформлены на него без его согласия, как участника Общества, владеющего 50 % доли. Сам договор был заключён на следующий день после получения Обществом требований от него о предоставлении документов, проведении собрания участников и исполнения договорных обязательств, а его доля была незаконно передана Р.А. Д – брату ответчика Ш.А. Д.

В связи с указанными обстоятельствами, уточнив в ходе рассмотрения дела свои исковые требования, истец Р.Р. С просил суд:

- расторгнуть договоры купли-продажи земельных участков с кадастровыми номерами №, заключенные между ним и У»;

- истребовать из чужого незаконного владения Ш.А. Д и вернуть ему указанные земельные участки с кадастровыми номерами №, расположенные в (адрес), в центральной части кадастрового квартала №.

Решением Акбулакского районного суда (адрес) от(дата) иск Р.Р. С удовлетворён частично, судом постановлено:

- расторгнуть договор купли продажи земельного участка с кадастровым номером №, заключённый (дата) между Р.Р. С и У

- расторгнуть договор купли продажи земельного участка с кадастровым номером №, заключённый (дата) между Р.Р. С и У».

В удовлетворении исковых требований Р.Р. С к Ш.А. Д об истребовании из чужого незаконного владения и передаче ему земельного участка с кадастровым номером № и земельного участка с кадастровым номером № судом отказано.

Также судом постановлено взыскать с У» в пользу Р.Р. С 600 рублей в возмещение расходов по оплате государственной пошлины.

Определением Акбулакского районного суда (адрес) от (дата) исправлена описка в части даты принятия указанного решения суда, вместо ошибочно указанной даты – (дата), указано (дата).

С данным решением суда не согласился истец Р.Р. С. В своей апелляционной жалобе выражает не согласие с выводами суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для возвращения ему земельных участков. Обращает внимание, что Ш.А. Д не может рассматриваться добросовестным приобретателем земельных участков, а сделка по их продаже, является недействительной. В этой связи, просит решение суда в части отказа в удовлетворении его исковых требований отменить и удовлетворить его требования в полном объёме.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции Р.Р. С, а также иные участвующие в деле лица участие не принимали, о дате, месте и времени его проведения были извещены надлежащим образом, об уважительности причин своей неявки суду не сообщили.

На основании части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с требованиями статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, (дата) между Р.Р. С (продавцом) и У» (покупатель) заключены договоры купли-продажи земельных участков.

По условиям данных договоров Р.Р. С продал, а У» купило земельные участки:

- земельный участок с кадастровым номером №, площадью 768714 кв.м., с местоположением: (адрес), земельный участок расположен в центральной части кадастрового квартала №, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования: для сельскохозяйственного производства;

- земельный участок с кадастровым номером №, площадью 110286 кв.м., с местоположением: (адрес), земельный участок расположен в центральной части кадастрового квартала №, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования: для сельскохозяйственного производства.

Пунктами 2 указанных договоров предусмотрено, что стороны согласовали стоимость данных земельных участков в 1 000 000 рублей за каждый. Также сторонами определено, что расчёт между сторонами производится в день подписания договоров наличными денежными средствами, а сами договоры имеют силу акта приема-передачи.

В дальнейшем, (дата) переход права собственности от Р.Р. С к У» зарегистрирован в Едином государственном реестре недвижимости.

Вместе с тем, как указал продавец Р.Р. С обращаясь в суд с настоящим иском, оплату за продажу указанных земельных участков он от У не получил.

Возражая против данных доводов истца Р.Р. С, У» указало, что расчёт по договора был произведён путём взаимозачёта. Так, У» представило договор об оказании транспортных услуг № от (дата); спецификации к нему № от (дата), № от (дата), № от (дата) на оказание услуги «Вывоз грунта»; претензия З о наличии у У» задолженности по указанному договору в размере 8 735 217 рублей 35 копеек; акт сверки взаимных расчетов между З» и У»; оборотно-сальдовые ведомости З»; исполненное платежное поручение № от (дата), подтверждающую перечисление индивидуальным предпринимателем главой крестьянского (фермерского) хозяйства Ш.А. Д в пользу З» 2 000 000 рублей.

В дальнейшем, на основании договора купли-продажи от (дата) У» продало указанные земельные участки Ш.А. Д. (дата) в Едином государственном реестре недвижимости зарегистрирован переход права собственности на земельные участки от У» к Ш.А. Д.

Установив указанные фактические обстоятельства дела, суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что У» не представлено доказательств оплаты приобретённых земельных участков по указанным договорам купли-продажи, что является существенным нарушением условий договора, влекущих их расторжение.

При этом, суд первой инстанции пришёл к выводу, что оснований для возврата земельных участков в собственность Р.Р. С не имеется, поскольку в настоящий момент они находятся в собственности Ш.А. Д, который приобрёл их по действительным договорам, что исключает возможность истребования данных земельных участков от него.

Судебная коллегия с указанными выводами суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований Р.Р. С об истребовании земельных участков от Ш.А. Д соглашается, находит их законными и обоснованными, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела и сделаны в точном соответствии с нормами материального права, регулирующими возникшие спорные правоотношения.

По общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором. По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: 1) при существенном нарушении договора другой стороной; 2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

В силу пункта 2 статьи 452 Гражданского кодекса Российской Федерации требование об изменении или о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии - в тридцатидневный срок.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27 декабря 2017 года, неисполнение покупателем обязанности по оплате переданного ему продавцом товара относится к существенным нарушениям условий договора купли-продажи.

В данном случае, исходя из представленных в материалы дела доказательств и установленных судом первой инстанции обстоятельств следует, что следует, что оплата по договорам продавцу Р.Р. С произведена не была. Решение и выводы суда в указанной части сторонами не оспариваются, и в силу части 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом апелляционной инстанции не проверяются. Отсутствие оплаты по договорам, как правильно указал суд первой инстанции указывает на существенность нарушения обязательства со стороны покупателя и могло являться основанием для расторжения состоявшегося договора купли-продажи.

Вместе с тем, правопорядок устанавливает особенности реализации возможности расторжения договора купли-продажи в ситуации, когда предмет купли-продажи был реализован покупателем по расторгаемому договору другому лицу.

Так, в пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 6 июня 2014 года № 35 «О последствиях расторжения договора» разъяснено, что сторона расторгнутого договора, которой было возвращено переданное ею в собственность другой стороне имущество, приобретает право собственности на это имущество производным способом (абзац первый пункта 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации) от другой стороны расторгнутого договора. Следовательно, обременения (например, ипотека), установленные собственником в отношении этого имущества до момента передачи его обратно в собственность лицу, заявившему требование о расторжении договора, сохраняются, за исключением случаев заведомо недобросовестного поведения лица, в пользу которого было установлено соответствующее обременение (пункт 4 статьи 1, статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Данная правовая позиция также подтверждена в пункте 13 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 4 (2021) (утверждён Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 февраля 2022 года).

Исходя из данной правовой позиции, следует, что до момента расторжения договора купли-продажи покупатель вещи (предмета договора купли-продажи) сохраняет право собственности на неё, что даёт ему законную возможность в полном объёме реализовывать свои правомочия собственника, в том числе передать вещь в собственность другим лица. Если такая передача состоялась, покупатель по первоначальному договору купли-продажи (расторгаемому договору купли-продажи) утрачивает физическую возможность исполнить последствия расторжения договора купли-продажи в виде обратной передачи имущества первоначальному продавцу. При этом, последующий покупатель (или приобретатель) предмета первоначальной купли-продажи не может быть принуждён к возврату предмета купли-продажи, поскольку он стороной расторгаемого договора купли-продажи не является и у него какие-либо обязательства перед первоначальным продавцом отсутствуют. Сам первоначальный продавец утратил статус собственника в момент первичной передачи вещи покупателю.

Таким образом, в случае, когда предмет первоначальной купли-продажи был реализован первоначальным покупателем третьему лицу, продавец по первоначальному договору купли-продажи не может требовать возврата вещи в натуре как последствие расторжения договора, а в праве потребовать только уплаты соответствующей выкупной цены.

Принимая во внимание изложенные положения законодательства и их толкование Верховным Судом Российской Федерации, учитывая, что после первоначальных договоров купли-продажи, спорные земельные участки были реализованы Ш.А. Д, являющимся их конечным собственником, который в никакие договорные отношения с Р.Р. С не вступал, судебная коллегия приходит к выводу, что в данной ситуации исковые требования Р.Р. С о возврате ему земельных участков, как последствие расторжения соответствующих первоначальных договоров купли-продажи, вопреки доводам апелляционной жалобы, и правильным выводам суда первой инстанции, не могут быть удовлетворены.

Судебная коллегия отмечает, что в пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения.

В случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если собственник требует возврата своего имущества из владения лица, которое незаконно им завладело, такое исковое требование подлежит рассмотрению по правилам статей 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, а не по правилам главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В данном случае, ответчик Ш.А. Д является владельцем спорных земельных участков на законных основаниях, поскольку он приобрел их по договору купли-продажи, который недействительным не признавался, земельные участки находятся в его владении и его право собственности зарегистрировано в установленном законом порядке. В этой связи, вопрос о необходимости признания его добросовестным приобретателем для целей статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации разрешению не подлежит, поскольку признание лица добросовестным приобретателем требуется только в случае если лицо стало владельцем по незаконному основанию, в частности при недействительности сделки. Однако в данном случае, сделка между У» недействительной не признавалась, отдельные требования о признании данной сделки недействительной и применении последствий её недействительности Р.Р. С не заявлялись.

При этом, как правильно установил суд первой инстанции, оснований полагать, что данная сделка является недействительной, не имеется.

В соответствии со статьёй 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу, пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Вместе с тем, заявляя о недействительности соответствующего договора, истец Р.Р. С указанную презумпцию добросовестности действий участников сделки – Ш.А. Д и У» не опроверг. Так, сделка соответствует требованиям гражданского оборота, была реально исполнена между сторонами, что повлекло переход права собственности на земельные участки от У» к Р.Р. С.

При этом, заявляя о недействительности договора, Р.Р. С указал, что данная сделка является крупной и она должна была быть одобрена общим собранием участников У», то есть и им как участником данного Общества.

Вместе с тем, как правильно указал суд первой инстанции, в соответствии с часть 1 статьи 46 Федерального закона от 8 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом: связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества (в том числе заем, кредит, залог, поручительство, цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

Согласно пункту 5 статьи 46 Федерального закона от 8 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» суд отказывает в удовлетворении требований о признании крупной сделки, совершенной с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, недействительной при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: к моменту рассмотрения дела в суде представлены доказательства последующего одобрения такой сделки; при рассмотрении дела в суде не доказано, что другая сторона по такой сделке знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой, и (или) об отсутствии надлежащего согласия на ее совершение.

При этом, для квалификации сделки в качестве крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков: 1) количественного (стоимостного): предметом сделки является имущество, в том числе права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (далее - имущество), цена или балансовая стоимость (а в случае передачи имущества во временное владение и (или) пользование, заключения лицензионного договора - балансовая стоимость) которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату; 2) качественного: сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, т.е. совершение сделки приведет к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов (пункт 8 статьи 46 Федерального закона от 8 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»). Например, к наступлению таких последствий может привести продажа (передача в аренду) основного производственного актива общества. Сделка также может быть квалифицирована как влекущая существенное изменение масштабов деятельности общества, если она влечет для общества существенное изменение региона деятельности или рынков сбыта.

Из содержания пункта 8 статьи 46 Федерального закона от 8 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» следует, что для целей настоящего Федерального закона под сделками, не выходящими за пределы обычной хозяйственной деятельности, понимаются любые сделки, которые приняты в деятельности соответствующего общества либо иных хозяйствующих субъектов, осуществляющих аналогичные виды деятельности, независимо от того, совершались ли такие сделки таким обществом ранее, если такие сделки не приводят к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов.

Любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности, пока не доказано иное (пункт 8 статьи 46 Федерального закона от 8 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»). Бремя доказывания совершения оспариваемой сделки за пределами обычной хозяйственной деятельности лежит на истце.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2018 года № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», в силу абзаца третьего пункта 5 статьи 46 Федерального закона от 8 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» на истца возлагается бремя доказывания того, что другая сторона по сделке знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой (как в части количественного (стоимостного), так и качественного критерия крупной сделки) и (или) что отсутствовало надлежащее согласие на ее совершение.

Заведомая осведомленность о том, что сделка является крупной (в том числе о значении сделки для общества и последствиях, которые она для него повлечет), предполагается, пока не доказано иное, только если контрагент, контролирующее его лицо или подконтрольное ему лицо является участником (акционером) общества или контролирующего лица общества или входит в состав органов общества или контролирующего лица общества. Отсутствие таких обстоятельств не лишает истца права представить доказательства того, что другая сторона сделки знала о том, что сделка являлась крупной, например письмо другой стороны сделки, из которого следует, что она знала о том, что сделка является крупной.

По общему правилу, закон не устанавливает обязанности третьего лица по проверке перед совершением сделки того, является ли соответствующая сделка крупной для его контрагента и была ли она надлежащим образом одобрена. Третьи лица, полагающиеся на данные единого государственного реестра юридических лиц о лицах, уполномоченных выступать от имени юридического лица, по общему правилу, вправе исходить из наличия у них полномочий на совершение любых сделок (абзац второй пункта 2 статьи 51 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По данному делу, как правильно установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, истцом Р.Р. С не представлено совокупности допустимых доказательств, достоверно подтверждающих, что договор купли-продажи земельных участков от (дата) совершен за пределами обычной хозяйственной деятельности У». Указанная сделка не привела к прекращению деятельности Общества, носила возмездный характер и была направлена на извлечение прибыли, что не свидетельствует об ухудшении финансового положения Общества и не привело к этому.

Вместе с тем, вынося решение о расторжении спорных договоров купли-продажи, заключённых между Р.Р. С и У» суд первой инстанции не учёл следующее.

Как указывалось выше, исходя из приведённых положений Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, возможность расторжения договора купли-продажи возможна только в случае, когда могут быть применены последствия такого расторжения в виде возврата сторонами сделки всего исполненного по ней: продавец возвращает деньги или часть денег, в случае если он их получил, а покупатель – полученный от продавца товар. В случае если возврат товара невозможен ввиду его отсутствия у покупателя, например из-за продажи другому лицу, само по себе расторжение договора купли-продажи не приведёт к возможности применения последствий такого расторжения в виде возврата товара продавцу. Исходя из этого, правовых оснований для удовлетворения таких требований продавца, не имеется и единственным возможным способом защиты его нарушенного права, является требование о взыскании денег, не выплаченных ему за проданный товар.

При таких обстоятельствах, вопреки выводам суда первой инстанции, правовых оснований для удовлетворения исковых требований Р.Р. С о расторжении договоров купли-продажи, у суда первой инстанции не имелось.

Как указывалось выше, в соответствии с частью 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции вправе в интересах законности проверить обжалуемое судебное постановление в полном объеме вне зависимости от доводов жалобы.

В пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» разъяснено, что под интересами законности с учётом положений статьи 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует понимать необходимость проверки правильности применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов участников гражданских, трудовых (служебных) и иных правоотношений, а также в целях защиты семьи, материнства, отцовства, детства; социальной защиты; обеспечения права на жилище; охраны здоровья; обеспечения права на благоприятную окружающую среду; защиты права на образование и других прав и свобод человека и гражданина; в целях защиты прав и законных интересов неопределенного круга лиц и публичных интересов и в иных случаях необходимости охраны правопорядка. Судам апелляционной инстанции необходимо учитывать, что интересам законности не отвечает, в частности, применение судом первой инстанции норм материального и процессуального права с нарушением правил действия законов во времени, пространстве и по кругу лиц. Кроме того, суд апелляционной инстанции должен проверить решение суда в полном объёме, если обжалуемая часть решения неразрывно связана с другими частями решения.

В данном случае, проверяемая часть решения суда об отказе в удовлетворении исковых требований Р.Р. С о возврате ему спорных земельных участков как последствие расторжения договоров купли-продажи, неразрывно связана с разрешением требований о расторжении договоров купли-продажи и непосредственно вытекает из них. Однако, как указывалось выше, возврат обратно в собственность Р.Р. С земельных участков при расторжении договоров невозможен, ввиду чего правовое значение расторжения договоров теряется и не приведёт к восстановлению нарушенного права Р.Р. С, которое в данном случае заключатся в получении денег за проданные земельные участки. Само по себе признание невозможности возврата Р.Р. С земельных участков, является основанием к отказу в применении последствий расторжения нарушенных договоров, что в свою очередь является и основанием и к отказу в расторжении данных договоров, поскольку удовлетворение данного требования, не приведёт к восстановлению нарушенного права собственника и как следствие у него отсутствует интерес в его расторжении.

В данном случае, интерес истца Р.Р. С в расторжении договора заключается в стремлении восстановить свои нарушенные права – права собственности на земельные участки. По этой причине Р.Р. С при расторжении договора в случае его нарушения покупателем, может быть признан имеющим указанный интерес, только если заявленные им требования позволяют восстановить его нарушенные права в виде возврата ему земельных участков.

Поскольку расторжение договоров купли-продажи, при невозможности применении последствий такого расторжения в виде возврата продавцу Р.Р. С проданных им земельных участков, никак не восстановит и не защитит права Р.Р. С, а для требования о возврате не полученных по договору купли-продажи денег отдельного основания в виде расторжения договоров купли-продажи не требуется, оснований для удовлетворения его исковых требований о расторжении договоров купли-продажи у суда первой инстанции не имелось. При этом, данные требования неразрывно связаны с проверяемой судебной коллегией обжалуемой частью решения об отказе в возвращении земельных участков и их удовлетворение противоречит правовой природе возникших правоотношений и порождает неопределённость в вопросе возможности расторжения договоров купли-продажи при невозможности, что в свою очередь является нарушением требований публичного порядка, не отвечает интересам законности и является основанием для отмены решения в указанной части без доводов апелляционной жалобы.

При таких обстоятельствах, решение суда первой инстанции, в части удовлетворения исковых требований Р.Р. С о расторжении договоров купли-продажи подлежит отмене, с принятием в отменённой части нового решения об отказе в удовлетворении данных исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Акбулакского районного суда (адрес) в части удовлетворения исковых требований С о расторжении договоров купли-продажи земельного участка с кадастровым номером № и с кадастровым номером №, заключённых (дата), отменить.

Принять в отменённой части новое решение, которым в удовлетворении указанных исковых требований С отказать.

В остальной части решение Акбулакского районного суда (адрес) оставить без изменения, апелляционную жалобу С – без удовлетворения.

Председательствующий Р.А. Данилевский

Судьи И.И. Сенякин

С.В. Студенов

Мотивированное апелляционное определение изготовлено (дата).