Решение от 14 октября 2021 г. по делу № А63-4536/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А63-4066/2021
г. Ставрополь
14 октября 2021


Резолютивная часть решения объявлена 22 сентября 2021 года

Решение изготовлено в полном объеме 14 октября 2021 года

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Минеева А.С., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Ставропольский бройлер», г. Ставрополь, ОГРН <***>,

к Северо-Кавказскому межрегиональному управлению Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору, г. Ставрополь, ОГРН <***>,

об отмене решения по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении от 11.03.2021,

об отмене постановления о назначении административного наказания от 26.01.2021 № 02-22/27/657 и прекращении производства по делу об административном правонарушении по части 2 статьи 14.43 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

об изменении постановления о назначении административного наказания от 26.01.2021 № 02-22/27/657 в части назначения наказания, путем его установления в размере менее минимального размера, предусмотренного частью 2 статьи 14.43 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

при участии представителей заявителя – ФИО2 по доверенности от 29.06.2021 № 1004, заинтересованного лица – ФИО3 по доверенности от 11.05.2021 № ФССК-ВМ-10-20/23,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Ставропольский бройлер» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением к управлению Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Ставропольскому краю и Карачаево-Черкесской Республике (далее – управление) об отмене решения и.о. руководителя управления по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении от 11.03.2021.

об отмене постановления управления о назначении административного наказания от 26.01.2021 № 02-22/27/657 о признании общества виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 2 статьи 14.43 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), и назначении наказания в виде административного штрафа в размере 330 000 рублей и прекращении производства по делу об административном правонарушении по части 2 статьи 14.43 КоАП РФ;

об изменении постановления управления о назначении административного наказания от 26.01.2021 № 02-22/27/657, в части назначения наказания в отношении общества и установлении его в размере менее минимального размера предусмотренного частью 2 статьи 14.43 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Определением суда от 15.06.2021 изменено наименование заинтересованного лица – управление Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Ставропольскому краю и Карачаево-Черкесской Республике на Северо-Кавказское межрегиональное управление Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору.

В ходе судебного заседания представитель заявителя поддержал доводы по основаниям, изложенным в заявлении, пояснил, что в действиях общества отсутствует состав вменяемого правонарушения, поскольку выявленное в продукции общества содержание динитрокарбонилида не превышает максимально допустимый уровень, установленный в решении Коллегии Евразийской экономической комиссии от 13.02.2018 № 28 «О максимально допустимых уровнях остатков ветеринарных лекарственных средств (фармакологически активных веществ), которые могут содержаться в непереработанной пищевой продукции животного происхождения, в том числе в сырье, и методиках их определения». Также считает, что общество не является субъектом вменяемого правонарушения, поскольку спорная продукция была изготовлена обществом с ограниченной ответственностью (ООО) «Птицекомбинат», а не заявителем. Соответственно лицом виновным в совершении вменяемого правонарушения является ООО «Птицекомбинат», которое на момент совершения правонарушения (20.04.2020) не входило в состав общества, а осуществляло самостоятельную деятельность. Реорганизация указанного лица в форме присоединения к заявителю произведена только 31.08.2020. Кроме того при вынесении оспариваемых постановления и решения административным органом не учтено принятие обществом мер по строгому соблюдению требований технических регламентов, отсутствие отягчающих вину обстоятельств, а также что назначенный управлением административный штраф является для заявителя значительным и его уплата приведет к негативным социальным последствиям: банкротству предприятия, увольнению персонала.

Полагает, что срок на обжалование постановления не пропущен в связи с обжалованием его вышестоящему должностному лицу, ходатайства о восстановлении пропущенного срока на обжалование постановления не заявляет.

Просил удовлетворить заявленные требования в полном объеме, а в случае признания судом в действиях общества состава вменяемого правонарушения, снизить назначенный управлением административный штраф, установив его в размере менее минимального размера, предусмотренного частью 2 статьи 14.4.3 КоАП РФ.

Представитель заинтересованного лица поддержал доводы отзыва, указал на законность и обоснованность вынесенного постановления, пояснил, что доказательств тяжелого материального положения обществом не представлено, оснований для снижения административного штрафа не имеется, просил отказать в удовлетворении требований.

Выслушав пояснения представителей участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд по существу заявленных требований пришел к следующему.

Как следует из материалов дела, на основании сведений, указывающих на наличие события административного правонарушения, поступивших в управление из федерального государственного бюджетного учреждения «Всероссийский государственный центр качества и стандартизации лекарственных средств для животных и кормов» (далее – ФГБУ «ВГНКИ»), государственным инспектором управления (далее – инспектор) установлено, что обществом при осуществлении своей деятельности по адресу: <...>, ООО «Птицекомбинат», не были предприняты все зависящие меры по соблюдению требований Технического регламента Таможенного союза «ТР ТС 021/2011 О безопасности пищевой продукции», утвержденного Решением Комиссии Таможенного союза от 09.12.2011 № 880 (далее – ТР ТС 021/2011), а именно:

в субпродукте цыпленка-бройлера – печени «Благояр», изготовленном 20.04.2020 ООО «Птицекомбинат» выявлен динитрокарбанилид в количестве 45,4 мкг/кг (при нормативном значении – не допускается), что подтверждается протоколом испытаний от 09.09.2020 № 965-В-20-3362-М, выданным ФГБУ «ВГНКИ».

Отбор проб, в которых обнаружен динитрокарбанилид, произведен по адресу: Республика Калмыкия, <...>, общество с ограниченной ответственностью «Тамерлан», магазин № 299 (акт отбора (проб) образцов от 25.06.2020 № 1784823).

С учетом выявленных нарушений 17.12.2020 в отношении общества, в присутствие его законного представителя, составлен протокол об административном правонарушении № 02-22/27/657 по части 2 статьи 14.43 КоАП РФ.

26 января 2021 года по результатам рассмотрения материалов дела об административном правонарушении главным государственным инспектором отдела государственного ветеринарного надзора по Ставропольскому краю управления в отсутствие надлежащим образом извещенного заявителя (определение о назначении рассмотрения дела на 26.01.2021 на 10 час. 00 мин. получено заявителем 25.01.2021 согласно почтовому уведомлению о вручении) вынесено постановление о назначении административного наказания № 02-22/27/657, которым общество признано виновным в совершении правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 2 статьи 14.43 КоАП РФ с назначением административного наказания в виде административного штрафа в размере 330 000 рублей.

Не согласившись с указанным постановлением, общество обжаловало его вышестоящему должностному лицу управления путем подачи соответствующей жалобы от 25.022021 № 175 (входящий № 2639/10-22 от 02.03.2021), в которой просило признать незаконным и отменить постановление главного государственного инспектора отдела государственного ветеринарного надзора по Ставропольскому краю управления, производство по делу об административном правонарушении прекратить и освободить общество от административной ответственности в связи с малозначительностью административного правонарушения и вынести устное замечание.

Определением от 02.03.2021 № 02-22/27/657 рассмотрение жалобы назначено вышестоящим должностным лицом на 14 часов 30 минут 11 марта 2021 года. Названное определение 09.03.2021 направлено в адрес общества факсом.

Решением вышестоящего должностного лица – и.о. руководителя управления от 11.03.2021, принятым по результатам рассмотрения названный жалобы общества, постановление о назначении административного наказания от 26.01.2021 № 02-22/27/657 оставлено без изменения.

Названное решение получено обществом 17.03.2021, что подтверждается почтовым уведомлением о вручении.

Не согласившись с решением вышестоящего должностного лица управления и постановлением о назначении административного наказания, заявитель обратился с рассматриваемым заявлением в арбитражный суд.

Согласно пунктам 6 и 7 статьи 210 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) при рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании проверяет законность и обоснованность оспариваемого решения, устанавливает наличие соответствующих полномочий административного органа, принявшего оспариваемое решение, устанавливает, имелись ли законные основания для привлечения к административной ответственности, соблюден ли установленный порядок привлечения к ответственности, не истекли ли сроки давности привлечения к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

При рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа арбитражный суд не связан доводами, содержащимися в заявлении, и проверяет оспариваемое решение в полном объеме (часть 7 статьи 210 АПК РФ).

Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для привлечения к административной ответственности, возлагается на административный орган, принявший оспариваемое решение (часть 4 статьи 210 АПК РФ)

Частью 2 статьи 14.43 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за нарушение изготовителем, исполнителем (лицом, выполняющим функции иностранного изготовителя), продавцом требований технических регламентов, повлекшие причинение вреда жизни или здоровью граждан, имуществу физических или юридических лиц, государственному или муниципальному имуществу, окружающей среде, жизни или здоровью животных и растений либо создавшие угрозу причинения вреда жизни или здоровью граждан, окружающей среде, жизни или здоровью животных и растений.

Объектом правонарушения являются общественные отношения по разработке, принятию, применению и исполнению обязательных требований к продукции, в том числе зданиям и сооружениям, или к продукции и связанным с требованиями к продукции процессам проектирования (включая изыскания), производства, строительства, монтажа, наладки, эксплуатации, хранения, перевозки, реализации и утилизации.

Объективная сторона заключается в совершении виновным лицом при производстве товаров действий, нарушающих установленные действующим законодательством, в том числе вышеприведенными нормативными актами, требований.

Субъект правонарушения - лицо допустившее нарушение обязательных требований к продукции. Субъективная сторона - вина в форме умысла.

Пунктом 1 статьи 3 Федерального закона от 02.01.2000 № 29-ФЗ «О качестве и безопасности пищевых продуктов» (далее – Закон № 29-ФЗ) установлено, что в обороте могут находиться пищевые продукты, материалы и изделия, соответствующие требованиям нормативных документов и прошедшие государственную регистрацию в порядке, установленном данным Федеральным законом.

В силу пункта 2 статьи 3 Закона № 29-ФЗ не могут находиться в обороте пищевые продукты, материалы и изделия, которые, в том числе, не соответствуют требованиям нормативных документов. Такие пищевые продукты, материалы и изделия признаются некачественными и опасными и не подлежат реализации, утилизируются или уничтожаются.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Закона № 29-ФЗ предназначенные для реализации пищевые продукты должны удовлетворять физиологические потребности человека в необходимых веществах и энергии, соответствовать обязательным требованиям нормативных документов к допустимому содержание химических (в том числе радиоактивных), биологических веществ и их соединений, микроорганизмов и других биологических организмов, представляющих опасность для здоровья нынешнего и будущих поколений.

В силу части 1 статьи 46 Федерального закона от 27.12.2002 № 184-ФЗ «О техническом регулировании» со дня вступления в силу настоящего Федерального закона впредь до вступления в силу соответствующих технических регламентов требования к продукции или к продукции и связанным с требованиями к продукции процессам проектирования (включая изыскания), производства, строительства, монтажа, наладки, эксплуатации, хранения, перевозки, реализации и утилизации, установленные нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными документами федеральных органов исполнительной власти, подлежат обязательному исполнению только в части, соответствующей целям: защиты жизни или здоровья граждан, имущества физических или юридических лиц, государственного или муниципального имущества; охраны окружающей среды, жизни или здоровья животных и растений; предупреждения действий, вводящих в заблуждение приобретателей, в том числе потребителей; обеспечения энергетической эффективности и ресурсосбережения.

На основании пункта 1 статьи 5 ТР ТС 021/2011 пищевая продукция выпускается в обращение на рынке при ее соответствии данному техническому регламенту, а также иным техническим регламентам Таможенного союза, действие которых на нее распространяется.

Согласно пункту 1 статьи 7 ТР ТС 021/2011 – пищевая продукция, находящаяся в обращении на таможенной территории Таможенного союза в течение установленного срока годности, при использовании по назначению должна быть безопасной.

Пунктом 4 статьи 5 ТР ТС 021/2011 установлено, что пищевая продукция, не соответствующая требованиям настоящего технического регламента и (или) иных технических регламентов Таможенного союза, действие которых на нее распространяется, подлежит изъятию из обращения участником хозяйственной деятельности (владельцем пищевой продукции) самостоятельно, либо по предписанию уполномоченных органов государственного контроля (надзора) государства - участника Таможенного союза.

Согласно пункту 1 статьи 10 ТР ТС 021/2011 изготовители, продавцы и лица, выполняющие функции иностранных изготовителей пищевой продукции, обязаны осуществлять процессы ее производства (изготовления), хранения, перевозки (транспортирования) и реализации таким образом, чтобы такая продукция соответствовала требованиям, установленным к ней данным техническим регламентом и (или) техническими регламентами Таможенного союза на отдельные виды пищевой продукции.

В силу части 3 статьи 13 ТР ТС 021/2011 не переработанное продовольственное (пищевое) сырье животного происхождения должно быть получено от здоровых продуктивных животных по истечении сроков выведения из организмов таких животных лекарственных средств для ветеринарного применения, в том числе антибиотиков.

В соответствии с частью 3 статьи 19 ТР ТС 021/2011 к убою для использования на пищевые цели допускаются здоровые продуктивные животные из хозяйств и (или) местности, благополучных в ветеринарном отношении.

Не допускается направлять на убой для использования на пищевые цели продуктивных животных, обработанных препаратами для защиты от насекомых, и (или) в отношении которых применялись лекарственные средства для ветеринарного применения, предназначенные для откорма, лечения, профилактики заболеваний, до истечения сроков ожидания их выведения из организма продуктивных животных.

Таким образом, наличие остатков лекарственных препаратов в продовольственном сырье и продукции, изготовленной из него, не допускается.

Следовательно, пищевые продукты, которые не соответствуют требованиям нормативных документов, в силу одного лишь этого обстоятельства являются некачественными, непригодными для использования по назначению и опасными для жизни и здоровья граждан.

Материалами дела установлено, что общество осуществило производство и выпуск пищевой продукции (субпродукт цыпленка-бройлера – печень «Благояр»), не соответствующей требованиям ТР ТС 021/2011, ввиду содержания в нем динитрокарбанилида, что подтверждается протоколом испытаний от 09.09.2020 № 965-В-20-3362-М, актом отбора проб (образцов) от 25.06.2020 № 1784823, ветеринарным свидетельством от 19.06.2020 № 5769786482, производственным сертификатом формы № 1 от 20.04.2020 № 5063184461, фотоматериалами.

Динитрокарбанилид относится к кокцидиостатикам, предназначенным для профилактики и лечения кокцидиозов (эймериозов).

Большинство антикокцидных препаратов необходимо исключать из рациона за несколько дней до забоя животных, однако производители нередко нарушают данное требование, в связи с чем, остатки препаратов могут попадать в пищевые продукты животного происхождения.

Кокцидиостатики, имеют широкий спектр негативных воздействий на здоровье человека. Они могут оказывать в организме человека нефротоксическое, мутагенное, канцерогенное и тератогенное влияние. Результат регулярного употребления людьми яиц и мяса птицы с содержанием кокцидиостатиков – дисбактериоз, снижение иммунитета, постоянные простуды, аллергические реакции, нарушение работы всех систем организма. К тому же, даже термическая обработка не разрушает эти препараты.

Таким образом, нарушение обществом требований, содержащихся в указанных выше нормативных актах, несет потенциальную угрозу причинения вреда жизни или здоровью граждан – потребителей соответствующей продукции, то есть деяние общества образует объективную сторону правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 2 статьи 14.43 КоАП РФ.

В соответствии со статьей 1.5 КоАП РФ к административной ответственности подлежит привлечению лицо, совершившее административное правонарушение, в действиях которого усматривается вина.

Юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых Кодексом предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению (часть 2 статьи 2.1 КоАП РФ).

В пункте 16.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» разъяснено, что понятие вины юридических лиц раскрывается в части 2 статьи 2.1 КоАП РФ. При этом в отличие от физических лиц в отношении юридических лиц КоАП РФ формы вины не выделяет.

Следовательно, в отношении юридических лиц требуется лишь установление того, что у соответствующего лица имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, но им не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению. Обстоятельства, указанные в частях 1 или 2 статьи 2.2 КоАП РФ, применительно к юридическим лицам установлению не подлежат.

В пункте 16 названного постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указано, что выяснение виновности лица в совершении административного правонарушения осуществляется на основании данных, зафиксированных в протоколе об административном правонарушении, объяснений лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в том числе об отсутствии возможности для соблюдения соответствующих правил и норм, о принятии всех зависящих от него мер по их соблюдению, а также на основании иных доказательств, предусмотренных частью 2 статьи 26.2 КоАП РФ.

Вступая в соответствующие правоотношения, общество и его правопредшественник – ООО «Птицекомбинат» должны были знать о существовании установленных действующим законодательством обязанностей и ограничений, обеспечить их выполнение, то есть действовать с определенной степенью заботливости и осмотрительности, которая необходима для строгого соблюдения действующих норм и правил, что должно было выразиться в соблюдении требований законодательства.

Правовая возможность исполнения существующих обязанностей определяется отсутствием объективных препятствий для их выполнения, то есть обстоятельств, не зависящих от воли обязанного лица.

Заявитель не представил суду доказательств, подтверждающих принятие ООО «Птицекомбинат» и им всех зависящих от них мер для соблюдения требований вышеуказанных правовых норм и невозможности осуществления этого в силу объективных, не зависящих от него причин, следовательно, вина заявителя доказана и подтверждена материалами дела.

При этом судом не принимается довод общества о том, что оно не является субъектом вменяемого правонарушения, поскольку спорная продукция произведена ООО «Птицекомбинат», которое на момент совершения правонарушения (20.04.2020) не входило в состав общества, по следующим основаниям.

Гражданский кодекс Российской Федерации (далее – ГК РФ) определяет, что гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, свободы договора, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав (пункт 1 статьи 1). Физические и юридические лица, приобретая и осуществляя своей волей и в своем интересе свои гражданские права, свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (пункт 2 статьи 1 ГК РФ).

При этом юридические лица, осуществляя на свой риск предпринимательскую деятельность, направленную на систематическое получение прибыли, самостоятельно принимают решения о выборе как наиболее эффективных способов ее осуществления, так и соответствующих организационно-правовых форм либо реорганизации юридических лиц в той или иной допустимой законом форме.

Поскольку предпринимательская деятельность юридических лиц затрагивает как частные, так и публичные интересы неограниченного круга лиц, законодатель, регулируя порядок создания, реорганизации, ликвидации юридических лиц, а также возникновения, перехода и прекращения в связи с этим прав и обязанностей, исходит из необходимости обеспечения защиты как конституционных прав самих юридических лиц на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской деятельности, так и законных интересов лиц, которых затрагивает их хозяйственная деятельность.

Происходящее при реорганизации юридических лиц в форме присоединения правопреемство, заключающееся в переходе к присоединившему юридическому лицу согласно передаточному акту прав и обязанностей присоединенного юридического лица в отношении всех его кредиторов и должников, включая обязательства, оспариваемые сторонами (пункт 2 статьи 58, статья 59 ГК РФ), относится к числу универсальных и призвано гарантировать сохранение обязательств и их исполнение за счет имущества вновь созданного в результате реорганизации юридического лица, обеспечение интересов кредиторов юридического лица, а также охватывает иные имущественные и неимущественные права реорганизуемого юридического лица.

Названные положения ГК РФ создающие при регулировании отношений, связанных с реорганизацией обществ, условия, необходимые для достижения обществами соглашений по всем возникшим до их реорганизации обязательствам и исключения неопределенности в вопросах правопреемства и в правовых последствиях принятия таких решений.

Устанавливая принципы возникновения административной ответственности и предусматривая ответственность юридических лиц за совершение административных правонарушений, законодатель исходит из того, что вред при их совершении причиняется публичным интересам, в связи с чем мера ответственности и особый порядок ее реализации должны определяться исходя из публично-правовых интересов, обусловленных целями обеспечения конституционных прав и свобод, защиты общественных отношений, баланса прав и обязанностей всех участников рыночной экономики.

В силу части 4 статьи 2.10 КоАП РФ при присоединении юридического лица к другому юридическому лицу к административной ответственности за совершение административного правонарушения привлекается присоединившее юридическое лицо.

Согласно части 7 статьи 2.10 КоАП РФ случаях, указанных в частях 3-6 настоящей статьи, административная ответственность за совершение административного правонарушения наступает независимо от того, было ли известно привлекаемому к административной ответственности юридическому лицу о факте административного правонарушения до завершения реорганизации.

Из имеющихся в материалах дела документов (листов записи Единого государственного реестра юридических лиц, представленных заявителем через систему «Мой арбитр») и содержащихся в заявлении пояснений общества следует, что ООО «Птицекомбинат» реорганизовано в форме присоединения к обществу 31.08.2020.

Таким образом, на момент вынесения оспариваемого постановления (26.01.2021) ООО «Птицеколмбинат» как юридическое лицо еже прекратило существование, в связи с присоединением к обществу, ввиду чего управление с учетом вышеприведенных положений статьи 2.10 КоАП РФ правомерно признало общество субъектом вменяемого правонарушения.

С учетом изложенного судом отклонен вышеназванных довод заявителя, как основанный на неверном толковании норм действующего законодательства и носящий предположительный характер.

Примененный правовой подход нашел свое отражение в определении Конституционного Суд Российской Федерации от 07.12.2010 № 1620-О-О и определении Верховного суда Российской Федерации от 06.11.2019 № 308-ЭС19-19387 по делу № А63-16957/2018.

Довод заявителя со ссылкой на решение Коллегии Евразийской экономической комиссии от 13.02.2018 № 28 «О максимально допустимых уровнях остатков ветеринарных лекарственных средств (фармакологически активных веществ), которые могут содержаться в непереработанной пищевой продукции животного происхождения, в том числе в сырье, и методиках их определения» (далее – Решение № 28) об отсутствии в его действиях вины, поскольку выявленные в спорной продукции остатки динитрокарбанилида не превышали максимально допустимого уровня, указанного в Решении № 28 (0,2 мг/кг), судом отклонен по следующим основаниям.

Из Решения № 28 следует, что его действие распространяется на непереработанное сырье.

Согласно ТР ТС 021/2011 непереработанная пищевая продукция животного происхождения - не прошедшие переработку (обработку) туши (тушки) продуктивных животных всех видов, их части (включая кровь и субпродукты), молоко сырое, сырое обезжиренное молоко, сливки сырые, продукция пчеловодства, яйца и яйцепродукция, улов водных биологических ресурсов, продукция аквакультуры.

В силу пунктов 2 и 3 статьи 56 договора о Евразийском экономическом союзе от 29.05.2014 (далее – Договор) в целях обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, а также ветеринарно-санитарной, карантинной фитосанитарной безопасности в рамках Союза проводится согласованная политика в сфере применения санитарных, ветеринарно-санитарных и карантинных фитосанитарных мер.

Согласованная политика реализуется путем совместной разработки, принятия и реализации государствами-членами международных договоров и актов Комиссии в области применения санитарных, ветеринарно-санитарных и карантинных фитосанитарных мер.

Под согласованной политикой понимается политика, осуществляемая государствами членами в различных сферах, предполагающая гармонизацию правового регулирования, в том числе на основе решений органов Союза, в такой степени, которая необходима для достижения целей Союза, предусмотренных настоящим Договором (статья 2 Договора).

В силу статьи 8 и пункта 1 статьи 18 Евразийская экономическая комиссия является постоянно действующим регулирующим органом Союза. Комиссия состоит из Совета и Коллегии. Комиссия осуществляет свою деятельность в пределах полномочий, предусмотренных Договором и международными договорами в рамках Союза, в следующих сферах, в том числе техническое регулирование; санитарные, ветеринарно-санитарные и карантинные фитосанитарные меры (подпункты 3, 4 пункта 3 приложения № 1 к Договору).

В силу пунктов 13, 14 приложения № 1 к Договору комиссия в пределах своих полномочий принимает решения, имеющие нормативно-правовой характер и обязательные для государств-членов. Решения комиссии входят в право Союза и подлежат непосредственному применению на территориях государств-членов. Решения, распоряжения и рекомендации Комиссии принимаются Советом Комиссии и Коллегией Комиссии в пределах полномочий, установленных Договором и международными договорами в рамках Союза, и в порядке, предусмотренном Договором и Регламентом.

Полномочия на принятие решений Коллегией предусмотрено подпунктом 2 пункта 43 Приложения № 1 к Договору от 29.05.2014.

Решение Коллегии Евразийской экономической комиссии от 13.02.2018 № 28 опубликовано на официальном сайте Евразийской экономической комиссии 15.02.2018, вступило в силу 17.03.2018 за исключением пункта 2, который вступил в силу 14.08.2018.

В соответствии со статьей 53 Договора продукция, выпускаемая в обращение на территории Союза, должна быть безопасной. Продукция, в отношении которой вступили в силу технические регламенты Союза, выпускается в обращение на территории Союза при условии, что она прошла необходимые процедуры оценки соответствия, установленные техническим регламентом Союза (техническими регламентами Союза).

Статьей 51 Договора предусмотрено, что техническое регулирование в рамках Союза осуществляется, в том числе с принципом установления единых обязательных требований в технических регламентах Союза или национальных обязательных требований в законодательстве государств - членов Союза (далее - государства-члены) к продукции, включенной в единый перечень продукции, в отношении которой устанавливаются обязательные требования в рамках Союза.

Пищевая продукция включена в Единый перечень продукции, в отношении которой устанавливаются обязательные требования в рамках Таможенного союза, утвержденный Решением Комиссии Таможенного союза от 28.01.2011 № 526.

Следовательно, животноводческая продукция, находящаяся в обращении на территории ЕАЭС, должна соответствовать требованиям технических регламентов Таможенного союза, действие которых на нее распространяется.

Пищевая продукция из мяса птицы (в данном случае субпродукт цыпленка-бройлера печень «Благояр») относится к объектам технического регулирования ТР ТС 021/2011.

ТР ТС 021/2011 вступил в силу 01.07.2013 и применяется с учетом переходных положений, установленных в Решении Комиссии Таможенного союза от 09.12.2011 № 880 (далее – Решение № 880), согласно которым 15.02.2015 действие переходного периода по вступлению в силу ТР ТС 021/2011 завершено, в том числе в отношении мяса птицы и продукции ее переработки. Получается, что с 01.07.2013 мясо птицы должно в обязательном порядке соответствовать требованиям ТР ТС 021/2011.

В силу положений пункта 2 статьи 53 Договора государства - члены обеспечивают обращение продукции, соответствующей требованиям технического регламента Союза (технических регламентов Союза), на своей территории без предъявления дополнительных по отношению к содержащимся в техническом регламенте Союза (технических регламентах Союза) требований к такой продукции и без проведения дополнительных процедур оценки соответствия.

При этом, требования к безопасности продукции в том числе из мяса птицы в полной мере урегулированы положениями ТР ТС 021/2011.

Так, согласно положениям части 3 статьи 13 и части 3 статьи 19 ТР ТС 021/2011 и раздела II приложения 5 к ТР ТС 021/2011 к обращению не допускается мясо птицы, полученное от убоя птицы, которая подвергалась воздействию натуральных или 13 синтетических эстрогенных, гормональных веществ, тиреостатических препаратов, антибиотиков, пестицидов и других медикаментозных средств, введенных перед убоем позднее сроков, рекомендованных инструкциями по их применению.

Следовательно, исходя из установленных норм, наличие остатков ветеринарных лекарственных препаратов, в том числе кокцидиостатиков, антибиотиков, в продукции из мяса птицы на этапе обращения не допускается.

Частью 1 статьи 20 ТР ТС 021/2011 определено, что соответствие пищевой продукции данному техническому регламенту обеспечивается выполнением его требований безопасности и выполнением требований безопасности технических регламентов Таможенного союза на отдельные виды пищевой продукции.

Таким образом, проведение оценки с применением норм, установленных Решением № 28, а также проведение оценки и нормирования остатков запрещенных веществ и лекарственных препаратов в пищевой продукции, на которую имеются технические регламенты Таможенного союза (ТР ТС 021/2011), в соответствии с Едиными санитарно-эпидемиологическими и гигиеническими требованиями к продукции (товарам), подлежащим санитарно-эпидемиологическому надзору (контролю), утв. Решением Комиссии Таможенного союза от 28.05.2010 № 299, противоречит требованиям Договора.

Ввиду вышеизложенного, суд пришел к выводу, о наличии в действиях общества состав административного правонарушения, ответственность за которое установлена частью 2 статьи 14.43 КоАП РФ.

Нарушений процедуры привлечения заинтересованного лица к административной ответственности судом не установлено, срок давности привлечения к административной ответственности, установленный статьей 4.5 КоАП РФ, на момент вынесения оспариваемого постановления не истек.

Назначенное обществу наказание в виде административного штрафа в размере 330 000 рублей, соответствует размеру административного штрафа, предусмотренного санкцией части 2 статьи 14.43 КоАП РФ.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что имущественное и финансовое положение привлекаемого к административной ответственности юридического лица не позволяют ему выплатить назначенный административный штраф.

Также в деле отсутствуют доказательства того, что взыскание штрафа в установленном размере повлечет для общества необратимые последствия, в том числе может привести к несостоятельности (банкротству) и невозможности осуществления хозяйственной деятельности.

В данном случае не установлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что наложение административного штрафа в установленных соответствующей административной санкцией пределах (от 300 000 рублей до 600 000 рублей) не отвечает целям административной ответственности и влечет необоснованное ограничение прав юридического лица.

Перечисленные обстоятельства подтверждают законность и обоснованность, оспариваемого постановления, а также отсутствие оснований для изменения оспариваемого постановления в части назначения наказания, путем его установления в размере менее минимального размера, предусмотренного частью 2 статьи 14.43 КоАП РФ.

Принимая во внимание установленные при рассмотрении дела обстоятельства, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ суд пришел к выводу о том, что принимая 11.03.2021 решение по жалобе общества на постановление № 02-22/27-657 по делу об административном правонарушении вышестоящее должностное лицо управления (и.о. руководителя управления) правомерно пришло к выводу о том, что при рассмотрении дела об административном правонарушении нарушений материальных и процессуальных норм управлением допущено не было и оставило жалобу общества без удовлетворения.

Кроме того, при рассмотрении дела и вопроса о соблюдении (пропуске) срока на обращения общества в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене оспариваемого постановления, суд пришел к следующему.

Согласно части 2 статьи 208 АПК РФ заявление об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности может быть подано в арбитражный суд в течение десяти дней со дня получения копии оспариваемого решения, если иной срок не установлен федеральным законом. В случае пропуска указанного срока он может быть восстановлен судом по ходатайству заявителя.

В соответствии с частью 3 статьи 114 АПК РФ процессуальный срок, исчисляемый днями, истекает в последний день установленного срока.

В сроки, исчисляемые днями, не включаются нерабочие дни (часть 3 статьи 113 АПК РФ).

В силу части 2 статьи 117 АПК РФ арбитражный суд восстанавливает пропущенный процессуальный срок, если признает причины пропуска уважительными.

Частью 1 статьи 115 АПК РФ установлено, что лица, участвующие в деле, утрачивают право на совершение процессуальных действий с истечением процессуальных сроков, установленных данным Кодексом или иным федеральным законом либо арбитражным судом.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 18.11.2004 № 367-О, установление в законе сроков для обращения в суд с заявлениями о признании ненормативных правовых актов недействительными, а решений и действий (бездействия) - незаконными, обусловлено необходимостью обеспечить стабильность и определенность административных и иных публичных правоотношений и не может рассматриваться как нарушающее право на судебную защиту, поскольку несоблюдение установленного срока, в силу соответствующих норм Арбитражного процессуального кодекса, не является основанием для отказа в принятии заявлений по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений, - вопрос о причинах пропуска срока решается судом после возбуждения дела, то есть в судебном заседании.

Заинтересованные лица вправе ходатайствовать о восстановлении пропущенного срока, и если пропуск срока обусловлен уважительными причинами, такого рода ходатайства подлежат удовлетворению судом.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что копия постановления о назначении административного наказания от 26.01.2021 № 02-22/27/657 направлена управлением по известному ему юридическому адресу общества, обозначенному в Едином государственном реестре юридических лиц (Ставропольский край, Шпаковский район, Бройлерная промзона, участок Бройлерная зона № 1) и получено представителем заявителя 19.02.2021, что подтверждается почтовым уведомлением о вручении (номер отправления 80090257435454).

Изложенное свидетельствует о том, что срок на обжалование названного постановления истек 10.03.2021, обращение же общества в арбитражный суд с требованием об отмене названного постановления поступило через систему «Мой Арбитр» только 26.03.2021, то есть с пропуском срока, установленного частью 2 статьи 208 АПК РФ.

Согласно части 2 статьи 30.3 КоАП РФ в случае пропуска срока, предусмотренного частью 1 настоящей статьи, указанный срок по ходатайству лица, подающего жалобу, может быть восстановлен судьей или должностным лицом, правомочными рассматривать жалобу.

Ходатайство заявляется в письменной форме (часть 2 статьи 24.4 КоАП РФ).

Учитывая, что иных требований к оформлению ходатайств по делам об административных правонарушениях, помимо предусмотренных в части 2 статьи 24.4 КоАП РФ, законодательство Российской Федерации об административных правонарушениях не предусматривает, ходатайство о восстановлении пропущенного срока может как содержаться в тексте жалобы на постановление по делу об административном правонарушении, так и быть подано в виде самостоятельного документа.

При этом ходатайство должно содержать указание на причины пропуска срока обжалования постановления по делу об административном правонарушении.

Уважительными причинами могут быть признаны обстоятельства, которые объективно препятствовали или исключали своевременную подачу жалобы.

Между тем, обществом такого ходатайства заявлено не было, в заявлении отсутствует мотивированное обоснование причин пропуска данного срока. Кроме того в ходе рассмотрения дела представитель общества пояснил, что не считает срок на обжалование постановления пропущенным и ходатайства о восстановлении такого срока заявлять нет необходимости.

Ссылка заявителя на то обстоятельство, что постановление ранее обжаловалось вышестоящему должностному лицу, судом не принята, поскольку подача жалобы в вышестоящий орган не исключает возможности одновременного обращения в арбитражный суд и не приостанавливает течение установленного законодательством срока на такое обращение.

Подача лицом жалобы на постановление о привлечении к административной ответственности в вышестоящий орган (вышестоящему должностному лицу) не лишает его права обратиться с соответствующей жалобой в арбитражный суд в пределах установленного процессуального срока.

Пропуск срока, предусмотренного частью 2 статьи 208 АПК РФ, является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявления об оспаривании постановления о привлечении к административной ответственности, что не предполагает исследование и рассмотрение фактических обстоятельств и материально-правовых оснований заявленного требования.

Ввиду изложенного, суд с учетом положений части 3 статьи 211 АПК РФ отказал обществу в удовлетворении заявленных требований в части оспаривания постановления о назначении административного наказания и решения вышестоящего должностного лица, принятого по результатам рассмотрения жалобы на названное постановление.

В части требования заявителя о прекращении производства по делу об административном правонарушении по части 2 статьи 14.43 КоАП РФ, производство по делу судом прекращено ввиду следующего.

Как указано в пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.01.2003 № 2, в силу части 1 статьи 202 и части 1 статьи 207 АПК РФ дела о привлечении к административной ответственности, отнесенные федеральным законом к подведомственности арбитражных судов, а также дела об оспаривании решений административных органов о привлечении к административной ответственности рассматриваются по общим правилам искового производства, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными в его главе 25 и федеральном законе об административных правонарушениях.

Судам при рассмотрении дел, отнесенных АПК РФ к их подведомственности, необходимо учитывать, что в тех случаях, когда положения главы 25 и иные нормы АПК РФ прямо устанавливают конкретные правила осуществления судопроизводства, именно они должны применяться судами.

Поскольку вопрос о содержании решения суда предусмотрен статьей 211 АПК РФ, которая не предусматривает возможности прекращения производства по делу об административном правонарушении, положения пункта 3 части 1 статьи 30.7 КоАП РФ в данном случае не применяются арбитражными судами в силу обязательных для суда указаний Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.

Ввиду того, что рассмотрение требований о прекращении производства по делу об административном правонарушении не предусмотрено арбитражным процессуальным законодательством в арбитражном суде, производство по делу в указанной части следует прекратить по основаниям пункта 1 части 1 статьи 150 АПК РФ.

Выводы суда в указанной части согласуются с правовыми подходами, изложенными постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2021 по делу № А53-42334/2020 и постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28.04.2021 по делу № А63-203/2020.

Доводы участвующих в деле лиц, приведенные в ходе судебного разбирательства в письменной либо устной форме, не нашедшие отражения в настоящем решении, не имели существенного значения и не могли повлиять на изложенные в нем выводы суда.

Руководствуясь статьями 150, 151, 167-170, 176, 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Ставропольского края

РЕШИЛ:

требования общества с ограниченной ответственностью «Ставропольский бройлер», г. Ставрополь, ОГРН <***>, оставить без удовлетворения.

Производство по делу в части требования о прекращении производства по делу об административном правонарушении по части 2 статьи 14.43 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, прекратить.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в десятидневный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в двухмесячный срок, при условии, что решение было предметом пересмотра арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы.

Судья А.С. Минеев