Апелляционное определение от 8 июня 2026 г. Верховный Суд РФ

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № АПЛ26-94


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва 9 июня 2026 г.

Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Зайцева В.Ю., членов коллегии Зинченко И.Н.,

ФИО1

при секретаре Иванове В.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО2 о признании недействующим пункта 3.3 приказа Генеральной прокуратуры Российской Федерации от 30 июня 2021 г. № 376 «Об участии прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства»

по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Верховного Суда Российской Федерации от 5 марта 2026 г. по делу № АКПИ26-10, которым в удовлетворении административного искового заявления отказано.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Зинченко И.Н., возражения относительно доводов апелляционной жалобы представителя Генеральной прокуратуры Российской Федерации С л обод ина С. А., Апелляционная коллегия В ерховного Суда Российской Федерации

установила:

Генеральным прокурором Российской Федерации 30 июня 2021 г. издан приказ № 376 «Об участии прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства» (далее также - Приказ № 376).

Согласно пункту 3.3 Приказа № 376 государственному обвинителю при расхождении его позиции с позицией, выраженной в обвинительном

заключении (акте, постановлении) или постановлении, докладывать об этом

прокурору, поручившему поддерживать государственное обвинение (абзац первый).

При наличии оснований для отказа от обвинения или для его изменения в соответствии с частями седьмой и восьмой статьи 246 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее также - УПК РФ) прокурор, поручивший поддерживать обвинение, уведомляет об этом прокурора, утвердившего обвинительное заключение (акт, постановление) или постановление. В случае принципиального несогласия с этой позицией прокурор, утвердивший обвинительное заключение (акт, постановление) или постановление, вправе лично поддержать обвинение либо поручить это работникам курируемого им подразделения (абзац второй).

Приведённый пункт Приказа № 376 действует в редакции приказа Генерального прокурора Российской Федерации от 13 декабря 2023 г. № 877 «О внесении изменений в приказ Генерального прокурора Российской Федерации от 30 июня 2021 г. № 376 «Об участии прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства» (далее - Приказ № 877), опубликованного в журнале «Законность», 2024 г., № 2.

ФИО2 обратился в Верховный Суд Российской Федерации с административным исковым заявлением о признании недействующим пункта 3.3 Приказа № 376. В обоснование заявленного требования ссылался на то, что оспариваемая норма противоречит части второй статьи 1, частям пятой, седьмой и восьмой статьи 246 УПК РФ, поскольку ограничивает полномочия государственного обвинителя в уголовном деле при выявлении оснований для полного либо частичного отказа от обвинения, в том числе его изменения в сторону смягчения.

По его мнению, Приказ № 376 является нормативным правовым актом, содержащим правовые нормы (правила поведения)» затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, в связи с чем он подлежал обязательному официальному опубликованию для всеобщего сведения в установленном законом порядке, в оспариваемой части нивелирует процессуальную самостоятельность государственного обвинителя, не позволяя изменить отношение к изначальному обвинению и предопределяя его позицию, изложенную в обвинительном заключении (акте, постановлении), в том числе по результатам исследования доказательств в ходе судебного разбирательства по уголовному делу, что нарушает права и законные интересы административного истца как адвоката и защитника по уголовному делу.

Административный ответчик Генеральная прокуратура Российской Федерации возражала против удовлетворения административного иска, указав, что Приказ № 376 издан Генеральным прокурором Российской Федерации в пределах предоставленных ему полномочий в целях реализации требований федерального законодательства, в оспариваемой части не противоречит нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, и не нарушает прав и законных интересов

административного истца.

Решением Верховного Суда Российской Федерации от 5 марта 2026 г. в удовлетворении административного искового заявления ФИО2 отказано.

В апелляционной жалобе административный истец просит отменить указанное решение, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, и принять по делу новое решение об удовлетворении административного иска. Полагает, что выводы суда, изложенные в решении о законности оспариваемой нормы, не соответствуют обстоятельствам административного дела и требованиям законодательства, сделаны судом при неправильном применением норм материального права и с нарушением норм процессуального права.

В жалобе, повторяя доводы административного искового заявления, указал, что Приказ № 376 в нарушение требований законодательства Российской Федерации официально не опубликован, в оспариваемой части противоречит частям первой и второй статьи 1, пункту шестому статьи 5, частям третьей и четвёртой статьи 37, частям пятой, седьмой, восьмой статьи 246 УПК РФ, так как вводит новые правила деятельности государственного обвинителя в судебном процессе по уголовному делу, препятствует осуществлению возложенных на него УПК РФ полномочий и лишает его процессуальной самостоятельности, в том числе при отказе от обвинения, его изменении в сторону смягчения.

Генеральная прокуратура Российской Федерации в возражениях на апелляционную жалобу с её доводами не согласилась, считает, что решение суда является законным, обоснованным и содержащим выводы, основанные на правильно применённых нормах материального и процессуального права, оснований для его отмены или изменения в апелляционном порядке не имеется.

Проверив материалы административного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации оснований для её удовлетворения и отмены обжалуемого решения суда не находит.

Федеральным законом от 17 января 1992 г. № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» (далее - Закон о прокуратуре), определяющим правовые основы деятельности прокуратуры Российской Федерации, в статье 3 предусмотрено, что организация и порядок деятельности прокуратуры Российской Федерации и полномочия и функции прокуроров определяются Конституцией Российской Федерации, данным законом и другими федеральными законами.

Статьёй 17 указанного закона закреплено, что Генеральный прокурор Российской Федерации руководит системой прокуратуры Российской Федерации, издаёт обязательные для исполнения всеми работниками органов и организаций прокуратуры приказы, указания, распоряжения, положения и инструкции, регулирующие вопросы организации деятельности системы прокуратуры Российской Федерации, и порядок реализации мер

материального и социального обеспечения указанных работников (пункт 1).

Руководствуясь приведёнными нормами, суд пришёл к правомерному выводу о том, что оспариваемый в части Приказ № 376 издан Генеральным прокурором Российской Федерации на основании приведённой нормы Закона о прокуратуре, то есть в пределах предоставленных ему федеральным законодателем полномочий.

Довод административного истца в апелляционной жалобе о нарушении порядка опубликования оспариваемого в части Приказа № 376 является ошибочным.

Из содержания Приказа № 376, предусматривающего меры, направленные на обеспечение надлежащего участия прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства, следует, что каких-либо прав, свобод и обязанностей человека и гражданина он не затрагивает, так как является организационно-распорядительным документом, регламентирующим служебную деятельность прокуроров в сфере организации их участия в судебных стадиях уголовного судопроизводства и, согласно пункту 1 приказа Генерального прокурора Российской Федерации от 3 апреля 2018 г. № 189 «О порядке официального опубликования организационно-распорядительных документов Генеральной прокуратуры Российской Федерации, носящих нормативно-правовой характер», не подлежал официальному опубликованию в журнале «Законность». Его текст размещён на официальном сайте Генеральной прокуратуры Российской Федерации и в справочно-информационных системах правового характера.

Таким образом, Приказ № 376 не содержит правовых норм (правил поведения), обязательных для неопределённого круга лиц и направленных на урегулирование общественных отношений либо на их изменение или прекращение, так как является внутриведомственным актом Генеральной прокуратуры Российской Федерации, регламентирующим вопросы организации работы органов прокуратуры и подлежащим обязательному применению исключительно в системе названных органов; принят с соблюдением порядка его принятия, прав, свобод и законных интересов административного истца не нарушает.

Ссылка административного истца на опубликование в журнале «Законность» Приказа № 877, в редакции которого действует оспариваемый пункт 3.3, не свидетельствует о нарушении порядка опубликования Приказа № 376 в целом и не изменяет характер установленного им ведомственного правового регулирования, как ошибочно полагает ФИО2 в апелляционной жалобе, а лишь указывает на его доступность и возможность ознакомления с ним неограниченного круга лиц.

Отказывая в удовлетворении административного искового заявления, суд первой инстанции правильно исходил из того, что предписания пункта 3.3 Приказа № 376, регулирующие внутриведомственные вопросы организации работы и взаимодействия органов прокуратуры, в частности государственных обвинителей, прокуроров, поручивших поддерживать государственное обвинение, и прокуроров, утвердивших обвинительное заключение (акт,

постановление), основаны на нормах Закона о прокуратуре и УПК РФ,

определяющих полномочия прокуроров, участвующих в судебных стадиях уголовного судопроизводства, определены в целях реализации закреплённых статьями 4, 5 Закона о прокуратуре принципов независимости, процессуальной самостоятельности, недопустимости любого давления на государственных обвинителей, принуждения их к отстаиванию выводов органов предварительного расследования, не подтверждённых исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами, и дополнительных требований процессуального характера не порождают.

Признавая несостоятельным довод административного истца о противоречии пункта 3.3 Приказа № 376 требованиям статей 37, 246 УПК РФ, суд правомерно исходил из того, что он основан на неправильном толковании норм действующего законодательства Российской Федерации, регулирующего рассматриваемые правоотношения.

Суд правильно указал в решении, что реализация отказа прокурора от обвинения или его изменения в сторону смягчения, предусмотренного в части четвёртой статьи 3 7, частях седьмой, восьмой статьи 246 УПК РФ, осуществляется государственным обвинителем на любой стадии судебного разбирательства и лишь в том случае, если в ходе судебного заседания он придёт к выводу, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение. Иных условий для прекращения уголовного преследования полностью или в части либо изменения обвинения в сторону смягчения на стадии судебного производства для государственного обвинителя УПК РФ не предусмотрено. Следовательно, в случае принятия государственным обвинителем самостоятельного решения об отказе от обвинения при наличии подтверждающих его доказательств, как и о поддержании обвинения при отсутствии доказательств виновности подсудимого, закреплённая статьёй 6 УПК РФ обязанность прокурора в ходе судебного производства поддерживать лишь законное и обоснованное обвинение будет нарушена.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 8 декабря 2003 г. № 18-П «По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан», наличие в уголовном судопроизводстве полномочий Генерального прокурора Российской Федерации и подчинённых ему прокуроров как на принятие решений, обязательных для нижестоящих прокуроров, так и на отмену принятых нижестоящими прокурорами решений и прекращение осуществляемых ими действий обусловлено тем, что уголовное преследование и поддержание обвинения в суде по делам публичного и частно-публичного обвинения осуществляются прокурором от имени государства в публичных интересах, и вышестоящий прокурор, если он установит, что нижестоящим прокурором соответствующие интересы не были обеспечены, вправе и обязан исправить

обнаруженные отступления от требований закона. Иначе решение

нижестоящего прокурора (или даже участвующих по его поручению в судебном заседании следователя или дознавателя) об отказе от обвинения превращалось бы в окончательное решение, которое, вопреки принципам правового государства, не может быть исправлено ни в рамках централизованной системы органов прокуратуры, ни судом.

Таким образом, государственный обвинитель, выступая стороной в уголовном процессе, отстаивает в суде публичные интересы, а не частные, поддерживает обвинение от имени государства, руководствуясь не личным (субъективным) мнением, а с учётом определённой в обвинительном заключении (акте) или постановлении позиции прокуратуры в целом, сформированной при участии уполномоченных должностных лиц.

С учётом изложенного правомерным является вывод суда о том, что оспариваемая административным истцом норма Приказа № 376 не изменяет установленные статьёй 246 УПК РФ требования и им не противоречит, поскольку не ограничивает процессуальные полномочия государственных обвинителей и не лишает их процессуальной самостоятельности, в том числе при отказе от обвинения, его изменении в сторону смягчения.

Установив, что Приказ № 376 в оспариваемой части не противоречит федеральному закону или другому нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу, прав и законных интересов административного истца не нарушает, суд первой инстанции правомерно на основании пункта 2 части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации принял решение об отказе в удовлетворении административного искового заявления.

В обжалуемом решении приведены и проанализированы в их совокупности нормы права, подлежащие применению, выводы суда, изложенные в решении о законности оспариваемого в части нормативного правового акта, мотивированы, соответствуют обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Приведённые в апелляционной жалобе доводы о незаконности оспариваемого пункта 3.3 Приказа № 376 и его противоречии требованиям уголовно-процессуального законодательства направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, подробно изложенных в решении, основаны на ошибочном толковании норм действующего законодательства, регулирующего рассматриваемые правоотношения, и не свидетельствуют о незаконности принятого судом первой инстанции решения.

Как следует из содержания административного искового заявления и апелляционной жалобы, доводы административного истца сводятся, по существу, к оценке целесообразности такого регулирования в рассматриваемой сфере и необходимости иной его регламентации. Однако разрешение подобного рода вопросов не отнесено к компетенции Верховного Суда Российской Федерации.

Обжалованное решение суда вынесено с соблюдением норм процессуального права и при правильном применении норм материального

права. Предусмотренных статьёй 310 Кодекса административного

судопроизводства Российской Федерации оснований для отмены или изменения обжалуемого решения в апелляционном порядке не имеется.

Руководствуясь статьями 308-311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

определила:

решение Верховного Суда Российской Федерации от 5 марта 2026 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Председательствующий В.Ю. Зайцев

Члены коллегии И.Н. Зинченко

ФИО1