Постановление от 15 апреля 2025 г. по делу № А54-11202/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

Дело № А54-11202/2019
г. Калуга
16 апреля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 15.04.2025

Постановление изготовлено в полном объеме 16.04.2025               


Арбитражный суд Центрального округа  в составе:


председательствующего

Еремичевой Н.В.

судей

Андреева А.В.

ФИО1


при участии в заседании:

от лиц, участвующих в деле:


не явились, извещены надлежаще,


рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Рязанской области от 28.08.2024 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2024 по делу № А54-11202/2019,

УСТАНОВИЛ:

конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью производственная компания «Универсал» (далее – ООО ПК «Универсал», должник) ФИО3 (далее – конкурсный управляющий) обратился в Арбитражный суд Рязанской области с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) к субсидиарной ответственности, взыскании с ФИО2 в пользу должника суммы в размере совокупного размера требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов (с учетом уточнения заявленных требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)), ссылаясь на положения статей 61.10, 61.11, 61.16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон № 127-ФЗ).

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 28.08.2024 (судья Никитина И.В.) признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 по обязательствам должника в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО ПК «Универсал». ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО ПК «Универсал». С ФИО2 в конкурсную массу ООО ПК «Универсал» взыскано 50 772 624 рубля 31 копейка. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2024 (судьи: Девонина И.В., Волошина Н.А., Макосеев И.Н.) определение суда первой инстанции оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО2 – без удовлетворения.

В кассационной жалобе (с учетом дополнений) ФИО2 просит указанные судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Заявитель не согласен с выводами судебных инстанций о наличии правовых оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего должником, поскольку последним не доказан весь состав условий для привлечения контролирующего должника лица – ФИО2 к субсидиарной ответственности.

В соответствии с правилами статьи 286 АПК РФ суд кассационной инстанции рассматривает кассационную жалобу, исходя из заявленных доводов, в связи с чем законность и обоснованность определения суда первой и постановления апелляционной инстанций проверяются только в обжалуемой части.

Конкурсный управляющий в отзыве указал на необоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, просил судебные акты оставить без изменения.

Судом судебное заседание откладывалось, в судебном заседании объявлялся перерыв.

В судебном заседании суда кассационной инстанции (04.03.2025, 26.03.2025, 10.04.2025) представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Конкурсный управляющий  в судебном заседании (26.03.2025) возражал по доводам кассационной жалобы.

В судебное заседание суда кассационной инстанции 10.04.2025 представители лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, не явились.

Дело судом рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц в порядке, предусмотренном статьей 284 АПК РФ.

Проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, обсудив доводы кассационной жалобы (с учетом дополнений), судебная коллегия не находит оснований для ее удовлетворения в связи со следующим.

Судами первой и апелляционной инстанций на основании материалов дела установлено, что ООО «ОПТИМА СЕРВИС» обратилось в Арбитражный суд Рязанской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО ПК «Универсал», которое принято к производству суда определением             от 09.01.2020.

Определением суда от 05.02.2020 в отношении ООО ПК «Универсал» введена процедура банкротства наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО3

Решением суда от 21.06.2021 ООО ПК «Универсал» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

ООО ПК «Универсал» зарегистрировано 07.11.2008. С 19.03.2009 ФИО2 являлся генеральным директором должника, а с 01.06.2015 – участником со 100% долей участия.

Ссылаясь на наличие оснований, предусмотренных пунктом 1, подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО ПК «Универсал», конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указал на причинение ФИО2 существенного вреда имущественным правам кредиторов должника. В частности  указал на заключение ФИО2 как директором должника договора уступки права требования (цессии)                       от 14.05.2019 №  6/19 с ИП ФИО2; причинение обществу                   убытков, вызванных утратой производственного оборудования                                                      на сумму 5 752 886 рублей; осуществление перечислений денежных средств со счетов ООО ПК «Универсал» в пользу ФИО2                                                  на сумму 9 130 000 рублей.

Рассмотрев спор по существу, суды двух инстанций пришли к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения заявленных требований, обоснованно руководствуясь следующим.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству – обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав).

Субсидиарная ответственность по обязательствам должника является формой ответственности контролирующего должника лица за доведение до банкротства, вред в таком случае причиняется кредиторам в результате деликта контролирующего лица – неправомерного вмешательства в деятельность должника, вследствие которого должник теряет способность исполнять свои обязательства.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53)).

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Согласно одной из таких презумпций предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в ситуации, когда имущественным правам кредиторов причинен существенный вред в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, абзац первый пункта 23 Постановления № 53).

Формулирование законодателем презумпций субсидиарной ответственности контролирующего лица призвано облегчить процесс доказывания, а не ограничить истца в возможности ссылаться и на иные обстоятельства, свидетельствующие о наличии основания ответственности за доведение организации до банкротства.

Применительно к настоящему спору лицо, требующее привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, должно доказать наличие соответствующей причинно-следственной связи, а ответчик – документально опровергнуть такую презумпцию. При этом в опровержение презумпции доведения должника до банкротства ответчик вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено внешними факторами (пункт 19 Постановления №  53), а также на то, что ущерб, который он причинил своими действиями, не является существенным и не мог привести должника к банкротству.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должником ссылался, в том числе, на причинение ФИО2 существенного вреда имущественным правам кредиторов перечислением со счета ООО ПК «Универсал» в пользу ФИО2 денежных средств в общей сумме 9 130 000 рублей.

В ходе рассмотрения обособленного спора судами установлено, что конкурсный управляющий в рамках настоящего дела о банкротстве обратился в Арбитражный суд Рязанской области с заявлением о признании недействительной сделки по перечислению с расчетного счета ООО ПК «Универсал» денежных средств ФИО2 за период с 10.01.2018 по 24.08.2018 на общую сумму 9 130 000 рублей, применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО2 денежных средств в названном размере.

Определением суда от 17.05.2023 заявление о признании сделок (по перечислению денежных средств) недействительными и применении последствий их недействительности удовлетворено. Сделки по перечислению ООО ПК «Унивесал» денежных средств в пользу ФИО2 в общей сумме 9 130 000 рублей признаны недействительными. Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу ООО ПК «Универсал» денежных средств в размере 9 130 000 рублей.

Согласно указанному судебному акту судом установлены признаки недействительности сделок по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в условиях доказанности аффилированности сторон сделок, при наличии неисполненных обязательств перед кредитора (налоговым органом,                       ООО «Далкос», ПАО Сбербанк, ООО «Селена», ООО «ИжораРемСервис», АО «Волгоградский металлургический завод «Красный октябрь»); доказательств расходования полученных денежных средств на нужды организации ФИО2 не представлено.

В пункте 17 Постановления № 53 разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что по общему правилу контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

Наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании сделки должника недействительной не является преюдицией по смыслу статьи 69 АПК РФ при рассмотрении обособленного спора о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Юридически значимым для настоящего дела являлось установление наличия или отсутствия виновного деяния (бездействия) со стороны привлекаемого к ответственности лица, повлекшее по смыслу статьи 61.11 Закона о банкротстве несостоятельность подконтрольного общества.

Таким образом, для привлечения к субсидиарной ответственности по указанному основанию необходимо установить, причинен ли вред имущественным интересам кредиторов действиями (бездействием) ответственного лица, является ли такой вред существенным применительно к масштабам деятельности должника, стало ли совершение сделок обстоятельством, в связи с которым общество окончательно утратило возможность исполнять обязательства перед независимыми кредиторами.

Судами принят во внимание проведенный временным управляющим ООО ПК «Универсал» по результатам процедуры наблюдения анализ финансово-хозяйственной деятельности должника за период с 01.01.2017 по 31.12.2019 и рассчитаны коэффициенты, характеризующие платежеспособность должника, на основании которого временный управляющий сделал вывод о том, что структура баланса предприятия неудовлетворительная, собственных оборотных средств недостаточно для обеспечения финансовой устойчивости, предприятие неплатежеспособно; весь анализируемый период все показатели платежеспособности снижались.

Таким образом, как заключили суды, в условиях наличия неисполненных обязательств ФИО4 фактически осуществлялось дополнительное снижение ликвидности организации путем вывода денежных средств (наиболее ликвидных активов), при этом доказательств реального расходования денежных средств в сумме 9 130 000 рублей на нужды организации, в условиях роста в 2018 году кредиторской задолженности, либо возврата денежных средств в указанной сумме в общество ответчиком не приведено как при рассмотрения спора о признании данных перечислений недействительными сделками, так и при рассмотрении настоящего спора о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Судами отмечено, что ответчик не мог не осознавать, что без наличия достаточных оборотных активов подконтрольное ему юридическое лицо утратит возможность отвечать по своим обязательствам перед кредиторами, бюджетом Российской Федерации.

Отклоняя доводы ответчика об использовании 9 130 000 рублей на расчеты с кредиторами ООО ПК «Универсал» наличными денежными средствами, а также на закупку материалов, суды исходили из того, что данные обстоятельства не подтверждены документально.

Отклоняя довод ФИО2 о том, что при рассмотрении других обособленных споров судом были исследованы книги покупок и книги продаж должника, из которых, по мнению ответчика, следует, что признанные недействительными сделки на сумму 9 130 000 рублей не являются существенными относительно масштабов деятельности должника, суд апелляционной инстанции справедливо указал, что книги продаж не являются  доказательством, характеризующим финансовое положение должника, так как в книгах продаж отражаются лишь суммы от реализации товаров (работ, услуг) без учета сумм расходов.

При этом суд округа отмечает, что согласно имеющемуся в материалах дела отчету о финансовых результатах за 2018 и за 2019 годы (т.47, л. д. 66 – 67) деятельность общества являлась в указанной период убыточной.

В обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 конкурсным управляющим должником также указано на утрату ответчиком производственного оборудования на сумму 5 752 886 рублей.

Судами установлено, что конкурсный управляющий в рамках настоящего дела о банкротстве обратился в Арбитражный суд Рязанской области с заявлением о взыскании с ФИО2 убытков в размере 5 752 886 рублей, в обоснование которого указал, что согласно решению единственного участника от 23.05.2015 №  8 спорное имущество внесено в уставный капитал организации должника с оценкой его стоимости в размере 12 400 000 рублей, однако, в связи с тем, что на дату обращения в суд имущество было утрачено, возможность пополнения конкурсной массы должника и погашения требований кредиторов к должнику исключалась.

В свою очередь, ответчик ссылался на то, что имущество было утрачено после установки его на арендованных у ООО «Гелиос М» площадях; в начале 2019 года ему был закрыт доступ на арендованные площади, а после того, как ФИО2 смог попасть в арендованное помещение, имущество обнаружено не было.

Определением суда от 25.01.2023 с ФИО2 в пользу ООО ПК «Универсал» были взысканы убытки в сумме 5 752 886 рублей. При этом судом установлено, что никаких документов по факту установки по месту аренды спорного имущества не представлено.

Проанализировав материалы дела и доводы сторон, учитывая наличие неисполненных обязательств перед кредиторами, суды двух инстанций заключили, что утрата всего производственного оборудования находится в причинно-следственной связи между названным действием и фактически наступившим объективным банкротством; данный факт существенно ухудшил финансовое положение должника, утрата производственного оборудования привела к невозможности осуществления производственной деятельности, получения от нее прибыли и, соответственно, невозможности погашения всех долговых обязательств. При этом вина за утрату оборудования согласно определению Арбитражного суда Рязанской области от 25.01.2023 лежит на ФИО2 Иного материалами дела, вопреки требованиям                               статьи 65 АПК РФ, не доказано.

Отклоняя довод ответчика о том, что в доступе на территорию ООО «Гелиос М» ФИО2 было отказано, суды учитывали, что, реализуя права на защиту своих интересов, ответчик имел возможность оперативно обратиться с виндикационным требованием, а также в правоохранительные органы, однако доказательств указанного им не приведено.

Бремя доказывания добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда кредиторам в перечисленных в Законе о банкротстве случаях презюмируется.

В обоснование отсутствия вины в доведения до неплатежеспособности ООО ПК «Унивесал» ФИО2 представлялись документы, в частности, переписка, акт, дополнительные соглашения, платежные поручения и иные документы, подтверждающие исполнение существующих обязательств общества его директором самостоятельно и за свой счет, что, по мнению ответчика, свидетельствует о его добросовестности и стремлению минимализировать долги.

Однако суды справедливо не согласились с такой позицией ответчика, поскольку исполнение отдельных существующих обязательств не восстанавливает в отсутствие необходимого оборудования возможность осуществлять обществом деятельность в целом, а также принимать новые обязательства перед контрагентами, с учетом основного вида деятельности.

При этом судами принято во внимание, что доказательств приобретения (аренды) нового оборудования взамен утраченного ФИО2 не приведено.

С учетом вышеизложенного суды пришли к выводу о том, что такого рода действия руководителя общества не могут быть признаны разумными и добросовестными; в результате их совершения ООО ПК «Универсал» утратило право на имущество, которое могло использоваться в предпринимательской деятельности, а также возможности восстановления платежеспособности за счет осуществления основной производственной деятельности.

Кроме того, судами отмечено, что часть из заявленных действий осуществлялась уже в процедуре наблюдения и конкурсного производства и не могло привести к восстановлению платежеспособности перед всеми кредиторами.

Судами отклонены возражения ФИО2 относительно причин неплатежеспособности, а именно отказа крупных контрагентов ООО «ИЖОРАРЕМСЕРВИС» и АО «Волгоградский металлургический завод «Красный октябрь» от исполнения договоров и оплаты оказанных должником услуг, в связи со следующим.

Так, согласно обстоятельств, установленных судебными актами, на основании которых производилось включение требований указанных кредиторов в реестр требований кредиторов должника, суммами включений являлись предоплаты по заключенным и впоследствии расторгнутым договорам, а также суммы процентов, неустоек и госпошлин.

С учетом этого суды констатировали, что перечисленные кредиторами денежные средства в пользу ООО ПК «Универсал» фактически остались в обществе и не были возвращены контрагентам по расторгнутым сделкам.

Доводы о том, что работы по вышеуказанным договорам должником выполнялись и что по каждому из них сторонами были подписаны предварительные акты приемки выполненных работ; на исполнение условий договора должник также нес собственные затраты, а полученные суммы авансов расходовались должником на приобретение материалов; договоры были заключены в 2015 году, а отказы от их исполнения получены в 2018 – 2019 годах, отклонены судом, поскольку не нашли своего подтверждения.

Доводы ФИО2 о недоказанности причинно-следственной связи между вменяемыми ему неправомерными действиями и банкротством должника, а также фактов совершения с его стороны каких-либо действий, непосредственно приведших к объективному банкротству должника, отклоняются судом округа как противоречащие установленным судами фактическим обстоятельствам.

С учетом вышеизложенного суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов о наличии достаточных оснований для привлечения                   ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в порядке подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Судами установлено, что совокупный размер требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника, составил 72 051 453 рубля 41 копейку, при этом все мероприятия по формированию конкурсной массы конкурсным управляющим завершены.

Следовательно, что размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен 72 051 453 рублям 41 копейки.

Вместе с тем по смыслу пункта 20 Постановления № 53 требования о возмещении убытков и о привлечении к субсидиарной ответственности носят взаимозаменяемый и дополняемый характер.

Согласно правовой позиции, приведенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 27.02.2020 №  414-О, при наличии одновременно нескольких оснований для привлечения к ответственности контролирующих лиц, предусмотренных Законом о банкротстве, окончательный размер ответственности определяется путем поглощения большей из взыскиваемых сумм меньшей; совокупный размер ответственности должен быть ограничен максимальным размером, установленным названным Законом; в случае, если одни и те же действия являются основаниями для взыскания убытков и привлечения к субсидиарной ответственности, размер требований носит зачетный характер, то есть убытки взыскиваются в части, не покрытой размером субсидиарной ответственности.

С учетом изложенного суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, правомерно на стадии определения размера субсидиарной ответственности контролирующего ООО ПК «Универсал» лица принял во внимание факт взыскания с ФИО2 суммы, взысканной определением Арбитражного суда Рязанской области от 17.05.2023 по оспоренной конкурсным управляющим сделки по перечислению денежных средств в размере 9 130 000 рублей, а также суммы убытков, взысканной с ответчика определением Арбитражного суда Рязанской области от 25.01.2023 в размере 5 752 886 рублей, и факт того, что право требования к ФИО2 на сумму 14 882 886 рублей, с учетом его реализации на торгах, должнику уже не принадлежит.

При таких обстоятельствах в целях недопущения возложения на ответчика двойной ответственности, суды пришли к выводу о том, что взысканию с ФИО2 подлежит разница между установленной судом суммой субсидиарной ответственности контролирующего должника лица – 72 051 453 рубля 41 копейка и ранее взысканной суммой реституционных требований и убытков в общем размере 14 882 886 рублей (72 051 453 рубля 41 копейка-14 882 886 рублей = 57 168 567 рублей 41 копейка).

Иное толкование приводило бы к возможности «неоднократного» привлечения ответственности контролирующего должника лица, что недопустимо.

Кроме того, в Постановлении от 30.10.2023 № 50-П Конституционный Суд Российской Федерации разъяснил, что при определении размера субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, судам следует учесть также позицию, изложенную в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 08.12.2017 №  39-П, согласно которой суммы штрафов по своему существу выходят за рамки налогового обязательства как такового, носят не восстановительный, а карательный характер и являются наказанием за налоговое правонарушение, то есть за предусмотренное законом противоправное виновное деяние, совершенное умышленно либо по неосторожности, потому вред, причиняемый налоговыми правонарушениями, заключается в непоступлении в бюджет соответствующего уровня неуплаченных налогов (недоимки) и пеней.

Пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве не может использоваться для взыскания с лица, контролирующего должника, в составе субсидиарной ответственности суммы штрафов за налоговые правонарушения, наложенных на организацию-налогоплательщика. Выявленный в упомянутом постановлении конституционно-правовой смысл пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве является общеобязательным, что исключает любое иное его толкование в правоприменительной практике.

Судами установлено, что определением Арбитражного суда Рязанской области от 03.09.2021 в третью очередь реестра требований кредиторов ООО ПК «Универсал» включено требование ФНС России в размере 47 076 рублей 70 копеек, из которых: основной долг – 8 524 рубля, пеня – 1 252 рубля 32 копейки, штраф – 37 300 рублей 38 копеек.

Также определением Арбитражного суда Рязанской области от 14.08.2020 в состав второй очереди реестра требований кредиторов ООО ПК «Универсал» включены требования ФНС России в размере 4 584 658 рублей 70 копеек. В состав третьей очереди реестра требований кредиторов ООО ПК «Универсал» включены требования ФНС России в размере 28 261 608 рублей 58 копеек, из которых 16 613 604 рубля 49 копеек – основной долг, 5 289 361 рубль 37 копеек – пеня, 6 358 642 рубля 72 копейки – штраф.

С учетом вышеизложенного суды пришли к правильному выводу о том, что суммы штрафов подлежат исключению из общего размера субсидиарной ответственности ФИО2 (57 168 567 рублей 41 копейка - 6 358 642 рубля 72 копейки-37 300 рублей 38 копеек = 50 772 624 рубля 31 копейка).

Отклоняя довод ответчика о том, что ФИО2 по указанным в заявлении конкурсным управляющим основаниям для привлечения к субсидиарной ответственности уже привлечен к гражданско-правовой ответственности на общую сумму 14 882 886 рублей, суд апелляционной инстанции учитывал, что судом первой инстанции данные обстоятельства учтены при определении размера субсидиарной ответственности.

Отклоняя доводы кассационной жалобы суд кассационной инстанции учитывает следующее.

По своей правовой природе требование о привлечении к субсидиарной ответственности направлено на компенсацию последствий негативных действий контролирующих лиц по доведению должника до банкротства. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.05.2021 № 20-П, субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. Генеральным правовым основанием данного иска выступают положения статьи 1064 ГК РФ, поскольку конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам.

Суд оценил существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверил наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Юридически значимым для настоящего дела являлось установление наличия или отсутствия виновного деяния со стороны привлекаемого к ответственности лица, повлекшее по смыслу статьи 61.11 Закона о банкротстве несостоятельность подконтрольного общества, что и было установлено судами при рассмотрении обособленного спора.

Наличие оснований для привлечения Растворами М.Ю. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника установлены судами в результате полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, нарушений норм материального и процессуального права не допущено.

Доводы кассационной жалобы фактически направлены на несогласие с выводами судов обеих инстанций и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 АПК РФ.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4      статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятых по делу судебных актов, судом округа не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Рязанской области от 28.08.2024 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2024 по делу № А54-11202/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий                                                               Н.В. Еремичева


Судьи                                                                                                А.В. Андреев


                                                                                                            ФИО1