Решение от 28 октября 2024 г. по делу № А56-26171/2024

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-26171/2024
28 октября 2024 года
г.Санкт-Петербург



Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе судьи Бутова Р.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Прониным М.А.

рассмотрев 21.10.2024 в судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью «РУСХИМАЛЬЯНС» (адрес: Россия 199106, г. Санкт Петербург, Шкиперский проток, д. 12, к. 2, стр. 1, ОГРН: <***>);

ответчик 1: КОМПАНИЯ ЛИНДЕ ГМБХ (LINDE GMBH), рег. номер: HRВ 256407 (адрес: Германия 82049, Пуллах-им-Изарталь, Д-р-Карл-фон-Линде-Штр. 6-14 (82049, Germany, Pullach i. Isartal, Dr.-Carl-von-Linde-Stra?e, 6-14)), ФИЛИАЛ «ЛИНДЕ ГМБХ» (адрес: Россия 443010, Самарская обл., Самара г.о., Ленинский вн.р-н, Самара г., Чапаевская ул., д. 188, этаж 1, ИНН: <***>);

ответчик 2: ЛИНДЕ ПЛС (LINDE PLC), рег. номер: 606357 (адрес: Англия GU21 6HT, Фордж, 43 Черч Стрит Вест, Вуокинг, Суррей (England GU21 6HT, Forge, 43 Church Street West Woking, Surrey));

ответчик 3: ЛИНДЕ ЮКЕЙ ХОЛДИНГC № 2 ЛИМИТЕД (LINDE UK HOLDINGS NO. 2 LIMITED), рег. номер: 11991418 (адрес: Англия GU21 6HT, Фордж, 43 Черч Стрит Вест, Вуокинг, Суррей (England GU21 6HT, Forge, 43 Church Street West Woking, Surrey));

ответчик 4: ФИО8 № 3 Б.В. (LINDE HOLDINGS NETHERLANDS No. 3 B.V.), рег. номер: 24425263 (адрес: Нидерланды 3115HC, Схидам, Хавенстраат 23А, (Netherlands 3115HC, Schiedam, Havenstraat 23A));

ответчик 5: ФИО9 ЛИМИТЕД (LINDE RUSSIA UK LIMITED), рег. номер 12932181 (адрес: Англия GU21 6HT, Фордж, 43 Черч Стрит Вест, Вуокинг, Суррей (England GU21 6HT, Forge, 43 Church Street West,Woking, Surrey));

третьи лица:

1. акционерное общество «ЛИНДЕ ГАЗ РУС» (адрес: Россия 1437907, <...>, ОГРН: <***>);

2. акционерное общество «ЛИНДЕ УРАЛТЕХГАЗ» (адрес: Россия 620050, <...>, ОГРН: <***>);

3. общество с ограниченной ответственностью «ЛИНДЕ ГАЗ НОВОТРОИЦК» (адрес: Россия 462353, <...>, каб. 28, ОГРН: <***>);

4. общество с ограниченной ответственностью «ЛИНДЕ ГАЗ ЛИПЕЦК» (адрес: Россия 398059, <...> стр. 2Е, помещ. 250, ОГРН: <***>);

5. общество с ограниченной ответственностью «ГАЗПРОМ ЛИНДЕ ИНЖИНИРИНГ» (адрес: Россия 199106, г. Санкт-Петербург, муниципальный округ Гавань вн. тер. г., ул. Шкиперский проток, д. 12, к. 2, стр. 1, пом. 1Н, часть помещ. 409, ОГРН: <***>);

6. общество с ограниченной ответственностью «ЛИНДЕ ИНЖИНИРНГ РУС» (адрес: Россия 443010, Самарская область, г. о. Самара, г. Самара, Ленинский вн. р-н., ул. Чапаевская, д. 188, ком. 1-2, ОГРН: <***>);

7. общество с ограниченной ответственностью «КРИОСТАР РУС» (адрес: Россия 191015, <...> литера А, помещ. 15-н офис 106, 107, 108, ОГРН: <***>);

8. общество с ограниченной ответственностью «ПРАКСЭА РУС» (адрес: Россия 125047, <...>, ком. 9, ОГРН: <***>);

9. общество с ограниченной ответственностью «ПРАКСАЙР ВОЛГОГРАД» (адрес: Россия 400029, <...> ВЛКСМ, 59Б, ОГРН: <***>);

10. общество с ограниченной ответственностью «РЕНКОНС ХЭВИ ИНДАСТРИС» (адрес: Россия 121108, <...>, эт. 15 пом. 1 ком. 6, ОГРН: <***>).

о взыскании денежных средств,

при участии: от истца - ФИО1, доверенность от 01.09.2023, ФИО2, доверенность от 05.04.2024, ФИО3, доверенность от 09.10.2024, ФИО4, доверенность от 02.02.2024, от ответчика 1 – ФИО5, ФИО6, доверенность от 17.01.2023, от ответчика 2 - ФИО5, ФИО6, доверенность от 20.03.2023, от ответчиков 3 - ФИО5, ФИО6, доверенность от 27.06.2023, от ответчиков 1-5 – не явились, извещены, от третьих лиц - не явились, извещены,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Русхимальянс» (далее – Истец, Общество, Русхимальянс) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к Компании Линде ГМБХ (Linde GmbH; далее – Линде ГмбХ, Ответчик 1), Линде ПЛС (Linde PLC; далее – Линде ПЛС, Ответчик 2) о взыскании задолженности по контракту на строительство завода по переработке сжиженного природного газа № КГС-05/137-2021 от 09.09.2021 (далее – Контракт, СПГ Контракт) в размере 746 020 106, 90 евро и 30 709 407 903, 09 рублей, включающих в себя неотработанный авансовый платеж, убытки за нарушение СПГ Контракта, а также процентов за пользование чужими денежными средствами. Определением суда от 29.03.2024 иск принят к производству в общем порядке.

Определением суда от 13.06.2024 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФИО7 № 2 Лимитед (Linde UK Holdings No. 2 Limited; далее – ФИО7 № 2 Лимитед, Ответчик 3) (рег. номер 11991418) и ФИО8 № 3 Б.В. (Linde Holdings Netherlands No. 3 B.V.; далее – ФИО8 № 3 Б.В., Ответчик 4) (рег. номер 24425263). Определением суда от 12.08.2024 в качестве солидарного соответчика привлечена компания ФИО9 Лимитед (Linde Russia UK Limited; далее – ФИО9 Лимитед, Ответчик 5) (рег. номер 12932181).

Извещение Ответчиков 1, 2, 4.

Ответчики 1, 2, 4 присутствовали в судебном заседании, считаются надлежащим образом извещенными в связи с нижеследующим.

Ответчик 1 был извещен по адресу своего российского филиала в соответствии с ч. 2 ст. 253 АПК РФ и заявлял процессуальные ходатайства, а также принимал участие в предварительных судебных заседаниях.

Ответчик 2 был уведомлен по адресу своих представителей в России, также заявлял процессуальные ходатайства и принимал участие в предварительных судебных заседаниях.

Ответчик 4 был уведомлен путем направления Истцом копии определения Суда о привлечении его в качестве соответчика с нотариально заверенным переводом на нидерландский язык по адресу регистрации Ответчика 4 в Королевстве Нидерландов. Истец представил доказательства извещения Ответчика 4, подтверждающие факт получения указанного определения. Кроме того, представители Ответчика 4 заявляли процессуальные ходатайства.

Основным международно-правовым актом, регулирующим вопросы извещения иностранных юридических лиц, является Конвенция о вручении за границей судебных и внесудебных документов по гражданским или торговым делам, заключенная в Гааге 15.11.1965 (далее – Гаагская конвенция), участниками которой являются Российская Федерация и, в частности, Соединённое Королевство Великобритании и Северной Ирландии, Федеративная Республика Германия и Королевство Нидерландов.

В соответствии со ст. 10(а) Гаагской конвенции участник процесса вправе самостоятельно послать иностранному лицу подлежащий вручению судебный документ по почте или курьерской службой (абз. 5 ст. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2017 № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом») (далее – ПП ВС № 23).

При этом в соответствии с п. 32 ПП ВС № 23, если на территории Российской Федерации находится представитель иностранного лица, уполномоченный на получение извещения о судебном разбирательстве и иных судебных документов, последние направляются в общем порядке, предусмотренном статьями 121, 123 АПК РФ, по адресу такого представителя. В этом случае направление судебных документов по адресу стороны в иностранном государстве не требуется.

В материалах дела имеются достаточные доказательства того, что Ответчики 1, 2, 4 знали о судебном разбирательстве. Ответчики 1, 2, 4 участвовали в судебных заседаниях и направляли в Суд ходатайства через своих представителей. В частности, направляли ходатайства об оставлении искового заявления без рассмотрения, о прекращении производства, о выделении требований в отдельное производство.

Таким образом, Суд приходит к выводу, что Ответчики 1, 2, 4 считаются надлежаще уведомленными о судебном заседании.

Извещение Ответчика 3, 5

Ответчики 3, 5 в судебное заседание не явились, считаются надлежащим образом извещенными в связи с нижеследующим.

Ответчик 3 был уведомлен путем направления Истцом копии определения Суда о привлечении его в качестве соответчика с нотариально заверенным переводом на английский язык по адресу регистрации Ответчика 3 в Соединённом Королевстве Великобритании и Северной Ирландии. Истец представил доказательства извещения Ответчика 3, подтверждающие факт получения указанного определения. Ответчик 3 также направлял в Суд ходатайства через своих представителей, в частности, ходатайство о прекращении производства по делу.

Ответчик 5 был также уведомлен путем направления Истцом копии определения Суда о привлечении его в качестве соответчика с нотариально заверенным переводом на английский язык по адресу регистрации Ответчика 3 в Соединённом Королевстве Великобритании и Северной Ирландии. Истец представил доказательства извещения Ответчика 4, подтверждающие факт получения указанного определения.

В соответствии со ст. 10(а) Гаагской конвенции участник процесса вправе самостоятельно послать иностранному лицу подлежащий вручению судебный документ по почте или курьерской службой (абз. 5 ст. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2017 № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом»).

Таким образом, Суд приходит к выводу, что Ответчики 3, 5 считаются надлежаще уведомленными о судебном заседании.

19.06.2024 и 12.08.2024 Арбитражный суд по заявлению Истца принял обеспечительные меры в виде ареста имущества, а также запрета отчуждать и обременять имущество.

В ходе рассмотрения дела Истец уточнил заявленные требования. В итоге Истец поддерживает следующие требования:

1) Взыскать солидарно с Линде ГмбХ (рег. номер HRВ 256407), Линде ПЛС (рег. номер 606357), Линде Юкей Холдингc № 2 Лимитед (рег. номер 11991418), ФИО8 № 3 Б.В. (рег. номер 24425263) и ФИО9 Лимитед (рег. номер 12932181) в пользу Истца (ИНН: <***>) задолженность в размере 669 700 106,90 евро в рублях по официальному курсу Банка России на дату фактического исполнения решения суда и 30 709 407 903,09 рублей убытков.

2) Взыскать солидарно с Линде ГмбХ (рег. номер HRВ 256407), Линде ПЛС (рег. номер 606357), Линде Юкей Холдингc № 2 Лимитед (рег. номер 11991418), ФИО8 № 3 Б.В. (рег. номер 24425263) и ФИО9 Лимитед (рег. номер 12932181) в пользу Истца (ИНН: <***>) проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 30.11.2023 по дату фактического исполнения обязательств по ставке 4% годовых за каждый день просрочки.

3) Обратить взыскание на принадлежащее Линде ГмбХ (рег. номер HRВ 256407) имущество в счет погашения задолженности в пользу Истца (ИНН: <***>) в виде:

- Всех акций Линде ГмбХ (рег. номер HRВ 256407) в уставном капитале АО «Линде Газ Рус» (ИНН: <***>) путем реализации в рамках исполнительного производства;

- Всех акций Линде ГмбХ (рег. номер HRВ 256407) в уставном капитале АО «Линде Уралтехгаз» (ИНН: <***>) путем реализации в рамках исполнительного производства;

- 100% доли в уставном капитале ООО «Линде Газ Новотроицк» (ИНН: <***>) путем реализации в рамках исполнительного производства;

- 100% доли в уставном капитале ООО «Линде Газ Липецк» (ИНН: <***>) путем реализации в рамках исполнительного производства;

- 19,90% доли в уставном капитале ООО «Газпром Линде Инжиниринг» (ИНН: <***>) путем реализации в рамках исполнительного производства;

- 100% доли в уставном капитале ООО «Линде Инжиниринг Рус» (ИНН: <***>) путем реализации в рамках исполнительного производства;

- 100% доли в уставном капитале ООО «Криостар Рус» (ИНН: <***>) путем реализации в рамках исполнительного производства.

4) Обратить взыскание на принадлежащее Линде Юкей Холдингc № 2 Лимитед (рег. номер 11991418) имущество в счет погашения задолженности в пользу Истца (ИНН: <***>) в виде:

- 100% доли в уставном капитале ООО «ПРАКСЭА РУС» (ИНН: <***>) путем реализации в рамках исполнительного производства;

- 10% доли в уставном капитале ООО «ПРАКСАЙР ВОЛГОГРАД» (ИНН: <***>) путем реализации в рамках исполнительного производства.

5) Взыскать солидарно с Линде ГмбХ (рег. номер HRВ 256407), Линде ПЛС (рег. номер 606357), Линде Юкей Холдингc № 2 Лимитед (рег. номер 11991418), ФИО8 № 3 Б.В. (рег. номер 24425263) и ФИО9 Лимитед (рег. номер 12932181) в пользу Истца (ИНН: <***>) 242 000 рублей в возмещение судебных расходов на оплату государственной пошлины.

Уточнения приняты судом в порядке статьи 49 АПК РФ.

В порядке статьи 137 АПК РФ суд рассматривает дело в основном судебном заседании.

Представитель Истца в судебном заседании поддержал заявленные требования, представители Ответчиков 1 – 2, ООО «Криостар Рус» и ООО «Линде Инжиниринг Рус» на стадии предварительного судебного разбирательства заявляли письменные ходатайства об оставлении иска без рассмотрения, в которых возражали против рассмотрения дела Судом ввиду отсутствия у него компетенции. Представители Ответчика 4 ходатайствовали о прекращении производства по делу в отношении Ответчиков 3 – 5 и о выделении требований Истца к Ответчикам 3 – 5 в отдельное производство.

С учетом того обстоятельства, что судебное разбирательство неоднократно откладывалось, суд определил сторонам срок для представления своих позиций по существу спора. Суд неоднократно предлагал представителям ответчиков представить возражения и доказательства по существу заявленных требований, указав, что такое представление не будет расцениваться судом как признание его компетенции, однако представители отве6тчиков отказались. Суд рассматривает дело по имеющимся доказательствам.

С учетом изложенного суд не усматривает оснований для отложения судебного заседания.

Истец уточнил исковые требования, пояснив, что уменьшение цены иска обусловлено урегулированием спора в части с ООО «Ренконс Хэви Индастрис» посредством заключения с ним соглашения.

Представители ответчиков ходатайствовали о запросе текста соглашения, полагая, что спор мог быть урегулирован не только в части долга но и в части процентов. Истец отказался представить текст соглашения, но уменьшим сумму иска на основании статьи 49 АПК РФ. Представители ответчиков пояснили, что запрашивали к контрагента данное соглашение, однако ответ не получили.

Арбитражный суд не усматривает причин для отложения судебного разбирательства по данному основанию.

Уменьшение иска является правом истца вне зависимости от причин такого уменьшения.

ООО «Ренконс Хэви Индастрис» безусловно извещено о применении истцом положений соглашения, хотя бы из запросов ответчиков, однако какой-либо позиции по существу не высказало. Сведения о месте и времени рассмотрения дела судом размещены в электронном виде в системе «Картотека арбитражных дел» непосредственно после закрытия предыдущего судебного заседания. Никаких мер к участию в судебном заседании принято не было.

В ходе рассмотрения дела были заявлены следующие ходатайства.

Истец 12.06.2024представил ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве солидарных соответчиков ФИО7 № 2 Лимитед и ФИО8 № 3 ФИО10 суда от 13.06.2024 к участию в деле привлечены указанные соответчики (Ответчики 3, 4).

Истец также ходатайствовал о привлечении к участию в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: АО «Линде Газ Рус», АО «Линде Уралтехrаз»; ООО «Линде Газ Новотроицк» ; ООО «Линде Газ Липецк»; ООО «Газпром Линде Инжиниринг»; ООО «Линде Инжиниринг Рус»; ООО «Криостар Рус»; ООО «Ренконс Хэви Индастрис»; ООО «Праксэа Рус» и ООО «Праксайр Волгоград». Определением от 13.06.2024 (с учетом Определения от 14.06.2024 об исправлении опечатки) ходатайство было удовлетворено, судебное разбирательство отложено в связи с привлечением третьих лиц.

Истец 17.06.2024 подал заявление о принятии обеспечительных мер в виде наложения ареста на имущество Линде Юкей Холдингc № 2 Лимитед и ФИО8 № 3 Б.В., а также запрета на отчуждение и обременение имущества данных компаний. Определением от 19.06.2024 Суд удовлетворил ходатайство.

Истец также представил ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве соответчика еще одну компанию группы Линде – ФИО9 Лимитед. Определением от 12.08.2024 Суд привлек ФИО9 Лимитед в качестве солидарного соответчика, в связи с чем предварительное судебное заседание было отложено.

Истец подал заявление о принятии обеспечительных мер в виде наложения ареста на имущество ФИО9 Лимитед и запрета на отчуждение и обременение имущества данной компании. Определением от 12.08.2024 заявление Истца было удовлетворено.

Ответчик 1 10.06.2024 обратился в Суд с ходатайством об оставлении иска без рассмотрения в связи с отсутствием у суда компетенции на разрешение настоящего спора. 23.09.2024 аналогичное ходатайство об оставлении иска без рассмотрения было подано Ответчиком 2. 11.06.2024 ООО «Линде Инжиниринг Рус» и 02.08.2024 ООО «Криостар Рус» также представили ходатайства об оставлении иска без рассмотрения. Все указанные лица сослались на наличие в Контракте СПГ и Гарантии СПГ арбитражных соглашений, согласно которым все споры сторон должны быть рассмотрены в арбитраже по правилам Гонконгского международного арбитражного центра (ГМАЦ) с место арбитража в Гонконге.

Изучив аргументы сторон, Суд приходит к выводу, что указанные ходатайства подлежат отклонению в связи со следующим.

Вопросы исключительной компетенции арбитражных судов по спорам с участием лиц, в отношении которых иностранные публично-правовые образования применили меры ограничительного характера, урегулированы ст. 248.1 АПК РФ.

Согласно ст. 248.1 АПК РФ, если иное не установлено международным договором РФ или соглашением сторон, в соответствии с которыми рассмотрение споров с их участием отнесено к компетенции иностранных судов, международных коммерческих арбитражей, находящихся за пределами территории России, к исключительной компетенции арбитражных судов относятся дела: (1) по спорам с участием лиц, в отношении которых применяются ограничительные меры; (2) по спорам одного российского или иностранного лица с другим российским или иностранным лицом, если основанием для таких споров являются ограничительные меры.

К лицам, в отношении которых вышеуказанными субъектами применяются ограничительные меры, относятся, в том числе российские граждане и юридические лица (п. 1 ч. 2 ст. 248.1 АПК РФ).

Указанные лица вправе обратиться за разрешением спора в российский арбитражный суд при условии, что в производстве иностранного суда или международного коммерческого арбитража, находящихся за пределами территории России, отсутствует спор между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям, а также с заявлением о запрете инициировать или продолжать разбирательство в указанных юрисдикционных органах.

Данные положения применяются также в случае, если соглашение сторон, которым разрешение спора они отнесли к компетенции иностранного суда и международного коммерческого арбитража, находящихся за пределами территории России, неисполнимо по причине применения в отношении одной из сторон ограничительных мер, создающих ему препятствия в доступе к правосудию.

При этом, согласно ч. 1 ст. 248.1 АПК РФ отсутствие между сторонами арбитражного соглашения относит спор между ними к исключительной компетенции российских арбитражных судов.

В данном случае ч. 1 ст. 248.1 АПК РФ применима к требованиям Истца к Ответчикам 3–5, так как между ними не имеется арбитражного соглашения. В то же время, такое соглашение между Истом и Ответчиками 1 - 2 достигнуто, в связи с чем ч. 1 названной статьи применению не подлежит.

Вместе с тем положения об отнесении спора к исключительной компетенции арбитражных судов применяются и тогда, когда соглашением сторон рассмотрение споров отнесено к компетенции иностранного суда и международного коммерческого арбитража, находящихся за пределами территории России, однако такое соглашение неисполнимо по причине применения в отношении стороны спора ограничительных мер (ч. 4 ст. 248.1 АПК РФ).

По смыслу названной нормы само по себе применение ограничительных мер создает российской стороне препятствия в доступе к правосудию, в силу чего для перевода спора под юрисдикцию арбитражных судов достаточно ее одностороннего волеизъявления, выраженного в процессуальной форме.

Согласно ч. 1 ст. 248.2 АПК РФ лицо, в отношении которого инициировано разбирательство в иностранном суде, международном коммерческом арбитраже, находящихся за пределами территории России?скои? Федерации, по спорам, указанным в ст. 248.1 АПК РФ, или при наличии доказательств того, что такое разбирательство будет инициировано, вправе обратиться в арбитражныи? суд субъекта России?скои? Федерации по месту своего нахождения или месту жительства с заявлением о запрете инициировать или продолжать такое разбирательство в иностранном суде, международном коммерческом арбитраже, находящихся за пределами территории России?скои? Федерации, в порядке, установленном настоящеи? статьеи?.

Из ч. 2 ст. 248.2 АПК РФ следует, что в заявлении, предусмотренном ч. 1 настоящеи? статьи, помимо прочего должны быть указаны обстоятельства, подтверждающие исключительную компетенцию арбитражных судов в России?скои? Федерации по рассмотрению спора, в том числе обстоятельства (при их наличии), подтверждающие, что соглашение сторон, в соответствии с которым рассмотрение спора с их участием отнесено к компетенции иностранного суда, международного коммерческого арбитража, находящихся за пределами территории России?скои? Федерации, не может быть исполнено сторонои? спора (п. 4 ч. 2 ст. 248.2 АПК РФ).

Из пояснительной записки к проекту Федерального закона от 08.06.2020 № 171-ФЗ следует, что цель принятия ст. 248.1 и 248.2 заключалась в установлении гарантий обеспечения прав и законных интересов отдельных категорий российских граждан и юридических лиц, в отношении которых введены ограничительные меры, поскольку подобные меры фактически лишают их возможности защищать свои права в судах за пределами территории России.

Таким образом, из системного толкования приведенных положений и с учетом целей законодательного регулирования следует, что сам по себе факт введения в отношении российской стороны спора предполагается достаточным для вывода об ограничении его доступа к правосудию.

Из обстоятельств дела следует, в отношении Истца введены санкции Европейского Союза, и они же являются основанием спора, что подтверждается следующим.

Как следует из заявлений Ответчиков 1 - 2 и ст. 11 Регламента Европейского Союза № 833/2014 (Регламент ЕС), Истец попадает в сферу санкционного воздействия санкций ЕС, направленных на ограничение возможностей российских компаний производить, перерабатывать и экспортировать сжиженный природный газ. В соответствии с судебной практикой, под введением ограничительных мер понимается не только включение лица в персональный санкционный список недружественного государства, но и его попадание в «сферу санкционного воздействия», когда санкции, хотя и не введены персонально в отношении конкретного лица, но фактически ограничивают его права и причиняют ущерб его репутации (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда РФ № 307-ЭС23-4890 по делу № А21-10438/2022).

В настоящем деле Истец попадает в сферу санкционного воздействия положений статей 3(b) и 11 Регламента ЕС, что подтверждается как решениями судов в отношении Истца по делам №№ А56-129797/2022, А56-13299/2024, А56-60809/2023, А56-61398/2023, А56-83241/2023, А56-83242/2023), так и существенным ограничением возможностей Истца для строительства СПГ завода, последующей реализации СПГ и исполнением соответствующих обязательств ввиду введения санкций в отношении секторов российской экономики, запрещающих поставку и оказание услуг российским лицам в отношении оборудования для СПГ (секторальные санкции).

Ответчики 1-2 признают, что в отношении Истца применяются санкции ЕС, так как в своих ответах на требования Истца о платежах расторгнутому Контракту и Гарантии Ответчики 1-2 заявляют, что требования Истца не могут быть удовлетворены ввиду санкций ЕС.

Согласно судебной практике для применения ч. 4 ст. 248.1 АПК РФ не требуется, чтобы в отношении Истца были введены персональные санкции, для применения этой нормы достаточно того, чтобы санкции выступали основанием спора (Определение Верховного суда РФ от 13.07.2023 № 305-ЭС23-11560).

Доводы об отсутствии у Истца препятствий в реализации своих прав при ведении международных арбитражных и судебных разбирательств отклоняются, поскольку введенные против Истца санкции, во-первых, предрешают исход спора в любых юрисдикционных органах за пределами России так как лишь в России имеется гарантия того, что суд на основании ст. 1193 ГК РФ не применит карательные санкции иностранных государств против российских лиц, которые искажают изначальные частно-правовые договоренности сторон. Таким образом, лишь российский суд может рассмотреть спор в соответствии с соглашениями сторон, что наделяет Суд исключительной компетенцией.

Во-вторых, распространение санкционного воздействия на Истца создает дискриминационные условия для него на участие в арбитражном разбирательстве с применением норм английского права на территории недружественного государства, так как положения законодательных актов Европейского Союза носят дискриминационный характер, вводя ограничения и поражая в правах по национальному признаку – всех лиц из России, что чуждо основным цивилизованным правопорядкам, и создает основания для компетенции российского суда, несмотря на соглашение сторон о передаче дела на рассмотрение в такую юрисдикцию, что также распространено в аналогичных случаях и на территории недружественных государств (forum non conveniens).

Таким образом, принятые в отношении Истца санкции создают ему препятствия в доступе к правосудию, поскольку Истец поставлен в неравное положение с Ответчиками в части найма иностранных юристов и получения квалифицированной помощи в силу намеренной публичной политики страны-места рассмотрения спора, а не в силу частно-правовых причин. В свою очередь Ответчики, будучи компаниями домицилированными на территории Европеи?ского Союза, таких ограничении? не имеют.

Согласно позиции Верховного суда РФ и сформировавшейся на ее основе практики, самого по себе факта введения санкций в отношении заявителя достаточно для установления наличия препятствий в доступе к правосудию и исключительной компетенции арбитражных судов на основании ст. 248.1 и ст. 248.2 АПК РФ (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда РФ от 09.12.2021 по делу № А60-36897/2020). Следовательно, сам факт применения санкций к Истцу делает арбитражное соглашение неисполнимым.

В связи с указанным Суд обладает исключительной компетенцией на рассмотрение настоящего спора на основании ст. 248.1 АПК РФ. Кроме того, указанные ходатайства содержат доводы, которые уже были многократно исследованы и отклонены Судом и судами вышестоящих инстанций в рамках иных дел с участием Истца и Ответчиков 1 – 2, в том числе в отношении спорного Контракта и Гарантии (дело No А56-13299/2024), а также не опровергают наличие у Истца препятствий в доступе к правосудию.

Как указывалось ранее, 30.08.2024 Истец также заявил ходатайство об уменьшении исковых требований, в связи с тем, что задолженность ООО «Ренконс Хэви Индастрис» по возврату Истцу авансовых платежей в размере 76 320 000 евро по Контракту СПГ была полностью урегулирована. Уточнения исковых требований были приняты Судом в порядке статьи 49 АПК РФ.

23.09.2024 Ответчиком 3 было заявлено ходатайство о прекращении производства по делу в отношении Ответчиков 3 – 5. Ответчик 3 сослался на то, что требования Истца к Ответчикам 3 – 5 и к Ответчикам 1 – 2 не связаны по предмету и основанию, а основания для привлечения Ответчиков 3 – 5 к солидарной ответственности отсутствуют.

Изучив аргументы сторон, Суд приходит к выводу, что указанное ходатайство подлежит отклонению. Совместное рассмотрение требований к Ответчикам 1 – 5 соответствует целям эффективного правосудия, поскольку исследованию подлежат пересекающие доказательства, в частности факт нарушения Ответчиками 1 и 2 своих договорных обязательств, размер причиненных Истцу убытков, факт соблюдения группой компаний Линде введенных в отношении российских лиц санкций. Как изложено ниже, Суд также пришел к выводу о наличии оснований для привлечения Ответчиков 3 – 5 к солидарной ответственности совместно с Ответчиками 1 – 2.

26.09.2024 Ответчиком 3 было заявлено ходатайство о выделении требований ООО «Русхимальянс» к Ответчикам 3 – 5 в отдельное производство. Ответчик 3 сослался на то, что Суд не обладает компетенцией в отношении требований Истца к Ответчикам 3 – 5 на основании п. 4 ч. 1 ст. 247 АПК РФ, поскольку отсутствуют доказательства наступления вреда от неправомерных действий Ответчиков 3 – 5 на территории России. Кроме того, Ответчик 3 сослался на то, что Суд также не обладает компетенцией на основании ст. 248.1 АПК РФ, поскольку отсутствуют доказательства связи спора с санкциями.

Изучив аргументы сторон, Суд приходит к выводу, что указанное ходатайство подлежит отклонению. Суд обладает компетенцией на основании п. 4 ч. 1 ст. 247 АПК РФ, поскольку вред от неправомерных действий Ответчиков 3 – 5 наступил на территории России, то есть места, где зарегистрирован и осуществляет свою основную деятельность Истец, требования которого к Ответчикам 1 и 2 не были исполнены из-за незаконного и недобросовестного следования режиму антироссийских санкций со стороны Ответчиков 3 – 5. Кроме того, Суд обладает компетенцией на основании ч. 1 ст. 248.1 АПК РФ, поскольку в основании спора по требованиям Истца к Ответчикам 3 – 5 лежит их незаконное следование санкционному режиму ЕС, а Истец является лицом, в отношении которого применяются санкции ЕС, США и Великобритании.

В ходе судебного заседания 26.09.2024 ООО «Криостар Рус», ФИО7 № 2 Лимитед заявили возражения против перехода в основное судебное заседание. В соответствии с пунктом 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 04.06.2024 № 12 «О подготовке дела к судебному разбирательству в арбитражном суде», суд назначил иную дату рассмотрения дела по существу – 21.10.2024.

Арбитражный суд, изучив и оценив представленные в дело доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, установил следующее.

Истец, действующий в качестве заказчика, с одной стороны, и консорциум, состоящий из Линде ГмбХ (Ответчик 1) и третьего лица, ООО «Ренейссанс Хэви Индастрис» (в настоящий момент – третье лицо ООО «Ренконс Хэви Индастрис»), действующий в качестве подрядчика, с другой стороны, заключили Контракт от 09.09.2021.

Предметом Контракта являлась реализация проекта по строительству завода по переработке сжиженного природного газа в районе поселка Усть-Луга (Кингисеппский район Ленинградской области, Российская Федерация). При этом строительство СПГ завода входит в проект по строительству комплекса переработки этансодержащего газа (далее – Проект КПЭГ) и имеет стратегическое значение для России и ее экономики.

Ст. 4.1 Контракта (Часть III) предусматривалось, что «подрядчик должен осуществить за Цену Контракта всю Деятельность Подрядчика […] в целях успешной реализации Проекта, включая Проектирование […], закупки и строительство Завода и обеспечение достижения каждым Пусковым комплексом Готовности к Пуску, содействие в ПНР после достижения Готовности к пуску, […]».

Общая цена Контракта составляла 4 890 366 462 евро (без НДС) (далее – Цена Контракта), из которых Русхимальянс выплатил в адрес консорциума авансовые платежи в размере 803 808 533,76 евро (вкл. НДС) в счет Цены Контракта. Контракт регулируется правом Англии за исключением его коллизионных норм, при этом применение Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров 1980 года исключено (ст. 14 Контракта (Часть 0)). Споры по Контракту должны быть переданы на рассмотрение и окончательное урегулирование в ГМАЦ с местом арбитража в Гонконге с местом слушаний в Стокгольме, Швеция (ст. 57.2.5 Контракта (Часть III)).

Кроме того, в целях обеспечения исполнения обязательств Ответчика 1 перед Истцом по Контракту, Ответчик 2 (материнская компания Ответчика 1) заключил с Истцом Договор поручительства (далее – Гарантия), по которому Ответчик 2 в безотзывном и безоговорочном порядке согласился с тем, что: «[…] если Подрядчик [Линде ГмбХ] не произведет надлежащую и своевременную выплату Бенефициару [Русхимальянс] любых денежных сумм или обязательств, причитающихся или возникших или подлежащих выплате и не выплаченных Подрядчиком [Линде ГмбХ] Бенефициару [Русхимальянс] в соответствии с или в связи с Договором [СПГ Контрактом] или в результате любого его нарушения, когда такие денежные суммы или обязательства становятся подлежащими выплате по Договору [СПГ Контракту], Гарант [Линде ПЛС] должен в течение 25 (двадцати пяти) Рабочих дней по письменному требованию Бенефициара [Русхимальянса] (с указанием обязательства, не выполненного Подрядчиком) выплатить такие денежные суммы или обязательства Бенефициару [Русхимальянсу], как если бы он являлся основным должником» (п. 2.1.2.).

Ответчик 1 приступил к выполнению работ по Контракту 07.07.2021 и продолжал выполнение своих обязательств до 28.05.2022, когда в одностороннем порядке принял решение о приостановке всех работ по Контракту со ссылкой на введение Европейским Союзом односторонних ограничительных мер, а именно, Регламент ЕС 833/2014 от 31.07.2014 с уточнениями от 08.04.2022 (далее – Регламент ЕС).

Посчитав приостановление работ неправомерным, Истец направил Ответчику 1 требование о продолжении работ. После того, как Ответчик 1 подтвердил свой отказ продолжать работы, Истец направил Ответчику 1 уведомление о расторжении Контракта в связи с его существенным нарушением со стороны Ответчика 1, а также потребовал возврата неотработанных авансов и возмещения понесенных в связи с нарушением Контракта убытков.

Ответчик 1 отказался признавать Контракт расторгнутым, а также удовлетворять денежные требования Истца.

Кроме того, сославшись на неисполнение Ответчиком 1 своих обязательств по Контракту, Истец направил Ответчику 2 требование о выплате по Гарантии в размере неотработанных авансов и убытков, понесенных в связи с нарушением Контракта.

Ответчик 2 отказался исполнять требования Истца, сославшись, во-первых, на отсутствие нарушений со стороны Ответчика 1 и, во-вторых, на невозможность выплаты в связи с действием Регламента ЕС.

Исковые требования к Ответчику 1

После соблюдения установленного Контрактом досудебного порядка урегулирования спора Истец обратился с исковыми требованиями к Ответчику 1.

В обоснование заявленных требований Истец указал следующее.

Истец вправе требовать от Ответчика 1 возврата неотработанных авансов, а также возмещения причиненных Истцу убытков и компенсации процентов за пользование чужими денежными средствами, поскольку Истец правомерно расторг Контракт в связи с его существенным нарушением со стороны Ответчика 1.

Существенное нарушение Контракта Ответчиком 1 заключалось в том, что Ответчик 1, получив полную сумму авансов в отношении работ по проектированию, закупок оборудования и материалов, отказался от исполнения Контракта, не поставив ни одной единицы оборудования и материалов, а также отказываясь от передачи технической документации, включающей результаты работ по проектированию. При этом Ответчик 1 обосновал свой отказ от исполнения Контракта исключительно ссылкой на Регламент ЕС препятствующий по мнению Ответчика 1 поставлять ему необходимое оборудование и передавать техническую информацию на территорию Российской Федерации. Данные обстоятельства подтверждаются перепиской сторон (Письмом Ответчика 1 от 23.05.2023, Письмом Ответчика 1 от 31.05.2022, Письмом Ответчика 1 от 03.06.2022, Письмом Ответчика 2 от 06.03.2023, Письмом Ответчика 2 от 06.03.2023). При этом, как указывает Истец, ссылка Ответчика 1 на санкционные нормы, содержащиеся в Регламенте ЕС, не может оправдывать неисполнение им своих обязательств по Контракту, поскольку такие санкционные нормы не порождают прав и не налагают обязанностей на российские органы правосудия, а также на российских граждан и юридических лиц, так как противоречат основам правопорядка Российской Федерации.

Истец также указывает на то, что строительство СПГ завода входит в Проект КПЭГ и имеет стратегическое значение для России и ее экономики в связи со следующими обстоятельствами.

В соответствии с Приказом Министерством энергетики РФ от 28.12.2018 № 1253 Проект КПЭГ был включен в план развития газо- и нефтехимии России на период до 2030 года в качестве одного из крупных инвестиционных проектов. В соответствии с Распоряжением Правительства РФ от 22.12.2018 № 2915-р Проект КПЭГ был включен в схему территориального планирования Российской Федерации в области федерального транспорта (в части трубопроводного транспорта).

Проект строительства завода, реализуемый Истцом в составе Проекта КПЭГ является частью Долгосрочной программы развития производства СПГ в Российской Федерации, утвержденной Распоряжением Правительства РФ от 16.03.2021 № 640-р. Решением наблюдательного совета Государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ» от 29.08.2019 Проекту КПЭГ присвоен статус «проекта, имеющего общегосударственное значение для экономики Российской Федерации».

Реализация Проекта КПЭГ имеет большое значение для социально-экономического развития страны и региона. На пике строительства комплекса будет задействовано порядка 25 000 специалистов, на этапе эксплуатации планируется создание более 5 000 рабочих мест. Односторонняя приостановка Ответчиком 1 выполнения своих обязательств по Контракту, а также последующий необоснованный отказ Линде от возврата задолженности Истцу (т.е., по сути, денежных средств, которые Истец перечислил Линде в счет Цены Контракта, а также убытков в связи с вынужденным расторжением Контракта по причине нарушения Линде) создают препятствия для реализации стратегически важного для России проекта.

В подтверждение правомерности расторжения Контракта Истец представил Заключение Королевского адвоката Англии и Уэльса Шантану Маджумдара от 09.06.2022 о содержании норм права Англии и Уэльса (далее – Заключение по праву Англии), которому подчинен Контракт.

Согласно выводам, изложенным в Заключении по праву Англии, Ответчик 1 неправомерно приостановил работы по Контракту, сославшись на Регламент ЕС, но при этом не доказав степень влияния содержащихся в нем санкций на Контракт. Согласно английскому праву и Контракту такое неправомерное приостановление работ является существенным нарушением Контракта, которое дает право на его расторжение (параграф 15 заключения по праву Англии).

Как указано в параграфе 17 Заключения по праву Англии: «Ни одно из этих исключений не мешает Заказчику требовать возмещения убытков, которые сторона потерпела, полагаясь на будущее исполнение договора, т.е. напрасных расходов, а не упущенной выгоды или дополнительных затрат на завершение работ».

Названная концепция соотносима с российской концепцией негативного интереса в договоре и означает приведение стороны в положение, в котором она была до заключения договора, что предполагает возмещение расходов, которые Истец понес в связи с заключением Контракта с Ответчиком 1. Ответчик 1 должен был удовлетворить требования Истца, содержащиеся в Уведомлении от 07.04.2023 о расторжении Контракта, и выплатить запрашиваемые суммы, что и предусматривал механизм Контракта и что соответствовало положениям английского права (параграфы 81-83, 93-94 Заключения по праву Англии).

Суд считает, что заявленные Истцом требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Суд приходит к выводу, что Истец предоставил надлежащие доказательства, подтверждающие правомерность расторжения Истцом Контракта в связи с его существенным нарушением со стороны Ответчика 1.

В соответствии с абз. 6 п. 44 ПП ВС № 23 арбитражный суд вправе считать содержание норм иностранного права установленным, если представленное одной из сторон заключение по вопросам содержания норм иностранного права содержит необходимые и достаточные сведения и не опровергнуто при этом другой стороной путем представления сведений, свидетельствующих об ином содержании норм иностранного права.

Суд пришел к выводу, что предоставленное Истцом Заключение по праву Англии содержит необходимые и достаточные сведения о содержании применимых норм английского права. В частности, в данном заключении содержится развернутый анализ всех ключевых вопросов спора (правомерность приостановления работ по Контракту, правомерность расторжения Контракта, наличие оснований для взыскания аванса и убытков при расторжении Контракта). При этом, при анализе каждого вопроса специалист ссылается на нормы английского права.

Кроме того, Ответчик 1 не предоставил каких-либо заключений или иных доказательств, опровергающих Заключение по праву Англии.

Арбитражный суд в судебном заседании 21.10.2024 принимал меры к выявлению позиции ответчиков относительно представленного Заключению по праву Англии.

Пояснения не поступили, мнение высказано не было, Заключение не оспорено.

Как следует из имеющихся в материалах дела писем Ответчика 1 в адрес Истца, Ответчик 1 обосновывает свой отказ исполнять Контракт исключительно ссылкой на санкции ЕС. Между тем, Суд, в любом случае, не может принять указанные доводы Ответчика 1, поскольку применение санкционных норм ЕС противоречит публичному порядку Российской Федерации.

В соответствии с п. 2 ст. 1192 ГК РФ норма иностранного права, подлежащая применению в соответствии с правилами настоящего раздела, в исключительных случаях не применяется, когда последствия ее применения явно противоречили бы основам правопорядка (публичному порядку) Российской Федерации с учетом характера отношений, осложненных иностранным элементом.

При этом, применение российским судом санкционных норм ЕС привело бы к фактическому следованию санкционной политике ЕС, направленной против Российской Федерации, ее граждан и физических лиц, что явно противоречит публичному порядку Российской Федерации.

Таким образом, Суд приходит к выводу, что Ответчик 1 допустил существенное нарушение Контракта, а расторжение Контракта со стороны Истца было правомерно.

В отношении размера взыскиваемой задолженности Истец представил заключение, подтверждающее стоимость фактически выполненных работ, а также размер убытков Истца, вызванных нарушением Контракта.

Так, Истец представил заключение специалистов оценочной компании ООО «ДРТ Консалтинг» ФИО11, ФИО12, ФИО13 и ФИО14 от 30.11.2023 (приложение № 36 к исковому заявлению) (далее – Заключение ДРТ), согласно которому сумма, подлежащая уплате в адрес Истца после расторжения Контракта, составляет 746 020 106,90 евро и 30 709 407 903,09 рублей. Данная сумма включает в себя:

- 728 222 033,76 евро в качестве возврата неотработанного авансового платежа;

- 30 328 589 483,52 рублей убытков в связи с расторжением Контракта;

- 17 798 073,14 евро и 380 818 419,57 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами.

Размер неосвоенного аванса определен истцом с учетом фактически выполненных работ по контракту.

О наличии иных работ, подлежащих приемке и учету, ответчики не заявили.

Указанная в Заключении ДРТ сумма процентов за пользование денежными средствами рассчитана на дату его подготовки, то есть на 30.11.2023. При этом условия СПГ Контракта не предусматривают предельного срока начисления процентов за пользование чужими денежными средствами.

Оценив Заключение ДРТ, Суд приходит к выводу, что оно носит обоснованный и непротиворечивый характер, содержит исчерпывающие ответы на все поставленные перед специалистами вопросы, выводы специалистов понятны и не требуют исследования иных обстоятельств. Профессиональная подготовка и квалификация специалистов не вызывают сомнений, подтверждаются приложенными к заключению документами об образовании. При подготовке заключения специалисты руководствовались соответствующими нормативными документами, справочной и методической литературой. Ответы специалистов на поставленные вопросы мотивированы, понятны, непротиворечивы, следуют из проведенного исследования.

Для опровержения заключения стороны, считающие заключение недостоверным, должны представить веские доказательства, позволяющие суду прийти к выводу о допущенных существенных нарушениях при проведении такого исследования.

В данном случае таких доказательств, по мнению суда, Ответчики не представили – их доводы сводятся к несогласию с выводами специалиста. Какие-либо ходатайства (в том числе о назначении экспертизы) сторонами заявлены не были.

Таким образом, Суд расценивает указанное заключение специалистов как допустимое доказательство по смыслу ст. 68 АПК РФ.

В соответствии с п. 38.4.1 Части III Контракта в случае нарушения любой из сторон предусмотренных Контрактом сроков оплаты другая сторона вправе потребовать уплаты процентов, которые начисляется за каждый календарный день просрочки, начиная со дня, следующего после дня истечения срока оплаты работ. Размер процентов установлен в размере 4% годовых от суммы платежа, срок перечисления которого нарушен, за каждый день просрочки.

В соответствии с таблицей 58 заключения специалистов сумма процентов за пользование чужими средствами составила на 30.11.2023 – 17 798 073,14 евро и 380 818 419,57 руб.

Вместе с тем судом выявлено наличие ошибки в периоде последующего начисления процентов – вопреки заявленному проценты подлежат начислению со следующего дня – т.е. с 01.12.2023.

Истец признал, что требования Истца по Контракту в части возврата осуществленных Истцом платежей на сумму 76 320 000 евро были урегулированы с третьим лицом ООО «Ренконс Хэви Индастрис», являющимся одним из участников консорциума по Контракту. В связи с этим Истец уменьшил свои требования к Ответчикам на сумму урегулирования в части возврата аванса с 746 020 106,90 евро до 669 700 106,90 евро. Суд приходит к выводу о том, что уточненные исковые требования Истца должны быть удовлетворены.

В соответствии с пунктом 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны пропорционально удовлетворенным требованиям.

Следовательно, в случае удовлетворения исковых требований истца в полном объеме и принятия судебного решения по такому делу судебные издержки также подлежат полностью взысканию с ответчика.

Таким образом, расходы Истца на уплату государственной пошлины (242 000 рублей) надлежит возложить на Ответчиков в солидарном порядке.

В этой связи Суд приходит к выводу о том, что Истец обосновал исковые требования к Ответчику 1 в следующем размере:

- 651 902 033,76 евро в качестве возврата неотработанного авансового платежа;

- 30 328 589 483,52 рублей убытков в связи с расторжением Контракта;

- 17 798 073,14 евро и 380 818 419,57 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами.

- 242 000 рублей компенсации расходов Истца на уплату государственной пошлины.


В обоснование ответственности Ответчика 2 Истец сослался на неправомерный отказ Ответчика 2 от удовлетворения требований Истца по Гарантии. Истец указал, что по условиям Договора поручительства (Гарантии) Ответчик 2 обязался по требованию Истца исполнить обязательства Ответчика 1 перед Истцом взамен Ответчика 1, если Ответчик 1 сам не исполнит указанные обязательства. При этом, когда Истец направил Ответчику 2 требование о выплате по Договору поручительства (Гарантии) в размере неотработанных авансов и убытков, понесенных в связи с нарушением Контракта Ответчиком 1, Ответчик 2 неправомерно отказался исполнять требования Истца, сославшись, во-первых, на отсутствие нарушений со стороны Ответчика 1, а, во-вторых, на невозможность выплаты в связи с действием Регламента ЕС. Истец утверждает, что указанные возражения Ответчика 2 неправомерны, и, соответственно, Ответчик 2 обязан исполнить платежные обязательства Ответчика 1 перед Истцом.

Суд приходит к выводу о правомерности исковых требований Истца к Ответчику 2 в связи с нижеследующим.

Доводы Ответчика 2 в обоснование неисполнения Договора поручительства (Гарантии) аналогичны доводам Ответчика 1 в обоснование неисполнения Контракта (санкционные основания), и, соответственно, отвергаются Судом по причинам, изложенным выше.

Кроме того, правомерность требований Истца к Ответчику 2 подтверждается предоставленным Истцом Заключением по праву Англии (параграфы 101-109).

Как следует из текста Договора поручительства (Гарантии) и Заключения по праву Англии, Ответчик 2 обязан исполнить любые платежные обязательства, в соответствии с Контрактом или в связи с ним, или в результате любого его нарушения. Поскольку все исковые требования Истца к Ответчику 1 связаны с нарушением Ответчиком 1 Контракта, Ответчик 2 должен быть привлечен к солидарной ответственности вместе с Ответчиком 1 на полную сумму исковых требований Истца.

Помимо этого, Ответчик 2 также обязан солидарно возместить расходы Истца на оплату государственной пошлины в размере 242 000 рублей, что следует из абзаца 2 пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»: «Если лица, не в пользу которых принят судебный акт, являются солидарными должниками или кредиторами, судебные издержки возмещаются указанными лицами в солидарном порядке (часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ, часть 5 статьи 3 АПК РФ, статьи 323, 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации)».


В отношении привлечения Ответчиков 3 – 5 к солидарной ответственности вместе с Ответчиками 1 – 2 Истец указал, что, как следует из представленной Истцом схемы корпоративной структуры группы компаний Линде, Ответчик 2 является единственным акционером Ответчика 3, а Ответчик 3 — единственным акционером Ответчика 4 и Ответчика 5. При этом Ответчик 2 является головной компанией транснациональной группы Линде. Кроме того, Ответчики 3 и 5зарегистрированы по тому же адресу, что и Ответчик 2 (наряду с более 80 действующих английских компаний, относящихся к группе Линде), в состав руководства Ответчика 3 входят:

- корпоративный секретарь Келли, Сьюзан ФИО15 (Kelly, Susan Kathleen) – так же является корпоративным секретарем Ответчика 1;

- директор Блэнд, Джулиан Майкл (Bland Julian Michael) – занимает должность главного бухгалтера в Ответчике 3 и других 70 компаниях группы Линде;

- директор ФИО16 Sally Ann) – занимает должность бухгалтера в Ответчике 3 и других 80 компаниях группы Линде;

- директор ФИО17 Cristopher James) – занимает должность руководителя по налогам в Ответчике 3 и других 51 компаниях группы Линде, до 1 марта 2023 являлся директором Ответчика 2;

- директор Паттерсон Бенджамин (Patterson Benjamin) – занимает должность юриста в Ответчике 3 и других 66 компаниях группы Линде.

При этом требования Истца к Ответчикам 1 и 2 имеют договорную природу и проистекают из Контракта и Гарантии, а к Ответчикам 3 – 5 требования Истца возникают из причинения вреда (деликта) и являются солидарными по отношению к договорным требованиям к Ответчику 1 и 2 с ограничениями, указанными далее.

Названные доводы Истца подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами и не были опровергнуты ни Ответчиками, ни третьими лицами.

Довод о недопустимости предъявления деликтных требований вместе с договорными требованиями не основан на действующих нормах гражданского законодательства, а также противоречит сложившейся судебной практике, согласно которой наличие договорного иска само по себе не может ограничивать право на предъявление деликтного иска (Определение Верховного Суда РФ от 11.05.2018 по делу № 306-ЭС17-18368; Определение Верховного Суда РФ от 23.01.2015 № 301-ЭС14-4810; Определение Верховного Суда РФ от 22.05.2017 по делу № А51- 273/2015; Определение Верховного Суда РФ от 08.12.2016 № 302-ЭС16-16441; Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 06.10.2020 по делу № А17-10364/2019).

Суд также отклоняет доводы о недопустимости солидарной ответственности по договорным и деликтным требованиям, поскольку в ст. 1080 ГК РФ отсутствует ограничение на солидарность ответственности за причинение убытков из договора и из деликта, в особенности, когда убытки из договора тесно связаны и обусловлены убытками из деликта.

В настоящем деле к Ответчикам 1 – 5 Истец обращается с требованиями, преследующими единую цель – возместить ущерб Истца в размере выплаченных Ответчику 1 неотработанных авансов, а также убытков, вызванных отказом Ответчика 1 выполнять работы по Контракту. Соответственно, данные требования направлены на компенсацию одного и того же интереса Истца, преследуют единую цель и должны быть удовлетворены солидарно.

Допустимость солидарной ответственности по требованиям, возникшим из разных оснований, но преследующих один интерес, была также подтверждена Верховным Судом РФ в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678 по делу № А11-7472/2015 применительно к реституционным и деликтным требованиям: «Хотя основания этих требований различны, они преследуют единую цель — возместить в полном объеме (статья 15 ГК РФ) убытки продавца, поэтому обязательства приобретателя (бенефициара — стороны недействительной прикрываемой сделки) и причинителя вреда (лица, участвующего в выводе активов через подписание притворных договоров) являются солидарными (статья 1080 Гражданского кодекса), что также позволяет исключить возникновение неосновательного обогащения на стороне пострадавшего».

Так, в отношении своих российских активов, включающих в себя доли и акции в АО «Линде Газ Рус», АО «Линде Уралтехгаз»; ООО «Линде Газ Новотроицк»; ООО «Линде Газ Липецк», ООО «Газпром Линде Инжиниринг»; ООО «Линде инжиниринг рус»; ООО «Криостар Рус»; ООО «Праксэа Рус»; ООО «Праксайр Волгоград»; ООО «Ренконс Хэви Индастрис», группа компаний Линде сознательно и недобросовестно использовала свою корпоративную структуру для того, чтобы причинить вред Истцу, как своему самому крупному российскому кредитору, полагаясь на автономность юридических лиц – Ответчика 1 и Ответчика 3.

Недобросовестность действий группы Линде заключается в обособлении через Ответчиков части российских активов Линде таким образом, чтобы российские кредиторы не могли обратить на них взыскание, при этом обязательства по Контракту принимались на лицо (Ответчик 1), которое формально не владеет активами в России, но при этом ведет активную предпринимательскую деятельность в России, в частности, строительство заводов по сжижению и переработке газа в Ленинградской области.

Как указал истец, схема по сокрытию активов заключалась не только в регистрации части активов на отдельных Ответчиков, но и в регистрации самих Ответчиков за пределами досягаемости российского правопорядка – в Нидерландах и Великобритании. Соответственно, в сложившейся политической и экономической ситуации Ответчики используют данную корпоративную форму, в том числе, с целью причинения вреда российским кредиторам.

Аналогичным образом Ответчик 2, который является головной холдинговой компанией для Ответчика 1, заключив 18.10.2021 договор поручительства с Обществом с целью обеспечить исполнение обязательств Ответчика 1 по Контракту, не обладает напрямую никакими активами в России. Однако принадлежащая ему на 100% компания в лице Ответчика 3 владеет долями участия в ООО «Праксэа Рус» и ООО «Праксайр Волгоград».

Таким образом, несмотря на то, что каждый из Ответчиков формально является автономным юридическим лицом, все они имеют единый центр принятия решений и входят в единую корпоративную структуру группы компаний Линде.

При этом в рамках настоящего дела договорные отношения возникли только между Истцом и Ответчиком 1 (по Контракту), а также между Истцом и Ответчиком 2 (по Договору поручительства от 18.10.2021, обеспечивающего исполнение обязательств Ответчика 1 по Контракту).

Соответственно, довод Истца о том, что необходимо рассматривать Ответчика 1, Ответчика 2, Ответчика 3, Ответчика 4 и Ответчика 5 как одно лицо с единым центром принятия решений, и что они должны солидарно отвечать по долгам Ответчика 1, является обоснованным.

Поскольку Ответчик 1 отказался исполнять требование Истца по возврату аванса и взысканию убытков, вытекающее из Контракта, у Истца возникло требование к Ответчику 2, которому принадлежит 100% доля участия в Ответчике 3. Ответчик 3, в свою очередь, владеет долями в ООО «Праксэа Рус» и ООО «Праксайр Волгоград», на которые Истец просит обратить взыскание. Необходимость и обоснованность данного требования подтверждается вступившим в законную силу решением Суда по делу № А56-129797/2022, в котором Суд обратил взыскание на указанные доли по аналогичным требованиям Истца из связанного контракта.

Суммируя, требования Истца к Ответчику 1 и 2 проистекают из Контракта и Гарантии соответственно (договорные требования), а к Ответчикам 3 – 5 из деликта в силу трех основных доводов:

1) Обеспечение эффективности судебной защиты российских лиц, пострадавших от санкций и приведение их в то же положение, в каком они бы находились в отсутствие санкций против России;

2) Запрет на злоупотребление корпоративной структурой (прокалывание корпоративной вуали);

3) Запрет на соблюдение антироссийских санкций для российской части международного холдинга Ответчиков.

Рассматривая вопрос о возможности привлечения Ответчиков 3 – 5 к солидарной ответственности перед Истцом в силу отсутствия для этого договорного основания, в первую очередь необходимо верно определить правовую природу предъявленного Истцом требования к указанным лицам.

Как следует из представленных в материалы дела писем Ответчика 1 от 14.04.2022, 27.05.2022 и письма Линде ПЛС от 13.06.2023, единственной причиной отказа Ответчика 1 продолжать работы по Контракту, а Ответчика 2 исполнять обязательства по Гарантии является действие Регламента ЕС. Иными словами, Линде обосновывает неисполнение обязательств перед Обществом исключительно следованием режиму санкций против Российской Федерации. Необходимо при этом учитывать, что в ч. 1 ст. 1 Федерального закона от 04.06.2018 № 127-ФЗ «О мерах воздействия (противодействия) на недружественные действия США и иных иностранных государств» экономические санкции в отношении РФ, ее граждан или российских юридических лиц отнесены к числу недружественных действий, представляющих угрозу территориальной целостности Российской Федерации и направленных на ее экономическую и политическую дестабилизацию. При этом, согласно Постановлениям Конституционного Суда РФ от 09.07.2021 № 34-П и от 13.02.2018 № 8-П следование стороной спора санкционному режиму, установленному иностранном государством в одностороннем порядке, следует квалифицировать как недобросовестное поведение.

Суд соглашается с доводом истца о недобросовестном характере действий иностранных лиц, отказавшихся от исполнения своих обязательств перед российскими лицами по мотиву санкций и при этом ведущих бизнес в России.

Выводы (в частности, в отношении необходимости привлечения Ответчика 3 к солидарной ответственности перед Истцом в силу злоупотребления Ответчиками своей корпоративной структурой) уже были поддержаны судом апелляционной инстанции (Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2024 по делу № А56-129797/2022, оставленное без изменения Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 06.09.2024): «Принимая во внимание, что ФИО7 № 2 Лимитед и компании Коммерциум входят в единую с Линде группу компаний и подчиняются одному центру принятия решений, основанием для заявления Обществом требований к указанным лицам является совместное с Линде ГмбХ и Линде ПЛС причинение вреда путем следования режиму европейских санкций против Российской Федерации. Вопреки доводам апелляционных жалоб, суд первой инстанции прямо указал, что деликт состоит не в изначальном создании такой корпоративной структуры, а в использовании текущей корпоративной структуры с целью соблюдения режима санкций и причинения вреда Обществу; указанные действия ответчиков причиняют убытки Обществу и приносят прибыль всей группе компаний Линде, предоставляя ей возможность обогащаться за счет Общества (в частности, удерживая неотработанные авансы) без риска обращения взыскания на активы группы Линде в России».

Из принципа имущественной обособленности юридического лица может быть сделано исключение на основании статей 1 и 10 ГК РФ, запрещающих участникам гражданского оборота злоупотреблять правами, а также извлекать выгоду из своего недобросовестного поведения по искусственному разделению активов и обязательств с помощью корпоративной структуры (Постановление Верховного Суда РФ от 15.12.2022 по делу № А40-264080/2020; п. 27 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023); Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.03.2023 по делу № А03-6737/2020; Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.01.2023 по делу № А56-64205/2021).

Нарушение запрета на злоупотребление правом одним из частных случаев нарушения принципов публичного порядка Российской Федерации (Определение Верховного Суда РФ от 28.11.2017 № 309-ЭС13269 по делу № А07-27391/2016). При таких обстоятельствах действия Линде по удержанию причитающихся Обществу денежных средств с точки зрения российского права являются злоупотреблением правом (ст. 10 ГК РФ) и нарушением публичного порядка.

Поскольку в данном случае речь идет о злоупотреблении формальной самостоятельностью юридического лица (ст. 48 ГК РФ), то необходимая реакция правовой системы состоит в установлении таких последствий, при которых ответственность будут нести все компании, входящие в одну группу компаний Линде: и формально владеющие, и контролирующие активы на территории Российской Федерации (Ответчик 3 и Ответчик 4).

Следовательно, надлежащим последствием является установление ответственности единого хозяйствующего субъекта. В качестве позитивно-правового основания может выступить норма статьи 1080 ГК РФ, согласно которой лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. Ввиду чего, установление солидарной ответственности является надлежащим последствием выявленного злоупотребления правом. Солидарную ответственность перед потерпевшим несут лица, которые совместно причинили ему вред (ст. 15, ст. 1064 и ст. 1080 ГК РФ). О совместном характере может свидетельствовать то, что их действия согласованы, скоординированы и направлены на реализацию общего для всех действующих лиц намерения.

Принимая во внимание, что Ответчики 3 – 5 входят в единую с Линде группу компаний и подчиняются одному центру принятия решений, основанием для заявления Истцом требований к указанным лицам является совместное с Ответчиком 1 и 2 причинение вреда путем следования режиму европейских санкций против Российской Федерации.

При этом необходимо отметить, что деликт состоит не в изначальном создании такой корпоративной структуры, а в использовании текущей корпоративной структуры с целью соблюдения режима санкций и причинения вреда Истцу. Причем указанные действия Ответчиков 1 – 5 не только причиняют убытки Истцу, но и приносят прибыль всей группе компаний Линде, предоставляя ей возможность обогащаться за счет Истца (в частности, удерживая неотработанные авансы) без риска обращения взыскания на активы группы Линде.

В силу п. 1 ст. 1219 ГК РФ к обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, применяется право страны, где имело место действие или иное обстоятельство, послужившие основанием для требования о возмещении вреда. В случае, когда в результате такого действия или иного обстоятельства вред наступил в другой стране, может быть применено право этой страны, если причинитель вреда предвидел или должен был предвидеть наступление вреда в этой стране.

По мнению Истца, вред от неправомерных действий Ответчиков 3 – 5 наступил на территории Российской Федерации, поскольку именно здесь зарегистрирован и осуществляет свою основную деятельность Истец, требования которого к Ответчикам 1 и 2 не были исполнены из-за незаконного и недобросовестного следования режиму антироссийских санкций со стороны Ответчиков. В любом случае, вред и негативные для Истца последствия наступили в России, так как Истец является российской компанией, убытки от операций с Ответчиком 1 и от действий по сокрытию активов с помощью Ответчиков 3 – 5 зафиксированы в России.

Согласно действующему российскому законодательству, всякое причинение вреда презюмируется противоправным в силу принципа генерального деликта (постановление Президиума ВАС РФ от 27.07.2010 № 4515/10 по делу № А38- 2401/2008). В соответствии с указанным принципом, закрепленным в ст. 1064 ГК РФ, для возложения на причинителя вреда имущественной ответственности достаточно самого факта наличия убытков, а недобросовестное поведение в таком случае является действием по причинению вреда.

Таким образом, требования Истца к Ответчикам 3 – 5 о взыскании денежных средств должны рассматриваться по нормам Главы 59 ГК РФ об обязательствах вследствие причинения вреда.

Применительно к деликтной ответственности Ответчиков 3 – 5 следует учесть, что единственной причиной неисполнения обязательств группой компаний Линде перед Обществом стали введенные Европейским союзом санкции.

Ссылаясь на санкции ЕС, одна часть единой экономической группы компаний Линде, а именно Ответчики 1 – 2, уклоняются от исполнения своих обязательств перед Обществом, нарушая основополагающие устои российского правопорядка, включая неприемлемость односторонних санкций и принцип недопустимости одностороннего отказа от исполнения обязательства. Одновременно, ссылаясь на корпоративную структуру группы Линде, другая часть группы компаний Линде, которой непосредственно принадлежат значительные активы, а именно Ответчики 3 – 5, беспрепятственно осуществляют свою предпринимательскую деятельность, извлекая прибыль в интересах группы компаний Линде, формально отграничивая свою правосубъектность от правосубъектности Ответчиков 1 – 2.

Подобная форма взаимодействия и поведения группы компаний Линде в лице Ответчиков 1 – 5 охватывается понятием «генерального деликта», нормативно закрепленного в ст. 1064 ГК РФ с последствиями, установленными в ст. 1080 ГК РФ, что в сложившихся обстоятельствах переводит статус Ответчиков 1 – 5 как самостоятельных субъектов по отношению друг к другу в статус солидарно отвечающих перед Обществом за вред причиненный последнему со стороны группы компаний Линде.

Так, Ответчик 1 и 2, являясь должниками Общества по Контракту и Гарантии, должны были в соответствии с правопорядком Российской Федерации сделать все для того, чтобы исполнить свое обязательство. В том числе, например, они могли в соответствии со ст. 313 ГК РФ возложить исполнение своих обязательств по возврату авансов и возмещению убытков, нанесенных ими в ходе реализации Контракта, на входящие в группу компаний Линде и фактически контролируемые из того же единого центра российские юридические лица (АО «Линде Газ Рус», АО «Линде Уралтехгаз»; ООО «Линде Газ Новотроицк»; ООО «Линде Газ Липецк», ООО «Газпром Линде Инжиниринг»; ООО «Линде инжиниринг рус»; ООО «Криостар Рус»; ООО «Праксэа Рус»; ООО «Праксайр Волгоград»; ООО «Ренконс Хэви Индастрис»).

Однако, вместо такого добросовестного поведения группа компаний Линде, контролирующая деятельность российских активов Ответчиков, выбрала иную модель поведения — нарушить публичный порядок Российской Федерации в условиях сохранения возможности своему российскому бизнесу, который до сих пор продолжает функционировать на территории Российской Федерации, извлекать прибыль от своей деятельности с целью ее будущего распределения в пользу иностранного центра принятия решений.

Применительно к характеру совершенного деликта, Ответчики 1 – 5 должны рассматриваться как лица, совместно причинившие вред Истцу.

Ключевой вопрос, на который следует ответить при установлении факта совместного причинения вреда, выражается в возможности квалификации действий (бездействия) Ответчиков 1 – 5 как «совместных».

Совместность в понимании ст. 1080 ГК РФ может образовываться совместными действием и бездействием. В равной степени сопричинители могут не выполнять абсолютно идентичные действия по причинению вреда. Главное, чтобы их поведение нарушало один интерес кредитора и вносило вклад в развитие причинно-следственной связи между первоначальным событием причинения вреда и его наступлением. Данная позиция находит подтверждение и в судебной практике ВС РФ, например, в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 04.07.2016 по делу № 303-ЭС16-1164(1,2), А24-2528/2012: «Лежащее в основе всех требований незаконное перечисление денежных средств обусловлено совокупностью последовательных действий ФИО18, ФИО19 и общества, что позволяет применить к названным лицам правила о солидарной ответственности, принимая во внимание, что фактическое исполнение ими обязанности по возмещению ущерба (компенсации неосновательного обогащения) не может превышать его установленный размер».

Такая последовательность событий, влекущая возникновение у Общества убытков, охватывается презумпцией совместности действий аффилированных лиц (п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). Бремя опровержения данной презумпции должно возлагаться на ответчиков.

В соответствии с пунктом 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде»: «Лица, совместно причинившие вред окружающей среде, отвечают солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ). О совместном характере таких действий могут свидетельствовать их согласованность, скоординированность и направленность на реализацию общего для всех действующих лиц намерения»;

Согласно пункту 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»: «В силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой».

Действия (бездействие) Ответчиков 1 – 5 соответствуют критериям совместности, установленным ВС РФ.

Так, поведение Ответчиков 1 – 5 направлено на реализацию общего недобросовестного намерения, выражающегося в присвоении денежных средств, выплаченных Истцу в качестве авансов по Контракту (Ответчик 1), сбережении (неосновательном обогащении) ввиду отказа Ответчика 2 платить Истцу по Гарантии, которая обеспечивала возврат Ответчиком 1 авансов Истцу, а также в отказе по компенсации убытков, причиненных Обществу в связи с недобросовестными действиями Линде за счет имущества, принадлежащего иным компаниям группы(Ответчики 3 и 5).

Необходимо при этом учитывать, что недобросовестными являются не только действия Ответчика 1 по присвоению денежных средств Истца, но и бездействие Ответчиков 3 – 5, поскольку с точки зрения российского публичного порядка и принципов добросовестности, они должны были предпринять совместные действия, направленные на адаптацию отношений с Истцом под изменившееся регулирование в иностранных правопорядках и своевременное исполнение обязательств перед ним.

С точки зрения обычного добросовестного поведения Ответчикам 1 – 5, с учетом их аффилированности и подконтрольности единому центру принятия решений, не составляло труда исполнить свои обязательства перед Истцом, включая обязательства по возврату уплаченных авансов, за счет дохода в том числе от деятельности российских обществ, контролируемых ими.

Общие начала применения иностранного права на территории Российской Федерации установлены ст. 4 Конституции Российской Федерации, ст. 1189, 1191, 1192, 1193 ГК РФ и не предусматривают обязанность исполнения российскими юридическими лицами запретов (экспортных ограничений), введенных международными организациями или иностранными государствами против Российской Федерации.

Данная правовая позиция была выработана арбитражными судами в делах о понуждении российских лиц, находящихся под иностранным контролем, продолжать исполнение в натуре обязательств перед российскими лицами, несмотря на иностранные санкционные ограничения.

Так, например, в деле ПАО «РЖД» против Siemens Aktiengesellschaft и ООО «Сименс Мобильность» (Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2023 № 09АП-32322/2023-ГК, 09АП-32324/2023-ГК по делу № А40-195006/2022), несмотря на наличие у ПАО «РЖД» договорных отношений только с иностранной компанией, ее российское подконтрольное общество ООО «Сименс Мобильность» было также понуждено к исполнению обязательств в натуре.

Применение аналогичного подхода к настоящему делу означает, что группа компаний Линде, следуя принятым стандартам добросовестности, могла и должна была исполнить обязательства перед Истцом путем использования доходов от деятельности своих российских дочерних и внучатых обществ, которые при этом не связаны действием европейских ограничительных мер и продолжают функционировать на территории Российской Федерации вплоть до сегодняшнего дня, и иного имущества. Иное означало бы, что иностранные юридические лица и их российские подконтрольные общества могут уклониться от исполнения обязательств, пользуясь режимом санкций недружественных государств в том числе на территории России.

Между тем, вместо добросовестного поведения и исполнения обязательств перед Истцом, Ответчики 1 – 5 избрали модель недобросовестного поведения:

(а) Линде блокирует возврат ранее выплаченных Обществом денежных средств в виде авансов по Контракту, а также отказывается компенсировать убытки, возникшие в результате его одностороннего отказа исполнять свои обязательства по Контракту со ссылкой на европейские санкции;

(б) далее группа компаний Линде не предпринимает никаких разумных действий, направленных на адаптацию правоотношений под изменившиеся обстоятельства и исполнение обязательств перед Истцом за счет имущества иных компаний группы и контролируемых ею российскими юридическими лицами, никак не связанными действием санкций ЕС;

(в) наконец, Ответчик 2 как материнская компания Ответчика 1 объявляет о прекращении деятельности группы компаний Линде в России и формально списывает свои российские активы, хотя по факту весь российский бизнес Линде продолжает функционировать и приносить прибыль.

Таким образом, в настоящем деле имеется полный юридический состав для взыскания убытков: Истцу причинен вред в результате блокировки причитающихся ему денежных средств по ранее уплаченным авансам, а также причинения убытков, связанных с отказом группы компаний Линде исполнять обязательства по Контракту. Данный вред возник в результате недобросовестных действий всех Ответчиков, выразившихся в следовании всей группы компаний Линде, управляемой из единого центра, режиму санкций ЕС против Российской Федерации, между недобросовестными действиями Ответчиков 1 – 5 и убытками Истца имеется очевидная причинно-следственная связь.

Необходимо при этом учитывать, что Ответчики 1 – 5 совершили не ординарный гражданско-правовой деликт, а деликт, осложненный следованием режиму санкций иностранных государств против Российской Федерации.

Иными словами, поведение Ответчиков противоречит таким базовым принципам публичного порядка как запрет злоупотребления правом (ст. 10 ГК РФ) и недопустимость одностороннего отказа от исполнения обязательства (ст. 310 ГК РФ).

При таких обстоятельствах реакция правопорядка должна быть соразмерна характеру допущенного нарушения и обеспечивать возможность защиты прав Истца наиболее полным и ускоренным образом.

Привлечение Ответчиков 3 – 5 к солидарной ответственности также обеспечивает достижение цели исполнимости судебного акта.

В силу ч. 1 ст. 2 АПК РФ основной задачей судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность. Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, исполнение судебного акта следует рассматривать как элемент судебной защиты, сама судебная защита не может признаваться действенной, если судебный акт своевременно не исполняется, что лишает граждан, правомерность требований которых установлена в надлежащей судебной процедуре и формализована в судебном решении, эффективного и полного восстановления в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям равенства и справедливости (Постановления от 15.01.2002 № 1-П, от 14.05.2003 № 8-П, от 14.07.2005 № 8-П, от 12.07.2007 № 10-П, от 26.02.2010 № 4-П, от 14.05.2012 № 11-П, от 10.03.2016 № 7-П, от 23.07.2018 № 35-П и др.).

Как неоднократно отмечалось ВС РФ, целью осуществления правосудия является принятие законного и исполнимого судебного акта, которым будет устранена правовая неопределенность в спорных правоотношениях (см., например, Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 09.04.2021 № 304-ЭС20-20515 по делу № А45-31721/2019, Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 09.04.2021 № 307-ЭС20-19764 по делу № А21-4354/2019). Таким образом, судебный процесс и принятый по его результатам судебный акт сами по себе не являются гарантиями эффективной судебной защиты нарушенных прав.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела привлечение к ответственности только Ответчиков 1 и 2 не приведет к восстановлению прав Общества, поскольку: непосредственно Ответчики 1 и 2 не обладают на территории Российской Федерации достаточными активами для погашения требований Истца. Решением Суда от 20.02.2024 по делу № А56-129797/2022 уже установлен факт заведомой недостаточности российских активов Ответчиков 1 – 2 даже для покрытия требований Истца, удовлетворенных в рамках указанного дела. При этом отказ Ответчика 1 в исполнении своих обязательств по Контракту перед Истцом указывает на то, что даже вступивший в законную силу судебный акт российского суда не будет исполнен данным лицом добровольно со ссылкой на незаконные санкции недружественных стран; при этом существенными активами обладают другие компании, входящие в группу Линде: Ответчик 3 и Ответчик 5.

Следовательно, не является защитой прав Истца сам по себе судебный акт, принятый против Ответчика 1, но который не может быть исполнен по месту нахождения основных активов Ответчика 1 – в Германии. Аналогично неприемлема ситуация, когда группа компаний Линде сможет избежать обращения взыскания на свои активы путем структурирования их владения через Ответчиков 3 и 5.

С учетом характера допущенного нарушения привлечение Ответчиков 3 – 5 к солидарной ответственности приведет к наиболее эффективному восстановлению прав Общества, по существу лишенного возможности исполнения судебного акта российского суда против Истца на территории иностранных государств, как установлено в заключениях о невозможности исполнения решения российского суда, принятого без учета санкций, в Ирландии, Великобритании и на территории ФРГ (где находится основной объем активов Ответчиков 1 – 2):

- Заключение ирландской юридической фирмы «Эй-энд-Эл Гудбади» (А&L; Goodbody) от 15.04.2023;

- Заключение королевского адвоката Англии и Уэльса Шантану Маджумдара от 09.06.2022;

- Заключение адвоката ФРГ Валентина Нойзера от 07.06.2023.

Ответчики, являясь участниками одной группы компаний, получают общую выгоду от недобросовестных действий каждого из них, выражающихся в следовании европейским санкциям и отказу от возврата причитающихся Истцу денежных средств и компенсации убытков по Контракту. Следовательно, даже если исковые требования Истца будут исполнены за счет имущества Ответчиков 3 – 5, те смогут урегулировать финансовые последствия такого исполнения в рамках своих внутригрупповых правоотношений. Порядок такого урегулирования и его затратность находятся вне пределов данного судебного разбирательства, поскольку по общему правилу расходы на исполнение обязательства несет должник (ст. 309.2 ГК РФ).

Истец указал, что Ответчики 3 – 5 подлежат привлечению в качестве солидарных соответчиков, но при этом ответственность Ответчика 3 должна быть ограничена стоимостью его долей в ООО «Праксэа Рус» и ООО «Праксайр Волгоград», на которые должно быть обращено взыскание в силу следующего.

Ответчики 3 – 5 входят в одну группу компаний с Ответчиками 1 и 2. Так, Ответчик 3 на 100% принадлежит Ответчику 2 и при этом также является единственным учредителем Ответчика 4 и Ответчика 5, что подтверждается соответствующими выписками из торговых реестров. В то же время, Ответчик 3 владеет 100% долей в ООО «Праксэа Рус» и 10% долей (другие 90% принадлежат ООО «Праксэа Рус», что говорит о фактически 100% контроле) в ООО «Праксайр Волгоград» и является 100% дочерним обществом Ответчика 2.

При нормальном ходе дела, Истец, получив решение российского суда против гаранта по договору (Ответчика 2), обратился бы в Великобританию за признанием решения российского суда против Ответчика 2 и обратил бы взыскание на 100% доли Ответчика 2 в Ответчике 3. Однако, исключительно из-за санкций, а также того, что решение российского суда по настоящему делу должно быть принято без учета санкций Европейского союза, такое решение не будет исполнимо в Великобритании, что подтверждается приложенными заключениями о содержании норм права ФРГ и Великобритании.

Таким образом, Истец лишается того, на что он мог бы рассчитывать в отсутствие неправомерных односторонних санкций Европейского Союза, в частности, возможности погасить часть своих требований за счет стоимости принадлежащих Ответчику 3 100% доли в ООО «Праксэа Рус» и 10% в ООО «Праксайр Волгоград», которые экономически были бы включены в стоимость 100% доли Ответчика 2 в Ответчике 3, а также возможности погасить часть своих требований за счет прав требования Ответчика 5 к третьим лицам, которые экономически были бы включены в стоимость доли Ответчика 2 в Ответчике 3, которому принадлежит 100% доли в Ответчике 5.

Согласно позиции Конституционного суда Российской Федерации, следование антироссийским санкциям является самостоятельным правонарушением.

Использование Ответчиками своей корпоративной структуры во взаимосвязи с исключительной защитой, предоставляемой Ответчикам на территории Европейского союза с помощью санкционного режима в целях избегания удовлетворения законных требований российских лиц (а именно принятие обязательств на иностранное лицо без активов в России при одновременном владении активами в России через дочерние и внучатые компании) является самостоятельным деликтом, который влечет наступление ответственности в размере того, что могло бы причитаться Истцу в отсутствие такого деликта.

В основании указанного деликта лежат два правонарушения Ответчиков.

Во-первых, группа компаний Линде, воспользовавшись международной конъюнктурой и своей корпоративной структурой, лишила Истца возможности удовлетворить свои материально-правовые и договорные требования к Ответчику 1 и Ответчику 2.

Во-вторых, Ответчики неправомерно соблюдают антироссийские санкции Европейского Союза, что также лишает Истца возможности удовлетворить свои материально-правовые требования. При этом, ущерб Истца от действий Ответчиков 3 – 5 не может превышать рыночную стоимость активов Ответчиков 3 – 5, поскольку именно на сокрытие этих активов были направлены действия Ответчиков 3 – 5, являющиеся основанием исковых требований Истца.

Суд соглашается с доводом истца о том, что установление наличия имущества у Ответчиков 3 – 5 непосредственно на территории России не является необходимым условием для привлечения их к солидарной ответственности, что подтверждается действующей судебной практикой, в частности, Решением Арбитражного суда г. Москвы от 24.04.2024 по делу № А40-153363/2023. При этом Истец не обязан доказывать наличие конкретного имущества у конкретных компаний группы Линде на территории России, поскольку Истец не обладает и не может обладать доступом к полной информации по этому вопросу, а компании группы Линде действуют недобросовестно, намеренно и недобросовестно скрывая состав своего имущества.

Таким образом, исковые требования Истца к Ответчикам 3 – 5 подлежат удовлетворению. Ответчики 3 – 5 должны быть привлечены к солидарной ответственности на сумму исковых требований Истца к Ответчикам 1 – 2.

Истец также предъявил требования об обращении взыскания на принадлежащие Ответчикам доли и акции в уставных капиталах российских юридических лиц, являющихся дочерними обществами Ответчиков. В обоснование данных требований Истец сослался на заведомую недостаточность находящегося на территории России имущества Ответчиков для удовлетворения исковых требований Истца, а также на то, что доли и акции фактически находятся в залоге у Истца в силу п. 5 ст. 334 ГК РФ.

Данные исковые требования Истца подлежат удовлетворению в связи с нижеследующим.

В соответствии со статьей 25 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» обращение по требованию кредиторов взыскания на долю участника общества в уставном капитале общества по долгам участника общества допускается только на основании решения суда при недостаточности для покрытия долгов другого имущества участника общества.

При этом закон не содержит ограничений по способу доказывания такой недостаточности. В случаях, когда такая недостаточность очевидно следует из представленных доказательств, необходимость проходить процедуру исполнительного производства для установления такой недостаточности противоречила бы принципу эффективности арбитражного процесса.

Вопрос об обращении взыскания на доли и акции по долгам их правообладателя относится к порядку исполнения судебного акта, который может быть установлен как в первоначальном судебном решении, так и в определении об изменении способа исполнения (п. 64 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства»).

В настоящем деле Истец доказал заведомую недостаточность имущества Ответчиков для удовлетворения исковых требований Истца. Так, Арбитражный суд в деле № А56-129797/2022 уже установил, что имущества Ответчика на территории Российской Федерации недостаточно даже для удовлетворения требований Русхимальянса по аналогичным требованиям. Кроме того, Линде уходит с российского рынка и старается вывести свои активы из российской юрисдикции, что следует из сообщений в СМИ.

Доли, принадлежащие Ответчику 3, на которые Истец испрашивает обращение взыскания, находятся у него в залоге с момента удовлетворения требований Истца в силу п. 5 ст. 334 ГК РФ, так как в резолютивной части определения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.06.2024 по делу № А56-26171/2024 указано на их арест в пользу Истца по его требованиям. Следовательно, Истец вправе обращать на них взыскание по правилам об обращении взыскания на залог в рамках данного процесса одновременно с рассмотрением своих основных требований.

Таким образом, исковые требования Истца к Ответчикам подлежат удовлетворению с корректировкой заявленного периода начисления процентов – по состоянию на 31.11.2023 и с последующим начислением с 01.12.2023.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

отклонить ходатайства об оставлении иска без рассмотрения ввиду наличия арбитражной оговорки о подсудности дела Гонконгскому международному арбитражному центру (ГМАЦ) и о выделении требований к ответчикам Линде Юкей Холдингc № 2 Лимитед, ФИО8 № 3 Б.В. и ФИО9 Лимитед в отдельное производство.

Взыскать солидарно с Линде ГмбХ (рег. номер HRВ 256407), Линде ПЛС (рег. номер 606357), Линде Юкей Холдингc № 2 Лимитед (рег. номер 11991418), ФИО8 № 3 Б.В. (рег. номер 24425263) и ФИО9 Лимитед (рег. номер 12932181) в пользу общества с ограниченной ответственностью ООО «РусХимАльянс» (ИНН <***>) задолженность в размере 669 700 106 евро 90 евроцентов в рублях по официальному курсу Банка России на дату фактического исполнения решения суда и 30 709 407 903 руб. 09 коп. убытков, состоящие из:

- 651 902 033 евро 76 евроцентов в качестве возврата неотработанного авансового платежа;

- 30 328 589 483 руб. 52 коп. убытков в связи с расторжением Контракта;

- 17 798 073 евро 14 евроцентов и 380 818 419 руб. 57 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Взыскать солидарно с Линде ГмбХ (рег. номер HRВ 256407), Линде ПЛС (рег. номер 606357), Линде Юкей Холдингc № 2 Лимитед (рег. номер 11991418), ФИО8 № 3 Б.В. (рег. номер 24425263) и ФИО9 Лимитед (рег. номер 12932181) в пользу общества с ограниченной ответственностью ООО «РусХимАльянс» (ИНН <***>) проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные за период с 01.12.2023 на сумму 669 700 106 евро 90 евроцентов по ставке 4% годовых за каждый день просрочки по дату фактического исполнения обязательств по уплате 669 700 106 евро 90 евроцентов.

Обратить взыскание на принадлежащее Линде ГмбХ (рег. номер HRВ 256407) имущество в счет погашения задолженности в пользу общества с ограниченной ответственностью ООО «РусХимАльянс» (ИНН: <***>) в виде:

- Всех акций Линде ГмбХ (рег. номер HRВ 256407) в уставном капитале АО «Линде Газ Рус» (ИНН: <***>) путем реализации в рамках исполнительного производства с учетом преимущественных прав иных участников (акционеров), гарантированных законом;

- Всех акций Линде ГмбХ (рег. номер HRВ 256407) в уставном капитале АО «Линде Уралтехгаз» (ИНН: <***>) путем реализации в рамках исполнительного производства с учетом преимущественных прав иных участников (акционеров), гарантированных законом;

- 100% доли в уставном капитале ООО «Линде Газ Новотроицк» (ИНН: <***>) путем реализации в рамках исполнительного производства;

- 100% доли в уставном капитале ООО «Линде Газ Липецк» (ИНН: <***>) путем реализации в рамках исполнительного производства;

- 19,90% доли в уставном капитале ООО «Газпром Линде Инжиниринг» (ИНН: <***>) путем реализации в рамках исполнительного производства с учетом преимущественных прав иных участников, гарантированных законом;

- 100% доли в уставном капитале ООО «Линде Инжиниринг Рус» (ИНН: <***>) путем реализации в рамках исполнительного производства;

- 100% доли в уставном капитале ООО «Криостар Рус» (ИНН: <***>) путем реализации в рамках исполнительного производства.

Обратить взыскание на принадлежащее ЛИНДЕ ЮКЕЙ ХОЛДИНГC № 2 ЛИМИТЕД (LINDE UK HOLDINGS NO. 2 LIMITED, Рег. номер: 11991418) имущество в счет погашения задолженности в пользу общества с ограниченной ответственностью «РусХимАльянс» (ИНН: <***>) в виде:

- 100% доли в уставном капитале ООО «ПРАКСЭА РУС» (ИНН <***>) путем реализации в рамках исполнительного производства;

- 10% доли в уставном капитале ООО «ПРАКСАЙР ВОЛГОГРАД» (ИНН <***>) путем реализации в рамках исполнительного производства с учетом преимущественных прав иных участников, гарантированных законом.

В удовлетворении иска в остальной части отказать.

Взыскать солидарно с Линде ГмбХ (рег. номер HRВ 256407), Линде ПЛС (рег. номер 606357), Линде Юкей Холдингc № 2 Лимитед (рег. номер 11991418), ФИО8 № 3 Б.В. (рег. номер 24425263) и ФИО9 Лимитед (рег. номер 12932181) в пользу Русхимальянса (ИНН: <***>) 242 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.


Судья Бутова Р.А.