Постановление от 16 ноября 2022 г. по делу № А71-15318/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4223/19

Екатеринбург

16 ноября 2022 г.


Дело № А71-15318/2017


Резолютивная часть постановления объявлена 10 ноября 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 ноября 2022 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Морозова Д.Н.,

судей Пирской О.Н., Шавейниковой О.Э.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1, ФИО2, ФИО3 на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.08.2022 по делу № А71-15318/2017 Арбитражного суда Удмуртской Республики.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в здании суда округа приняли участие представители:

ФИО1 – ФИО4 по доверенности от 30.11.2020, ФИО5 по доверенности от 02.08.2022;

закрытого акционерного общества «ИжДрил-НордЭкс-ХунХуа» (далее – общество «ИНХ», кредитор) – ФИО6 по доверенности от 03.08.2022.


Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.09.2017 принято к производству заявление ФИО1 о признании его банкротом.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 24.11.2017 ФИО1 признан банкротом, в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО7.

Конкурсный кредитор общество «ИНХ» 08.11.2018 обратился в суд с заявлением о признании недействительными ряда сделок должника и его супруги по распоряжению объектами недвижимости.

Определением суда от 02.04.2019 требования общества «ИНХ» об оспаривании сделок выделены в отдельные производства, тем самым инициировано семь обособленных споров.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 06.09.2019 один из обособленных споров рассмотрен, в удовлетворении заявления общества «ИНХ» о признании недействительными сделок по отчуждению квартиры по адресу: <...> отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2020 определение суда от 06.09.2019 отменено, принят новый судебный акт, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 08.06.2020 определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 06.09.2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2020 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 30.09.2020 шесть обособленных споров в отношении объектов недвижимости жилого и иного потребительского назначения объединены для совместного рассмотрения.

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО8, публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее – общество «Сбербанк»).

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республикиот 21.03.2022 заявление общества «ИНХ» о признании недействительными сделок, совершенных в отношении имущества ФИО1 и его супруги, удовлетворено частично.

Постановлением Семнадцатого арбитражного суда определение суда от 21.03.2022 отменено, принят новый судебный акт, требования общества «ИНХ» удовлетворены в полном объеме, признаны недействительными:

1) договор дарения от 10.06.2014 № 01/056/2014-718 в отношении нежилого сооружения (гараж) с кадастровым номером 18:26:020140:515 по адресу: <...>, кооператив «Олимп», гараж 2106;

2) договоры дарения от 10.06.2014 № 01/056/2014-718, от 20.07.2015, от 20.08.2015 № 18/001/034/2015-127, от 26.05.2016 в отношении недвижимого имущества (жилой дом и земельный участок) по адресу: Удмуртская Республика, г. Ижевск, мкр. Пазелинский, ул. Сосновый бор, 2, кадастровые номера 18:26:010203:135 и 18:26:10029:15;

3) договоры дарения от 26.08.2014, 06.08.2015, договор купли-продажи от 03.09.2015 жилого помещения (квартира) по адресу: <...>, кадастровый номер 18:27:040101:1516;

4) договоры дарения от 10.06.2014 № 01/056/2014-717, от 06.08.2015, договоры купли-продажи от 03.09.2015 № 001/032/2015-1180, от 02.10.2018 № 18/140/211/2018-4831 жилого помещения (квартира) по адресу: <...>, кадастровый номер 18:26:010129:1840;

5) договоры дарения от 10.06.2014, 06.08.2015, договор купли-продажи от 03.09.2015 жилого помещения (квартира) по адресу: <...>, кадастровый номер 18:26:020283:14;

6) договоры дарения от 28.07.2015, 19.08.2015, договор купли-продажи от 03.09.2015 жилого помещения (квартира) по адресу: <...>, кадастровый номер 18:26:010129:270, и подземных автостоянок (машиномест) № 52 и 53 по адресу: <...>, кадастровые номера 18:26:010129:2770, 18:26:010129:2771.

Применены последствия недействительности сделок в виде возврата спорного имущества и взыскания денежных средств в конкурсную массу должника.

Не согласившись с постановлением апелляционного суда, ФИО1, ФИО2 и ФИО3 обратились в Арбитражный суд Уральского округа с самостоятельными кассационными жалобами, в которых просят постановление суда от 08.08.2022 отменить в части трех квартир и двух машиномест.

Заявители кассационных жалоб ссылаются на несоответствие выводов судов представленным в материалы дела доказательствам, неправильное применение судами норм материального права.

Относительно договоров в отношении квартиры, расположенной по адресу: <...>, в кассационной жалобе ФИО1 выражает несогласие с выводами суда апелляционной инстанции об отсутствии у ФИО2 финансовой возможности по покупке указанной квартиры, нецелесообразности ее приобретения в другом населенном пункте. Должник указывает, что на 03.09.2015 он не имел задолженности перед кредиторами и не мог совершить сделку с целью причинения им вреда, а также на то, что судебным актом отказано в привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «ИНХ», где указано на недоказанность наличия причинно-следственной связи между совершением ФИО1 сделок и наступлением банкротства общества «ИНХ». Кроме того, должник ссылается на добросовестность ФИО2 и изложенные ею обстоятельства в отзыве на апелляционную жалобу, а также утверждает о необоснованности выводов судебной коллегии об оценке доказательств – противоречивости характера справок формы 2-НДФЛ, представленных ФИО2, и отсутствии целесообразности приобретения ею квартиры в связи с немотивированностью выводов. ФИО1 приводит доводы о несогласии с оценкой суда апелляционной инстанции представленным в дело доказательствам поступления денежных средств по договору купли-продажи в связи с возможностью осуществления платежей наличными денежными средствами, относительно отчуждения спорной квартиры ФИО9 утверждает о том, что не контролировал данную сделку.

По сделкам в отношении квартиры, расположенной по адресу: <...>, должник выражает несогласие с выводами судебной коллегии об аффилированности должника с ФИО10 и отсутствия в материалах дела доказательств несения расходов на содержание данного имущества. Так, заявитель кассационной жалобы указывает, что в материалах дела нет доказательств, свидетельствующих о наличии каких-либо устойчивых связей, позволяющих усомниться в добросовестности ФИО10, полагает, что представление интересов ФИО10 ФИО11 не свидетельствует о недействительности сделки, поскольку договор заключен в установленной форме со всеми реквизитами и зарегистрирован уполномоченным органом.

В отношении сделок, предметом которых являются квартира по адресу: <...>, и подземные автостоянки (машиноместа) № 52 и 53, кассатор утверждает об ошибочности выводов суда апелляционной инстанции об аффилированности должника с ФИО3, а также об отсутствии у покупателя финансовой возможности по покупке указанной квартиры и нецелесообразности ее приобретения в другом населенном пункте. Кассатор указывает, что его аффилированность с ФИО3 не установлена, а также ссылается на несостоятельность вывода апелляционного суда об отсутствии финансовой возможности у покупателя, поскольку расчеты между сторонами осуществлены наличными денежными средствами.

В связи с изложенным должник полагает, что в материалах дела нет доказательств недобросовестного поведения ФИО2, ФИО3 и ФИО10, судом апелляционной инстанции не дана оценка доводам должника, в связи с чем просит отменить постановление суда от 08.08.2022 в части признания недействительными сделок в отношении пяти объектов недвижимости.

ФИО3 в кассационной жалобе указывает на то, что он является добросовестным приобретателем жилого помещения, расположенного по адресу: <...>, и подземных автостоянок (машиномест) № 52 и 53 по адресу: <...>, поскольку при приобретении проверил спорные объекты на предмет наличия арестов, залогов и иных обременений.

ФИО2 в жалобе полагает, что выводы суда апелляционной инстанции о ее недобросовестном поведении, злоупотреблении ею правом являются несостоятельными, поскольку при приобретении квартиры она действовала через риелтора, а также утверждает, что она не является аффилированным лицом с ФИО1 Таким образом, ФИО2 просит отменить постановление суда в части признания недействительными сделок в отношении квартиры, расположенной по адресу: <...>.

В отзывах на кассационные жалобы общество «ИНХ» просит оставить оспариваемый судебный акт без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Законность обжалуемого судебного акта проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационных жалоб. Таким образом, доводы кассационных жалоб заявлены в отношении пяти объектов недвижимости в г. Ижевске – квартир по адресам: ул. Холмогорова, д. 24, кв. 220; ул. Удмуртская, д. 294, кв. 41; ул. Холмогорова, д. 20, кв. 7 и машиномест № 52 и 53 в подземной автостоянке по адресу: ул. Холмогорова, д. 20А.

При рассмотрении спора судами установлено и материалами дела подтверждено, что в отношении жилого помещения (квартиры) по адресу: <...>, кадастровый номер 18:26:010129:1840, совершены следующие сделки.

Супругой должника ФИО12 (даритель) заключен договор дарения от 10.06.2014 № 01/056/2014-717, согласно которому даритель передает ФИО13 (одаряемый, сын должника) безвозмездно в собственность предмет дарения (квартиру).

Файрушиным Равилем Ф. (даритель) заключен договор дарения от 06.08.2015, согласно которому он передает ФИО12 и ФИО1 (одаряемые) безвозмездно в собственность предмет дарения (квартиру).

Между супругами Ф-ными (продавцы) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи от 03.09.2015 № 001/032/2015-1180, согласно которому покупатель приобретает предмет договора (квартиру) за 2 500 000 руб.

Между ФИО2 (продавец) и ФИО9 (ранее – ФИО16) Юлией Валерьевной (покупатель, племянница супруги должника) заключен договор купли-продажи от 02.10.2018 № 18/140/211/2018-4831, согласно которому покупатель приобретает предмет договора (квартиру) за 2 500 000 руб.

В отношении жилого помещения (квартиры) по адресу: <...>, кадастровый номер 18:26:020283:14, совершены следующие сделки.

Должником (даритель) заключен договор дарения от 10.06.2014 № 01/057/2014-806, согласно которому он передает ФИО13 (одаряемый, сын должника) безвозмездно в собственность одаряемого предмет дарения (квартиру).

Файрушиным Рамилем Ф. (даритель) заключен договор дарения от 06.08.2015 № 18-18-18/001/011/2015-95, согласно которому он передает ФИО12 и ФИО1 (одаряемые) безвозмездно в собственность одаряемых предмет дарения (квартиру).

Между супругами Ф-ными (продавцы) и ФИО10 (покупатель) заключен договор купли-продажи от 03.09.2015, согласно которому покупатель приобретает предмет договора (квартиру) за 3 000 000 руб.

В дальнейшем данная квартира отчуждена ФИО10 в пользу ФИО8, о чем в ЕГРН имеется запись от 24.07.2017, цена сделки составила 3 000 000 руб.

В отношении жилого помещения (квартиры) по адресу: <...>, кадастровый номер 18:26:010129:270, и подземных автостоянок (машиномест) № 52 и 53 по адресу: <...>, кадастровые номера 18:26:010129:2770, 18:26:010129:2771, совершены следующие сделки.

Должником (даритель) заключен договор дарения от 28.07.2015, согласно которому он передает ФИО12 (одаряемый, супруга) безвозмездно в собственность одаряемого предмет дарения (квартиру и машиноместа).

ФИО12 (даритель) заключен договор дарения от 19.08.2015, согласно которому она передает должнику (одаряемый, должник) безвозмездно в собственность одаряемого 1/2 доли в праве собственности предметов дарения (квартиру и машиноместа).

Между супругами Ф-ными (продавцы) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи от 03.09.2015, согласно которому покупатель приобретает предмет договора (квартиру и машиноместа) за 5 000 000 руб.

Ссылаясь на то, что совокупность указанных сделок имела своей целью фактический вывод активов должника и в результате совершения спорных сделок должником причинен ущерб кредиторам, общество «ИНХ» обратилось в суд с заявлением об оспаривании, в том числе, и указанных сделок в рамках дела о банкротстве ФИО1 Кредитор также указывал на то, что в рамках дела № А71-13039/2010 о банкротстве общества «ИНХ» с ФИО1 взыскано 105 755 000 руб. убытков.

Возражая против заявленных требований, ФИО1 и финансовый управляющий ФИО7 ссылались на недоказанность того, что целью совершения спорных сделок было намерение должника причинить вред имущественным интересам его кредиторов.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований общества «ИНХ» в части оспариваемых договоров в отношении спорных квартир и машиномест, исходил из того, что из материалов дела не усматривается, что стороны названных договоров могли или должны были знать о цели совершения спорных договоров, и поскольку сделки, предшествующие заключению договоров купли-продажи, способствовали возврату спорного имущества должника в совместную собственность супругов Ф-ных, то полученные денежные средства по возмездным сделкам (конечные сделки) также обладают режимом совместной собственности супругов, то есть по результатам заключения сделок с ФИО2, ФИО10, ФИО3 вред конкурсной массе должника не причинен.

Отменяя определение суда первой инстанции в рассматриваемой части и удовлетворяя заявленные требования кредитора в полном объеме, суд апелляционной инстанции исходил из следующего.

Согласно статье 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» установлено, что пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции данного Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3-5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции данного Федерального закона).

Оспариваемые сделки (совокупность или цепочка сделок в отношении каждого из названных объектов недвижимости должника) осуществлялись в период как до 01.10.2015, так и после, следовательно, правовым основанием для признания их недействительными может являться нарушение общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа абзацем первым пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздел 1 части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда может быть включено уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом – это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Таким образом, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Судом апелляционной инстанции установлено, что ФИО1 являлся генеральным директором и членом совета директоров общества «ИНХ», в отношении которого решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 27.03.2012 по делу № А71-13039/2010 открыто конкурсное производство. В рамках указанного дела в период рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, т.е. с 30.08.2013 (28.07.2016 с ФИО1 взыскано 105 755 000 руб. убытков, в основу которых были положено совершение им сделок, признанных недействительными постановлениями суда от 05.06.2014 и от 10.06.2014), ФИО1 начал выводить личные активы, в том числе активы, находящиеся в режиме общей совместной собственности супругов Ф-ных.

Должником в апреле-августе 2014 г. безвозмездно передана аффилированным лицам часть имущества, а в июле-августе 2015 г. произведена обратная передача активов должнику и его супруге с изменением режима собственности на долевую, в дальнейшем с сентября 2015 г. активы должника отчуждены формально незаинтересованным лицам.

Апелляционным судом отмечено, что сделки заключены в один день, с разными покупателями, однако представителем всех покупателей являлась родственница супруги должника – ФИО16 (ныне ФИО9) Ю.В., и сделан вывод о нетипичности данной ситуации, при которой свойственник продавца, сопровождая сделки купли-продажи, выступает при этом представителем покупателей по доверенности, заключает договоры, по акту принимает квартиры, ключи и документы.

Кроме того, судом апелляционной инстанции установлено, что покупатели по спорным сделкам не имели финансовой возможности произвести оплату за приобретаемое ими недвижимое имущество, а также они не проживали в приобретенных квартирах и не несли расходы по их содержанию.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводам о том, что спорное имущество продолжает находиться в пользовании и распоряжении семьи должника, целью совершения сделок покупателями не являлось приобретение ими в собственность недвижимого имущества для его непосредственной эксплуатации по прямому назначению – для проживания; имущество было формально перерегистрировано на номинальных (мнимых) собственников для обеспечения невозможности обратить на него взыскание по долгам ФИО1

Апелляционный суд отметил, что действия покупателей (включая ФИО2, ФИО10 и ФИО3), выразившиеся в выдаче доверенностей незнакомому лицу - племяннице супруги должника (т.е. свойственнику должника), рекомендованному продавцом, для заключения от их имени сделок купли-продажи недвижимого имущества с последующей передачей такому неизвестному лицу без каких-либо подтверждающих документов значительных сумм денежных средств, не характерны для сделок купли-продажи недвижимости между физическими лицами - обычными покупателями и продавцами, т.е. не состоящими в особых доверительных отношениях с должником, не раскрываемых перед судом. Кроме того, судебным актом при рассмотрении другого обособленного спора было установлено, что девичьей фамилией ФИО2 является ФИО14.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела документы, доводы и возражения участвующих в деле лиц, исходя из конкретных обстоятельств настоящего спора, принимая во внимание совершение сделок в одно время и по одинаковой нетипичной схеме, отсутствие у покупателей финансовой возможности на приобретение ими недвижимого имущества и убедительных доказательств произведенных расчетов, экономической целесообразности в приобретении спорного имущества, а также факт того, что покупатели не проживали в приобретенных квартирах и не несли расходов по их содержанию, суд апелляционной инстанции с учетом фактических обстоятельств пришел к выводам о том, что оспариваемые сделки не привели к утрате контроля должника за своими активами (шире – семьи Ф-ных), отчуждение активов производилось в пользу лиц, являющихся аффилированными к должнику в силу родственных (свойственных) отношений и в силу фактических доверительных отношений, а также о поведении должника, не соответствующем критериям поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы других лиц.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности совокупности условий, позволяющих признать оспариваемые договоры дарения от 10.06.2014 (два договора), 06.08.2015 (два договора), 28.07.2015, 19.08.2015, договоры купли-продажи от 03.09.2015 (три договора), 02.10.2018 недействительными (ничтожными) на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как совершенные в условиях злоупотребления правом с целью невозможности обратить взыскание по долгам ФИО1 на указанные объекты недвижимости посредством отчуждения в пользу внешне добросовестных приобретателей.

Руководствуясь положениями пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61.6 Закона о банкротстве, суд правильно применил последствия недействительности безвозмездных сделок, заключенных при злоупотреблении правом, обязав вернуть в конкурсную массу должника четыре объекта недвижимости; судом апелляционной инстанции также учтено, что ФИО8 является независимым (добросовестным) приобретателем квартиры по адресу: <...>, которая приобретена третьим лицом с использованием кредитных средств, выданных банком под обеспечение ипотекой спорной квартиры, а потому взыскал с ФИО10 в конкурсную массу должника денежный эквивалент спорной квартиры (денежные средства в сумме 3 000 000 руб.).

Суд кассационной инстанции по результатам рассмотрения кассационных жалоб считает, что выводы суда апелляционной инстанции о нетипичности спорных сделок, а также аффилированности должника, его супруги и ответчиков сделаны на основании исследования и совокупной оценки приведенных доводов и доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам данного спора и имеющимся в деле доказательствам, основаны на верном применении норм права, регулирующих спорные отношения.

Ссылка ФИО1 в кассационной жалобе на отсутствие задолженности перед обществом «ИНХ» на 03.09.2015 – дату отчуждения объектов недвижимости ФИО2, ФИО3 и ФИО10 и тем самым – цели причинения вреда кредиторам, поскольку убытки были взысканы с него только 28.07.2016, судом не принимается. С учетом основания для взыскания убытков с должника – совершения им сделок, признанных недействительными в связи с необоснованным перечислением денежных средств постановлениями суда апелляционной инстанции от 05.06.2014 и от 10.06.2014, ФИО1 как руководитель общества «ИНХ» не мог не знать о неудовлетворительном экономическом состоянии как данного общества, так и аффилированных с ним обществ с ограниченной ответственностью «ИжДрил-Нордекс-ХунХуа» и «Северная экспедиция Петролеум», а соответственно, должен был прогнозировать невозможность исполнения данными обществами постановлений суда апелляционной инстанции от 05.06.2014 и от 10.06.2014, а тем самым возникновение у себя признака недостаточности имущества на указанные даты.

Довод должника о неправильной оценке апелляционным судом доказательств по делу подлежит отклонению, поскольку вопрос относимости, допустимости и достоверности доказательств разрешается судами первой и апелляционной инстанций в каждом конкретном случае исходя из обстоятельств дела и входит в круг вопросов, рассмотрение которых не относится к компетенции суда, рассматривающего дело в порядке кассационного производства (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» суд кассационной инстанции при проверке законности судебных актов, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливает правильность применения норм материального права и норм процессуального права, а также проверяет соответствие выводов судов первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Материалы дела исследованы судом апелляционной инстанции полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела, нормы материального права, применительно к установленным фактическим обстоятельствам, применены верно. Оснований для отмены судебного акта по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Все доводы кассаторов, изложенные в жалобах, судом округа отклоняются, поскольку являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, выводов суда не опровергают, о нарушении апелляционным судом норм права не свидетельствуют и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявители фактически ссылаются не на незаконность обжалуемого судебного акта, а выражают несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, и просят еще раз пересмотреть дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

С учетом изложенного обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции отмене не подлежит, оснований для удовлетворения кассационных жалоб не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.08.2022 по делу № А71-15318/2017 Арбитражного суда Удмуртской Республики оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО1, ФИО2, ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Д.Н. Морозов


Судьи О.Н. Пирская


О.Э. Шавейникова