Решение от 10 июня 2022 г. по делу № А40-223876/2020

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-223876/20
г. Москва
10 июня 2022 г.
127-1648


Резолютивная часть решения объявлена 31 мая .2022 года

Полный текст решения изготовлен _10 июня 2022 года

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Кантор К.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Агеевой С.В.

рассматривает в судебном заседании дело по иску (заявлению)

ИП Пугач Константин Геннадьевич

к ТЕРРИТОРИАЛЬНОЕ УПРАВЛЕНИЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО УПРАВЛЕНИЮ ГОСУДАРСТВЕННЫМ ИМУЩЕСТВОМ В ГОРОДЕ МОСКВЕ

к ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ "ДИРЕКЦИЯ ПО ОБЕСПЕЧЕНИЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО УПРАВЛЕНИЮ ГОСУДАРСТВЕННЫМ ИМУЩЕСТВОМ"

107139, ГОРОД МОСКВА, ПЕРЕУЛОК ОРЛИКОВ, ДОМ 3, КОРПУС Б, ОГРН: 1097746349535

третьи лица: 1.Департамент городского имущества

2.ГУП города Москвы «Центр управления городским имуществом»

3.Управление Росреестра по г. Москве

4.Департамент культурного наследия города Москвы,

5. ФГБУК «АУИПИК»

6. ООО «Русская кухня на Покровке»

7. ООО «Развитие»

8. ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "МАРИЭЛА"

9. ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ФИРМА ПЛЮС 7"

О признании права собственности Российской Федерации на объект недвижимости с кадастровым номером 77:01:0001100:1135 отсутствующим

По встречному иску:

ТЕРРИТОРИАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО УПРАВЛЕНИЮ ГОСУДАРСТВЕННЫМ ИМУЩЕСТВОМ В ГОРОДЕ МОСКВЕ (107139, ГОРОД МОСКВА, ПЕРЕУЛОК ОРЛИКОВ, ДОМ 3, КОРПУС Б, ОГРН: 1097746349535, Дата присвоения ОГРН: 15.06.2009, ИНН: 7708701670)

к Индивидуальному предпринимателю ПУГАЧ КОНСТАНТИН ГЕННАДЬЕВИЧ (ОГРНИП: 304753403000498, ИНН: 753605177049, Дата присвоения ОГРНИП: 30.01.2004)

третьи лица – Департамент городского имущества города Москвы, Департамент культурного наследия,

об истребовании недвижимого имущества

при участии:

от истца (ответчик по встречному иску) – Пугач К.Г. (лично), предъявлен паспорт; Амельченко Д.Ю. по дов. от 15.02.2021 №б/н

от ответчика №1(истец по встречному иску) – не явился, извещен

от ответчика №2 (истец по встречному иску) - Покидышев Е.С. по дов. от 30.12.2021 г. № 132

от третьего лица №1 – Караваева А.О. по дов. от 19.11.2021 №33-Д-841/21

от третьего лица №2 – не явился, извещен

от третьего лица №3 – не явился, извещен

от третьего лица №4 – не явился, извещен

от третьего лица №5 – не явился, извещен

от третьего лица №6 – Никитин А.Е. по дов. от 06.06.2020 № б/н

от третьего лица №7 – Никитин А.Е. (ген. дир., паспорт)

от третьего лица №8 – не явился, извещен

от третьего лица №9 – не явился, извещен

УСТАНОВИЛ

Индивидуальный предприниматель Пугач Константин Геннадьевич (далее по тексту – Истец) обратился в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением о признании, отсутствующим права собственности Российской Федерации в лице ТУ Росимущества по г. Москве (далее по тексту – Ответчик) на нежилое помещение площадью 50 кв.м. (1 этаж, пом. IX, ком.1-5), расположенное по адресу: 101000, г. Москва, ул. Покровка, д. 17, стр. 1 с кадастровым номером 77:01:0001100:1135 (далее по тексту – Помещение) отсутствующим

Определением от 28.01.2022 судом приняты уточненные требования и в дополнение к первоначальным требования Истец просил признать отсутствующим право оперативного управления ФГБУ «ДОД Росимущества» на нежилое помещение площадью 50 кв.м. (1 этаж, пом. IX, ком.1-5), расположенное по адресу: 101000, г. Москва, ул. Покровка, д. 17, стр. 1 с кадастровым номером 77:01:0001100:1135.

В оставшейся части уточненного иска требования истец не поддержал, в связи с чем, судом не приняты и не подлежат рассмотрению.

ТУ Росимущества по г. Москве заявило к Истцу встречные требования об истребовании из его владения нежилого помещения площадью 50 кв.м. (1 этаж, пом. IX, ком.1-5), расположенного по адресу: 101000, г. Москва, ул. Покровка, д. 17, стр. 1 с кадастровым номером 77:01:0001100:1175.

К участию в деле, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований привлечены Департамент городского имущества г. Москвы, ГУП города Москвы «Центр управления городским имуществом», Управление Росреестра по г. Москве, Департамент культурного наследия города Москвы, ФГБУК «АУИПИК», ООО «Русская кухня на Покровке», ООО «Развитие», ООО «МАРИЭЛА», ООО «ФИРМА ПЛЮС 7».

Представитель истца изложил правовую позицию, исковые требования поддержал в полном объеме.

Представитель соответчика изложил правовую позицию, против удовлетворения исковых требований возражал.

По встречному иску представитель истца изложил правовую позицию.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения встречного иска

ТУ Росимущества по г. Москве направило в суд заявление о рассмотрении спора в отсутствие представителя и просило учесть позицию изложенную в отзыве на исковое заявление и письменных объяснениях.

Третье лицо ООО «Развитие» представило отзыв на исковое заявление, по основанием изложенным в нем полагало иск Пугача К.Г. подлежащим оставлению без удовлетворения, встречные требования ТУ Росимущества просило удовлетворить.

Третье лицо Департамент городского имущества г. Москвы предоставил письменные объяснений, в которых поддержал исковые требования Пугача К.Г., в удовлетворении требований ТУ Росимущества об истребовании имущества просил отказать.

Третье лицо Управление Росреестра по Москве – оставило разрешение спора на усмотрение суда.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, доводы сторон, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В обоснование первоначального иска с учётом принятых судом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ, истец указывает на то, что истцу на праве собственности принадлежит нежилое помещение площадью 50 кв. м. (1 этаж, пом. IX, ком.1-5), расположенное по адресу: 101000, г. Москва, ул. Покровка, д. 17, стр. 1, кадастровый номер 77:01:0001100:1175, указанное помещение принадлежит истцу на основании договора купли-продажи, заключенного 06.09.2017 с ООО «Фирма плюс 7», право собственности истца зарегистрировано Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве за № 77:01:0001100:1175-77/011/2017-6 от 17.09.2017.

В декабре 2019 г. Пугач К.Г. получил выписку из ЕГРН, согласно которой на указанное помещение, принадлежащее Пугачу К.Г., 29.03.2018 повторно зарегистрировано дублирующее право собственности Российской Федерацией, но под иным кадастровым номером 77:01:0001100:1135.

Как указывает истец, при приобретении недвижимого имущества проявил должную степень заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него по характеру обязательства, полагался на данные ЕГРН, будучи убежденным в его абсолютной достоверности, перед заключением договора проверка объекта проводилась квалифицированными риэлтерами, сделка купли-продажи была заверена нотариусом г. Москвы Федорченко А.В.

На момент заключения договора купли-продажи с Пугачом К.Г. право собственности ООО «Фирма плюс 7» было зарегистрировано в установленном законом порядке, какие-либо ограничения либо обременения в отношении указанного объекта недвижимости отсутствовали, продавец более 26 лет владел помещением первично на праве аренды, позднее на праве собственности, правопредшественником более 25 лет являлся г. Москва, что также свидетельствовало о законности цепочки возникновения и прекращения прав собственности в отношении объекта, в силу высокого кредита доверия государственным органам осуществляющим публичные полномочия государственной власти.

Согласно заключению кадастрового инженера от 06.04.2021 нежилому помещению площадью 50 кв.м. (1 этаж, пом. IX, ком.1-5), расположенному по адресу: 101000, г. Москва, ул. Покровка, д. 17, стр. 1 присвоен основной кадастровый номер 77:01:0001100:1175, а также дублирующий 77:01:0001100:1135, на который зарегистрировано право собственности РФ, таким образом в результате возникновения реестровой ошибки одному и тому же помещению присвоено два кадастровых номера, которая должна была быть устранена в рамках гармонизации баз данных Росреестра, однако именно обстоятельство возникновения реестровой ошибки создано условия для регистрации дублирующего права собственности РФ, т.к. в противном случае при попытке РФ зарегистрировать право собственности в отношении кадастрового номера 77:01:0001100:1175 Росреестром было бы отказано в совершении регистрационных действий, в связи с конфликтом с существующим правом.

Возможность регистрации дублирующих прав собственности на один и тот же объект не допускается действующим законодательством.

Поскольку истец фактически владеет спорным помещением, право собственности истца зарегистрировано на помещение 77:01:0001100:1175, при этом истцу достоверно известно о регистрации права собственности ответчика на спорное помещение путем повторной постановки помещения на кадастровый учет, и запись о праве собственности ответчика на помещение с кадастровый номером 77:01:0001100:1135 нарушает права истца, последний обратился с настоящим иском в суд.

В обоснование встречного иска об истребовании у ответчика имущества из чужого незаконного владения истец указывает на то, что Российская Федерация является единственным собственником спорного имущества, что подтверждено имеющими преюдициальное значение судебными актами, кадастровый учет и регистрация права собственности Российской Федерации на спорное помещение произведены в установленном законом порядке, в связи с чем единственным способом защиты своего нарушенного права истец считает истребование имущества из чужого незаконного владения.

В ситуации, когда одно и тоже помещение принадлежит на праве собственности разным лицам, при этом указанное помещение поставлено на кадастровый учет по разными кадастровыми номерами как самостоятельные объекты недвижимости, суду необходимо установить факт того, что предметом спора является одно и тоже помещение.

В процессе рассмотрения спора было заявлено о назначении судебной экспертизы.

Указанное заявление отклонено, поскольку судом из выписок из ЕГРН, а также на основании иных представленных в материалы дела документов и доводов сторон установлен факт того, что помещение с кадастровыми номерами 77:01:0001100:1175 и 77:01:0001100:1135 являются одним и тем же помещением, на которое зарегистрировано право собственности разных лиц.

Кроме того, согласно заключению кадастрового инженера Османова Т.И. (квалификационный аттестат 77-12-57) нежилому помещению этаж 1, пом. IX, ком. 1, 1а, 2-5, общей площадью 50 кв.м., расположенному по адресу г. Москва, ул. Покровка, д. 17, стр. 1 присвоен кадастровый номер 77:01:0001100:1175, в отношении которого зарегистрировано право собственности Пугача К.Г., а также дублирующий кадастровый номер 77:01:0001100:1135, в отношении которого зарегистрировано оспариваемое право собственности Российской Федерации. Кроме того, тот факт, что помещению этаж 1, пом. IX, ком. 1, 1а, 2-5, общей площадью 50 кв.м., расположенному по адресу г. Москва, ул. Покровка, д. 17, стр. 1 присвоен два дублирующих друг друга кадастровых номер подтвержден представителем соответчика по делу ФГБУ «ДОД Росимущества».

При этом судом установлено и сторонами не опровергается факт того, что истец - ИП Пугач Константин Геннадьевич фактически владеет и распоряжается спорным помещением.

Согласно части первой статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов. 5 Защита гражданских прав осуществляется способами, установленными статьей 12 ГК РФ, в частности путем признания права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Согласно пункту 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

В соответствии со ст. 304 Гражданского кодекса собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения. Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 52 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Поскольку при таком оспаривании суд разрешает спор о гражданских правах на недвижимое имущество, соответствующие требования рассматриваются в порядке искового производства.

В случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека и иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

По смыслу вышеприведенных правовых норм и разъяснений выбор способа защиты вещного права, квалификация спорного отношения судом и разрешение вещно-правового конфликта зависит от того, в чьем фактическом владении находится спорное имущество, право собственности на которое зарегистрировано одновременно за разными лицами.

Возможность обращения с требованием о признании права собственности на недвижимое имущество отсутствующим предоставлена лицу, в чьем владении находится спорное имущество, являющемуся одновременно с другим лицом собственником этого имущества в силу записи в ЕГРП. Следовательно, удовлетворение такого требования возможно, если истец является владеющим собственником недвижимости, право которого зарегистрировано в ЕГРП.

В силу пункта 53 указанного Постановления ответчиком по иску, направленному на оспаривание зарегистрированного права или обременения, является лицо, за которым зарегистрировано спорное право или обременение.

Исходя из изложенного, по настоящему делу одними из юридически значимых обстоятельств являются наличие или отсутствие регистрации права собственности сторон по делу одновременно на один объект недвижимости независимо от формального адреса и данных кадастрового учета и факта владения спорным недвижимым имуществом кем-либо из собственников этого имущества.

В соответствии с пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", а также правовой позицией Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 07.04.2016 по делу N 310-ЭС15-16638, иск о признании права отсутствующим относится к негаторным искам, на которые исковая давность не распространяется.

В соответствии с п. 32-44 Постановление Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» применяя статью 301 ГК РФ, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении. Иск об истребовании имущества, предъявленный к лицу, в незаконном владении которого это имущество находилось, но у которого оно к моменту рассмотрения дела в суде отсутствует, не может быть удовлетворен.

Если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 ГК РФ). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 ГК РФ.

В соответствии со статьей 301 ГК РФ лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика.

Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

Доказательством права собственности на недвижимое имущество является выписка из ЕГРП. При отсутствии государственной регистрации право собственности доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

В соответствии со статьей 302 ГК РФ ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель).

Для целей применения пунктов 1 и 2 статьи 302 ГК РФ приобретатель не считается получившим имущество возмездно, если отчуждатель не получил в полном объеме плату или иное встречное предоставление за передачу спорного имущества к тому моменту, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неправомерности отчуждения.

Приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в ЕГРП было зарегистрировано не за отчуждателем или в ЕГРП имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества. В то же время запись в ЕГРП о праве собственности отчуждателя не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя.

Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.

Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества

По смыслу пункта 1 статьи 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли.

Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Поскольку в данном споре вопрос о законности владения и распоряжения спорным имуществом Индивидуальным предпринимателем является первичным, суд рассматривает требования ТЕРРИТОРИАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО УПРАВЛЕНИЮ ГОСУДАРСТВЕННЫМ ИМУЩЕСТВОМ В ГОРОДЕ МОСКВЕ к Индивидуальному предпринимателю об истребовании спорного имущества из чужого незаконного владения.

Как следует из позиции истца по встречному иску и подтверждено представленными в материалы дела доказательствами, что согласно приложению № 1 Постановления Совета Министров РСФСР от 30.08.1960 № 1327, памятник культуры – «Гостиница у Покровских ворот, нач. XIX века, арх. В.П.Стасов», расположенный по адресу: г. Москва, ул. Покровка, д. 17, стр. 1 вошел в перечень объектов культурного наследования государственного значения. Согласно п. 1 Постановления Верховного совета РФ от 27.12.1991 г. № 3020-1, объекты государственной собственности, указанные в приложении 1 к настоящему постановлению, независимо от того, на чьем балансе они находятся, и от ведомственной подчиненности предприятия, относятся исключительно к федеральной собственности. Пунктом 3 Приложения 1 Постановления Верховного совета РФ от 27.12.1991 г. № 3020-1, к категории объектов, относящихся к исключительно федеральной собственности отнесены объекты историко-культурного и природного наследия и художественные ценности, учреждения культуры общероссийского значения, расположенные на территории Российской Федерации.

При таких обстоятельствах спорный объект отнесен к исключительной федеральной собственности и следовательно, при таком разграничении не могли поступить ни в собственность субъектов Российской Федерации, ни в муниципальную собственность.

Указанная позиция истца по встречному иску подтверждена с вступившими по делу судебными актами по делам №А40-26861/02-79-162, А40-69007/20, а так же многочисленными судебными решениями принятыми относительно различных помещений в указанном здании, поскольку данные выводы суда о принадлежности всего здания в ведению Российской Федерации сделаны в отношении всего здания в целом.

Таким образом, суд полагает, что установленные по вышеназванным делам обстоятельства, относительно всего здания в целом являются преюдициальными по отношению к рассмотрению настоящего спора в силу ст. 69 АПК РФ и повторному доказыванию не подлежат.

Как разъяснено в пункте 39 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22, по смыслу пункта 1 статьи 302 ГК РФ, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. В связи с этим судам необходимо устанавливать наличие или отсутствие воли собственника на передачу владения иному лицу.

Разрешая вопрос о выбытии спорного помещения из владения собственника по его воли или же в отсутствие таковой, арбитражный суд учитывает следующие установленные по делу обстоятельства.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации, ее статьями 1, 8 (часть 2), 18, 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 и 2) и 40 (часть 1), в Российской Федерации как правовом государстве каждый вправе иметь в собственности имущество, включая жилое помещение, владеть, пользоваться и распоряжаться им на основе принципов юридического равенства и справедливости, свободы экономической деятельности, в том числе свободы договора, защиты равным образом частной, государственной, муниципальной и иных форм собственности; при этом право собственности и свобода договора как необходимые элементы конституционного статуса личности, наряду с другими непосредственно действующими правами и свободами, определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Согласно Конституции Российской Федерации право собственности и иные имущественные права гарантируются посредством права на судебную защиту (статья 46, часть 1), которая в силу ее статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) должна быть полной и эффективной, отвечать критериям пропорциональности и соразмерности, с тем чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота - собственников, кредиторов, должников; возможные ограничения федеральным законом прав владения, пользования и распоряжения имуществом и свободы договоров также должны отвечать требованиям справедливости, быть адекватными, пропорциональными, соразмерными, не иметь обратной силы и не затрагивать существо, основное содержание данных конституционных прав; сама же возможность ограничений и их характер должны обусловливаться необходимостью защиты конституционно значимых ценностей.

Неприкосновенность собственности и свобода договора являются необходимыми гарантиями беспрепятственного использования каждым своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, реализации иных прав и свобод человека и гражданина и надлежащего исполнения соответствующих обязанностей ("собственность обязывает") на основе принципов юридического равенства и справедливости и вытекающего из них критерия добросовестности участников правоотношений, в том числе в сфере гражданского оборота. Следовательно, под действие указанных конституционных гарантий подпадают имущественные права лица, владеющего вещью на законных основаниях, включая ее добросовестного приобретателя. Приведенные правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженные в том числе в постановлениях от 20 июля 1999 года N 12-П, от 21 апреля 2003 года N 6-П и от 14 мая 2012 года N 11-П, в полной мере распространяются на законодательное регулирование имущественных отношений, складывающихся по поводу объектов недвижимого имущества. Закрепляя право каждого владеть собственностью объектами недвижимого имущества, Конституция Российской Федерации - с учетом того, что в условиях рыночной экономики граждане и юридические лица осуществляют данное право в основном самостоятельно, используя различные законные способы, - возлагает на органы публичной власти обязанность создавать для этого необходимые условия.

Поэтому, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, при регулировании прав на недвижимое имущество, включая переход права собственности, необходимо соблюдение, с одной стороны, принципа свободы и неприкосновенности, а с другой - баланса прав и охраняемых законом интересов всех участников отношений в конкретных ситуациях, с тем чтобы избежать необоснованного ограничения конституционных прав и свобод (постановления от 8 5 июня 2010 года N 13-П, от 14 мая 2012 года N 11-П, от 4 июня 2015 года N 13-П и др.). Исходя из фундаментальных принципов юридического равенства и справедливости, верховенства и высшей юридической силы Конституции Российской Федерации в российской правовой системе (статьи 15 и 19 Конституции Российской Федерации) и вытекающего из них критерия правовой определенности законоположения, регулирующие отношения собственности и иные имущественные отношения по поводу жилых помещений должны отвечать требованиям ясности, точности и непротиворечивости, а механизм их действия должен быть предсказуем и понятен субъектам правоотношений, поскольку конституционная законность, равенство всех перед законом и судом и равноправие могут быть обеспечены лишь при условии единообразного понимания и применения правовой нормы всеми правоприменителями.

Правовая определенность закона является одним из необходимых условий стабильности и предсказуемости в сфере гражданского оборота, надлежащего уровня взаимного доверия между его участниками. Вместе с тем требование определенности правового регулирования, обязывающее законодателя формулировать правовые предписания с достаточной степенью точности, позволяющей гражданину (объединению граждан) сообразовывать с ними свое поведение - как запрещенное, так и дозволенное, не исключает использование оценочных или общепринятых понятий, значение которых должно быть доступно для восприятия и уяснения субъектами соответствующих правоотношений либо непосредственно из содержания конкретного нормативного положения или из системы взаимосвязанных положений, рассчитанных на применение к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций, либо посредством выявления более сложной взаимосвязи правовых предписаний, в частности с помощью даваемых судами разъяснений; именно судебная власть, действующая на основе принципов самостоятельности, справедливого, независимого, объективного и беспристрастного правосудия (статьи 10, 118 и 120 Конституции Российской Федерации), по своей природе в наибольшей мере предназначена для решения споров на основе законоположений, в которых законодатель использует в рамках конституционных предписаний оценочные понятия (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 апреля 2008 года N 7-П, от 5 марта 2013 года N 5-П, от 31 марта 2015 года N 6-П и от 4 июня 2015 года N 13-П, Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 2 апреля 2009 года N 484-О-П).

Вытекающий из Конституции Российской Федерации, ее статей 1, 15 (части 1 и 2), 17 (части 1 и 3), 18, 21 (часть 1) и 49, принцип добросовестности участников правоотношений нашел закрепление и в гражданском законодательстве.

Так, предписывая пределы осуществления гражданских прав, статья 10 ГК Российской Федерации устанавливает, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5), а используемое в пункте 1 его статьи 302 оценочное понятие "добросовестный приобретатель" определено в самой норме - это приобретатель, который не знал и не мог знать, что лицо, у которого приобретено имущество, не имело права его отчуждать. Вместе с тем поскольку зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке, то и добросовестность приобретателя спорного имущества, зарегистрированное право на которое предполагается, может быть опровергнута только в результате рассмотрения конкретного дела в суде. Исходя из этого Конституционный Суд Российской Федерации в

Постановлении от 21 апреля 2003 года N 6-П пришел к выводу, что содержащиеся в 6 пунктах 1 и 2 статьи 167 ГК Российской Федерации общие положения о последствиях недействительности сделки в части, касающейся обязанности каждой из сторон возвратить другой все полученное по сделке, не противоречат Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в нормативном единстве со статьей 302 данного Кодекса они не могут распространяться на добросовестного приобретателя, если это непосредственно не оговорено законом.

Вместе с тем Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что защита лица, считающего себя собственником имущества, возможна путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные статьей 302 ГК Российской Федерации основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя, т.е. лица, которое не знало и не могло знать о том, что имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать.

Разъяснения, связанные с понятием "добросовестный приобретатель", содержатся, в частности, в совместном постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", согласно пункту 38 которого приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (ЕГРП) было зарегистрировано не за отчуждателем или в ЕГРП имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества; в то же время запись в ЕГРП о праве собственности отчуждателя не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя; ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем; собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

В обзорах судебной практики по делам, связанным с истребованием от добросовестных приобретателей, по искам государственных органов и органов местного самоуправления (утверждены Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 1 октября 2014 года и 25 ноября 2015 года) называются обстоятельства, учитываемые судами при решении вопроса о признании приобретателя добросовестным, в том числе наличие записи в ЕГРП о праве собственности отчуждателя имущества, была ли проявлена разумная осмотрительность при заключении сделки, какие меры принимались им для выяснения прав лица, отчуждающего это имущество; производился ли приобретателем осмотр до его приобретения и ознакомился ли он со всеми правоустанавливающими документами; иные факты, обусловленные конкретными обстоятельствами дела, в том числе связанными с возмездностью приобретения имущества; при этом обязанность доказывания недобросовестности приобретателя возлагается на истца.

Таким образом, добросовестным приобретателем применительно к недвижимому имуществу в контексте пункта 1 статьи 302 ГК Российской Федерации в его конституционно-правовом смысле в правовой системе Российской Федерации является приобретатель недвижимого имущества, право на которое подлежит государственной регистрации в порядке, установленном законом, если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо знало об отсутствии у отчуждателя права распоряжаться данным имуществом или, 7 исходя из конкретных обстоятельств дела, не проявило должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых могло узнать об отсутствии у отчуждателя такого права.

Соответственно, указанное законоположение в части, относящейся к понятию "добросовестный приобретатель", не может рассматриваться как неправомерно ограничивающее права, гарантированные Конституцией Российской Федерации, в том числе ее статьями 8 (часть 2), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 и 2) и 55 (часть 3).

Правовое регулирование, в соответствии с которым защита прав лица, считающего себя собственником имущества, возможна путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются предусмотренные статьей 302 ГК Российской Федерации основания, дающие право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др.), отвечает целям обеспечения стабильности гражданского оборота и направлено в целом на установление баланса прав и законных интересов всех его участников.

Приведенная правовая позиция была сформулирована Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 21 апреля 2003 года N 6-П применительно к отношениям с участием граждан и юридических лиц. Когда с иском об истребовании недвижимого имущества к добросовестному приобретателю, который в установленном законом порядке указан как собственник имущества в Едином государственном реестре недвижимости, обращается публичноправовое образование, не может не учитываться специфика интересов, носителем которых оно является.

Особенности дел этой категории, исходя из необходимости обеспечения баланса конституционно значимых интересов, могут обусловливать иное распределение неблагоприятных последствий для собственника и добросовестного приобретателя, нежели установленное в статье 302 ГК Российской Федерации и подтвержденное в правовых позициях Конституционного Суда Российской Федерации, содержащихся в том числе в Постановлении от 21 апреля 2003 года N 6-П.

Спорное помещение расположено в здании объекта культурного наследия федерального значения «Гостиница у Покровских ворот, нач. XIX века, арх. В.П.Стасов», расположенном по адресу: г. Москва, ул. Покровка, д. 17, стр. 1.

Согласно приложению № 1 Постановления Совета Министров РСФСР от 30.08.1960 № 1327, памятник культуры – «Гостиница у Покровских ворот, нач. XIX века, арх. В.П.Стасов», расположенный по адресу: г. Москва, ул. Покровка, д. 17, стр. 1 вошел в перечень объектов культурного наследия государственного значения.

Согласно п. 1 Постановления Верховного совета РФ от 27.12.1991 г. № 3020-1, объекты государственной собственности, указанные в приложении 1 к настоящему постановлению, независимо от того, на чьем балансе они находятся, и от ведомственной подчиненности предприятия, относятся исключительно к федеральной собственности.

Пунктом 3 Приложения 1 Постановления Верховного совета РФ от 27.12.1991 г. № 3020-1, к категории объектов, относящихся к исключительно федеральной собственности отнесены объекты историко-культурного и природного наследия и художественные ценности, учреждения культуры общероссийского значения, расположенные на территории Российской Федерации.

Распоряжением Мэра Москвы от 17.10.1994г.№517-РМ «О мерах по усилению контроля за использованием нежилых помещений, расположенных в зданиях-памятниках истории и культуры» Правительство Москвы постановило зарегистрировать в государственной собственности города Москвы недвижимые памятники истории и культуры и выявленные недвижимые объекты историко-культурного наследия г. Москвы, находящиеся в оперативном управлении Главного управления охраны памятников г. Москвы, последнему было поручено представлять от имени Правительства Москвы в Московский городской комитет по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним документы на регистрацию прав города, охранно-арендных договоров и обременений на объекты, относящиеся к недвижимым памятникам истории и культуры и выявленным недвижимым объектам историко-культурного наследия г. Москвы.

Согласно пояснениям ДГИ г. Москвы, первично Москомимущество внесло запись в реестр собственности г. Москвы о праве собственности г. Москвы, как это предусмотрено пунктом 11 Распоряжения и Приказом Москомимущества от 17.02.1994 № 13-п «О порядке ведения реестра собственности».

Таким образом, по мнению ДГИ г. Москвы, право собственности на Помещение, расположенные в здании «Гостиница у Покровских ворот 1824-25гг., 1869г.» было зарегистрировано в пользу г. Москвы.

01.04.1997 между Управлением государственного контроля, охраны и использованием памятников истории и культуры г. Москвы (УГК ОИП г. Москвы), и товариществом с ограниченной ответственностью «Плюс-7» заключен охранно-арендный договор № 145/4, по условиях которого спорное помещение было передано во владение и пользование арендатору на срок до 07.06.2018.

Постановлением от 27.03.2001 №299-ПП «О регистрации в государственной собственности города Москвы недвижимых памятников истории и культуры, находящихся в оперативном управлении Главного управления охраны памятников г. Москвы» Правительство Москвы постановило зарегистрировать в государственной собственности г. Москвы недвижимые памятники истории и культуры и выявленные недвижимые объекты историко-культурного наследия г. Москвы, находящиеся в оперативном управлении Главного управления охраны памятников г. Москвы, согласно приложениям №№1, 2 в установленном порядке (пункт 1 Постановления), Главному управлению охраны памятников г. Москвы поручено представлять от имени Правительства Москвы в Московский городской комитет по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним документы на регистрацию прав города, охранно-арендных договоров и обременения на объекты, относящиеся к недвижимым памятникам истории и культуры и выявленным недвижимым объектам историко-культурного наследия г. Москвы (пункт 2 Постановления). Постановлением Правительства от 11.06.2002 №443-ПП в указанное Постановление №299-ПП внесены изменения, согласно которым приложение №1 к Постановлению №299-ПП считается утратившим силу и утверждается новая редакция данного приложения.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 04.03.2011г. по делу №А40-26861/02 по заявлению Прокурора города Москвы, признано недействительным постановление Правительства Москвы от 27.03.2001г. №299-ПП (в редакции Постановления Правительства Москвы от 11.06.2002 №443-ПП) в оспариваемой части, за исключением объектов под порядковыми номерами 706, 707, 631, 632 (в части строения 5), 232, 94, 426, 1057, 1059, 610 (в части строения 2), 162, не соответствует Постановлению ВС РФ №3020-1, Указу Президента N0176 от 20.02.1995, и нарушает право собственности Российской Федерации на указанные объекты, в связи с чем обосновано признано судом недействительным в названной части.

Рассматриваемое Здание было включено в Приложение №1 к Постановлению №299-ПП (в редакции №443-ПП) под номером 824.

В Едином государственном реестра прав на недвижимое имущество 16.11.2012 на основании ранее произведенной регистрации Москомимуществом, постановления Московской городской думы от 15.02.1995 г. № 15, Федерального закона Российской Федерации от 24.06.1999 г. № 119-ФЗ, Закона города Москвы от 14.07.2000 г. № 26, распоряжения Департамента государственного и муниципального имущества г. Москвы от 03.04.2001 № 1503-Р, акта приема-передачи от 01.07.1996 г. № 7, выписки из реестра объектов недвижимости, находящихся в собственности г. Москвы от 11.06.2002 г., выданной Центральным агентством Департамента государственного и муниципального имущества города Москвы (запись в реестре объектов недвижимости № 01-001889(000) от 10.06.2002 г.) сделана регистрационная запись о праве собственности г. Москвы на нежилое помещение площадью 2 830,7 кв.м., с кадастровым номером 77:01:0001029:4184 за № 77-77-12/034/2012-935, в подтверждение чего Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве выдано свидетельство о праве собственности серии 77-АР № 936209. Указанное помещение площадью 2 830,7 кв.м. включало в себя спорное нежилое помещение IX, ком. 1, 1а, 2-5, площадью 50 кв.м.

05.05.2017 между Департаментом городского имущества города Москвы и ООО «Фирма плюс 7» заключен договор купли-продажи спорного нежилого помещения № 59-4531, имеющего кадастровым номером 77:01:0001100:1175.

Согласно п. 1.1. договора Продавец обязуется передать в собственность Покупателя объект недвижимости, расположенный по адресу: г. Москва, ул. Покровка, д. 17, стр. 1, с кадастровым номером 77:01:0001100:1175, общей площадью 50 кв.м. (этаж 1, пом. IX, ком. 1, 1а, 2-5), а Покупатель принять и оплатить это имущество.

В соответствии с п. 1.2. договора Объект находится в собственности города Москвы (запись в Едином государственном реестре недвижимости от 17.02.2015 № 77-77/012-77/012/2015-625/1).

Согласно п. 1.7. договора в целях обеспечения сохранности объекта культурного наследия и создания благоприятных условий для его функционального использования собственник обязан провести работы по сохранению объекта и его территории в соответствии с актом технического состояния объекта № ДКН-16-09-2436/6-2, являющимся приложением к договору купли-продажи, в объеме и сроки, определяемые планом работ по сохранению объекта культурного наследия указанного акта технического состояния.

В отношении спорного объекта приказом Департамента культурного наследия города Москвы от 10.02.2016 № 83 утверждено охранное обязательство, 05.05.2017 составлен акт технического состояния объекта культурного наследия.

Право собственности ООО «Фирма плюс 7» зарегистрировано в ЕГРН 11.07.2017, о чем сделана регистрационная запись № 77:01:0001100:1175-77/011/2017-2.

06.09.2017 между ООО «Фирма плюс 7» и Пугачем Константином Геннадьевичем заключен договор купли-продажи спорного помещения.

Согласно п. 1.1. договора Продавец продал, а Покупатель купил в собственность помещение, назначение: нежилое, общей площадью – 50 кв.м., находящееся по адресу обязуется передать в собственность Покупателя объект недвижимости, расположенный по адресу: г. Москва, ул. Покровка, д. 17, стр. 1, с кадастровым номером 77:01:0001100:1175, общей площадью 50 кв.м. (этаж 1, пом. IX, ком. 1, 1а, 2-5), а Покупатель принять и оплатить это имущество.

В силу п. 1.4. договор купли-продажи обременен охранным обязательством собственника или иного законного владельца объекта культурного наследия федерального значения «Гостиница у Покровских ворот, нач. XIX века, арх. В.П.Стасов», расположенного по адресу: г. Москва, ул. Покровка, д. 17, стр. 1, что отражено в выписке из ЕГРН, сформированной в отношении объекта.

Право собственности Пугача К.Г. зарегистрировано Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве за № 77:01:0001100:1175-77/011/2017-6 от 17.09.2017.

Таким образом, из представленных в материалы дела доказательств следует, что спорное здание не было похищено и не выбывало из владения истца или лица, которому оно могло бы быть вверено истцом во владение, помимо его воли.

В деле отсутствуют доказательства того, что собственник (Российская Федерация) в лице уполномоченных органов когда-либо владел этим зданием, в частности, контролировал доступ в него (располагал ключами от здания), обеспечивал его охрану, содержание, ремонт, пользование.

Нет также доказательств того, что спорное помещение передавалось собственником во владение иным лицам на каком-либо праве: на праве хозяйственного ведения, оперативного управления, аренды до 2012 года

Суд считает, что Индивидуальный предприниматель осуществил все разумные и зависящие от него меры по проверке титула собственности отчуждателя в отношении объекта недвижимого имущества.

Государственным органом было зарегистрировано право собственности Пугача К.Г. на спорное помещение, что свидетельствует об отсутствии обстоятельств, способных поставить под сомнение законность сделки на момент ее совершения (исполнения).

В ЕГРН отсутствовала отметка о судебном споре в отношении приобретаемого имущества. При приобретении имущества представил все документы подтверждающие, подтверждающие его право собственности на спорное помещение, в связи с чем у приобретателя отсутствовали разумные основания сомневаться в праве продавца на отчуждение имущества.

В публичном доступе отсутствовала информация о том, что право отчуждателя в отношении конкретного помещения кем-либо оспаривается.

Государство в лице уполномоченных законом органов и должностных лиц, действующих при осуществлении процедуры государственной регистрации прав на недвижимое имущество на основе принципов проверки законности оснований регистрации, публичности и достоверности государственного реестра (абзац второй пункта 1 статьи 8.1 ГК Российской Федерации), подтверждает тем самым законность совершения сделки по отчуждению объекта недвижимости.

Проверка же соблюдения закона при совершении предшествующих сделок с недвижимым имуществом со стороны приобретателя этого имущества - в отличие от государства в лице органа, осуществляющего государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, - зачастую существенно затруднена или невозможна.

Тем более в неравных условиях находятся публично-правовое образование как собственник и его добросовестный приобретатель, возможности которых по выявлению противоправных действий, приведших к тому, что объект недвижимого имущества выбывает из владения собственника помимо его воли, далеко не одинаковы.

Указанная выше правовая позиция изложена в Постановлении Конституционного Суда РФ от 22.06.2017 N 16-П "По делу о проверке конституционности положения пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина А.Н. Дубовца".

Таким образом, суд признает ИП Пугач Константина Геннадьевича добросовестным приобретателем спорного помещения.

Таким образом, суд считает, что отсутствуют правовые основания для удовлетворения исковых требований. Об истребовании имущества

Кроме того, суд считает, что истцом пропущен срок исковой давности, о применении которой заявлено ответчиком.

Общий срок исковой давности составляет три года (ст. 196 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Изъятия из этого правила устанавливаются Гражданским кодексом РФ и иными законами. Статья 208 ГК РФ, согласно которой исковая давность не распространяется на требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения (статья 304 ГК РФ), не подлежит применению в данном споре, поскольку данная норма права подлежит применению в случае, если истец владеет имуществом.

Поскольку Истец не владел или не владеет спорным имуществом, в данном случае подлежит применению общий трехлетний срок исковой давности, установленный ст. 196 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 125 Гражданского кодекса РФ от имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

Из указанной нормы следует, что субъектом материально-правовых отношений, основанных на праве собственности, является публично-правовое образование (Российская Федерация или субъект Российской Федерации), от имени и в интересах которого действуют специально уполномоченные на то органы государственной власти.

Истцом по делу выступает орган государственной власти, на который возложены обязанности по контролю за использованием и сохранностью находящегося в государственной собственности имущества и который для надлежащего осуществления этих обязанностей имеет возможность в пределах срока исковой давности получить сведения о государственной регистрации прав на спорные объекты недвижимости.

Истец в своем иске ссылается на решение Арбитражного суда города Москвы от 04.03.2011 по делу № А40-26861/02-79-162 о признании недействительным Постановления Правительства Москвы от 27.03.2001 №299-ПП (в ред. Постановления Правительства Москвы от 11.06.2002 № 443-ПП), в приложении к которому поименовано спорное имущество.

Названный судебный спор был инициирован истцом до 2003 года, это означает, что уже в это время истцу стало известно, что на спорное имущество зарегистрировано право собственности г. Москвы.

Тем не менее, достоверно зная обо всех объектах недвижимости, перечисленных в Постановлении Правительства Москвы от 27.03.2001 № 299-ПП (включая и спорный объект недвижимости по настоящему делу), истец не подал в суд никаких заявлений относительно своих прав на спорное имущество.

Таким образом, органы государственной власти, вопреки доводам искового заявления, должны были знать о владении и праве собственности города Москвы на спорное имущество до возбуждения производства по настоящему делу.

Поскольку право и возможность истца заказать выписку из ЕГРП в отношении спорного объекта никак не ограничено законом во времени, указанное обстоятельство нельзя связывать с началом течения срока исковой давности.

При ином подходе срок исковой давности вообще никогда не сможет истечь, что не соответствует ни закону, ни целям определенности прав, предсказуемости и стабильности гражданского оборота в РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 7 Закона № 122-ФЗ (в редакции, действовавшей до 01.01.2017 г.) сведения, содержащиеся в ЕГРП, являются общедоступными (за исключением сведений, доступ к которым ограничен федеральным законом) и предоставляются органом, осуществляющим государственную регистрацию прав, по запросам любых лиц, в том числе посредством почтового отправления, использования сетей связи общего пользования или иных технических средств связи, посредством обеспечения доступа к информационному ресурсу, содержащему сведения ЕГРП, в виде выписки из ЕГРП или в ином виде, определенном органом нормативно-правового регулирования в сфере государственной регистрации прав.

Сведения, внесенные в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним, носят открытый характер, в связи с чем, истец, как уполномоченный орган, имел возможность получить сведения о государственной регистрации права на спорный объект в пределах срока исковой давности.

Согласно пункту 57 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», день получения истцом выписки из ЕГРП, применительно к требованиям о защите права собственности и положениям статьи 200 ГК РФ, не является моментом, когда истец как собственник должен был узнать о нарушении своего права (см. Определение Верховного Суда РФ от 31.01.2017 № 38-КГ16-12).

По делам о защите права федеральной собственности путем возврата спорного имущества срок исковой давности начинает течь с момента, когда уполномоченный публичный орган узнал или должен был узнать лишении его владения этим объектом, а не с даты получения выписки из ЕГРП.

Указанный правовой подход согласуется с существующей судебной практикой, которая отображена в Определении ВАС РФ от 08.10.2012 № ВАС-12601/12 по делу № А35-718/2011; Определении ВАС РФ от 05.07.2012 № ВАС-8157/12 по делу № А35- 7499/2010; Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 28.09.2015 № Ф05-13068/2015 по делу № А41-77663/14; Постановлении ФАС Московского округа от 18.03.2010 № КГ-А41/1757-10-П по делу № А41-К2-10698/08

Таким образом, доводы истца о том, что начало течения срока исковой давности необходимо исчислять с момента получения им сведений о наличии настоящего судебного спора судом отклоняются как противоречащие фактическим обстоятельствам дела.

Доводы истца о том, что в связи с регистрацией дублирующих номеров истец не мог узнать что на спорное помещение зарегистрировано право собственности, судом отклонены, поскольку при получении выписки из ЕГРН на все здание, в указанном документе имеются сведения относительно кадастровых номеров, находящихся в пределах этого здания, в связи с чем законный собственник имел возможность контролировать ситуацию по кадастрированию помещений и регистрации обременений самостоятельно.

В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным и достаточным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Таким образом, исковую давностью по настоящему делу надлежит исчислять, самое позднее, со дня вступления в законную силу решения Арбитражного суда г. Москвы по делу А40-26861/02-79-162, в связи с чем суд также применяет в данном деле срок исковой давности, о котором заявлено ответчиком.

При этом ссылки Индивидуального предпринимателя на то, что согласно п.2 Распоряжения Правительства РФ от 30.06.2012 № 1148-р право собственности РФ оформляется на объекты культурного наследия, включенные в перечень, указанный в абзаце втором п.1 Распоряжения Правительства РФ от 30.06.2012 № 1148-р, за исключением находящихся в частной собственности объектов недвижимого имущества, входящих в состав ансамблей, а также помещений, входящих в состав объектов культурного наследия, отклонены судом как не применимые в настоящем споре, поскольку право частной собственности в отношении спорного помещения возникло после издания указанного распоряжения.

Судом также рассмотрены доводы истца о том, что нарушен порядок реализации имущества, обладающего статусом объекта культурного наследия, т.к. в отношении таких объектов подлежат применению нормы специального Федеральный закон от 21.12.2001 N 178-ФЗ "О приватизации государственного и муниципального имущества", нарушение положений указанного Федерального закона влечет недействительность сделки по отчуждению государственного имущества и следовательно в данном случае основанием для истребования спорного имущества у Индивидуального предпринимателя является не только отчуждение имущества лицом, не имеющим права распоряжаться таковым, но и порочность сделки по отчуждению объекта культурного наследия.

Пункт 1 статьи 5 ФЗ – 178 определяет требования к субъектному составу на стороне покупателя, так, покупателями государственного и муниципального имущества могут быть юридические и физические лица, за исключением юридических лиц в уставном капитале которых более 25 % долей РФ, и юридические лица с иностранным капиталом.

Пункт 4 статьи 5 ФЗ – 178 определяет, что в случае, если впоследствии будет установлено, что покупатель государственного или муниципального имущества не имел законное право на его приобретение, соответствующая сделка является ничтожной.

Однако ООО «Фирма Плюс 7» Пугач К.Г. не соответствуют критериям юридических и физических лиц, которым запрещено приобретать государственное и муниципальное имущество, соответственно, по этому основанию сделка не может быть признана ничтожной.

Пункт 3 статьи 29 ФЗ – 178 устанавливает, что договор, предусматривающий отчуждение объекта культурного наследия, включенного в реестр объектов культурного наследия, в порядке приватизации, должен содержать в качестве существенного условия обременение приватизируемого объекта культурного наследия обязанностью нового собственника по выполнению требований охранного обязательства. В случае отсутствия в таком договоре предусмотренного настоящим пунктом существенного условия сделка приватизации объекта культурного наследия, включенного в реестр объектов культурного наследия, является ничтожной.

Согласно п. 75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы, например, сделки о залоге или уступке требований, неразрывно связанных с личностью кредитора (пункт 1 статьи 336, статья 383 ГК РФ), сделки о страховании противоправных интересов (статья 928 ГК РФ). Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.

Однако договор, заключенный между ДГИ г. Москвы и ООО «Фирма Плюс 7», а также договор, заключенный между ООО «Фирма Плюс 7» и Пугачом К.Г., обременены требованиями по выполнению охранного обязательства, соответственно, по этому основанию сделка так же не может быть ничтожной, кроме того, Пугачом К.Г. в материалы дела представлены доказательства, подтверждающие проведение работ по сохранению объекта культурного наследия.

При этом, суд считает необходимым отметить, что реализация Департаментом спорного помещения в порядке ФЗ от 22.07.2008 N 159-ФЗ (ред. от 08.06.2020) "Об особенностях отчуждения недвижимого имущества, находящегося в государственной или в муниципальной собственности и арендуемого субъектами малого и среднего предпринимательства, и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" без учета положений Федерального закона от 21.12.2001 N 178-ФЗ"О приватизации государственного и муниципального имущества" не влияет на правомерность приобретения Индивидуальным предпринимателем указанного имущества, поскольку указанные в законе особенности относятся к приватизации спорного имущества а не дальнейшей его реализации законным собственником.

На основании вышеизложенного суд, признавая ответчика – индивидуального предпринимателя добросовестным приобретателем, не усматривает оснований для удовлетворения встречного иска.

Кроме того, при рассмотрении данного требования суд не может не отметить факт того, что помещение с кадастровым номером 77:01:0001100:1135 право собственности на которое зарегистрировано за Российской Федерацией передано в оперативное управление 28.12.2021 ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ "ДИРЕКЦИЯ ПО ОБЕСПЕЧЕНИЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО УПРАВЛЕНИЮ ГОСУДАРСТВЕННЫМ ИМУЩЕСТВОМ", что является дополнительным основание для отказа ТУ Росимущества по городу Москвы в истребовании спорного помещения в пользу истца ввиду отсутствия права на иск.

Рассмотрев первоначальные исковые требования, с учётом приятых судом изменений в порядке ст. 49 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Судом установлено, что истец является владеющим собственником помещения 77:01:0001100:1175, факт дублирования кадастровых номеров 77:01:0001100:1175 и 77:01:0001100:1135 на одно и тоже помещение подтверждён представленными в материалы дела доказательствами.

Судом отклоняются доводы истца о том, что дублирование кадастровых номеров произошло по вине Российской Федерации, поскольку даты постановки помещений на кадастровый учет свидетельствуют об обратном.

Помещение с кадастровым номером 77:01:0001100:1135 поставлено на кадастровый учет ранее помещения с кадастровым номером 77:01:0001100:1175, вне зависимости от того, что указанное помещение было выделено из другого помещения в 2002 году.

В данном случае имеет место реестровая ошибка.

При этом действительно право собственности на указанные помещение у города Москвы зарегистрировано ранее.

Права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом (п.2 ст.8.1 Гражданского кодекса РФ, п.11 постановления Пленумов №10/22). Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Между тем право собственности Российской Федерации на спорный объект было зарегистрировано при наличии на тот момент уже зарегистрированного в установленном законом порядке.

Несмотря на то, что имущество было введено в гражданский оборот в ином порядке, чем это предполагалось с учетом особого статуса объекта, в отношении него не могут параллельно существовать или возникать два и более права собственности, в Российской Федерации права собственности возникаю последовательно, а не параллельно, т.е. следующее право собственности не может возникнуть без прекращения предыдущего, по основаниям предусмотренным законом.

Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества (п. 2 ст. 218 ГК РФ).

Право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом. (п. 1 ст. 235 ГК РФ)

При этом принудительное изъятие у собственника имущества не допускается, кроме случаев, предусмотренных законом.

Таким образом, право собственности Российской Федерации на спорный объект имущества может возникнуть только в результате прекращения права собственности Пугача К.Г. либо в результате добровольной передачи этого имущества.

Государственная регистрация является важнейшим юридическим фактом в последовательной цепочке иных юридических фактов, стоящих на пути приобретения права собственности на определенный объект недвижимости, не является правообразующим событием, а лишь право подтверждающим юридическим фактом.

Истец является добросовестным владельцем помещения в спорном здании согласно сведениям ЕГРН.

Таким образом, государственная регистрация права собственности Российской Федерации на спорное помещая нарушает право собственности истца.

Поскольку право собственности на спорный объект зарегистрировано за истцом и за ответчиком, суд удовлетворяет требование о признании права собственности ответчика на спорный объект отсутствующим.

Кроме того, распоряжением от 17.11.2021 № 77-1587-р ТУ Росимущества в г. Москве передало помещение с кадастровым номером 77:01:0001100:1135 в указанном здании в оперативное управление ФГБУ «Дирекция по обеспечению деятельности Федерального агентства по управлению государственным имуществом» (далее - Дирекция).

Согласно п. 1 указанного распоряжения, за Дирекцией на праве оперативного управления закреплено помещение 77:01:0001100:1135, кадастровый номер которого дублирует кадастровый номер помещения 77:01:0001100:1175, расположенное в здании.

Оперативным управлением в гражданском праве РФ принято именовать имущественное право, в соответствии с которым учреждение или казенное предприятие владеет и пользуется переданным ему имуществом в пределах, определяемых собственником в соответствии с ГК РФ, целями своей деятельности, назначением этого имущества и, если иное не установлено законом, распоряжается этим имуществом с согласия собственника (п. 1 ст. 296 ГК РФ).

Правом оперативного управления имуществом могут быть наделены также и казенные предприятия как особый вид унитарных предприятий, основанных на праве оперативного управления имуществом (федеральное казенное предприятие, казенное предприятие субъекта РФ, муниципальное казенное предприятие) (ст. ст. 2, 19 Федерального закона от 14.11.2002 N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях", ст. 113 ГК РФ).

Право оперативного управления имуществом, передаваемым учреждению или казенному предприятию, возникает у последних с момента передачи имущества, если иное не установлено законом, иными правовыми актами или решением собственника (п. 1 ст. 299 ГК РФ).

Как разъяснено в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в соответствии с п. п. 1, 2 ст. 299 ГК РФ право оперативного управления возникает на основании акта собственника о закреплении имущества за унитарным предприятием или учреждением, а также в результате приобретения унитарным предприятием или учреждением имущества по договору или иному основанию.

Согласно ч. 1 ст. 216 и ст. 296 ГК РФ, право оперативного управления относится к вещным правам лиц, не являющихся собственниками имущества.

Передача имущества осуществляется на основании письменного решения (распоряжения) собственника.

Передача имущества в оперативное управление осуществляется по акту приема-передачи.

В связи с этим право оперативного управления на недвижимое имущество возникает с момента его государственной регистрации в Едином государственном реестре недвижимости (ст. 131 ГК РФ, п. п. 5, 6 ст. 1, ст. ст. 14, 15 и 18 ФЗ от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости").

Таким образом, исходя из смысла указанных норм передача и закрепление имущества в оперативное управление учреждению или казенному предприятию осуществляются на основании специального акта и акт-приема передачи, т.е. возможность передать имущество в оперативное управление неразрывно связана с фактическим владением имуществом.

Однако в настоящее время Управлением заявлен к собственнику иск об истребовании имущества из владения последнего, иными словами, рассматриваемым распоряжением Управление передало в оперативное управление Дирекции имущество, которым фактически не владеет, что исключает возможность его передачи по акту-приема передачи, соответственно, и регистрацию такого права в ЕГРН.

28.12.2021 право оперативного управления спорными помещениями зарегистрировано в ЕГРН, регистрационная запись № 77:01:0001100:1135-77/051/2021-2.

Право оперативного управления имуществом, передаваемым учреждению или казенному предприятию, возникает у последних с момента передачи имущества, если иное не установлено законом, иными правовыми актами или решением собственника (п. 1 ст. 299 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 296 ГК РФ учреждение и казенное предприятие, за которыми имущество закреплено на праве оперативного управления, владеют, пользуются этим имуществом в пределах, установленных законом, в соответствии с целями своей деятельности, назначением этого имущества и, если иное не установлено законом, распоряжаются этим имуществом с согласия собственника этого имущества.

При таких обстоятельствах суд не может признать право оперативного управления ФГБУ «Дирекция по обеспечению деятельности Федерального агентства по управлению государственным имуществом» возникшим на законных основаниях, так как само по себе право оперативного управления неразрывно связано с титульным правом собственности РФ, которое подлежит прекращению по основаниям изложенным выше, соответственно и право оперативного управления следуя его судьбе признаётся судом отсутствующим одновременно с прекращением права собственности.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце 4 пункта 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда 16 Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" в силу части 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации или части 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственный регистратор обязан внести запись в реестр на основании судебного акта независимо от его участия в деле.

Государственная пошлина распределяется между сторонами в порядке ст. 10 АПК РФ.

На основании ст.ст. 8, 9, 11, 12, 218, 234, 302 ГК РФ, руководствуясь ст.ст. 4, 65, , 68, 71, 75, 102, 110, 121, 123, 156, 167-170, 176 АПК РФ, суд




РЕШИЛ:

В удовлетворении встречных исковых требований Территориального Управления Росимущества в г. Москве об истребовании объекта недвижимости (нежилое помещение площадью 50 кв.м. (1 этаж, пом. IX, ком.1-5) с кадастровыми номерами 77:01:0001100:1175 из владения Пугача Константина Геннадьевича отказать.

Исковые требования Индивидуального Предпринимателя Пугача Константина Геннадьевича удовлетворить.

Признать отсутствующим зарегистрированное право собственности Российской Федерации на объект недвижимости (нежилое помещение площадью 50 кв.м. (1 этаж, пом. IX, ком. 1, 1а, 2-5) с кадастровыми номерами 77:01:0001100:1135, расположенный по адресу: г. Москва, ул. Покровка, д. 17, стр. 1.

Признать отсутствующим зарегистрированное право оперативного управления ФГБУ «Дирекция по обеспечению деятельности Федерального агентства по управлению государственным имуществом» на объект недвижимости (нежилое помещение площадью 50 кв.м. (1 этаж, пом. IX, ком. 1, 1а, 2-5) с кадастровыми номерами 77:01:0001100:1135, расположенный по адресу: г. Москва, ул. Покровка, д. 17, стр. 1 отсутствующим.

Взыскать с Территориального Управления Росимущества в г. Москве в пользу Пугача Константина Геннадьевича расходы по уплате государственной пошлины в размере 6000 руб. 00 коп.

Взыскать ФГБУ «Дирекция по обеспечению деятельности Федерального агентства по управлению государственным имуществом» в доход Федерального бюджета Российской Федерации государственную пошлину в размере 6000 руб. 00 коп.

Данное решение является основанием для внесения изменений в сведения Единого государственного реестра недвижимости.

Решение может быть обжаловано в месячный срок после его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья Кантор К.А.