Постановление от 16 апреля 2026 г. ФАС СЗО (ФАС Северо-Западного округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, <...>

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

17 апреля 2026 года Дело № А56-43869/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 08 апреля 2026 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 апреля 2026 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Троховой М.В., судей Казарян К.Г., Кравченко Т.В.,

при ведении протокола помощником судьи Крицкиной А.С.,

при участии в помещении суда представителя ФИО1 – ФИО2 (по доверенности от 02.07.2025), посредством веб-конференции представителя общества с ограниченной ответственностью «Остров» ФИО3 (по доверенности от 05.10.2025),

рассмотрев 08.04.2026 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.09.2025 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.01.2026 по делу № А56-43869/2025,

у с т а н о в и л:

садоводческое некоммерческое товарищество «Остров» в лице конкурсного управляющего ФИО4 (далее – Товарищество) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области 15.05.2025 с заявлением о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 08.09.2025, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.01.2026, заявление Общества признано обоснованным, в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО5.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить определение от 08.09.2025 и постановление от 16.01.2026 в части утверждения ФИО5 финансовым управляющим, направить дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение в указанной части.

Податель кассационной жалобы указывает на аффилированность финансового управляющего и кредитора-заявителя, в силу которой ФИО5 не вправе была давать согласие на утверждение в деле о банкротстве ФИО1

Податель кассационной жалобы считает ошибочным вывод суда апелляционной инстанции, что довод об аффилированности основан лишь на членстве ФИО4 и ФИО5 в одной саморегулируемой организации (далее – СРО), поскольку не учтен факт руководства СРО, в которой ранее состояла ФИО4, ФИО5

По мнению подателя кассационной жалобы, нарушен принцип независимости арбитражного управляющего, что влечет нарушение принципа добросовестности.

Податель кассационной жалобы указывает, что судом первой инстанции не дана оценка приобщенным в материалы документам, а именно определению по делу № А56-99666/2023, решению по делу № А40-172501/2024, сведениям из Единого федерального реестра сведений о банкротстве (далее – ЕФРСБ) о факте руководства ФИО5 в СРО «Орион».

В отзыве на кассационную жалобу финансовый управляющий ФИО5 возражает против ее удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы, приведенные в кассационной жалобе. Представитель Товарищества возражал против ее удовлетворения.

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалоб.

Законность принятых по делу судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судами, Товарищество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом) в связи с наличием у него задолженности в размере 8 006 713,18 руб. убытков перед кредитором, которая подтверждается определением арбитражного суда от 10.07.2023 по делу № А56-106590/2019/уб.1.

Суд первой инстанции, с выводами которого согласился апелляционный суд, установив, что требование кредитора подтверждено вступившим в законную силу судебным актом, обязательство по уплате задолженности должником не исполнено, руководствуясь положениями части 1 статьи 16, части 2 статьи 69 АПК РФ, пункта 2 статьи 213.3, пункта 2 статьи 213.6 Закона о банкротстве, признал требование Товарищества обоснованным и ввел в отношении ФИО1 процедуру реструктуризации гражданина.

Доводов о несогласии с данным выводом кассационная жалоба не содержит.

В соответствии с пунктом 2 статьи 213.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) финансовый управляющий утверждается арбитражным судом в порядке, предусмотренным статьей 45 Закона о банкротстве, с учетом положений статьи 213.4 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 20, пункта 2 статьи 20.2, пункта 5 статьи 45 Закона о банкротстве арбитражный суд не утверждает в деле о банкротстве в качестве временных (конкурсных) управляющих кандидатуры арбитражных управляющих, которые являются заинтересованными лицами по отношению к должнику, кредиторам или деятельность которых влияет на надлежащее исполнение возложенных на них обязанностей в деле о банкротстве.

Согласно пункту 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» арбитражным судам при осуществлении предусмотренных Законом о банкротстве функций по утверждению и отстранению арбитражных управляющих следует исходить из таких общих задач судопроизводства в судах, как защита нарушенных прав и законных интересов участников судебного разбирательства и предупреждение правонарушений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности (статья 5 Федерального конституционного закона от 28.04.1995 № 1-ФКЗ «Об арбитражных судах в Российской Федерации» и статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Принимая во внимание, что арбитражный управляющий, утверждаемый для осуществления процедур банкротства, обязан при их проведении действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (статья 2 и пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), при рассмотрении дела о банкротстве суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в наличии независимости которого у суда имеются существенные и обоснованные сомнения, и при наличии таких сомнений суд вправе по своей инициативе или по ходатайству участвующих в деле лиц отказать в утверждении такого управляющего или отстранить его.

Таким образом, суду при решении вопроса об утверждении кандидатуры арбитражного управляющего следует исключить любой конфликт интересов между ним, с одной стороны, и должником и/или кредиторами, с другой стороны, а в ситуации конфликта интересов кандидатура арбитражного управляющего определяется посредством случайного выбора, и такое регулирование направлено на обеспечение подлинной независимости управляющего, предотвращение потенциального конфликта интересов, то есть на устранение всяких сомнений по поводу того, что управляющий в приоритетном порядке будет учитывать интересы определенной группы лиц, ущемляя тем самым права гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов (пункт 27.1 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2016, в редакции от 26.12.2018).

В противном случае имеется вероятность несоблюдения баланса интересов между кредитором, должником, арбитражным управляющим имуществом должника. Данное противоречие должно быть исключено в процедуре банкротства.

При рассмотрении дела в судах первой и апелляционной инстанциях ФИО1 указывал на наличие сомнений в независимости арбитражного управляющего ФИО5, ссылаясь на то, что ФИО5 и конкурсный управляющий Товарищества ФИО4 ранее являлись членами одной СРО - Ассоциации арбитражных управляющий «Содружество» (далее – Ассоциация).

Проанализировав и оценив доводы должника, суды пришли к выводу, что указанные им обстоятельства не свидетельствуют о некомпетентности либо недобросовестности ФИО5, равно как и не подтверждают ее заинтересованность либо аффилированность по отношению к Товариществу.

Из материалов дела действительно усматривается, что обращаясь с заявлением о признании должника банкротом, Товарищество просило утвердить финансового управляющего должника из числа членов Ассоциации.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», разъяснено, что если в заявлении одновременно указаны кандидатура финансового управляющего, а также наименование и адрес саморегулируемой организации, суд принимает заявление к производству и запрашивает у данной саморегулируемой организации кандидатуру финансового управляющего для утверждения в деле о банкротстве должника

При направлении определения в Ассоциацию судом конкретная кандидатура не указывалась.

По результатам рассмотрения представленной саморегулируемой организацией арбитражных управляющих информации по кандидатуре арбитражного управляющего ФИО5 суды признали данную кандидатуру соответствующей требованиям статьям 20, 20.2 Закона о банкротстве.

Оснований не согласиться с данным выводом суд кассационной инстанции не усмотрел.

Доказательств того, что у финансового управляющего имеется личная, прямая или косвенная заинтересованность по отношению к кредитору и наличие такой заинтересованности препятствует добросовестному и разумному ведению процедуры реализации имущества гражданина, влечет ущемление прав кредиторов, должником не представлено.

Суд кассационной инстанции также учитывает разъяснения, изложенные в пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2017, согласно которым, по смыслу Закона о банкротстве законный материальный интерес любого кредитора должника прежде всего состоит в наиболее полном итоговом погашении заявленных им требований. Все предоставленные кредиторам права, а также инструменты влияния на ход процедуры несостоятельности направлены на достижение названной цели. Одним из таких инструментов является полномочие первого заявителя по делу о банкротстве на предложение кандидатуры арбитражного управляющего либо саморегулируемой организации, из числа которой подлежит назначению арбитражный управляющий для проведения первой введенной судом процедуры (пункт 9 статьи 42 Закона о банкротстве).

Поскольку обстоятельства, свидетельствующие о попытках кредитора контролировать процедуру банкротства должника через арбитражного управляющего ФИО5, не выявлены, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что в данном случае отсутствуют препятствия для ее утверждения финансовым управляющим в деле о банкротстве должника.

При этом в ходе процедуры банкротства гражданин-должник является самостоятельным участником арбитражного спора и вправе, в том числе, анализировать и обжаловать действия/бездействие финансового управляющего.

Ссылка подателя кассационной жалобы на нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, выразившееся в отказе в рассмотрении приобщенных к материалам дела доказательств относительно кандидатуры финансового управляющего, отклонена судом кассационной инстанции.

Из материалов дела не следует, что должником в суде первой инстанции было заявлено ходатайство о выборе арбитражного управляющего методом случайного выбора, со ссылкой на наличие признаков аффилированности кредитора с должником и арбитражным управляющим, которое осталось не рассмотренным.

Довод подателя кассационной жалобы о том, что судом апелляционной инстанции проигнорировано прецедентное постановление отклоняется судом кассационной инстанции, поскольку судебный акт по делу № А56-13355/2020 принят в отношении иного должника, иного кредитора и иных арбитражных управляющих. Обстоятельства, установленные в деле, в силу части 2 статьи 69 АПК РФ не обязательны для настоящего спора, поскольку круг участвующих лиц не совпадает. Сам по себе факт наличия аналогичного (по мнению кассатора) судебного акта не создает обязанности суда во всех последующих делах автоматически отклонять кандидатуры из одной СРО.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции в обжалуемом постановлении прямо указал, что довод об аффилированности со ссылкой на нахождение в одной СРО не может быть принят, а дополнительные аргументы (руководство исключенной СРО) не свидетельствуют о заинтересованности по смыслу Закона о банкротстве. Суд также отметил, что кассатором не представлено доказательств того, что ФИО5 и ФИО4 являются заинтересованными лицами по отношению друг к другу (статьи 19 Закона о банкротстве). Таким образом, ссылка на постановление по делу № А56-13355/2020 была рассмотрена и отклонена по мотивам, изложенным в судебном акте.

Довод кассационной жалобы о нарушении принципа независимости арбитражного управляющего отклоняется судом кассационной инстанции. Подателем кассационной жалобы не приведено доказательств того, что ФИО5 каким-либо образом зависима от ФИО4 или кредитора. Утверждение о нарушении принципа независимости основано лишь на предположениях, что недостаточно для отмены судебных актов.

Доводы заявителя свидетельствуют о несогласии с установленными по спору фактическими обстоятельствами и оценкой судами предыдущих инстанций доказательств и по существу направлены на их переоценку, что в силу статьи 286 АПК РФ выходит за пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции.

Материалы дела исследованы судами двух инстанций полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам спора и нормам права. Оснований для отмены судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Суд округа не выявил допущенных судами процессуальных нарушений, которые привели к принятию неправильных судебных актов, в связи с чем могли бы являться основанием для их отмены (часть 3 статьи 288 АПК РФ).

С учетом изложенного основания для удовлетворения кассационной жалобы и отмены решения от 08.09.2025 и постановления от 16.01.2026 отсутствуют.

Излишне уплаченная ФИО1 государственная пошлина по кассационной жалобе подлежит возврату ее плательщику, так как жалоба не должна была оплачиваться пошлиной.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.09.2025 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.01.2026 по делу № А56-43869/2025 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий М.В. Трохова

Судьи К.Г. Казарян

Т.В. Кравченко