Апелляционное определение от 11 октября 2018 г. по делу № 2-4/18

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 8-АПУ18-4


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Москва 11 октября 2018г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего - Сабурова Д.Э. судей - Климова А.Н., Таратуты И.В., при секретаре - Горностаевой Е.Е., с участием государственного обвинителя - прокурора Луканиной Я.Н.,

защитников - адвокатов Артеменко Л.Н., Баранова А.А., Урсола АЛ., Шаповаловой Н.Ю.,

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных ФИО1, ФИО2, адвокатов Темпераментова А.В. в защиту ФИО3, Щетинниковой ИВ. в защиту ФИО4, Глазуновой СЕ. в защиту ФИО2 на приговор Ярославского областного суда от 12 июля 2018 года, которым

ФИО1, <...>

<...> несудимый;

осужден к лишению свободы по: - ч. 5 ст. 228.1 УК РФ (два преступления) к 16 годам за каждое; - ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ к 13 годам;

- пп. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (четыре преступления) к 12 годам за каждое;

- ч. 2 ст. 228 УК РФ к 5 годам; - ч. 1 ст. 222 УК РФ к 1 году;

на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно к 18 годам в исправительной колонии строгого режима;

он же оправдан по обвинению в совершении 2 мая 2017 г. преступления, предусмотренного пп. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, за недоказанностью участия в совершении преступления;

ФИО4, <...>

<...> несудимый;

осужден к лишению свободы по: - ч. 5 ст. 228.1 УК РФ к 15 годам;

- пп. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (за преступление5 19 апреля 2017 г.) к 11 годам;

- п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (за преступление 2 мая 2017 г.) к 10 годам;

на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно к 15 годам 6 месяцам в исправительной колонии строгого режима;

ФИО3, <...>

<...> несудимый; осужден к лишению свободы по:

-ч. 5 ст. 228.1 УК РФ к 15 годам;

- пп. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (за преступление 16 мая 2017 г.) к 11 годам;

на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно к 15 годам 6 месяцам в исправительной колонии строгого режима;

он же оправдан по обвинению в совершении 19 апреля 2017 г. преступления, предусмотренного пп. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, за недоказанностью участия в совершении преступления;

ФИО2, <...>

<...> осужденная:

- 5 декабря 2017 г. по ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 228 УК РФ (четыре преступления), ч. 2 ст. 228 УК РФ (два преступления) на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к 5 годам лишения свободы;

осуждена к лишению свободы по:

- пп. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (за два преступления) к 10 годам за каждое;

на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний к 11 годам;

на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения с наказанием по приговору от 5 декабря 2017 г. окончательно к 11 годам 6 месяцам в исправительной колонии общего режима.

Решен вопрос о вещественных доказательствах.

По делу осуждены ФИО5. и ФИО6, приговор в отношении которых не обжалован.

Заслушав доклад судьи Сабурова Д.Э., выступления адвокатов Артеменко Л.Н., Баранова А.А., Урсола А.Л., Шаповаловой Н.Ю., поддержавших доводы жалоб и дополнений, возражения прокурора Луканиной Я.Н., полагавшей необходимым жалобы оставить без удовлетворения, Судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

по приговору суда ФИО1, ФИО4, ФИО7 и ФИО2 осуждены за действия, связанные с незаконным оборотом наркотических средств, в том числе и в составе организованной группы. ФИО1 также и за незаконное хранение боеприпасов.

Преступления совершены в период с января по 31 июля 2017 года в г. Рыбинске Ярославской области при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционной жалобе Иванов выражает несогласие с осуждением и считает, что судом не приняты во внимание его доводы. Свою вину полагает недоказанной. Показания ФИО8, заключившего досудебное соглашение о сотрудничестве, расценивает как ложные, данные с целью облегчить свою вину и по указанию следствия.

Отмечает, что с ФИО2 и ФИО5 знаком не был, их впервые увидел в судебном заседании.

Описывая обстоятельства знакомства с ФИО8, их взаимоотношения до задержания, указывает, что ему было известно об употреблении тем наркотиков, а ФИО8, в свою очередь, мог знать об употреблении им, ФИО1, наркотиков. В процессе общения помогали друг другу в приобретении наркотиков.

Допускает, что в период с 31 января по 9 февраля 2017 г. совместно на общие деньги приобретали наркотики. Однако после апреля 2017 г., узнав, что тот занимается сбытом, прекратил общение с ним, но знал, что ФИО8 общался с ФИО7 и ФИО4, который рассказывал, что ФИО8 предлагал заниматься сбытом наркотиков.

Отмечает, что у них с ФИО8 были разные источники приобретения наркотиков.

Критикуя показания Володина с точки зрения достоверности, отмечает в них наличие противоречий (суть которых приводится в жалобе). Обращает внимание, что именно Володин являлся организатором сбыта наркотиков, у него имелись деньги, делал дорогие покупки, тогда как у него, Иванова, ничего найдено не было, в том числе и так называемой общей кассы.

Предлагает критически относиться к показаниям оперативных сотрудников, которые напрямую его не уличают.

Описывая обстоятельства совместной с ФИО4 поездки 29 мая для изъятия наркотиков из закладок, утверждает, что инициатором выступал ФИО4, который передал ему причитающуюся «долю». Данное обстоятельство ФИО4 подтвердил в суде, а суд необоснованно отверг его и ФИО4 показания, в том числе и по эпизоду с ФИО2.

По эпизоду от 24 июля 2017 г. утверждает, что покупали наркотик вместе с ФИО7 на общие деньги, а затем наркотик поделили.

Ссылаясь на плохое состояние здоровья, наличие серьезных заболеваний, считает чрезмерно суровым назначенное наказание.

Просит приговор изменить и смягчить с применением ст. 64 УК РФ назначенное наказание.

Осужденная ФИО2 в апелляционной жалобе считает чрезмерно суровым назначенное наказание, не отвечающее принципам справедливости.

Указывает, что вину признала полностью, за исключением совершения преступлений в составе организованной группы, так как с ФИО1 ранее знакома не была и увиделась лишь в зале суда.

Обращает внимание, что именно ФИО8 предложил ей и ФИО5 вскладчину приобрести наркотик, на что она как наркозависимый человек согласилась. При этом о планах ФИО8 ей известно не было. Фактически он вовлек её в преступление, от которого она не могла отказаться, так как боялась его.

ФИО5 передала причитающийся ему наркотик по указанию ФИО8.

Считает недостоверными и ничем не подтвержденными показаниями свидетеля Ч.. При этом была лишена возможности задать ей вопросы, поскольку Ч. в суд не явилась, и были оглашены её показания.

Утверждает, что для личного потребления наркотики приобретала именно у Ч., которая, будучи привлеченной к ответственности, стремится уменьшить свою вину.

Отмечает, что по делу не проводились очные ставки с ней и другими осужденными, телефонные разговоры не прослушивались, у самой телефон не изымался, а при вынесении приговора не были

учтены ходатайства оперативных сотрудников о применении к ней положений ст. 64 УК РФ.

Ссылаясь на то, что на момент совершения преступления была не судима, на неразъяснение ей в ходе следствия возможности заключить соглашение о сотрудничестве, молодой возраст, просит переквалифицировать свои действия как пособничество в приобретении наркотических средств, учесть все смягчающие обстоятельства, состояние здоровья, возраст и состояние здоровья матери, наличие ребенка, изменить категорию преступления и снизить размер наказания с применением ст. 64 УК РФ.

В дополнениях ФИО2, повторяя просьбу о смягчении наказания, просит учесть приложенное ходатайство руководства УТ МВД России по СЗФО.

Адвокат Глазунова СЕ. в защиту ФИО2 в апелляционной жалобе считает неправильной квалификацию её действий, чрезмерно суровым назначенное наказание, а также недопустимыми ряд доказательств.

Указывает, что в основу приговора суд положил результаты ОРМ. Вместе с тем совершение ФИО2 преступления было спровоцировано оперативными сотрудниками, со стороны которых имело место подстрекательство. Так, из показаний действовавшего в рамках ОРМ «С<...>» видно, что он пришел в полицию и сообщил, что мужчина по прозвищу «<...>» занимается сбытом наркотических средств, изъявил желание поучаствовать в проверочной закупке и после процессуального оформления всех документов и действий, уже под контролем сотрудников позвонил ФИО5 и попросил продать наркотическое средство, что является провокацией.

Обращает внимание, что обвинением не приведены доказательства планирования ФИО2 совместно с другими сбыта наркотических средств, пока не подключились сотрудники полиции. Судом такие доказательства в приговоре также не приведены.

В связи с провокацией со стороны оперативных сотрудников действия ФИО2 подлежат квалификации лишь по ч. 2 ст. 228 УК РФ.

Считает, что вина ФИО2 в совершении инкриминируемых преступлениях в составе организованной группы не нашла подтверждения.

Цитируя положения ст. 35 УК РФ, обращает внимание, что по делу нет доказательств и в приговоре не приведено, что ФИО2 объединилась с другими, причем заранее, в организованную группу для сбыта наркотических средств. Некоторые из осужденных между собой ранее знакомы не были и узнали друг о друге лишь в судебном заседании.

Приводя показания Лебедевой в судебном заседании, адвокат считает недоказанными, что все осужденные заранее договорились и объединились с общей целью - сбыт наркотических средств. В приговоре не приведено доказательств того, что между Лебедевой и другими заранее состоялась договоренность о совместном сбыте наркотических средств неопределенному кругу лиц. Наличие у осужденных телефонов с сим-картами, зарегистрированными на других лиц, еще не свидетельствует о наличии признаков организованной группы. Содержание телефонных переговоров, смс-переписка, исследованные в судебном заседании, подтверждают лишь факт общения некоторых осужденных друг с другом, и с целью поиска и совместного приобретения наркотических средств.

Утверждает, что ни одно из приведенных в приговоре доказательств не подтверждает вывод суда о том, что ФИО2 была вовлечена ФИО1 и ФИО8 в состав организованной группы и выполняла отведенную ей роль. Нет в приговоре и доказательств, подтверждающих, что все осужденные заранее объединились в группу с единой целью, заранее договорились о реализации этой цели совместными усилиями и каждый из них совершал действия, направленные на достижение общего результата. Из материалов дела следует, что каждый из осужденных реализовывал свои, а не общие, цели.

Оспаривая справедливость назначенного наказания, адвокат полагает, что имеющиеся по делу смягчающие обстоятельства, отсутствие отягчающих, данные о личности, наличие заболеваний, являлись исключительными и давали основания для применения положений ст. 64 УК РФ.

Просит приговор изменить, действия ФИО2 переквалифицировать на ч. 2 ст. 228 УК РФ, снизив назначенное наказание.

Адвокат Щетинникова И.В. в защиту ФИО4 в апелляционной жалобе также полагает недоказанным совершение преступлений в составе организованной группы.

Приводя свою оценку исследованным доказательствам, считает доказанным лишь то, что ФИО4, являясь потребителем наркотических средств, имея знакомых из числа таких же, как он наркопотребителей - ФИО1, ФИО7, ФИО2, совместно с последними приобретал для личного потребления наркотическое средство. При этом каждый из них в отдельности не имел достаточной суммы для приобретения наркотиков, вследствие чего они приобретали наркотические средства на общие деньги, получая причитающуюся долю наркотических средств в зависимости от размера вложенных денег.

По эпизоду от 18 апреля 2017 г. считает, что действия ФИО4 образуют лишь пособничество в незаконном приобретении наркотических средств.

Просит приговор изменить и переквалифицировать действия Ковалева на указанные ею составы преступлений.

Адвокат Темпераментов А.В. в защиту ФИО7 в апелляционной жалобе считает выводы суда не соответствующими фактическим обстоятельствам.

Указывает, что по эпизоду сбыта наркотического средства К. 24 июля 2017 г. судом не опровергнуты показания ФИО7 и ФИО1, приведены в приговоре в урезанном виде, а показания К. в судебном заседании вообще отсутствуют. Взяв за основу показания К. в ходе предварительного расследования, суд не учел, что сторона защиты была лишена возможности их опровергнуть, задать ему вопросы.

Приводя показания К. в судебном заседании, адвокат отмечает, что К. не менял свои показания, а лишь уточнил их, отвечая на вопросы, которые не задавались следователем, и которые сторона защиты была лишена возможности задать в ходе расследования по делу.

Суд в приговоре не мотивировал, почему он отдал предпочтение показаниям свидетеля на следствии и критически отнесся к его показаниям в судебном заседании. Доказательств, опровергающих показания К. в суде, не приведено.

Были исследованы рапорта и показания сотрудников полиции, осуществлявших наблюдение за ФИО1, ФИО7 и К.. Их показания и данные материалов ОРМ совпадают с описываемыми осужденными и свидетелем обстоятельствами. Однако суд в приговоре показания сотрудников полиции не привел, на них не сослался и оценки им не дал.

Анализируя показания ФИО7, ФИО1 и К. в судебном заседании, адвокат делает вывод, что имел место не сбыт наркотических средств, а совместное приобретение на общие деньги.

Обращает внимание, что судом не мотивирована квалификация действий ФИО7 по ч. 5 ст. 228.1 УК РФ. При этом из описания деяния, признанного доказанным, следует что ФИО7 передал К. наркотические средства по договоренности с последним на совместное приобретение, то есть совершил преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 228 УК РФ.

Настаивает на том, что по делу имело место совместное приобретение наркотических средств, на общие деньги, с последующим разделением наркотиков в зависимости от количества вложенных каждым денег.

Оспаривая наличие организованной группы, описывая её признаки, адвокат ссылается на отсутствие таковых, на отсутствие доказательств того, что по конкретным эпизодам ФИО7 действовал по указанию ФИО1, либо ФИО1 передавал ему лично наркотические средства для

дальнейшей передачи иным лицам. Ни по одному из эпизодов преступной деятельности Жирнова не прослеживаются его взаимоотношения с Ивановым, как руководителем организованной группы.

Просит приговор изменить, действия ФИО7 переквалифицировать на ч. 3 ст. 228 УК РФ.

В возражениях на жалобы осужденных и адвокатов государственный обвинитель Фирова А.А. просит приговор оставить без изменения, жалобы - без удовлетворения.

Изучив уголовное дело, проверив доводы апелляционных жалоб, дополнений и возражений, Судебная коллегия отмечает, что выводы суда о доказанности вины всех осужденных в совершенных преступлениях являются правильными, основаны на совокупности исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств.

По эпизоду сбыта наркотического средства «С<...> 9 февраля 2017 г. организованной группой вина ФИО1 и ФИО2 подтверждается:

- показаниями осужденного в связи с заключением соглашения о сотрудничестве ФИО8 о получении от ФИО1 для реализации очередной партии наркотических средств, которую он передал ФИО2, а та передала деньги за предыдущую партию наркотических средств; о передаче этих денег ФИО1 и получении от него следующей партии, которая также была передана ФИО2; о расфасовке ею наркотика в три свертка и передаче их ФИО5, который, в свою очередь, их продал;

- показаниями свидетеля под псевдонимом «С<...>» о том, что ему было известно, что ФИО5 занимается сбытом наркотиков, об участии в ОРМ, в ходе которых он приобрел 9 февраля 2017 г. у ФИО5 за 3 тыс. руб. три свертка с наркотическими средствами;

- материалами ОРМ (протоколами досмотра «С<...>», выдачи ему денег и спецсредств, выдачи «С<...> обратно спецсредств и трех полимерных свертков с веществом - т. 4 л.д. 180-181, 1765, 182, 183-184, 185-186);

- заключением эксперта о виде и размере выданных и приобретенных в ходе ОРМ «С<...>» наркотических средств (т. 4 л.д. 194-195, 215- 217);

- протоколами осмотра электронных носителей с аудио и видеоинформацией, полученной в ходе проведения ОРМ, а также протоколами осмотра предметов (т. 6 л.д. 103, 112-120, 146-147, т. 10 л.д. 153-179).

По эпизоду сбыта наркотического средства «С<...> 14 февраля 2017 г. организованной группой вина Иванова и Лебедевой подтверждается:

- показаниями ФИО8 о передаче 14 февраля ФИО2 для реализации полученной от ФИО1 партии наркотиков, о его телефонном разговоре с ФИО5, к которому должен был обратиться человек за наркотиками; о передаче ему (ФИО8) ФИО2 и ФИО5 вырученных от продажи наркотиков денег;

- показаниями свидетеля «С<...> о своем участии в ОРМ 14 февраля 2017 г. и приобретении у ФИО5 еще 3-х свертков с наркотиками;

- материалами ОРМ (протоколами досмотра «С<...>», выдачи ему денег и спецсредств, выдачи им обратно спецсредств и трех полимерных свертков с веществом (т. 4 л.д. 243-244, 245, 246, 247-248, 249- 250);

- заключением эксперта о виде и размере приобретенных и выданных «С<...> веществ (т. 4 л.д. 258-259, т. 5 л.д. 10-12);

- протоколами осмотра электронных носителей с аудио и видеоинформацией, полученной в х оде ОРМ, протоколами их осмотра (т. 6 л.д. 103-109, 112-120, 146-147, 165-т. 10 л.д. 153-179).

По эпизоду сбыта наркотического средства 19 апреля 2017 г. организованной группой С. вина ФИО1 и ФИО4 подтверждается:

- показаниями ФИО2 в ходе предварительного расследования о покупке 19 апреля 2017 г. для С. и по просьбе последней у ФИО4 наркотического средства;

- показаниями С. об обращении к ФИО2 с просьбой помочь найти наркотические средства и получении от неё наркотического средства;

- показаниями в ходе предварительного расследования свидетеля П. (сожителя ФИО2) о передаче ФИО2 19 апреля 2017 г. в автомобиле «такси» наркотического средства С. (т. 8 л.д. 166);

- протоколом личного досмотра С., в ходе которого был изъят инсулиновый шприц с жидкостью (т. 8 л.д. 129-130);

- заключением эксперта о том, что жидкость в шприце содержит наркотическое средство, масса которого определялась в пересчете на сухой остаток (т. 9 л.д. 52-55, т. 8 л.д. 132-136);

- протоколом опознания ФИО2 ФИО4 как лица, передавшего ей 19 апреля 2017 г. предназначенное для С. наркотическое средство (т. 8 л.д. 239-244);

- протоколами осмотра электронных носителей с информацией, полученной входе ОРМ, протоколами осмотра предметов (т. 6 л.д. 112- 120, т. 9 л.д. 62-65, т. 10 л.д. 56-62, 65072).

По эпизоду сбыта наркотического средства Лебедевой 2 мая 2017 г. вина Ковалева подтверждается:

- показаниями осужденной по данному факту приговором Рыбинского городского суда Ярославской области от 5 декабря 2017 г. по ч. 2 ст. 228 УК РФ ФИО2 о приобретении 2 мая 2017 г. у ФИО4 свертка с наркотическим средством;

- протоколом её личного досмотра 2 мая 2017 г. и изъятии полимерного свертка с веществом (т. 8 л.д. 145-146);

- заключением эксперта о характере, виде и массе изъятого у ФИО2 вещества (т. 9 л.д. 52-55, т. 8 л.д. 148-151);

- протоколом осмотра свертка с находившимся наркотическим средством (т. 9 л.д. 95-98);

- протоколом опознания ФИО4 как лица сбывшего ФИО2 2 мая 2017 г. наркотическое средство (т. 8 л.д. 239-244);

- протоколами осмотра электронного носителя с информацией, полученной в ходе проведения ОРМ «Наблюдение» (т. 10 л.д. 80-93).

По эпизоду сбыта наркотического средства организованной группой 16 мая 2017 г. Ж. вина ФИО1 и ФИО7 подтверждается:

- показаниями Ж. о приобретении 16 мая 2017 г. у ФИО7 наркотического средства;

- протоколом его личного досмотра 16 мая 2017 г. об обнаружении у него свертка с веществом внутри (т. 1 л.д. 235-237);

- заключением эксперта о виде, характере и массе изъятого у Ж. вещества (т. 2 л.д. 10-12, т. 1 л.д. 238);

- протоколом осмотра свертка (т. 2 л.д. 20-24);

- протоколом осмотра электронного носителя с информацией, полученной в ходе проведения 16 мая 2017 г. ОРМ «Наблюдение» в отношении ФИО1, ФИО7 и Ж. из которых следует, что наркотическое средство для продажи ФИО9 получил от ФИО1 (т. 2 л.д. 37-38).

По эпизоду покушения на сбыт наркотического средства организованной группой 24 мая 2017 г. вина ФИО1 подтверждается:

- показаниями ФИО8 о том, что он, зная об употреблении ФИО6 наркотических средств, решил через нее расширить круг лиц, сбывающих наркотики, которые получал от ФИО1; на его предложение реализовывать наркотики по уже разработанной схеме ФИО6 согласилась; из получаемого от ФИО1 наркотика в свертке массой около 5 граммов, часть по договоренности с ФИО1 он забирал себе для личного потребления, оставшуюся часть передавал ФИО6, которая расфасовывала его на мелкие свертки массой, необходимой для одного личного потребления, а затем продавала их употребляющим наркотики лицам из числа своих знакомых; деньги, полученные от сбыта наркотиков, ФИО6 передавала ему; иногда шарики с наркотиком он у

Яковлевой забирал обратно - в случаях, если та не успевала их реализовывать; в конце мая 2017 года он позвонил Яковлевой и сообщил, что поехал за пятью граммами наркотика, а Яковлева попросила десять граммов, при этом посредством СМС Яковлева просила много «не щипать», то есть не брать для себя; встреча была у неё на работе - в студии «Лакшми» (ул. Крестовая, 20); в этот же день Иванов передал ему 5 или 10 граммов наркотика, точно не помнит, после чего приехал к Яковлевой в студию, где и передал ей полученное от Иванова наркотическое средство (т. 6 л.д. 92-95, т. 11 л.д. 219-223);

- показаниями осужденной приговором Рыбинского городского суда Ярославской области от 25 августа 2017 г. по ч. 2 ст. 228 УК РФ К. о её договоренностях 24 мая 2017 г. с ФИО6 о приобретении наркотических средств, их встрече в тот же день около 13 ч. у д. 33 по Арефинскому переулку и покупке у ФИО6 наркотических средств за 1 тыс. руб.;

- протоколом её личного досмотра и изъятии полимерного свертка с веществом (т. 1 л.д. 122-123);

- заключением эксперта о виде и массе наркотического средства (т. 1 л.д. 125, 137-138);

- протоколом осмотра студии «Лакшми», где работала ФИО6, в ходе которого обнаружены фрагменты полимерного материала, в который изначально было упаковано наркотическое средство до его расфасовки ФИО6 (т. 1 л.д. 14-19);

- протоколом личного досмотра ФИО6 и изъятии у неё 9-ти полимерных и одного бумажного свертка с веществом (т. 1 л.д. 8-11);

- заключением эксперта о том, что изъятое у ФИО6 вещество содержит наркотическое средство в соответствующих массах в каждом из пакетов (т. 1 л.д. 23-25, 56-58).

По эпизоду сбыта П. 29 мая 2017 г. наркотического средства организованной группой вина ФИО1 и ФИО4 подтверждается:

- показаниями при производстве предварительного расследования осужденного приговором Рыбинского городского суда Ярославской области от 24 августа 2017 г. (т . 11 л.д. 240-245) П. о приобретении у ФИО4 наркотического средства;

- протоколом его личного досмотра 29 мая 2017 г. и изъятии свертка с веществом (т. 5 л.д. 46-47);

- заключением эксперта о виде и массе наркотического средства (т. 5 л.д. 53, 63-64);

- протоколом осмотра изъятого свертка с наркотическим средством (т. 5 л.д. 112-114);

- протоколом осмотра электронного носителя с информацией, полученной в ходе ОРМ «Наблюдение» в отношении ФИО1, ФИО4 и П. (т. 10 л.д. 181-184);

- протоколом опознания Ковалева как лица, сбывшего П. 29 мая 2017 г. наркотическое средство (т. 5 л.д. 207-208).

По эпизоду сбыта наркотического средства ФИО10 24 июля 2017 г. организованной группой вина ФИО1 и ФИО7 подтверждается:

- показаниями в ходе предварительного расследования осужденного приговором Рыбинского городского суда Ярославской области от 19 декабря 2017 г. по ч. 2 ст. 228 УК РФ К. о том, что 24 июля 2017 года в 9 часов 42 минуты ему на сотовый телефон позвонил ФИО7 и предложил приобрести у него наркотик для личного потребления, он согласился; договорились о встрече в лесополосе у магазина «Молодежный» по ул. Колышкина, 7, где в начале двенадцатого часа дня в счет оплаты наркотика он передал ФИО7 10 тыс. рублей, за которые он (К<...>) намеревался приобрести 9 условных граммов; взяв деньги, ФИО7 ушел, в период с 12 часов 41 минуты до 14 часов 10 минут они созванивались с ФИО7 и договорились о встрече для передачи наркотика; когда он в соответствии с указаниями ФИО7 проезжал по ул. 3-й Тарнопольской, увидел ФИО7, который затем сел к нему в машину, и передал ему (ФИО10) девять свертков; часть этого наркотика он употребил сразу в салоне автомобиля, сделав себе две инъекции, остальные 7 пакетиков были у него изъяты работниками полиции {приговором Рыбинского городского суда от 19 декабря 2017 года К. осужден по ч. 3 ст. 228 УК РФ за незаконное приобретение и хранение 24 июля 2017 года 3,184 грамма наркотического средства в особо крупном размере у Жирнова А.Н. при установленных в данном судебном заседании обстоятельствах к 7 годам лишения свободы (т. 1 л.д. 240-245);

- протоколом личного досмотра К. и обнаружении у него 7-ми свертков из полимерного материала с веществом (т. 6 л.д. 204-206);

- заключением эксперта о том, что вещество в каждом из семи изъятых свертков содержит наркотическое средство соответствующей общей массой (т. 6 л.д. 216-217, т. 7 л.д. 10-16).

По эпизоду незаконного хранения ФИО1 без цели наркотического средства и незаконного хранения боеприпасов его вина подтверждается:

- протоколом его личного досмотра, в ходе которого 24 июля 2017 г. у него были изъяты сверток с веществом и пять патронов калибра 7,62 мм (т. 3 л.д. 14-16);

- заключениями экспертов о том, что в изъятом веществе содержится наркотическое средства соответствующей массой, а патроны - являются боеприпасами в пригодном к производству выстрелов состоянии (т. 3 л.д. 39-41, 58-60).

Вина осужденных по перечисленным эпизодам преступных деяний также подтверждается показаниями сотрудников правоохранительных органов С., К., Я., Е., Ш.К.

Г<...> Г.Н., Т.Т., В.А. И., С. проводивших с января по июль 2017 г. комплекс ОРМ в отношении организованной группы, в состав которой входили Иванов, Володин, Ковалев, Жирнов, Лебедева и др., занимающейся незаконным оборотом наркотических средств на территории г. Рыбинска Ярославской области.

При этом установленные в ходе ОРМ обстоятельства, о которых давали показания, перечисленные оперативные сотрудники, соответствуют обстоятельствам каждого из преступлений, установленным в судебном заседании.

Из справочной информации операторов сотовой связи (т. 1 л.д. 168, т. 3 л.д. 162-163, 164, т.5 л.д. 191-192, т.7 л.д. 81) и биллинговой детализации соединений по абонентским номерам, которыми пользовались осужденные (т. 7 л.д. 48, 76-79, 132-138, 155-160, т. 9 л.д. 118-123, 124-126, 127-137), а также из протоколов осмотра сведений, содержащихся в памяти изъятых у осужденных мобильных телефонов и соответствующих СИМ- картах (т. 2 л.д. 192-194, т. 3 л.д. 14-16, т. 6 л.д. 103-109, 112-120, 130- 136, т. 7 л.д. 52-61), видно, что при осуществлении деятельности в сфере незаконного оборота наркотических средств для оперативной и устойчивой связи между собой они использовали мобильные средства с несколькими абонентскими номерами, зарегистрированными, в том числе, на третьих лиц.

Из содержания телефонных переговоров и СМС переписки осужденных (т. 4 л.д. 1-28, 42-91, 152-160, т. 5 л.д. 232-248, т. 6 л.д. 165-177, т. 9 л.д. 145-282, т. 10 л.д. 1-20, 24-36, 37-48, 153-179), как правильно установил суд, следует, что участники преступлений, в том числе, в периоды времени незаконного сбыта ими наркотических средств по каждому из эпизодов, активно общались, как между собой, так и с лицами, приобретавшими наркотики («С<...>», С., Ж.К., П., К.), обсуждали места и время передачи наркотиков и денег, их стоимость и размер. При этом для конспирации и использовались нейтральные термины, истинный смысл которых был понятен лишь собеседникам.

Согласно показаниям ФИО8, заключившего досудебное соглашение о сотрудничестве, с 2013-2014 гг. он стал употреблять наркотические средства, примерно в это же время он познакомился с ФИО1 по прозвищу «<...>», у которого и приобретал наркотик.

В первых числах января 2017 года ФИО1 предложил совместно сбывать наркотики, которые он получал от своего человека.

Схема сбыта была следующая: ФИО1 получал наркотик крупной партией, которую передавал ему (ФИО8) для реализации, размер партии варьировался от 5 до 10 граммов. Он (ФИО8) в свою очередь полученную партию должен был расфасовывать в более мелкие свертки

и сбывать их по мере соответствующих обращений к нему потребителей. Вырученные деньги передавал Иванову. В частности, за 1 грамм наркотика он должен был отдавать Иванову 1 тыс. рублей, а после передачи денег получал новую партию. По договоренности с Ивановым он мог взять себе для личного потребления определенное количество наркотика, но деньги все равно должен был отдать в оговоренной сумме.

В телефонных переговорах с покупателями по указанию ФИО1 в целях конспирации употреблялись такие слова как «двушка», «трешка», «рубль», подразумевая стоимость приобретаемого наркотика. Кроме того, также по указанию ФИО1 и в целях конспирации он неоднократно менял номера телефонов, о чем сообщал покупателям.

В последующем ФИО1 дал указание о вовлечении по своему усмотрению еще ряд лиц с целью увеличения объема сбыта наркотиков и получения большей материальной выгоды. В число таких лиц вошли ФИО6, ФИО5 и ФИО2, которые ранее обращались к нему (ФИО8) и ФИО1 за наркотиком, и которые согласились участвовать в их незаконной деятельности.

Сам ФИО1 с ними в целях конспирации встречаться не стал, а с конкретными предложениями сбыта наркотика непосредственно к ФИО6, ФИО5 и ФИО2 по договоренности с ФИО1 обращался он (ФИО8). Указанные лица по взаимной и с ФИО1 договоренности получали от него наркотик, который в дальнейшем расфасовывали в более мелкие свертки и непосредственно сбывали.

Деньги от реализации ФИО6, ФИО5 и ФИО2 передавали ему, а он в свою очередь - ФИО1.

Каждый из участников сбыта имел для себя выгоду, заключающуюся в получении наркотика для личного потребления (т.4 л.д. 39-41, т. 6 л.д. 92-95, т. 10 л.д. 213-218, т.11 л.д. 97-100, 219-223).

(Приговором Рыбинского городского суда Ярославской области от 25 апреля 2018 года ФИО8 Д.А. осужден за совершение преступлений в составе указанной организованной группы: за два преступления, предусмотренных пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, и за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ, к 10 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима).

Показания ФИО8, в свою очередь, подтверждаются и показаниями в ходе предварительного расследования ФИО2, ФИО5 и ФИО6.

Так, из показаний ФИО2 следует, что с февраля 2017 года она стала употреблять наркотическое средство - карфентанил, который приобретала через «закладки».

В январе 2017 года от своего знакомого ФИО8 узнала, что тот может помочь в приобретении наркотика для личного потребления. В феврале того же года, зная, что у нее широкий круг знакомых,

употребляющих наркотики, Володин предложил ей расширить круг лиц, которым можно было бы сбывать наркотические средства. Ее выгода состояла в том, что часть из полученного от Володина под реализацию наркотика она могла взять себе, не затрачивая средств для приобретения для себя. Деньги, полученные от реализации переданного Володиным наркотика, она должна была передавать Володину.

От самого ФИО8 ей известно, что наркотическое средство для сбыта он получал от ФИО1. Лично она не могла обратиться к ФИО1, так как тот к себе никого не подпускал, общался с ним всегда ФИО8. Кроме того, в соответствии с предложением ФИО8, полученный от него наркотик она должна была расфасовывать на более мелкие свертки, добавляя в него любое вещество, например, сахар, для того, чтобы наркоманам можно было сбыть свертки с наркотиком большей массой. На предложение ФИО8 она согласилась.

Примерно с февраля 2017 года она знакома с ФИО5, который также употребляет наркотики и который вместе с ФИО8 с указанного времени стали привозить ей «пятерки», то есть свертки по 5 граммов наркотика. Эти свертки, находясь в своей квартире (г. Рыбинск, ул. <...> она «на глаз» расфасовывала на более мелкие свертки, добавляя в них мелкую сахарную пудру. ФИО5 и ФИО8 периодически при этом присутствовали, часть наркотика по указанию ФИО8 она брала себе. Расфасованные ею наркотики она сбывала потребителям, часть из них для дальнейшего сбыта она также передавала ФИО5. Стоимость наркотика определялась исходя из соответствия 1 условного грамма 1 тыс. рублей. Вырученные от продажи деньги она, как и ФИО5, передавала ФИО8.

9 февраля 2017 года примерно в 15 часов 3 минуты у подъезда своего дома вырученные от реализации предыдущей партии наркотиков 5 тыс. рублей она передала ФИО8, который, в свою очередь пообещал привезти очередную партию. Примерно в 17 часов этого же дня ФИО8 приехал к ней домой и передал ей один «вес», то есть 5 условных граммов, который она расфасовала. Через некоторое время, находясь у себя дома, предварительно договорившись об этом по телефону с ФИО5, она передала ему 3 свертка для реализации. В этот же день за проданный наркотик ФИО5 принес ей 3 тыс. рублей, которые она в дальнейшем передала ФИО8.

14 февраля 2017 года примерно в 12 часов 15 минут ФИО8 вновь привез к ней домой 5 условных граммов, который она также расфасовала. В этот же день, также находясь у себя дома, по предварительной договоренности с ФИО5 она передала ему 3 свертка и в этот же день ФИО5 принес деньги - 3 тыс. рублей, вырученные от продажи наркотика, и передал при ней ФИО8, который уже ожидал ФИО5 в ее квартире (т. 8 л.д. 202-214, 215-218, 219-226, 227-233, т. 12 л.д. 150-154).

Зайцев, признавая свою вину, в судебном заседании подтвердил достоверность своих показаний в ходе предварительного расследования. Согласно его показаниям, с декабря 2016 года он употреблял карфентанил.

Примерно в феврале 2017 года его знакомый ФИО8 предложил сбывать наркотики в г. Рыбинске и тем самым расширить круг лиц, употребляющих наркотики. Его выгода состояла в том, что из полученного от ФИО8 для реализации наркотика часть мог оставить себе, не затрачивая своих денег на покупку для себя. Деньги от продажи должен был передавать ФИО8.

Со слов ФИО8, наркотики для реализации он получал от ФИО1, с которым сам он (ФИО5) не общался.

С предложением ФИО8 он согласился. В схеме сбыта наркотиков была также ФИО2, ей ФИО8 привозил наркотик под реализацию, и она расфасовывала этот наркотик на более мелкие свертки, которые сбывала, как сама, так и передавала для реализации ему (ФИО5). Деньги, вырученные от продажи наркотиков, ФИО2 передавала ФИО8, как и он, либо лично, либо через ФИО2.

Относительно сбыта наркотических средств 9 и 14 февраля 2017 года ФИО5 пояснял, что о сбыте с потребителем наркотиков каждый раз созванивался заранее по телефону, затем в указанные дни у кафе «Сластена» (ул. Моторостроителей, 17-«а») передавал этому потребителю по 3 свертка с наркотиком и каждый раз получал от него по 3 тыс. рублей, которые передавал ФИО8, в том числе - через ФИО2 (т. 11 л.д. 145-148, т. 13 л.д. 64-66).

ФИО6 в ходе предварительного расследования также подробно и обстоятельно рассказывала об обстоятельствах приобретения наркотика у ФИО8, часть из которых употребляла сама, а часть - реализовывала, в том числе и К. (т. 1 л.д. 205-206).

ФИО4, в свою очередь, в ходе предварительного расследования показывал, что по мере необходимости употребления наркотического средства за его приобретением он обращался к ФИО7, который назначал ему встречу и передавал наркотик.

Примерно в начале апреля 2017 года ФИО7 предложил ему сбывать наркотическое средство его (ФИО4) знакомым потребителям наркотиков, и тем самым зарабатывать себе на дозу.

Он (ФИО4) должен был по мере обращения к нему наркопотребителей встречаться с ними, получать от них деньги, затем передавать их ФИО7, через какое-то время получать от ФИО7 наркотик и впоследствии передавать его покупателю. Со слов ФИО7, у того была возможность получать от кого-то только большие партии массой около 5 граммов. В случае поступления заказа меньшую дозу, чем так называемый «пятак», он (ФИО4) должен был расфасовать

полученный от Жирнова наркотик на более мелкие свертки в размере разовой дозы, а затем продавать их потребителям, вырученные от продажи деньги - передавать Жирнову. За указанную работу от Жирнова он получал наркотическое средство либо деньги в сумме 300 рублей с проданного свертка.

Со слов ФИО7 узнал, что наркотик для последующего сбыта ему передает ФИО1 Владимир, с которым ФИО7 его впоследствии познакомил, представив как человека, с которым он (ФИО7) работает.

К ФИО1 обращаться напрямую за наркотиком он должен был только в том случае, если соберет с потребителей деньги для приобретения около 5 граммов. После этого он звонил ФИО1, договаривался о встрече, передавал ФИО1 деньги, затем на а/м последнего ездили к месту, где ФИО1 забирал наркотик и передавал ему для последующей фасовки и сбыта. По указанной схеме они работали с начала апреля до середины июня 2017 года.

Примерено в конце мая 2017 года днем ему позвонил его знакомый П. который часто обращался к нему для приобретения наркотика, сказал, что ему нужна «пятерка», то есть 5 граммов наркотика. Договорились о встрече у магазина «У лосей». П. приехал на машине, в которой передал ему 5 тыс. рублей для приобретения наркотика. Затем он встретился с ФИО1, с которым они в свою очередь съездили за наркотиком. Иванов весь наркотик передал ему (Ковалеву) а он, оставив себе дозу для личного употребления, остальное передал П. (т. 5 л.д. 156-160).

Вина осужденных также подтверждается и показаниями Ч.Ж. и К. в ходе предварительного расследования.

Проанализировав каждое из приведенных в приговоре доказательств по конкретным эпизодам деяний, правильно установив отсутствие оснований для признания их недопустимыми, мотивировав свои выводы, суд обоснованно пришел к выводу о виновности осужденных и о доказанности вины каждого из них.

Вопреки доводам жалоб оснований для оговора осужденных ФИО8 не имеется. Его показания последовательны и согласуются с другими доказательствами, в том числе, с показаниями в ходе предварительного расследования ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО6, К., материалами дела, в связи с чем, правильно судом признаны достоверными и приняты во внимание.

По этим же основаниям суд также правильно принял во внимание показания вышеуказанных лиц в ходе предварительного расследования как подтверждающиеся другими доказательствами, а их показания в судебном заседании признал противоречащими фактическим обстоятельствам. При этом судом отмечено, почему он принимает показания, данные при производстве предварительного расследования.

Каких-либо противоречий, влияющих на правильность выводов суда показания Володина не содержат.

Заявления ФИО4 о вынужденности своих признательных показаний, о том, что они были даны по совету участвовавшего адвоката, проверены судом и обоснованно признаны несостоятельными. Как правильно указал суд, правдивость своих первоначальных показаний ФИО4 подтверждал и после вступления в дело других адвокатов (т. 5 л.д. 165-167, т. 11 л.д. 14-15, т. 12 л.д. 106-107). Кроме того, данные его показания согласуются и с другими приведенными в приговоре доказательствами.

Оперативно-розыскные мероприятия по делу проведены в соответствие с Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности», с целью установления каналов поступления наркотических средств, выявления мест их сбыта, лиц, причастных к такой деятельности, конкретных соучастников преступной группы при наличии фактических и правовых оснований для их проведения.

Доводы жалоб о неправомерности действий сотрудников правоохранительных органов при проведении ОРМ с участием свидетеля под псевдонимом «С<...>» несостоятельны.

Как следует из материалов дела, «С<...>» самостоятельно обратился в правоохранительные органы с заявлением о желании помочь в изобличении лиц, участвующих в незаконном распространении наркотических средств (т. 4 л.д. 179 и 242). При этом на момент проведения соответствующего ОРМ 9 февраля 2017 г. полные данные ФИО5 известны не были и ОРМ, как следует из постановления о его проведении, было обусловлено необходимостью проверки поступившей информации (т. 4 л.д. 174). Оперативно-розыскное мероприятие 14 февраля 2017 г. было вызвано необходимостью установления каналов поступления в г. Рыбинск наркотических средств (т. 4 л.д. 235). Показания свидетеля «С<...>» последовательны и подтверждаются другими приведенными в приговоре доказательствами, в том числе и показаниями в ходе предварительного расследования ФИО5, подтвердившего в судебном заседании их достоверность.

Таким образом, оснований для утверждения, что деятельность ФИО5 была спровоцирована оперативными сотрудниками, не имеется.

Положенные в основу обвинения результаты ОРМ судом проверены, оценены и обоснованно не усмотрено оснований для признания их незаконными, поскольку они отвечают предъявляемым УПК РФ требованиям к доказательствам.

Результаты оперативно-розыскной деятельности переданы следователю в соответствие с Инструкцией о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в

суд, утвержденной соответствующими структурами. При этом постановления о рассекречивании сведений, составляющих гос.тайну и их носителей, о предоставлении результатов ОРД, вынесены компетентным должностным лицом, в деле имеются сопроводительные документы и рапорта об обнаружении признаков преступлений.

Отсутствие в приговоре конкретных показаний оперативных сотрудников на достаточность доказательств не влияет, их показания по сути касаются обстоятельств проведения того-или иного оперативно- розыскного мероприятия, результаты которых зафиксированы документально, в том числе и на электронных носителях, содержание которых исследовано в судебном заседании.

Показания в ходе предварительного расследования Ч.были оглашены в судебном заседании в соответствии с требованиями УПК РФ, на основании ч. 1 ст. 281 УПК в связи с её неявкой и с согласия сторон, в том числе осужденных и их защитников (т. 15 л.д. 213). Замечаний по содержанию её показаний, их правильности и достоверности, наличия оснований для оговора, от осужденных и их защитников не поступало. Кроме того, её показания логичны, подтверждаются иными доказательствами, и также обосновано судом приняты во внимание.

Непроведение в ходе предварительного расследования очных ставок между теми или иными лицами не является нарушением УПК РФ, поскольку в соответствии со ст. 38 УПК РФ следователь является самостоятельным должностным лицом, осуществляющим предварительное следствие по делу, и самостоятельно принимает решение о производстве следственных и иных процессуальных действий.

Свидетель К. был непосредственно допрошен в судебном заседании, и стороне защиты была предоставлена возможность задать ему все интересующие вопросы и выяснить отношение к ранее данным показаниям (т. 15 л.д. 235-240).

Таким образом, нарушений УПК РФ, влекущих отмену или изменение приговора, судом не допущено.

Как правильно установил суд на основе совокупности исследованных и приведенных в приговоре доказательств по отмеченным судом эпизодам преступных деяний, связанных с незаконным оборотом наркотических средств (за исключением совершенных ФИО4 2 мая 2017 г. деяний), ФИО1, ФИО4, ФИО7 и ФИО2, действовали в составе организованной группы, признаки которой, вопреки доводам адвокатов и осужденных судом достаточно подробно мотивированы. Выводы суда об этом основаны на правильно установленных фактических обстоятельствах и являются правильными.

Организованность группы, как установлено судом, выразилась в распределении между ее участниками ролей и определении общих целей, в совершении всех преступлений, за исключением обозначенного выше, по аналогичной схеме.

Устойчивость и сплоченность группы выразилась в прочных постоянных связях между ее участниками в различных вариантах, соблюдении ими по указанию руководителя группы мер конспирации своей незаконной деятельности, осуществлении этой деятельности на протяжении достаточно длительного времени.

Доводы о том, что осужденные не все были знакомы между собой, что исключает организованность группы, не влияют на правильность выводов суда, лишь свидетельствуют о должной конспирации их деятельности.

При этом с учетом характера и конкретных обстоятельств совершаемых ими действий, направленных на сбыт наркотических средств, для каждого из них являлось очевидным, что преступления совершаются в составе организованной группы.

Утверждения осужденных и адвокатов, что целью их деятельности являлась лишь общность интересов, обусловленных необходимостью приобретать на совместные средства наркотики для личного потребления, проверены судом и обоснованно отвергнуты, поскольку, наряду с совместным употреблением незначительной части полученных ими наркотических средств, основную их часть они сбывали другим лицам.

В этой связи приведенная в приговоре квалификация действий каждого по конкретному преступлению является правильной.

Роль каждого из осужденных по каждому из эпизодов преступных деяний, их действия, судом установлены и описаны в приговоре, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела.

Вид и размеры фигурирующих наркотических средств судом установлены правильно.

Вопреки доводам адвоката Темпераментова, при оценке действий ФИО7 по эпизоду сбыта наркотического средства К. суд правильно принял во внимание признанные достоверными показания К. в ходе предварительного расследования, согласно которым, именно ФИО7 обратился к нему с предложением о приобретении наркотика, а не К. к ФИО7 с просьбой об оказании помощи в приобретении. При этом из признанного установленным описания преступного деяния действия ФИО7 носят характер сбыта, а не приобретения совместно с К. и на общие деньги наркотического средства.

Наказание в виде реального лишения свободы за совершенные деяния назначено Иванову, Ковалеву, Жирнову и Лебедевой в соответствии с требованиями закона, с учетом установленных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, смягчающих наказание обстоятельств, данных о личности каждого из них, влияния назначаемого наказания на них самих и условия жизни их семей.

При этом судом приняты во внимание все влияющие на разрешение вопроса о наказании обстоятельства, применительно к каждому из осужденных, в том числе и их состояние здоровья, а также те, на которые имеется ссылка в жалобах.

Оснований для изменения категорий совершенных преступлений, назначения наказания с применением ст. 73 УК РФ, применения положений ст. 64 УК РФ, признания назначенного каждому из осужденных наказания чрезмерно суровым, по делу не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Ярославского областного суда от 12 июля 2018 года в отношении Иванова Владимира Анатольевича, Ковалева Александра Сергеевича, Жирнова Александра Николаевича, Лебедевой Наталии Валерьевны оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2, адвокатов Темпераментова А.В., Щетинниковой И.В., Глазуновой СЕ. - без удовлетворения.