Решение от 29 сентября 2021 г. по делу № А12-32781/2020

Арбитражный суд Волгоградской области

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А12-32781/2020
29 сентября 2021 г.
город Волгоград


Резолютивная часть решения объявлена 22 сентября 2021 г.

Полный текст решения изготовлен 29 сентября 2021 г.

Судья Арбитражного суда Волгоградской области Машлыкин А.П.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Подшибякиной О.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании арбитражное дело по иску индивидуального предпринимателя - главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1 (ИНН <***>, ОГРН <***>) к индивидуальному предпринимателю - главе крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании ущерба в размере 270 830 руб. 12 коп. и упущенной выгоды в размере 1 964 792 руб. 10 коп., с привлечением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора администрации Ильменского сельского поселения Октябрьского муниципального района Волгоградской области (404334, Волгоградская обл., Октябрьский р-он., х. Ильмень-Суворовский, ул. Молодежная, д. 4),

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО3, представитель по доверенности от 09.02.2021,

ФИО1, индивидуальный предприниматель - глава крестьянского (фермерского) хозяйства, ФИО4, представитель по доверенности от 21.06.2021,

от ответчика – ФИО5, представитель по доверенности от 30.12.2020,

ФИО2, индивидуальный предприниматель - глава крестьянского (фермерского) хозяйства,

от третьего лица – представитель не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом,

установил:

Индивидуальный предприниматель - глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1 (далее – истец,) обратилось в Арбитражный суд Волгоградской области с иском к индивидуальному предпринимателю - главе крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (далее – ответчик), в котором просит, с учетом заявления в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, взыскать о взыскании суммы реального ущерба в размере 270 830 руб. 12 коп. и упущенной выгоды в размере 1 964 792 руб. 10 коп.,

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечена администрация Ильменского сельского поселения Октябрьского муниципального района Волгоградской области (далее – администрация).

В судебном заседании представитель истца и истец поддержали заявленные требования, просят взыскать с ответчика указанную в исковом заявлении денежную сумму.

Представитель ответчика и ответчик иск не признали, просят отказать в удовлетворении заявленного требования по мотивам, изложенным в письменном отзыве на исковое заявление.

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон, исследовав представленные доказательства, суд считает, что заявленные исковые требования подлежат удовлетворению в части.

Как видно из материалов дела, 30 марта 2020 года между истцом и ответчиком был заключен договор мены земельными участками, в соответствии с которым каждая из сторон по договору обязалась выполнить на полученных в порядке мены земельных участках ряд определенных действий на предусмотренных договором условиях.

Договор мены земельными участками от 30.03.2020 года устанавливает в пункте 1.1, что стороны совершают мену принадлежащих им на праве аренды земельных участков на срок с 01.04.2020 по 01.09.2021.

В пункте 1.2 договора мены земельными участками от 30.03.2020 года предусмотрено, что ответчик передает истцу земельные участки (совместно именуемые в договоре - участок А) с кадастровыми номерами 34:21:000000:2185 и 34:21:010008:210, общей площадью 85 га, а в соответствии с пунктом 1.3 – истец передает ответчику земельный участок (именуемы в договоре - участок Б) с кадастровым номером: 34:21:000000:2300, площадью 85 га.

В подпункте 5.1.2 договора мены земельными участками от 30.03.2020 года указано на право ответчика требовать от истца произвести в 2020 году вспашку 85 га пашни, как возмещение затрат по вспашке ранее в 2019 году участка А до передачи истцу.

В подпункте 5.4.3 договора мены земельными участками от 30.03.2020 года указано, что истец был обязан произвести ответчику в 2020 году вспашку 85 га пашни, как возмещение затрат по вспашке ранее в 2019 году участка А до передачи истцу.

В пункте 5.1 раздела 5 договора мены земельными участками от 30.03.2020 года «Заключительные положения» установлено, что земельные участки А и Б передаются в субаренду безвозмездно.

Истец указывает, что в рамках заключенного договора мены ответчик передал истцу земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения (пашня), расположенные в Ильменском сельском поселении Октябрьского района Волгоградской области в размере 51 га с кадастровым номером 34:21:000000:2185, в размере 34 га с кадастровым номером 34:21:010008:210.

В свою очередь истец передал ответчику часть земельного участка из земель сельскохозяйственного назначения (пашня) в размере 85 га с кадастровым номером 34.21.000000:2300, расположенный в Ильменском сельском поселении Октябрьского района Волгоградской области.

Передаваемые в порядке мены земельные участки принадлежат сторонам на праве аренды. Договор мены от 30 марта 2020 года заключался с согласия Администрации Ильменского сельского поселения Октябрьского района и при ее участии, о чем свидетельствует пункт 5.6 названного договора.

Истец пояснил, что основанием для заключения договора мены послужили следующие обстоятельства: ФИО1 был признан победителем аукциона на право заключения договора аренды земельного участка с кадастровым номером 34:21:000000:2300 сроком на 20 лет с размером ежегодной арендной платы 226 682,40 руб., о чем имеется протокол заседания комиссии по проведению торгов от 20.02.2020 г. №3.

На основании протокола от 20.02.2020 г. №3 между истцом и администрацией 10 марта 2020 года был заключен договор аренды земельного участка №2 сроком действия с 10.03.2020 г. по 09.03.2040 г.

В соответствии с абзацем 2 пункта 1.1 договора аренды земельного участка от 10.03.2020 года №2 (далее также - договор аренды), заключенного между администрацией Ильменского сельского поселения Октябрьского муниципального района Волгоградской области, как арендодателем и истцом, как арендатором, в аренду передавался земельный участок площадью 1100000 кв.м, из категории земель сельскохозяйственного назначения с кадастровым номером 34:21:000000:2300, расположенный на территории Ильменского сельского поселения Октябрьского района Волгоградской области, и установлено, что обременения и ограничения в использовании земельного участка отсутствуют.

Пункт 3.5 договора аренды устанавливает, что в случае передачи участка в субаренду ответственность за своевременную оплату по настоящему договору и за соблюдение условий договора аренды перед арендодателем несет арендатор.

Пункт 4.2.2 договора аренды предусмотрено, что арендодатель обязан передать арендатору участок свободным от прав третьих лиц на срок, установленный договором.

Пункт 5.1.3 предоставляет право арендатору требовать досрочного расторжения договора в случае создания арендодателем препятствий в использовании участка.

Пункт 5.2.11 договора аренды предусматривает, что в случае передачи прав арендатора (при соблюдении пункта 5.3) на земельный участок другому лицу в 10-дневный срок направить арендодателю письменное уведомление об этом с указанием наименования и реквизитов лица, к которому перешли права, даты их перехода с приложением надлежащим образом оформленных и заверенных копии правоустанавливающих документов (договор, свидетельство о государственной регистрации).

Пункт 5.3.1 устанавливает, что арендатор не вправе передавать участок в субаренду без письменного согласия арендодателя. Арендодатель обязан для получения согласия арендодателя о совершении сделок с правом аренды представитель арендодателю соответствующие документы для их экспертизы.

Пункт 9.1 предусматривает, что договор субаренды участка, в случае заключения на срок 1 год и более, а также договор передачи арендатором своих прав и обязанностей по договору подлежат государственной регистрации в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области и направляются арендодателю для последующего учета.

При принятии земельного участка в аренду выяснилось, что данный земельный участок самовольно используется ответчиком, который засеял его сельскохозяйственной культурой.

Следует отметить, что ФИО2 также принимал участие в аукционе на право заключения договора аренды земельного участка с кадастровым номером 34:21:000000:2300 и по результатам подведения итогов был признан вторым после победителя – ФИО1.

С целью сохранения, сбора урожая и не уничтожения высаженной на участке с кадастровым номером 34:21:000000:2300 культуры, и при содействии администрации между истцом, ответчиком и администрацией была достигнута договоренность, что на сельскохозяйственный сезон 2020-2021 ответчик предоставит истцу равнозначные земельные участки для производства сельскохозяйственных работ из принадлежащих ему на праве аренды земельных участков, взамен использования ответчиком засеянного им земельного участка с кадастровым номером 34:21:000000:2300.

В результате чего, между истцом и ответчиком был подписан договор мены, в котором были определены условия использования земельных участком и действия каждой из сторон.

Согласно пункту 5.5 договора мены стороны имеют равные права и несут обязанности, установленные законодательством Российской Федерации.

18 июля 2020 года в адрес истца от ответчика поступило письмо об одностороннем расторжении последним заключенного договора мены, в качестве основания расторжения ответчик ссылается на то обстоятельство, что договор мены заключен без согласования с администрацией.

После направления письма ответчик ограничил доступ истцу на земельные участки с кадастровым номером 34:21:000000:2185 и с кадастровым номером 34:21:010008:210, но при этом продолжал использовать земельный участок истца с кадастровым номером 34:21:000000:2300 с целью проведения работ по сбору урожая.

Истец указывает, что в соответствии со статьей 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются. Право отказа должно быть закреплено в договоре (статья 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо должно иметь место существенное нарушение условий договора другой стороной, что в последнем случае является основанием для расторжения договора в судебном порядке (статья 450 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истец считает, что действия ответчика по расторжению договора в одностороннем порядке являются недобросовестными и не отвечающим достигнутым правилам поведения (статья 5 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истец считает, что вследствие одностороннего расторжения договора ответчик причинил убытки истцу, которые заключаются в следующе. Истец добросовестно исполнял принятые по договору мены обязательства.

При пользовании переданными ответчиком в порядке мены земельными участками истец совершал их обработку и проводил комплекс агротехнических мероприятий (понес расходы на сырье и материалы, ГСМ, запасные части технику, выплатил заработную плату работникам и пр.).

Кроме того, истец выполнил арендные обязательства по оплате арендной платы администрации за земельный участок с кадастровым номером 34:21:010008:2300 по договору аренды №2 от 10 марта 2020 года.

Истец считает, что общая сумма фактически понесенных затрат (реального ущерба) составила 270830 руб. 12 коп, согласно приобщенных расчету и документам, подтверждающих несение расходов.

Истец указывает, что полученные от ответчика земельные участки с кадастровыми номерами 34:21:000000:2185 и 34:21:010008:210, общей площадью 85 га, на которых он успел провести только подготовительные работы по культивации, в дальнейшем, осенью 2020 года, он намерен был засеять озимой пшеницей, затем летом 2021 года убрать урожай пшеницы и в сентябре 2021 года по окончании срока действия договора мены возвратить участки ответчику, который в свою очередь должен был возвратить земельный участок, принадлежащий истцу.

Истец считает, с учетом заявления в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, сумма неполученных доходов (упущенной выгоды) составляет 1964792 руб. 10 коп., которые просит взыскать с ответчика.

Истец указывает, что у ответчика отсутствовали законные основания для использования земельного участка с кадастровым номером 34:21:000000:2300, расположенный на территории Ильменского сельского поселения Октябрьского района Волгоградской области.

Из решения Октябрьского районного суда Волгоградской области от 27.12.2013 г. по делу №2-11/14 следует, что право муниципальной собственности на невостребованные земельные доли, за счет выделения которых в дальнейшем был сформирован указанный выше земельный участок, было признано за Ильменским сельским поселением Октябрьского муниципального района Волгоградской области.

В дальнейшем, в соответствии с решением о выделении земельного участка в счет земельных долей от 19.08.2015 г. был выделен земельный участок в натуре с кадастровым номером 34:21:000000:2300, расположенный на территории Ильменского сельского поселения Октябрьского района Волгоградской области.

Никаких договорных отношений между ответчиком и третьим лицом на использование земельного участка не существовало, следовательно, произведенные ответчиком сельскохозяйственные работы являлись незаконными.

Статья 431 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что при толковании договора необходимо исходить из буквального толкования содержащихся в нем слов и выражений.

В соответствии со статьей 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на плоды, продукцию, доходы, полученные в результате использования имущества, приобретается по основаниям, предусмотренным статья 136 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 136 Гражданского кодекса Российской Федерации плоды, продукция, доходы, полученные в результате использования вещи, независимо от того, кто использует такую вещь, принадлежат собственнику вещи, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами, договором или не вытекает из существа отношений.

Согласно статье 606 Гражданского кодекса Российской Федерации плоды, продукция и доходы, полученные арендатором в результате использования арендованного имущества в соответствии с договором, являются его собственностью.

В соответствии со статьей 25 Земельного кодекса Российской Федерации права на земельные участки возникают по основаниям, установленным гражданским законодательством, федеральными законами, подлежат государственной регистрации в соответствии со статьей 26 Земельного кодекса Российской Федерации и Федеральным законом от 13.07.2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», удостоверяются соответствующими документами.

Права на земельные участки удостоверяются документами в соответствии с Федеральным законом от 13.07.2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости».

Истец пояснил, что договор мены земельными участками от 30.03.2020 в пункте 1.1 предусматривает, что стороны совершают мену принадлежащих им на праве аренды земельных участков, признаваемых сторонами равноценными, на срок с 01.04.2020 г. по 01.09.2021 г., то есть на срок более одного года.

В соответствии со статьей 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав.

Пунктом 1 статьи 164 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделки с землей и другим недвижимым имуществом подлежат государственной регистрации.

Истец указывает, что, несмотря на указанные положения законодательства, договор мены зарегистрирован не был, так как ответчик незаконно в одностороннем порядке отказался от его исполнения.

В пункте 14 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 г. №73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды» указано, что согласно пункту 2 статьи 609 Гражданского кодекса Российской Федерации договор аренды недвижимого имущества подлежит государственной регистрации, если иное не установлено законом.

В случае если стороны достигли соглашения в требуемой форме по всем существенным условиям договора аренды, который в соответствии с названным положением подлежит государственной регистрации, но не был зарегистрирован, то при рассмотрении споров между ними судам надлежит исходить из следующего.

Если судами будет установлено, что собственник передал имущество в пользование, а другое лицо приняло его без каких-либо замечаний, соглашение о размере платы за пользование имуществом и по иным условиям пользования было достигнуто сторонами и исполнялось ими, то в таком случае следует иметь в виду, что оно связало их обязательством, которое не может быть произвольно изменено одной из сторон.

В то же время в силу статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации права, предоставленные лицу, пользующемуся имуществом по договору аренды, не прошедшему государственную регистрацию, не могут быть противопоставлены им третьим лицам. В частности, такое лицо не имеет преимущественного права на заключение договора на новый срок (пункт 1 статьи 621 Гражданского кодекса Российской Федерации), а к отношениям пользователя и третьего лица, приобретшего на основании договора переданную в пользование недвижимую вещь, не применяется пункт 1 статьи 617 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 3 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 февраля 2014 г. №165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными» разъяснено, что сторона договора, не прошедшего необходимую государственную регистрацию, не вправе на этом основании ссылаться на его незаключенность. Как указано в названном пункте, по смыслу статей 164, 165, пункта 3 статьи 433, пункта 2 статьи 651 Гражданского кодекса Российской Федерации государственная регистрация договора осуществляется в целях создания возможности для заинтересованных третьих лиц знать о долгосрочной аренде.

Впоследствии указанная позиция Пленума и Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации нашла отражение в уточняющем дополнении законодателем пункта 3 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно действующей редакции которого государственная регистрация договора имеет значение для момента его заключения исключительно для третьих лиц.

Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (статья 422 Гражданского кодекса Российской Федерации). Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (статья 167 Гражданского кодекса). Недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части (статья 180 Гражданского кодекса).

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пунктах 1, 2 постановления от 23.07.2009 г. №57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств» разъяснил необходимость оценки обстоятельств, свидетельствующих о заключенности и действительности договора.

Истец указывает, что поскольку договор субаренды заключен после 01.09.2013, в рассматриваемом случае подлежали применению нормы Гражданского кодекса Российской Федерации об основаниях и о последствиях недействительности сделок (статьи 166-176, 178-181) в редакции Федерального закона от 07.05.2013 №100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» в силу пункта 6 статьи 3 последнего (пункт 69 постановления от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»; далее - постановление Пленума №25). Названной редакцией статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации к ничтожным отнесены сделки, нарушающие требования закона или иного правового акта и при этом посягающие на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц.

Применительно к названной норме в пунктах 74, 75 постановления Пленума №25 разъяснено, что договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность. Под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

К предпринимательской деятельности граждан, осуществляемой без образования юридического лица, применяются правила Гражданского кодекса Российской Федерации, которые регулируют деятельность юридических лиц, являющихся коммерческими организациями (пункт 3 статьи 23 Гражданского кодекса Российской Федерации). Подпунктом 4 пункта 1 статьи 575 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен запрет на дарение в отношениях между коммерческими организациями. По смыслу этих норм, ограничение, предусмотренное для отношений по дарению между коммерческими организациями, распространяется и на индивидуальных предпринимателей (определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.11.2011 №ВАС-15225/11).

По договору аренды арендодатель, в силу статей 606, 614, 615 Гражданского кодекса, обязуется предоставить арендатору имущество во временное владение и пользование, а арендатор - своевременно вносить арендную плату, порядок, условия и сроки внесения которой определяются договором. Арендатор вправе с согласия арендодателя в пределах срока договора аренды сдавать арендованное имущество в субаренду и передавать свои права и обязанности по договору аренды другому лицу. К договорам субаренды применяются правила о договорах аренды.

Истец считает, что условие договора мены о безвозмездности отношений по нему являясь недействительным в силу противоречия его закону не влияет на действительность всего договора в целом.

Согласно статье 37 Земельного кодекса Российской Федерации покупатель в случае предоставления ему продавцом заведомо ложной информации об обременениях земельного участка и ограничениях его использования в соответствии с разрешенным использованием; о разрешении на застройку данного земельного участка; об использовании соседних земельных участков, оказывающем существенное воздействие на использование и стоимость продаваемого земельного участка; о качественных свойствах земли, которые могут повлиять на планируемое покупателем использование и стоимость продаваемого земельного участка; иной информации, которая может оказать влияние на решение покупателя о покупке данного земельного участка и требования о предоставлении которой установлены федеральными законами, вправе требовать уменьшения покупной цены или расторжения договора купли-продажи земельного участка и возмещения причиненных ему убытков. Данные требования применяются также в случаях обмена земельного участка, передачи его в аренду.

В соответствии с пунктом 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 г. №73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды» в случае неисполнения обязательства по передаче вещи в аренду (в том числе в связи с тем, что вещь, являвшаяся предметом такого договора аренды, не была создана арендодателем или приобретена им у третьего лица) арендодатель обязан возместить арендатору убытки, причиненные нарушением договора.

Статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты. При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков (пункт 4 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей (по крайней мере, не чинящего препятствий), в том числе в получении необходимой информации.

На основании статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

В соответствии со статьями 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения обязательства, наличие причинной связи между допущенным нарушением и возникшими убытками, размер убытков и меры, предпринятые для их уменьшения.

В пункте 11 постановления от 01.07.1996 г. Пленума Верховного Суда Российской Федерации №6 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер неполученного дохода (упущенной выгоды) должен определяться с учетом разумных затрат, которые кредитор должен был понести, если бы обязательство было исполнено.

Таким образом, для возмещения убытков лицо, требующее их возмещения в судебном порядке, должно в силу вышеприведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать факт нарушения стороной обязательств по договору, наличие причинной связи между понесенными истцом убытками и ненадлежащим исполнением ответчиком обязательства по договору, документально подтвердить размер убытков. Вина же ответчика в настоящем случае предполагается до тех пор, пока последним не будет доказано обратное.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При рассмотрении дел о возмещении убытков следует иметь в виду, что положение пункта 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые стороной для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления, не означает, что в состав подлежащих возмещению убытков могут входить только расходы на осуществление таких мер и приготовлений.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 г. №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации. Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 указанного постановления разъяснено, что согласно статьям 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав убытков входят реальный ущерб и упущенная выгода.

Под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества.

Упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 3 постановления при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Например, если заказчик предъявил иск к подрядчику о возмещении убытков, причиненных ненадлежащим исполнением договора подряда по ремонту здания магазина, ссылаясь на то, что в результате выполнения работ с недостатками он не смог осуществлять свою обычную деятельность по розничной продаже товаров, то расчет упущенной выгоды может производиться на основе данных о прибыли истца за аналогичный период времени до нарушения ответчиком обязательства и/или после того, как это нарушение было прекращено.

Пункт 4 названного постановления разъясняет, что согласно пункту 5 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков, включая упущенную выгоду, определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 15.01.2016 г. №4-0 «По жалобе гражданина ФИО6 на нарушение его конституционных прав пунктом 5 постановления Государственной Думы от 2 июля 2013 года №2559-6 ГД «Об объявлении амнистии» указал, что поскольку же упущенная выгода представляет собой - по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации - неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, чье право нарушено, если бы нарушения не было, Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил в постановлении от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», что при разрешении споров, связанных с возмещением упущенной выгоды, следует принимать во внимание, что ее расчет, предоставленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер; это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске; если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (пункт 14). Тем самым возмещение убытков в рамках гражданского судопроизводства предполагает возможность уточнения судом их размера, на что указывал и Конституционный Суд Российской Федерации, отмечая, что суд, рассматривающий соответствующее гражданское дело должен основывать свое решение на собственном исследовании обстоятельств дела (определение от 18 января 2005 года №11-0).

Истец считает, что ответчик не был вправе в одностороннем порядке отказываться от договора, поскольку в соответствии со статьями 310, 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения договора не допускается и такое право должно быть предусмотрено в законе или договоре, ни те, ни другие основания в данном случае не наличествовали, заключенный между сторонами договор мог быть расторгнут по соглашению сторон, либо на основании решения суда: о признании сделки недействительной или при существенном нарушении условий договора одной из сторон.

Представитель ответчика заявил о фальсификации представленных истцом приказа от 10.04.2020 г. № 5 о ремонте трактора К700А, акта об установке, замене запчастей и списании неисправных деталей трактора от 10.04.2020 г., заявление ФИО7 от 10.04.2020 г. о неисправности трактора К700А.

Согласно части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: 1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; 2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; 3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Согласно частям 1, 2, 3, 4, 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Согласно пункту 1 статьи 67 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу.

Суд считает, что представленные истцом приказ от 10.04.2020 г. № 5 о ремонте трактора К700А, акт об установке, замене запчастей и списании неисправных деталей трактора от 10.04.2020 г., заявление ФИО7 от 10.04.2020 г. о неисправности трактора К700А не относятся обстоятельствам, имеющим значение для рассмотрения дела и не являются относимыми доказательствами в силу следующего.

Согласно статье 567 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору мены каждая из сторон обязуется передать в собственность другой стороны один товар в обмен на другой.

К договору мены применяются соответственно правила о купле-продаже (глава 30), если это не противоречит правилам настоящей главы и существу мены. При этом каждая из сторон признается продавцом товара, который она обязуется передать, и покупателем товара, который она обязуется принять в обмен.

В силу статьи 606 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В соответствии с пунктом 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

Суд не принимает довод истца о том, что между истцом и ответчиком фактически сложились договорные отношения, которые регулируются главой 34 Гражданского кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Суд считает, что стороны не достигли соглашения по существенным условиям договора, в том числе о плате по субарендным отношениям, поэтому договор нельзя считать заключенным.

По смыслу абзаца 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Суд считает, что при таких условиях истец не представил доказательства, подтверждающие противоправные, виновные действия ответчика, наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникшими у истца расходами.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что если на стадии принятия иска суд придет к выводу о том, что избранный способ защиты права собственности или другого вещного права не может обеспечить его восстановление, данное обстоятельство не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения либо оставления без движения.

В соответствии со статьей 133 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд должен определить, из какого правоотношения возник спор, и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела.

Принимая решение, суд в силу части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам.

Согласно пункту 3 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд указывает также в мотивировочной части решения мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В этой связи ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению, по мнению суда, в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

При рассмотрении спора суд, с учетом пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", оценив установленные по делу обстоятельства, а также цель обращения с иском по рассматриваемому делу, должен определить, из какого правоотношения возник спор, какие нормы права подлежат применению при разрешении дела.

Суд считает, что исходя из характера нарушенных прав истца, а также установленных по делу обстоятельств, в том числе произведенной оплате арендной платы за ответчика по договору аренды земельного участка от 10.03.2020 года №2, применение правил, предусмотренных главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, соответствует цели их восстановления.

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 названного кодекса.

Правила предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Ответчик не отрицает, что после культивации истцом земельных участков с кадастровыми номерами 34:21:000000:2185 и 34:21:010008:210, общей площадью 85 га, произвел на них посев озимой пшеницы.

Суд считает, что сумма неосновательного обогащения по названному договору составляет 233 120 руб. 12 коп., из которых 69467 руб. 19 коп. – арендная плата за ответчика по договору аренды земельного участка от 10.03.2020 года №2, 35635 руб. – оплата труда с отчислениями, 8075 руб. 34 коп. - амортизация основных средств, 119942 руб. 43 коп. – горюче-смазочные материалы.

Суд не учитывает расходы на ремонт основных средств в размере 37710 руб., так как расчет произведен с учетом амортизации основных средств и названная сумма не относится к неосновательному обогащению.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 65, 102, 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Арбитражный суд Волгоградской области

решил:

Иск удовлетворить в части. Взыскать с индивидуального предпринимателя - главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя - главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1 (ИНН <***>, ОГРН <***>) денежные средства в размере 233 120 руб. 12 коп., а также расходы по государственной пошлине в размере 3 490 руб. 93 коп. В остальной части в удовлетворении иска отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя - главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 73 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Волгоградской области.

Судья А.П. Машлыкин