Решение от 11 июня 2021 г. по делу № А09-9926/2019

Арбитражный суд Брянской области

241050, г. Брянск, пер. Трудовой, д.6 сайт: www.bryansk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Решение

Дело №А09-9926/2019
город Брянск
11 июня 2021 года
Резолютивная часть решения объявлена 04.06.2021

Арбитражный суд Брянской области в составе судьи Пулькис Т.М. ,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению ФИО2

к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Брянской области

о признании незаконным решения №5751 от 01.08.2019

третьи лица: МУП «Брянский городской водоканал», ТСЖ «Квартал», ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ООО «Посуда», ФИО11, ФИО12., Брянская городская администрация, Комитет по ЖКХ Брянской городской администрации,

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО13 – представитель (д.№77 АВ №8249002 от 09.06.2018),

от УФАС: ФИО14 - представитель (доверенность №59 от 30.12.2020), ФИО15- представитель (доверенность №63 от 30.12.2020),

от третьих лиц: не явились,

установил:

ФИО2 (далее - ФИО2) обратилась в Арбитражный суд Брянской области с заявлением о признании незаконным решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Брянской области (далее - УФАС России по Брянской области, управление, антимонопольный орган) от 01.08.2019 N 5751.

Представитель УФАС России по Брянской области возражал против удовлетворения требований, представив в материалы дела письменные пояснения.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены МУП «Брянский городской водоканал», ТСЖ «Квартал», ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ООО «Посуда», ФИО11, ФИО12., Брянская городская администрация, Комитет по ЖКХ Брянской городской администрации.

Дело рассмотрено без участия третьих лиц, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства.

Изучив материалы дела, заслушав пояснения представителей сторон, суд установил следующее.

ФИО2 является собственником 22445/771490 доли в праве общей долевой собственности на объект незавершенного строительства – жилой дом переменной этажности со встроено-пристроенными, помещениями общего назначения (1-я очередь строительства), назначение: нежилое, инв. 312776/02:0000/А, адресом местонахождения объекта: <...>, кадастровый номер 32:28:0014803:166.

По плану 2 этажа нежилых помещений дома №6 по ул.3 Интернационала г.Брянска, составленному 17.07.2015 ГУП «Брянскоблтехинвентаризация», нежилое помещение ФИО2 соответствует нежилому помещению №15.

13.05.2019 заявитель обратилась в МУП «Брянской городской водоканал» с заявлением о заключении холодного водоснабжения и водоотведение в отношении указанного нежилого помещения.

Решением от 28.05.2019 №6444-и МУП «Брянской городской водоканал» отказало в заключении договора, ссылаясь на отсутствие акта разграничения эксплуатационной ответственности с лицами, владеющими на законном основании водопроводными и (или) канализационными сетями.

Впоследствии ФИО2 обратилась в УФАС с жалобой на действия МУП "Брянский городской водоканал», выразившиеся в отказе от заключения договора водоснабжения и водоотведения на нежилое помещение N 15 по адресу: <...>.

Решением УФАС России по Брянской области от 01.08.2019 N 5751 заявителю отказано в возбуждении дела ввиду отсутствия признаков нарушения в действиях МУП "Брянский городской водоканал» антимонопольного законодательства.

Не согласившись с решением антимонопольного органа, ФИО2 оспорила его в судебном порядке.

Суд, исходя из оценки представленных по делу доказательств, находит требования заявителя не подлежащим удовлетворению.

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200, частям 2 и 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствие оспариваемых ненормативного правового акта, решений и действий (бездействий) закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействий), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействий), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействий), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействия).

Пунктом 2 части 1 статьи 1 Федерального закона от 26.07.2006 г. N 135-ФЗ "О защите конкуренции" (далее - Закон N 135-ФЗ) предусмотрено, что данный Федеральный закон определяет организационные и правовые основы защиты конкуренции, в том числе предупреждения и пресечения недопущения, ограничения, устранения конкуренции федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а также государственными внебюджетными фондами, Центральным банком Российской Федерации.

Целями данного Закона являются обеспечение единства экономического пространства, свободного перемещения товаров, свободы экономической деятельности в Российской Федерации, защита конкуренции и создание условий для эффективного функционирования товарных рынков (часть 2 статьи 1 Закона N 135-ФЗ).

В соответствии со статьей 22 Закона N 135-ФЗ к числу основных функций антимонопольного органа отнесено: обеспечение государственного контроля за соблюдением антимонопольного законодательства хозяйствующими субъектами, физическими лицами; выявление нарушения антимонопольного законодательства, принятие мер по прекращению нарушения антимонопольного законодательства и привлечению к ответственности за такие нарушения.

В целях осуществления данных функций антимонопольный орган наделен полномочиями возбуждать и рассматривать дела о нарушениях антимонопольного законодательства, проводить проверку соблюдения антимонопольного законодательства коммерческими организациями, некоммерческими организациями (пункты 1 и 11 части 1 статьи 23 Закона N 135-ФЗ).

Согласно части 2 статьи 39 Закона N 135-ФЗ основанием для возбуждения и рассмотрения антимонопольным органом дела о нарушении антимонопольного законодательства является, в том числе заявление юридического или физического лица, указывающее на признаки нарушения антимонопольного законодательства.

Порядок рассмотрения заявления, материалов и возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства определен статьей 44 Закона N 135-ФЗ, в силу которой при рассмотрении заявления, материалов о нарушении антимонопольного законодательства антимонопольный орган: определяет, относится ли рассмотрение заявления или материалов к его компетенции; устанавливает наличие признаков нарушения антимонопольного законодательства и определяет нормы, которые подлежат применению (часть 5).

По результатам рассмотрения заявления, материалов антимонопольный орган принимает одно из следующих решений: 1) о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства; 2) об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства; 3) о выдаче предупреждения (часть 8 статьи 44 Закона N 135-ФЗ).

На основании пункта 2 части 9 статьи 44 Закона N 135-ФЗ антимонопольный орган принимает решение об отказе в возбуждении дела в том числе, если признаки нарушения антимонопольного законодательства отсутствуют.

Таким образом, исходя из названных положений Закона N 135-ФЗ, а также Административного регламента Федеральной антимонопольной службы по исполнению государственной функции по возбуждению и рассмотрению дел о нарушениях антимонопольного законодательства Российской Федерации, утвержденного приказом Федеральной антимонопольной службы от 25.05.2012 г. N 339, отказ в возбуждении дела может последовать в связи с отсутствием в действиях хозяйствующего субъекта признаков нарушения антимонопольного законодательства.

Решение об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства принято Управлением по результатам рассмотрения заявления физического лица- ФИО2, собственника доли в праве общей долевой собственности на объект незавершенного строительства – жилой дом переменной этажности со встроено-пристроенными, помещениями общего назначения (1-я очередь строительства), назначение: нежилое, инв. 312776/02:0000/А, адресом местонахождения объекта: <...>, на действия МУП «Брянский городской водоканал» по отказу в заключении договора водоснабжения и водоотведения указанного нежилого помещения.

По результатам рассмотрения заявления УФАС в оспариваемом решении пришло к выводу об отсутствии признаков нарушения антимонопольного законодательства, в связи с чем, в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства отказано.

В спорном случае судом установлено, что фактически спор по вопросу заключения договора холодного водоснабжения и водоотведения с МУП «Брянский городской водоканал» возник по причине разногласий между собственниками нежилых помещений, расположенных в жилом доме переменной этажности со встроено-пристроенными, помещениями адресом местонахождения: <...>, и ФИО2 из-за отсутствия согласования с заявителем акта разграничения эксплуатационной ответственности за техническое состояние сетей водопровода и канализации от объекта «встроенно-пристроенные помещения в жилом доме (поз.3б, 3в) по ул. 3 Интернационала,6, в Бежицком районе г.Брянска (т.1, л.д.55-56).

Подключение встроенно-пристроенных нежилых помещений в жилом доме №6 по ул.3 Интернационала г.Брянска (т.1, л.д.130), включая помещение ФИО2, к централизованным сетям МУП «Брянский городской водоканал», расположенным по ул.Куйбышева, произведено обособленно от жилой части дома, от отдельного водопроводного ввода, возведенного хозспособом отдельными собственниками нежилых помещений из-за необходимости введения объекта незавершенного строительства в эксплуатацию после признания застройщика ОАО «Строитель» несостоятельным решением Арбитражного суда Брянской области по делу №А09-5216/2010 от 02.03.2011.

Данный водопровод (от встроено-пристроенных нежилых помещений до ввода в центральный водопровод МУП «Брянский городской водоканал») находится на обслуживании собственников нежилых помещений, расположенных по адресу: ул. 3 Интернационала,6, в Бежицком районе г.Брянска на основании актов разграничения эксплуатационной ответственности и договоров холодного водоснабжения и водоотведения, заключенных с ИП ФИО6, ФИО11, ООО «Посуда», ФИО9, ФИО3

Нежилое помещение, принадлежащее ФИО2, будучи технически присоединенной к водопроводной сети с установлением на вводе индивидуального прибора учета, из-за отсутствия договора водоснабжения и водоотведения не обеспечено водоснабжения и водоотведением, запорная арматура перекрыта и опломбирована.

В соответствии с частью 1 статьи 10 Закона N 135-ФЗ запрещаются действия (бездействие) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц (хозяйствующих субъектов) в сфере предпринимательской деятельности либо неопределенного круга потребителей.

Из изложенного следует, что ущемляемые интересы должны непосредственно затрагивать именно предпринимательскую деятельность хозяйствующего субъекта либо неопределенного круга потребителей.

Согласно пункту 5 статьи 4 Закона N 135-ФЗ хозяйствующий субъект - коммерческая организация, некоммерческая организация, осуществляющая деятельность, приносящую ей доход, индивидуальный предприниматель, иное физическое лицо, не зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя, но осуществляющее профессиональную деятельность, приносящую доход, в соответствии с федеральными законами на основании государственной регистрации и (или) лицензии, а также в силу членства в саморегулируемой организации.

В силу абзаца 3 части 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предпринимательской деятельностью является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законном порядке.

В спорном случае ФИО2 является собственником нежилого помещения, каких-либо доказательств об осуществлении деятельности направленной на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг, заявителем не представлено.

Таким образом, заявитель предпринимательскую деятельность не осуществляет, соответственно, не подпадает под понятие "хозяйствующего субъекта", предусмотренного статьей 4 Закона N 135-ФЗ.

Более того, согласно пункту 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 04.03.2021 N 2 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства" исходя из взаимосвязанных положений части 1 статьи 3, пунктов 5 и 7 статьи 4 Закона о защите конкуренции его действие распространяется на хозяйствующих субъектов (российских и иностранных юридических лиц, включая некоммерческие организации, индивидуальных предпринимателей, физических лиц, осуществляющих профессиональную деятельность) при ведении экономической деятельности в качестве участников рынков.

Неполучение лицом дохода непосредственно от совершения отдельных операций на товарных рынках, наличие законодательных особенностей финансирования деятельности соответствующего лица и (или) его участия в функционировании товарных рынков сами по себе не исключают распространения на это лицо требований, установленных антимонопольным законодательством по отношению к хозяйствующим субъектам.

Некоммерческая организация может быть признана хозяйствующим субъектом для целей применения антимонопольного законодательства, в том числе если она объединяет коммерческие организации и индивидуальных предпринимателей, действующих на определенных товарных рынках, и представляет их экономические интересы, связанные с конкуренцией на товарных рынках. В частности, установленные статьями 10 и 14.1 - 14.8 Закона о защите конкуренции требования к хозяйствующим субъектам могут быть распространены на профессиональные объединения субъектов рынка в той мере, в какой решения этих некоммерческих организаций способны оказать влияние на общие условия обращения товаров на рынке и позволяют извлекать доход членам некоммерческой организации из предложения товаров на рынке.

В то же время не могут быть признаны хозяйствующими субъектами в значении, придаваемом Законом о защите конкуренции, как правило, коммерческие организации и другие лица в части осуществления иной деятельности, не связанной с конкуренцией на товарном рынке, например, при участии в благотворительности или предоставлении социальной помощи гражданам, добровольном участии в иной общеполезной деятельности, не связанной с извлечением выгоды из обращения товаров на рынке.

В данном случае из материалов дела следует, что деятельность заявителя не связана с извлечением выгоды из обращения товаров на рынке, ущемление его в предпринимательской деятельности вследствие действий (бездействий) МУП не установлено.

Поскольку ФИО2 не является хозяйствующим субъектом в понимании Закона N 135-ФЗ, положения статьи 10 Закона N 135-ФЗ на правоотношения между хозяйствующим субъектом, занимающим доминирующее положение на товарном рынке, и хозяйствующими субъектами, не осуществляющими предпринимательскую деятельность, либо физическими лицами (гражданами) не распространяется.

Кроме того, статьей 10 Закона N 135-ФЗ предусмотрен перечень действий (бездействий) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут являть недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц (хозяйствующих субъектов) в сфере предпринимательской деятельности либо неопределенного круга потребителей.

К таким действиям относятся:

1) установление, поддержание монопольно высокой или монопольно низкой цены товара;

2) изъятие товара из обращения, если результатом такого изъятия явилось повышение цены товара;

3) навязывание контрагенту условий договора, невыгодных для него или не относящихся к предмету договора (экономически или технологически не обоснованные и (или) прямо не предусмотренные федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами уполномоченных федеральных органов исполнительной власти или судебными актами требования о передаче финансовых средств, иного имущества, в том числе имущественных прав, а также согласие заключить договор при условии внесения в него положений относительно товара, в котором контрагент не заинтересован, и другие требования);

4) экономически или технологически не обоснованные сокращение или прекращение производства товара, если на этот товар имеется спрос или размещены заказы на его поставки при наличии возможности его рентабельного производства, а также если такое сокращение или такое прекращение производства товара прямо не предусмотрено федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами уполномоченных федеральных органов исполнительной власти или судебными актами;

5) экономически или технологически не обоснованные отказ либо уклонение от заключения договора с отдельными покупателями (заказчиками) в случае наличия возможности производства или поставок соответствующего товара, а также в случае, если такой отказ или такое уклонение прямо не предусмотрены федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами уполномоченных федеральных органов исполнительной власти или судебными актами;

6) экономически, технологически и иным образом не обоснованное установление различных цен (тарифов) на один и тот же товар, если иное не установлено федеральным законом;

7) установление финансовой организацией необоснованно высокой или необоснованно низкой цены финансовой услуги;

8) создание дискриминационных условий;

9) создание препятствий доступу на товарный рынок или выходу из товарного рынка другим хозяйствующим субъектам;

10) нарушение установленного нормативными правовыми актами порядка ценообразования;

11) манипулирование ценами на оптовом и (или) розничных рынках электрической энергии (мощности).

Как разъяснено п.11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 04.03.2021 N 2 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства" исходя из положений части 1 статьи 1, части 1 статьи 2, пункта 10 статьи 4, статьи 10 Закона о защите конкуренции обладание хозяйствующим субъектом доминирующим положением на товарном рынке не является объектом правового запрета: такой субъект свободен в осуществлении экономической деятельности и вправе конкурировать с иными хозяйствующими субъектами, действующими на том же рынке; выбирать контрагентов и предлагать экономически эффективные для него условия договора. Антимонопольным законодательством запрещается монополистическая деятельность - злоупотребление хозяйствующими субъектами своим доминирующим положением.

По смыслу абзаца первого части 1 статьи 10 Закона во взаимосвязи с пунктами 3, 4 статьи 1 и абзацем вторым пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса злоупотреблением доминирующим положением признается поведение доминирующего на товарном рынке субъекта, если оно выражается в следующих формах, в том числе одной из них: недопущение, ограничение, устранение конкуренции на товарных рынках (например, устранение конкурентов с товарного рынка, затруднение доступа на рынок новых конкурентов); причинение вреда иным участникам рынка (хозяйствующим субъектам-конкурентам и потребителям, гражданам-потребителям как отдельной категории участников рынка), включая извлечение необоснованной (монопольной) выгоды за их счет, иное подобное ущемление прав участников рынка.

При возникновении спора антимонопольный орган обязан доказать, что поведение хозяйствующего субъекта является злоупотреблением, допущенным в одной из указанных форм. В отношении действий (бездействия), прямо поименованных в пунктах 1 - 11 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции, антимонопольный орган обязан доказать, что поведение хозяйствующего субъекта образует один из видов злоупотреблений, названных в указанных пунктах.

Нарушение хозяйствующим субъектом, занимающим доминирующее положение на рынке, требований гражданского и иного законодательства при вступлении в договорные отношения, исполнении договорных обязательств, в том числе выражающееся в недобросовестном поведении, нарушающем права контрагентов, само по себе не свидетельствует о ведении хозяйствующим субъектом монополистической деятельности, запрещенной согласно части 1 статьи 10 Закона. (п.12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 04.03.2021 N 2).

Заявитель, оспаривая решения антимонопольного органа, не привел доказательства того, что МУП «Брянский городской водоканал» нарушило требование закона, используя свое доминирующее положение монополиста на рынке по предоставлению услуг водоснабжения и водоотведения, равно как и какие именно действия (бездействия) МУП свидетельствуют о злоупотреблении доминирующим положением на рынке, тем самым нарушая требования антимонопольного законодательства.

Возникшие между ФИО2, собственниками нежилых помещений и МУП «Брянский городской водоканал» разногласия находятся в гражданско-правовой сфере и не относятся к компетенции антимонопольного органа.

Согласно пункту 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 04.03.2021 N 2 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства" прекращая выявленное нарушение, антимонопольный орган во всяком случае не вправе в рамках своей компетенции разрешать гражданско-правовые споры хозяйствующих субъектов. В частности, он не полномочен защищать субъективные гражданские права потерпевшего от такого нарушения путем вынесения предписания нарушителю об уплате контрагенту задолженности в определенном размере, об обязанности возместить понесенные убытки.

Согласно правовой позиции, выраженной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2006 г. N 1812/06 по делу N А33-2953/2005, антимонопольный орган не вправе вмешиваться в отношения сторон, если они носят гражданско-правовой характер и могут быть разрешены по требованию одной из сторон в судебном порядке, поскольку основной функцией антимонопольного органа является контроль за соблюдением антимонопольного законодательства.

В рассматриваемой ситуации ФИО2 обратилась в Советский районный суд г.Брянска с иском к МУП «Брянский городской водоканал» о понуждении заключения публичного договора водоснабжения и водоотведения в отношении нежилого помещения №15, расположенного по адресу: г.Брянск, ул.3 Интернационала, д.6 (дело №2-71/2020). Решением Советского районного суда от 30.06.2020, оставленным без изменения 24.02.2021 апелляционным определением №33-749/2021 Брянского областного суда, требования ФИО2 удовлетворены.

В вышеуказанных судебных актах суды исходили из обязанности МУП «Брянский городской водоканал» заключения публичного договора с ФИО2 водоснабжения и водоотведения в отношении нежилого помещения №15, расположенного по адресу: г.Брянск, ул.3 Интернационала, д.6, без предоставления согласованного с остальными собственниками нежилых помещений акта разграничения эксплуатационной ответственности.

Судом при рассмотрении спора также не установлена принадлежность сетей водоснабжения и водоотведения, возведенных от встроенно-пристроенных нежилых помещений до ввода в централизованную сеть отдельных собственников нежилых помещений, расположенных по адресу: г.Брянск, ул.3 Интернационала, д.6. Указанная сеть присоединяет исключительно встроенно-пристроенные нежилые помещения, расположенные по адресу: г.Брянск, ул.3 Интернационала, д.6 (включая помещение заявителя), без подключения иных объектов.

С учетом изложенного, выводы УФАС об отсутствии обязанности заключения МУП публичного договора с ФИО2 не являются состоятельными.

Вместе с тем, учитывая отсутствие оснований для возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства и выдачи предупреждения МУП «Брянский городской водоканал», а также то обстоятельство, что права и законные интересы ФИО2 восстановлены, суд находит требования заявителя не подлежащим удовлетворению.

Судебные расходы по уплате госпошлины в соответствии со ст.110 АПК РФ относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 167-170, 180, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Заявление ФИО2 к Брянскому УФАС о признании незаконным решения об отказе в возбуждении дела от 01.08.2019 №5751 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Двадцатый арбитражный апелляционный суд г. Тула. Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Брянской области.

СудьяПулькис Т.М.