Апелляционное определение № 11-2534/2026 от 11 марта 2026 г.

Судья Корнилова И.А.

дело № 2-2172/2025

УИД 74RS0030-01-2025-003407-65


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



дело № 11-2534/2026
12 марта 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Дюсембаев А.А.,

судей Скрябиной С.В., Клыгач И.-Е.В.,

при ведении протокола секретарем Мустафиной В.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО4 на решение Правобережного районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 19 ноября 2025 года по иску ФИО4 к Публичному акционерному обществу «Магнитогорский металлургический комбинат» о признании незаконным и отмене распоряжения, взыскании оплаты, компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Дюсембаева А.А. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, объяснения представителя ответчика ПАО «ММК» - ФИО5, принимавшей участие в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы,

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 обратился в суд с иском к публичному акционерному обществу «Магнитогорский металлургический комбинат» (далее - ПАО «ММК») о признании незаконным и отмене распоряжения № №, взыскании оплаты смены от 15 мая 2025 года, взыскании компенсации морального вреда в размере 20000 рублей.

В обоснование иска ФИО4 указал, что состоит в трудовых отношениях с ответчиком с 05 июля 1999 года, работает <данные изъяты>. Распоряжениями работодателя от 20 мая 2025 года № № установлено, что ФИО4 допущено неисполнение трудовых обязанностей, оплата произведена в соответствии с ч. 3 ст. 155 Трудового кодекса Российской Федерации. Считает данное распоряжение незаконным, поскольку 15 мая 2025 истец прошел предсменный медицинский осмотр утром и повторно по требованию мастера, истцом был получен допуск к работе, задание на смену непосредственный руководитель ему не выдавал. Неправомерными действиями ответчика ему причинен моральный вред, который истец оценивает в 20000 рублей.

Истец ФИО4 в судебном заседании суда первой инстанции поддержал исковые требования.

Представитель ответчика ПАО «ММК» - ФИО5 в судебном заседании суда первой инстанции возражала против удовлетворения исковых требований.

Решением Правобережного районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 19 ноября 2025 года в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе истец ФИО4 просит отменить решение суда первой инстанции, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований, поскольку считает его незаконным. В феврале 2025 года истцом был пройден периодический медицинский осмотр, в конце данного осмотра было вынесено заключение комиссии об отсутствии у истца медицинских противопоказаний для выполнения работ по профессии <данные изъяты>. В организации дополнительных обследований 15 мая 2025 года истец не нуждался, в направлении в здравпункт не было необходимости. В нарушение ст. 220 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель произвел оплату только за один медицинский осмотр, однако истец дважды проходил медицинский осмотр по поручению работодателя. Материалами дела не подтверждается то обстоятельство, что истец нарушил пункты должностной инструкции.

Истец ФИО4 в судебное заседание суда апелляционной инстанции при надлежащем извещении не явилась. В соответствии со ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия признала возможным провести судебное заседание в его отсутствие.

Проверив в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителя ответчика, судебная коллегия приходит к выводу об отмене решения суда в связи с неправильным определением обстоятельств, имеющих значение для дела, неправильным применением норма материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Как установлено судом и следует из материалов дела, что 05 июля 1999 года между ФИО4 и ПАО «ММК» заключен трудовой договор (л.д. 49-50).

Соглашением от 25 февраля 2022 года № № об изменении условий трудового договора от 05 июля 1999 года ФИО4 переведен на работу <данные изъяты> по профессии <данные изъяты>

В соответствии с должностной инструкцией <данные изъяты> является на рабочее место подготовленным к работе в положенной спецодежде и спецобуви, с необходимым СИЗ (п. 2.1); проходит предсменный медицинский осмотр (п. 2.2); принимает участие в сменно-встречном собрании, получает предсменный инструктаж (п. 2.3); получает задание на работу в течении смены (п. 2.4) (л.д. 81-84).

Распоряжением № № от 20 мая 2025 года установлено, что неисполнение трудовых обязанностей ФИО4 15 мая 2025 года необходимо считать по вине работника, оплату производить в соответствии с частью 3 статьи 155 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку 15 мая 2025 года <данные изъяты> ФИО4 не прошел предсменный медицинский осмотр. В 09 часов 01 минута <данные изъяты> ФИО4 была организована доставка в здравпункт. В течение смены ФИО4 наряд-задание на выполнение работы не выдано, к работе он не приступил, на рабочем месте отсутствовал с 07 часов 45 минут до 12 часов 30 минут, чем нарушил требования п. 2.4 должностной инструкции (получает задание на работу в течении смены). Основанием для вынесения распоряжения указаны: служебная записка мастера участка ФИО1 от 15 мая 2025 года; акт об отсутствии на рабочем месте более 4 часов от 15 мая 2025 года; акт об истребовании объяснительной от 15 мая 2025 года; акт об отказе предоставить объяснительную от 19 мая 2025 года; журнал выдачи наряда-задания от 15 мая 2025 года. С распоряжением истец ознакомлен 20 июня 2025 года (л.д. 23).

Из служебной записки (докладной) мастера участка ФИО2 от 15 мая 2025 года следует, что 15 мая 2025 года работник ФИО4 не прошел предсменный медицинский осмотр. В 09 часов 01 минута <данные изъяты> ФИО4 была организована доставка в ЦМДО. О прохождении предсменного медицинского осмотра работник ФИО4 ему не сообщал. Наряд-задание на смену работнику ФИО4 не выдавалось. Приблизительно в 12 часов 15 минут работник ФИО4 зашел в кабинет начальника карьера и спросил у и.о. начальника карьера ФИО3 о том, подписано ли его ранее поданное заявление на отпуск без оплаты на 15 мая 2025 года с 12 часов 30 минут. Работнику ФИО4 было сообщено, что начался обеденный перерыв, после чего ФИО4 вышел из кабинета (л.д. 28).

Из акта от 15 мая 2025 года следует, что ФИО4 отсутствовал на рабочем месте 15 мая 2025 года, наряд-задание не получил, к работе не преступил (л.д. 25).

Согласно акту от 15 мая 2025 года ФИО4 15 мая 2025 года в 12 часов 35 минут предложено предоставить письменное объяснение по факту отсутствии на рабочем месте 15 мая 2025 года (л.д. 24).

19 мая 2025 года составлен акт о не предоставлении письменных объяснений в срок до 19 мая 2025 года до 12 часов 00 минут, по факту отсутствия на рабочем месте 15 мая 2025 года (л.д. 26).

Из скриншота журнала прохождения телемедицинского осмотра, предсменный медосмотр ФИО4 15 мая 2025 года в период с 07:25:00 по 07:26:29 пройден, к работе он не допущен (л.д. 83).

ФИО4 был допущен к работе врачом АНО «Центральная клиническая медико-санитарная часть» 15 мая 2025 года в 09 часов 34 минут (л.д. 73).

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что после прохождения медицинского осмотра в 07:26 часов ФИО4 не был допущен до работы, в связи с чем работодателем была организована доставка в медицинскую организацию, где после допуска к работе в 09:34 час. прибыл на рабочее место в 12:35 час., во время обеденного перерыва, действий, направленных на получение наряда-задания не совершил, к работе не приступил, убыл с рабочего места, будучи освобожденным с этого времени от работы, при этом обязанность работодателя по доставке работника из медицинского учреждения отсутствовала, изданное работодателем распоряжение, которым установлено неисполнение трудовых обязанностей по вине работника является законным и оснований для удовлетворения иска не имеется.

Судебная коллегия не может согласиться с указанными выводами суда, поскольку они сделаны с нарушением норм материального права, доводы апелляционной жалобы истца заслуживают внимания.

В соответствии с частью 1 статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Согласно части 3 статьи 155 Трудового кодекса Российской Федерации, при невыполнении норм труда, неисполнении трудовых (должностных) обязанностей по вине работника оплата нормируемой части заработной платы производится в соответствии с объемом выполненной работы.

По смыслу приведенных норм Трудового кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи, заработная плата работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и устанавливается трудовым договором в соответствии действующей у работодателя системой оплаты труда. При отсутствии работника на рабочем месте и неисполнении им трудовых обязанностей в течение рабочего времени указанное время работодателем не оплачивается, если только в указанный период за работником не сохранялся средний заработок (оплачиваемый отпуск, служебная командировка, направление на медицинский осмотр, повышение квалификации и т.п.) или это время не оплачивалось в ином размере (неисполнение трудовых (должностных) обязанностей по причинам, не зависящим от работодателя и работника, время простоя и т.п.).

В соответствии с приказом Роструда от 11 ноября 2022 года № 253 «Об утверждении Руководства по соблюдению обязательных требований трудового законодательства» под невыполнением норм труда следует понимать выполнение меньшего объема работы, невыполнение установленного задания, не достижение установленного количественного результата и т.п. Вина работника может выражаться в нарушении им технических или технологических норм, нарушении правил внутреннего трудового распорядка, отказе от выполнения работы без уважительных причин и т.п.

Из объяснений истца в суде первой инстанции следует, что 15 мая 2025 года он явился на рабочее место подготовленным к работе в положенной спецодежде, прошел медосмотр, но результата не дождался, так как на экране телемедицинского осмотра высветилась «ожидание результата». Затем истец сообщил об этом мастеру участка, который отправил истца обратно за талоном, истцу был зачитан лист с нарядом-заданием. После этого истец вернулся к экрану телемедицинского осмотра для получения талона, в котором указано о не допуске, в связи с <данные изъяты>, о чем было сообщено мастеру участка. Мастер велел истцу переодеться, так как будет организована доставка истца в медико-санитарную часть для осмотра и возможности допуска к работе. Истец на служебном транспорте был доставлен в АНО «Центральная клиническая медико-санитарная часть», расположенной за пределами рабочего места, где после прохождения медицинского осмотра и допуска к работе ФИО4 обнаружил, что транспорт, на котором был туда доставлен, уехал, истец предпринимал попытки связаться с руководством по телефону для обеспечения его доставки к месту работы. Также направил мастеру СМС - сообщение о прохождении медицинского осмотра, допуске к работе, необходимости его доставки до места работы. Не дождавшись от них ответа, решил пойти пешком до рабочего места, до <данные изъяты>. Расстояние от здравпункта до <данные изъяты> составляет 4,5 км (л.д. 65-75, 166-168).

Указанные обстоятельства также подтверждаются детализацией счета оператора сотовой связи, которое работодателем не опровергнуто; результатами прохождения предрейсового осмотра телемедика и в АНО «Центральная клиническая медико-санитарная часть» (л.д. 64, 73, 75, 83, 166-168); распечаткой <данные изъяты> карты (т.1 л.д.114), работодателем не оспаривается расстояние 4,5 км (л.д. 84); отчетом по пересечениями работниками проходных: вход проходная № № турникет № 09:57, выход 09:58, вход проходная № № турникет № 10:51, вход 10:53, выход 11:06 проходная № № турникет №, вход <данные изъяты> 12:30, выход 12:39, выход 12:40 (л.д. 72).

Распоряжением ответчика ФИО4 был предоставлен отпуск без сохранения заработной платы 15 мая 2025 года с 12 часов 30 до 16 часов 30 минут (л.д. 85).

С учетом изложенного, принимая во внимание, что в судебном заседании вопреки выводам суда и доводам ответчика не установлено не исполнение истцом должностных обязанностей, как указано в оспариваемом распоряжении - отсутствие на рабочем месте с 07 часов 45 минут до 12 часов 30 минут, чем нарушено п. 2.4 должностной инструкции (получение задания на работу в течении смены), напротив, из материалов дела следует, что истец в указанное время в соответствии с должностной инструкцией проходил обязательный предрейсовый медицинский осмотр по месту работы, который не был пройден в связи с установлением повышенного артериального давления, затем работник был направлен работодателем для прохождения повторного предрейсового медицинского осмотра в медико-санитарную часть, после которого работник сообщил работодателю о его прохождении и допуске до работы, при этом на просьбу работника осуществить доставку на рабочее месте в связи с удаленностью (расстояние до места работы - 4,5 километра) работодатель не отреагировал, работник не был предупрежден о необходимости самостоятельно вернуться к месту работы, сам работодатель о причинах отсутствия работника на рабочем месте фактически не выяснял, в том числе возможности добраться работником самостоятельно, судебная коллегия приходит к выводам об обоснованности требований истца о незаконности распоряжения ПАО «Магнитогорский металлургический комбинат» от 20 мая 2025 года №№, поскольку оснований для применения работодателем положений части 3 статьи 155 Трудового кодекса Российской Федерации не установлено.

Доводы представителя ответчика о том, что истец после прохождения повторного предрейсового медицинского осмотра имел возможность добраться до места работы самостоятельно, не воспользовался общественным транспортом, не могут быть приняты судебной коллегией, поскольку как пояснил истец в суде апелляционной инстанции такой возможности у него не было, о необходимости самостоятельно вернуться к месту работы его не предупреждали. При этом из объяснений истца и представителя ответчика следует, что ранее при аналогичных ситуациях работодатель всегда организовывал доставку работника к месту прохождения предрейсового медицинского осмотра и обратно к месту работы. Таким образом, отсутствие истца на рабочем месте 15 мая 2025 года с 07 часов 45 минут до 12 часов 30 минут было уважительным, связано с необходимостью прохождения обязательного предрейсового медицинского осмотра, передвижением к рабочему месту, что нельзя расценить как неисполнение трудовых обязанностей по вине работника.

При таких обстоятельствах решение суда нельзя признать законным и обоснованным, оно подлежит отмене с вынесением нового решения о признании незаконным распоряжение ПАО «ММК» от 20 мая 2025 года № № о неисполнении трудовых обязанностей ФИО4, взыскании оплаты за смену 15 мая 2025 года, компенсации морального вреда.

Судебной коллегией принят в порядке статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленный ответчиком расчет заработной платы машиниста буровой установки ФИО4, из которого следует, что задолженность по заработной плате за смену 15 мая 2025 года, с учетом произведенной оплаты в сумме 27,90 руб., составляет 1451,20 руб., которая подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме, в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

В соответствии с п. 2 ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Согласно п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

В п. 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

С учетом изложенного, принимая во внимание объем допущенных ответчиком нарушений трудовых прав работника (невозможностью получать заработную плату в полном объеме), издание незаконного распоряжения, характер нарушенного ответчиком нематериального блага истца на справедливую оплату труда (претерпеваемые страдания, основанные на его личных переживаниях), индивидуальные особенности истца (возраст), учитывая, что физические страдания истцу в связи с нарушение трудовых прав причинены не были, а также учитывая требования разумности и справедливости, судебная коллегия полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда 5000 руб. Оснований для удовлетворения требований истца о компенсации морального вреда в полном объеме не находит.

Руководствуясь ст. ст. 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Правобережного районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 19 ноября 2025 года отменить, принять по делу новое решение.

Признать незаконным распоряжение Публичного акционерного общества «Магнитогорский металлургический комбинат» от 20 мая 2025 года №№

Взыскать с Публичного акционерного общества «Магнитогорский металлургический комбинат» в пользу ФИО4 задолженность по заработной плате в размере 1451 рубль 20 копеек, компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное определение изготовлено 26 марта 2026 года