Решение от 30 июля 2025 г. по делу № А71-12080/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

426008, <...>

http://www.udmurtiya.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А71- 12080/2024
31 июля 2025 года
г. Ижевск



Резолютивная часть решения объявлена 17 июля 2025 года

Полный текст решения изготовлен 31 июля 2025 года


Арбитражный суд Удмуртской Республики в составе судьи А.И. Руденко  при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Е.Д. Дмитриевой, рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление акционерного общества «Федеральный научно производственный центр «ПРОГРЕСС» (ИНН <***>) о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 (ИНН <***>), ФИО2 (ИНН <***>), ФИО3 (ИНН <***>) по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Ижметиз» (ИНН <***>) и взыскании с указанных лиц 10 418 646 руб. 50 коп., с участием третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, индивидуального предпринимателя ФИО4, индивидуального предпринимателя ФИО5, общества с ограниченной ответственностью «Гальватрон» (ИНН <***>).

В судебном заседании присутствовали:

от АО «Федеральный научно-производственный центр «ПРОГРЕСС»: ФИО6, паспорт, доверенность от 01.01.2025;

от ФИО2: ФИО7, паспорт, доверенность от 12.08.2024;

от ФИО1: ФИО8, паспорт, доверенность от 06.08.2024;

от ФИО3: ФИО9, паспорт, доверенность от 12.08.2024;

от ООО «Гальватрон»: ФИО10, паспорт, доверенность от 25.10.2024; (после перерыва в судебном заседании)

иные лица: не явились (извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Удмуртской Республики).

установил:

Решением Арбитражного суда Омской области по делу № А46-18651/2019 от 05.07.2022 установлено, что пожар, возникший на территории АО «ФНПЦ «Прогресс» возник по вине ООО «Ижметиз», вследствие поставки некачественного товара. Суд решил взыскать с ООО «Ижметиз» в пользу АО «ФНПЦ «Прогресс» 10 418 646 руб. 50 коп. долга и судебные расходы: по уплате государственной пошлины в размере 81 093 руб., по оплате услуг за проведение судебной экспертизы в размере 262 320 руб.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 13.01.2021 по делу № А71-11441/2020 в отношении ООО «Ижметиз» введена процедура конкурсного производства по упрощенной процедуре банкротства, предусмотренной для ликвидируемого должника.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 23.08.2022 по делу №А71-11441/2020 требования АО «ФНПЦ «Прогресс», в размере 10 418 646 руб. 50 коп. включены в реестр требований кредиторов третьей очереди на основании вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Омской области от 08.07.2022 по делу № А46-18651/2019 (возмещение имущественного ущерба после пожара, возникшего по вине должника).

Определением суда от 28.01.2023 завершена процедура конкурсного производства, открытая в отношении ООО «Ижметиз».

Полагая, что действиями контролирующих лиц должника было оказано негативное воздействие на имущественное положение должника, а именно: будучи осведомленными о том, что 12.04.2019 произошёл пожар в помещении, принадлежащем ФГУП «ФНПЦ «Прогресс» на оборудовании, изготовленном и поставленным ООО «Ижметиз», и извещенными о намерении ФГУП «ФНПЦ «Прогресс» обратилось в суд с исковым заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО2, ФИО3  по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Ижметиз» и взыскании с указанных лиц  10 418 646 руб. 50 коп.

Определением суда от 24.07.2024 заявление принято судом к производству, возбуждено  производство по делу с присвоением  № А71-12080/2024

Ответчики, возражая против удовлетворения заявленных требований, указал, что подача кредитором заявления о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Ижметиз» не является виновным действием контролирующих должника лиц, не взыскание дебиторской задолженности и продажа путем публичного предложения не может вменяться в качестве виновных действий контролирующих должника лиц, и также указано на пропуск исковой давности.

Впоследствии судебное разбирательство неоднократно откладывалось в связи с необходимостью истребования у сторон дополнительных документов и пояснений, привлечением к участию в деле третьих лиц, а также направлением судом запросов об истребовании доказательств в порядке ст.66 АПК РФ.

В судебном заседании 10.07.2025 в порядке ст. 163 АПК РФ был объявлен перерыв до 17.07.2025.

После перерыва судебное разбирательство продолжено в том составе суда, при прежней явке.

Заслушав представителей участвующих в деле лиц, исследовав и оценив представленные доказательства в их совокупности в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

На основании пункта 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 данного Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 данного Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие.

Переходные положения изложены в статье 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени подчиняется иным правилам, а именно пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

В данном случае обстоятельства, в связи с которыми истец заявляет о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, имели место до и после вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017                  № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях».

Статьей 10 Закона о банкротстве установлены специальные основания и порядок для привлечения к субсидиарной ответственности учредителей и руководителей должника – юридического лица, при этом привлечение их к ответственности по таким основаниям обусловлено наличием общих условий, указанных в пункте 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. Аналогичные правила в настоящее время закреплены в пунктах 1 и 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Так, подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена опровержимая презумпция, согласно которой предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, если требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

При анализе правовой природы презумпции, закрепленной в абзаце 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, перенесенной в дальнейшем в подпункт 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, следует, что она, фактически, не является новым основанием, а представляет собой конкретизацию, частный случай, такого общего основания для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» (статья10 Закона о банкротстве) или «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц» (статья 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53), предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств: 1) должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия); 2) доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Названная опровержимая презумпция, первоначально закрепленная в абзаце 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве и впоследствии перенесенная в подпункт 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, как и иные опровержимые презумпции, введены законодателем для упрощения истцам процесса доказывания. Так, при подтверждении условий наличия означенных законодателем презумпций, предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Действующее законодательство допускает применение положений статьи 61.11 Закона о банкротстве и вне рамок дела о банкротстве.

В частности, согласно подпункту 1 пункта 12 указанной статьи контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам той же статьи, если невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия этого лица, но производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или заявление уполномоченного органа о признании должника банкротом возвращено.

При подаче кредитором иска о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности вне дела о банкротстве также применимы установленные банкротным законодательством презумпции. Иное создавало бы неравенство в правах кредиторов в зависимости от поведения контролирующих лиц и приводило бы к получению необоснованного преимущества такими лицами только в силу того, что они избежали процедуры банкротства контролируемых лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2024 № 305-ЭС23-29091).

Из системного толкования вышеуказанных положений следует, что основанием для применения субсидиарной ответственности к контролирующим должника лицам, как в силу положений Закона о банкротстве, так и в силу общих положений гражданского законодательства является совокупность следующих обстоятельств: противоправное (неразумное или недобросовестное) виновное поведение контролирующих должника лиц, негативные последствия на стороне кредитора в виде неисполнения указанным лицом обязательств перед ним, и причинно-следственная связь между этими обстоятельствами.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.06.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

В соответствии с определением, данным в статье 2 Закона о банкротстве, контролирующим должника лицом является лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

В силу пункта 16 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Из разъяснений, изложенных в пункте 7 постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, следует, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, добросовестности. Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.).

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника. В связи с этим, судам надлежит в соответствие с положениями статей 71, 168 и 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации давать оценку доводам возражений ответчиков об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как установлено судом и следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19.10.2020 по делу № А71-11441/2020 принято к производству заявление ИП ФИО4    о признании несостоятельным (банкротом) общества «Ижметиз».

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 13.01.2021 (резолютивная часть оглашена 29.12.2020) обществ «Ижметиз»  признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства, предусмотренной для ликвидируемого должника, утвержден конкурсный управляющий.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 23.08.2022 по делу  № А71-11441/2020 требования истца в размере 10 418 646 руб. 50 коп. включены в реестр требований кредиторов третьей очереди на основании вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Омской области от 08.07.2022 по делу № А46-18651/2019.

Определением суда от 28.01.2023 процедура конкурсного производства, открытая в отношении общества «Ижметиз» завершена.

В ходе процедуры банкротства погашение долга перед АО «ФНПЦ «Прогресс» не производилось.

  Истцом вменяется ответчикам ФИО1, ФИО2, ФИО3 бездействие в отношении не взыскания дебиторской задолженности, а также создание замещающей организации вместо ООО «Ижметиз» на ООО «Гальватрон» ( перевод бизнеса).

В соответствии с п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно п. 1 ст. 65.2 ГК РФ участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе:

участвовать в управлении делами корпорации, за исключением случая предусмотренного пунктом 2 статьи 84 настоящего Кодекса;

в случаях и в порядке, которые предусмотрены законом и учредительным документом корпорации, получать информацию о деятельности корпорации и знакомиться с ее бухгалтерской и иной документацией;

обжаловать решения органов корпорации, влекущие гражданско-правовые последствия, в случаях и в порядке, которые предусмотрены законом;

требовать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), возмещения причиненных корпорации убытков (статья 53.1);

оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 настоящего Кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

Согласно выписки из ЕГРЮЛ контролирующими должника лица ООО «Ижметиз» являлись: ФИО1 (директор), учредители ФИО2 и ФИО3.

Таким образом, ФИО1, ФИО2, ФИО3 являются взаимозависимыми, аффилированными лицами.

Как следует из отчета конкурсного управляющего ООО «Ижметиз» от 29.08.2022 о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства в отношении ООО «Ижметиз» за период с 29.12.2020 по 30.05.2022, а также отчет  конкурсного управляющего ООО «Ижметиз» об использовании денежных средств должника от 30.05.2022. у должника имелась дебиторская задолженность перед следующими лицами: ООО «ТК Машкрепеж-НН» (ИНН <***>) в размере 482 484 руб., ЗАО «Пермский пружинно-рессорный завод» (ИНН <***>) в размере 350 000 руб., ООО «Смага» (ИНН <***>) в размере 3 195 000 руб., ФИО11, ФИО12, ФИО13  солидарно в размере 253 398 руб.

Кроме того, конкурсным управляющим на сумму долга ООО «Смага» начислена неустойка в размере 8 131 460 руб.

Конкурсный управляющий посредством публичных торгов продал ИП ФИО14 дебиторскую задолженность ООО «Смага».

Из определения Арбитражного суда Республики Башкортостан об утверждении мирового соглашения от 13.05.2022 по делу № А07-1844/2022 следует, что ООО «Ижметиз» обратилось с исковым заявлением к ООО «Смага» о взыскании 3 195 000 руб. долга и 4 936 460 руб. неустойки.

В порядке процессуального правопреемства ООО «Ижметиз» заменено на ИП ФИО14 (определение от 12.05.2022).

Между ИП ФИО14 и ООО «Смага» заключено мировое соглашение, согласно которому ООО «Смага» признает сумму долга в размере 1 962 000 руб. и неустойку в размере 1 962 000 руб., всего 3 924 000 руб.

Таким образом дебиторская задолженность ООО «Смага» являлась реальной ко взысканию, вместе контролирующие лица должника до момента начала процедуры банкротства не предприняли активных действий ко взысканию указанной задолженности.

По смыслу пп. 4, 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает степень вовлеченности лица в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 прямо предусмотрено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Дело № А07-1844/2022 о взыскании долга с ООО «Смага» в пользу ООО «Ижметиз» (обратился в суд конкурсный управляющий ООО «Ижметиз») закончилось процессуальным правопреемством лица, выкупившего по заниженной стоимости долг и заключением мирового соглашения с ООО «Смага» с рассрочкой платежа. То есть ООО «Смага» было способно погасить образовавшуюся у ООО «Ижметиз» задолженность, но контролирующие лица не предпринимали действий по взысканию долга до процедуры банкротства. (Определение об утверждении мирового соглашения Арбитражного суда республики Башкортостан от 13.05.2022 по делу № А07-1844/2022).

Учитывая тот факт, что если бы контролирующие лица должника предприняли действия по взысканию дебиторской задолженности до начала процедуры конкурсного производства, то оно не было бы признано банкротом, поскольку основаниям послужила задолженность перед ИП ФИО4 в размере 450 000 руб.

Также ФИО1, ФИО2, ФИО3 не воспользовались своими правами, предусмотренными статьей 65.2 ГК РФ, не пытались предпринимать попытки по взысканию дебиторской задолженности в виде дачи указаний соответствующим подразделениям, несмотря на наличие всех предусмотренных законом механизмов контроля за деятельностью своего общества.

          Изложенное позволяет сделать вывод о том, что все трое ответчиков имели возможность влиять на деятельность общества и определять дальнейшую стратегию развития данной компании.

  Кроме того также истцом вменяется ответчикам использование недобросовестной модели ведения бизнеса путем создание замещающей организации.

Как установлено материалами дела:

 ООО «Гальватрон», зарегистрированная по тому же адресу, что и ООО «Ижметиз» - <...>; осуществляющая фактическую деятельности по тому же адресу, что и ООО «Ижметиз» - г. Ижевск, Воткинское Шоссе, 298.

ООО «Гальватрон» не являясь правопреемником ООО «Ижметиз» использует номер сотового телефона, ранее использовавшегося ООО «Ижметиз», указанный телефон принадлежит ФИО15, которая является сестрой одного из ответчиков ФИО2 (ответ из органов ЗАГС от 17.06.2025).

Согласно данным системы СПАРК и ЕГРЮЛ установлено, что ФИО16 в настоящее время является директором и единственным учредителем ООО ЮД «ЗАМ ДЕ ЛЕКС», ИНН <***>.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении указанного общества ИНН ФИО16 – <***>.

Ранее под ИНН <***> в Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей зарегистрирована ФИО17, которая после 2013 года сменила фамилию на ФИО18.

Так при анализе книг покупок и книг продаж ООО «Гальватрон», ООО «Ижметиз» выявлено тождество контрагентов, в связи с чем истцом направлены запросы о взаимодействии с КДЛ в ООО «Гранит-М» (ИНН <***>), ООО «Модуль-Энерго» (ИНН <***>), ООО «Сваркомплект» (ИНН <***>), ООО «РТГ» (ИНН <***>), ООО «Донвард-ГС» (ИНН <***>), ООО «КМЗ» (ИНН <***>), ООО ТД «РОСТМЕТ ПЛЮС» (ИНН <***>), ООО «Первосвет-Пермь» и ООО «Ижавтоматика Плюс».

Согласно поступившим ответов на запросы от истца в адрес контрагентов, в частности от ООО «Сваркомплект» поступил ответ от 22.11.2024 № 46 (имеется в материалах дела), из которого следует, что взаимодействие ООО «Сваркомплект» между ООО «Ижметиз» и ООО «Гальватрон» осуществлялось через ФИО2, а также имела место быть просьба переделать выставленный ООО «Ижметиз» счет на организацию ООО «Гальватрон».

Таким образом перезаключение ООО «Ижметиз» договоров с поставщиками и покупателями через организацию ООО «Гальватрон» по существу приводит к передаче прав на получение доходов от деятельности организации, находящейся в банкротстве, что может рассматриваться в качестве одной из форм передачи имущества (имущественных прав).

Также согласно данным Единого реестра сертификатов соответствия в указанный реестр включены сведения о сертификате № ЕАЭС RU С-RU.АЖ58.А.05040/24 от 26.02.2024 о соответствии Автооператора подвесного трехосевого портального типа АО-П-П-750/3000СЛП-Ех требованиям ТР ТС 012/2011.

Согласно указанному сертификату заявителем выступил изготовитель – ООО «Гальватрон» в лице генерального директора ФИО19. В строке контактные данные заявителя указан номер телефона, а также адрес электронной почты izhmetiz@gmail.com.

В Представленной в материалы дела доверенности от 07.11.2019, выданной ООО «Ижметиз» в лице директора ФИО1 ФИО3 следует, что в поле бланка документа с реквизитами организации указан тот же номер телефона и адрес электронной почты  izhmetiz@gmail.com.

Таким образом, на документе ликвидированного ООО «Ижметиз» и действующего ООО «Гальватрон» указаны абсолютно тождественные номер телефона и адрес электронной почты.

Согласно ответа Регионального сетевого информационного центра от 17.06.205 администратором домена galvatron.pro является юридическое лицо ООО «Гальватрон» которое зарегистрированное по адресу <...>. 173 А 4 этаж, помещение 1б, в котором указан адрес электронной почты  izhmetiz@gmail.com.

Кроме того согласно данным системы СПАРК генеральным директором ООО «Гальватрон» и его единственным учредителем с момента государственной регистрации и до 07.06.2024 являлась ФИО19.

Из данных сервиса «прозрачный бизнес» следует, что ФИО1 в настоящее время является директором и единственным учредителем ООО «Алюмпарк» (ИНН <***>), до 28.06.2024 учредителем ООО «Алюмпарк» являлась ФИО20, жена ФИО1.

07.06.2024 произошла смена единоличного исполнительного органа и учредителя в ООО «Гальватрон» с ФИО19 на ФИО21.

Согласно ответу органов ЗАГСА от 17.06.2005 ФИО20 и ФИО19 являются сестрами.

Таким образом, ФИО1 имел возможность контролировать действия ООО «Гальватрон» с использованием родственных связей жены ФИО20.

Так, ФИО19, являющаяся единственным учредителем ООО «Гальватрон», является сестрой ФИО20, женой ФИО1, являвшимся директором ООО «Ижметиз».

Также спустя два с половиной месяца после создания ООО «Гальватрон» ФИО2 устраивается на работу в качестве главного технолога, что подтверждается сведениями о расчетах по страховым взносам.

Образование ООО «Гальватрон», в свою очередь, является подтверждением того, что ответчики не планировали предпринимать действия по финансовому оздоровлению общества, а планировали продолжить деятельность путем создания зеркального общества.

Истцом представлен комплект доказательств, свидетельствующих о фактическом тождестве двух организаций, а именно: тождественность контактных телефонов и электронной почты организаций; продолжение взаимодействия с контрагентами от имени вновь созданной организации; вновь созданная организация занимается той же деятельностью, что и ликвидированная организация; адреса и место осуществления деятельности обеих организаций совпадают; один из учредителей ликвидированной организации продолжает работать во вновь созданной организации; в своих письмах вновь созданная организация использует тот же товарный знак (логотип), что и ликвидированная; один из учредителей вновь созданной организации имеет неформальную связь с учредителем ликвидированной организации.

           ФИО1 и ФИО22  возражая указывают, что не является участником ООО «Гальватрон», также не является его директорами, а также работниками. Они не имеет возможности влиять на деятельность указанного общества.»

Письмом ФНС России от 16.08.2017 № СА-4-18/16148@ «О применении налоговыми органами положений главы III.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ» определено, что такими основаниями могут служить, например, любые неформальные личные отношения, в том числе установленные оперативно-разыскными мероприятиями, например, совместное проживание (в том числе состояние в т.н. гражданском браке), длительная совместная служебная деятельность (в том числе военная служба, гражданская служба), совместное обучение (одноклассники, однокурсники) и т.п. (раздел 2.2 письма).

Ответчики утверждает, что раз ООО «Гальватрон» создано спустя полгода после признания ООО «Ижметиз» банкротом, то, следовательно, никакой связи между этими организациями быть не может, а значит невозможен и перевод бизнеса.

Между тем, необходимость в создании ООО «Гальватрон», как видно выше из представленной цепочки, появилась после подачи заявления о включении требования АО «ФНПЦ «Прогресс» в реестр требований кредиторов, а вовсе не после признания ООО «Ижметиз» банкротом.

Исходя из изложенного, суд делает вывод о том, что создание ООО «Гальватрон» и подача АО «ФНПЦ «Прогресс» заявления о включении в реестр требований кредиторов являются взаимосвязанными между собой событиями, поскольку временной разрыв между этими событиями составил всего 18 календарных дней. Предположительно, контролирующие должника лица, осознавая, что требование АО «ФНПЦ «Прогресс» будет включено судом в реестр, начали предпринимать меры по созданию ООО «Гальватрон» через лиц, с которыми у них имеются неформальные личные отношения.

Доводы ответчиков об отсутствии причинной связи между действиями ответчиков и возникновением убытков у истца судом отклоняются

Данный вывод не соответствует действительности, поскольку согласно отчету конкурсного управляющего у ООО «Ижметиз» имелась непогашенная дебиторская задолженность в размере 4 280 882 руб., а также, по данным картотеки арбитражных дел, непогашенная дебиторская задолженность в размере 8 131 460 руб. (дело № А71-7619/2021, А07-1844/2022).

Довод ООО «Гальватрон» о том что оно не является юридическим лицом, замещающим ООО «Ижметиз» судом отклоняются в виду следующего поскольку в своем отзыве не раскрыл причины, по которым  использует тот же контактный номер телефона и адрес электронной почты, что и ООО «Ижметиз»;использует в своих письмах тот же логотип, что и ООО «Ижметиз»; осуществляет взаимодействие с контрагентами через одного и того же человека (ФИО2)

Довод ответчиков о пропуске срока исковой давности подлежит отклонению в силу следующего.

По общему правилу, срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности (пункт 59 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53).

По смыслу правовой позиции, приведенной в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления нового закона в силу независимо от даты, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения ответчиков к названной ответственности или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Нормы Закона о банкротстве о сроке исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности неоднократно претерпевали изменения.

Так, Законом № 134-ФЗ, вступившим в силу с 30.06.2013, был установлен годичный срок исковой давности по такому требованию, исчисляемый со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

В последующем, Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 488-ФЗ), вступившим в силу с 28.06.2017, установлен трехлетний срок исковой давности, подлежащий исчислению со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

При этом согласно статье 4 Закона № 488-ФЗ положения пунктов 5– 5.4, 5.6 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 488-ФЗ применяются к поданным после 01.07.2017 заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности или заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности в виде возмещения убытков.

Далее, Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) в Закон о банкротстве введена глава III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве». В силу пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным названной главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

В пункте 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ определено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротства в редакции Закона№ 266-ФЗ.

Установленные законом новые сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к тем требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли на момент вступления в силу новых норм о сроках исковой давности и правилах их исчисления (по аналогии с пунктом 9 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Пунктом 5 ст. 61.14 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия  и (или) бездействие , являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Иными словами, начало течения срока исковой давности по данному заявлению закон связывает с субъективными обстоятельствами (субъективный срок исковой давности). Данный вывод находит свое отражение в судебной практике Верховного Суда РФ (см., например: Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2022 № 302-ЭС19-17559(2) по делу № А19-5157/2017).

Требование истца включено в реестр требований кредиторов по третьей очереди на основании Определения Арбитражного суда Удмуртской Республики от 23.08.2022 по делу № А71-11441/2020.

Параллельно с рассмотрением в Арбитражном суде Удмуртской Республики дела о банкротстве, Арбитражный суд Омской области рассматривал дело № А46-18651/2019 по иску АО «ФНПЦ «Прогресс» к ООО «Ижметиз» о взыскании убытков, причиненных поставкой некачественного товара. На момент признания должника банкротом рассмотрение дела № А46-18651/2019 ещё даже не было завершено в первой инстанции, решение Арбитражного суда Омской области по делу № А46-18651/2019 в полном объеме вынесено лишь 14.03.2021, после чего ООО «Ижметиз» обратилось с апелляционной жалобой на указанное решение.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2021 по делу № А46-18651/2019 апелляционная жалоба оставлена без удовлетворения, после этого у истца появилось законное право обратиться в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о включении в реестр требований кредиторов, так как требование АО «ФНПЦ «Прогресс» в размере 10 418 646,50 руб. было подтверждено вступившим в законную силу постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2021.

Практически сразу после включения своего требования в реестр кредиторов третьей очереди, АО «ФНПЦ «Прогресс» получило по электронной почте от конкурсного управляющего ООО «Ижметиз» отчет от 29.08.2022 о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства в отношении ООО «Ижметиз» за период с 29.12.2020 по 30.05.2022.

До тех пор, пока АО «ФНПЦ «Прогресс» не стало кредитором третьей очереди, заявитель не имел возможности ознакомиться с соответствующими отчетами, и выявить те факты, которые были положены в основу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Таким образом, исходя из приведенных норм и разъяснений, суд приходит к выводу о том, что срок исковой давности не пропущен.

Иные возражения участвующих в деле лиц судом отклоняются как противоречащие материалам дела.

При таких обстоятельствах, учитывая, что контролирующими должника лицами произведена формальная смена юридического лица, а именно остались фактические правоотношения, схожее наименование обществ, одно и тоже место производственной деятельности, полное совпадение основного вида деятельности должника и вновь созданного юридического лица, суд приходит к выводу о том, что целью создания нового общества явилось уклонение от погашения требований кредиторов. Должник прекратил деятельность и стал неспособным погасить требования кредиторов вследствие действий ФИО1, ФИО2, ФИО3 в связи с чем имеются предусмотренные частью 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве и статьей 1080 ГК РФ основания для солидарного привлечения ответчиков как контролирующего должника лица, к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Ижметиз» в размере 10 418 645 руб. 50 коп.

Государственная пошлина подлежит взысканию с ответчиков в пользу истца на основании ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь  статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Удмуртской Республики

Р  Е  Ш  И  Л :

1.                 Привлечь ФИО1, ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по долгам общества с ограниченной ответственностью «Ижметиз».

2.                 Взыскать солидарно с ФИО1, ФИО2, ФИО3 в пользу акционерного общества «Федеральный научно-производственный центр «ПРОГРЕСС» 10 418 645 руб. 50 коп. задолженности.

3.                 Взыскать с солидарно с ФИО1, ФИО2, ФИО3 в пользу акционерного общества «Федеральный научно-производственный центр «ПРОГРЕСС» 75 093 руб. 33 коп. государственной пошлины.


           Решение может быть обжаловано в  порядке апелляционного производства в  Семнадцатый  арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.


Судья                                                                        А.И. Руденко