Постановление от 29 мая 2024 г. по делу № А40-180726/2018

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

30.05.2024

Дело № А40-180726/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 16.05.2024

Полный текст постановления изготовлен 30.05.2024

Арбитражный суд Московского округа

в составе председательствующего судьи Коротковой Е.Н.,

судей Калининой Н.С., Паньковой Н.М.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – лично, паспорт, ФИО2, доверенность от 18.01.2024,

от конкурсного управляющего должника – ФИО3, доверенность от 03.05.2024,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 08.06.2022,

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2022

по заявлению конкурсного управляющего должником о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ЗАО «Трансмаш-К»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 10.09.2019 ЗАО«Трансмаш-К» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должникаоткрыто конкурсное производство, конкурсным управляющимутвержден ФИО4.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.06.2021, оставленнымбез изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от30.09.2021, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника опривлечении ФИО5, ФИО1 к субсидиарной ответственности отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 21.12.2021определение Арбитражного суда города Москвы от 29.06.2021, постановлениеДевятого арбитражного апелляционного суда от 30.09.2021 отменены в части отказа в привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности, в отмененной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы. В остальной части судебные акты по спору оставлены без изменения.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда города Москвы от08.06.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражногоапелляционного суда от 21.09.2022, ФИО1 привлечен к субсидиарнойответственности, производство по заявлению в части определения размерасубсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов скредиторами.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 01.12.2022определение Арбитражного суда города Москвы от 08.06.2022 ипостановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2022 изменено, ФИО1 привлечен к ответственности в видеубытков, с ФИО1 в конкурсную массудолжника взысканы убытки в размере 6 624 000 руб. В удовлетворении остальнойчасти требований отказано.

ФИО1 подано заявление о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам постановления Арбитражного суда Московского округа от 01.12.2022.

Определением Арбитражного суда Московского округа от 30.05.2023, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Московского округа от 31.07.2023, в удовлетворении заявления отказано.

Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2023 № 305-ЭС21-10472 (3) определение Арбитражного суда Московского округа от 30.05.2023 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 31.07.2023 отменены, вопрос направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московского округа.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 11.03.2024постановление Арбитражного суда Московского округа от 01.12.2022 отменено повновь открывшимся обстоятельствам.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуальногокодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебногозаседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Определением Арбитражного суда Московского округа от 16.04.2024 по делупроизведена замена судей Перуновой В.Л. и Савиной О.Н. на судей Каменецкого Д.В. и Панькову Н.М. по основаниям, предусмотренным статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Московского округа от 15.05.2024 по делупроизведена замена судьи Каменецкого Д.В. на судью Калинину Н.С. по основаниям, предусмотренным статьей 18 Арбитражного процессуальногокодекса Российской Федерации.

Судом в порядке пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 №13 приобщены к материалам дела письменные объяснения ФИО1, содержащие правовое обоснование доводов кассационной жалобы, а также письменные пояснения конкурсного управляющего должника, содержащие правовое обоснование возражений на кассационную жалобу.

В судебном заседании представитель ФИО1 на доводах заявлениянастаивал.

Представитель конкурсного управляющего должника, принимавший участие в судебном заседании посредством веб-конференции, возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушавпредставителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 286, 287,288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерацииправильность применения судами норм материального и процессуального права,а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленнымпо делу фактическим обстоятельствам, арбитражный суд округа пришел кследующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражнымсудом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексомРоссийской Федерации, с особенностями, установленными федеральнымизаконами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как установлено судами, в период с 29.04.2010 по 09.09.2018 ФИО1 являлся руководителем должника.

В качестве основания привлечения ответчика к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылался на заключение ответчиком договора купли-продажи от 02.08.2017 между ООО «СТР» (продавец) и ЗАО «Трансмаш-К» (покупатель) акций №2, по условиям которого продавец передает покупателю в собственность бездокументарные ценные бумаги, эмитированные ОАО «Калугатрансмаш», в количестве 411 054 штуки по цене 187 500 000 руб. + 853 115 долларов США (т. 1 л.д. 7-8, т. 3 л.д. 6-9).

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 05.08.2020 признан недействительной сделкой договор купли-продажи акций №2 от 02.08.2017, заключенный между должником и ООО «СТР». Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Энергостройкомплект» в конкурсную массу должника 6 624 000 руб. Отказано ООО «Энергостройкомплект» во включении требования на сумму 279 651 217 руб. 91 коп. в реестр требований кредиторов должника.

Привлекая ответчика к субсидиарной ответственности за совершение указанной сделки, суды сослались на то, что заключение договора осуществлено на крайне невыгодных условиях в ущерб интересов кредиторов и должника.

Вместе с тем, судами не учтено следующее.

В силу п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации №305-ЭС19-10079 от 30.09.2019 по делу № А41-87043/2015, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника.

В силу разъяснений, изложенных в пунктах 16 и 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление №53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В настоящем случае дело о банкротстве должника возбуждено определением Арбитражного суда города Москвы от 07.08.2018 по заявлению ПАО «Сбербанк России» основанному на договоре поручительства №00760417/30011110-П1 от 12.09.2017, ненадлежащем исполнении основным заемщиком, а также должником как поручителем обязательств на общую сумму 697 551 222 руб. основного долга и процентов, 18 531 842 руб. 09 коп. неустойки, требования банка по которым включены в реестр требований кредиторов определением Арбитражного суда города Москвы от 25.01.2019.

При этом, ответчик в судебных заседаниях приводил доводы о том, что финансово-хозяйственная деятельность должника прекратилась в связи с банкротством основного заемщика и последующим предъявлением требований ПАО «Сбербанк России» на сумму более 700 млн. руб., что в два раза превышало стоимость всех активов должника.

Конкурсным управляющим в своей письменной позиции в суде первой инстанции указанные доводы ответчика не опровергались.

Кроме того, в судебных актах о признании недействительной сделкой договора купли-продажи акций № 2 от 02.08.2017, заключенного между должником и ООО «СТР», установлено, что у должника отсутствовал экономический смысл в обратном выкупе акций, эмитированных аффилированным лицом ОАО «Калугатрансмаш», по явно завышенной, нерыночной цене.

При этом, применяя последствия недействительности указанной сделки в виде взыскания с ООО «Энергостройкомплект» в конкурсную массу должника 6 624 000 руб., суды исходили из того, что в результате совершения недействительной сделки из конкурсной массы должника выбыли денежные средства, то есть сделка исполнена, на указанную сумму, в свою очередь во включении требований ООО «Энергостройкомплект» (на остальную сумму недействительной сделки) отказано.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 20 Постановления №53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве. В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ. Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Таким образом, суд округа считает, что в настоящем случае у судов отсутствовали основания полагать о наличии причинно-следственной связи между заключением недействительного договора купли-продажи акций и наступившим банкротством должника, существенном ухудшении финансового состояния должника совершением сделки в соотношении размера неисполненных обязательств перед основным кредитором должника и суммой исполненного по сделке, требования конкурсного управляющего на основании пункта 20 Постановления №53 подлежали переквалификации с учетом доказанности противоправного поведения ответчика при совершении вышеуказанной сделки на ответственность в виде убытков.

Таким образом, выводы судов первой и апелляционной инстанций о наличии оснований для привлечения ответчика именно к субсидиарной ответственности, а не ответственности в виде убытков, следует признать основанными на неправильном применении норм материального права и несоответствующим фактическим обстоятельствам дела, что в силу части 1, пункта 3 части 2 статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Вместе с тем, в настоящее время суд округа лишен возможности принятия нового судебного акта в связи с отсутствием полномочий на привлечение к участию в деле лиц, приобщению доказательств по спору и установлению фактических обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения спора.

Выполняя указания Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2023 №305-ЭС21-10472 (3) и отменяя постановление суда округа от 01.12.2022 по вновь открывшимся обстоятельствам, суд кассационной инстанции исходил из того, что конкурсным управляющим должника по договору купли-продажи №2 от 11.05.2022 проданы права требования к ООО «Энергостройкомплект» в пользу ООО «Управляющая компания «Байкал» Д.У. закрытым паевым инвестиционным комбинированным фондом «Фонд имущественных споров» (далее также- фонд), основанные на судебном акте о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности указанной сделки в виде взыскания с ООО «Энергостройкомплект» (далее также – компания) в конкурсную массу должника 6 624 000 руб.

Как указано в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2023 №305-ЭС21-10472 (3), реституционное обязательство компании (ответчика по признанной судом недействительной сделке) о возврате должнику 6 624 000 руб., полученных по недействительной сделке, и обязательство ФИО1 (причинителя убытков) о возмещении должнику реального ущерба в том же размере, образовавшегося вследствие создания необходимых условий для заключения этой же недействительной сделки (пункт 1 статьи 53.1 ГК РФ, статья 61.20 Закона о банкротстве), возникли из разных оснований.

Несмотря на это, требования, которые должник по делу о банкротстве (ЗАО «Трансмаш-К») имел к упомянутым компании и ФИО1, направлены на удовлетворение одного экономического интереса, а значит, должник по делу вправе получить исполнение только единожды. Поэтому в целях исключения неосновательного обогащения должника к названным обязательствам компании и ФИО1 подлежали применению нормы о солидарных обязательствах (статья 323 ГК РФ).

По смыслу пункта 1 статьи 384, пункта 1 статьи 308 ГК РФ, цедент, обладающий требованием к нескольким солидарным должникам, уступая требование к одному из них, также уступает требование к другим известным ему солидарным должникам, если иное не предусмотрено договором, на основании которого производится уступка.

Таким образам, поскольку уступка реституционного требования к компании состоялась до привлечения к ответственности в виде возмещения убытков, вопрос о том, произошел ли в связи с этой уступкой переход к фонду прав должника (ЗАО «Трансмаш-К») по обязательству ФИО1, то есть являлось ли ЗАО «Трансмаш-К» на момент взыскания в его пользу убытков надлежащим истцом в материальном смысле, имеет существенное значение для правильного разрешения спора.

Если такой переход прав должника (ЗАО «Трансмаш-К») по требованию о возмещении убытков произошел, причем после подачи иска, обращенного против ФИО1, подлежал рассмотрению вопрос о замене истца (ЗАО «Трансмаш-К») в порядке, установленном статьей 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и с учетом разъяснений, приведенных в пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» (далее – Постановление №54).

Таким образом, в настоящем случае к участию в споре подлежит привлечению ООО «Управляющая компания «Байкал» Д.У. закрытым паевым инвестиционным комбинированным фондом «Фонд имущественных споров», а также судом первой инстанции подлежит анализу в порядке статьи 431 ГК РФ договор уступки прав требований от должника к фонду на предмет - не предусмотрено ли договором уступки иное, чем предусмотрено пункта 1 статьи 384, пункта 1 статьи 308 ГК РФ, для чего следует предложить сторонам представить подписанный договор уступки прав требования, при установлении судом фактического обстоятельства, имеющее значение для правильного разрешения спора, а именно произошедшего в связи с этой уступкой перехода к фонду прав должника (ЗАО «Трансмаш-К») по обязательству ФИО1, суду первой инстанции следует решить вопрос о процессуальной замене должника на фонд по настоящему спору в порядке разъяснений пункта 33 Постановления №54.

Кроме того, Судебной коллегией в определении от 02.02.2023 №305-ЭС21-10472 (3) указано, что если после отчуждения фонду реституционного требования к компании последняя уплатила денежные средства фонду как новому кредитору (цессионарию), солидарное обязательство ФИО1 по возмещению убытков уменьшилось на сумму, предоставленную компанией фонду.

Таким образом, подлежат установлению по спору фактические обстоятельства, имеющие значение для привального разрешения спора, а именно, обстоятельства, касающиеся уступки должником права требования к ООО «Энергостройкомплект» и объема исполненного в пользу фонда, влияющие как на саму возможность взыскания убытков в пользу должника, так и на размер ответственности ФИО1

Суд округа также считает необходимым отметить, что в целях выяснения обстоятельств наличия или отсутствия исполнения ООО «Энергостройкомплект» в пользу фонда к участию в споре следует привлечь и ООО «Энергостройкомплект».

С учетом отсутствия у суда округа полномочий на исследование и оценку доказательств, а также на совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, обособленный спор подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении спора суду первой инстанции следует учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, а также с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 08.06.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2022 по делу № А40-180726/2018 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяЕ.Н. Короткова

Судьи: Н.С. Калинина

Н.М. Панькова