Решение от 12 марта 2025 г. по делу № А51-24146/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ 690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27 Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

Дело № А51-24146/2024
г. Владивосток
13 марта 2025 года
Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Тихомировой Н.А., при ведении протокола секретарем судебного заседания Федоровой А.С.,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «МАТИСПРО» (ИНН 7724370030 ОГРН 1167746585027 дата государственной регистрации 22.06.2016)

к Владивостокской таможне (ИНН 2540015767, ОГРН 1052504398484, дата государственной регистрации 15.04.2005)

о признании незаконным решения при участии в судебном заседании: лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Матиспро» (далее – заявитель, общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения Владивостокской таможни (далее – ответчик, таможенный орган) от 07.12.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ № 10702070/090924/3297510.

В обоснование заявленных требований представитель общества по тексту заявления указал, что у таможни отсутствовали основания для непринятия первого метода определения таможенной стоимости и вынесения оспариваемого решения, поскольку заявитель представил все имеющиеся у него и необходимые для подтверждения заявленной таможенной стоимости документы, в полном объеме выполнив обязанность по подтверждению таможенной стоимости, определенной по первому методу.

Представитель таможни по тексту письменного отзыва, а также в судебном заседании по заявленным требованиям возразил, указал, что заявленная декларантом таможенная стоимость значительно отличалась от ценовой информации, имеющейся в таможне, что является признаком её недостоверности; предоставленные обществом документы не подтверждают правильность выбранного метода определения таможенной стоимости, а заявленные сведения о таможенной стоимости не основаны на достоверных и документально подтвержденных сведениях, в связи с чем, таможенный орган обоснованно пришел к выводу о невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Из материалов дела судом установлено, что ООО «МАТИСПРО» в целях помещения под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления товара: Для ограниченного доступа к оригиналам судебных актов с электронными подписями судей по делу № А51-24146/2024 на информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru) используйте секретный код:

Возможность доступна для пользователей, авторизованных через портал государственных услуг (ЕСИА).

проволоки из легированной стали, поступившего на условиях FOB XINGANG на таможенную территорию Евразийского экономического союза во исполнение внешнеторгового контракта от 22.09.2022 № ZO-09-2022, заключенного с иностранной компанией «YIWU TANTO INTERNATIONAL TRADING CO., LTD», в счет поставки по инвойсу от 21.08.2024 № В15-8.19 во Владивостокский таможенный пост (центр электронного декларирования) Владивостокской таможни подана декларация на товары, которой таможенным органом присвоен регистрационный номер 10702070/090924/3297510.

Заявленная декларантом таможенная стоимость товаров определена им методом по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

10.09.2024 по ДТ № 10702070/090924/3297510 в связи с выявлением рисков недостоверного декларирования таможенной стоимости товаров Владивостокской таможней у декларанта запрошены дополнительные документы и (или) сведения. Одновременно таможенный орган проинформировал декларанта о возможности произвести выпуск товаров в соответствии со статьей 121 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, в связи с чем направил декларанту расчет размера обеспечения исполнения обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов.

В связи с внесением декларантом обеспечения исполнения обязанности по плате таможенных пошлин, налогов таможенным постом осуществлен выпуск товаров, задекларированных в ДТ № 10702070/090924/3297510.

05.11.2024 в ответ на запрос таможенного органа декларантом посредством электронного обмена сообщениями в автоматизированную информационную систему «АИСТ-М» частично представлены дополнительные документы и (или) сведения.

28.11.2024 таможенным постом направлен дополнительный запрос о представлении документов, ссылка на которые содержится в экспортной декларации, а также документов, подтверждающих полномочия иностранного лица, заключившего сделку.

02.12.2024 общество представило в таможню дополнительно запрошенные документы и пояснения.

07.12.2024 таможенным органом принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10702070/090924/3297510, в части таможенной стоимости, определенной методом по стоимости сделки с однородными товарами.

Не согласившись с решением таможенного органа, посчитав, что оно не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере экономической деятельности, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемого решения, суд полагает, что заявленное требование подлежит удовлетворению в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200 АПК РФ для признания ненормативного акта государственного органа недействительным, его действий (бездействия) незаконными суду необходимо одновременно установить как несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, так и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

По правилам пункта 2 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

Пунктом 9 статьи 38 ТК ЕАЭС предусмотрено, что определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров.

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. Этот же принцип закреплен относительно информации о дополнительных начислениях к цене сделки.

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного кодекса.

Порядок и условия применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1) предусмотрены статьей 39 ТК ЕАЭС, согласно которой таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые:

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Пунктом 1 статьи 104 ТК ЕАЭС установлено, что товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 ТК ЕАЭС).

По правилам пункта 2 названной статьи, в случае если в документах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами.

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса.

Для изменения (дополнения) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, применяется корректировка декларации на товары (пункт 4 статьи 112 ТК ЕАЭС).

Обосновывая принятие оспариваемого решения, таможенный орган сослался на выявление в рамках таможенного контроля отклонений в меньшую сторону от имеющихся в распоряжении таможенного органа среднестатистических показателей стоимости задекларированного обществом в спорной ДТ товара от стоимости однородных товаров, оформляемых иными участниками внешнеэкономической деятельности,

В пункте 1 статьи 38 ТК ЕАЭС определено, что положения главы 5 «Таможенная стоимость товаров» базируются на общих принципах и правилах, установленных статьей VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года (ГАТТ 1994). Аналогичная норма установлена пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – Постановление № 49).

Согласно пункту 10 Постановления № 49 система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом и основанная на статье VII

ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки. При этом согласно пункту 15 статьи 38 Таможенного кодекса за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Следовательно, выявление с использованием системы управления рисками рисков недостоверного декларирования таможенной стоимости является основанием для проведения дополнительной проверки, но не названо в нормативных правовых актах в качестве основания для корректировки заявленной таможенной стоимости.

При этом, как указано в пункте 11 Постановления Пленума № 49, отсутствие подтверждения сведений о таможенной стоимости, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в иных представленных таможенному органу документах, а также выявление таможенным органом признаков недостоверного определения таможенной стоимости само по себе не может выступать основанием для вывода о неправильном определении таможенной стоимости декларантом, а является основанием для проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров в соответствии со статьей 313, пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС.

Аналогично статья 378 ТК ЕАЭС об использовании таможенными органами системы управления рисками (СУР) для проведения таможенного контроля и мер по минимизации рисков дает основания полагать, что выявление с использованием системы управления рисками рисков недостоверного декларирования таможенной стоимости является поводом для проведения дополнительной проверки, но не названо в качестве основания для внесения изменений или дополнений в сведения, указанные в ДТ.

В этом смысле различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Суд учитывает также, что различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Поскольку декларантом был избран первый метод таможенной оценки, основанный на стоимости сделки с ввозимыми товарами, то проверка таможней формирования цены сделки была необходима для установления факта выполнения декларантом условий, определенных статьей 39 ТК ЕАЭС.

Доказательств недостоверности сведений, содержащихся в пакете документов, представленном обществом в подтверждение заявленной таможенной стоимости, равно как невозможность использования документов, представленных декларантом при таможенном оформлении в обоснование таможенной стоимости товара, в их совокупности и системной оценке таможенным органом не подтверждена.

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что низкий уровень заявленной обществом таможенной стоимости по ДТ № 10702070/090924/3297510 не мог рассматриваться как доказательство недостоверности условий сделки, а также служить основанием для корректировки таможенной стоимости и внесения изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ.

Оценивая обстоятельства проведения дополнительной проверки и выводы, положенные в основу оспариваемого решения от 07.12.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной декларации на товары, суд учитывает следующее.

Из материалов дела следует, что при таможенном оформлении ввезенного товара по ДТ № 10702070/090924/3297510, а также в ответ на запросы таможенного органа заявитель представил пакет документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость товаров, необходимый для таможенного оформления товаров в соответствии с выбранным таможенным режимом, в том числе: внешнеторговый контракт № ZO-09-2022 от 22.09.2022, дополнение № 1 от 10.10.2024 к контракту, проформу инвойс № PI B15-8.19 от 20.07.2024, коммерческий инвойс № B15-8.19 от 21.08.2024, прайс-лист продавца, упаковочный лист, агентский договор от 01.10.2024, заявку/поручение агенту осуществить оплату по инвойсу № B15-8.19 от 21.08.2024, отчет от 05.11.2024 по исполнению агентом поручения по оплате, письмо (вместе с переводом) от продавца товара - YIWU TANTO INTERNATIONAL TRADING CO., LTD о получении денежных средств по инвойсу № B15- 8.19, экспортную декларацию КНР (с переводом), ведомость банковского контроля по контракту, сопроводительные письма с приложениями и пояснениями, счета на оплату и другие документы (платежные, транспортные (морской коносамент), транспортно-экспедиционные), относящиеся к ввезенному по спорной ДТ товару, иные документы, перечисленные в сопроводительных письмах.

В соответствии с пунктом 1.1 контракта № ZO-09-2022 от 22.09.2022 Продавец обязуется продать, а Покупатель принять и оплатить поставленный товар, а именно велосипедные, мотоциклетные, скутерные, электроскутерные части, включая шины, камеры и ободные ленты для велосипедов и мотоциклов, а также шины, камеры, колёса для садовых тачек, оборудование, инструмент для сборки велосипедов в ассортименте, количестве и по ценам, указанным в проформе инвойсе на каждую поставку, которые являются неотъемлемой частью настоящего Контракта.

Согласно пункту 2.1 контракта цена на товар, ассортимент, количество, единицы измерения указывается в проформах инвойсах (инвойсах) Продавца.

Из пункта 2.2 контракта следует, что цена устанавливается в юанях Китай и с учетом условий отгрузки в п.4.1 по Инкотермс. Цены могут устанавливаться в долларах США с указанием курса доллара к юаню и указанием суммы проформы инвойса (инвойса) в юанях.

Пунктом 3.1 контракта предусмотрено, что авансовый платеж в размере 0-100% от стоимости, указанной в проформе инвойсе (инвойсе), производится банковским переводом на расчетный счет продавца для начала производства, оставшуюся сумму в размере до 100% от стоимости, указанной в инвойсе, покупатель перечисляет на расчетный счет продавца банковским переводом до или после отгрузки или после того как покупатель осуществил таможенную очистку товара в России и получил товар в России.

Согласно пункта 4.1 контракта поставка товара Покупателю осуществляется на условиях FOB порт Китая или EXW города фабрики или FCA города фабрики согласно «Инкотермс 2010», комбинированным транспортом. Условия отгрузки и место отгрузки указываются в инвойсе и упаковочном листе.

Дополнительным соглашением № 1 к контракту стороны согласовали возможность оплаты товара через третье лицо (через агента).

В рамках внешнеторгового контракта сторонами оформлена и согласована проформа инвойс № PI B15-8.19 от 20.07.2024, на основании которой продавцом выставлен инвойс № B15-8.19 от 21.08.2024 на общую сумму 315 863 китайских юаней.

В указанных документах помимо наименования, ассортимента, количества и цены товара, стороны контракта согласовали условия поставки и оплаты товара.

Из представленных декларантом в таможенный орган коммерческого инвойса, проформы инвойс, иных документов следует, что товар поставляется на условиях FOB XINGANG, оплата товара осуществляется в китайских юанях на условиях, предусмотренных в контракте.

Согласно материалам дела между компанией MAGNETIC GENERAL TRADING – FZCO и ООО «Матиспро» заключен агентский договор от 01.10.2024, по условиям которого принципал поручает агенту осуществлять за счет принципала и в его интересах расчеты с контрагентами принципала по отдельно заключенным контрактам.

В соответствии с заявкой/поручением № 03 от 23.10.2024 общество поручило компании MAGNETIC GENERAL TRADING – FZCO осуществить оплату в размере 82 035,18 долл. США за велосипедные части по контракту № ZO-09-2022 от 22.09.2022. Согласно назначению платежа денежные средства в размере 44 362,78 долл. США подлежат оплате по инвойсу № B15-8.19 от 24.08.2024, в размере 37 672,40 долл. США – по инвойсу № DT24051 от 24.07.2017.

Согласно отчету по исполнению № _04054 компания MAGNETIC GENERAL TRADING – FZCO совершила действия, направленные на исполнение денежных обязательств принципала по оплате товаров, по заявке от 27.10.2024 продавцу товара – компании «YIWU TANTO INTERNATIONAL TRADING CO., LTD» в размере 82 035,18 долл. США.

Таким образом, представленные документы свидетельствуют об исполнении продавцом по упомянутому внешнеэкономическому контракту принятых обязательств и отсутствии каких-либо замечаний по их исполнению со стороны общества.

Проанализировав условия поставки и сведения, содержащиеся в документах, представленных в подтверждение ее исполнения, суд приходит к выводу, что документы заявителя выражают содержание и условия заключенной сделки, являются взаимосвязанными, имеют соответствующие ссылки, подписаны сторонами, содержат все необходимые сведения о наименовании товара, его количестве и стоимости, что позволяет идентифицировать товар и с достоверностью установить цену применительно к количественно определенным характеристикам товара, условия поставки и оплаты. Исполнение обязательств по контракту сторонами осуществлено в соответствии с условиями контракта.

Следовательно, вывод таможенного органа о невозможности применения первого метода определения таможенной стоимости в отношении спорного товара нормативно и документально не обоснован.

Довод таможенного органа о непредставлении калькуляции цены реализации товаров отклоняется судом, как не являющийся основанием для отказа в применении первого метода определения таможенной стоимости.

Вместе с тем в сопроводительном письме от 05.11.2024, представленном обществом в таможенный орган, декларант указал, что товар к нему еще не доставлен (не принят к учету), следовательно, предоставить калькуляцию цены его реализации и

иные документы бухгалтерского учета не представляется возможным. О том, что заявленный в ДТ товар находится в процессе железнодорожной перевозки письмом от 01.11.2024 подтвердил экспедитор – ООО «Трансимпериал».

В оспариваемом решении таможенный орган приводит довод о том, что в представленном переводе экспортной ДТ КНР № 020220240000839695 в поле описания товара указано общее описание товара, в то время как в предоставленных коммерческих документах (инвойс, спецификация, упаковочный лист, прайс – лист) в описании товара указаны технические характеристики, номер модели, артикулы, что свидетельствует о том, что в предоставленной экспортной декларации отсутствуют данные о полном описании товаров.

Отклоняя данный довод таможни в отношении экспортной декларации, суд исходит из следующего.

Согласно материалам дела данные спорной ДТ и экспортной декларации в части общих весовых, количественных и стоимостных характеристик, общего наименования товара, номера контейнера (VCCU9641062) совпадают. В графе «номер соглашения» экспортной декларации указан номер инвойса продавца - B15-8.19, что позволяет идентифицировать партию задекларированного в экспортной декларации товара. При этом коммерческие документы сделки по рассматриваемой партии: проформа инвойс, инвойс, упаковочный лист, морской коносамент содержат полное описание товара, артикулы, количество, цену за единицу и общую стоимость.

Судом отклоняется ссылка таможни на то обстоятельство, что порт отгрузки в коносаменте не соответствует пункту пропуска указанному в экспортной декларации в виду следующего.

Как верно указал декларант, официальным китайским наименованием морского порта отгрузки является следующее «новый порт Тяньцзиня», что в фонетической транслитерации буквами английского алфавита пишется следующим образом «TIANJIN (XINGANG)». В международной торговле название указанного морского порта указывается как вышеприведенным способом – двумя словами, так и отдельными терминами TIANJIN (Тяньцзинь) или XINGANG (Ксиньган). Указанные наименования относятся к одному и тому же морскому порту. Порт Тяньцзиня, также известный как XINGANG, Китай, расположен на лимане реки Хайхе в Тяньцзине.

Таким образом, таможенный орган полагая, что место отгрузки задекларированного в спорной ДТ товара, не соответствует месту отгрузки обозначенному в товаросопроводительных документах, не обосновал каким образом данное обстоятельство повлияло на структуру заявленной таможенной стоимости товара, а также не указал реальный, по его мнению, порт отгрузки товара.

Учитывая факт того, что и порт TIANJIN и порт XINGANG это наименование одного и того же морского порта, с одним и тем же географическим местоположением, суд считает, что указанный довод таможни не может являться основанием для корректировки таможенной стоимости товаров.

Судом установлено, что представленная экспортная ДТ имеет QR-код и шрих- код. При этом суд принимает во внимание, что экспортная декларация является документом, оформляемым иностранным контрагентом, который заполняется в соответствии с законодательством страны отправления. Негативные последствия от различия в требованиях, предъявляемых к экспортной декларации законодательством страны отправления и законодательством Российской Федерации, не могут быть переложены на российского декларанта. Таким образом, декларант не должен нести ответственность за оформление и содержание сведений в экспортной таможенной декларации.

В спорной ситуации материалами дела подтверждается, что в ходе проведения таможенного контроля по спорной ДТ общество представило документы, которые в

совокупности свидетельствуют о представлении документального подтверждения заявленной таможенной стоимости и о принятии мер по устранению сомнений таможни в достоверности заявленной таможенной стоимости.

Факт перемещения товаров, указанных в ДТ и реального осуществления сделки между участниками внешнеторгового контракта на определенных условиях подтвержден материалами дела. Доказательств недостоверности представленных обществом документов либо заявленных в них сведений таможенным органом не представлено.

В свою очередь наличие каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможней не доказано, равно как не представлены доказательства невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, указанные в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Соответственно утверждение таможенного органа о невозможности применения первого метода определения таможенной стоимости в отношении товаров по рассматриваемой ДТ нормативно и документально необоснованно.

Таким образом, учитывая, что результаты таможенного контроля определения таможенной стоимости по спорной декларации не подтверждают доводы таможни о несоблюдении декларантом положений ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости, тогда как представленные обществом документы и сведения указывают на определение таможенной стоимости на основании достоверной, количественно определенной и документально подтвержденной информации, суд приходит к выводу о необоснованности оспариваемого решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/090924/3297510.

В свою очередь принятое таможенным органом решение от 07.12.2024 повлекло негативные последствия для заявителя в виде необоснованного доначисления и уплаты таможенных платежей, чем были нарушены его права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, оспариваемое решение Владивостокской таможни от 07.12.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10702070/090924/3297510, является незаконным и нарушающим права общества.

Арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие), в том числе государственных органов не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными (часть 2 статьи 201 АПК РФ).

Как следует из пункта 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, понуждение органа, осуществляющего публичные полномочия, принять решение или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, не относится к исковым требованиям, а является способом устранения нарушенного права.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, самостоятельно определив способы их судебной защиты соответствующих статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется заявителем и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или реальной защите законного интереса.

Избранный заявителем способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

При этом суд вправе самостоятельно определять способ восстановления нарушенного права заявителя.

Исходя из пункта 33 Постановления Пленума ВС РФ № 49, в случае признания судом незаконным решения таможенного органа, принятого по результатам таможенного контроля и влияющего на исчисление таможенных платежей, либо отказа (бездействия) таможенного органа во внесении изменений в декларацию на товар и (или) в возврате таможенных платежей в целях полного восстановления прав плательщика на таможенный орган в судебном акте возлагается обязанность по возврату из бюджета излишне уплаченных и взысканных платежей.

Принимая во внимание указанные выше положения Постановления Пленума ВС РФ № 49, суд обязывает таможню возвратить обществу таможенные платежи, излишне уплаченные (взысканные) по декларации на товары № 10702070/090924/3297510, окончательный размер которых таможне определить на стадии исполнения судебного акта.

Расходы заявителя по уплате государственной пошлины в размере 50 000 руб. на основании статьи 110 АПК РФ относятся на таможенный орган с учетом результатов рассмотрения спора.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

р е ш и л:

Признать незаконным решение Владивостокской таможни от 07.12.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/090924/3297510 как несоответствующее Таможенному кодексу Евразийского экономического союза.

Решение в указанной части подлежит немедленному исполнению.

Обязать Владивостокскую таможню произвести возврат обществу с ограниченной ответственностью «Матиспро» излишне уплаченные таможенные платежи по ДТ № 10702070/090924/3297510, окончательный размер которых определить на стадии исполнения решения суда.

Взыскать с Владивостокской таможни в пользу общества с ограниченной ответственностью «Матиспро» судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.

Судья Тихомирова Н.А