Определение от 29 апреля 2019 г. по делу № 2-2086/2018

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

№ 46-КГ19-8


ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 29 апреля 2019 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Пчелинцевой Л.М., судей Фролкиной СВ. и Жубрина М.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании 29 апреля 2019 г. гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Победа» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда

по кассационной жалобе представителя ФИО1 по доверенности ФИО2 на решение Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 6 июня 2018 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 21 августа 2018 г., которыми в удовлетворении исковых требований отказано.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Пчелинцевой Л.М., объяснения представителя ФИО1 по доверенности ФИО2, поддержавшего доводы кассационной жалобы, возражения на кассационную жалобу представителя общества с ограниченной ответственностью «Победа» ФИО3, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Власовой Т.А., полагавшей доводы кассационной жалобы обоснованными, судебные постановления судов первой и апелляционной инстанций подлежащими отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции,

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

установила:

ФИО1 через своего представителя ФИО2 19 марта 2018 г. обратился в суд с иском, уточненным в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к обществу с ограниченной ответственностью «Победа» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и судебных расходов.

В обоснование заявленных требований представитель ФИО1 указал, что 22 декабря 2017 г. между обществом с ограниченной ответственностью «Победа» (обособленное подразделение - 60, <...>) (далее также - ООО «Победа» в г. Тольятти, работодатель) в лице директора обособленного подразделения ООО «Победа» в г. Тольятти ФИО4 и ФИО1 был заключен бессрочный трудовой договор, на основании которого он был принят на работу на должность грузчика.

В период работы директор ООО «Победа» в г. Тольятти предложила ФИО1 пройти проверку в связи с пропажей денежных средств. 7 марта 2018 г. по указанию директора ООО «Победа» в г. Тольятти ФИО1 было написано заявление об увольнении по собственному желанию, которое в этот же день в присутствии своего представителя ФИО2 им было отозвано путем направления соответствующего заявления по почте в отдел кадров ООО «Победа» в г. Москве.

Приказом директора ООО «Победа» в г. Тольятти от 7 марта 2018 г. ФИО1 был уволен с работы по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника), и с ним произведен полный расчет. Ознакомившись с приказом об увольнении, ФИО1 выразил несогласие с ним. После увольнения ФИО1 на работе сообщили, чтобы он после 7 марта 2019 г. на работу не выходил.

Считая, что действиями работодателя нарушены трудовые права ФИО1, его представитель ФИО2 просил признать увольнение ФИО1 незаконным, восстановить его на работе, взыскать с работодателя в пользу ФИО1 компенсацию за время вынужденного прогула в размере 45 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 8 000 руб. и судебные расходы в сумме 2 200 руб.

В суде первой инстанции ФИО1 и его представитель ФИО2 поддержали исковые требования. Дело судом первой инстанции рассмотрено в отсутствие ответчика и его представителя.

Решением Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 6 июня 2018 г. в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 21 августа 2018 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе представителем ФИО1 по доверенности ФИО2 ставится вопрос о передаче жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации для отмены состоявшихся по делу судебных постановлений, как незаконных.

По результатам изучения доводов кассационной жалобы 28 января 2019 г. судьей Верховного Суда Российской Федерации Пчелинцевой Л.М. дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации, и ее же определением от 26 марта 2019 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, письменные объяснения на кассационную жалобу генерального директора ООО «Победа» ФИО5, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, далее также - ГПК РФ).

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу о том, что при рассмотрении настоящего дела судами первой и апелляционной инстанций были допущены такого рода существенные нарушения норм материального и процессуального права, и они выразились в следующем.

Судом установлено и следует из материалов дела, что с 22 декабря 2017 г. ФИО1 работал грузчиком в обособленном подразделении ООО «Победа» (обособленное подразделение - 60, <...>) на основании бессрочного трудового договора от 22 декабря 2017 г., заключенного между ним и ООО «Победа» в г. Тольятти в лице директора обособленного подразделения ФИО4 ООО «Победа», согласно его уставу, находится в г. Москве (л.д. 93).

7 марта 2018 г. ФИО1 на имя генерального директора ООО «Победа» подано заявление с просьбой уволить его с занимаемой должности по собственному желанию 7 марта 2018 г. без отработки.

8 этот же день (7 марта 2018 г.) ФИО1 на имя директора ООО «Победа» написал заявление об отзыве заявления об увольнении по собственному желанию с просьбой считать это заявление неподанным. Заявление об отзыве заявления об увольнении по собственному желанию

Турсунов М.Р. 7 марта 2018 г. направил в отдел кадров ООО «Победа» в г. Москве по почте, что подтверждается имеющимися в деле документами (л.д. 109, ПО).

Приказом директора ООО «Победа» в г. Тольятти от 7 марта 2018 г. трудовой договор с ФИО1 расторгнут и он уволен с должности грузчика по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника). С данным приказом ФИО1 был ознакомлен и выразил несогласие, ФИО1 выдана трудовая книжка.

В судебном заседании суда первой инстанции 6 июня 2018 г. ФИО1 и его представитель пояснили, что ФИО1 работу грузчика в ООО «Победа» в г. Тольятти выполнял добросовестно. С 28 февраля по 5 марта 2018 г. ФИО1 был нетрудоспособен. При выходе на работу 6 марта 2018 г. работодатель поставил ФИО1 в известность о необходимости прохождения им проверки в связи с пропажей денежных средств. ФИО1 дал согласие на проведение в отношении его такой проверки. 7 марта 2018 г. директор ООО «Победа» в г. Тольятти ФИО4 пояснила ФИО1 о том, что данную проверку он не прошел и ему надо написать заявление об увольнении по собственному желанию. ФИО1 в присутствии директора ООО «Победа» в г. Тольятти написал заявление об увольнении по собственному желанию, после чего сразу позвонил своему представителю ФИО2, и они составили заявление об отзыве ФИО1 заявления об увольнении по собственному желанию, в этот же день (7 марта 2018 г.) подали его директору ООО «Победа» в г. Тольятти ФИО4 Она отказалась принимать у ФИО1 заявление об отзыве заявления об увольнении по собственному желанию, сославшись на отсутствие полномочий принимать такие заявления, предоставив адрес главного офиса ООО «Победа» в г. Москве, по этой причине заявление ФИО1 было направлено по почте в отдел кадров ООО «Победа» в г. Москве. ФИО1 полагал, что у работодателя отсутствовали основания для его увольнения, поскольку 7 марта 2018 г. (в день подачи заявления об увольнении) он в присутствии представителя ФИО2 отозвал свое заявление об увольнении по собственному желанию.

Представитель ФИО1 - ФИО2 в судебном заседании суда первой инстанции 6 июня 2018 г. также приводил доводы о том, что ФИО1 является выпускником коррекционного учреждения для детей, отстающих в умственном развитии, поэтому совершал действия, на которые ему указывала директор ООО «Победа» в г. Тольятти (пройти проверку в связи с пропажей денежных средств, написать заявление об увольнении), однако добровольное желание увольняться с работы по собственной инициативе у него отсутствовало.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании его увольнения незаконным, восстановлении его на работе и других требований, суд первой инстанции не нашел

правовых оснований для их удовлетворения. Суд исходил из того, что процедура увольнения Турсунова М.Р. работодателем по пункту 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации соблюдена, истцом не было представлено доказательств, объективно свидетельствующих о том, что заявление об увольнении по собственному желанию было им написано в отсутствие свободного волеизъявления, под давлением и принуждением работодателя. Суд первой инстанции сослался на то, что заявление Турсунова М.Р. об увольнении по собственному желанию содержит его личную подпись, указание на причину увольнения, дату, с которой он просит прекратить трудовые отношения, и дату написания заявления - 7 марта 2018 г., которая подтверждается приказом от 7 марта 2018 г. об увольнении Турсунова М.Р., расчетным листком, платежными ведомостями, журналом выдачи трудовых книжек, где Турсуновым М.Р. проставлена подпись и дата получения трудовой книжки (7 марта 2018 г.). По мнению суда первой инстанции, в совокупности эти обстоятельства свидетельствуют о совершении Турсуновым М.Р. последовательных действий с намерением расторгнуть трудовой договор по собственному желанию.

Суд первой инстанции отклонил доводы ФИО1 о своевременном отзыве им заявления об увольнении по собственному желанию, отметив, что поскольку отзыв заявления об увольнении совершен им путем направления соответствующего заявления в адрес ООО «Победа» в г. Москве уже после издания директором ООО «Победа» в г. Тольятти приказа об увольнении ФИО1 с работы, получения им окончательного расчета и трудовой книжки, то при издании работодателем приказа об увольнении ФИО1 его отзыв заявления об увольнении не мог быть учтен работодателем.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, а доводы апелляционной жалобы представителя ФИО1 - ФИО2, аналогичные доводам, приводившимся им в суде первой инстанции, признал несостоятельными и не имеющими правового значения для разрешения возникшего спора по существу.

Дело в суде апелляционной инстанции было рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие стороны ответчика - представителя ООО «Победа», надлежаще извещенного о времени и месте судебного разбирательства.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит выводы судов первой и апелляционной инстанций основанными на неправильном применении норм материального права и сделанными с нарушением норм процессуального права.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает

или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда (абзацы первый - третий статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Течение сроков, с которыми Трудовой кодекса Российской Федерации связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей. Течение сроков, с которыми Трудовой кодекс Российской Федерации связывает прекращение трудовых прав и обязанностей, начинается на следующий день после календарной даты, которой определено окончание трудовых отношений (части первая и вторая статьи 14 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью первой статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть вторая статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части четвертой статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации до истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.

В подпункте «а» пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий

реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора). Работник не может быть лишен права отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию и в случае если работник и работодатель договорились о расторжении трудового договора по инициативе работника до истечения установленного срока предупреждения. При этом работник вправе отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию до истечения календарного дня, определенного сторонами как окончание трудового отношения.

Содержание обжалуемых судебных постановлений дает основание для вывода о том, что нормативные положения, регулирующие порядок увольнения работника по собственному желанию, применены судебными инстанциями при рассмотрении настоящего дела неправильно.

Представитель ФИО1 - ФИО2 при рассмотрении дела в судах первой и апелляционной инстанций ссылался на то, что ФИО1 с 1996 года по 2008 год проходил обучение в специальном (коррекционном) образовательном учреждении школе-итернате № <...> г. <...>.

Согласно исторической справке, выданной директором школы- интерната № 3 ФИО6, это специальное образовательное учреждение было создано в 1992 году в соответствии с постановлением администрации Центрального района г. Тольятти Самарской области от 2 октября 1992 г. как муниципальное образовательное учреждение спецшкола-интернат № <...>, затем 4 мая 2008 г. оно переименовано в государственное специальное (коррекционное) образовательное учреждение для обучающихся, воспитанников с ограниченными возможностями здоровья специальную (коррекционную) общеобразовательную школу-интернат № <...> г. Тольятти. 26 апреля 2016 г. данное специальное образовательное учреждение переименовано в государственное бюджетное общеобразовательное учреждение Самарской области «Школа-интернат № <...> для обучающихся с ограниченными возможностями здоровья городского округа Тольятти» (л.д. 165).

Основным видом деятельности государственного бюджетного общеобразовательного учреждения Самарской области «Школа-интернат № <...> для обучающихся с ограниченными возможностями здоровья городского округа Тольятти» является деятельность по реализации адаптированных основных общеобразовательных программ для обучающихся <...> нарушениями развития (пункт 2.4 устава учреждения).

В судебном заседании суда первой инстанции 6 января 2018 г. и в апелляционной жалобе представитель ФИО1 - ФИО2 приводил доводы о том, что из-за своих индивидуально-психологических особенностей ФИО1 беспрекословно по указанию директора ООО «Победа» в г. Тольятти ФИО4 написал 7 марта 2018 г. заявление об увольнении по собственному желанию. Сам ФИО1 не намерен был подавать заявление об увольнении, в связи с этим в этот же день 7 марта 2018 г., сразу после написания заявления об увольнении по собственному желанию, он обратился к своему представителю ФИО2, с его помощью написал заявление об отзыве заявления об увольнении по собственному желанию и ввиду отказа директора ООО «Победа» в г. Тольятти ФИО4 принять данное заявление об отзыве направил его почтой в адрес главного офиса ООО «Победа» в г. Москве.

Суды первой и апелляционной инстанций в нарушение требований статьи 67 ГПК РФ по оценке доказательств доводы представителя ФИО1 - ФИО2, касающиеся особенностей личности ФИО1, при разрешении вопроса, связанного с законностью его увольнения с работы в ООО «Победа» в г. Тольятти, не проверили и не исследовали представленные в их подтверждение доказательства, не определили с учетом этих доводов обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения настоящего дела.

Между тем Декларация о правах умственно отсталых лиц (принята Генеральной Ассамблеей Организацией Объединенных Наций 20 декабря 1971 г.) определяет, что умственно отсталое лицо имеет в максимальной степени осуществимости те же права, что и другие люди. Оно имеет право продуктивно трудиться или заниматься каким-либо другим полезным делом в полную меру своих возможностей (пункты 1, 3).

Данная декларация устанавливает, что умственно отсталое лицо имеет право на защиту от эксплуатации, злоупотреблений и унизительного обращения. В случае судебного преследования в связи с каким-либо деянием оно должно иметь право на должное осуществление законности, полностью учитывающее степень умственного развития (пункт 6).

Таким образом, международные правовые нормы предписывают необходимость учитывать, что для лиц с интеллектуальными нарушениями, нуждающихся в повышенной социальной защите, должны быть созданы все

условия и предусмотрены возможности для реализации ими своих прав наравне с другими гражданами, в том числе должны быть обеспечены надлежащие недискриминационные условия для вступления этих лиц в трудовую жизнь и ее прекращения без какой-либо дискриминации, а также эффективные средства правовой защиты, учитывающие их степень умственного развития.

Изложенные положения международного правового акта, а также нормы Трудового кодекса Российской Федерации о расторжении трудового договора по инициативе работника и разъяснения постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении исковых требований ФИО1 нарушены. Вследствие этого спор по иску ФИО1 нельзя признать разрешенным правильно.

Согласно части первой статьи 12 ГПК РФ, конкретизирующей статью 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов статья 56 ГПК РФ предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (часть 1 статьи 196 ГПК РФ).

По данному делу юридически значимыми подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований ФИО1 и их обоснования, письменных возражений ответчика относительно иска, норм международного права и регулирующих спорные отношения норм Трудового кодекса Российской Федерации являлись следующие обстоятельства: были ли действия ФИО1 при подаче заявления об увольнении по собственному желанию из ООО «Победа» в г. Тольятти исходя из индивидуально-психологических особенностей его личности добровольными и осознанными; понимались ли ФИО1 последствия написания такого заявления; кому и когда ФИО7 было подано заявление об отзыве заявления об увольнении по собственному желанию.

В результате неправильного применения норм права, регулирующих спорные отношения, названные обстоятельства судами первой и апелляционной инстанций определены и установлены не были, предметом

исследования и оценки судебных инстанций в нарушение приведенных требований Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не являлись. Рассматривая исковые требования Турсунова М.Р. о незаконности его увольнения, судебные инстанции ограничились лишь указанием на то, что заявление об увольнении по собственному желанию было подписано Турсуновым М.Р. лично с указанием на причину увольнения по собственному желанию и дату увольнения, а также на то, что Турсуновым М.Р. не представлено доказательств, свидетельствующих о написании им заявления об увольнении по собственному желанию в отсутствие свободного волеизъявления, под давлением и принуждением работодателя, тем самым произвольно применили статью 56, 67 ГПК РФ и нарушили требования процессуального закона, касающиеся доказательств и доказывания в гражданском процессе.

Ввиду этого утверждение судебных инстанций о том, что заявление ФИО1 об отзыве заявления об увольнении по собственному желанию не могло быть учтено работодателем, так как оно было направлено им после издания приказа об увольнении, получения полного расчета и трудовой книжки, не основано на нормах трудового законодательства, предоставляющих работнику право отозвать свое заявление об увольнении до прекращения трудовых отношений, и противоречит материалам дела, согласно которым заявление об отзыве заявления об увольнении по собственному желанию было подано ФИО1 работодателю в день написания заявления об увольнении до окончания рабочего дня 7 марта 2018 г. и, как утверждают истец и представитель истца, по причине того, что директор ООО «Победа» в г. Тольятти ФИО4 отказалась принимать у ФИО1 заявление об отзыве заявления об увольнении по собственному желанию, оно было направлено почтой 7 марта 2018 г. в 15 час.50 мин. в адрес главного офиса ООО «Победа» в г. Москве.

С учетом изложенного выводы судебных инстанций о том, что между работодателем и ФИО1 было достигнуто соглашение об увольнении ФИО1 7 марта 2018 г. по собственному желанию, а ФИО1 без давления и принуждения со стороны работодателя совершены последовательные действия, свидетельствующие о наличии у него намерения расторгнуть трудовой договор по собственному желанию, нельзя признать основанными на законе, они сделаны с нарушением норм материального и процессуального права, без определения и установления обстоятельств, имеющих значение для дела, без представленных ответчиком доказательств, опровергающих требования истца и обстоятельства, на которых эти требования основаны, а также без исследования доводов представителя истца относительно индивидуально-психологических особенностей личности ФИО1, которые могли существенно повлиять на написание им заявления об увольнении по собственному желанию.

Приведенное, по мнению Судебной коллегии, свидетельствует о формальном подходе судебных инстанций к рассмотрению настоящего дела

по разрешению спора, связанного с реализацией права на труд лица, которое может быть отнесено к гражданам, нуждающимся в социальной защите, что привело к нарушению задач и смысла гражданского судопроизводства, установленных статьей 2 ГПК РФ, и права Турсунова М.Р. на справедливую, компетентную, полную и эффективную судебную защиту, гарантированную каждому статьей 8 Всеобщей декларации прав человека, пунктом 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, пунктом 1 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, а также частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации.

При таких обстоятельствах решение Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 6 июня 2018 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 21 августа 2018 г. нельзя признать законными. Они приняты с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела, без их устранения невозможна защита нарушенных прав и законных интересов заявителя кассационной жалобы, что согласно статье 387 ГПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных постановлений и направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует разрешить исковые требования ФИО1 на основании норм закона, подлежащих применению к спорным отношениям, установленных по делу обстоятельств и с соблюдением требований процессуального закона.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

определила:

решение Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 6 июня 2018 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 21 августа 2018 г. отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции - Центральный районный суд г. Тольятти Самарской области в ином составе суда.

Председательствующий Судьи