Постановление от 18 мая 2023 г. по делу № А08-4473/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов, вступивших в законную силу

Дело № А08-4473/2020
г. Калуга
18 мая 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 15.05.2023 Постановление изготовлено в полном объеме 18.05.2023

Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего Еремичевой Н.В.

судей Гладышевой Е.В. Григорьевой М.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Васильковой Е.А.

при участии в заседании:

от ФИО1: ФИО2 – представителя по доверенности от 20.04.2023,

от конкурсного управляющего ФИО3 – представителя по ОАО «Валуйский ЛВЗ» ФИО4: доверенности от 11.05.2021,

от иных лиц, участвующих в деле: не явились, извещены надлежаще,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц – связи при содействии Арбитражного суда Белгородской области и Арбитражного суда Нижегородской области кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Белгородской области от 12.10.2022 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.02.2023 по делу № А08-4473/2020,

УСТАНОВИЛ:

конкурсный управляющий открытого акционерного общества «Валуйский ликеро-водочный завод» (далее – ОАО «Валуйский ЛВЗ», должник) обратился в Арбитражный суд Белгородской области с заявлением о признании недействительными сделками договоры об оказании услуг индивидуальным предпринимателем б/н от 24.01.2018 и от 14.01.2019, заключенные между


ОАО «Валуйский ЛВЗ» и ФИО1 (далее – ФИО1), применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в пользу ОАО «Валуйский ЛВЗ» денежных средств в размере 17 331 000 рублей, ссылаясь на положения статьи 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон № 127-ФЗ), статей 10, 167, 168, 170, 575, 801 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 12.10.2022 (судья Курепко Е.В.) заявленные требования удовлетворены в полном объеме.

Постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.02.2023 (судьи: Безбородов Е.А., Орехова Т.И., Потапова Т.Б.) определение суда первой инстанции по данному делу оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1 – без удовлетворения.

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, неполное выяснение фактических обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

По мнению заявителя, конкурсными управляющим не доказана вся совокупность условий, необходимых для признания оспариваемых сделок недействительными и применения последствий их недействительности.

Считает, что им представлен исчерпывающий перечень доказательств, подтверждающих реальность правоотношений сторон, в связи с чем настаивает на ошибочности выводов судов о мнимости оспариваемых сделок.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО1 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Представитель конкурсного управляющего возражал на доводы кассационной жалобы.

Представители иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, не явились.

Дело судом рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц в порядке, предусмотренном статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов судов установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, заслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы в связи со следующим.

Судами первой и апелляционной инстанций на основании материалов дела установлено, что определением Арбитражного суда Белгородской области

от 19.06.2020 принято заявление ООО «Технологии и услуги» о признании ОАО «Валуйский ЛВЗ» несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 21.08.2020 в отношении ОАО «Валуйский ЛВЗ» введена процедура банкротства наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО4


Решением суда от 04.10.2021 ОАО «Валуйский ЛВЗ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5

Определением суда от 11.07.2022 ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ОАО «Валуйский ЛВЗ», конкурсным управляющим утвержден ФИО4

В ходе анализа финансовой деятельности ОАО «Валуйский ЛВЗ» за период 2018 – 2019 годы конкурсным управляющим установлено наличие подозрительных сделок с ИП ФИО1, а именно, договоров б/н

от 24.01.2018 и от 14.01.2019 об оказании индивидуальным предпринимателем услуг по экспедированию грузов (далее – «договор», «договоры»).

Так, между ОАО «Валуйский ЛВЗ» и ИП ФИО1 подписан договор об оказании услуг индивидуальным предпринимателем б/н от 24.01.2018, согласно разделу 3 которого размер, порядок и сроки оплаты услуг согласовываются сторонами в спецификации. Таким образом, договор от 24.01.2018 носил рамочный характер, определяя только общие условия взаимоотношений сторон (статья 429.1 ГК РФ).

В спецификации к договору от 24.01.2018 согласованы: наименование услуги – услуги по экспедированию ликеро-водочной и безалкогольной продукции; срок оказания – с января по декабрь 2018 года; цена в месяц: январь и февраль – по 900 000 рублей; с марта по декабрь – по 650 000 рублей; общая цена договора – 8 300 000 рублей.

В ежемесячных актах о приемке выполненных работ указан аналогичный состав сведений.

Услуги оплачивались ОАО «Валуйский ЛВЗ» ежемесячно в порядке, установленном договором; общая сумма перечисленных денежных средств по договору от 24.01.2018 составила 8 300 000 рублей.

В 2019 году ОАО «Валуйский ЛВЗ» с ИП ФИО1 подписан аналогичный действовавшему в 2018 году договор об оказании услуг б/н от 14.01.2019. В спецификации к договору на 2019 год цена услуг за месяц определена сторонами дифференцировано: январь, февраль – 650 000 рублей; март – 800 000 рублей, апрель – 850 000 рублей; май – 650 000 рублей; июнь – 756 000 рублей; июль – 650 000 рублей; август – 850 000 рублей; сентябрь – 1 150 000 рублей; октябрь – 700 000 рублей; ноябрь – 625 000 рублей; декабрь – 650 000 рублей. Общая цена договора – 8 981 000 рублей. Услуги оплачивались ОАО «Валуйский ЛВЗ» ежемесячно, общая сумма перечисленных денежных средств по договору от 14.01.2019 составила 9 031 000 рублей, что на 50 000 рублей больше установленной в договоре суммы.

Ссылаясь на совершение вышеуказанных сделок лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия; безвозмездный вывод денежных средств с расчетных счетов предприятия-должника, на то, что сделки по перечислению должником денежных средств совершена при злоупотреблении правом, поэтому являются недействительными (ничтожными) в соответствии с положениями статей 10, 168, 170 ГК РФ, конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

При этом конкурсный управляющий указывал, что ни договоры, ни спецификации к ним не содержат перечня конкретных обязанностей экспедитора, в частности: организовать перевозку груза транспортом и по


маршруту, избранными экспедитором или клиентом, обязанность экспедитора заключить от имени клиента или от своего имени договор (договоры) перевозки груза, обеспечить отправку и получение груза, другие обязанности, связанные с перевозкой (абзац 2 пункта 1 статьи 801 ГК РФ); в актах о приемке выполненных работ (оказанных услуг) за период действия договора, подписанных сторонами без замечаний, значится, что исполнителем оказаны услуги по экспедированию ликеро-водочной и безалкогольной продукции без указания конкретного объема оказанных услуг: обязанностей, выполненных экспедитором по доставке груза; дат перевозок; маршрутов следования; видов использованного транспорта и т.д.; отсутствуют заявки на оказание услуг и подробные акты приемки; в целом определение стоимости услуг экспедитора при заключении договора в твердой сумме без привязки к фактическому объему оказанных услуг представляется нетипичной для подобных сделок, учитывая, что согласно договорам, заключенным должником с организациями и предпринимателями, оказывающими аналогичные услуги, типичные условия сотрудничества определялись кардинально иным образом. Заключение и исполнение договоров с ФИО1 на условиях, недоступных независимым участникам рынка, свидетельствует о фактической аффилированности данного лица с должником. Расценки, объем и прочие условия оказания услуг были не важны для заказчика, так как он не рассчитывал на их реальное исполнение.

Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно исходили следующего.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 07.03.2017 № 308- ЭС16-15069 следует, что в случае ненадлежащего формулирования истцом способа защиты, при очевидности преследуемого им материально-правового интереса, суд не должен отказывать в иске ввиду неправильного указания норм права, а обязан сам определить, из какого правоотношения возник спор и какие нормы подлежат применению.

Исходя из доводов лица, заявляющего требование, и имеющихся в деле доказательств суд на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 АПК РФ самостоятельно определяет характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дает правовую квалификацию).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Как разъяснено в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве) подлежат рассмотрению


требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

В соответствии со статьей 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Согласно положениям статьи 780 ГК РФ, если иное не предусмотрено договором возмездного оказания услуг, исполнитель обязан оказать услуги лично.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая) сделка ничтожна. Указанная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. Следует также учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В обоснование заявленных требований конкурсным управляющим указано, что одним из обстоятельств квалификации сделок с ИП ФИО1 как мнимых служит тот факт, что должность главного бухгалтера ОАО «Валуйский ЛВЗ» в период исполнения спорных договоров занимала ФИО6


Олеговна, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, при этом в выписке из ЕГРИП в отношении ИП ФИО1 указан E-mail заинтересованного лица: RASPOPOVA_1978@MAIL.RU.

Согласно статье 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника. Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника.

Аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве соответствующих возражений суд не должен ограничиваться проверкой документов на соответствие формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо выяснить, представлены ли достаточные доказательства существования фактических отношений сторон. При этом, являющиеся сторонами договора аффилированные лица (в отличие от обычных участников гражданского оборота, вступающих в обязательственные отношения с должником) имеют гораздо больше возможностей осуществить формальное исполнение сделок лишь для вида.

В ситуации, когда не связанный с должником кредитор представил косвенные доказательства, поставившие под сомнение факт существования долга, аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального комплекта документов в подтверждение реальности отношений. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самой сделки.

При этом аффилированный кредитор не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки. Если аффилированный кредитор не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Принимая во внимание сложившуюся судебную практику по вопросу о распределении бремени доказывания в рамках дела о банкротстве при наличии обоснованных и мотивированных доводов управляющего о том, что стороны сделки являются заинтересованными по отношению друг к другу лицами,


именно на указанных лиц должно быть возложено бремя опровержения данных обстоятельств и обоснование экономической целесообразности заключения сделок.

При рассмотрении дела ответчик не опроверг надлежащими доказательствами в порядке статьи 65 АПК РФ доводы конкурсного управляющего о наличии фактической аффилированности, выраженной в совершении сделки на недоступных для других лиц условиях; указание в выписке из ЕГРИП в отношении ИП ФИО1 E-mail заинтересованного лица: RASPOPOVA_1978@MAIL.RU.

Ввиду не представления ИП ФИО1 доказательств, опровергающих доводы конкурсного управляющего о фактической аффилированности, разумных экономических целей привлечения его к выполнению работ как предпринимателя, приобретшего статус за день до заключения первого договора, суды двух инстанций пришли к выводу о заинтересованности ИП ФИО1 по отношению к должнику.

Как установлено судами, ФИО1 прошел государственную регистрацию в качестве индивидуального предпринимателя за один день до заключения первого договора с ОАО «Валуйский ЛВЗ» (дата присвоения ОГРНИП 23.01.2018). Сразу после окончания срока действия договора от 14.01.2019 с ОАО «Валуйский ЛВЗ» в декабре 2019 года деятельность ФИО1 в качестве индивидуального предпринимателя была прекращена (запись в ЕГРИП от 09.01.2020).

При этом заинтересованным лицом не представлено доказательств возможности реального исполнения договоров со стороны предпринимателя – отсутствие штата работников и материально-технической базы для оказания услуг по экспедированию ликеро-водочной и безалкогольной продукции на сумму встречного предоставления.

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016), к числу доказательств, ставящих под сомнение исполнение сделки, могут быть отнесены сведения, указывающие, в частности, на: невозможность реального осуществления должником и (или) его контрагентом операций исходя из времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности ввиду того, что не имелось в наличии должных управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств.

Проанализировав выписки за 2018 и 2019 годы по расчетному счету ФИО1, открытому в ПАО Сбербанк, судами установлено, что индивидуальным предпринимателем не оплачивались: налог на доходы физических лиц в отношении лиц, привлеченных по трудовому или гражданско-правовому договору; взносы на обязательное пенсионное и медицинское страхование в отношении работников (только в отношении самого ИП).

Указанное обстоятельство, по справедливому суждению судов, подтверждает отсутствие у предпринимателя технических и кадровых ресурсов


для оказания услуг на столь крупные суммы.

Из выписок по расчетным счетам также следует, что единственным контрагентом, от которого поступали денежные средства на счет

ИП ФИО1, было ОАО «Валуйский ЛВЗ», что также может указывать на отсутствие реальности осуществления независимой предпринимательской деятельности, которая по обыкновению предполагает сотрудничество с широким кругом лиц.

Ссылка ИП ФИО1 на наличие в материалах дела доказательств, подтверждающих реальное исполнение спорных договоров, несостоятельна и подлежит отклонению, поскольку при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, является недостаточным (определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, от 28.12.2016 № 308-ЭС16-17376, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).

С учетом указанной правовой позиции представленные ответчиком акты приемки оказанных услуг правомерно не признаны судами достаточными для подтверждения наличия между сторонами реальных правоотношений. Не ограничившись оценкой документов, составленных сторонами, суды проверили обстоятельства фактического исполнения соответствующих сделок.

Вопреки доводам кассационной жалобы, судами дана оценка представленным доказательствам и установлено, что документооборот между ОАО «Валуйский ЛВЗ» и ИП ФИО1 – составление договоров, актов к ним, счетов, писем носил формальный характер, в связи с чем они не подтверждают реальность оказания ИП ФИО1 должнику услуг, предусмотренных оспариваемыми договорами.

Обстоятельства и целесообразность заключения оспариваемых договоров ответчиком также не раскрыты.

В рассматриваемом случае, учитывая, что ФИО1 не представлено доказательств отсутствия заинтересованности по отношению к должник; доказательств наличия трудовых ресурсов, привлекаемых как по гражданско-правовым, так и по трудовым договорам в целях выполнения обязательств по договорам об оказании услуг, наличия собственных технических средств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что договоры об оказании услуг индивидуальным предпринимателем б/н

от 24.01.2018 и 14.01.2019 являются недействительными (мнимыми) сделками, подписаны сторонами лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, а акты оказания услуг, счета, письма (во исполнение спорных) подписаны для создания видимости исполнения договоров.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции не может не согласиться с выводом судов о мнимости спорных договоров, поскольку их заключение не было направлено на создание соответствующих правовых последствий.

Следовательно, как правильно указали суды, оспариваемые платежи с расчетного счета должника в пользу ИП ФИО1 в счет оплаты услуг по мнимым договорам были совершены безвозмездно с целью вывода активов ОАО «Валуйский ЛВЗ»; совершение платежей повлекло уменьшение конкурсной массы должника и причинение вреда его кредиторам.


Признав сделки недействительными в соответствии с положениями

пункта 1 статьи 170 ГК РФ, суды в соответствии со статьей 61.6 Закона о банкротстве и положениям статьи 167 ГК РФ правильно применили последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в пользу ОАО «Валуйский ЛВЗ» денежных средств в размере 17 331 000 рублей.

С учетом вышеизложенного, применительно к фактическим обстоятельствам настоящего дела, судебная коллегия кассационной инстанции приходит к выводу о том, что обжалуемые судебные акты приняты в соответствии с установленными по делу обстоятельствами и нормами права.

При этом вопреки доводам заявителя жалобы наличие либо отсутствие у должника на момент совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества не имеет правового значения для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 170 ГК РФ.

Вопреки доводам кассационной жалобы ограничение на признание сделки недействительной по общегражданским основаниям касается случаев, когда имеется сомнение относительно соблюдения срока исковой давности при обращении с заявлением об оспаривании сделки.

В данном конкретном случае никто из участников, в том числе ответчик обособленного спора не ссылался на пропуск срока исковой давности, в связи с чем суды, обоснованно установив фактические обстоятельства, констатировали ничтожность сделки по общегражданским основаниям.

Выводы судов об установленных обстоятельствах основаны на доказательствах, указание на которые содержится в обжалуемых судебных актах и которым дана оценка в соответствии с требованиями

статей 67, 68, 71 АПК РФ, а выводы о применении норм материального права – на фактических обстоятельствах, установленных судами на основании оценки представленных в материалы дела доказательств.

Доводы кассационной жалобы о достаточности представленных доказательств свидетельствуют о несогласии ИП ФИО1 с установленными судами первой и апелляционной инстанций обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку, тогда как переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 АПК РФ.

Доводы кассационной жалобы о том, что судом первой инстанции нарушены нормы процессуального права, поскольку отсутствует аудиозапись судебного заседания от 20.07.2022, чем нарушены нормы части 6 статьи 155 АПК РФ, отклоняются судом округа как противоречащие материалам дела.

То обстоятельство, что аудиопротокол имеет шумовые помехи, не свидетельствует о его отсутствии и в отсутствие установленного факта нарушения процессуальных прав ответчика, при соблюдении порядка ведения протоколирования, данное обстоятельство не может служить основанием для отмены судебного акта.

Имеющиеся искажения обусловлены техническими неполадками, которые могли быть установлены только по окончании судебного заседания.

Кассационная жалоба не содержит ссылок на обстоятельства, подтверждаемые исключительно этой частью аудиозаписи. Заявитель жалобы не


привел доводов и не обосновал наличие обстоятельств, при которых с учетом правовой позиции, изложенной в абзаце 2 пункта 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации», обжалуемые судебные акты подлежат отмене.

При таких обстоятельствах кассационная инстанция считает, что процессуальные нарушения, на которые ссылается податель жалобы, не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов применительно к пункту 6 части 4 статьи 288 АПК РФ.

Довод о неверном распределении бремени доказывания не нашёл своего подтверждения при проверке судебных актов в порядке кассационного производства, поэтому подлежит отклонению ссылка подателя жалобы на нарушение принципа состязательности сторон.

В этой же связи суд округа не установил фактов несоблюдения принципа непосредственности, согласно которому арбитражный суд при разбирательстве дела обязан непосредственно исследовать все доказательства по делу, которые, в свою очередь, представляются сторонами (статья 65 АПК РФ). Нарушений правил оценки доказательств в их совокупности и взаимосвязи не допущено.

В части 1 статьи 8 АПК РФ установлено, что судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон. Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон

(часть 3 статьи 8 АПК РФ).

Следовательно, АПК РФ устанавливает равные возможности на судебную защиту как истца, так и для ответчика, в том числе путем реализации ими своих процессуальных прав, что не является исключением из общего правила реализации лицом своих прав своей волей. Нарушения судами указанного принципа с приведенной в жалобе позиции равенства в доказывании обстоятельств, на которые стороны ссылаются, судом округа не выявлено.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

В связи с окончанием кассационного производства меры, принятые определением Арбитражного суда Центрального округа от 23.03.2023 по приостановлению исполнения определения Арбитражного суда Белгородской области от 12.10.2022 и постановления Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.02.2023, с момента принятия судом кассационной инстанции настоящего постановления утрачивают силу на основании части 4 статьи 283 АПК РФ.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290, 283 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Белгородской области от 12.10.2022 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда


от 10.02.2023 по делу № А08-4473/2020 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Приостановление исполнения названных судебных актов по делу № А08-4473/2020, принятое определением Арбитражного суда Центрального округа от 23.03.2023 отменить.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Н.В. Еремичева

Судьи Е.В. Гладышева

М.А. Григорьева