Постановление от 24 апреля 2023 г. по делу № А65-28716/2017

56/2023-18254(2)



АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда кассационной инстанции Ф06-35020/2018

Дело № А65-28716/2017
г. Казань
24 апреля 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 18 апреля 2023 года. Полный текст постановления изготовлен 24 апреля 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе: председательствующего судьи Коноплёвой М.В.,

судей Кашапова А.Р., Третьякова Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Левагиной Л.В. (протоколирование велось с использованием систем веб-конференции, материальный носитель видеозаписи приобщается к протоколу)

при участии в режиме веб-конференции представителя:

общества с ограниченной ответственностью «Агентство недвижимости «Лазурит» – ФИО1, доверенность от 10.11.2020,

при участии в Арбитражном суде Поволжского округа представителей:

акционерного общества «Нерудное предприятие» – ФИО2, доверенность от 10.01.2022,


акционерного общества «Судостроительно-судоремонтный завод им. Будякова С.Н.» – ФИО3, доверенность от 15.04.2022,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Судостроительно-судоремонтный завод им. Будякова С.Н.»

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.11.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2023

по делу № А65-28716/2017

по заявлению акционерного общества «Судостроительно-судоремонтный завод им. Бутякова С.Н.» о признании цепочки сделок с обществом с ограниченной ответственностью «Камское транспортное агентство», ФИО4, ФИО5 недействительной; заявлению общества с ограниченной ответственностью «Камское транспортное агентство» о включении требования в реестр требований кредиторов должника; заявлению акционерного общества «Судостроительно-судоремонтный завод им. Бутякова С.Н.» о пересмотре определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2019; заявлению конкурсного управляющего должником об изменении способа исполнения определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2019, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Поволжская нерудная компания», ИНН <***>,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.09.2017 возбуждено производство по делу о признании общества с ограниченной ответственностью «Поволжская нерудная компания» (далее – должник) несостоятельным (банкротом).


Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.10.2017 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должником утвержден ФИО6.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.04.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.10.2021 конкурсным управляющим должником утверждена ФИО7 (далее – конкурсный управляющий).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2019 признан недействительным договор об уступке права (требования) от 30.11.2016, заключенный между должником и ФИО4, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в пользу должника 31 400 000 руб.

Конкурсный управляющий должником 03.12.2021 обратилась в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением об изменении способа исполнения определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2019 в части применения последствий недействительности сделки, восстановив должнику право требования к обществу с ограниченной ответственностью «Агентство недвижимости «Лазурит» (далее – общество «Лазурит») по договору купли-продажи от 21.12.2015 на сумму 31 400 000 руб.

Акционерное общество «Судостроительный-судоремонтный завод им. Бутякова С.Н.» (далее – Завод) 02.03.2022 обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о пересмотре определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2019 по новым и вновь открывшимся обстоятельствам.


Также Завод 22.03.2022 обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании ничтожными (притворными) сделками: договора уступки права требования (цессии) от 30.11.2016, заключенного между должником и ФИО4; договора уступки права требования от 19.12.2016, заключенного между обществом «КТА», ФИО4, ФИО5 и должником.

Общество с ограниченной ответственностью «Камское транспортное агентство» (далее – общество «КТА») обратилось 09.03.2022 в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании требования в размере 85 409 206 руб. основного долга, 14 180 509,29 руб. неустойки обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.04.2022 указанные заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.11.2022 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должником об изменении способа исполнения определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2019, заявления общества «КТА» о включении в реестр требований кредиторов должника, заявления Завода о признании недействительной цепочки сделок с обществом «КТА», ФИО4, ФИО5, отказано. Производство по рассмотрению заявления Завода о пересмотре определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2019 прекращено.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2023 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.11.2022 отменено в части отказа в удовлетворении заявления общества «КТА» о включении его требования в реестр требований должника, принят отказ общества «КТА» от заявления о включении его


требования в реестр требований кредиторов должника, производство по заявлению общества «КТА» прекращено. В остальной части определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.11.2022 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Завод просит принятые по обособленному спору судебные акты отменить в части отказа: в пересмотре определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2019 по новым и вновь открывшимся обстоятельствам; в признании цепочки сделок недействительными; в изменении способа исполнения определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2019, заявления Завода и конкурсного управляющего должником удовлетворить. Заявитель жалобы указывает на следующее: суды пришли к неправомерному выводу о пропуске срока для пересмотра судебного акта по новым и вновь открывшимся обстоятельствам, поскольку Завод узнал о судебном акте, которым установлено фактическое отсутствие оплаты по договору купли-продажи от 21.12.2015 только в декабре 2021 года, когда конкурсный управляющий должником обратился в суд с заявлением об изменении способа исполнения определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2019 по делу № А65-28716/2017, принятого к производству суда определением от 10.12.2021, в связи с чем установленный трехмесячный срок для обращения в суд с заявлением о пересмотре судебного акта по новым и вновь открывшимся обстоятельствам не был пропущен; суды необоснованно пришли к выводу о необходимости квалификации оспариваемых сделок по статье 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), поскольку пороки рассматриваемых сделок выходят за пределы подозрительности, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем Завод обратился в суд с заявлением об оспаривании сделок в марте 2022 года в пределах установленного трехлетнего срока исковой давности


с момента вынесения определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.03.2021 по делу № А65-14240/2019, которым установлено неисполнение обязательства со стороны общества «Лазурит» перед должником за приобретение объекта недвижимости.

Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2023 в части прекращения производства по заявлению общества «КТА» о включении его требования в реестр требований кредиторов должника лицами, участвующими в деле, в кассационном порядке не обжалуется, в связи с чем следует исходить из правовой определенности сторон в указанной части требований.

Проверив законность принятых судебных актов в обжалуемой части в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд кассационной инстанции оснований для их отмены не находит.

Как установлено судами, между должником (продавец) и обществом «Лазурит» (покупатель) заключен договор купли-продажи от 21.12.2015, по условиям которого продавец передает в собственность покупателя, а покупатель принимает и оплачивает объект недвижимости: нежилое помещение – кадастровый номер 16:50:010612:205, адрес: РТ, <...>, площадь 257,5 кв.м, по цене 31 400 000 руб.

Впоследствии между должником (первоначальный кредитор) и ФИО4 (новый кредитор) заключен договор об уступке права требования (цессии) от 30.11.2016, согласно которому должник уступает, а ФИО4 принимает право требования к обществу «Лазурит» суммы долга в размере 31 400 000 руб. в связи с неисполнением последним обязательств по оплате по договору купли-продажи от 21.12.2015.

Далее, между обществом «КТА» (цедент), ФИО4 (цессионарий 1), ФИО5 (цессионарий 2) и должником заключен договор уступки права требования от 19.12.2016, по условиям которого общество «КТА» передает ФИО4 и


ФИО5 право требования к должнику на суммы основного долга в размере 170 618 412 руб., неустойки – 28 361 018,58 руб., госпошлины – 200 000 руб., подтвержденных вступившими в законную силу решением Арбитражного суда Пермского края от 29.06.2016 и постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2016 по делу № А50-6369/2016.

В счет оплаты уступаемого права требования ФИО4 и ФИО5 обязуются оплатить обществу «КТА» сумму в размере 106 925 000 руб. в следующем порядке: ФИО4 оплачивает путем передачи обществу «КТА» в срок до 30.12.2016 права требования долга к обществу «Лазурит» на сумму в размере 41 925 000 руб., принадлежащих ФИО4 на основании договоров цессии от 01.12.2016; ФИО4 оплачивает путем передачи обществу «КТА» судового маловязкого топлива 1-го вида на сумму 32 500 000 руб.; ФИО5 оплачивает обществу «КТА» денежными средствами в размере 32 500 000 руб. (пункты 2.1., 2.1.1., 2.1.2., 2.2. договора цессии от 19.12.2016).

Общество «Лазурит» погасило долг в размере 31 400 000 руб. перед обществом «КТА», что подтверждается актом приема-передачи векселя от 03.12.2018.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2019 по настоящему делу признан недействительным договор об уступке права (требования) от 30.11.2016, заключенный между должником и ФИО4, и применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в пользу должника 31 400 000 руб.

При применении последствий недействительности сделки суд исходил из того, что денежные средства в счет оплаты по договору цессии от 30.11.2016 должнику не поступали, а право требования к обществу «Лазурит» было уступлено ФИО4 новому кредитору


обществу «КТА» и исполнено, соответственно, не может быть восстановлено в натуре, в связи с чем суд взыскал с ФИО4 в пользу должника стоимость уступленного права, определенную договором, в размере 31 400 000 руб.

Заявление конкурсного управляющего об изменении способа исполнения определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2019 мотивировано тем, что определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.03.2021 по делу № А65-14240/2019 (в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4) договор уступки права требования от 19.12.2016, заключенный между обществом «КТА», ФИО4, ФИО5 и должником, признан недействительным в части взаимных обязательств общества «КТА» и ФИО4 Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления обществу «КТА» права требования к должнику в части доли, уступленной ФИО4 суммы основного долга в размере 170 618 412 руб., неустойки в размере 28 361 018,58 руб., возмещения судебных расходов 200 000 руб., подтвержденные решением Арбитражного суда Пермского края от 29.06.2016, а также восстановления ФИО4 права требования к обществу «Лазурит» в размере 41 925 000 руб.

Отказывая в удовлетворении указанного заявления конкурсного управляющего должником, судебные инстанции, руководствуясь положениями статьи 324 АПК РФ, пришли к выводу о том, что обстоятельств, затрудняющих исполнение судебного акта не имеется, а заявление конкурсного управляющего, по существу, направлено на пересмотр вступившего в законную силу судебного акта в части примененных судом последствий недействительности сделки.

В обоснование заявления о пересмотре определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2019 по новым и вновь открывшимся обстоятельствам Завод ссылался на то, что определением от 17.02.2020 по


делу № А65-14240/2019 арбитражный суд квалифицировал договоры уступки от 30.11.2016 (уступка должником в пользу ФИО4 права к обществу «Лазурит») и от 19.12.2016 (уступка ФИО4 в пользу общества «КТА» права требования к обществу «Лазурит») в качестве притворных сделок, прикрывавших сделку по погашению задолженности должника перед обществом «КТА».

Также Завод указывал, что определением от 26.03.2021 по делу № А65-14240/2019 признан недействительным договор уступки права требования от 19.12.2016, в котором установлено, что исполнение обязательства по оплате обществом «Лазурит» перед обществом «КТА» по договору купли-продажи от 21.12.2015 не имеет правового значения, поскольку не может считаться надлежащим исполнением.

Прекращая производство по заявлению Завода о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам, суды пришли к выводу о пропуске заявителем, которому в силу аффилированности должно было быть известно об обстоятельствах, на которые он ссылается, срока на обращение с заявлением о пересмотре судебного акта.

При рассмотрении указанного заявления Завода, суды установили, что генеральным директором Завода до 20.04.2020 являлся ФИО4, а в настоящее время – ФИО8

При этом факт аффилированности указанных лиц установлен в рамках настоящего дела определением суда от 30.07.2018 при рассмотрении заявления ФИО4 о включении требования в реестр требований кредиторов должника, а также определением Арбитражного суда Республики Марий Эл от 19.09.2021 по делу

№ А38-10562/2019 о банкротстве Завода и определением суда от 26.03.2021 по делу № А65-14240/2019 о банкротстве ФИО4

Из указанных судебных актов следует, что именно ФИО4 в рамках единого холдинга контролировал


деятельность различных юридических и физических лиц, в том числе ФИО8

Судами отмечено, что все судебные акты по делу № А65-14240/2019, на которые ссылается заявитель в качестве оснований для пересмотра судебного акта, находятся в свободном доступе на официальном сайте суда, а о факте принятия судом определения от 26.03.2021 Завод не мог не знать, поскольку ссылка на него содержится в определении Арбитражного суда Республики Марий Эл от 21.07.2021 по делу № А38-10562-12/2019 о банкротстве Завода.

Заявление Завода о признании недействительными договоров уступки прав требования от 30.11.2016 и от 19.12.2016 основаны на положениях статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы тем, что заключение указанных сделок направлено на погашение задолженности должника перед обществом «КТА» и вывод актива в виде требования должника к обществу «Лазурит» по договору купли-продажи от 21.12.2015.

При рассмотрении спора в суде первой инстанции обществом «КТА» было заявлено о пропуске Заводом срока исковой давности.

Отказывая в удовлетворении требований в указанной части, суды, установив, что пороки оспариваемых сделок не выходят за пределы подозрительности, предусмотренные статьей 61.2 Закона о банкротстве, пришли к выводу о пропуске годичного срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Судами принято во внимание, что должник признан банкротом 10.04.2018 (дата оглашения резолютивной части решения), при этом Заводу в силу аффилированности должно было быть известно о совершенных сделках ранее указанной даты, указав, что определением суда от 26.03.2021 по делу № А65-14240/2019 установлена аффилированность ФИО4, общества «КТА», должника, то


есть всех участников, истинное волеизъявление которых прикрывало совершение оспариваемых сделок.

В связи с этим суды пришли к выводу о том, что как ФИО4, так и подконтрольному ему Заводу, несмотря на последующую констатацию судом в рамках дела № А65-14240/2019 порочности сделок и отсутствия исполнения со стороны общества «Лазурит», должно было быть известно как о факте совершения сделок, так и о наличии у них пороков, установленных, в том числе, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.03.2021 по делу

№ А65-14240/2019 (о направленности сделок с участием ФИО4 на погашение задолженности должника перед обществом «КТА» путем передачи права к обществу «Лазурит»).

При этом суды отметили, что Заводом меры по обращению в суд с настоящим заявлением не предпринимались ранее принятия судом определения от 26.03.2021 по делу № А65-14240/2019 не в связи с неосведомленностью о порочности сделок, а с целью сохранить существовавшее положение, когда должником обязательства перед «КТА» считались исполненными путем передачи права к обществу «Лазурит», а впоследствии же после принятия указанного судебного акта настоящее заявление подано с целью избежать негативных последствий для бенефициара ФИО4, вызванных определением от 27.08.2019 по настоящему делу (о взыскании с него 31 400 000 руб.), в связи с чем не могут быть приняты во внимание доводы Завода о том, что обстоятельства наличия оснований для оспаривания сделок стали ему известны лишь после принятия определения от 26.03.2021 по делу № А65-14240/2019.

Также суды указали, что учитывая установленные обстоятельства вхождения заявителя в одну группу с должником и презумпции его осведомленности о сделках должника, Заводом пропущен не только подлежащий применению годичный срок исковой давности, но и


трехлетний срок, установленный статьей 181 ГК РФ применительно к ничтожным сделкам.

Кроме того, апелляционный суд отметил, что перечисленные сделки ранее уже признаны недействительными определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2019 по настоящему делу, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.03.2021 по делу № А65-14240/2019 (о банкротстве ФИО4), и констатация их недействительности со ссылкой на иные правовые основания не повлечет изменения указанных обстоятельств.

Отклоняя довод Завода о том, что заявленные требования направлены на защиту интересов сообщества кредиторов должника, суд апелляционной инстанции указал, что из материалов спора не следует преследование заявителем интересов, отличных от собственных, при этом иные кредиторы должника с соответствующими требованиями к суду не обращались, о нарушении их прав не заявляли.

Суд округа считает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и сделаны с правильным применением норм права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 324 АПК РФ при наличии обстоятельств, затрудняющих исполнение судебного акта, арбитражный суд, выдавший исполнительный лист, по заявлению взыскателя, должника или судебного пристава-исполнителя вправе отсрочить или рассрочить исполнение судебного акта, изменить способ и порядок его исполнения.

Таким образом, изменение способа исполнения судебного акта производится судом в случае невозможности исполнения судебного акта способом, определенным судом.

При этом такое изменение является исключительной мерой, которая должна применяться судом лишь при наличии уважительных причин либо неблагоприятных обстоятельств, затрудняющих исполнение решения арбитражного суда. При оценке таких причин и обстоятельств суд должен


исходить из необходимости соблюдения баланса интересов как должника, так и взыскателя.

Однако конкурсным управляющим доказательств наличия вышеуказанных обстоятельств ни в суд, ни в материалы дела не представлено.

На основании изложенного суды пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего об изменении способа исполнения судебного акта.

Кассационная жалоба Завода каких-либо мотивированных доводов неправомерности выводов судов в указанной части не содержит.

В соответствии со статьей 309 АПК РФ арбитражный суд может пересмотреть принятый им и вступивший в законную силу судебный акт по новым или вновь открывшимся обстоятельствам по основаниям и в порядке, которые предусмотрены в главе 37 АПК РФ.

Порядок и срок подачи заявления о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам регламентированы статьей 312 АПК РФ.

Частью 1 статьи 312 АПК РФ установлено, что заявление о пересмотре вступившего в законную силу судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам подается лицами, участвующими в деле, в арбитражный суд, принявший данный судебный акт, в срок, не превышающий трех месяцев со дня появления или открытия обстоятельств, являющихся основанием для пересмотра судебного акта.

Согласно пунктам 19 и 20 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 52 «О применении положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам» днем открытия новых или вновь открывшихся обстоятельств, с которого исчисляется трехмесячный срок


подачи заявления в суд, считается день, когда заявитель узнал или должен был узнать о наличии указанных обстоятельств.

В силу части 2 статьи 312 АПК РФ по ходатайству лица, обратившегося с заявлением, пропущенный срок подачи заявления может быть восстановлен арбитражным судом при условии, если ходатайство подано не позднее шести месяцев со дня появления или открытия обстоятельств, являющихся основанием пересмотра, и арбитражный суд признает причины пропуска срока уважительными. Ходатайство о восстановлении срока подачи заявления о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам рассматривается арбитражным судом в порядке, установленном статьей 117 настоящего Кодекса.

Пропуск шестимесячного срока для обращения с заявлением о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам независимо от причин пропуска срока служит основанием для возвращения заявления со ссылкой на пункт 2 части 1 статьи 315 АПК РФ.

Таким образом, действующее процессуальное законодательство не допускает произвольный, не ограниченный по времени пересмотр судебных решений.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения участвующих в деле лиц, и установив факт аффилированности всех участников правоотношений через ФИО4, обращение Завода с заявлением о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам с пропуском установленного частью 1 статьи 312 АПК РФ трехмесячного срока, суды правомерно прекратили производство по указанному заявлению.

Довод Завода в кассационной жалобе о том, что Завод узнал о судебном акте, которым установлено фактическое отсутствие оплаты по договору купли – продажи от 21.12.2015 только в декабре 2021 года,


подлежит отклонению, поскольку определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.03.2021 по делу № А65-14240/2019 вступило в законную силу 24.05.2021, постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2021 было опубликовано для общего доступа на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 25.05.2021, о чем Завод, будучи лицом, аффилированным с ФИО4, не мог не знать.

Поскольку трехмесячный срок истек 25.08.2021, а Завод обратился в суд первой инстанции с заявлением о пересмотре судебного акта лишь 02.03.2022, то вывод судов о пропуске срока, в том числе и пресекательного шестимесячного, является правильным.

В отношении заявленных требований о недействительности договоров уступки прав требования от 30.11.2016 и от 19.12.2016, суд кассационной инстанции исходит из следующего.

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Прикрывающие сделки ничтожны независимо от признания их таковыми судом в силу прямого указания пункта 1 статьи 168, пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

По основанию притворности недействительной сделкой может быть признана такая сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех ее участников.

Действующее законодательство исходит из того, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку – ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по


основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678).

В указанном определении изложена правовая позиция, согласно которой возможна ситуация, когда первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка – сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов: лицу, числящемуся конечным приобретателем. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

Таким образом, цепочкой последовательных сделок с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как сделка, совершенная в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, то есть по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о несостоятельности.


Действующее законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069).

По данному обособленному спору Заводом не приведены доводы, доказывающие наличие в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

Согласно правовой позиции, выработанной судебной практикой, баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением


ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019

№ 305-ЭС18-22069).

Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Применительно к заявленным по настоящему спору требованиям о признании прикрываемой сделки недействительной в соответствии со статьей 61.2 Закона о банкротстве течение срока исковой давности началось с того момента, когда правомочное лицо узнало или реально имело возможность узнать не только о самом факте совершения оспариваемой сделки, но и о том, что она является притворной, в действительности совершенной в целях причинения вреда кредиторам должника.

Такое толкование норм об исковой давности было дано в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 01.12.2016 № 305-ЭС15-12239, от 26.11.2018 № 305-ЭС15-12239 (5).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона


о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

По правилам пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как разъяснено в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права.

Судебные инстанции, установив, что должник признан банкротом 10.04.2018 (дата оглашения резолютивной части решения), требование Завода включено в реестр требований кредиторов должника определениями от 16.10.2017 и от 12.04.2018, при этом Завод, будучи лицом, аффилированным к ФИО4, не мог не знать об обстоятельствах, причинах и результатах совершения оспариваемых сделок, однако с заявлением об оспаривании сделок Завод обратился в суд только 21.03.2022, вывод судов о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям суд кассационной инстанции находит правильным.


Довод Завода в кассационной жалобе о том, что суды необоснованно пришли к выводу о необходимости квалификации оспариваемых сделок по статье 61.2 Закон о банкротстве, поскольку пороки рассматриваемых сделок выходят за пределы подозрительности, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежит отклонению, как основанный на ошибочном толковании норм права.

Иные доводы, приведенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, так как выводов судов не опровергают, не свидетельствуют о допущении судами нарушений норм материального и (или) процессуального права, и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, и, по своей сути, направлены на иную оценку имеющихся доказательств, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ.

Поскольку неправильного применения судами норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, суд кассационной инстанции оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы не находит.

В связи с тем, что определение суда первой инстанции отменено судом апелляционной инстанции в части отказа в удовлетворении заявления общества «КТА» о включении его требования в реестр требований кредиторов должника, с прекращением производства по заявлению общества «КТА» в указанной части, то подлежит оставлению без изменения постановление суда апелляционной инстанции.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2023 по делу № А65-28716/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья М.В. Коноплёва

Судьи А.Р. Кашапов

Н.А. Третьяков

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России

Дата 30.11.2022 8:44:00Кому выдана Третьяков Николай АнатольевичЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России

Дата 28.03.2022 4:41:00Кому выдана Коноплева Мария ВладиславовнаЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России

Дата 28.03.2022 4:36:00

Кому выдана Кашапов Артур Рустэмович