Решение от 28 февраля 2020 г. по делу № А32-25222/2017

Арбитражный суд Краснодарского края

350063, Постовая, д. 32, Краснодар, Краснодарский край

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

арбитражного суда первой инстанции

г. Краснодар Дело № А32-25222/2017

«28» февраля 2020 года.

Резолютивная часть решения объявлена 25 февраля 2020 г.

Полный текст решения изготовлен 28 февраля 2020 г.

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Решетникова Р.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление ФИО2 (г. Краснодар) в интересах общество с ограниченной ответственностью Специализированный застройщик «Стройэлектросевкавмонтаж» (ОГРН <***> ИНН <***>, 350912 край КРАСНОДАРСКИЙ <...>),

к ФИО3 (г. Краснодар), ФИО4 (г. Краснодар), ФИО5 (г. Краснодар),

третьи лица: ФИО6 (г. Краснодар), ФИО7 (г. Краснодар),

о взыскании убытков с единоличного исполнительного органа,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО8 (доверенность от 26.06.2017), ФИО9 (доверенность от 27.02.2017, диплом от 20.06.2001),

от ФИО3: ФИО10 (доверенность от 06.07.2018), ФИО11 (доверенность от 06.07.2018), ФИО12 (доверенность от 09.07.2018),

от ФИО5: ФИО12 (доверенность от 09.07.2018),

от ФИО4: ФИО12 (доверенность от 20.02.2018),

от ООО «Стройэлектросевкавмонтаж»: ФИО13 (доверенность от 10.02.2020)

от иных лиц: явка представителей не обеспечена.

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 (далее – истец, ФИО2) обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением к ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО4 (далее – ФИО4) ФИО5 (далее – ФИО5), ФИО6 (далее – ФИО14) о:

- взыскании солидарно с граждан ФИО3, ФИО4, ФИО5 в пользу ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» денежные средства в качестве убытков, причиненных генеральным директором ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» гражданином ФИО15 путем отчуждения недвижимого имущества по заниженной цене, в размере 85857655,00 рублей.

- взыскании с гражданки ФИО3 в пользу ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» денежные средства в качестве убытков, причиненных генеральным директором ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» гражданкой ФИО3 путем отчуждения недвижимого имущества по заниженной цене, в размере 11602683,00 рублей.

- взыскании солидарно с граждан ФИО6, ФИО3, ФИО4, ФИО5 в пользу ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» денежные средства в качестве убытков, причиненных представителем по доверенности 000 «Стройэлектросевкавмонтаж» ФИО6 путем отчуждения недвижимого имущества по заниженной цене, в размере 30451462,00 рублей.

- взыскании солидарно с гражданок ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 в пользу ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» денежные средства в качестве госпошлины в размере 200.000,00 рублей.

Исковые требования предъявлены на основании статьи 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью». Иск мотивирован тем, что в результате действий ФИО15, ФИО3, ФИО6 по заключению договоров долевого участия в строительстве жилого дома по заниженной цене ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» причинены убытки.

ФИО6 в отзыве возражал против удовлетворения исковых требований, указав на то, что заключал договоры долевого участия в строительстве жилого дома на основании доверенностей, выданных ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» (т. 7 л.д. 3-5).

ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» в отзыве возражало против удовлетворения исковых требований, указало на то, что при заключении спорных договоров, директор Общества действовал в пределах своих полномочий. Договоры заключались в режиме обычной хозяйственной деятельности (т. 7 л.д. 13-15).

ФИО3, ФИО4, ФИО5 в отзыве возражали против удовлетворения исковых требований, указав на то, что являются наследниками умершего директора ФИО15 При этом заявленные исковые требования неразрывно связаны с личностью наследодателя, в связи с чем не входят в состав наследства, и требование о взыскании убытков, причиненных обществу не могут быть предъявлены наследникам. Кроме того, истцом не доказано причинение обществу убытков (т. 7 л.д. 136-141).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 26.07.2017 уточнено наименование ответчика ФИО16 на ФИО5.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 23.08.2017 принят отказ от иска в части требований к ФИО6, в указанной части производство по делу прекращено.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 23.08.2017 ФИО6 привлечен к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 30.08.2017 дело было приостановлено в связи с назначением по делу судебной оценочной экспертизы, проведение которой поручено эксперту Союз «Торгово-промышленная палата Краснодарского края».

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 19.02.20018 производство по делу возобновлено.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 27.03.2018 к рассмотрению приняты уточненные исковые требования, согласно которым ФИО2 просил о:

- взыскании солидарно с граждан ФИО3, ФИО4, ФИО5 в пользу ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» денежные средства в качестве убытков, причиненных генеральным директором ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» гражданином ФИО15 путем отчуждения недвижимого имущества по заниженной цене, в размере 216875593 рублей.

- взыскании с гражданки ФИО3 в пользу ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» денежные средства в качестве убытков, причиненных генеральным директором ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» гражданкой ФИО3 путем отчуждения недвижимого имущества по заниженной цене, в размере 15985710 рублей.

- взыскании солидарно с гражданок ФИО3, ФИО4, ФИО5 в пользу ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» денежные средства в качестве госпошлины в размере 200.000,00 рублей.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 24.04.2018 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО7.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 24.04.2018 уточнено наименование третьего лица общества с ограниченной ответственностью «Стройэлектросевкавмонтаж» на общество с ограниченной ответственностью Специализированный застройщик «Стройэлектросевкавмонтаж»

Решением суда от 15.06.2018 года исковые требования ФИО2 удовлетворены, с ФИО3, ФИО4 и ФИО5 солидарно в пользу общества в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества взыскано 216875593,00 рубля убытков, а также в пользу ФИО2 – солидарно 186280,00 рублей расходов по уплате государственной пошлины и 87924,16 рубля расходов по оплате экспертизы.

С ФИО3 в пользу общества взыскано 15985710,00 рублей убытков, в пользу ФИО2 – 13720,00 рублей расходов по уплате государственной пошлины и 6475,84 рублей расходов по оплате экспертизы.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, пришел к выводу, что договоры на объекты недвижимости заключались по заниженным ценам, в связи с чем ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» были причинены убытки.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.09.2018 года принят отказ ФИО2 от иска в части взыскания 476506,00 рублей, в данной части решение от 15.06.2018 года отменено и производство по делу прекращено. Резолютивная часть решения от 15.06.2018 года изложена в следующей редакции «С ФИО3, ФИО4 и ФИО5 солидарно в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества в пользу общества взыскано 216399087 рублей убытков, в пользу ФИО2 – солидарно 185853 рубля 13 копеек расходов по уплате государственной пошлины и 87729 рублей 30 копеек расходов по оплате экспертизы; с ФИО3 в пользу общества взыскано 15985710 рублей убытков, в пользу ФИО2 - 13729 рублей 86 копеек расходов по уплате государственной пошлины и 6481 рубль 70 копеек расходов по оплате экспертизы».

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 26.12.2018 года постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.09.2018 года в части прекращения производства по делу оставлено без изменения. В остальной части постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.09.2018 года и решение Арбитражного суда Краснодарского края от 15.06.2018 года отменены, дело № А32-25222/2017 направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Отменяя судебные акты суда первой и апелляционной инстанции, суд кассационной инстанции, проверив правильность применения норм материального и процессуального права, соответствие выводов об их применении установленным по делу обстоятельствам и доказательствам, представленным в суды трех инстанций, констатировал тот факт, что содержащиеся в обжалуемых актах выводы, сделаны без установления и соответствующей правовой оценки обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного рассмотрения спора.

В частности, суд кассационной инстанции указал, что заключение эксперта от 05.02.2018 № 01/1/2017/288, положенное в основание удовлетворенных требований, содержит ряд существенных противоречий доказательствам, представленным ответчиками в обоснование своих доводов; суды не проверяли и не устанавливали убыточность сделок, исходя из анализа реальных затрат на строительство конкретного застройщика и уровня их покрытия привлеченными средствами дольщиков.

При повторном рассмотрении дела определением Арбитражного суда Краснодарского края от 14.02.2019 было удовлетворено ходатайство ответчиков и третьего лица ООО «СЗ «Электросевкавмонтаж» о приобщении к материалам дела документов, представленных в кассационной инстанции на стадии рассмотрения кассационных жалоб.

Определением от 06.05.2019 года с учетом обязательных указаний суда кассационной инстанции Арбитражный суд Краснодарского края приостановил производство по делу № А32-25222/2017 на срок проведения повторной судебной оценочной и судебной оценочной экспертизы, проведение которой поручено экспертам ООО «Межрегиональное Управление Судебных Экспертиз».

Определением от 21.10.2019 года Арбитражный суд Краснодарского края возобновил производство по делу № А32-25222/2017.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 26.11.2019 к рассмотрению приняты уточненные исковые требования, согласно которым ФИО2 просил о:

- взыскании солидарно с граждан ФИО3, ФИО4, ФИО5 в пользу ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» денежных средств в качестве убытков, причиненных генеральным директором ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» гражданином ФИО15 путем отчуждения недвижимого имущества по заниженной цене, в размере 147172826,00 рублей;

- взыскании с гражданки ФИО3 в пользу ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» денежных средств в качестве убытков, причиненных генеральным директором ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» гражданкой ФИО3 путем отчуждения недвижимого имущества по заниженной цене, в размере 9259708,00 рублей;

- взыскании солидарно с гражданок ФИО3, ФИО4, ФИО5 в пользу ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» денежных средств в качестве госпошлины в размере 200.000,00 рублей.

Впоследствии истец уменьшил исковые требования, просил о:

- взыскании солидарно с граждан ФИО3, ФИО4, ФИО5 в пользу ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» денежных средств в качестве убытков, причиненных генеральным директором ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» гражданином ФИО15 путем отчуждения недвижимого имущества по заниженной цене, в размере 140180332,00 рублей;

- взыскании с гражданки ФИО3 в пользу ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» денежных средств в качестве убытков, причиненных генеральным директором ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» гражданкой ФИО3 путем отчуждения недвижимого имущества по заниженной цене, в размере 9259708,00 рублей;

- взыскании солидарно с гражданок ФИО3, ФИО4, ФИО5 в пользу ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» денежных средств в качестве госпошлины в размере 200.000,00 рублей.

Уточнения исковых требований и уточненный расчет цены иска приняты к рассмотрению протокольным определением суда от 18.12.2019.

Суд первой инстанции учитывает, что согласно пункту 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 05.05.2014 № 99-ФЗ) участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 настоящего Кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

При толковании указанной нормы, Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 32 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ). В случае оспаривания участником заключенных корпорацией сделок, предъявления им требований о применении последствий их недействительности или о применении последствий недействительности ничтожных сделок ответчиком является контрагент корпорации по спорной сделке.

Указанные изменения Гражданского кодекса Российской Федерации (с учетом толкования, данного Верховным Судом Российской Федерации) в силу пункта 2 статьи 3 Гражданского кодекса Российской Федерации должны учитываться при решении вопроса о применении нормы статьи 78 и статьи 84 Федерального закона «Об акционерных обществах», согласно которым сделки могут быть оспорены по иску общества или его участника (косвенный иск участника).

Следовательно, в настоящее время участник общества вправе предъявить иск о взыскании убытков и оспаривании сделок общества только от имени общества, действуя как его законный представитель.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции считает необходимым уточнить процессуальный статус участников спора: истцом в материально-правовом и процессуально-правовом смысле следует считать ООО «Стройэлектросевкавмонтаж», а ФИО2 - его законным представителем. Аналогичная правовая позиция приведена в постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2016 по делу № А32-13648/2015, постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 18.04.2018 № Ф08-2499/2018 по делу № А53-15978/2015.

Повторно рассмотрев вопрос о подсудности спора Арбитражному суду Краснодарского края, озвученный ответчиками и третьими лицами при первоначальном рассмотрении спора, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 2 части 6 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации споры, указанные в статье 225.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подведомственны арбитражным судам независимо от того, являются ли участниками правоотношений, из которых возникли спор или требование, юридические лица, индивидуальные предприниматели или иные организации и граждане.

В силу пункта 3 статьи 225.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды рассматривают споры по искам учредителей, участников, членов юридического лица (далее – участники юридического лица) о возмещении убытков, причиненных юридическому лицу, признании недействительными сделок, совершенных юридическим лицом, и (или) применении последствий недействительности таких сделок.

Согласно пункту 4.1 ст. 38 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исковое заявление или заявление по спору, указанному в статье 125.1 настоящего Кодекса, подается в арбитражный суд по месту нахождения юридического лица, указанного в статье 225.1 настоящего Кодекса.

В данной ситуации, подведомственность арбитражному суду корпоративного спора о взыскании убытков, причиненных единоличным исполнительным органом, обусловлена предметным критерием, обусловленным предъявленным требованием (убытки, причиненные обществу единоличным исполнительным органом).

Тот факт, что руководитель общества, в результате деятельности которого по предположению истца были причинены убытки обществу, умер на момент разрешения спора по существу, не влечет изменения предметного критерия корпоративного спора.

При этом, дополнительным критерием для отнесения спора к числу корпоративных является тот факт, что требования о взыскании убытков предъявлены одним участником общества ФИО2 к другим участникам общества ФИО3, ФИО4, ФИО5 (наследникам бывшего руководителя), и непосредственно связаны с деятельностью по управлению обществом.

Следовательно, подведомственность настоящего дела арбитражному суду основана на пункте 1 части 1 статьи 225.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что исключает возможность прекращения производства по делу на основании пункта 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При указанных обстоятельствах суд считает себя вправе рассматривать настоящий спор по существу. Данная позиция была поддержана судами апелляционной и кассационной инстанции при первоначальном рассмотрении дела.

Более того, Верховный Суд Российской Федерации в своем Определении от 16.12.2019 года № 303-ЭС19-15056 по делу № А04-7886/2016 указал, субсидиарная ответственность по обязательствам должника (несостоятельного лица) является разновидностью гражданско-правовой ответственности и наступает в связи с причинением вреда имущественным правам кредиторов подконтрольного лица. В части, не противоречащей специальному регулированию законодательства о банкротстве, к данному виду ответственности подлежат применению положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Из этого следует, что долг, возникший из субсидиарной ответственности, должен быть подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Не имеется каких-либо оснований для вывода о том, что обязанность компенсировать свое негативное поведение (возместить кредиторам убытки), возникающая в результате привлечения к субсидиарной ответственности, является неразрывно связанной с личностью наследодателя. Равным образом гражданское законодательство не содержит запрета на переход спорных обязательств в порядке наследования.

Следовательно, долг наследодателя, возникший в результате привлечения его к субсидиарной ответственности, входит в наследственную массу. Иное толкование допускало бы возможность передавать наследникам имущество, приобретенное (сохраненное) наследодателем за счет кредиторов незаконным путем, предоставляя в то же время такому имуществу иммунитет от притязаний кредиторов, что представляется несправедливым.

Исходя из этого для реализации права кредитора на судебную защиту не имеет значения момент предъявления и рассмотрения иска о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности: до либо после его смерти. В последнем случае иск подлежит предъявлению либо к наследникам, либо к наследственной массе (при банкротстве умершего гражданина – § 4 главы X Закона о банкротстве) и может быть удовлетворен только в пределах стоимости наследственного имущества (пункт 1 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом не имеет значения вошло ли непосредственно в состав наследственной массы то имущество, которое было приобретено (сохранено) наследодателем за счет кредиторов в результате незаконных действий, повлекших субсидиарную ответственность.

То обстоятельство, что на момент открытия наследства могло быть неизвестно о наличии соответствующего долга наследодателя, также само по себе не препятствует удовлетворению требования, поскольку по смыслу разъяснений, изложенных в пункте 58 постановления № 9, под долгами наследодателя понимаются не только обязательства с наступившим сроком исполнения, но и все иные обязательства наследодателя, которые не прекращаются его смертью. Соответственно, риск взыскания долга, связанного с привлечением к субсидиарной ответственности, также возлагается на наследников.

Указанные разъяснения в полной мере могут быть отнесены и к ответственности единоличного исполнительного органа по аналогии права.

Представитель ФИО2 в судебном заседании настаивал на удовлетворении исковых требований, возражал против удовлетворения ходатайств ответчиков и третьего лица о назначении повторной и дополнительной судебных экспертиз.

Представители ответчиков и общества возражали против удовлетворения исковых требований, настаивали на удовлетворении ходатайств о назначении повторной и дополнительной судебных экспертиз.

Определением суда от 18.02.2020 ходатайства ответчиков о назначении повторной и дополнительной судебной экспертиз отклонены.

В судебном заседании объявлялся перерыв до 14 час. 30 мин. 25.02.2020, сведения о котором размещены на официальном сайте арбитражных судов Российской Федерации в информационном сервисе «Картотека арбитражных дел».

В силу части 2 статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации перерыв в судебном заседании может быть объявлен на срок, не превышающий пяти дней. При необходимости переноса рассмотрения дела на срок более пяти дней арбитражный суд откладывает судебное разбирательство.

В пункте 13 Постановления Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках» разъяснено, что если продолжение судебного заседания назначено на иную календарную дату, арбитражный суд не позднее следующего дня размещает в информационном сервисе «Календарь судебных заседаний» на своем официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» информацию о времени и месте продолжения судебного заседания. Если перерыв объявляется на один день, арбитражный суд размещает такую информацию до окончания дня объявления перерыва.

Размещение такой информации на официальном сайте арбитражного суда с учетом положений части 6 статьи 121 АПК РФ свидетельствует о соблюдении правил статей 122, 123 Кодекса.

После перерыва судебное заседание было продолжено в назначенное время с участием тех же представителей истца и ответчиков, которые поддержали ранее изложенные правовые позиции по делу.

Дело после перерыва рассмотрено в отсутствие надлежащим образом уведомленных третьих лиц в соответствии с требованиями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, выслушав представителей сторон, оценив в порядке статьи 71 АПК РФ в совокупности все представленные в дело доказательства, суд считает заявленные ФИО2 исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» зарегистрировано в качестве юридического лица 31.05.1999 года. При последующей перерегистрации 05.02.2003 года обществу присвоен ОГРН <***>.

Согласно представленным в дело данным ЕГРЮЛ от 21.06.2017 года ФИО2 является участником ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» с долей 45% уставного капитала общества номинальной стоимостью 36000000,00 рублей.

Обязанности единоличного исполнительного органа в обществе исполняли ФИО15 – до момента смерти 09.05.2016 года, а в дальнейшем также ФИО3

В период с 2014 года по 2016 год ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» были заключены договоры о долевом участии в строительстве жилых домов. При этом, от имени общества сделки заключались директором ФИО15 (до мая 2016 года), директором ФИО3 (с июня 2016 года), а также ФИО6, действовавшим на основании доверенностей, выданных обществом.

Полагая, что заключенные договоры о долевом участии в строительстве жилых домов были заключены по заниженной цене, тем самым причинив обществу убытки, ФИО2 обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из содержания указанной нормы права следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом. Так, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

В силу пункта 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 3 статьи 40 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки.

В соответствии с положениями статей 273 и 274 Трудового кодекса Российской Федерации руководитель организации является работником, состоявшим с возглавляемой им организацией в трудовых отношениях и выполняющим согласно заключенному трудовому договору специфическую трудовую функцию – реализацию компетенции данной организации в процессе ее текущей деятельности.

Из анализа указанных норм права следует, что директор является исполнительным органом управления общества, реализующим от имени данного юридического лица гражданские права и обязанности, и, действуя в интересах организации, директор не вправе выходить за пределы предоставленной ему компетенции.

При этом компетенция директора общества по осуществлению руководства текущей деятельностью общества определяется Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью», иными правовыми актами Российской Федерации и договором, заключаемым с обществом.

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

В силу требований статьи 44 Федерального закона № 14-ФЗ от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью», члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При этом не несут ответственности члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, голосовавшие против решения, которое повлекло причинение обществу убытков, или не принимавшие участия в голосовании.

При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзацах 1-4 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 года № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление от 30.07.2013 года № 62), лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган – директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица – члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее – директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее – ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Тем самым, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица, а равно сам факт неблагоприятных последствий для юридического лица.

При этом пунктом 3 постановления от 30.07.2013 года № 62 установлено, что неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

Таким образом, Верховным Судом РФ прямо закреплена освобождающая истца от обязанности доказывания презумпция неразумности действий директора в случаях непринятия действий, направленных на получение необходимой и достаточной для принятия управленческого решения информации, а равно совершения сделки (сделок) без соблюдения обычно требующихся внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Из анализа указанных разъяснений Верховного Суда РФ с необходимостью следует, что основанием для привлечения единоличного исполнительного органа к ответственности является не только его недобросовестное, но и его неразумное поведение (как антитезы добросовестного и разумного поведения, закрепленного ст. 53 ГК РФ). Данный подход законодателя, а равно разъяснения Верховного Суда РФ представляются единственно верными, поскольку руководитель общества, не руководствующийся в своей деятельности научно- и практически разработанными бизнес-методиками, практиками и техниками; не проводящий исследования рынка товаров (работ, услуг), на котором работает его предприятие, а равно рынка товаров (работ, услуг), используемых его предприятием в своей хозяйственной деятельности; не проводящий регулярные предметно-подготовленные совещания с сотрудниками и сторонними привлеченными лицами соответствующих компетенций (финансовые аналитики, маркетологи, бизнес-планировщики, бухгалтеры) причиняет вред предприятию в той же мере, как и руководитель недоброствестный.

Вместе с тем, ответ на вопрос о рыночной стоимости прав требований на недвижимое имущество, переданных по спорным сделкам, а тем самым – о наличии самого факта неблагоприятных последствий для общества может быть дан только при наличии специальных знаний, которыми арбитражный суд не обладает.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд может назначить экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

В связи с этим, по ходатайству истца определением Арбитражного суда Краснодарского края от 30.08.2017 суд назначил проведение по делу судебной экспертизы.

Ответчики экспертное заключение не признали, указав на ненадлежащее проведение экспертизы, в результате чего проведенное исследование не является полным, всесторонним и объективным.

Отменяя судебные акты по настоящему делу, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в Постановлении от 11.09.2018 указал, что в соответствии с требованием пункта 11 Федерального стандарта оценки «Оценка недвижимости (ФСО № 7)», утвержденного приказом Минэкономразвития России от 25.09.2014 № 611, оценщик должен сделать выводы относительно рынка недвижимости в сегментах, необходимых для оценки объекта, например, динамика рынка, спрос, предложение, объем продаж, емкость рынка, мотивации покупателей и продавцов, ликвидность, колебание цен на рынке и другое.

Заключение эксперта основано на анализе объявлений о продаже аналогичных объектов.

Тем не менее эксперт не учел динамику рынка недвижимости, не принял во внимание объективные факторы, которые могли в той или иной мере оказать влияние на формирование цены, а именно – снижение в спорный период спроса на рынке недвижимости.

Между тем материалы дела содержат сведения о том, что у общества и после завершения строительства жилых домов, и на момент вынесения решения по спору имеется значительное количество квартир, не реализованных на стадии строительства ввиду низкого спроса.

При проведении оценки эксперт принял в расчет предложения частных лиц и инвесторов, которые занимаются перепродажей прав требования, ранее приобретенных у застройщика, с целью извлечения дохода за счет повышения цены.

При этом эксперт не учел различный срок экспозиции для первичного рынка строящегося жилья (рынка, на котором продавцами выступают застройщики) и вторичного (рынка перепродажи строящихся объектов инвесторами).

Стоимость реализации строящихся квартир по сведениям именно застройщиков не исследована.

При сопоставлении объектов-аналогов эксперт использовал несопоставимые по ценообразующим факторам объекты: с иными датами предложения, иными типами конструкций (монолитный, монолитно-кирпичный), этажностью, иными типами санузла (совмещенный, раздельный), без учета исследования наличия (отсутствия) балкона, предполагаемой даты ввода в эксплуатацию, уровня отделки. Кроме того, цена в случае заключения реальной сделки может отличаться от стоимости, определенной в экспертизе, вследствие таких факторов, как мотивы сторон, объем и количество приобретаемых единовременно квартир и предоставляемые в связи с этим скидки, а также иных существенных факторов, непосредственно относящихся к конкретному объекту оценки.

Эксперт использовал единственный подход к оценке – сравнительный. В обоснование отказа от применения затратного подхода эксперт указал на отсутствие у него сведений о случаях, когда покупатель приобретал квартиру в многоквартирном доме путем его строительства.

Однако этот мотив не является достаточным основанием для отказа от применения затратного подхода, поскольку в данном случае квартира приобретается в строящемся доме. Использованная экспертом скидка на торг (2%) в рамках сравнительного подхода документально не обоснована.

Ответчики в материалы дела представили сведения, полученные у различных экспертных и риэлтерских организаций (ООО «Экспертное предприятие "СТРОЙТЭКС"», ООО «Аналитическое бюро экспертиз и исследований», ООО «КАЯН», ООО «РЕАЛ Краснодар» и т. д.), сведения из справочника расчетных данных, согласно которым скидка на торг составляет от 3 до 12%.

При определении объектов-аналогов по улице Лавочкина эксперт использовал единственный источник информации – газету «Сделка», отказ от использования иных источников не мотивирован, эксперт учел исключительно объявления о продаже верхнего ценового сегмента. Между тем в материалы дела ответчики представили доказательства наличия в спорный период значительного количества объектов-аналогов с более низкой ценой предложения при сходных условиях.

Эксперт не применил корректировку на оптовую продажу квартир (ФИО17 приобретает единовременно 102 квартиры).

Принимая во внимание вышеприведенные особенности судебного экспертного заключения, учитывая приведенные в пояснениях ответчиков доводы о сомнениях в обоснованности выводов эксперта, а также обязательность постановления Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 11.09.2018, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для назначения повторной судебной экспертизы по тем же вопросам.

Кроме того, с учетом выводов, указанных в Постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 11.09.2018 о том, что суды первой инстанции уклонились от оценки наследственного имущества в порядке статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации, от стоимости которого зависит возможность возложения убытков на наследников, суд пришел к выводу о необходимости определения стоимости наследственного имущества.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.05.2019 года по делу была назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперта ООО «Межрегиональное Управление Судебных Экспертиз» ФИО18 На разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы:

1) По повторной судебной оценочной экспертизе:

- Определить рыночную стоимость прав требования по договорам долевого участия в строительстве по состоянию на дату подписания каждого из нижеприведенных договоров:

1. ИП ФИО17 ЛАВ 7-25-36/1 от 29 октября 2014 г.

2. ИП ФИО17 ЛАВ 7-37-48/1 от 29 октября 2014 г.

3. ИП ФИО17 ЛАВ 7-49-60/1 от 29 октября 2014 г.

4. ИП ФИО17 ЛАВ 7-61-72/1 от 29 октября 2014 г.

5. ИП ФИО17 ЛАВ 7-73-84/1 от 29 октября 2014 г.

6. ИП ФИО17 ЛАВ 7-85-96/1 от 29 октября 2014 г.

7. ИП ФИО17 ЛАВ 7-97-102/1 от 29 октября 2014 г.

8. ИП ФИО17 ГАГ 1-19/1 от 28 октября 2016 г.

9. ИП ФИО17 ГАГ 4-45/2 от 28 октября 2016 г.

10. ИП ФИО17 ГАГ 5-9/1 от 15 апреля 2016 г.

11. ИП ФИО17 ГАГ 6-1-29/1 от 10 июня 2016 г.

12. ИП ФИО17 ГАГ 6-4-35/1 от 10 июня 2016 г.

13. ИП ФИО17 ГАГ 6-36-69/2 от 10 июня 2016 г.

14. ИП ФИО17 ГАГ 6-42-74/2 от 10 июня 2016 г.

15. ИП ФИО17 ГАГ 6-53/2 от 15 апреля 2016 г.

16. ИП ФИО17 ЛАВ 7-1-12/1 от 29 октября 2014 г.

17. ИП ФИО17 ЛАВ 7-13-24/1 от 29 октября 2014 г.

18. ИП ФИО17 ЛАВ 2-205-214/3 от 15 мая 2014 г.

19. ИП ФИО17 ЛАВ 2-215-224/3 от 15 мая 2014 г.

20. ИП ФИО17 ЛАВ 2-225-234/3 от 15 мая 2014 г.

21. ИП ФИО17 ЛАВ 2-235-244/3 от 15 мая 2014 г.

22. ИП ФИО17 ЛАВ 2-245-254/3 от 15 мая 2014 г.

23. ИП ФИО17 ЛАВ 2-255-264/3 от 15 мая 2014 г.

24. ИП ФИО17 ЛАВ 2-265-274/3 от 15 мая 2014 г.

25. ИП ФИО17 ЛАВ 2-275-284/3.от 15 мая 2014 г.

26. ИП ФИО17 ЛАВ 2-285-289/3 от 15 мая 2014 г.

27. ИП ФИО17 ЛАВ 1-001 от 15 декабря 2016 г.

28. ИП ФИО17 ЛАВ 1-341-354/5 от 20 января 2016 г.

29. ИП ФИО17 ЛАВ 1-355-368/5 от 20 января 2016 г.

30. ИП ФИО17 ЛАВ 1-369-382/5 от 20 января 2016 г.

31. ИП ФИО17 ЛАВ 1-383-396/5 от 20 января 2016 г.

32. ИП ФИО17 ЛАВ 1 -397-410/5 от 20 января 2016 г.

33. ИП ФИО17 ЛАВ 1 -411 -424/5 от 20 января 2016 г.

34. ИП ФИО17 ЛАВ 1-425-438/5 от 20 января 2016 г.

35. ИП ФИО17 ЛАВ 1-439-452/5 от 20 января 2016 г.

36. ИП ФИО17 ЛАВ 1-453-459/5 от 20 января 2016 г.

37. ФИО19 ЛАВ 3/3-106/2 от 13 января 2014 г.

38. ФИО20 ЛАВ 1-162/3 от 16 февраля 2016 г.

39. ФИО21 ЛАВ 2-124/2 от 14 мая 2014 г.

40. ФИО22 ЛАВ 3/3-72/1 от 15 января 2014 г.

41. ФИО23 ЛАВ 2-128/2 от 29 октября 2014 г.

42. ФИО23 ЛАВ 2-315/4 от 29 октября 2014 г.

43. ФИО23 ЛАВ 2-336/4 от 29 октября 2014 г.

44. ФИО24 ЛАВ 1-90/2 от 3 февраля 2016 г.

45. ООО «Кубань Строй Снаб» ЛАВ 1-169/3 от 22 марта 2016 г.

46. ФИО25 ЛАВ 2-149/2 от 30 мая 2014 г.

47. ФИО25 ЛАВ 3/3-123/2 от 16 января 2014 г.

48. ФИО25 ЛАВ 3/3-28/1 от 16 января 2014 г.

49. ФИО25 ЛАВ 3/3-29/1 от 16 января 2014 г.

50. ФИО25 ЛАВ 2-159/2 от 30 мая 2014 г.

51. ФИО25 ЛАВ 2-163/2 от 30 мая 2014 г.

52. ФИО25 ЛАВ 1 -95/2 от 29 февраля 2016 г.

53. ФИО25 ЛАВ 1-19/1 от 12 февраля 2016 г.

54. ФИО26 ЛАВ 1-305/4 от 21 марта 2016 г.

55. ФИО27 ЛАВ 2-153/2 от 19 августа 2014 г.

56. ФИО28 ЛАВ 2-154/2 от 14 мая 2014 г.

57. ФИО29 ЛАВ 2-164/2 от 16 июля 2014 г.

58. Рева ФИО30 2-112/1 от 15 июля 2014 г.

59. ФИО31 ЛАВ 2-174/2 от 19 мая 2014 г.

60. ФИО32 ЛАВ 1-81/1 от 24 марта 2016 г.

61. ФИО33 ЛАВ 2-177/2 от 9 июля 2014 г.

62. ФИО34 ЛАВ 2-179/2 от 20 мая 2014 г.

63. ФИО35 ЛАВ 2-182/2 от 24 июня 2014 г.

64. ФИО36 ЛАВ 3/3-137/2 от 23 декабря 2013 г.

65. ФИО37 ЛАВ 2-187/2 от 15 июля 2014 г.

66. ФИО37 ЛАВ 2-105/1 от 15 июля 2014 г.

67. ФИО38 ЛАВ 2-192/2 от 16 июля 2014 г.

68. ФИО39 ЛАВ 1-185/3 от 31 марта 2016 г.

69. ФИО40, ФИО41 ЛАВ 1-86/2 от 18 февраля 2016 г.

70. ФИО42 ЛАВ 2-367/4 от 15 мая 2014 г.

71. ФИО43 ЛАВ 1-93/2 от 8 февраля 2016 г.

72. ФИО44 ЛАВ 1-98/2 от 9 марта 2016 г.

73. ФИО44 ЛАВ 2-339/4 от 6 июня 2014 г.

74. ФИО45 ЛАВ 3/3-128/2 от 14 февраля 2014 г.

75. ФИО46 ЛАВ 1-106/2 от 21 января 2016 г.

76. ФИО47 ЛАВ 1 -109/2 от 3 февраля 2016 г.

77. ФИО48 ЛАВ 1-114/2 от 19 января 2016 г.

78. ФИО49 ЛАВ 1-118/2 от 28 января 2016 г.

79. ФИО50 ЛАВ 2-49/1 от 27 мая 2014 г.

80. ФИО51. ФИО52 ЛАВ 1-125/2 от 15 февраля 2016 г.

81. ФИО53 ЛАВ 1-126/2 от 8 февраля 2016 г.

82. ФИО54 ЛАВ 1-129/2 от 7 апреля 2016 г.

83. ФИО55 ЛАВ 1-130/2 от 4 февраля 2016 г.

84. ФИО56 ЛАВ 1-133/2 от 20 апреля 2016 г.

85. ФИО57 ЛАВ 1-134/2 от 8 апреля 2016 г.

86. ФИО58 ЛАВ 1-150/2 от 19 февраля 2016 г.

87. ФИО59 ЛАВ 3/3-1/1 от 17 февраля 2014 г.

88. ФИО60 ЛАВ 3/3-2/1 от 27 августа 2014 г.

89. ООО «МЕТКОМ» ЛАВ 3/3-54/1 от 21 января 2014 г.

90. Мамедов ФИО61 ЛАВ 3/3-6/1 от 15 октября 2015 г.

91. ФИО62 ЛАВ 3/3-7/1 от 2 сентября 2014 г.

92. ФИО62 ЛАВ 3/3-18/1 от 2 сентября 2014 г.

93. ФИО62 ЛАВ 7-106-114-118-158 от 30 октября 2014 г.

94. ФИО62 ЛАВ 3/3-110/2 от 2 сентября 2014 г.

95. ФИО62 ЛАВ 3/3-112/2 от 2 сентября 2014 г.

96. ФИО62 ЛАВ 3/3-122/2 от 2 сентября 2014 г.

97. ФИО62 ЛАВ 3/3-124/2 от 2 сентября 2014 г.

98. ФИО62 ЛАВ 3/3-89/1 от 2 сентября 2014 г.

99. ФИО62 ЛАВ 2-322/4 от 14 мая 2014 г.

100. ФИО62 ЛАВ 2-38/1 от 02 сентября 2014 г.

101. ФИО62 ЛАВ 2-45/1 от 02 сентября 2014 г.

102. ФИО62 ЛАВ 7-177-183-189-225 от 30 октября 2014 г.

103. ФИО62 ЛАВ 7-179-185-203-215-221-239 от 30 октября 2014 г.

104. ФИО62 ЛАВ 7-141-186-205-247-268 от 30 октября 2014 г.

105. ФИО63 ЛАВ 3/3-10/1 от 23 июля 2014 г.

106. ФИО63 ЛАВ 3/3-17/1 от 2 сентября 2014 г.

107. ФИО63 ЛАВ 3/3-23/1 от 4 июля 2014 г.

108. ФИО63 ЛАВ 3/3-115/2 от 16 декабря 2013 г.

109. ФИО63 ЛАВ 3/3-120/2 от 3 февраля 2014 г.

110. ФИО63 ЛАВ 2-311/4 от 29 октября 2014 г.

111. ФИО63 ЛАВ 2-343/4 от 29 октября 2014 г.

112. ФИО63 ЛАВ 1-256/4 от 30 марта 2016 г.

113. ФИО63 ЛАВ 7-190/3 от 28 октября 2014 г.

114. ФИО64 ЛАВ 3/3-12/1 от 4 августа 2014 г.

115. ФИО65 ЛАВ 3/3-22/1 от 11 июля 2014 г.

116. ФИО66 ЛАВ 3/3-25/1 от 12 февраля 2014 г.

117. ФИО67 ЛАВ 3/3-26/1 от 21 января 2014 г.

118. ФИО68 ЛАВ 3/3-31/1 от 6 февраля 2014 г.

119. ФИО69 ЛАВ 3/3-38/1 от 14 октября 2014 г.

120. ФИО70 Фадаи Кызы ЛАВ 3/3-48/1 от 9 октября 2014 г.

121. ФИО71 ЛАВ 3/3-59/1 от 18 сентября 2014 г.

122. ФИО72 ЛАВ 3/3-60/1 от 6 февраля 2014 г.

123. ФИО73 ЛАВ 3/3-65/1 от 14 февраля 2014 г.

124. ФИО74 ЛАВ 3/3-66/1 от 18 декабря 2013 г.

125. ФИО75 ЛАВ 3/3-70/1 от 26 сентября 2014 г.

126. ФИО76 ЛАВ 3/3-71/1 от 19 августа 2014 г.

127. ФИО77 ЛАВ 3/3-73/1 от 11 февраля 2014 г.

128. ФИО78 ЛАВ 3/3-78/1 от 17 января 2014 г.

129. ФИО79 ЛАВ 3/3-79/1 от 13 февраля 2014 г.

130. ООО «Мелакстрой» ЛАВ 3/3-90-96-141-151 от 10 февраля 2014 г.

131. ФИО80 ЛАВ 3/3-102/1 от 10 февраля 2014 г.

132. ФИО81 ЛАВ 1-158/3 от 17 февраля 2016 г.

133. ООО «СтройИнвест» ЛАВ 1-170-171-174-179/3 от 25 февраля 2016 г.

134. ФИО82 ЛАВ 2-41/1 от 30 октября 2014 г.

135. ФИО83 ЛАВ 1-186/3 от 15 марта 2016 г.

136. ФИО83 ЛАВ 3/3-30/1 от 30 января 2014 г.

137. ФИО84 ЛАВ 1 -189/3 от 9 февраля 2016г.

138. ФИО85. ФИО86 ЛАВ 1 -197/3 от 4 февраля 2016 г.

139. ФИО87 ЛАВ 1-201/3 от 22 марта 2016 г.

140. ФИО88 ЛАВ 7-104-108-112-120-124 от 30 октября 2014 г.

141. ФИО88 ЛАВ 7-115-163-167-200-213 от 30 октября 2014 г.

142. ФИО88 ЛАВ 7-193-198-240-246-252 от 30 октября 2014 г.

143. ФИО6 ЛАВ 7-109/2 от 30 октября 2014 г.

144. ФИО6 ЛАВ 7-113/ от 30 октября 2014 г.

145. ФИО6 ЛАВ 3/4 -26/1 от 30 января 2015 г.

146. ФИО89 ЛАВ 2-68/1 от 27 июня 2014 г.

147. ФИО90 ЛАВ 1-61/1 от 9 марта 2016 г.

148. ФИО15 ЛАВ 7-129/2 от 30 октября 2014 г.

149. ФИО15 ЛАВ 7-133/2 от 30 октября 2014 г.

150. ФИО15 ЛАВ 7-137/2 от 30 октября 2014 г.

151. ФИО91 ЛАВ 3/3-103/2 от 6 февраля 2014 г.

152. ФИО91, ФИО92 ЛАВ 2-332/4 от 14 мая 2014 г.

153. ФИО93 ЛАВ 3/3-104/2 от 28 мая 2014 г.

154. ФИО94 ЛАВ 3/3-105/2 от 27 января 2014 г.

155. ФИО94 ЛАВ 3/3-53/1 от 27 января 2014 г.

156. ФИО95 ЛАВ 3/3-108/2 от 28 января 2014 г.

157. ФИО96 ЛАВ 3/3-111/2 от 29 октября 2014 г.

158. ФИО97 ЛАВ 3/3-116/2 от 21 октября 2014 г.

159. ФИО98 ЛАВ 3/3-117/2 от 13 февраля 2014 г.

160. ФИО99 ЛАВ 3/3-121/2 от 24 января 2014 г.

161. ООО «Краснодарстройсервис» ЛАВ 3/3-133/2 от 21 января 2014 г.

162. ФИО100 ЛАВ 3/3-161/2 от 14 февраля 2014 г.

163. ФИО101 ЛАВ 3/3-143/2 от 3 февраля 2014 г.

164. ФИО101 ЛАВ 3/3-42/1 от 3 февраля 2014 г.

165. ФИО101 ЛАВ 2-318/4 от 14 мая 2014 г.

166. ФИО102 ЛАВ 3/3-148/2 от 15 января 2014 г.

167. ФИО103 ЛАВ 3/3-153/2 от 3 апреля 2014 г.

168. ФИО104 ЛАВ 3/3-154/2 от 30 июня 2014 г.

169. ФИО105 ЛАВ 3/3-158/2 от 13 января 2014 г.

170. ФИО106 ЛАВ 3/3-159/2 от 10 июня 2014 г.

171. ФИО107 ЛАВ 3/3-160/2 от 10 июня 2014 г.

172. ФИО108 ЛАВ 3/3-163/2 от 20 января 2014 г.

173. ФИО108 ЛАВ 3/3-168/2 от 20 января 2014 г.

174. ФИО108 ЛАВ 3/3-84/1 от 20 января 2014 г.

175. ФИО109 ЛАВ 3/3-164/2 от 4 июля 2014 г.

176. ФИО110 ЛАВ 3/3-166/2 от 30 января 2014 г.

177. ФИО111 ЛАВ 3/3-179/2 от 18 сентября 2014 г.

178. ФИО112 ЛАВ 3/3-185/2 от 18 сентября 2014 г.

179. ФИО113 ЛАВ 3/3-183/2 от 6 февраля 2014 г.

180. ФИО114 ЛАВ 2-291/4 от 5 ноября 2014 г.

181. ФИО115 ЛАВ 2-346/4 от 27 мая 2014 г.

182. ФИО116 ЛАВ 2-353/4 от 14 мая 2014 г.

183. ФИО117 ЛАВ 2-360/4 от 15 мая 2014 г.

184. ФИО118 ЛАВ 1-291/4 от 2 февраля 2016 г.

185. ФИО119 ЛАВ 2-388/4 от 25 июня 2014 г.

186. ФИО120 ЛАВ 2-395/4 от 23 мая 2014 г.

187. ФИО121 ЛАВ 1-11/1 от 29 февраля 2016 г.

188. ФИО122 ЛАВ 1-26/1 от 26 января 2016 г.

189. ФИО123, ФИО124 ЛАВ 1-46/1 от 20 февраля 2016 г.

190. ФИО125, ФИО126 ЛАВ 1-51/1 от 22 марта 2016 г.

191. ФИО127 ЛАВ 1-235/4 от 24 февраля 2016 г.

192. ФИО128 ЛАВ 1-238/4 от 11 апреля 2016 г.

193. ФИО129 ЛАВ 1-249/4 от 26 января 2016 г.

194. ФИО130 ЛАВ 1-284/4 от 2 февраля 2016 г.

195. ФИО131 Лав 1-312/4 от 2 февраля 2016 г.

196. ООО «Нью Граунд» ЛАВ 1-319/4 от 21 марта 2016 г.

197. ФИО132 ЛАВ 2-56/1 от 14 мая 2014 г.

198. ФИО133 ЛАВ 2-82/1 от 05 ноября 2014 г.

199. ФИО134 ЛАВ 2-70/1 от 20 октября 2014 г.

200. ФИО135 ЛАВ 2-75/1 от 28 октября 2014 г.

201. ФИО136 ЛАВ 2-77/1 от 15 мая 2014 г.

202. ФИО137 ЛАВ 2-84/1 от 19 мая 2014 г.

203. ФИО138 ЛАВ 4 -327/4 от 25 ноября 2016 г.

204. ФИО139 ЛАВ 4 -366/4 от 19 декабря 2016 г.

205. ФИО16 ЛАВ 7-184-196-202-208-214-220-262 от 30 октября 2014 г.

2) По судебной оценочной экспертизе:

Какова рыночная стоимость нижепоименованного имущества по состоянию на 09.05.2016 года:

- нежилые помещения № 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 41, 42, находящиеся по адресу: <...>, кадастровый номер 23:43:0411051:1734, площадь 276,7 кв. метров.

- 24,5% доли в уставном капитале ООО СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж», ИНН 23 10056286, ОГРН <***>.

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок по адресу: <...> кадастровый номер 23:43:0410029:0005, площадь 734 кв. метров.

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом по адресу: <...> ПО, кадастровый номер 23:43:0145001:3095, площадь 147 кв. метров.

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на гаражный бокс № 57: нежилое помещение № 9 первого этажа здания литер О, по адресу: <...>, кадастровый номер23:43:0000000.Т0873, площадь 25 кв. метров.

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на гаражный бокс № 56: нежилое помещение № 8 первого этажа здания литер О, по адресу: <...>, кадастровый номер2343:0000000:12488, площадь 25 кв. метров.

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <...>, кадастровый номер 23:43:0411051:58, площадь 43,4 кв. метров.

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <...>, кадастровый номер 23:43:0411051:59, площадь 43,6 кв. метров.

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <...>. кв. 174. кадастровый номер 23:43:0411051:37, площадь 43,5 кв. метров.

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <...>. кв. 141. кадастровый номер 23:43:0411051:777, площадь 43,7 кв. метров.

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <...>. кадастровый номер 23:43:0411051:776, площадь 43,7 кв. метров.

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <...>, кадастровый номер 23:43:0411051:806, площадь 43,8 кв. метров.

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на нежилые помещения № 116, 117, 118, 119. 121, 122, 123, 124, 125, 126, 126/1, 127, 128, 129, 130, 131, находящиеся по адресу: г. Краснодар, ул. им. Лавочкина, дом 21, кадастровый номер 23:43:0411051:871, площадь 322,1 кв. метров.

-753/6144 долей в праве общей долевой собственности на нежилое здание, находящееся по адресу: <...>, кадастровый номер 23:43:0411051:2262, площадь 3072 кв.метров.

-1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: Краснодарский край, г. Геленджик, <...>, кадастровый номер 23:40:0507042:2310, площадь 42,9 кв. метров.

- 1/2 доли уставного капитала в размере 35% доли в уставном капитале ООО «Восток», ИНН <***>, ОГРН <***>.

- 1/2 доли уставного капитала в размере 35% доли в уставном капитале ООО «Югкомплектстрой», ИНН <***>, ОГРН <***>»?

Согласно заключению эксперта № 1959 от 16.10.2019 года, рыночная стоимость прав требования по договорам долевого участия в строительстве по состоянию на дату подписания каждого спорного договора составляет 1067981852,00 рубля.

Несогласные с выводами эксперта, ответчики обратились с ходатайствами о назначении по делу повторной экспертизы, в обоснование своих возражений представили в материалы дела рецензию № ЮК-19/209 от 20.11.2019 года, выполненную ООО «Южная оценочная компания «Эксперт».

Разрешая данные ходатайства, суд исходил из того, что само по себе несогласие участвующих в деле лиц с результатами экспертизы не свидетельствует о ее недостоверности, неполноте либо неясности и не является основанием для проведения повторной либо дополнительной экспертизы.

Данная позиция был поддержана вышестоящими судами: Постановления Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 04.10.2018 года по делу № А53-35421/2016, от 10.05.2018 года по делу № А32-44479/2016, от 31.01.2018 года по делу № А32-17385/2016, от 10.03.2015 года по делу № А15-4216/2013, от 01.04.2014 года по делу № А53-31749/2012.

При этом достоверных доводов и доказательств того, что выполненная по делу экспертиза имеет признаки недостоверности и незаконности, а эксперт недобросовестно отнесся к порученному заданию, ответчиками в материалы дела не представлено.

Довод ответчиков о том, что экспертом в качестве аналогов принимались объекты с завышенной ценой, суд отвергает по следующим основаниям.

Выбранные экспертом аналоги иллюстрируют проведенное по делу исследование. Следует отметить, что объявления о реализации прав, вытекающих из договоров долевого участия в строительстве, опубликованы как в печатных издания, так и в сети Интернет. При этом данные объявления могут быть уникальными для того или иного источника, а могут повторяться от источника к источнику, причем при повторении объекта цена его может изменяться. Также возможна публикация объявлений устаревших, неактуальных, как по причине снятия объявления с продажи, так и по причине размещения таких объявлений риэлтерскими агентствами, старающимися привлечь внимание покупателей.

Как следствие, эксперт технически не имеет возможности изложить в своем исследовании все без исключения аналоги, имевшие место в отношении оцениваемых объектов в исследуемый период времени, в связи с чем действующее законодательство не возлагает на эксперта такой обязанности. В приведенном источнике имеются аналоги с большей стоимостью, которые эксперт не указывал, что поименованные в источнике аналоги составляют часть из большего множества квартир, права требования в отношении которых были предложены покупателям в исследуемом периоде времени, как посредством использованного источника информации, так и другими способами, в том числе газетой «Сделка», которая, будучи составной частью материалов дела, также принималась экспертом во внимание. Тем самым, само по себе наличие аналогов с меньшей стоимостью не означает нарушение методологии исследования или стандартов оценки.

Также суд отвергает как не основанный на фактических обстоятельствах довод ответчиков о том, что эксперт необоснованно сузил круг исследования, указав, что в районе размещения объектов исследования количество аналогов было невелико.

При назначении повторной экспертизы судом было указано, что экспертом должны быть учтены не только вид оцениваемого права, но и характеризующие объекты исследования признаки, такие как наличие раздельного санузла, используемые технологии строительства и стадия строительной готовности. При таких обстоятельствах суд полагает достоверным пояснение эксперта о количестве имевшихся в его распоряжении аналогов, расположенных максимально близко к спорным объектам.

При этом доводы ответчиков о том, что экспертом необоснованно не применена скидка на торг, судом отклоняется по следующим основаниям.

Суд критически оценивает заключение № 302/2019 от 16.12.2019 год, выполненное ООО «РСО Консалтинг», по следующим основаниям.

Объектами исследования по настоящему делу являются права требования по договорам долевого участия квартир, тогда как предоставленное ответчиками заключение по данному вопросу основывает свои выводы на основании справочника оценки машин и механизмов, к тому же составленного по состоянию на 2019 год, тогда как спорные договоры совершены в период 2014-2016 годов.

Также привлеченный ответчикам специалист фактора масштаба, проявляющийся в снижении стоимости единицы измерения при увеличении размера единого объекта, переносит на случай увеличения количества объектов. Причем делает это на основании сравнения с объектами иными, нежели объекты экспертного исследования (земли промышленности в метрах вместо прав требований по договорам долевого участия в штуках). Более того, справочник использованных ФИО140 коэффициентов составлен для г. Самары, г. Москвы и Московской области.

Суд учитывает, что, согласно выполненного ООО «Архонт» анализа от 14.01.2020 года заключения № 302/2019 от 16.12.2019 года, данное заключение выполнено с янарушением норм, сложившихся в оценочной практике.

Заключение эксперта является одним из доказательств, оцениваемых судом, и должно быть получено с соблюдением требований, предусмотренных статьями 82 – 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 4 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в определении о назначении экспертизы указываются основания для назначения экспертизы; фамилия, имя и отчество эксперта или наименование экспертного учреждения, в котором должна быть проведена экспертиза; вопросы, поставленные перед экспертом; материалы и документы, предоставляемые в распоряжение эксперта; срок, в течение которого должна быть проведена экспертиза и должно быть представлено заключение в арбитражный суд. В определении также указывается на предупреждение эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Требования к содержанию заключения эксперта или комиссии экспертов установлены статьей 25 Федерального закона от 31.05.2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», согласно которой должны быть отражены: время и место производства судебной экспертизы; основания производства судебной экспертизы; сведения об органе или о лице, назначивших судебную экспертизу; сведения о государственном судебно-экспертном учреждении, об эксперте (фамилия, имя, отчество, образование, специальность, стаж работы, ученая степень и ученое звание, занимаемая должность), которым поручено производство судебной экспертизы; предупреждение эксперта в соответствии с законодательством Российской Федерации об ответственности за дачу заведомо ложного заключения; вопросы, поставленные перед экспертом или комиссией экспертов; объекты исследований и материалы дела, представленные эксперту для производства судебной экспертизы; сведения об участниках процесса, присутствовавших при производстве судебной экспертизы; содержание и результаты исследований с указанием примененных методов; оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам. Материалы, иллюстрирующие заключение эксперта или комиссии экспертов, прилагаются к заключению и служат его составной частью. Документы, фиксирующие ход, условия и результаты исследований, хранятся в государственном судебно-экспертном учреждении. По требованию органа или лица, назначивших судебную экспертизу, указанные документы предоставляются для приобщения к делу.

Представленное суду заключение эксперта № 1959 от 16.10.2019 года подписано экспертом ФИО18, удостоверено печатью экспертного учреждения и соответствует установленным статьей 25 Федерального закона от 31.05.2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» требованиям.

Суд отмечает, что действующее законодательство не устанавливает каких-либо правил, согласно которым проведение экспертного исследования должно осуществляться экспертом по той или иной методике, закрепленной в официальном и обязательном для применения нормативном акте. Выводимый из смысла части 2 статьи 7 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» принцип независимости эксперта как субъекта процессуальных правоотношений обусловливает самостоятельность эксперта в выборе методов проведения экспертного исследования; при этом свобода эксперта в выборе методов экспертного исследования ограничена требованием законности, а избранные им методы должны отвечать требованию допустимости судебных доказательств (Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2014 года № 15АП-996/2014 по делу № А53-7609/2013).

Кроме того, в силу положений статьи 14 Федерального закона от 29.07.1998 года № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», оценщику предоставлено право самостоятельно применять методы проведения оценки объекта и определять подходы к оценке. Обоснование использования подходов к оценке в экспертном исследовании приведено.

Суд, оценивая рецензию № ЮК-19/209 от 20.11.2019 года, выполненную ООО «Южная оценочная компания «Эксперт», не находит информацию, изложенную в рецензии, как свидетельствующую о наличии нарушений, допущенных экспертом ФИО18 при подготовке заключения № 1959 от 16.10.2019 года.

Суд считает, что рецензия № ЮК-19/209 от 20.11.2019 года, выполненная ООО «Южная оценочная компания «Эксперт», является по своей сути выражением несогласием автора рецензии с подходами, методикой и результатами экспертизы, выполненным во внепроцессуальной форме.

Кроме того, суд учитывает, что Некоммерческое партнёрство «СРО судебных экспертов», в котором состоит ФИО18 и ООО «Межрегиональное Управление Судебных Экспертиз» (т.101 л.д.113), в заключении специалистов № 5247 от 20.01.2020 года указало на соответствие заключения эксперта действующему законодательству РФ, за исключением арифметических ошибок, которые суд учитывает самостоятельно при вынесении судебного акта, поскольку для корректировки расчета не требуются специальные познания.

На основании статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, в связи с чем, заключение эксперта ООО «Межрегиональное Управление Судебных Экспертиз» ФИО18 № 1959 от 16.10.2019 года принимается судом в качестве надлежащего доказательства по делу, с достоверностью подтверждающего рыночную стоимость прав требования по спорным договорам долевого участия в строительстве, а также наследственного имущества ФИО15

В силу части 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для назначения повторной экспертизы является возникновение сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличие противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов.

Признаков недостоверности, неясности и неполноты заключения экспертов судом не установлено, правовых оснований для назначений повторной либо дополнительной экспертизы в соответствии со статьями 85, 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации у суда первой инстанции не имеется.

При этом суд принимает во внимание также существо заявленных истцом требований, в соответствии с которым изыскиваемые истцом убытки составляют разницу не между рыночной стоимостью прав требований по спорным договорам долевого участия в строительстве и их фактической стоимостью, а между стоимостью, уплаченной иными лицами по договорам долевого участия в строительстве в отношении аналогичных квартир, и фактической стоимостью прав требований по спорным договорам долевого участия в строительстве.

В соответствии с частью 5 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

С учетом изложенного ходатайство ответчиков о проведении повторной судебной экспертизы судом отклонено, за отсутствием предусмотренных статьей 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для его удовлетворения.

В ходе производства по делу истец пояснил, что в целях достижения процессуальной цели – установления размера убытков с разумной степенью достоверности – им было принято решение согласовать перечень договоров, по которым изыскивается возмещение убытков, следующим образом: спорными считать те договоры, которые совершались по ценам, отличающимся от заключаемых в то же время договоров с иными субъектами в меньшую сторону, а также в отношении которых экспертизой было установлено существенное занижение цены договора относительно рыночной цены. При этом относительно первоначального расчета иска, из расчета сумм убытков истцом были исключены договоры в отношении граждан ФИО139, ФИО141, а также лиц, сумма занижения цен по договорам которых была незначительной относительно цен установленных судебной экспертизой.

Как следствие, истец просил суд в качестве перечня договоров, занижение цен по которым причинило убытки обществу, считать таковой, изложенный в расчете цены иска (по результатам экспертизы) в количестве 106 договоров.

Согласно заключению эксперта № 1959 от 16.10.2019 года, рыночная стоимость прав требования по договорам долевого участия в строительстве, которые истец указал в качестве спорных, по состоянию на дату подписания каждого спорного договора составляет 815577280,00 рубля, тогда как общая цена таких договоров составила 666137240,00 рублей.

Тем самым, разница между тем, что общество могло получить, совершая сделки по ценам, определенным экспертизой, и тем, что общество согласовало в рассматриваемых судом сделках, составляет 149440040,00 рублей.

При этом, как было указано ранее, исковые требования ФИО2 заявлены также в размере 149440040,00 рублей исключительно в целях соблюдения требований части 5 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации о разумной степени достоверности.

Исчисляя размер недополученных денежных средств согласно заключению эксперта № 1959 от 16.10.2019 года, убыточность каждой отдельной сделки составила:

- по ФИО15:

№
Номер договора

Дата договора

Договор, рублей

Экспертиза, рублей

Недополучено, %

1.

ЛАВ 7-25-36/1

29.10.2014

20 450 760

24 254 280

18,60

2.

ЛАВ 7-37-48/1

29.10.2014

20 450 760

24 254 280

18,60

3.

ЛАВ 7-49-60/1

29.10.2014

20 450 760

24 254 280

18,60

4.

ЛАВ 7-61-72/1

29.10.2014

20 450 760

24 071 069

17,70

5.

ЛАВ 7-73-84/1

29.10.2014

20 450 760

24 254 280

18,60

6.

ЛАВ 7-85-96/1

29.10.2014

20 450 760

24 254 280

18,60

7.

ЛАВ 7-97-102/1

29.10.2014

10 225 380

11 399 423

11,48

8.

ГАГ 5-9/1

15.04.2016

1 110 600

1 318 689

18,74

9.

ГАГ 6-53/2

15.04.2016

1 141 200

1 355 023

18,74

10.

ЛАВ 7-1-12/1

29.10.2014

20 450 760

24 254 280

18,60

11.

ЛАВ 7-13-24/1

29.10.2014

20 450 760

24 254 280

18,60

12.

ЛАВ 2-205-214/3

15.05.2014

15 634 800

18 472 568

18,15

13.

ЛАВ 2-215-224/3

15.05.2014

15 634 800

18 472 568

18,15

14.

ЛАВ 2-225-234/3

15.05.2014

15 634 800

18 472 568

18,15

15.

ЛАВ 2-235-244/3

15.05.2014

15 634 800

18 472 568

18,15

16.

ЛАВ 2-245-254/3

15.05.2014

15 634 800

18 472 568

18,15

17.

ЛАВ 2-255-264/3

15.05.2014

15 634 800

18 472 568

18,15

18.

ЛАВ 2-265-274/3

15.05.2014

15 634 800

18 472 568

18,15

19.

ЛАВ 2-275-284/3

15.05.2014

15 634 800

18 472 568

18,15

20.

ЛАВ 2-285-289/3

15.05.2014

7 817 400

8 682 129

11,06

21.

ЛАВ 1-341-354/5

20.01.2016

18 108 000

21 337 412

17,83

22.

ЛАВ 1-355-368/5

20.01.2016

18 108 000

21 337 412

17,83

23.

ЛАВ 1-369-382/5

20.01.2016

18 108 000

21 337 412

17,83

24.

ЛАВ 1-383-396/5

20.01.2016

18 108 000

21 337 412

17,83

25.

ЛАВ 1-397-410/5

20.01.2016

18 108 000

21 337 412

17,83

26.

ЛАВ 1-411-424/5

20.01.2016

18 108 000

21 337 412

17,83

27.

ЛАВ 1-425-438/5

20.01.2016

18 108 000

21 337 412

17,83

28.

ЛАВ 1-439-452/5

20.01.2016

18 108 000

21 337 412

17,83

29.

ЛАВ 1-453-459/5

20.01.2016

9 054 000

10 668 706

17,83

30.

ЛАВ 2-128/2

29.10.2014

1 000 000

1 531 500

53,14

31.

ЛАВ 2-315/4

29.10.2014

1 000 000

1 461 070

46,11

32.

ЛАВ 2-336/4

29.10.2014

1 000 000

1 461 070

46,11

33.

ЛАВ 2-149/2

30.05.2014

1 700 000

2 257 336

32,78

34.

ЛАВ 3/3-123/2

16.01.2014

1 800 000

2 427 725

34,87

35.

ЛАВ 3/3-28/1

16.01.2014

1 000 000

1 640 254

64,03

36.

ЛАВ 3/3-29/1

16.01.2014

1 000 000

1 640 254

64,03

37.

ЛАВ 2-159/2

30.05.2014

1 700 000

2 257 336

32,78

38.

ЛАВ 2-163/2

30.05.2014

1 000 000

1 609 260

60,93

39.

ЛАВ 2-153/2

19.08.2014

1 300 000

1 605 259

23,48

40.

ЛАВ 3/3-2/1

27.08.2014

1 000 000

1 663 450

66,35

41.

ЛАВ 3/3-6/1

15.10.2015

1 700 000

2 609 779

53,52

42.

ЛАВ 3/3-7/1

02.09.2014

1 800 000

2 550 805

41,71

43.

ЛАВ 3/3-18/1

02.09.2014

1 800 000

2 572 461

42,92

44.

ЛАВ 7-106-114-118-158

30.10.2014

7 982 400

10 376 320

29,99

45.

ЛАВ 3/3-110/2

02.09.2014

1 000 000

1 669 596

66,96

46.

ЛАВ 3/3-112/2

02.09.2014

2 200 000

2 756 987

25,32

47.

ЛАВ 3/3-122/2

02.09.2014

2 200 000

2 756 987

25,32

48.

ЛАВ 3/3-124/2

02.09.2014

1 000 000

1 669 596

66,96

49.

ЛАВ 3/3-89/1

02.09.2014

1 000 000

1 669 596

66,96

50.

ЛАВ 2-322/4

14.05.2014

1 000 000

1 535 254

53,53

51.

ЛАВ 2-38/1

02.09.2014

1 000 000

1 531 437

53,14

52.

ЛАВ 2-45/1

02.09.2014

1 000 000

1 531 437

53,14

53.

ЛАВ 7-177-183-189-225

30.10.2014

7 923 600

10 299 888

29,99

54.

ЛАВ 7-179-185-203-215-221-239

30.10.2014

8 085 420

10 235 622

26,59

55.

ЛАВ 7-141-186-205-247-268

30.10.2014

6 806 360

8 508 877

25,01

56.

ЛАВ 3/3-10/1

23.07.2014

1 000 000

1 669 596

66,96

57.

ЛАВ 3/3-17/1

02.09.2014

1 000 000

1 669 596

66,96

58.

ЛАВ 3/3-23/1

04.07.2014

1 000 000

1 669 596

66,96

59.

ЛАВ 3/3-115/2

16.12.2013

1 000 000

1 525 493

52,55

60.

ЛАВ 3/3-120/2

03.08.2014

1 000 000

1 669 596

66,96

61.

ЛАВ 2-311/4

29.10.2014

1 700 000

2 309 604

35,86

62.

ЛАВ 2-343/4

29.10.2014

1 000 000

1 461 070

46,11

63.

ЛАВ 7-190/3

28.10.2014

1 000 000

1 705 937

70,59

64.

ЛАВ 3/3-12/1

04.08.2014

1 700 000

2 572 461

51,32

65.

ЛАВ 3/3-22/1

11.07.2014

1 000 000

1 669 596

66,96

66.

ЛАВ 3/3-26/1

21.01.2014

1 000 000

1 634 216

63,42

67.

ЛАВ 3/3-38/1

14.10.2014

1 000 000

1 669 658

66,97

68.

ЛАВ 3/3-48/1

09.10.2014

1 700 000

2 594 080

52,59

69.

ЛАВ 3/3-59/1

18.09.2014

1 000 000

1 669 596

66,96

70.

ЛАВ 3/3-65/1

14.02.2014

1 000 000

1 640 254

64,03

71.

ЛАВ 3/3-70/1

26.09.2014

1 000 000

1 669 596

66,96

72.

ЛАВ 3/3-71/1

19.08.2014

1 000 000

1 669 596

66,96

73.

ЛАВ 2-41/1

30.10.2014

1 000 000

1 531 500

53,15

74.

ЛАВ 3/3-30/1

30.01.2014

1 700 000

2 445 741

43,87

75.

ЛАВ 7-104-108-112-120-124

30.10.2014

9 967 500

12 956 755

29,99

76.

ЛАВ 7-115-163-167-200-213

30.10.2014

12 216 600

14 526 677

18,91

77.

ЛАВ 7-193-198-240-246-252

30.10.2014

7 042 270

8 915 059

26,59

78.

ЛАВ 7-109/2

30.10.2014

1 347 570

1 705 937

26,59

79.

ЛАВ 7-113/2

30.10.2014

1 347 570

1 705 937

26,59

80.

ЛАВ 3/4-26/1

30.01.2015

1 348 190

1 612 914

19,64

81.

ЛАВ 7-129/2

30.10.2014

1 347 570

1 705 937

26,59

82.

ЛАВ 7-133/2

30.10.2014

1 347 570

1 705 937

26,59

83.

ЛАВ 7-137/2

30.10.2014

1 347 570

1 705 937

26,59

84.

ЛАВ 3/3-103/2

06.02.2014

1 700 000

2 427 725

42,81

85.

ЛАВ 3/3-104/2

28.05.2014

1 000 000

1 674 204

67,42

86.

ЛАВ 3/3-105/2

27.01.2014

1 000 000

1 640 254

64,03

87.

ЛАВ 3/3-53/1

27.01.2014

1 000 000

1 640 254

64,03

88.

ЛАВ 3/3-111/2

29.10.2014

1 700 000

2 704 832

59,11

89.

ЛАВ 3/3-116/2

21.10.2014

1 700 000

2 704 832

59,11

90.

ЛАВ 3/3-153/2

03.04.2014

1 700 000

2 333 632

37,27

91.

ЛАВ 3/3-154/2

30.06.2014

1 000 000

1 674 204

67,42

92.

ЛАВ 3/3-159/2

10.06.2014

1 000 000

1 674 204

67,42

93.

ЛАВ 3/3-160/2

10.06.2014

1 000 000

1 674 204

67,42

94.

ЛАВ 3/3-164/2

04.07.2014

1 000 000

1 669 596

66,96

95.

ЛАВ 3/3-179/2

18.09.2014

1 000 000

1 669 596

66,96

96.

ЛАВ 3/3-185/2

18.09.2014

1 000 000

1 569 441

56,94

97.

ЛАВ 2-291/4

05.11.2014

1 000 000

1 531 500

53,15

98.

ЛАВ 1-238/4

11.04.2016

1 300 000

1 555 668

19,67

99.

ЛАВ 2-82/1

05.11.2014

1 000 000

1 531 500

53,15

100.

ЛАВ 2-75/1

28.10.2014

1 000 000

1 531 500

53,15

101.

ЛАВ 7-184-196-202-208-2014-220-262

30.10.2014

9 432 990

11 941 559

26,59

Итого

611 540 240

751 720 572

- по ФИО3:

№
Номер договора

Дата договора

Цена договора

Рыночная цена согласно экспертизе

Недополучено, % (убыточность)

1.

ГАГ 4-45/2

28.10.2016

1 141 200

1 337 144

17,17

2.

ГАГ 6-4-35/1

10.06.2016

13 391 700

15 577 795

16,32

3.

ГАГ 6-36-69/2

10.06.2016

14 198 100

16 518 534

16,34

4.

ГАГ 6-42-74/2

10.06.2016

12 145 800

14 145 218

16,46

5.

ЛАВ 1-001

15.12.2016

13 720 200

16 278 017

18,64

итого

54 597 000

63 856 708

Одновременно истцом в материалы дела представлен сравнительный расчет цен договоров, заключавшихся обществом в рассматриваемый период. В соответствии с этим расчетом сумма недоплаты по договорам, в рамках которых необоснованно (по сравнению с договорами, совершавшимися в тот же период и в тех же литерах) снижалась цена, составила 156003851,14 рублей. Согласно данного расчета, основывающегося на всех договорах долевого участия в строительстве, предоставленных в материалы дела, видно, что в рассматриваемый период времени договоры долевого участия (за период с 2014 года по 2016 года) заключались по аналогичным ценам, за исключением спорных договоров долевого участия в строительстве (106 шт.). На основании предоставленных в материалы дела договоров долевого участия в строительстве суд установил, что договоры долевого участия в строительстве, сопоставимые по количеству комнат, площади, литеру (включая месторасположение и дату ввода в эксплуатацию), заключались ФИО15, ФИО3 в один и тот же день с разницей в цене, достигавшей более чем 50%. Исследовав все договоры долевого участия в строительстве, представленные сторонами в материалы дела, суд установил, что даже без учета экспертизы, проводимой по делу, видно существенное отличие цен спорных договоров долевого участия в строительстве по сравнению с иными договорами долевого участия в строительстве в сторону занижения:

- по ФИО15:

№
Номер договора

Дата договора

Договор, рублей за 1 кв. м

Аналоги, рублей за 1 кв. м

Недополучено, %

1.

ЛАВ 7-25-36/1

29.10.2014

33 000

39 000 – 41 000

18,18 – 24,24

2.

ЛАВ 7-37-48/1

29.10.2014

33 000

39 000 – 41 000

18,18 – 24,24

3.

ЛАВ 7-49-60/1

29.10.2014

33 000

39 000 – 41 000

18,18 – 24,24

4.

ЛАВ 7-61-72/1

29.10.2014

33 000

39 000 – 41 000

18,18 – 24,24

5.

ЛАВ 7-73-84/1

29.10.2014

33 000

39 000 – 41 000

18,18 – 24,24

6.

ЛАВ 7-85-96/1

29.10.2014

33 000

39 000 – 41 000

18,18 – 24,24

7.

ЛАВ 7-97-102/1

29.10.2014

33 000

39 000 – 41 000

18,18 – 24,24

8.

ГАГ 5-9/1

15.04.2016

30 000

39 000

30,00

9.

ГАГ 6-53/2

15.04.2016

30 000

39 000

30,00

10.

ЛАВ 7-1-12/1

29.10.2014

33 000

39 000 – 41 000

18,18 – 24,24

11.

ЛАВ 7-13-24/1

29.10.2014

33 000

39 000 – 41 000

18,18 – 24,24

12.

ЛАВ 2-205-214/3

15.05.2014

30 000

33 000 – 35 000

10,00 – 16,67

13.

ЛАВ 2-215-224/3

15.05.2014

30 000

33 000 – 35 000

10,00 – 16,67

14.

ЛАВ 2-225-234/3

15.05.2014

30 000

33 000 – 35 000

10,00 – 16,67

15.

ЛАВ 2-235-244/3

15.05.2014

30 000

33 000 – 35 000

10,00 – 16,67

16.

ЛАВ 2-245-254/3

15.05.2014

30 000

33 000 – 35 000

10,00 – 16,67

17.

ЛАВ 2-255-264/3

15.05.2014

30 000

33 000 – 35 000

10,00 – 16,67

18.

ЛАВ 2-265-274/3

15.05.2014

30 000

33 000 – 35 000

10,00 – 16,67

19.

ЛАВ 2-275-284/3

15.05.2014

30 000

33 000 – 35 000

10,00 – 16,67

20.

ЛАВ 2-285-289/3

15.05.2014

30 000

33 000 – 35 000

10,00 – 16,67

21.

ЛАВ 1-341-354/5

20.01.2016

30 000

33 000 – 35 000

10,00 – 16,67

22.

ЛАВ 1-355-368/5

20.01.2016

30 000

33 000 – 35 000

10,00 – 16,67

23.

ЛАВ 1-369-382/5

20.01.2016

30 000

33 000 – 35 000

10,00 – 16,67

24.

ЛАВ 1-383-396/5

20.01.2016

30 000

33 000 – 35 000

10,00 – 16,67

25.

ЛАВ 1-397-410/5

20.01.2016

30 000

33 000 – 35 000

10,00 – 16,67

26.

ЛАВ 1-411-424/5

20.01.2016

30 000

33 000 – 35 000

10,00 – 16,67

27.

ЛАВ 1-425-438/5

20.01.2016

30 000

33 000 – 35 000

10,00 – 16,67

28.

ЛАВ 1-439-452/5

20.01.2016

30 000

33 000 – 35 000

10,00 – 16,67

29.

ЛАВ 1-453-459/5

20.01.2016

30 000

33 000 – 35 000

10,00 – 16,67

30.

ЛАВ 2-128/2

29.10.2014

22 994

35 000

52,21

31.

ЛАВ 2-315/4

29.10.2014

24 102

37 000

53,51

32.

ЛАВ 2-336/4

29.10.2014

24 102

37 000

53,51

33.

ЛАВ 2-149/2

30.05.2014

25 568

33 000

29,07

34.

ЛАВ 3/3-123/2

16.01.2014

27 260

34 000

24,73

35.

ЛАВ 3/3-28/1

16.01.2014

23 000

36 000

56,52

36.

ЛАВ 3/3-29/1

16.01.2014

23 000

36 000

56,52

37.

ЛАВ 2-159/2

30.05.2014

25 568

33 000

29,07

38.

ЛАВ 2-163/2

30.05.2014

22 994

35 000

52,21

39.

ЛАВ 2-153/2

19.08.2014

29 892

35 000

17,09

40.

ЛАВ 3/3-2/1

27.08.2014

23 089

38 500

66,75

41.

ЛАВ 3/3-6/1

15.10.2015

25 556

36 500

42,82

42.

ЛАВ 3/3-7/1

02.09.2014

27 289

36 500

33,75

43.

ЛАВ 3/3-18/1

02.09.2014

27 060

36 500

34,89

44.

ЛАВ 7-106-114-118-158

30.10.2014

30 000

39 000

30,00

45.

ЛАВ 3/3-110/2

02.09.2014

23 004

38 500

67,36

46.

ЛАВ 3/3-112/2

02.09.2014

25 764

36 500

41,67

47.

ЛАВ 3/3-122/2

02.09.2014

25 764

36 500

41,67

48.

ЛАВ 3/3-124/2

02.09.2014

23 004

38 500

67,36

49.

ЛАВ 3/3-89/1

02.09.2014

23 004

38 500

67,36

50.

ЛАВ 2-322/4

14.05.2014

24 102

35 000

45,22

51.

ЛАВ 2-38/1

02.09.2014

24 102

37 000

53,51

52.

ЛАВ 2-45/1

02.09.2014

24 102

37 000

53,51

53.

ЛАВ 7-177-183-189-225

30.10.2014

30 000

39 000

30,00

54.

ЛАВ 7-179-185-203-215-221-239

30.10.2014

31 000

41 000

32,26

55.

ЛАВ 7-141-186-205-247-268

30.10.2014

31 000

41 000

32,26

56.

ЛАВ 3/3-10/1

23.07.2014

23 004

38 500

67,36

57.

ЛАВ 3/3-17/1

02.09.2014

23 004

38 500

67,36

58.

ЛАВ 3/3-23/1

04.07.2014

23 004

38 500

67,36

59.

ЛАВ 3/3-115/2

16.12.2013

23 004

36 000

56,50

60.

ЛАВ 3/3-120/2

03.08.2014

23 004

36 000

56,50

61.

ЛАВ 2-311/4

29.10.2014

25 758

35 000

35,88

62.

ЛАВ 2-343/4

29.10.2014

24 102

37 000

53,51

63.

ЛАВ 7-190/3

28.10.2014

23 004

41 000

78,23

64.

ЛАВ 3/3-12/1

04.08.2014

25 556

36 500

42,82

65.

ЛАВ 3/3-22/1

11.07.2014

23 004

38 500

67,36

66.

ЛАВ 3/3-26/1

21.01.2014

23 089

36 000

55,92

67.

ЛАВ 3/3-38/1

14.10.2014

23 089

38 500

66,71

68.

ЛАВ 3/3-48/1

09.10.2014

25 556

36 500

42,82

69.

ЛАВ 3/3-59/1

18.09.2014

23 004

38 500

67,36

70.

ЛАВ 3/3-65/1

14.02.2014

23 004

36 000

56,50

71.

ЛАВ 3/3-70/1

26.09.2014

23 004

38 500

67,36

72.

ЛАВ 3/3-71/1

19.08.2014

23 004

38 500

67,36

73.

ЛАВ 2-41/1

30.10.2014

22 994

37 000

60,91

74.

ЛАВ 3/3-30/1

30.01.2014

25 536

34 000

29,23

75.

ЛАВ 7-104-108-112-120-124

30.10.2014

30 000

39 000

30,00

76.

ЛАВ 7-115-163-167-200-213

30.10.2014

30 000

39 000

30,00

77.

ЛАВ 7-193-198-240-246-252

30.10.2014

31 000

41 000

32,26

78.

ЛАВ 7-109/2

30.10.2014

31 000

41 000

32,26

79.

ЛАВ 7-113/2

30.10.2014

31 000

41 000

32,26

80.

ЛАВ 3/4-26/1

30.01.2015

31 000

42 000

35,48

81.

ЛАВ 7-129/2

30.10.2014

31 000

41 000

32,26

82.

ЛАВ 7-133/2

30.10.2014

31 000

41 000

32,26

83.

ЛАВ 7-137/2

30.10.2014

31 000

41 000

32,26

84.

ЛАВ 3/3-103/2

06.02.2014

25 746

34 000

32,06

85.

ЛАВ 3/3-104/2

28.05.2014

23 004

38 500

67,36

86.

ЛАВ 3/3-105/2

27.01.2014

23 004

36 000

56,50

87.

ЛАВ 3/3-53/1

27.01.2014

23 004

36 000

56,50

88.

ЛАВ 3/3-111/2

29.10.2014

24 510

36 500

48,92

89.

ЛАВ 3/3-116/2

21.10.2014

24 510

36 500

48,92

90.

ЛАВ 3/3-153/2

03.04.2014

25 746

36 500

41,77

91.

ЛАВ 3/3-154/2

30.06.2014

23 004,37

38 500

67,36

92.

ЛАВ 3/3-159/2

10.06.2014

23 004

38 500

67,36

93.

ЛАВ 3/3-160/2

10.06.2014

23 004

38 500

67,36

94.

ЛАВ 3/3-164/2

04.07.2014

23 004

38 500

67,36

95.

ЛАВ 3/3-179/2

18.09.2014

23 004

38 500

67,36

96.

ЛАВ 3/3-185/2

18.09.2014

23 004

38 500

67,36

97.

ЛАВ 2-291/4

05.11.2014

22 994

37 000

60,91

98.

ЛАВ 1-238/4

11.04.2016

31 333

37 000

18,09

99.

ЛАВ 2-82/1

05.11.2014

22 994

37 000

60,91

100.

ЛАВ 2-75/1

28.10.2014

22 994

37 000

60,91

101.

ЛАВ 7-184-196-202-208-2014-220-262

30.10.2014

31 000

41 000

32,26

- по ФИО3:

№
Номер договора

Дата договора

Договор, рублей за 1 кв. м

Аналоги, рублей за 1 кв. м

Недополучено, %

1.

ГАГ 4-45/2

28.10.2016

30 000

39 000

30,00

2.

ГАГ 6-4-35/1

10.06.2016

30 000

39 000

30,00

3.

ГАГ 6-36-69/2

10.06.2016

30 000

39 000

30,00

4.

ГАГ 6-42-74/2

10.06.2016

30 000

39 000

30,00

5.

ЛАВ 1-001

15.12.2016

30 000

38 500 – 41 000

28,33 – 36,67

Суд отмечает, что результаты проведенной экспертизы (заключение № 1959 от 16.10.2019 года) в части отклонения цен спорных договоров от рыночной цены сопоставимы со сравнением цен по общему объему договоров долевого участия и спорных договоров. В данном случае отклонения аналогичны. Тем самым, проведенная по настоящему делу экспертиза дополнительно подтверждает заключение спорных договоров по заниженным ценам, обоснованность и целесообразность которых должна быть обоснована ответчиками.

Пунктом 6 постановления от 30.07.2013 года № 62 установлено, что по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Арбитражный суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о возмещении директором убытков, причиненных юридическому лицу, только на том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной степенью достоверности (пункт 1 статьи 15 ГК РФ). В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности.

При оценке доказанности наличия и размера вреда, суд также руководствуется правовой позицией, изложенной в Постановлении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.09.2011 № 2929/11, согласно которой суд не может полностью отказать в удовлетворении требования участника хозяйственного общества о возмещении убытков только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности.

Согласно пункту 1 статьи 49 АПК РФ, истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

При таких обстоятельствах суд полагает установление ФИО2 исковых требований в размере 149440040,00 рублей допустимой реализацией его процессуальных прав, отвечающей критерию возмещения убытков с разумной степенью достоверности, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности.

Ответчики возражали против предоставленного истцом расчета, указывали, что в качестве аналогов истцом были приняты квартиры, расположенные в иных литерах (но в пределах одного комплекса), а квартиры, договоры долевого участия в строительстве в отношении которых были заключены в иные периоды времени.

Вместе с тем, ответчики не представили суду пояснений, отличались ли в действительности цены в принятых истцом аналогах от тех, которые указал в своем расчете истец. Также ответчики не представили суду доказательств – документов, датированных 2014-2016 годом об установлении цен на квартир иных, нежели исчислено истцом.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

В соответствии с частью 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга до начала судебного разбирательства. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

При таких обстоятельствах суд не принимает не подтвержденных доказательствами пояснений ответчиков.

Суд исследовал расчет истца и находит его обоснованным в части сравнения цен и подбора аналогов сделок, осуществленных ООО СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж», как по времени их совершения, так и по предмету сделок. Незначительные отличия по времени и совершения сделок аналогов, предмету и спорных договоров суд считает разумными и допустимыми.

Констатируя факт того, что спорные договоры долевого участия в строительстве действительно были заключены на сумму меньшую, нежели определено сравнение с иными договорами и подтверждено экспертизой, суд полагает необходимым установить, не выходили ли за пределы обычного делового (предпринимательского) риска действия руководителей общества в разрезе, данном п. 3 постановления от 30.07.2013 года № 62, а именно:

- предпринимались ли до принятия решения действия, направленные на получение необходимой и достаточной для его принятия информации;

- соблюдались ли при совершении сделок обычно требующиеся процедуры.

Изучив материалы дела, представленные сторонами доказательства, как до направления дела на новое рассмотрение, так и в ходе производства в суде первой инстанции, суд установил, что доказательств разумности действий ФИО15, ФИО3 в понятии пункта 3 постановления от 30.07.2013 года № 62 в материалах дела не содержится.

Согласно пункту 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга до начала судебного разбирательства. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

За все время производства по настоящему делу, ответчиками и третьими лицами в материалы дела не было представлено доказательств того, каким образом ФИО15, ФИО3 принималось решение об установление цены договоров долевого участия.

К таким доказательствам можно было бы отнести:

- проводимые на регулярной и систематической основе оценки рыночной стоимости квартир в районах, где находятся возводимые обществом объекты недвижимого имущества, с разбивкой по предложениям на первичном и вторичном рынке, дающие возможность оперативно реагировать на изменение ценовой политики конкурентов;

- проводимые на регулярной и систематической основе обзоры недобросовестных действий на рынке со стороны застройщиков, ведущих свою деятельность с нарушением закона, в районах, где находятся возводимые обществом объекты недвижимого имущества, и обращение в компетентные контрольные органы, дающие возможность вывести с рынка недвижимости демпинговые предложения;

- проводимые на регулярной и систематической основе исследования динамики роста населения г. Краснодара, покупательной способности населения, требований населения к приобретаемому жилью, дающие представления о ценовом и технологическом сегменте, в котором следует осуществлять строительство, а равно о сопутствующих товарах и услугах, требующихся населению, предложение которых сделает продукт более привлекательным для потребителя;

- проводимые на регулярной и систематической основе исследования экономической ситуации в Российской Федерации, Краснодарском крае и г. Краснодаре в части изменения уровня инфляции, курсов валют, ставок по кредитам, дающие представления о привлекательности рынка недвижимости в качестве объекта инвестирования.

Подобные исследования, проводимые как сотрудниками общества, так и привлеченными профессиональным экспертными организациями, в материалы настоящего дела не представлены.

Более того, представителем общества в судебных заседаниях были даны неоднократные пояснения об отсутствие в обществе какой-либо единой системы (стратегии) реализации квартир, решения о цене реализации принимались в отношении каждого клиента индивидуально руководителем или уполномоченным им лицом.

Подобный неразумный подход к определению цены заключения договоров долевого участия в строительстве со стороны ФИО15, ФИО3 в понятии пункта 3 постановления от 30.07.2013 года № 62 привел к тому, что такие цены в значительной степени не соответствовали рыночным ценам, сложившимся в периоды заключения спорных договоров.

При этом суд не принимает довод том, что на установленные базовые цены оказала влияние ценовая конкуренция с иными застройщиками, в том числе недобросовестными, а равно с предложениями жилых помещений на вторичном рынке жилья, как не основанный на материалах дела.

Во-первых, ранее ответчики, оспаривая проводившуюся по делу экспертизу, неоднократно указывали, что вторичный рынок жилья характеризуется более высокими ценами, поскольку собственники, якобы, приобретают жилье исключительно в целях инвестирования, и не существует обстоятельств, вследствие которых они были бы вынуждены продавать жилье по ценам ниже цен его приобретения. Тем самым, ценовая конкуренция с вторичным рынком жилья не должна была влечь занижения цен реализуемых квартир.

Во-вторых, снижение цены как способ привлечь клиентов является лишь одним из многих способов стимулирования спроса. К другим способам следует отнести предоставление отсрочки или рассрочки платежа по договору долевого участия в строительстве; предоставление скидки за использование при расчетах предпочтительного способа платежа; проведение переговоров с кредитными организациями о выплате вознаграждения за указание банка в качестве предпочтительного; предоставление скидки на выполнение ремонтных и отделочных работ, заказываемых у общества; предоставление скидки на приобретение парковочных мест, принадлежащих обществу; розыгрыш среди покупателей ценных призов.

Однако ни один из этих способов стимулирования спроса ФИО15, ФИО3 использован не был, при этом в настоящем деле нет никаких доказательств тому, что исследование на предмет выявления наиболее оптимального способа стимулирования спроса когда-либо в ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» проводилось, тем более – проводилось бы регулярно.

Не представлены какие-либо расчеты, прогнозные планы, аналитические материалы, согласно которым можно было бы удостовериться, что ФИО15, ФИО3 осознанно, с учетом требуемого от них уровня профессиональных познаний, исследовали рынок недвижимости и реализации квартир в соответствующий период, после чего заключили сделки на условиях, преследующих цель максимизации получаемой прибыли, а не просто компенсации себестоимости строительства и упрощения (примитивизации) бизнес-процессов общества.

Более того, в материалы дела отсутствуют доказательства, которыми вышеуказанные обстоятельства освещались бы достоверно хотя бы ретроспективно. Представленное ответчиками заключение специалиста по обоснованности и экономической целесообразности реализации квартир, выполненное ООО «ЮрКонсЦентр», таким доказательством не является по следующим основаниям.

Во-первых, указанное исследование не позволяет достоверно установить объем и содержание предоставленных в распоряжение специалиста данных.

Так, имеющаяся ссылка на предоставление в распоряжение специалиста некоего «файла РБУ» не позволяет суду установить ни полноту, ни достоверность исследованных специалистом обстоятельств. Кроме того, суд отмечает, что в обществе с 2015 существует корпоративный конфликт относительно предоставления истцу документов обществом – дело № А32-32977/2015, дело № А32-4624/2018, исполнительное производство № 18311/18/23061-ИП от 28.03.2017 года на момент вынесения решения не окончено.

В судебных актах по данным делам прямо установлено, что действия ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» по уничтожению документов, в условиях наличия спора с участником об их предоставлении, нельзя признать добросовестными, поскольку свидетельствуют о воспрепятствовании истцу в законном праве знакомиться с документами общества (постановление Арбитражного суд Северо-Кавказского округа от 09.11.2017 года по делу № А32-32977/2015).

Также отсутствует возможность установить содержание документов, поименованных как «Прочие источники: Росстат, Информационная база, Журнал «Сделка», Росстат, оценки Атона, ЦБ, оценки Атона»».

Во-вторых, указанное исследование носит противоречивый (между установленными фактическими обстоятельствами и выводами) и предположительный характер.

Так, например, на стр. 14 исследования указано: «Это отражает не только эффект низкой базы, на наш взгляд, но является очевидным признаком того, что люди хотят улучшать жилищные условия, особенно те, кто не может уехать за город, чтобы жить в просторных домах. Мы считаем, что большинство россиян не рассматривают ипотечные кредиты как способ улучшения своих жилищных условий в настоящий момент».

Тем самым, исследователь констатирует очевидный, но не доказанный проведенным исследованием факт стремления людей улучшать жилищные условия, после чего делает необоснованный вывод о том, что желающие улучшить жилищные условия люди не намерены использовать кредитный механизм. При этом используется оборот речи «в настоящий момент», тогда как спорными являются договоры, заключенные в период 2014-2016 годов.

Более того, указав, что «…большинство россиян не рассматривают ипотечные кредиты как способ улучшений своих жилищных условий…», следующим абзацем на стр. 14 исследователь указывает, что «Все эти причины могут объяснять, почему ипотечное кредитование – единственный сегмент розничного кредитования, который постоянное растет, даже во время экономической рецессии: за последние 10 лет ипотечный портфель российских банков вырос почти в 6 раз, достигнув 4,5 трлн. руб. в конце апреля 2017, однако он остается крошечным по сравнению с другими большими странами с развитыми ипотечными рынками».

Более того, странице 15 исследования указано, что ежегодно россияне берут около 900000 ипотечных кредитов, и 2016 года был успешным для российского ипотечного рынка, а на стр. 16 указано, что Россия входит в число мировых лидеров по исполнению договоров кредита, обеспеченных ипотекой (средняя просрочка составляет 400 евро).

Тем самым, исследовать прямо себе противоречит, а также употребляет недопустимые термины. Так, эксперт не уточняет, в какой момент времени в Российской Федерации регистрировалась рецессия, а равно, что подразумевается под термином «большая страна» (по площади, по населению, по ВВП, по уровню дохода населения) и как это относится к деятельности ФИО15 и ФИО3

На странице 17 исследования указано, что «… с другой, как «недвижимость снова оказалась предметом повышенного интереса. На протяжении 2014 года внешние факторы успели дважды вызвать ажиотаж вокруг недвижимости, чего не было никогда ранее. Первая волна ажиотажа пришлась на начало 2015 года и достигла пика в мае. Такова была реакция людей на ситуацию с присоединением Крыма и ухудшение отношений в западным миром. Тогда в равной мере повысилась активность как инвестиционных покупателей, так и людей, поспешивших побыстрее купить квартиру для жизни и решить квартирный вопрос по принципу «пока не стало хуже». Вторая волна ажиотажа на рынке недвижимости стала зарождаться в октябре 2014 года на фоне беспрецедентного обвала рубля. Она оказалась даже более сильной и более эмоциональной, чем первая, но, видимо, она станет и более краткосрочной. По сути, рынок недвижимости захлестнула та же паника, что и все другие товарные рынки, и большинством людей двигало желание купить хоть что-нибудь, чтобы спасти деньги».

Таким образом, описываемые исследователем факты однозначно свидетельствуют о том, что рынок недвижимости в рассматриваемый период был исключительно привлекательным с инвестиционной точки зрения, в том числе с использованием кредитных инструментов, тогда как вывод исследователя заключается в том, что в исследуемый период рынок недвижимости был рынком покупателя.

Более того, суд особо отмечает установленный исследователем факт повышенного (экспертом даже употреблен термин «панического») интереса к недвижимости в 2014 году еще и потому, что ИП ФИО17 приобрел 85 квартир в мае 2014 года и 102 квартиры в октябре 2014 года, гражданин ФИО62 (работник ООО «Каян») приобрел 20 квартир в октябре 2014 года, а из 58 квартир, приобретаемых якобы «по акции» за 1-1,7-1,8 миллионов рублей, 39 квартир было отчуждено в периоды апрель-июнь 2014 года и сентябрь-ноябрь 2014 года, 8 квартир было отчуждено между двумя этими событиями (июль-август 2014 года), и только 11 квартир было отчуждено в иные периоды времени (декабрь 2013 года – февраль 2014 года).

Поскольку май и октябрь 2014 года являются пиковыми проявлениями негативных явлений в российской экономике, и граждане, заключая договоры долевого участия, как предвосхищали наметившиеся негативные явления, так и реагировали на них (в том числе, изыскивали денежные средства для приобретения квартиры), то суд оценивает период апреля 2014 – ноября 2014 года как единый для целей понимания экономической ситуации, в которой действовал застройщик – ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж».

Таким образом, ФИО15 только в период наивысшего спроса на недвижимость в 2014 году были отчуждены 254 квартиры по существенно заниженным ценам.

Как следствие, принимая во внимание содержащиеся в заключении специалиста по обоснованности и экономической целесообразности реализации квартир, выполненном ООО «ЮрКонсЦентр», отрывочные данные фактического характера и отвергая сделанные исследователем предположительные и необоснованные выводы, суд делает вывод о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства, которыми бы подтверждалось разумность действий ФИО15, ФИО3, наоборот, представленные самими ответчиками доказательства свидетельствуют об обратном.

Приобщенное по ходатайству ответчиков к материалам настоящего дела изложенное в письменном виде заключение специалиста по обоснованности и экономической целесообразности реализации квартир, выполненное ООО «ЮрКонсЦентр», является фактически доказательством наличия высокого спроса на недвижимость в 2014 году, в период которого были отчуждены 254 квартиры по заниженным ценам.

С учетом изложенного, суд считает усилия ФИО15, ФИО3, направленные на получение информации, необходимой и достаточной для принятия решения об установлении базовых цен договоров долевого участия, совершенно неудовлетворительными, а их действия в связи с этим – неразумными.

При этом, суд учитывает представленную в материалы дела рецензию, выполненную ООО «Кадастр и оценка», согласно которой выводы, содержащиеся в заключении ООО «ЮрКонсЦентр», являются недостоверными, ошибочными и содержащими в себе неустранимые противоречия.

При этом, суд установил, что, помимо вышеперечисленных договоров, ФИО15, ФИО3 заключалось большое количество договоров, цена которых соответствовала рыночной и даже превышала ее.

Однако на ответчиков законом возложена обязанность действовать подобным образом в качестве нормы поведения, а не особой, премиальной максимы такового, и подобное поведение руководителя общества, надлежащим образом исполняющего свои обязанности, не являются основанием для освобождения его от ответственности за действия, в ходе которых руководитель вел себя неразумно.

Более того, данный факт также опровергает утверждение ответчиков о том, что, якобы, в период негативных явлений в российской экономике в 2014-2016 годах, рынок недвижимости г. Краснодара был рынком покупателя, а застройщикам было невозможно реализовывать квартиры хотя бы по рыночной цене.

Помимо совершения договоров долевого участия в строительстве при базовом уровне цен, ФИО15, ФИО3 были совершены многочисленные сделки по ценам, с разной степенью сниженным по отношения к базовому уровню цен, как указано ответчиками – по причине предоставления скидок.

В связи с этим суд считает необходимым указать, что для совершения договора долевого участия со скидкой, помимо обстоятельств, изложенных выше, требуются дополнительные фактические обстоятельства.

Во-первых, должны объективно существовать финансовые, организационные, технические и иные фактические обстоятельства, в которых совершение сделки по цене со скидкой с условием оплаты «сейчас» является более экономически выгодным для предприятия, нежели ожидание совершения сделки по базовой цене с условием оплаты «потом».

К таким обстоятельствам следует отнести крупное денежное обязательство или потеря, которые не были и не могли быть предусмотрены планом финансово-хозяйственной деятельности общества (налоговая ответственность, в том числе по причине действий контрагента общества; гражданское деликтное обязательство, в том числе за работника общества; банкротство обслуживающей кредитной организации или контрагента). Само по себе наличие крупного неисполненного денежного обязательства (или нескольких обязательств на крупную общую сумму) не может служить основанием для признания общества нуждающимся в незамедлительном получении денежных средств, поскольку в обязанности разумного руководителя общества априори входит построение эффективной системы хозяйствования, позволяющей в плановом порядке осуществлять исполнение принятых на себя обязательств.

Во-вторых, руководитель общества должен достоверно установить, что иные способы защиты интересов общества, кроме как реализация квартир со скидкой, имеют меньшую экономическую эффективность.

К таким способам следует отнести переговоры об отсрочке, рассрочке, уменьшения исполнения обязательства; переговоры о предоставлении отступного в виде квартир по их рыночной стоимости; продажа неэффективно используемого или неиспользуемого имущества общества; получение кредита в кредитной организации; выпуск ценных бумаг; увеличение уставного капитала общества за счет включения новых участников общества.

В-третьих, предоставление скидки, то есть выгодное покупателю уменьшение цены договора долевого участия в строительстве, должно сопровождаться симметричным внесением в условия договора долевого участия в строительстве условий, выгодных продавцу.

Первым же таким условием, направленным на скорейшее решение якобы имевшихся у общества финансовых проблем, должно стать условие о незамедлительном и полном расчете по договору. Другим условием, защищающим интересы продавца, и так вынужденного уменьшать цену договора ввиду тяжелого стечения обстоятельств, может служить передача приобретаемого имущества в залог продавцу до момента окончательного расчета.

Однако ни одно из вышеперечисленных обстоятельств ответчиками и третьими лицами доказано не было.

Так, по материалам дела факт тяжелого финансового положения ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» установить не представляется возможным: отсутствуют документы об открытых расчетных счетах и выписки о наличии денежных средств на указанных расчетных счетах по состоянию на даты совершения договоров якобы «со скидкой»; отсутствуют доказательства внезапного возникновения денежных обязательств в размере, превышающем имеющиеся в распоряжении общества денежные средства; отсутствуют доказательства доведения до покупателей информации о готовности совершить договор по цене с учетом скидки при выполнении определенных условий; отсутствуют доказательства получения денежных средств от лиц, заключивших договор «со скидкой», в сроки и в размере, достаточных для направления на погашение внезапно возникших обязательств; отсутствуют доказательства своевременного исполнения вышеуказанных внезапно возникших обязательств обществом; отсутствуют проводившиеся по каждому факту внезапно возникших обязательств исследования (финансового анализа) наиболее экономически выгодного способа исполнения таких обязательств.

Наоборот, в материалах дела имеются сведения о многочисленных договорах, составленных одной или близкими (1-2 дня) датами со спорными договорами, цена которых указана без скидки.

Таким образом, материалами дела не объяснены мотивы, побудившие ФИО15, ФИО3 на предоставление льготной цены продажи, не доказано, что приведенная ценовая политика была основана на неблагоприятной рыночной конъюнктуре, представляла собой наиболее эффективное экономически вынужденное решение в сложившейся финансовой ситуации либо была обусловлена иными событиями и обстоятельствами.

Обстоятельства, на которые ссылаются ответчики и третьи лица в обоснование экономической целесообразности предоставления скидки, по аргументированному убеждению суда не могут быть признаны таковыми по следующим основаниям.

Так, материалами дела не подтверждается утверждение ответчиков о том, что ускоренная за счет предоставления «скидок» реализация квартир, прежде всего ИП ФИО17, имело целью экономию на уплате налога на имущество.

Согласно части 1 статьи 380 Налогового кодекса Российской Федерации, налоговые ставки устанавливаются законами субъектов Российской Федерации и не могут превышать 2,2 процента, если иное не предусмотрено настоящей статьей.

При таких обстоятельствах предоставление обществом скидки на торг в размере, на котором настаивают ответчики (до 13%), было более экономически обременительно для общества, нежели нахождение недвижимого имущества в собственности общества 6 и более лет, в течение которых данное недвижимое имущество было бы реализовано.

Более того, как следует из представленных Росреестром по Краснодарскому краю в материалы дела документов, ИП ФИО17 не регистрировал на себя право собственности по заключенным договорам долевого участия в строительстве, а реализовывал принадлежащие ему права путем заключения договоров цессии в отношении прав, вытекающих из договоров долевого участия в строительстве. Как следствие, акт приема-передачи имущества, являющегося предметом договоров долевого участия в строительстве, подписывало в качестве передающего лица опять-таки ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж».

Суд установил, что ответчиками и третьими лицами не доказаны не только факты нуждаемости общества в средствах, вынудившие общество заключить договоры «со скидкой», но и факт того, что подобное снижение цены вообще рассматривалось как скидка в момент заключения таких договоров и имело под собой некие действия ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж».

Протоколом осмотра сайта нотариусом ФИО142 установлен лишь факт наличия на момент осмотра на официальном сайте ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» определенной информации – о якобы имевшей место в 2014 года акции по продаже квартир со скидкой. Однако материалами дела подтверждается, и ответчиками и третьими лицами по существу не оспаривается, что данный домен был зарегистрирован лишь 12.01.2017 года, то есть уже после совершения спорных договоров долевого участия, в связи с чем извещение потенциальных покупателей было невозможно. Утверждение ответчиков и общества о том, что вся информация на новый сайт общества была перенесена в объеме, соответствующем старому сайту, которым общество пользовалось на момент заключения спорных договоров, не может быть документально и достоверно подтверждено, в связи с чем судом отклоняется.

Довод ответчиков и третьих лиц о том, что предоставление «скидки на торг» является общераспространенной практикой и подтверждается сведениями, полученными у различных экспертных и риэлтерских организаций (ООО «Экспертное предприятие «СТРОЙТЭКС»», ООО «Аналитическое бюро экспертиз и исследований», ООО «КАЯН», ООО «РЕАЛ Краснодар» и т. д.), суд не принимает по следующим причинам.

Как следует из пояснений, данных суду кассационной инстанции ФИО12 в отношении доверителя – ФИО3, граждане ФИО88, ФИО25, ФИО143, ФИО82, приобретшие «по акции» 20 квартир из 52 (и еще 39 квартир по заниженной до 30-31 т.р. за 1 кв. метр цене), являются работниками (и участниками) ООО «Каян» и их родственниками.

При таких обстоятельствах суд не может принять в качестве достоверного доказательства сведения, исходящие от лица, объединившего в своей аффилированности крупнейших покупателей квартир по заниженным ценам.

Более того, согласно давно сложившейся судебной практике Верховного Суда Российской Федерации (определение от 12.12.2016 года № 309-ЭС16-16208), Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (определение от 20.06.2008 года № 7028/08), при отсутствии первичных учетных документов, свидетельствующих о передаче результатов работ, акты сверки не могут служить самостоятельным доказательством возникновения у должника денежного обязательства.

Как следствие, сами по себе письма риэлтерских агентств без приложения реально совершенных договоров уступки прав требований по договорам долевого участия в строительстве, без подтверждения государственной регистрации изменения в договоры долевого участия в строительстве в части стороны приобретателя, без подтверждения осуществления расчетов за состоявшуюся уступку не могут быть признаны надлежащим доказательством совершения сделок со «скидкой на торг» в указанных ответчиками и третьими лицами размерах.

Кроме того, ответчикам и третьим лицам необходимо доказать, что предоставление скидки ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» в том же размере, что и при уступке прав требований по договорам долевого участия в строительстве отдельно взятым физическим лицом (отмеченным в статистике риэлтерских агентств), было вызвано столь же острой экономической необходимостью, как и у физического лица, и что добросовестно и разумно действующие ФИО15 и ФИО3 не могли иначе предотвратить наступление неблагоприятных последствий.

В отношении ссылки ответчиков и третьих лиц на заявление ООО «Каян» № 393 от 03.10.2017 года о реализации квартир со скидкой в рамках рекламной акции суд полагает необходимым указать следующее.

Как следует из пояснений, данных суду кассационной инстанции ФИО12 в отношении доверителя – ФИО3, граждане ФИО88, ФИО25, ФИО143, ФИО82, приобретшие «по акции» 20 квартир из 52 (и еще 39 квартир по заниженной до 30-31 т.р. за 1 кв. метр цене), являются работниками (и участниками) ООО «Каян» и их родственниками.

При таких обстоятельствах суд не может принять в качестве достоверного доказательства сведения, исходящие от лица, объединившего в своей аффилированности крупнейших покупателей квартир по заниженным ценам.

Более того, согласно давно выработанной в судебной практике позиции Верховного Суда Российской Федерации (определение от 12.12.2016 года № 309-ЭС16-16208), Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (определение от 20.06.2008 года № 7028/08), при отсутствии первичных учетных документов, свидетельствующих о передаче результатов работ, акты сверки не могут служить самостоятельным доказательством возникновения у должника денежного обязательства.

Как следствие, само по себе заявление ООО «Каян» № 393 от 03.10.2017 года о реализации квартир со скидкой в рамках некой рекламной акции без приложения актов выполненных работ (оказанных услуг) по договору с ООО «Каян», платежных поручений об оплате выполненных работ (оказанных услуг) по договору с ООО «Каян», доказательств доведения ООО «Каян» до сведений покупателей подобной информации (листовок, брошюр, буклетов, договоров о выкладке или ином распространении таковых, осмотра сайта в сети Интернет, направлений от ООО «Каян» в адрес ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» и прочее) не может быть признано надлежащим доказательством проведения рекламной акции.

Одновременно суд полагает необходимым в контексте исследования разумности действий ФИО15 оценить представленный в материалы дела уже в суд кассационной инстанции договор между ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» и ООО «Каян» от 16.01.2012 года. В соответствии с п. 3.1 договора, заказчик осуществляет оплату исполнителю за оказанные услуги в размере 3% (три) процента от полной стоимости каждого объекта, реализованного с помощью услуг исполнителя, по договорам долевого участия в строительстве, договорам уступки права требования.

Генеральный директор ФИО15 обязался уплатить 3% от стоимости квартиры за рекламу возможности приобретения квартиры со скидкой, теперь уже в пользу покупателя. То есть, общество теряло денежные средства от продажи квартиры в качестве оплаты по договору оказания услуг, потом – от предоставления скидки. Данное финансово-управленческое решение, сделанное в отсутствие надлежащих исследований, без опробования альтернативных способов привлечения внимания потребителей (рекламные конструкции в городе, в торговых центрах, в средствах массовой информации), суд обосновано полагает неразумным. Суд полагает, что деловые навыки профессионального участника рынка недвижимости, коим должно являться ООО «Каян», оплаченные подобным образом и в подобных размерах, должны были принести обществу ощутимую выгоду, то есть реализацию квартир без скидки, что материалами дела не подтверждается.

Суд относится критически к письмам, предоставленным от ООО «Красноградпроект» № 001 от 21.01.2020 года и от ООО УК «Капиталъ ПИФ» № 18/04 от 16.01.2020 года, поскольку в данных письмах нет ссылки на конкретные сделки и их условия, без анализа данной информации невозможно считать данные доказательства относимыми к настоящему делу (ст. 67 АКП РФ).

Суд исследовал материалы, приобщённые ответчиками дополнениями № 1 от 22.01.2020 года к отзыву ответчиков. Суд считает, что данные характеристики генерального директора общества ФИО15 не могут повлиять на оценку судом его действий, поскольку ранее совершенные поступки не могут характеризовать его будущие действия как законные и обоснованные.

К доводу ответчиков о последующей реализации спорных квартир и прав долевого участия по цене, сопоставимой с первоначальной или даже ниже (с убытком), суд относится критически, поскольку как общество в лице директора, так и его участники не могут влиять на сделки, заключаемые третьими лицами. Также данные сделки не характеризуют рынок недвижимости и ценообразование, поскольку представляют слишком малую выборку. Суд обращает внимание на то обстоятельство, что ИП ФИО17 24.10.2016 года осуществил реализацию квартиры по ул. Лавочкина, 15, литер 7 кв. 83, по цене ниже цены приобретения, но позже продолжил приобретать спорные квартиры. Ответчики не пояснили суду причины данных действий контрагента и его политику ценообразования.

Направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал, что суды первой и апелляционной инстанций необоснованно отклонили доводы ответчиков о продаже квартир в 2014 году по акции, по условиям которой однокомнатные квартиры реализовывались обществом за 1 млн. рублей, двух- и трехкомнатные квартиры – за 1,7 млн. рублей и 1,8 млн. рублей соответственно... акции, как правило, проводятся в целях привлечения большего количества покупателей… несмотря на акционные условия, в многоквартирном доме по улице Лавочкина (литера 2) на дату его ввода в эксплуатацию имелись нереализованные квартиры в количестве 17 штук.

Как следствие, суд полагает необходимым дать оценку вышеуказанным доводам ответчиков и третьих лиц.

Во-первых, как следует из представленного в материалы дела разрешения на строительство № RU23306000-2969-р от 26.09.2013 года в отношении литера № 2, количество квартир в таковом составляет 357 штук. Как следствие, 17 квартир от 357 составляет 4,76%. Тем самым, даже если 17 квартир не были бы проданы вообще (надлежащих доказательства такому в материалы дела не представлено, речь идет о наличии у общества квартир на момент ввода в эксплуатацию, а не на момент рассмотрения спора), то общество не получило бы ориентировочно 5% от того, на что рассчитывало при начале строительства, что значительно меньше произведенного распределенного снижения цены на все оставшиеся квартиры.

Во-вторых, как следует из сравнения условий спорных договоров и договоров, в предмет спора не входящих, продажи квартир в моменты продаж по заниженным ценам имели положительную динамику.

Так, например, в литере 2 в мае 2014 года было реализовано 4 «акционные» квартиры по цене 23-25,5 т.р. за 1 кв. метр (ФИО25, ФИО143, оба – ООО «Каян») и 57 квартир по обычной цене (33-35 т.р. за 1 кв. метр).

Более того, суд учитывает то обстоятельство, что общество осуществляло строительство не одного литера, а сразу нескольких, в связи с чем покупательский спрос нужно представлять и учитывать комплексно, а не дифференцированно.

Обоснованное указание суда кассационной инстанции на то обстоятельство, что акции проводятся с целью привлечения большего количества покупателей, а не только преодоления тяжких экономических обстоятельств, тем не менее, не умаляет факта того, что в материалах дела, сформированных к моменту вынесения настоящего судебного акта, нет никаких доказательств того, что ФИО15, ФИО3 исполнили требования пункта 3 постановления от 30.07.2013 года № 62 при принятии решения о проведении подобной акции.

Так, в материалах дела отсутствует анализ динамики спроса на рынке недвижимого имущества, в связи с чем невозможно оценить, существовал ли в периоды проведения так называемых «акций» обеспеченный спрос, на который данные акции могли рассчитывать. Также в материалах дела отсутствуют проведенные применительно к каждой такой «акции» маркетинговые исследования, позволяющие установить наиболее привлекательные способы стимулирования потребительского спроса и масштабы такого стимулирования (каково соотношение размера предоставленной скидки и размера увеличения объемов продаж). Нет в материалах дела и финансового анализа деятельности общества на момент принятия решения о проведении «акции», в котором бы были отражены основные показатели деятельности общества, данные об объеме денежных средств, сроках и объемах кредитных обязательств, количестве и степени строительной готовности возводимых объектов недвижимого имущества. Наконец, отсутствует финансовый анализ (бизнес-план), обобщающий вышеуказанные сведения и дающий однозначный ответ о том, что именно отчуждение квартир по цене 1,0-1,7-1,8 млн. рублей имело наилучший экономический результат.

По мнению суда, проведение акции предполагает реализацию прав долевого участия в строительстве в определенный период времени неограниченному кругу лиц, для привлечения внимания покупателей. В данном случае из материалов дела усматривается продажа прав долевого участия весьма ограниченному кругу аффилированных лиц с одновременным заключением договоров долевого участия с неограниченным кругом лиц по рыночным ценам. Суд делает вывод, что проведение акций по продажи квартир не доказано и прямо противоречит материалам дела.

При таких обстоятельствах суд вынужден сделать вывод о том, что ФИО15, ФИО3 приняли решение о проведении «акции» без получения необходимой и достаточной информации, совершили «акционные» сделки без соблюдения обычно требующихся процедур, в связи с чем их неразумность в силу пункта 3 постановления от 30.07.2013 года № 62 считается доказанной.

Суд исследовал довод ответчиков о концепции продаж квартир, согласно которой строящиеся квартиры реализовывались застройщиком по различной стоимости; из анализа договоров долевого участия заключенных в период с 2014 года по 2016 год следует, что все права долевого участия реализовывались по ценам, одинаково определенным в отношении тех же или аналогичных объектов, за исключением спорных договоров, заключавшихся по одинаковой заниженной цене в отношении различных по количеству комнат и площади квартир. Какой-либо системной взаимосвязи, либо иной логики в заключении спорных договоров по заниженным ценам установлено не было.

Ссылки ответчиков на не возражение истца на общих собраниях участников на политику продажи квартир суд признать обоснованными не может, поскольку ответчики не предоставили доказательств постановки таких вопросов на общих собраниях участков ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж».

Более того, как было указано ранее в обществе с 2015 существует корпоративный конфликт относительно предоставления истцу документов обществом – дело № А32-32977/2015, дело № А32-4624/2018, исполнительное производство № 18311/18/23061-ИП от 28.03.2017 года на момент вынесения решения не окончено.

В судебных актах по данным делам прямо установлено, что действия ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» по уничтожению документов, в условиях наличия спора с участником об их предоставлении, нельзя признать добросовестными, поскольку свидетельствуют о воспрепятствовании истцу в законном праве знакомиться с документами общества (постановление Арбитражного суд Северо-Кавказского округа от 09.11.2017 года по делу № А32-32977/2015). С учетом того, что основная масса договоров долевого участия в строительстве, за исключением спорных договоров, заключалась по рыночным ценам, суд считает, что ответчики не доказали осведомленность участника общества о заключении договоров по заниженным ценам.

Ссылки ответчиков на то, что продажа квартир с дисконтом в пределах прибыльности не свидетельствует о незаконности реализации со стороны застройщика, не обоснованы. Реализация имущества, в том числе как основанного вида деятельности, согласно обычаям осуществляется по рыночным ценам, при этом предприниматели стремятся получить наибольшую выгоду от такой продажи. Следовательно, при реализации прав долевого участия по ценам ниже рыночных, при продаже аналогичных прав в те же даты по рыночным ценам, ответчики должны предоставить доказательства обоснованности таких продаж. Ответчиками не предоставлено доказательств необходимости и обоснованности продажи квартир по ценам ниже рыночной стоимости.

Также, направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал судам нижестоящих инстанций установить и учесть специфику отношений между ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» и ИП ФИО17

Изучением материалов дела судом было установлено следующее.

ФИО17 (далее – ИП ФИО17) был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 22.12.2009 года, ИНН <***>, ОГРНИП 309231135600054.

В качестве основного вида деятельности была указана оптовая торговля металлами и металлическими рудами. В качестве дополнительных видов деятельности были указаны оптовая торговля через агентов (за вознаграждение или на договорной основе); оптовая торговля топливом; оптовая торговля лесоматериалами; оптовая торговля прочими промежуточными продуктами; оптовая торговля отходами и ломом; розничная торговля в неспециализированных магазинах; прочая розничная торговля в специализированных магазинах; розничная торговля вне магазинов; транспортная обработка грузов и хранение; организация перевозок грузов; подготовка к продаже, покупка и продажа собственного недвижимого имущества; аренда прочих транспортных средств и оборудования; деятельность в области права, бухгалтерского учета и аудита; консультирование по вопросам коммерческой деятельности и управления предприятием; исследование конъюнктуры рынка; предоставление прочих услуг.

ФИО17 прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя 25.03.2013 года по собственному решению.

ФИО17 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 10.04.2013 года, ИНН <***>, ОГРНИП 313231110000101.

В качестве основного вида деятельности была указана покупка и продажа собственного недвижимого имущества. В качестве дополнительных видов деятельности не было указано ничего.

Таким образом, ФИО17 осуществлял индивидуальную предпринимательскую деятельность в течение 3-х лет по видам деятельности, с недвижимостью не связанным, прекратил такую деятельность на 2 недели, после чего вновь был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, единственным видом деятельности которого была покупка и продажа собственного недвижимого имущества.

Среди договоров, по которым ФИО2 испрашивает возмещения убытков, самыми ранними договорами, заключенными между ИП ФИО17 и ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж», являются договоры, датированные 15.05.2014 года: ЛАВ 2-205-214/3 от 15 мая 2014 года, ЛАВ 2-215-224/3 от 15 мая 2014 года, ЛАВ 2-225-234/3 от 15 мая 2014 года, ЛАВ 2-235-244/3 от 15 мая 2014 года, ЛАВ 2-245-254/3 от 15 мая 2014 года, ЛАВ 2-255-264/3 от 15 мая 2014 года, ЛАВ 2-265-274/3 от 15 мая 2014 года, ЛАВ 2-275-284/3 от 15 мая 2014 года, ЛАВ 2-285-289/3 от 15 мая 2014 года.

Всего 15.05.2014 года ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» обязался передать ИП ФИО17 85 квартир на условиях отсрочки платежа.

Как следует из представленных Росреестром по Краснодарскому краю в материалы дела документов, ИП ФИО17 не регистрировал на себя право собственности по заключенным им с ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» договорам долевого участия в строительстве, а реализовывал принадлежащие ему права путем заключения договоров цессии в отношении прав, вытекающих из договоров долевого участия в строительстве. Срок заключения договоров цессии как правило не превышал срока отсрочки платежа по заключенным с ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» договорам долевого участия. Из данного обстоятельства следует, что, заключая договоры долевого участия в строительстве, ИП ФИО17 рассчитывал продать права долевого участия, а затем осуществить расчет с застройщиком.

Определением от 27.03.2019 года суд истребовал у ИП ФИО17 следующие документы:

- обо всех объектах недвижимого имущества, приобретенных ФИО17 у ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» за период с 2013 по 2016 г.г.;

- обо всех расчетах с ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж», произведенных за приобретенные объекты недвижимого имущества (с приложением соответствующих платежных документов);

- о сроках последующей реализации приобретенных у ООО «»СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» объектов недвижимого имущества (с приложением подтверждающих документов).

18.04.2019 года в материалы дела от ИП ФИО17 поступили следующие документы:

- договор купли-продажи квартиры от 26.04.2016 года;

- свидетельства о государственной регистрации права от 23.05.2016 года, 01.07.2016 года;

- платежные поручения № 286 от 31.05.2016 года, № 289 от 06.06.2016 года, № 290 от 06.06.2016 года, № 291 от 14.06.2016 года;

- решение о согласовании перепланировки от 24.10.2016 года;

- акт № 55 о приемке завершенной перепланировки от 14.06.2017 года;

- выписки из ЕГРН от 16.10.2017 года об объектах, полученных после перепланировки (6 штук);

- выписки из ЕГРН от 16.04.2019 года о реализованных объектах (2 штуки).

Таким образом, собранными материалами дела не подтверждается никаких «длительных деловых отношений» между ИП ФИО17 и ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» за период с регистрации ФИО17 в качестве индивидуального предпринимателя (10.04.2013 года) и до совершения сделок в отношении сразу 85 квартир (15.05.2014 года).

При этом суд отмечает, что в материалах дела отсутствуют доказательства, каким-либо образом характеризующие финансовое состояние ИП ФИО17 на момент начала отношений с ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж», и гарантии осуществления своевременных оплат по договорам с учетом рассрочки более чем на 10 месяцев иначе, чем за счет перепродажи прав требования по договорам долевого участия в строительстве.

Общество, проявляя разумную степень заботливости и осмотрительности, в том числе в понятиях налогового законодательства и законодательства о противодействии отмыванию денежных средств, не могло не установить хотя бы минимум сведений в отношении контрагента, которому без залога, с условием об отсрочке платежа на 10 и более месяцев впоследствии передаст по договорам долевого участия в строительстве более 400 квартир, права по которым такое лицо будет переуступать в пределах срока оплаты по договорам долевого участия.

Однако в материалах дела отсутствуют доказательства, что такая проверка проводилась, а если проводилась – каковы были ее результаты.

Неизвестно, по какому адресу ИП ФИО17 осуществляет свою деятельность, есть ли у него офисные помещения, на каком основании и с какого момента они ему принадлежат; каков штат его сотрудников и есть ли они вообще, каково их штатное расписание, кто осуществлял непосредственное взаимодействие с ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж»; каким образом ИП ФИО17 осуществлял деятельность по поиску покупателей, доведению до сведения заинтересованных лиц информации о наличии квартир, какие способы размещения рекламы и информации им использовались; имеется ли иная приносящая доход деятельность, позволяющая исполнять обязанности по оплате перед ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» даже в случае, если квартиры не будут проданы; принимались ли меры со стороны ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» для проверки финансовой состоятельности ИП ФИО17, ознакомления с его бухгалтерской и налоговой отчетностью.

При таких обстоятельствах суд не может принять утверждение ответчиков о том, что договоры долевого участия в строительстве с ИП ФИО17 были совершены по причине длительных деловых отношений.

В отношении довода о том, что заключение договоров подобным образом гарантировало обществу стабильный доход, суд полагает необходимым указать следующее.

Как следует из имеющихся в материалах дела договоров, ИП ФИО17 предоставлялась отсрочка платежа на срок 10 месяцев, тогда как иные граждане, использовавшие для расчета с ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» собственные или кредитные средства, производили расчет в кратчайшие сроки.

Тем самым, отчуждение квартир иным гражданам сопровождалось одновременным получением денежных средств, тогда как отчуждение квартир ИП ФИО17 сопровождалось образованием дебиторской задолженности, погашаемой по мере совершения ИП ФИО17 договоров цессии, то есть – по мере проявления иными потребителями интереса к объектам недвижимости, возводимым ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж».

Следовательно, на конец каждого из рассматриваемых периодов задолженность ИП ФИО17 перед ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» составляла 100-120 млн. рублей, что подтверждается предоставленным в материалы дела пояснениями расшифровками основных статей бухгалтерской отчетности на 31.12.2016 года, на 31.12.2017 года.

В связи с этим, суд отклоняет довод ответчиков о возможности гарантированного постоянного получения денежных средств от ИП ФИО17, поскольку доказательств финансовой устойчивости и платежеспособности ИП ФИО17 не представлено в материалы дела.

В материалы дела не представлено доказательств ведения фактической деятельности ИП ФИО17, направленной реализацию квартир третьим лицам, проведение рекламных акций, наличие офиса продаж, наличие сотрудников. Материалами дела не подтверждается возможность осуществления ИП ФИО17 деятельности по продаже квартир.

В совокупности с тем, что фактически право собственности на основании спорных договоров долевого участия в строительстве не регистрировалось на ИП ФИО17, а регистрировалось непосредственно на третьих лиц, приобретавших права долевого участия в строительстве, суд приходит к выводу, что передача права долевого участия ИП ФИО17 носила формальный характер и не имела экономического смысла для общества. Фактически данные сделки причиняли обществу убытки в размере занижения цен, как по каждому отдельному договору долевого участия, так и в совокупности.

Довод ответчиков о финансировании (инвестировании) со стороны ИП ФИО17 деятельности общества не выдерживает критики, поскольку в материалы дела не представлены доказательства того, что денежные средства поступали от ИП ФИО17 в адрес общества до момента начала строительства спорных квартир. Напротив, из спорных и иных договоров долевого участия следует, что ИП ФИО17 осуществлял оплату по договорам со значительной отсрочкой платежа. Инвестирование, прежде всего, предполагает предоставление средств, а затем предмета инвестиций, а не наоборот.

При этом реализация квартир иным лицам по рыночным ценам была осуществлена без таковой рассрочки. Согласно обычаев делового оборота, в случае предоставлении рассрочки либо отсрочки платежа, цена предмета продажи вырастает, это происходит из-за двух факторов: риска неоплаты и платы за пользование деньгами. В данном случае, ситуация по спорным квартирам обратная, причины таковой ответчики не пояснили.

Суд считает, что рынок продажи квартир в одном районе одного застройщика единый, и при наличии спроса на квартиры не имеет значения продавец (ИП или общество), в данном случае ответчики не предоставили доказательств того, что ИП ФИО17 осуществлял деятельность, направленную на дополнительное привлечение покупателей на квартиры. Суд убежден, что в том случае, если бы квартиры не были проданы ИП ФИО17, то они были бы куплены у общества теми же третьими лицами, что и у ИП ФИО17, по рыночным ценам.

Суд учитывает то обстоятельство, что, в нарушение ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ответчики не предоставили суду доказательств того, что денежные средства поступали от ИП ФИО17 до момента отчуждения прав требования в отношении спорных квартир третьим лицам, предоставленная отсрочка платежа свидетельствует об обратном.

При таких обстоятельствах суд приходит к обоснованному выводу о том, что ФИО15, ФИО3 приняли решение о снижении цены для ИП ФИО17 без получения необходимой и достаточной информации, совершили указанные сделки без соблюдения обычно требующихся процедур, в связи с чем их неразумность в силу пункта 3 постановления от 30.07.2013 года № 62 считается доказанной.

Оценивая все вышеизложенные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что совокупность условий, необходимых для возложения гражданско-правовой ответственности в форме взыскания убытков, судом установлена:

- результатом исследования судом договоров долевого участия в строительстве, заключенных в период с 2014 года по 2016 год, установлено значительное занижение цены спорных договоров относительно общей массы договоров, заключенных в тот же период;

- результатами проведенного по делу повторного экспертного исследования также доказано наличие значительного занижения цены строящегося недвижимого имущества и размер такого занижения;

- поведение ФИО15, ФИО3, не использовавших никаких других способов стимулирования продаж, кроме как существенное снижение цены, оценено судом как неразумное, а, следовательно, презумпционно виновное для целей взыскания убытков;

- установлена причинно-следственная связь между действиями ФИО15, ФИО3, согласовывавших условия сделок, и неполучением обществом максимально возможного встречного предоставления.

В отношении возможности возложения на ФИО3, ФИО4, ФИО5 обязанности по возмещению убытков, причиненных ФИО15, суд полагает необходимым указать следующее.

Часть договоров долевого участия от имени общества заключались ФИО15, а равно ФИО6 по доверенности, выданной ФИО15

Согласно пункту 5 постановления от 30.07.2013 года № 62, в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц. О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля.

ФИО15 умер 09.05.2016 года, что подтверждается свидетельством о смерти серия <...>.

Согласно письму нотариуса Нотариальной палаты Краснодарского края ФИО144, исх. № 147 от 16.04.2018 года, наследниками имущества ФИО15 являются: супруга ФИО145, дочь ФИО3, дочь ФИО4, дочь ФИО16.

В соответствии со статьей 418 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника.

В соответствии со статьей 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается Кодексом или другими законами. Не входят в состав наследства личные неимущественные права и другие нематериальные блага.

В соответствии со статьей 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации, при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

Согласно пункту 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» (далее – постановление от 29.05.2012 года № 9), в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности: вещи, включая деньги и ценные бумаги (статья 128 ГК РФ); имущественные права (в том числе права, вытекающие из договоров, заключенных наследодателем, если иное не предусмотрено законом или договором; исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации; права на получение присужденных наследодателю, но не полученных им денежных сумм); имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (пункт 1 статьи 1175 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 15 постановления от 29.05.2012 года № 9, имущественные права и обязанности не входят в состав наследства, если они неразрывно связаны с личностью наследодателя, а также если их переход в порядке наследования не допускается ГК РФ или другими федеральными законами (статья 418, часть вторая статьи 1112 ГК РФ). В частности, в состав наследства не входят: право на алименты и алиментные обязательства (раздел V Семейного кодекса Российской Федерации), права и обязанности, возникшие из договоров безвозмездного пользования (статья 701 ГК РФ), поручения (пункт 1 статьи 977 ГК РФ), комиссии (часть первая статьи 1002 ГК РФ), агентского договора (статья 1010 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации, наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно. Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

В пунктах 58 - 60 постановления от 29.05.2012 года № 9 разъяснено, что под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника (статья 418 ГК РФ), независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства. Смерть должника не является обстоятельством, влекущим досрочное исполнение его обязательств наследниками. Например, наследник должника по кредитному договору обязан возвратить кредитору полученную наследодателем денежную сумму и уплатить проценты на нее в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. Сумма кредита, предоставленного наследодателю для личного, семейного, домашнего или иного использования, не связанного с предпринимательской деятельностью, может быть возвращена наследником досрочно полностью или по частям при условии уведомления об этом кредитора не менее чем за тридцать дней до дня такого возврата, если кредитным договором не установлен более короткий срок уведомления; сумма кредита, предоставленного в иных случаях, может быть возвращена досрочно с согласия кредитора (статьи 810, 819 ГК РФ). При отсутствии или недостаточности наследственного имущества требования кредиторов по обязательствам наследодателя не подлежат удовлетворению за счет имущества наследников и обязательства по долгам наследодателя прекращаются невозможностью исполнения полностью или в недостающей части наследственного имущества (пункт 1 статьи 416 ГК РФ) (пункт 60).

Таким образом, в действующем законодательстве не содержится прямого запрета на переход в порядке наследования обязанности возмещения убытков, причиненных директором общества при осуществлении им полномочий. Взыскание убытков, являющееся мерой ответственности за нарушение прав общества, причиненных при осуществлении предпринимательской деятельности умершего, не связаны неразрывно с личностью ответчика и могут быть исполнены за счет имущества умершего ответчика его наследниками (аналогичная позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 20.12.2017 года по делу № А72-8799/05).

Также в своем Определении № 310-ЭС15-19804 от 26.09.2017 года по делу № А23-1167/2012 Верховный Суд Российской Федерации не нашел оснований для отмены судебных актов, которыми сделан вывод о том, что «...в рассматриваемом деле исполнение - уплата компенсации, взысканной судом вместо убытков, причиненных при осуществлении предпринимательской деятельности умершей, а также расходы по оплате госпошлины за рассмотрение дела арбитражным судом, - не связано неразрывно с личностью должника и может быть исполнено за счет имущества умершего должника его наследниками».

В рассматриваемом случае исполнение – возмещение ущерба, причиненного обществу, не связано неразрывно с личностью должника и может быть исполнено за счет имущества умершего должника его наследниками. В законе не содержится запрета на переход в порядке наследования обязанности по возмещению ущерба.

Основания, указанные в статье 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации, об исключении из наследственной массы прав и обязанностей, неразрывно связанных с личностью должника, а также в пункте 15 постановления от 29.05.2012 года № 9, в настоящем деле отсутствуют.

Таким образом, принявшие наследство наследники должника становятся солидарными должниками в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества.

Данная позиция была поддержана судами апелляционной и кассационной инстанции при первоначальном рассмотрении дела.

Согласно пункту 1 статьи 323 Гражданского кодекса Российской Федерации, при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.

Тем самым, невключение в число ответчиков ФИО7 является правом истца, предусмотренным ст. 323 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При отсутствии или недостаточности наследственного имущества требования кредиторов по обязательствам наследодателя не подлежат удовлетворению за счет имущества наследников и обязательства по долгам наследодателя прекращаются невозможностью исполнения полностью или в недостающей части наследственного имущества (пункт 1 статьи 416 Гражданского кодекса).

Стоимость перешедшего к наследникам имущества, пределами которой ограничена их ответственность по долгам наследодателя, определяется его рыночной стоимостью на время открытия наследства вне зависимости от ее последующего изменения ко времени рассмотрения дела судом.

Таким образом, с учетом положений законодательства об ответственности наследников по долгам наследодателя при рассмотрении данной категории дел юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению судом, являются: определение круга наследников, состав наследственного имущества, его стоимость, а также размер задолженности, подлежащей взысканию с наследников.

Как было установлено ранее, размер задолженности, подлежащий взысканию с наследников, составил 140180332,00 рублей.

В число наследников вошли ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО7 (истцом в качестве ответчика по делу не привлеченная).

Вместе с тем, ответ на вопрос о рыночной стоимости наследственного имущества ФИО15, а тем самым – о размере возмещения причиненного вреда, обязанность по возмещению которого может быть возложена на ФИО3, ФИО4, ФИО5, может быть дан только при наличии специальных знаний, которыми арбитражный суд не обладает.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд может назначить экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

В связи с этим, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.05.2019 года по делу была назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперта ООО «Межрегиональное Управление Судебных Экспертиз» ФИО18 На разрешение эксперта был поставлен следующий вопрос:

- Какова рыночная стоимость нижепоименованного имущества по состоянию на 09.05.2016 года:

- нежилые помещения № 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 41, 42, находящиеся по адресу: <...>, кадастровый номер 23:43:0411051:1734, площадь 276,7 кв. метров;

- 24,5% доли в уставном капитале ООО СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж», ИНН <***>, ОГРН <***>;

- ½ доли в праве общей долевой собственности на земельный участок по адресу: <...> кадастровый номер 23:43:0410029:0005, площадь 734 кв. метров;

- ½ дои в праве общей долевой собственности на жилой дом по адресу: <...>, кадастровый номер 23:43:0145001:3095, площадь 147 кв. метров;

- ½ доли в праве общей долевой собственности на гаражный бокс № 57: нежилое помещение № 9 первого этажа здания литер О, по адресу: <...>, кадастровый номер23:43:0000000:10873, площадь 25 кв. метров;

- ½ доли в праве общей долевой собственности на гаражный бокс № 56: нежилое помещение № 8 первого этажа здания литер О, по адресу: <...>, кадастровый номер23:43:0000000:12488, площадь 25 кв. метров;

- ½ доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <...>, кадастровый номер 23:43:0411051:58, площадь 43,4 кв. метров;

- ½ доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <...>, кадастровый номер 23:43:0411051:59, площадь 43,6 кв. метров;

- ½ доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <...>, кадастровый номер 23:43:0411051:37, площадь 43,5 кв. метров;

- ½ доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <...>, кадастровый номер 23:43:0411051:777, площадь 43,7 кв. метров;

- ½ доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <...>, кадастровый номер 23:43:0411051:776, площадь 43,7 кв. метров;

- ½ доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <...>, кадастровый номер 23:43:0411051:806, площадь 43,8 кв. метров;

- ½ доли в праве общей долевой собственности на нежилые помещения № 116, 117, 118, 119, 120, 121, 122, 123, 124, 125, 126, 126/1, 127, 128, 129, 130, 131, находящиеся по адресу: г. Краснодар, ул. им. Лавочкина, дом 21, кадастровый номер 23:43:0411051:871, площадь 322,1 кв. метров;

- 753/6144 долей в праве общей долевой собственности на нежилое здание, находящееся по адресу: <...>, кадастровый номер 23:43:0411051:2262, площадь 3072 кв. метров;

- ½ доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: Краснодарский край, г. Геленджик, <...>, кадастровый номер 23:40:0507042:2310, площадь 42,9 кв. метров;

- ½ доли уставного капитала в размере 35% доли в уставном капитале ООО «Восток», ИНН <***>, ОГРН <***>;

- ½ доли уставного капитала в размере 35% доли в уставном капитале ООО «Югкомплектстрой», ИНН <***>, ОГРН <***>».

Согласно заключению эксперта № 1959 от 16.10.2019 года, рыночная стоимость вышепоименованного имущества по состоянию на 09.05.2016 года составляет 239211000,00 рублей.

Вместе с тем, в заключении эксперта № 1959 от 16.10.2019 года допущены счетные ошибки: стоимость земельных участков, принадлежащих ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж», учтена дважды, стоимость доли в размере 24,5% рассчитана для доли в размере 35%.

Суд учитывает, что Некоммерческое партнёрство «СРО судебных экспертов», в котором состоит ФИО18, в заключении специалистов № 5247 от 20.01.2020 года указало на соответствие заключения эксперта действующему законодательству РФ, за исключением арифметических ошибок, которые суд учитывает самостоятельно при выселении судебного акта, поскольку для корректировки расчета не требуются специальные познания. Также законность и правильность выполнения экспертного заключения подтверждает анализ от 17.01.2020 года, выполненный ООО «Архонт».

Суд считает верным подход эксперта к определению стоимости земельных участков с кадастровыми номерами 23:43:0000000:1523 и 23:43:0000000:1525 в составе стоимости доли в уставном капитале ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» с использованием аналогов с разрешенным использованием «под многоэтажное и среднеэтажное строительство» по следующим основаниям.

Данные земельные участки были приобретены ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж», то есть лицом, осуществляющим профессиональную деятельность в области строительства многоэтажного многоквартирного жилья, по договору купли-продажи земельных участков № ДЗ-8 от 16.01.2015 года. Данный договор был заключен по результатам проведения открытого аукциона, организованного Федеральным фондом содействия развитию жилищного строительства, то есть лицом, в чьи уставные цели входило содействие развитию жилищного строительства в Российской Федерации.

На момент заключения договора купли-продажи земельных участков № ДЗ-8 от 16.01.2015 года земельные участки с кадастровыми номерами 23:43:0000000:1523 и 23:43:0000000:1525 имели разрешенное использование «для комплексного освоения в целях жилищного строительства, в том числе среднеэтажного и многоэтажного».

Тем самым, в распоряжение лица, осуществляющего профессиональную деятельность по возведению многоэтажных многоквартирных жилых домов, лицом, уставной деятельностью которого являлось содействие развитию жилищного строительства в Российской Федерации, были переданы земельные участки, пригодные для ведения обычной хозяйственной деятельности ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонта» - строительства жилья.

Изменение третьим лицом вида разрешенного использования приобретенных на аукционе земельных участков общей площадью 71,38 га на «благоустройство» не ухудшило их потребительских свойств, поскольку впоследствии ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» разделило земельные участки и вновь изменило вид их разрешенного использования на «под многоэтажное и среднеэтажное строительство» и начало возводить на их фактической площади многоэтажные жилые дома – жилой комплекс «Сосновый бор».

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что эксперт верно исходил при оценке земельных участков из их максимальных полезных свойств, которые фактически формирует и извлекает собственник земельного участка.

В соответствии с частью 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

В случае исправления расчетной ошибки суду специальные познания не требуются, в связи с чем суд полагает себя компетентным исчислить рыночную стоимость наследственного имущества равной 159639000,00 рублей, то есть достаточной для удовлетворения заявленных требований в полном объеме.

Основанием для удовлетворения иска о взыскании с директора общества убытков может являться совокупность следующих обстоятельств: факт совершения директором общества противоправного деяния; факт наступления для общества неблагоприятных последствий (в том числе размер причиненных убытков); наличие причинно-следственной связи между деянием, совершенным директором, и неблагоприятными последствиями, возникшими для общества; наличие вины в действиях директора общества.

Таким образом, с учетом всей совокупности доказательств, ответственности в форме взыскания убытков, судом установлено наличие ущерба в виде значительного занижения цены строящегося недвижимого имущества и его размер; установлена причинно-следственная связь между действиями директора, согласовавшего условия сделок, и причиненным вредом; поведение директора оценено как неразумное, а, следовательно, презумционально виновное для целей взыскания убытков.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности, суд приходит к выводу о доказанности обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований для взыскания убытков, причиненных ООО «СЗ «Стройэлектросевкавмонтаж» вследствие совершения неразумных действий, следствием которых явилось заключение спорных договоров долевого участия в строительстве жилого дома по заниженной стоимости.

Основываясь на вышеизложенном, с учетом наличия причинно-следственной связи между действиями лиц, замещающих должность единоличного исполнительного органа, а именно ФИО15 и ФИО3, и возникшими на стороне общества убытками, размер которых подтвержден представленными в материалы дела документами, суд считает обоснованными заявленные требования о взыскании убытков в сумме 149440040,00 рублей, представляющих собой сумму в пределах разницы между ценой, устанавливавшейся при заключении договоров, спорными не являющихся, и указанной обществом в спорных договорах суммой.

При таких обстоятельствах, убытки в размере 140180332,00 рублей, причиненные обществу в результате заключения ФИО146 договоров долевого участия в строительстве по заниженной стоимости общества, следует отнести на его наследников ФИО3, ФИО4, ФИО5, отвечающих по долгам наследодателя солидарно в пределах унаследованного имущества.

Убытки в размере 9259708,00 рублей, причиненные обществу в результате заключения ФИО3 договоров долевого участия в строительстве по заниженной стоимости, следует отнести на его ФИО3

В силу части 2 статьи 225.8 АПК РФ решение об удовлетворении требования по иску учредителя (участника) о возмещении убытков принимается в пользу юридического лица, в интересах которого был предъявлен иск (пункт 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Согласно требованиям частей 3, 4 статьи 225.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, связанные с рассмотрением дела по иску участников юридического лица о возмещении убытков, причиненных юридическому лицу, несут такие участники в равных долях. Возмещение судебных расходов производится по правилам, установленным статьей 110 настоящего Кодекса.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Из разъяснений, изложенных в абзаце 2 пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении судебных издержек, связанных с рассмотрением дела», если лица, не в пользу которых принят судебный акт, являются солидарными должниками или кредиторами, судебные издержки возмещаются указанными лицами в солидарном порядке.

В данной ситуации, расходы ФИО2 по уплате государственной пошлины и оплате судебной экспертизы подлежит распределению между ответчиками пропорционально удовлетворенным исковым требованиям, а именно с ФИО3, ФИО4, ФИО5 солидарно солидарно 187600 рублей расходов по уплате государственной пошлины, 352031 рубль 40 копеек расходов по оплате экспертиз (93,8%); с ФИО3 12400 рублей расходов по уплате государственной пошлины, 23268 рублей 60 копеек расходов по оплате экспертиз (6,2%).

Руководствуясь статьями 65, 71, 110, 123, 141, 156, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

Взыскать с ФИО3 (г. Краснодар), ФИО4 (г. Краснодар), ФИО5 (г. Краснодар) солидарно в пользу общества с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «Стройэлектросевкавмонтаж» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 350912, <...>) 140180332 рубля убытков, а также в пользу ФИО2 (г. Краснодар) солидарно 187600 рублей расходов по уплате государственной пошлины, 352031 рубль 40 копеек расходов по оплате экспертиз.

Взыскать с ФИО3 (г. Краснодар) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «Стройэлектросевкавмонтаж» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 350912, <...>) 9259708 рублей убытков, а также в пользу ФИО2 (г. Краснодар) 12400 рублей расходов по уплате государственной пошлины, 23268 рублей 60 копеек расходов по оплате экспертиз.

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение месяца со дня его принятия, в арбитражный суд кассационной инстанции - в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

Судья Р.А. Решетников