Постановление от 10 декабря 2019 г. по делу № А60-52847/2015



АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075, http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1951/17

Екатеринбург

10 декабря 2019 г.


Дело № А60-52847/2015



Резолютивная часть постановления объявлена 09 декабря 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 декабря 2019 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н.В.,

судей Рогожиной О.В., Пирской О.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее – Сбербанк) на определение Арбитражного суда Свердловской области от 10.06.2019 по делу № А60-52847/2015 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного судаот 10.09.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времении месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители: Сбербанка – Туманов А.А. (доверенность от 25.10.2018); Ёлкина Артема Олеговича – Петренко Р.Г. (доверенность от 15.06.2018); а также Ёлкина Елена Николаевна (лично) и ее представитель Софронова Г.В. (доверенность от 01.06.2018).


Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.11.2015 по заявлению Сбербанка возбуждено производство по настоящему делу о признании гражданина Ёлкина Олега Вячеславовича (далее – Должник) несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 27.11.2016 гражданин Ёлкин О.В. признан несостоятельным (банкротом), открыта процедура реализации принадлежащего ему имущества, финансовым управляющим утвержден Бажин Иван Борисович.

Определением от 26.06.2018 суд применил при рассмотрении настоящего дела правила параграфа 4 главы X Федерального закона от 26.10.2002№ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), устанавливающие особенности рассмотрения дела о банкротстве гражданинав случае его смерти.

Определением суда от 03.04.2019 финансовым управляющим имуществом Должника утвержден Сачев Игорь Михайлович.

Сбербанк обратился 21.02.2019 в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о привлечении Ёлкиной Е.Н. к субсидиарной ответственности по обязательствам умершего супруга-должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.06.2019, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.09.2019, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе Сбербанк просит указанные судебные акты отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение.Свою позицию Сбербанк обосновывает тем, что на момент введения в действие института банкротства физических лиц вопрос привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности регулировался статьей 10 Закона о банкротстве, включенной в главу I названного Закона, которая в силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве подлежала применениюк неурегулированным главой Х указанного Закона отношениям, связаннымс несостоятельностью (банкротством) граждан; ссылается на то, что пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве это прямо не исключается, а также указывает на содержащуюся в приведенном в статье 2 Закона о банкротстве определении контролирующего должника лица ссылку на нахождение такового, в частности, в отношениях родства или свойства с должником, что возможно только в случае, если должником является физическое лицо, что, с точки зрения кассатора, свидетельствует не иначе как о том, что законодатель предусмотрел возможность привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих деятельность граждан-должников лиц. Контролирующий статус Ёлкиной О.В. по отношению к Должнику Сбербанк связывает с нормой пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, устанавливающей необходимость получения согласия другого супруга на совершение упомянутых в данной норме сделок, а также нормами этого Кодекса, регулирующими совершение брачных договоров/соглашений о разделе совместно нажитого имущества, поскольку их совершение возможно лишь при непосредственном участии другого супруга, что подразумевает его право определять перечень имущества, остающегося в собственности второго супруга; в данной части Сбербанк указывает на содействие Ёлкиной Е.Н. в выводе активов Должника, в том числе в результате дачи Должнику согласия на совершение ряда сделок и совершения между ними брачного договора; указание судов на признание сделок недействительными Сбербанк отвергает, указывая на то, что после признания сделок недействительными совместная собственность была разделена по иску Ёлкиной Е.Н. и в конкурсную массу включено лишь имущество Должника.

В отзыве на кассационную жалобу Ёлкина Е.Н. просит в ее удовлетворении отказать, оставив обжалуемые судебные акты в силе.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, установленном статьями 284 – 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа пришел к следующим выводам.

Как видно из материалов спора, Сбербанк, ссылаясь на аналогичные доводам ныне рассматриваемой кассационной жалобы обстоятельства, свидетельствующие, по его мнению, о наличии у Ёлкиной Е.Н. по отношению к Должнику статуса контролирующего лица и доведение ее неправомерными действиями Должника до банкротства, обратился в арбитражный суд с рассматриваемым требованием.

Отказывая в удовлетворении заявленных Сбербанком требований,суды исходили из того, что институт субсидиарной ответственности в банкротстве имеет целью привлечение к ответственности исключительно лиц, ответственных за действия должника-организации, поскольку само по себе юридическое лицо, являясь ничем иным, как юридической фикцией, способно приобретать права и принимать на себя обязанностей исключительно через свои органы управления, вследствие чего привлечение к субсидиарной ответственности позволяет возложить на указанных лиц неблагоприятные последствия за фактически собственные действия, опосредованные решениями и действиями юридического лица.

Гражданин же, являясь полностью право и дееспособным, самостоятельно несет ответственность за участие в гражданском оборотев качестве субъекта предпринимательской и иной деятельности.

Учитывая изложенное и указав о том, что указанные Сбербанкомв качестве вредоносных сделки по отчуждению активов Должника признаныв рамках настоящего дела о банкротстве недействительными с применением последствий их недействительности в виде возврата соответствующего имущества в конкурсную массу Должника, суды нижестоящих инстанций правомерно отказали в удовлетворении настоящего требования.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы,изучения материалов дела считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций являются правильными, соответствующими фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам и основанными на верном толковании ими положений действующего законодательства.

Приведенные в кассационной жалобе доводы судом округа отклоняются.

Так, вопреки мнению Сбербанка, на дату открытия в отношении Должника процедуры реализации имущества (резолютивная часть решения объявлена 21.11.2016) действовала редакция абзаца 34 статьи 2 Закона о банкротстве без учета изменений, внесенных в нее Федеральным закономот 23.06.2016 № 222-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (пункты 4, 6 и 7 названного Закона),в соответствии с которой контролирующим должника лицом считалось лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной ответственностью, руководитель должника).

Как видно из приведенного определения, оно не содержит каких-либо оснований и условий для распространения признака контроля, проистекающего из антикоррупционного законодательства, на отношения двух граждан между собой.

Действительно, на дату введения в отношении Должника процедуры банкротства являлась действующей статья 10, содержащаяся в главе I Законао банкротстве.

Однако, несмотря на закрепленное в норме пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве предписание о том, что неурегулированные главой Х названного Закона отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются, в том числе главой I этого Закона, необходимо признать, что статья 10 Закона о банкротства в части установления материально-правовых основанийдля привлечения соответствующих лиц в деле о банкротстве к субсидиарной ответственности распространяет свое действие на следующих субъектов: контролирующее должника лицо (ответственность, предусмотренная пунктами 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве), руководитель должника либо ликвидационная комиссия (ответственность, установленная пунктом 2 статьи 10 упомянутого Закона), лицо, на которое возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и/или бухгалтерской/финансовой отчетности должника (ответственность, предусмотренная абзацем 4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве), единоличный исполнительный орган должника (в части ответственности, установленной абзацем 5 пункта 4 статьи 10 данного Закона).

Таким образом, следует признать ошибочным мнение Сбербанка о том, что действующим, в том числе в спорный период, законодательствомо банкротстве, регулирующим вопросы несостоятельности граждан, возможность привлечения к субсидиарной ответственности каких-либо лицпо обязательствам должника-гражданина не предусмотрена, что в силупункта 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации исключает удовлетворение заявленных им требований.

Утверждение Сбербанка о том, что контроль Ёлкиной Е.Н.над Должником вытекает из положений семейного законодательства,также необоснованно, поскольку в силу статьи 2 Семейного кодекса Российской Федерации семейное законодательство, в частности, устанавливает порядок осуществления и защиты семейных прав и регулирует личные неимущественные и имущественные отношения между супругами,при этом брачно-семейные отношения, как указано в статье 1 обозначенного Кодекса, строятся на чувствах взаимной любви и уважения, принципах взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, равенства прав супругов в семье, разрешения внутрисемейных вопросов по взаимному согласию и т.п. Таким образом, данный Кодекс не содержит в себе положений, допускающих построение брачно-семейных отношений на основе подконтрольности одних его участников другим, поскольку такое регулирование указанной сферы отношений не отвечало бы основным и руководящим началам, заложенным в части 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации и явившимся основанием к принятию и введению в действие Семейного кодекса Российской Федерации.

Доводы Сбербанка о том, что в результате применения последствий недействительности сделок в конкурсную массу возвращено лишь имущество Должника, поскольку после признания сделок недействительными совместная собственность была разделена по иску Ёлкиной Е.Н., судом округа также отклоняются, поскольку в деле о банкротстве должника-гражданина его личные обязательства погашаются за счет его личного имущества, а также стоимости общего имущества супругов, приходящейся на долю должника(пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерацииот 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан»), при этом, даже если учесть, что имел место нарушающий,по мнению Сбербанка, его права и законные интересы раздел в судебном порядке супругами Ёлкиными совместно нажитого ими имущества,Сбербанк вправе обжаловать соответствующий судебный акт в части раздела имущества в установленном процессуальным законодательством порядке (пункт 9 указанного выше постановления Пленума).

Таким образом, учитывая, что нарушений норм материальногои (или) процессуального права, являющихся основанием для измененияили отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено, следует признать, что судебные акты являются законными и обоснованными, ввиду чего отмене по приведенным в кассационной жалобе доводам не подлежат.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 10.06.2019по делу № А60-52847/2015 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.09.2019 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу публичного акционерного общества «Сбербанк России» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Н.В. Шершон


Судьи О.В. Рогожина


О.Н. Пирская