Постановление от 17 декабря 2018 г. по делу № А65-33381/2017

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения,

не вступившего в законную силу



17 декабря 2018 года Дело № А65-33381/2017


Резолютивная часть постановления объявлена 10 декабря 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 17 декабря 2018 года.


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сафаевой Н.Р.,

судей Александрова А.И., Садило Г.М.,

при ведении протокола помощником судьи Холмецкой Е.А.,

с участием:

представителя ФИО1 - ФИО2, действующей по доверенности от 12.06.2017,

представителя финансового управляющего ФИО3 - ФИО4, действующей по доверенности от 04.04.2018,

представителя ФИО5 - ФИО6, действующего по доверенности от 23.04.2018 № 16АА 4505446,

представителя ФИО7 - ФИО8, действующего по доверенности от 28.11.2017 № 16АА 4128745,

Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Татарстан, общество с ограниченной ответственностью «Банк Аверс», надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале № 4 путем использования систем видеоконференц-связи материалы дела № А65-33381/2017 (судья Хасанов А.Р.)

по заявлению (вх.10145) финансового управляющего должника ФИО1 ФИО3

к ФИО5

о признании недействительной сделки от 29 апреля 2016 года, совершенной между ФИО1 и ФИО5, по отчуждению жилого дома с кадастровым номером 16:24:090201:9777 и земельного участка с кадастровым номером 16:24:090201:805, расположенных по адресу: Республика Татарстан, Лаишевский район, с/<...>, и применении последствий недействительности сделки,

о признании права собственности за ФИО1,

с участием третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора: Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Татарстан,

ФИО7,

общества с ограниченной ответственностью «Банк Аверс»,




УСТАНОВИЛ:

Публичное акционерное общество «Тимер-банк» обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) гражданина ФИО1.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.10.2017 заявление о признании должника банкротом принято к производству.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.04.2018 гражданин ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации его имущества.

Финансовым управляющим гражданина ФИО1 утвержден ФИО3.

Финансовый управляющий ФИО3 обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании недействительной сделки от 29 апреля 2016 года, совершенной между ФИО1 и ФИО5, по отчуждению жилого дома с кадастровым номером 16:24:090201:9777 и земельного участка с кадастровым номером 16:24:090201:805, расположенных по адресу: Республика Татарстан, Лаишевский район, с/<...>, и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.05.2018 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Татарстан.

Определением суда Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.06.2018 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО7.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.07.2018 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Банк Аверс».

В дальнейшем финансовый управляющий подал дополнения к заявлению, в которых он изменил просительную часть заявления в части применения последствий недействительности сделки, просил применить последствия недействительности сделки в виде возврата жилого дома и земельного участка в конкурсную массу должника.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.09.2018 заявление финансового управляющего удовлетворено. Договор купли-продажи земельного участка и жилого дома от 29 апреля 2016 года, заключенный между ФИО1 и ФИО5, признан недействительной сделкой, применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО5 возвратить в конкурсную массу должника зарегистрированные за ним спорные жилой дом и земельный участок.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО Банк «Аверс» обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, с учетом дополнительных пояснений к ней, в которых просит отменить обжалуемое определение, вынести новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных финансовым управляющим требований.

ФИО5 также обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое решение, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в связи с неизвещением о времени и месте судебного заседания суда первой инстанции третьего лица ФИО7, суд перешел к рассмотрению настоящего дела по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дел в суде первой инстанции.

В судебном заседании представители ФИО5, ФИО7, ФИО1 просили отказать в удовлетворении исковых требований.

Представитель финансового управляющего просил удовлетворить исковые требования, уточнив просительную часть заявления в части применения последствий недействительности сделки: просил применить последствия недействительности сделки в виде возврата жилого дома и земельного участка в конкурсную массу должника.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для отмены судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции в виду следующего.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X данного Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

Из материалов дела следует, что 26.04.2016 между ФИО1 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключен договор купли - продажи жилого дома с земельным участком №7904/455, согласно которому покупатель приобретает в собственность у продавца, а продавец продает жилой дом и земельный участок, находящиеся по адресу: Республика Татарстан, Лаишевский район, с/<...>. По договору купли-продажи отчужден жилой дом с кадастровым номером 16:24:090201:9777, площадью 278,2 кв.м; земельный участок с кадастровым номером 16:24:090201:805, площадью 462 кв.м.

В соответствии с пунктом 1.4 жилой дом с земельным участком оценивается сторонами и продается по цене 21 751 000 рублей.

Разделом 3 предусмотрен порядок расчетов между покупателем и продавцом, согласно которому денежная сумма в размере 21 751 000 рублей в счет уплаты за приобретаемый дом с земельным участком выплачивается покупателем как за счет собственных средств покупателя, так и за счет средств предоставляемого ипотечного кредита по договору, при чем уплата денежных средств осуществляется в два этапа: аванс в размере 6 751 000 рублей в наличном порядке по расписке, оставшаяся часть производится в безналичном порядке.

Арбитражный управляющий, выявив в ходе процедуры банкротства должника ФИО1 указанную сделку, обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании ее недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, части 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пунктах 5 и 6 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации разъяснил следующее. Для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в частности, если сделка совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании оценки представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статьи 67, 68, 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд первой инстанции, признавая сделку недействительной, пришел к выводу о том, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов презюмируется применительно к оспариваемой сделке постольку, поскольку сделка была совершена по цене значительно отличающейся в меньшую сторону от рыночных цен на реализованное имущество, а также между заинтересованными лицами, которые приходятся друг другу родственниками (ФИО9 является дядей ФИО5). Кроме того суд поставил под сомнение факт произведенной оплаты по сделке наличными денежными средствами в сумме 6 751 000 рублей за недоказанностью финансового положения покупателя на дату совершения сделки, которое позволяло бы произвести расчеты в указанной денежной сумме.

Между тем судом первой инстанции не было учтено, что установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 6 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В процессе рассмотрения дела указанные презумпции были опровергнуты участвующими в деле лицами.

В частности, был опровергнут безвозмездный характер совершенной сторонами сделки. Оплата, произведенная по договору купли-продажи, подтверждается документами, имеющимися в материалах дела. ФИО5 оплатил ФИО1 15 000 000 рублей за счет средств ипотечного кредита, полученного в ООО Банк «Аверс», что подтверждается платежным поручением № 001 от 29.04.2016. В назначении платежа указано: для зачисления на счет ФИО1 по договору купли-продажи жилого дома и земельного участка № 7904/455 от 29.04.2016 (т. 2 л.д. 108). Данное платежное поручение было исполнено банком, денежные средства поступили в распоряжение продавца.

Кроме того в материалы дела представлена расписка от 29.04.2016, согласно которой ФИО1 получил от ФИО5 6 751 000 рублей (т. 2 л.д. 109). В качестве доказательств финансовых возможностей покупателя по приобретению спорного имущества в дело представлены декларация ФИО5 по УСН за 2016 год, подтверждающая, что в 2016 году налогоплательщик осуществлял предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, доход от которой составил 1 258 000 рублей (т. 2 л.д.229-232), а также справки Банка ВТБ от 08.08.2018 №511 и № 512, подтверждающие обороты по банковским счетам ФИО5 в период с 01.12.2015 по 30.04.2016, из которых следует, что по одному из счетов покупателя в указанный период было произведено зачисление денежных средств на общую сумму 8 407 928 рублей 95 копеек, списание на сумму - 8 126 953 рубля 63 копейки, а по второму счету: зачисление на сумму 8 413 434 рубля 62 копейки, списание - 8 126 986 рублей 47 копеек, с сохранением остатка на сумму 350 776 рублей 85 копеек (т. 2 л.д. 227-228). Кроме того в процессе рассмотрения дела представитель третьего лица ООО Банк «Аверс» неоднократно указывал на то, что до выдачи банком кредита ФИО5 было проверено финансовое положение заемщика и установлено, что его сумма дохода за 2015 год составила 5 820 000 рублей, что позволило отнести данного заемщика к высшей категории качества в рамках оценки кредитного риска.

Представитель ФИО5 в апелляционном суде пояснил, что источником денежных средств для проведения наличных расчетов по оспариваемому договору стали доходы от предпринимательской деятельности, которая велась им в 2016 году, и накопления предыдущих лет, сохраняемые в том числе на счетах в Банке ВТБ. Представитель должника в свою очередь подтвердил произведенный с продавцом расчет по сделке в полном объеме.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о безденежности совершенной сделки является ошибочным и опровергается материалами дела.

Доводы финансового управляющего о том, что встречное исполнение по оспариваемому договору являлось неравноценным, в подтверждение чего было представлено заключение оценщика ООО «Аудиторская фирма «Аудит-Инвест», отклоняются судом как несостоятельные. Согласно заключению оценщика ООО «Аудиторская фирма «Аудит-Инвест» №22/02 от 28.08.2018 обоснованная рыночная цена проданного имущества по оспариваемой сделке составляет 27 860 843 рубля (т. 3 л.д. 107-181).

Как следует из представленного отчета, оценщиком при расчете рыночной цены объекта был применен корректирующий коэффициент «Отношение удельной цены жилого дома, расположенными рядом с объектами, повышающими стоимость объекта (водоем, лес, транспортная доступность и т.д.), к удельной цене такого же дома, расположенного на удалении от них». Принятое значение коэффициента составило 1,21, что является максимально допустимым коэффициентом, при том что в отчете оценщиком не было приведено обоснования применения максимального коэффициента к дому, отдаленному от объектов, повышающих стоимость жилого строения. Данное обстоятельство послужило основанием для обращения ООО Банк «Аверс» - залогодержателя спорного имущества с жалобой на действия оценщика в Общероссийскую общественную организацию «Российское общество оценщиков».

По результатам рассмотрения жалобы Общероссийской общественной организацией «Российское общество оценщиков» в порядке статьи 24.3 Федерального закона «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» была проведена внеплановая проверка, в ходе которой подтвердился указанный в жалобе факт не обоснованного применения оценщиком максимального значения из расширенного диапазона в размере 1,21 для домов, расположенных не на первой линии. Таким образом, выводы, изложенные в отчете об оценке ООО «Аудиторская фирма «Аудит-Инвест», не могут быть использованы для подтверждения доводов финансового управляющего о неравноценности встречного предоставления по сделке.

Вместе с тем в материалах дела имеется отчет об оценке рыночной стоимости жилого дома с земельным участком по состоянию на 25.03.2016, выполненный ООО «Бизнес-оценка «Капитал» в целях рассмотрения Банком «Аверс» заявки ФИО5 на ипотечное кредитование приобретения спорного имущества, из которого следует, что рыночная цена имущества, приобретенного по оспариваемой сделке, на дату, максимально приближенную к дате заключения сделки, составляла 21 751 000 рублей (т. 3 л.д. 42-106). Указанная цена и была принята сторонами сделки в качестве цены отчуждения имущества по договору от 29.04.2016.

Действующее законодательство не содержит конкретных критериев определения неравноценности встречного предоставления по оспариваемой сделке другой стороной сделки. Но по общему правилу, выработанному правоприменительной практикой, неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу норм статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации финансовый управляющий, заявляющий о неравноценном встречном представлении по оспариваемой сделке, обязан доказать такую неравноценность, чего однако не было сделано в установленном порядке в рамках настоящего обособленного спора.

С учетом имеющегося в деле отчета оценщика ООО «Бизнес-оценка «Капитал» о рыночной цене отчужденного по сделке имущества, который не был в установленном порядке признан недостоверным документом, не имеющим доказательственного значения по делу, апелляционный суд признает, что имущество по оспариваемому договору продано при равноценном встречном исполнении.

Довод о заинтересованности сторон в совершении сделки, на которую указывает финансовый управляющий, сам по себе не свидетельствует о том, что стороны действовали исключительно с целью причинить вред кредиторам и не преследовали иные законные экономические цели. Аффилированность сторон сделки не исключает наличие между ними фактических отношений и сама по себе не свидетельствует о наличии в действиях контрагентов признаков злоупотребления правом и направленности их действий на реализацию связей личного характера.

В процессе рассмотрения дела финансовым управляющим должника также не было доказано второе обязательное условие, с которым законодатель связывает установление цели причинения вреда имущественным правам кредитора при совершении сделки, а именно: наличие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника на момент совершения сделки.

Как следует из материалов дела, оспариваемая сделка была совершена сторонами 29.04.2016, производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника было возбуждено 23.10.2017, то есть спустя полтора года после совершения сделки.

В пункте 6 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» даны разъяснения о том, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества представляет собой превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособностью признается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В материалы дела финансовым управляющим не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что по состоянию на 29.04.2016 размер денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей ФИО1 превышал стоимость его имущества (активов), а также о том, что ФИО1 было прекращено на дату совершения сделки исполнение денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью у него денежных средств.

В соответствии с вышеизложенным оснований для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не имеется.

Суд апелляционной инстанции также не может согласиться с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для признания оспариваемой сделки должника недействительной в соответствии со статьями 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно абзацу 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действующей в период заключения договора, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Таким образом, по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Наличие данных обстоятельств должен доказать заявитель.

Признавая сделку недействительной по основаниям статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции указал, что в результате передачи имущества должника в собственность покупателя по существенно заниженной цене и в отсутствие встречного представления, произошло незаконное выбытие активов, повлекшее невозможность погашения требований кредиторов должника, что является злоупотреблением правом и должно быть квалифицировано как ничтожная сделка.

Однако, как было указано выше, материалами дела не подтвержден факт отчуждения имущества по существенно заниженной цене, а также совершение сделки в отсутствие встречного представления, напротив представленными в дело доказательствами подтвержден как факт отчуждения имущества по рыночной цене, так и факт произведенных между сторонами расчетов по сделке в полном объеме, в связи с чем выводы суда в этой части являются противоречащими представленным в материалы дела доказательствам

Утверждения финансового управляющего должника о совершении обжалуемого договора купли-продажи с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц, опровергаются материалами дела.

Оспаривая сделку, финансовый управляющий также ссылался на ее притворный характер и заявлял о ничтожности такой сделки в силу норм части 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции вопреки правовым основаниям, заявленным финансовым управляющим в заявлении об оспаривании сделки, рассмотрел требования применительно к нормам части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, признав такую сделку мнимой. При этом суд исходил из того, что фактически сделка была совершена на иных условиях, отличных от тех, которые были предусмотрены в договоре купли-продажи. В частности, имущество было продано по цене значительно отличающейся от цены, указанной в договоре, учитывая, что наличный расчет между сторонами фактически произведен не был и его проведение стороны изначально не предполагали при заключении договора.

Согласно части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Часть 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации применяется в том случае, когда стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения. Для обоснования мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении. Если намерений обеих сторон договора не исполнять указанную сделку не выявлено, то правовых оснований для признания этого договора мнимым не имеется.

Из материалов дела следует, что после приобретения имущества ФИО5 произвел ремонт жилого дома, совместно с членами своей семьи вступил в фактическое владение и пользование приобретенным имуществом, осуществляет постоянное проживание в нем, ведет в нем личное хозяйство, уплачивает налог на имущество и земельный налог в отношении приобретенных объектов недвижимости. ФИО1 напротив каких-либо правомочий в качестве собственника имущества с даты совершения сделки не осуществляет. Указанное свидетельствует о том, что воля сторон сделки при ее совершении была направлена на создание именно тех правовых последствий, которые возникают при совершении подобного рода сделок по отчуждению имущества и связаны с переходом права собственности на предмет сделки от одного лица (продавца) к другому лицу (покупателю).

Таким образом, оснований для признания оспариваемой сделки в качестве мнимой у суда первой инстанции не имелось.

В соответствии с частью 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворной сделкой является сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях.

Совершение притворной сделки не направлено на достижение определенного правового результата, то есть стороны не собирались исполнить сделку уже в момент ее совершения, действия сторон фактически имели в виду создание правовых последствий сделкой, которая ими прикрывается.

Обосновывая притворный характер совершенной сделки, финансовый управляющий указывал, что фактически сделка совершена на иных условиях, чем условия, указанные в ней, касающиеся цены отчуждаемого имущества. По утверждению заявителя, фактически сделка носила безвозмездный характер, оплата со стороны покупателя в пользу продавца не поступала.

Согласно статье 572 Гражданского кодекса по договору дарения передача имущества осуществляется безвозмездно, обязательным признаком договора является ясно выраженное намерение дарителя передать имущество одаряемому в качестве дара.

Отказывая в удовлетворении требования о признании договора недействительным по приведенным заявителем правовым основаниям, апелляционный суд исходит из того, что текст договора купли-продажи не содержит ясно выраженного намерения совершить безвозмездную передачу имущества, из условий договора купли-продажи прямо следует, что он является возмездным. Последующие действия сторон по передаче и оплате имущества свидетельствуют о том, что воля сторон при заключении договора была направлена на достижение правовых последствий, возникающих из сделки купли-продажи. Рыночная стоимость имущества определена независимым оценщиком. Занижения цены имущества не установлено.

Таким образом, правовые основания для квалификации сделки в качестве притворной у суда также отсутствуют.

Кроме того, судом первой инстанции не было учтено, что имущество, являющееся предметом оспариваемой сделки, находится в залоге у ООО Банк «Аверс», в связи с чем возврат продавцу недвижимости, обремененной залогом добросовестного залогодержателя, в полной мере не восстанавливает его имущественное положение, как и не восстанавливает прав его кредиторов в рамках избранного финансовым управляющим способа защиты.


Неполное выяснение судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд первой инстанции посчитал установленными, неправильное применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права влечет отмену определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.09.2018 с принятием судебного акта об отказе в удовлетворении заявления.

Судебные расходы по оплате госпошлины распределены по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации путем их отнесения на сторону, проигравшую судебный спор.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

апелляционные жалобы ФИО5, общества с ограниченной ответственностью «Банк Аверс» удовлетворить.

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.09.2018 по делу № А65-33381/2017 отменить.

В удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО3 к ФИО5 о признании недействительным сделки от 29 апреля 2016 года, совершенной между ФИО1 и ФИО5, по отчуждению жилого дома с кадастровым номером 16:24:090201:9777 и земельного участка с кадастровым номером 16:24:090201:805, расположенных по адресу: Республика Татарстан, Лаишевский район, с/<...>, и применении последствий недействительности сделки, отказать.

Взыскать с ФИО1 (ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину по заявлению в размере 6 000 (Шесть тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО1 (ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Банк Аверс» (ОГРН <***>, ИНН <***>) государственную пошлину по апелляционной жалобе в размере 3 000 (Три тысячи) рублей.

Взыскать с ФИО1 (ИНН <***>) в пользу ФИО5 государственную пошлину по апелляционной жалобе в размере 3 000 (Три тысячи) рублей.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий месяца, в Арбитражный суд Поволжского округа.



Председательствующий Н.Р. Сафаева



Судьи А.И. Александров



Г.М. Садило