Постановление от 4 августа 2021 г. по делу № А24-731/2021

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А24-731/2021
г. Владивосток
04 августа 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 28 июля 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 04 августа 2021 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Е.Н. Шалагановой,

судей Д.А. Глебова, С.М. Синицыной,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

открытого акционерного общества «Елизовский карьер»,

апелляционное производство № 05АП-4364/2021

на решение от 21.05.2021

судьи О.С. Алферовой

по делу № А24-731/2021 Арбитражного суда Камчатского края

по иску открытого акционерного общества «Елизовский карьер» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к ФИО2 (ИНН <***>)

о взыскании 3 199 108 рублей 55 копеек,

при участии:

в отсутствие представителей извещенных лиц, участвующих в деле,

УСТАНОВИЛ:

Открытое акционерное общество «Елизовский карьер» (далее – ОАО «Елизовский карьер») обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с иском к единственному участнику и единоличному исполнительному органу общества с ограниченной ответственностью «КамЖилИнвест» (далее – ООО «КамЖилИнвест»), исключенному из Единого государственного реестра юридических лиц, ФИО2 о взыскании 3 199 108 рублей 55 копеек, из которых 2 640 000 рублей основного долга за поставленную продукцию по договору поставки продукции от 06.07.2020 № П 70/2020, 559 108 рублей 55 копеек пени за просрочку исполнения обязательства по договору поставки продукции от 06.07.2020 № П 70/2020 за период с 07.07.2020 по 16.02.2021 с дальнейшим начислением пени в размере 0,1% от суммы долга за каждый день просрочки, начиная с 17.02.2021, по день фактического погашения долга) (с учетом уточнений, принятых определением суда от 23.04.2021 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)).

Решением Арбитражного суда Камчатского края от 21.05.2021 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с вынесенным решением, ОАО «Елизовский карьер» обратилось в апелляционный суд с жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований. В обоснование своей позиции апеллянт указывает, что в материалы дела представлены исчерпывающие доказательства недобросовестного и (или) неразумного поведения ответчика, результатом которого явилось причинение ущерба истцу. Отмечает, что ФИО2, достоверно зная, что ООО «КамЖилИнвест» длительное время не предоставляло документы отчетности, не осуществляло операции по банковским счетам, при заключении договора поставки с истцом сознательно не предоставил соответствующую информацию. Кроме того, имея возможность в соответствии с пунктом 4 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон № 129-ФЗ) направить соответствующее заявление в регистрирующий орган и тем самым воспрепятствовать принятию решения об исключении недействующего юридического лица, этого не сделал.

Неявка в судебное заседание представителей сторон с учетом их надлежащего извещения о времени и месте проведения судебного разбирательства, не препятствовала коллегии в рассмотрении апелляционной жалобы по существу применительно к статье 156 АПК РФ.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266-271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм процессуального и материального права, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

Из материалов дела апелляционным судом установлено, что ФИО2 в период с 29.08.2013 по 26.11.2020 года являлся единственным участником ООО «КамЖилИнвест», а в период с 11.01.2018 по 26.11.2020 также единоличным исполнительным органом данного юридического лица.

06.07.2020 между истцом (поставщик) и ООО «КамЖилИнвест» (покупатель) в лице директора ФИО2 заключен договор поставки продукции № П 70/2020 и подписана Спецификация № 1, в соответствии с которыми поставщик обязался поставить, а покупатель принять и оплатить продукцию (щебень из графия фр. 5-20 мм. в количестве 2 400 куб.метров) на общую сумму 2 640 000 рублей.

В связи с неисполнением ООО «КамЖилИнвест» денежных обязательств по договор истец обратился в арбитражный суд с соответствующим иском, однако определением Арбитражного суда Камчатского края от 15.12.2020 по делу № А24-5115/2020 производство по делу прекращено в связи с ликвидацией ООО «КамЖилИнвест».

В отношении зарегистрированного 29.08.2013 в ЕГРЮЛ ООО «КамЖилИнвест» 26.11.2020 налоговым органом внесена запись о прекращении его деятельности в связи с исключением из ЕГРЮЛ в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности на основании пункта 5 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ.

Полагая, что неисполнение обязательств ООО «КамЖилИнвест» перед истцом обусловлено умышленными недобросовестными и неразумными действиями ФИО2, истец обратился в суд рассматриваемым иском.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, пришел к выводу о недоказанности совокупности условий, необходимых для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

Суд апелляционной инстанции соглашается с приведенным выводом в силу следующего.

Согласно части 3 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Кодекса.

Согласно части 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО) исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства.

В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В силу части 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Согласно части 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Материалами дела подтверждается, что ответчик, обладая статусом руководителя и единственного учредителя ООО «КамЖилИнвест», относится к числу лиц, указанных в статье 53.1 ГК РФ.

Исходя из системного толкования указанной нормы, возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 названного Кодекса, к субсидиарной ответственности законодатель ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц; бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении указанных лиц возлагается законом на истца (пункты 1, 2 статьи 53.1 ГК РФ).

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 2, 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление № 62), недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В то же время необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 ГК РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий руководителя возлагается на лицо, требующее его привлечение к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

Участие в экономической деятельности может осуществляться гражданами как непосредственно, так и путем создания коммерческой организации, в том числе в форме общества с ограниченной ответственностью.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) - как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

Именно с самим обществом юридически происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут юридически требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора-документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя. Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств.

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц - руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Между тем, как следует из правовых позиций по применению части 3.1 статьи 3 Закона об ООО, отраженных в определениях Верховного Суда РФ от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, от 08.06.2020 № 307-ЭС20-7749, само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53).

Об отсутствии оснований для привлечения органов управления юридического лица к рассматриваемой ответственности свидетельствует отсутствие доказательств совершения ответчиком намеренных действий/ бездействия, выразившихся в уклонении от исполнения/неисполнении денежного обязательства обществом-должником перед кредитором, доказательств наличия у общества-должника денежных средств либо иного имущества, за счет которого истец мог бы получить исполнение. Помимо этого необходимо учитывать, что доказательств направления истцом в регистрирующий орган заявления в порядке, установленном пунктом 4 статьи 21.1 Закона № 129 ФЗ, доказательств нарушения регистрирующим органом пунктов 1 и 2 статьи 21.1 указанного закона, а также доказательств обжалования действий регистрирующего органа по исключению общества из реестра истцом в материалы дела не представлено (определение Верховного Суда РФ от 08.06.2020 № 307-ЭС20-7749).

Согласно пункту 1 постановления № 62 в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Вместе с тем, суду не представлены доказательства недобросовестных либо неразумных действий ответчика как органа управления юридического лица, непосредственно приведших в связи с наличием задолженности перед истцом к исключению ООО «КамЖилСервис» из ЕГРЮЛ и невозможности погашения указанной задолженности за счет общества как непосредственного контрагента истца по договору поставки от 06.07.2020.

Указанные обстоятельства апеллянтом не опровергнуты.

При изложенных обстоятельствах, учитывая, что само по себе исключение из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица регистрирующим органом и непогашение задолженности, подтвержденной вступившим в законную силу судебным актом, не может являться бесспорным доказательством вины ответчика в неуплате данного долга, свидетельствовать о его недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату долга, а также подтверждать наличие причинно-следственной связи между наступившими убытками истца и действиями (бездействием) ответчика, суд констатировал, что совокупность необходимых условий для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности не доказана, в связи с чем правомерно отказал в удовлетворении исковых требований истца.

Оценив представленные доказательства в их совокупности в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчика к ответственности по части 3.1 статьи 3 Закона об ООО, в связи с чем правомерно отказал в удовлетворении иска.

Фактически доводы апеллянта полностью повторяют ранее изложенные доводы, которым дана соответствующая оценка судом первой инстанции, которые не свидетельствуют о незаконности обжалованного судебного акта, не опровергают выводов суда, основаны на ошибочном толковании требований законодательства, направлены на иную оценку доказательств по делу и переоценку выводов суда.

Обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исследованным судом первой инстанции, дана надлежащая правовая оценка по правилам, установленным статьей 71 АПК РФ, выводы суда первой инстанции соответствуют материалам дела и действующему законодательству.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 АПК РФ, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Камчатского края от 21.05.2021 по делу №А24-731/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Камчатского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

Е.Н. Шалаганова

Судьи

Д.А. Глебов

С.М. Синицына