Постановление от 17 декабря 2018 г. по делу № А56-78090/2017

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-78090/2017
17 декабря 2018 года
г. Санкт-Петербург
/тр25


Резолютивная часть постановления объявлена 06 декабря 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме 17 декабря 2018 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Тойвонена И.Ю.

судей Казарян К.Г., Копыловой Л.С.

при ведении протокола судебного заседания: Марченко Е.С.

при участии:

от Белого А.В.: Колунова Е.П. по доверенности от 04.05.2018

конкурсный управляющий Рачковский А.Ю., паспорт

ООО «ВВП»: Тополь Л.Ю. по доверенности от 27.03.2018

от иных лиц: не явились, извещены

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-28317/2018) ООО «ВВП»

на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.10.2018 по делу № А56-78090/2017/тр.25 (судья Новоселова В.Л.), принятое по заявлению Белова А.В. о включении требования в реестр требований кредиторов должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Мойдом»,

установил:

Белый Андрей Викторович (далее – кредитор) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о включении задолженности в размере 69 610 424,03 руб. в реестр требований кредиторов ООО «Мойдом» (далее – должник).

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.10.2018 включено в реестр требований кредиторов ООО «Мойдом» требование Белого Андрея Викторовича в размере 69 610 424,03 руб., в том числе 52 788 011,53 руб. основного долга, 16 822 412,50 руб. процентов за пользование займом. Отнесено указанное требование в третью очередь удовлетворения требований кредиторов.

В апелляционной жалобе ООО «ВВП» просит определение суда первой инстанции от 09.10.2018 отменить, ссылаясь на то, что Белый А.В. является недобросовестным кредитором, поскольку является аффилированным с должником лицом и оснований для включения его требования в реестр не имеется. Общество поясняет, что заявитель являлся учредителем и единоличным исполнительным органом должника с 2007. Общество указывает на то, что предоставление займа участником Общества, которое ему подконтрольно, отличается от займа, предоставляемого заимодавцем неаффилированному заемщику. Податель жалобы ссылается на определение Конституционного суда РФ от 27.01.2011 № 75-О-О, согласно которому учредители (участники) юридических лиц лишены права предъявлять какие-либо требования к должнику в процессе его банкротства. Общество отмечает, что даже если предположить реальность выдачи займов, данные действия совершены в рамках правоотношений между участником и Обществом по управлению последним, следовательно, они не могут расцениваться как отношения сторон в процессе исполнения обязательств по гражданско-правовой сделке и не подпадают под понятие денежного обязательства, следовательно, такие требования не могут быть включены в реестр требований кредиторов должника.

В отзыве на апелляционную жалобу Белый А.В. просит определение суда первой инстанции от 09.10.2018 оставить без изменения, считая судебный акт законным и обоснованным. Заявитель ссылается на то, что им в материалы дела представлены доказательства, подтверждающие обоснованность заявленных требований, в том числе, договоры займа и дополнительное соглашение к ним, которые заключены более чем за три года до возбуждения дела о банкротстве должника. Белый А.В. Отмечает, что Общество погасило задолженность перед Белым А.В. по договору займа от 28.07.2014 в размере 1 946 518,42 руб., на что было указано при подаче заявления. Заявитель отмечает, что срок возврата займа был установлен до 31.12.2017 и не истек на момент возбуждения дела о банкротстве должника. Кроме того, денежные средства по договорам займа перечислены в безналичном порядке путем банковского перевода, в подтверждение чего предоставлена выписка по счету ООО «Мойдом».

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем, в порядке ст.156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Представитель ООО «ВВП», конкурсный управляющий доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал, дополнительно указывая на то, что кредитор, будучи одним из участников и руководителем должника, создавал искусственный систематический оборот денежных средств, в том числе, посредством принятия самостоятельных решений о выплате себе доходов за счет Общества, с последующим перечислением денежных средств на условиях займа, тогда как участники Общества, при необходимости инвестирования в деятельность Общества, могли осуществить его докапитализацию за счет установленных законом способов, в том числе, путем внесения дополнительных вкладов в уставный капитал. Податель жалобы обращал внимание суда на то, что деятельность должника как на момент выдачи займов, так и впоследствии, носила убыточный характера, что подтверждается его бухгалтерской отчетностью, в связи с чем, заключение участником Общества договоров займа никак не отражалось на его финансовой деятельности и на покрытии убытков. Податель жалобы рассматривал взаимоотношения кредитора Белого А.А. с должником, применительно к заемным обязательствам, в качестве мнимых и носящих формальный характер и полагал, что достаточных оснований для включения требования кредитора в реестр требований должника не имеется.

Представитель Белого А.В. против удовлетворения апелляционной жалобы возражал. Просил судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Конкурсный управляющий должника не заявил мотивированный возражений по требованию кредитора и по доводам подателя жалобы, оставив разрешение вопроса на усмотрение суда.

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Из материалов дела следует, что решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.12.2017, резолютивная часть которого объявлена 13.12.2017, ООО «Мойдом» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден Рачковский Александр Юрьевич. Публикация сведений о признании должника банкротом и открытии конкурсного производства размещена в газете «Коммерсантъ» от 28.12.2017 №243.

Требование кредитора направлено в арбитражный суд 18.01.2018, о чем свидетельствует штамп арбитражного суда на заявлении, то есть в пределах двухмесячного срока со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства, установленного пунктом 1 статьи 142 Федерального закона Российской Федерации от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2018 решение суда первой инстанции от 14.12.2017 отменено, в отношении ООО «Мойдом» введена процедура наблюдения, исполняющим обязанности временного управляющего утвержден Рачковский Александр Юрьевич.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 07.09.2017 постановление апелляционного суда от 06.06.2018 отменено, решение суда от 14.12.2017 оставлено в силе.

Таким образом, требование рассматривается в процедуре конкурсного производства.

В силу пункта 6 статьи 16, статьи 100 Закона о банкротстве требования кредиторов рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. Исходя из указанных норм права, арбитражному суду необходимо по существу проверить доказательства возникновения задолженности и применения мер ответственности на основе положений норм материального права.

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей определяются на дату подачи в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом.

Согласно абзацу 4 статьи 2 Закона о банкротстве под денежным обязательством понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации, бюджетным законодательством Российской Федерации основанию. При наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр требований кредиторов.

Таким образом, для включения в реестр требований кредиторов должника кредитору необходимо доказать наличие у него денежного требования к должнику

В силу пункта 3 статьи 100 Закона о банкротстве внешний управляющий, представитель учредителей (участников) должника или представитель собственника имущества должника – унитарного предприятия, а также кредиторы, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника, вправе предъявить свои возражения относительно требований кредиторов.

При наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность соответствующих требований кредиторов и наличие оснований для включения указанных требований в реестр требований кредиторов (пункт 4 статьи 100 Закона о банкротстве). Учитывая специфику дел о банкротстве, при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Исходя из указанных выше норм права, арбитражному суду при рассмотрении требований кредиторов необходимо по существу проверить доказательства возникновения задолженности по обязательствам должника на основе положений норм материального права, в том числе дать оценку заявленным по требованию возражениям иных участвующих в деле лиц.

Из материалов дела следует, что кредитором Белым А.В. и должником были заключены следующие договоры: - договор займа от 06.04.2011 с дополнительным соглашением к нему от 31.12.2014 №1 заключен кредитором с ООО «Метр квадратный – Гатчина» (правопреемником которого является должник в результате реорганизации в форме присоединения к ООО «Мойдом», о чем сделана запись в ЕГРЮЛ от 12.08.2016), в соответствии с которым должнику были предоставлены заемные средства в размере 47 200 руб. беспроцентно на срок до 31.12.2017.

- договор займа от 13.12.2013 с дополнительным соглашением к нему от 14.05.2014 №1, в соответствии с которым должнику были предоставлены заемные средства в размере 25 300 000 руб. под 8% годовых на срок до 31.12.2017.

Должником денежные средства были возвращены частично в размере 307 670,05 руб., как указывает кредитор, задолженность по данному договору составляет 24 992 330 руб. основного долга, 8 080 136,50 руб. процентов за пользование займом;

- договор займа от 17.12.2013 с дополнительным соглашением к нему от 14.05.2014 №1, в соответствии с которым должнику были предоставлены заемные средства в размере 16 700 000 руб. под 8% годовых на срок до 31.12.2017.

Как указывает кредитор, должником денежные средства по данному договору возвращены не были, в связи с чем, у него перед кредитором образовалась задолженность в размере 16 700 000 руб. основного долга, 5 325 698,63 руб. процентов за пользование займом;

- договор займа от 17.12.2013 с дополнительным соглашением к нему от 14.05.2014 №1, в соответствии с которым должнику были предоставлены заемные средства в размере 16 700 000 руб. под 8% годовых на срок до 31.12.2017.

Как указывает кредитор, должником денежные средства возвращены не были, в связи с чем, у него перед кредитором образовалась задолженность в размере 16 700 000 руб. основного долга, 5 325 698,63 руб. процентов за пользование займом;

- договор займа от 18.12.2013 с дополнительным соглашением к нему от 14.05.2014 №1, в соответствии с которым должнику были предоставлены заемные средства в размере 5 995 000 руб. под 8% годовых на срок до 31.12.2017.

Как указывает кредитор, должником денежные средства возвращены не были, в связи с чем, у него перед кредитором образовалась задолженность в размере 5 995 000 руб. основного долга, 1 910 516,16 руб. процентов за пользование займом;

- договор займа от 28.07.2014 с дополнительным соглашением к нему от 31.12.2014 №1, в соответствии с которым должнику были предоставлены заемные средства в размере 7 000 000 руб. под 8% годовых на срок до 31.12.2017 платежным поручением от 30.07.2014 №369.

В заявлении кредитор ссылается на то, что должником денежные средства были возвращены частично в размере 1 946 518,42 руб., в связи с чем, у него перед кредитором образовалась задолженность в размере 5 053 481,58 руб. основного долга, 1 536 061,21 руб. процентов за пользование займом.

Согласно статье 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору займа одна сторона (займодавец) обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей такого же рода и качества.

Пунктом 2 статьи 811 ГК РФ установлено, что если договором займа предусмотрено возвращение займа по частям (в рассрочку), то при нарушении заемщиком срока, установленного для возврата очередной части займа, займодавец вправе потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с причитающимися процентами.

Судом установлено, что Белый А.В. являлся учредителем и единоличным исполнительным органом (генеральным директором) ООО «Мойдом» с 2007 года.

В силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

Как указано в правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 06.07.2017 №308-ЭС17-1556 (1), по смыслу указанной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе, по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи, как указал ВС РФ, при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе, на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника.

В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

Судом апелляционной инстанции принимается во внимание, что основным видом деятельности ООО «Мойдом» являлась розничная торговля бытовыми изделиями, строительными материалами и т.п. За 2014 год Белый А.В. получил от ООО «Мойдом» доходы в сумме 3 079 392 руб., что подтверждается платежными поручениями по уплате ООО «Мойдом» НДФЛ за последнего, за 2014 год на сумму 400 321 руб. Остальные представленные Белым А.В. сведения по оплате ООО «Мойдом» содержат назначение платежа: НДФЛ за 2014г, без указания «за Белого А.В.». При этом непокрытый убыток ООО «Мойдом» на конец 2013 года составлял 332 290 000 рублей, а на конец 2014 года - в размере 472 307 000 руб. Об иных источниках финансирования доходов Белого А.В. в 2013 и 2014 доказательств в материалы дела не представлены.

Договоры займа, на основании которых заявил свои требования Белый А.В., были заключены в декабре 2013 и в июле 2014, являлись беспроцентными и краткосрочными (срок возврата менее 6 месяцев).

Кредитор, будучи при этом единоличным органом управления должника, после наступления срока возврата займа продлил срок возврата до 31.12.2017, заключив с Обществом дополнительные соглашения, определив 8% годовых за продление сроков пользования денежными средствами.

Вместе с тем, анализ указанных договоров займа и дополнительных соглашений к ним указывает на то, что должник свои обязательства по возврату денежных средств должным образом не выполнял, однако Белый А.В. продолжал кредитовать должника. Доказательств обращения в суд с исковым требованием о взыскании суммы долга в материалы дела не представлено, с требованием к Обществу о возврате заемных денежных средств Белый А.В. обратился только после введения процедуры конкурсного производства, в условиях ее инициации по упрощенной процедуре ликвидируемого должника.

По мнению суда апелляционной инстанции, совокупность действий и поведения Белого А.В., который изначально, заключая договоры займа, не включал условие о процентах, а затем, не получая возврата денежных средств, продлевал срок возврата денежных средств, позволяет критически отнестись к указанным действиям и рассматривать их как действия, обусловленные заинтересованностью между кредитором и должником, применительно к их корпоративному характеру. Как полагает апелляционный суд, вызывает сомнение факт того, что при прочих равных условиях кредитор заключал бы договоры займа на таких условиях с иными сторонними лицами, следовательно, в рассматриваемом споре имеет место наличие корпоративных отношений между кредитором и должником.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что экономическая природа займа, предоставляемого участником подконтрольному ему Обществу, отлична от займа, предоставляемого заимодавцем неаффилированному заемщику.

Участник и одновременно генеральный директор (единоличный исполнительный орган) общества может по своему усмотрению изменять условия договора займа: увеличить или уменьшить срок предоставления денежных средств, дополнить договор условием о начисляемых процентах, а также в любой момент получить от должника признание долга, что исключит истечение срока исковой давности в соответствии со статьей 203 ГК РФ.

Кроме того при данных обстоятельствах нельзя исключать, что договора займа были прекращены надлежащим исполнением или иным предусмотренным законом способом.

Учитывая повышенные стандарты доказывания в рамках рассмотрения требований кредиторов в делах о банкротстве, обусловленные оценкой взаимоотношений ряда кредиторов с должником в качестве корпоративных по различным признакам и условиям, как полагает апелляционный суд, при наличии сомнений в реальности договора займа исследованию подлежат доказательства, свидетельствующие об операциях должника с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета должника), в том числе об их расходовании.

В предмет доказывания в указанных случаях входит изучение обстоятельств, подтверждающих фактическое наличие у заимодавца денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки; сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные доказательства передачи денег должнику.

По общему правилу в бухгалтерской отчетности отражаются все займы, учитываемые обществом.

В материалы обособленного спора не представлены доказательства надлежащего отражения в бухгалтерской отчетности должника задолженности перед Белым А.В. по договорам займа. Доказательства того, что суммы займа были получены должником и истрачены на нужды общества, также не представлены ни в суд первой инстанции, ни в суд апелляционной инстанции.

Налоговые декларации, которые бы подтвердили наличие у Белого А.В. реального дохода, позволяющего ему совершать сделки, связанные с распоряжением денежными средствами в значительных размерах, превышающих десятки миллионов рублей, не представлены.

Выписка об операциях по счетам ООО «Мойдом» представлена только по одному счету общества и только за период с 01.12.2013 по 31.12.2013.

В соответствии с абзацем 5 и 9 пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о введении процедуры наблюдения не допускаются удовлетворение требований учредителя (участника) должника о выделе доли (пая) в имуществе должника в связи с выходом из состава его учредителей (участников), выкуп либо приобретение должником размещенных акций или выплата действительной стоимости доли (пая), также не допускается выплата дивидендов, доходов по долям (паям), а также распределение прибыли между учредителями (участниками) должника.

Согласно пункту 7 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации оставшееся после удовлетворения требований кредиторов имущество юридического лица передается его учредителям (участникам), имеющим вещные права на это имущество или обязательственные права в отношении этого юридического лица, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или учредительными документами юридического лица.

Права и обязанности участников хозяйственного товарищества или общества определены в статье 67 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно пункту 1 которой участники хозяйственного товарищества или общества вправе получать в случае ликвидации товарищества или общества часть имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами, или его стоимость.

В силу пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве требование учредителя (участника) должника может быть удовлетворено только за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований всех других кредиторов.

По смыслу указанных правовых норм требование участника ликвидируемого хозяйственного общества не могут конкурировать с обязательствами должника перед иными кредиторами - участниками гражданского оборота: участники должника вправе претендовать лишь на часть имущества ликвидируемого общества, оставшегося после расчетов с другими кредиторами.

Данный порядок предопределен тем, что именно участники общества - должника ответственны за эффективную деятельность самого общества и, соответственно, несут определенный риск наступления негативных последствий своего управления им.

04.10.2017 внеочередным собранием участников ООО «Мойдом» было принято решение о ликвидации Общества. Ликвидатором был назначен Белый Андрей Викторович, что свидетельствует о том, что Белый А.В. готов был ликвидировать Общество, долг которого перед ним составлял 52 788 011, 53 руб. со сроком погашения до 31.12.2017. Белый А.В. не предъявил требование о возврате денежных средств по договорам займа, что позволяет усомниться в реальности заключенных договоров, с установлением признаков формальности их совершения. Как полагает апелляционный суд, в условиях оценки соответствующих отношений, связанных с иными участниками предпринимательской деятельности, не обусловленные корпоративной заинтересованностью (аффилированностью), добросовестный кредитор первоначально обратился бы с требованием о добровольном возврате суммы займа в порядке претензионного порядка, а затем реализовал право на судебную защиту, направленное на возврат денежных средств. В рассматриваемом споре, доказательств того, что Белый А.В. до инициации процедуры банкротства Общества совершал указанные действия и реализовал право на судебную защиту, не представлено. Белый А.В. обратился только с заявлением о включении его требования в реестр требований кредиторов должника, в условиях конкурсного производства в деле о банкротстве Общества.

Включение требования Белого А.В. в реестр требований кредиторов приведет либо может привести к тому, что лицо, обладающее общностью экономических интересов с должником и осуществлявшего корпоративный контроль за его деятельностью, приобретет возможность контролировать ход дела о банкротстве и получить часть распределяемой конкурсной массы, то есть конкурировать с независимыми кредиторами. Однако подобная ситуация является недопустимой, поскольку участники должника имеют возможность определять управленческие решения, принимаемые должником.

В связи с этим контролирующие должника лица, в частности его участники и бывшие органы управления, несут риск хозяйственной деятельности Общества и риск доведения его до банкротства больший, чем независимые кредиторы, у которых отсутствует возможность влиять на принятие вышеназванных управленческих решений. В свою очередь, надлежащей правовой формой финансирования уставного капитала общества с ограниченной ответственностью является внесение в него дополнительных вкладов в порядке статьи 19 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Суд апелляционной инстанции полагает, что предоставление денежных средств по договорам займа, при отсутствии у Общества чистой прибыли от своей деятельности и значительного убытка в течение всего периода действия заемных обязательств (что предполагало невозможность исчисления дивидентов), свидетельствует о намерении Белого А.В. компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника в качестве контролирующего должника лица, в том числе использование конструкции заемных обязательств в условиях искусственного денежного оборота за счет получаемых от Общества выплат и последующего их предоставления в качестве займа, в целях наращивания кредиторской задолженности в значительном объеме, в условиях последующего контроля за процедурой банкротства.

Исходя из характера правоотношений заявителя с Обществом, с учетом фактических обстоятельств формирования соответствующих обязательств заемного характера и расходования денежных средств до введения процедур банкротства, в условиях осуществления корпоративного контроля, отношения заявителя и должника могут быть в процедуре банкротства квалифицированы в качестве отношений, определяющих искусственное наращивание кредиторской задолженности посредством оформления по существу притворной сделки, прикрывающей корпоративный характер обязательств.

Таким образом, как полагает апелляционный суд, в рассматриваемом споре имеются основания для отказа в защите права заявителя в виде отказа во включении требования в реестр требований кредиторов должника ООО «Мойдом» в размере 69 610 424,03 руб.

При изложенных обстоятельствах, определение суда первой инстанции подлежит отмене, с принятием апелляционным судом иного судебного акта об отказе в удовлетворении заявления кредитора о включении в реестр требований должника.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.10.2018 по делу № А56-78090/2017/тр25 отменить.

Принять по делу новый судебный акт.

В удовлетворении заявления Белого Андрея Викторовича о включении требования в размере 69 610 424,03 руб. в реестр требований кредиторов должника ООО «Мойдом» отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


И.Ю. Тойвонен



Судьи


К.Г. Казарян


Л.С. Копылова