Постановление от 26 декабря 2024 г. по делу № А65-20360/2024

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

принятого в порядке упрощенного производства

Дело № А65-20360/2024
город Самара
27 декабря   2024 года
11АП-15095/2024


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Митиной Е.А., рассмотрев без вызова сторон апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 августа 2024 года в виде резолютивной части (мотивированное решение от 23 сентября 2024 года), принятое в порядке упрощенного производства, по делу № А65-20360/2024 (судья Пармёнова А.С) по иску Общества с ограниченной ответственностью "Зингер Спб" к индивидуальному предпринимателю ФИО1,

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки, судебных издержек,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "Зингер Спб", г.Санкт-Петербург (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1, Алькеевский район, с.Базарные Матаки (далее - ответчик)  о  взыскании компенсации в размере 50 000,00 руб. за на нарушение исключительных прав на товарные знаки № 266060 и № 2933431, судебных издержек в сумме 8 406,00 руб., состоящих из расходов на приобретение спорного товара в размере 40,00 руб., расходов на фиксацию правонарушения в размере 8 000,00 руб., расходов на получение выписки из ЕГРИП в размере 200,00 руб. и почтовых расходов в размере 166,00 руб.

В ходе судебного разбирательства истец увеличил исковые требования, просил суд взыскать с ответчика компенсацию за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 266060 в размере 62 500 руб.

Арбитражным судом на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принято увеличение  заявленных требований до суммы 62 500 руб.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса РФ дело рассмотрено в порядке упрощенного производства. При этом материалы дела в электронном виде были размещены в режиме ограниченного доступа в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (часть 2 статьи 228 Кодекса).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 августа 2024 года в виде резолютивной части (мотивированное решение от 23 сентября 2024 года) увеличение истцом размера исковых требований на основании заявления  (вх. № 16742), согласно которому истец просил взыскать с ответчика 62500 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №266060, принято в порядке ст. 49 АПК РФ; исковые требования удовлетворены  частично: с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу Общества с ограниченной ответственностью "Зингер Спб" взыскано  31 250 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №266060, 40 руб. расходов на приобретение спорного товара, 100 руб. расходов по государственной пошлине за получение выписки из ЕГРИП, 290 руб. 50 коп. почтовых расходов и 1 250 руб. расходов по оплате государственной пошлины; с Общества с ограниченной ответственностью "Зингер Спб" в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 500 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ИП ФИО1 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции и  принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В апелляционной жалобе заявитель ссылается на недоказанность истцом факта нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак; выражает несогласие с размером заявленной истцом компенсации, считая его завышенным, просит снизить размер компенсации до 500 руб.

В отзыве  на апелляционную жалобу истец  просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу ответчика - без удовлетворения.

  В соответствии со статьей 272.1. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам.  Дополнительные доказательства по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, арбитражным судом апелляционной инстанции не принимаются.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещены арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и особенностями, установленными для рассмотрения дел в порядке упрощенного производства.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверяется   апелляционным  судом в соответствии  со статьями  266 - 271, 272.1. Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследуя доказательства по делу, изучив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, отзыве на апелляционную жалобу, арбитражный апелляционный суд приходит к следующим выводам.

 Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, истцу принадлежат исключительные права на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 266060 (дата приоритета 03 июля 2000 года, срок действия исключительного права продлён до 03.07.2030), зарегистрированный в отношении товаров, в том числе, указанных в 8 классе Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ): кусачки для удаления заусенцев; кусачки; наборы маникюрных инструментов; ножницы для ногтей [электрические или неэлектрические]; ножницы и №293431 (дата регистрации 02.08.2005 года, срок действия исключительного права продлен до 25.06.2024 года).

Обосновывая исковые требования, истец ссылался на то, что представителем истца 13.08.2021 в торговой точке, расположенной по адресу: <...>, был установлен и зафиксирован факт предложения к продаже и реализации от имени ответчика – предпринимателя ФИО1 товара -маникюрные инструменты (пинцет), имеющего технические признаки контрафактности, на упаковке которых присутствует обозначение «Zinger», схожее до степени смешения с товарным знаком истца № 266060.

В подтверждение факта купли-продажи названных товаров истец представил товарную накладную от 13.08.2021 на сумму 40 рублей.

Считая, что действиями ответчика по продаже контрафактного товара нарушены исключительные права истца на принадлежащий ему товарный знак, истец направил в адрес ответчика претензию с требованием добровольно возместить причинный ущерб в виде компенсации по факту нарушения исключительных прав.

Досудебную претензию истца ответчик оставил без удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца в суд.

На основании пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее- ГК РФ), результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются фирменные наименования; товарные знаки и знаки обслуживания; наименования мест происхождения товаров; коммерческие обозначения.

Согласно п. 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение,   служащее   для   индивидуализации   товаров   юридических   лиц   или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 данного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак).

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Таким образом, средство индивидуализации (товарный знак) может быть не только размещено на товаре, но и выражено в товаре иным способом.

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Исходя из предмета и оснований заявленных требований в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения.

Вопросы о наличии у истца исключительного права и об использовании его ответчиком (нарушении ответчиком исключительного права) являются вопросами факта, которые устанавливаются судом в пределах полномочий, предоставленных им Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, на основании исследования и оценки представленных сторонами в обоснование своих требований и возражений доказательств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2016 N 305-ЭС16-7224 по делу N А40-26249/2015).

Материалами дела подтверждено наличие у истца исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 266060.

Согласно п. 75  Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. N 10 вопрос об оценке товарного знака, исключительное право на который принадлежит правообладателю, и обозначения, выраженного на материальном носителе, на предмет их сходства до степени смешения не может быть поставлен перед экспертом, так как такая оценка дается судом с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными знаниями адресата товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак (далее - обычный потребитель), с учетом пункта 162 настоящего постановления.

В соответствии с пунктом 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Сравниваемые обозначения на контрафактном товаре, приобретенном у ответчика, и товарный знак истца содержат визуальное и графическое сходство, сходство внешней формы, одинаковое смысловое значение, словесное обозначение совпадает с зарегистрированным товарным знаком истца.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными названным Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

Истец не передавал ответчику право на использование товарного знака. Иное ответчиком не доказано (статья 65 АПК РФ).

Доводы заявителя жалобы о недоказанности факта нарушения исключительных прав истца ответчиком судом апелляционной инстанции отклоняются.

В подтверждение факта реализации контрафактного товара ответчиком в материалы дела истцом были представлены: товарная  накладная от 13.08.2021 на сумму 40 рублей с печатью с указанием ФИО и ИНН ответчика, видеозапись процесса закупки, позволяющая определить время, место распространения товара, а также обстоятельства покупки, подтверждающие в силу ст. 493 ГК РФ заключение истцом и ответчиком договора розничной купли-продажи в надлежащей форме.

Видеосъемка произведена в целях самозащиты гражданских прав на основании ст. ст. 12, 14 ГК РФ.

В пункте 6 Информационного письма от 13.12.2007 N 122 Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности" указано, что доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи могут выступать кассовый чек, отчет частного детектива, свидетельские показания, контрафактный диск с записью и отличающийся от лицензионного диска внешним видом обложки и наклейки на диск, отсутствием средств индивидуализации, сведений о правообладателе и производителе.

С учетом указанных разъяснений, доказательством незаконного распространения контрафактной продукции может быть как одно из перечисленных доказательств, признаваемых в качестве допустимых, так и их совокупность.

Исследовав видеозапись процесса продажи товара, апелляционный суд соглашается с выводом суда первой  инстанции о соответствии отображенных на видеозаписи товарного чека от 13.08.2021 года и товара, представленным в материалы дела письменным (чек) и вещественным (товар) доказательствам.

Перечисленные обстоятельства свидетельствуют о правомерности вывода обжалуемого решения о том, что представленные в материалы дела доказательства в своей совокупности и взаимосвязи, полностью подтверждают факт реализации ответчиком контрафактного товара.

Заявлений в порядке ст. 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о фальсификации доказательств ответчиком сделано не было.

Таким образом, доказательств (сведений) в подтверждение своих возражений, которые ставили бы под сомнение достоверность доказательств истца, ответчик суду не предоставил.

В материалах дела отсутствуют также доказательства того, что спорный товар был введен в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем (истцом) или с его согласия, как и не представлены доказательства того, что согласно представленному истцом чеку ответчик реализовал иной товар, нежели представленный в материалы дела истцом.

При таких обстоятельствах, поскольку доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика права на реализацию в предпринимательских целях спорных объектов интеллектуальной собственности, в деле не имеется, обоснован суда первой инстанции вывод о том, что, осуществляя продажу спорного товара без согласия правообладателя, ответчик нарушил исключительные права последнего.

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными названным Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

В пункте 3 статьи 1252 ГК РФ указано, что в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

При этом согласно п. 4 ст. 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (пункт 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, пункт 59 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10).

Истец с учетом уточнения исковых требований просил взыскать компенсацию в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Суд первой инстанции, определяя размер компенсации, исходил из следующего.

Истцом заявлено требование о взыскании компенсации на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, исходя из цены права использования принадлежащего ему товарного знака, установленной лицензионным договором от 11.08.2021, заключенным с ИП ФИО2

По условиям представленного истцом лицензионного договора от 11.08.2021 истец предоставил лицензиату право на использование товарного знака по свидетельству № 266060 в отношении товаров 08 класса и услуг 35 класса Международной классификации товаров и услуг: 08 - кусачки для ногтей; кусачки для удаления заусенцев; наборы маникюрных инструментов; наборы педикюрных инструментов; ножницы; пилочки для ногтей; пинцеты; полировальные приспособления для ногтей (электрические или неэлектрические); щипцы для ногтей; щипцы для удаления заусенцев; щипцы; 35 - демонстрация товаров; реклама; сбыт товара через посредников.

Право использования спорного товарного знака предоставлено лицензиату следующими способами: размещение на товарах, в том числе этикетках, упаковках товаров, которые ввозятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью (пункт 1.3 договора).

Поскольку ответчиком допущено нарушение прав на товарный знак путем размещения на товаре, истец правомерно произвел расчет компенсации исходя из одного способа применения.


Согласно пункту 2.1 указанного договора ежегодное вознаграждение за предоставление права использования товарного знака № 266060 составляет 750 000 руб.

В связи с этим истец произвел расчет компенсации за нарушение исключительных прав на средство индивидуализации в виде двукратной стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака: (750 000 руб./1 товарный знак/2 класса Международной классификации товаров и услуг/1 способ применения/12 месяцев Х 2 из расчета двукратного размера стоимости права использования товарного знака) = 62 500 руб.

Суд первой инстанции согласился с формулой расчета истца, и с учетом возражений ответчика, руководствуясь правовыми позициями, приведенными в Постановлении Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П , снизил размер компенсации до однократного размера, что составило 31 250 руб.

Оснований для большего снижения размера компенсации согласно доводам апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции не находит.

Как разъяснено в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

После установления судом на основании имеющихся в материалах дела доказательствах и доводов лиц, участвующих в деле, цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, указанная сумма в двукратном размере составляет размер компенсации за соответствующее нарушение, определяемый по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Соответственно, при избранном истцом виде компенсации и учитывая, что суд не может по своему усмотрению изменять выбранный истцом вид компенсации, в предмет доказывания по данной категории дел входит также установление цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, и определение конкретного размера компенсации за установленное нарушение, исходя из этой цены.

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования товарного знака, императивно определена законом, доводы ответчика о несогласии с расчетом размера компенсации, заявленным истцом, могут основываться на оспаривании заявленной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими такое несогласие.

В рассматриваемом случае из материалов дела не усматривается, что ответчик в подтверждение довода о необоснованности размера компенсации, рассчитанного истцом, представлял какие-либо иные лицензионные договоры или иные сведения о цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака истца.

Снижение компенсации за нарушение исключительного права на один объект интеллектуальных прав на основании Постановления N 40-П возможно лишь при наличии совокупности следующих обстоятельств: размер компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков, правонарушение совершено впервые, использование соответствующего объекта интеллектуальных прав не являлось существенной частью предпринимательской деятельности нарушителя, негрубый характер нарушения. Аналогичная правовая позиция выражена в Постановлении N 28-П.

Таким образом, в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием совокупности ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

С целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности, размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое.

Проанализировав применительно к обстоятельствам данного конкретного дела предусмотренные Конституционным Судом Российской Федерации критерии, позволяющие снизить размер компенсации ниже низшего предела, принимая во внимание, что нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак не носило грубый характер и было совершено однократно, правообладатель не понес значительных имущественных потерь, размер предъявленной к взысканию компенсации, исчисленной по избранному истцом правилу, многократно превышает стоимость товара, продажа спорного товара не являлась существенной частью хозяйственной деятельности ответчика, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о взыскании компенсации в размере 31 250 рублей, составляющей однократную стоимость права использования спорного товарного знака.

Понесенные истцом судебные расходы распределены судом первой инстанции правильно в соответствии с требованиями  статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы суда соответствуют представленным доказательствам, которые основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 266 - 271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 августа 2024 года в виде резолютивной части (мотивированное решение от 23 сентября 2024 года), принятое в порядке упрощенного производства, по делу № А65-20360/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в  Суд по интеллектуальным правам через суд первой инстанции.


Судья                                                                                                             Е.А. Митина