Постановление от 3 июля 2019 г. по делу № А40-168193/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва 03.07.2019 Дело № А40-168193/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 26.06.2019 Полный текст постановления изготовлен 03.07.2019

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи – Кручининой Н.А. судей: Каменецкого Д.В., Коротковой Е.Н., при участии в заседании:

от ООО «Экспотрейд» - ФИО1 по доверенности от 07.06.2019 № 25; от ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 02.02.2018;

рассмотрев 26.06.2019 в судебном заседании кассационную жалобу ООО «Экспотрейд» на определение Арбитражного суда города Москвы от 15.11.2018, вынесенное судьей В.Н. Клыковой, и на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2019,

принятое судьями М.С. Сафроновой, А.С. Масловым, П.А. Порывкиным,

об отказе ООО «Экспотрейд» в удовлетворении заявления о признании недействительной сделкой договора займа от 04.08.2016, заключенного между ФИО4 и ФИО5,


в рамках дела о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 15.12.2017 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества должника сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден ФИО6

ООО «Экспотрейд» 25.07.2018 обратилось в Арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой договора займа от 04.08.2016, заключенного между ФИО4 (заемщиком) и ФИО5 (займодавцем).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.11.2018 в удовлетворении заявления ООО «Экспотрейд» отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2019 определение Арбитражного суда города Москвы от 15.11.2018 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ООО «Экспотрейд» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, просит обжалуемые определение и постановление отменить и направить спор на новое рассмотрение.

В обоснование кассационной жалобы указывается, что суды не применили нормы Закона о банкротстве, регулирующие вопросы о признании лица заинтересованным по отношению к должнику, а также не приняли во внимание доводы заявителя о соответствии оспариваемой сделки критериям недействительности сделок, установленным статьей 61.3 Закона о банкротстве.

ООО «Экспотрейд» также представлены письменные объяснения, в приобщении которых к материалам дела судом округа отказано.

Отзыв на кассационную жалобу суду не представлен.

В судебном заседании представитель ООО «Экспотрейд» поддержал изложенные в кассационной жалобе доводы.


Представитель ФИО2 возражал против удовлетворения кассационной жалобы, указывая на законность обжалуемых судебных актов.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

Иные лица, участвующие в деле, своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Выслушав представителей ООО «Экспотрейд» и ФИО2, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения, проверив в порядке статей 284, 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции приходит к выводу о наличии правовых оснований для их отмены ввиду следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, к отношениям, связанным с банкротством граждан и не урегулированным главой Х Закона, применяются общие нормы Закона о банкротстве, а при оспаривании сделок должника-гражданина – глава III.1 названного Закона.

Из материалов дела усматривается, что 04.08.2016 ФИО4 была составлена расписка о том, что ФИО5 в интересах ФИО4 оформил на себя кредит в КБ «Альба Альянс» на сумму 38 000 000 рублей на основании кредитного соглашения № КС 046/14, и на полученные денежные средства


приобрел оборудование у ООО «Рыбный Дом» по договору купли-продажи б/н от 19.05.2014, которое было передано в залог КБ «Альба Альянс» в обеспечение исполнение обязательств по кредитному договору.

Из расписки также следует, что договор купли-продажи оборудования был расторгнут, в связи с чем, денежные средства в размере 38 000 000 рублей возвращены на счет ФИО5, открытый в КБ «Альба Альянс», для погашения обязательств по кредиту. При этом суды установили, что денежные средства в размере 34 576 000 в период с 27.11.2014 по 08.12.2014 были сняты со счета ФИО5 и переданы ФИО4, при условии их возврата, а также начисленных КБ «Альба Альянс» процентов и пени по кредиту, в срок до 01.09.2016.

Полагая, что сделка по заключению договора займа от 04.08.2016 была совершена с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов, и другая сторона сделки знала об этом, ООО «Экспотрейд» обратилось в суд с рассматриваемым заявлением о признании сделки недействительной по основаниям, установленным статьей 61.3 Закона о банкротстве, а также статей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В обоснование заявления ООО «Экспотрейд» указано, что оспариваемая сделка является мнимой и безденежной сделкой, совершенной без реального намерения исполнять обязательства по ней, в расписке отсутствует дата передачи денежных средств должнику. Также заявитель указал на наличие аффилированности между должником и ФИО5, и на то, что последний был осведомлен о финансовом положении ФИО4

Вместе с тем, заявитель указал, что сделка по передаче денежных средств ФИО4, оформленная спорной распиской, является договором о переводе долга, и должна была быть совершена с согласия кредитной организации, выдавшей кредит, которая такого согласия не давала.

Кроме того, ООО «Экспотрейд» ссылается на то, что на основании соглашения-расписки ФИО5 также по просьбе и в интересах ФИО4 получил в КБ «Пульс Столицы» кредит в размере 1 000 000 долларов США на основании кредитного договора № <***> от 12.07.2012, которые


должник обязался вернуть ФИО5, однако, на момент совершения оспариваемой сделки денежные обязательства по возврату кредита и процентов исполнены не были.

Отказывая в удовлетворении заявления ООО «Экспотрейд» суд первой инстанции исходил из недоказанности заявителем наличия оснований для признания оспариваемой сделки недействительной, предусмотренными нормами статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку признал, что займ заключен путем передачи денежных средств в период с 27.11.2014 по 08.12.2014, поэтому в данном конкретном случае специальные нормы Закона о банкротстве по оспариванию сделок должника не подлежат применению, так как сделка совершена до 01.10.2015. Вместе с тем, суд пришел к выводу о недоказанности кредитором злоупотребления правом со стороны заемщика и займодавца, а также недоказанности аффилированности между ними.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Вместе с тем судами не учтено следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (пункт 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве). Заявление может быть подано в том числе и конкурсным кредитором, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц (пункт 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве).


Как указано в абз. 7 пункта 5 Постановления Пленума от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление от 23.12.2010 № 63), при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 29.06.2015 № 154-ФЗ) установлено, что пункт 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции этого Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Вывод судов об отсутствии оснований для применения к оспариваемой сделки специальных норм Закона о банкротстве об оспаривании сделок должника со ссылкой на пункт 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ основаны на неправильном толковании норм права и не соответствуют представленным в материалы дела доказательствам.


Так согласно пункту 1 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации (действующей на дату, как указали суды ноябрь – декабрь 2014 года, то есть дату передачи денежных средств от займодавца должнику) договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда заимодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

В соответствии с частью 1 статьи 162 Гражданского кодекса Российской Федерации несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

Из статьи 812 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от заимодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре (пункт 1).

Если договор займа должен быть совершен в письменной форме, его оспаривание по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя (пункт 2).

Из приведенных выше положений закона следует, что основанием для возникновения обязательств заемщика по договору займа является заключение договора займа с передачей заемщику денег или других вещей, являющихся предметом договора займа.

При этом факт передачи денег по договору займа может подтверждаться как распиской, так и любыми иными письменными доказательствами.


В обоснование своих доводов кредитор ссылался на том факт, что составление расписки по истечении двух лет после получения, как указывал должник денежных средств, носит характер злоупотребления правом со стороны, как заемщика, так и займодавца с целью сформировать мнимую задолженность. Кредитор указывал на то обстоятельство, что в расписке от 04.08.2016 не указана дата передачи денежных средств, в то время как договор займа является реальным договором.

Данные доводы не получили правовой оценки судов.

Судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия и состязательности. Обязанность по доказыванию обстоятельств, обосновывающих требования и возражения, возлагается на лиц, участвующих в деле (статьи 8, 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Выводы судебных актов по существу рассмотренного спора должны основаться на анализе доказательств, представленных сторонами, и содержать помимо прочего мотивы, по которым отвергнуты доказательства, а также отклонены доводы лиц, участвующих в деле (пункт 4 статьи 15, статья 71, пункты 2, 4 статьи 169, пункт 2 статьи 271, пункт 2 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Признавая факт передачи денежных средств от займодавца заемщику в период с 27.11.2014 по 08.12.2014 суды не указали, какими доказательствами доказан этот факт исходя из положений статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В то же время согласно вступившему в законную силу определению суда первой инстанции от 13.07.2018, которым требования ФИО5 были включены в реестр требований кредиторов должника, суд установил, что между ФИО5 и ФИО4 были заключены два договора займа на основании расписки от 04.08.2016 на сумму 620 000 долларов США и расписки от 04.08.2016 на сумму 34 576 600 руб.


Таким образом, имеет место наличие конкурирующих судебных актов, устанавливающих разные даты заключения спорного договора займа, принятые в рамках настоящего дела о банкротстве.

Между тем от установления даты заключения договора займа зависит применение норм материального права для квалификации оспариваемой сделки на предмет ее действительности.

Так же при рассмотрении настоящего обособленного спора по существу кредитор ссылался на фактическую аффилированность займодавца и заемщика – наличие внутригрупповых отношений, поскольку ФИО4 является участником ООО «Компания «Тунайча» с долей участия в размере 30% от уставного капитала общества, а генеральным директором этого общества является ФИО5, ФИО5 обладает долей в размере 40% от уставного капитала ООО «Новиков и Ко», а ФИО4 одновременно является генеральным директором этого общества и участником с размеров 60% от уставного капитала этого общества., при этом доли в этом уставном капитале общества находятся в залоге у кредитора ФИО2 на основании договора не возобновляемой кредитной линии от 25.06.2014 № КЛ-14/500.

Доводы о фактической аффилированности между заемщиком и займодавцем были отклонены судами по мотиву того, что аффилированными лицами по отношению к гражданину могут быть признаны только его родственники (жена, дети, сестры, родители, как это установлено в статье 19 Закона о банкротстве).

По мнению кредитора, наличие фактической аффилированности и поведение займодавца и заемщика, в том числе составление расписки от 04.08.2016 по истечении практически двух лет после, как они указывали передачи денежных средств, и незадолго до подачи заявления о признании должника банкротом (10.08.2016), свидетельствует о мнимом характере займа с целью создания фиктивной задолженности.

Судами не учтено, что характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в


достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

Более того, кредитор отмечал, что займодавец и заемщик фактически аффилированы между собой, так как входят в одну группу лиц входящих в контролирующих лиц обществ ООО «Новиков и Ко» и ООО «Компания «Тунайча». Отклоняя названный довод, суды указали, что у сторон спора отсутствуют связи, предусмотренные статьей 19 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, судом не учтено, что согласно выработанной в судебной практике позиции аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

Если стороны настоящего дела действительно являются аффилированными, при рассмотрении настоящего требования должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для квалификации сделки в качестве ничтожной (пункты 1 и 2 статьи 10


Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Между тем, как правило, для подтверждения обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора («дружественного» кредитора) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской


Федерации 20.12.2016)). Это правило актуально и для требований по оспариванию сделок.

Установление наличия внутригрупповых отношений между сторонами сделки и, как следствие, общности хозяйственных интересов участников спорных отношений, о котором заявлял независимый кредитор, позволит дать надлежащую оценку добросовестности действий, как займодавца, так и так и должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45752/2015).

Следует учесть, что конкурирующий кредитор не является стороной сделки, в силу чего объективно ограничен в возможности доказывания. Поэтому предъявление к конкурирующему кредитору высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. В данном случае достаточно подтвердить существенность сомнений в наличии долга. Напротив, стороны сделки не лишены возможности представить в суд как прямые, так и косвенные доказательства, опровергающие сомнения в реальности ее исполнения. Поэтому при наличии убедительных доводов кредитора бремя доказывания обратного возлагается в данном споре на займодавца и должника. Аналогичная правовая позиция выражена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 по делу № А41-36402/2012.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью


или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

С целью квалификации спорных сделок в качестве недействительных и совершенных с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Между тем, в силу специфики дел о банкротстве в целях защиты прав и законных интересов других кредиторов и предотвращения злоупотребления правом со стороны должника, судом может быть проявлена активность в истребовании дополнительных доказательств, свидетельствующих о добросовестности сторон при заключении договора. В частности, при наличии


сомнений в реальности правоотношений сторон суд не лишен возможности потребовать представления дополнительных подтверждающих документов, как от заявителя требования, так и от должника. Указанный правовой подход является универсальным и подлежит применению при судебной оценке не только при рассмотрении вопроса о включении требования в реестр, но и при необходимости установления соответствия действительности любых правоотношений сторон, связанных с движением наличных денежных средств.

Между тем судами не устанавливались обстоятельства расходования должником денежных средств полученных от займодавца, которое при рассмотрении заявления о признании сделок недействительными на основании статьи 10 ГК РФ является юридически значимым обстоятельством и должно устанавливаться исходя из совокупности доказательств применительно к пункту 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

При этом суд кассационной инстанции считает необходимым отметить, что определение о включении в реестр требований кредиторов должника требования ФИО5, основанного на спорном договоре займа, не может носить преюдициального значения для рассмотрения настоящего спора, поскольку в определении от 13.07.2018 отсутствуют выводы об оценке сторон договора займа на предмет их соответствия принципа добросовестности.

С учетом изложенного, судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене, поскольку выводы судов первой и апелляционной инстанций не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, что в соответствии с частью 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены судебных актов.

Поскольку, судами не были установлены все имеющие значения для дела фактические обстоятельства и не дана надлежащая правовая оценка установленным обстоятельствам и имеющимся в деле доказательства, суд кассационной инстанции лишен возможности принять новый судебный акт.


В связи с тем, что для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении обособленного спора суду первой инстанции следует учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, с соблюдением требований норм арбитражного процессуального законодательства, установив все обстоятельства, входящие в предмет доказывания по данному спору, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 15.11.2018 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2019 по делу № А40-168193/2016 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Председательствующий – судья Н.А. Кручинина

Судьи: Д.В. Каменецкий

Е.Н. Короткова