Постановление от 11 июня 2020 г. по делу № А40-239656/2017

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

11.06.2020

Дело № А40-239656/17

Резолютивная часть постановления объявлена 04.06.2020

Полный текст постановления изготовлен 11.06.2020

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего-судьи Голобородько В.Я.,

судей Коротковой Е.Н., Каменецкого Д.В.

при участии в заседании:

от временного управляющего ООО «Фирма Тристан» - ФИО1 по дов. от 16.10.2019

от ФИО6 – ФИО2 по дов. от 20.12.2019

от УФНС по г. Москве – ФИО3 по дов. от 12.09.2019

от ФИО4 – ФИО5 по дов. от 15.01.2020

рассмотрев 04.06.2020 в судебном заседании кассационные жалобы ФИО6, ФИО4

на определение от 03.12.2019

Арбитражного суда г. Москвы

на постановление от 11.02.2020

Девятого арбитражного апелляционного суда

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Фирма Тристан», о признании недействительной сделкой договора купли-продажи недвижимого имущества от 17.05.2016, заключенного между должником и ФИО4, возврате имущества в конкурсную массу;

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 31.05.2019 Общество с ограниченной ответственностью «Фирма Тристан» (ОГРН <***>, ИНН7718796293, КПП 773301001, место нахождения: 125464, <...>; далее – ООО «Фирма Тристан», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства сроком на 6 месяцев, конкурсным управляющим утвержден Кермас Дмитрий Сергеевич.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ИФНС России No 33 по г. Москве о признании недействительными сделок по купле-продаже недвижимого имущества от 17.05.2016, заключенных между ООО «Фирма Тристан» и ФИО4 (далее – ФИО4), истребовании в пользу должника земельный участок и нежилое здание из чужого незаконного владения ФИО6 ̆ Ольги Геннадьевны (далее – ФИО6).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 03.12.2019 указанное заявление уполномоченного органа удовлетворено, недействительными признаны сделки по купле-продаже недвижимого имущества от 17.05.2016, заключенные между ООО «Фирма Тристан» и ФИО4, применены последствия недействительности сделок, истребовано в конкурсную массу должника из чужого незаконного владения ФИО6 ̆ О.Г. следующее имущество: земельный участок площадью 122 кв. м., кадастровый номер 77:01:0004026:3517, расположенный по адресу: 123317, <...>, и нежилое здание площадью 204,4 кв. м., кадастровый номер 77:01:0004026:1029, расположенное по адресу: 123317. <...>. Кроме того, названным судебным актом отказано в удовлетворении ходатайства о прекращении производства по обособленному спору.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.02.2020 определение суда первой инстанции от 03.12.2019 оставлено без изменения.

Не соглашаясь с названными судебными актами, ФИО6 и ФИО4 обратились с кассационными жалобами, в которой просили отменить судебные акты, направить дело на новое рассмотрение.

В обосновании кассационной жалобы ФИО6 ссылалась на то, что судами не было учтено, что обособленный спор не относится к компетенции арбитражных судов, а также на то, что судами сделан ошибочный вывод о недобросовестности ответчика, не основанный на представленных в материалы обособленного спора доказательствах.

На аналогичные обстоятельства в своей кассационной жалобе ссылается ФИО4

В соответствии с абзацем 2 ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, заслушав представителей, участвующих в судебном заседании, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 286, 287, 288 АПК РФ законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия считает, что оспариваемые судебные акты не подлежат отмене по следующим мотивам.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и следует из материалов дела, 17.05.2016 были совершены сделки между ООО «Фирма Тристан» и ФИО4 по отчуждению следующего недвижимого имущества:

- земельный участок площадью 122 кв. м., кадастровый номер 77:01:0004026:3517, расположенный по адресу: 123317, <...>,

- нежилое здание площадью 204,4 кв. м., кадастровый номер 77:01:0004026:1029, расположенное по адресу: 123317. <...>.

Впоследствии, 05.12.2017 названное имущество было передано ФИО4 в пользу ФИО6 ̆ О.Г. по договору купли-продажи недвижимого имущества.

Уполномоченный орган, полагая, что сделки по отчуждению указанных объектов недвижимого имущества отвечают признакам недействительных сделок по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 No 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратился в Арбитражный суд города Москвы с рассматриваемым в рамках настоящего обособленного спора заявлением. Уполномоченный орган, ссылаясь на недобросовестность ФИО6 ̆ О.Г., просил истребовать спорное имущество из чужого незаконного владения.

Суды первой и апелляционной инстанций согласились с доводами уполномоченного органа, удовлетворив заявленные требования.

Суд округа находит выводы судебных инстанций обоснованными, по следующим мотивам.

Согласно ст. 223 АПК РФ, ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 названного Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Заявление о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Фирма Тристан» принято к производству определением Арбитражного суда города Москвы от 24.01.2018.

Суды пришли к правомерному выводу о том, что оспариваемые сделки совершены 17.05.2016, то есть в течение срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Материалами дела подтверждается, что в период с 01.01.2012 по 31.12.2014 у ООО «Фирма Тристан» появились признаки объективного банкротства.

Так, на основании решения заместителя начальника ИФНС России No 33 по г. Москве о проведении выездной налоговой проверки от 10.08.2015 No 20/62 проведена выездная налоговая проверка в отношении ООО «Фирма Тристан» по вопросам правильности исчисления налогов за период с 01.01.2012 по 31.12.2014.

По итогам данной проверки вынесено решение от 12.01.2017 No 19/1523/1 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, налогоплательщику была доначислена к уплате сумма в размере 528 875 800,00 руб., в том числе основной долг - 372 323 320,00 руб., пени - 90 616 077,00 руб., штраф – 65 936 403.00 руб.

Кроме того, у должника имелись неисполненные обязательства перед ООО «Юниконсалт». Согласно решению Арбитражного суда г. Москвы от 01.02.2017 по делу No А41-87087/2016 с ООО «Фирма Тристан» взыскана задолженность в пользу ООО «Юниконсалт» в размере 93 871 342,81 руб., неустойка в размере 9 682 130,82 руб. Данная задолженность образовалась в результате неисполнения обязанности ООО «Фирма Тристан» (Подрядчик) по оплате услуг исполнителя ООО «ПроектСервис» (Субподрядчик) согласно договору на выполнение подрядных работ No 363/1 от 31.03.2015, а именно по сносу строений согласно переданной подрядчиком проектной документацией.

Суды также пришли к выводу, что ФИО4 не мог не знать о неплатёжеспособности должника в спорный период, поскольку в период с 24.02.2010 по 28.11.2017 он являлся генеральным директором ООО «Фирма Тристан», а также учредителем должника с долей уставного капитала 10 000 руб. или 100% долей в период с 01.04.2011 по 24.10.2013.

В период с 25.10.2013 по 27.11.2017 учредителем ООО «Фирма Тристан» являлась ФИО7 с долей уставного капитала 10 000,00 руб. или 100% долей, проживавшая совместно с ФИО4

Следовательно, ФИО4 располагал информацией как о наличии задолженности у ООО «Фирма Тристан» перед кредиторами, так и о проведении и результатах выездной налоговой проверки.

При этом в указанный период ООО «Фирма Тристан» были отчуждены все ликвидные активы в пользу ФИО4, в том числе рассматриваемые в рамках настоящего обособленного спора земельный участок и нежилое помещение.

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причинённым имущественным правам кредиторов, понимается любое уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику.

С учетом изложенного суды пришли к правомерному выводу о представлении уполномоченным органом надлежащих доказательств наличия оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания недействительными сделок по отчуждению ООО «Фирма Тристан» недвижимого имущества в пользу ФИО4

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Как указывалось ранее, должник произвел отчуждение дорогостоящего имущества в пользу аффилированного с ним лица в период возникновения признаков неплатежеспособности.

Согласно выпискам банка по расчетному счету ООО «Фирма Тристан» денежные средства от ФИО4 поступили в феврале 2017 года в общей сумме 46 270 000 руб.

Однако 30.06.2017 и 04.07.2017 с расчетного счета должника денежные средства в размере 45 521 105,98 руб. перечислены обратно в адрес ФИО4 за оплату по договорам аренды помещения.

Кроме того, суды пришли к выводу, что оспариваемые сделки заключены с противоправной целью - лишения налогового органа возможности обеспечить взыскание за счет этого имущества, а не с целью получения прибыли в результате использования имущества в своей хозяйственной деятельности или в результате перепродажи.

Так, в декабре 2017 года между ФИО4 и ФИО6 ̆ О.Г. был заключен договор купли-продажи спорного имущества с ФИО6 ̆ О.Г. При этом согласно условиям договора купли-продажи объектов недвижимости от 05.12.2017 ФИО6 ̆ О.Г. была предоставлена отсрочка платежа на 36 месяцев, что свидетельствует об отсутствии экономического эффекта от сделки для ФИО4

Также материалами дела подтверждается аффилированность между ФИО4 и ФИО6 ̆ О.Г.

Согласно регистрационному делу, ФИО6 16.02.2010 подавала документы в регистрационной орган на создание юридического лица - ООО «Фирма Тристан». В период с 24.02.2010 по 31.03.2011 учредителем должника с долей уставного капитала 10 000 руб. являлось ООО «Инвестстрой», где генеральным директором являлась ФИО6, а учредителями - ФИО6 (50 % доли) и ФИО7 (50 % доли).

Кроме того, ФИО4 произвел отчуждение 19 объектов недвижимости, ранее ему принадлежавших на правах собственности, кадастровой стоимостью около 200 млн. руб. в пользу ФИО6 ̆ О.Г.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 No 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Такой подход соответствует правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 No 308-ЭС16-1475.

В рамках настоящего спора установлено, что между ФИО4 и ФИО6 ̆ О.Г. имелись устойчивые деловые связи, благодаря которым ФИО6 неоднократно приобретала в собственность недвижимое имущество. При этом исходя из условий договора купли-продажи объектов недвижимости от 05.12.2017 сделки заключались с предоставлением ФИО6 ̆ О.Г. значительной отсрочкой платежа. Доказательства того, что ФИО4 заключал сделки на аналогичных условиях и с другими контрагентами в материалы дела не представлены.

Принимая во внимание изложенное суды пришли к выводу о невозможности признать ФИО6 добросовестным приобретателем имущества.

Согласно разъяснениям, изложенных в абзаце 3 пункта 16 Постановления No 63, если право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например, по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки предъявляется по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к другой ее стороне. Если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации. В случае подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, оспаривающее сделку лицо вправе по правилам статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации соединить в одном заявлении, подаваемом в рамках дела о банкротстве, требования о признании сделки недействительной и о виндикации переданной по ней вещи; также возбужденное вне рамок дела о банкротстве тем же судом дело по иску о виндикации может быть объединено судом с рассмотрением заявления об оспаривании сделки - их объединенное рассмотрение осуществляется в рамках дела о банкротстве.

В соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе истребовать свое имуществу из чужого незаконного владения. Если имущество приобретено у лица, которое не имело имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности (основанной на сведениях Единого реестра прав), доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества. Наличие в соответствующем государственном реестре записи о праве собственности отчуждателя бесспорно не доказывает добросовестность приобретателя (п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации No 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда 10 Российской Федерации No 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

Как указывалось ранее, ФИО6 не может быть признана добросовестным приобретателем имущества, в связи с чем суд первой инстанции правомерно истребовал в конкурсную массу должника из чужого незаконного владения ФИО6 ̆ О.Г. спорные объекты недвижимого имущества.

Доводы кассационных жалоб об ошибочности вывода суда первой инстанции о том, что ФИО6 на момент совершения оспариваемых сделок состояла в браке отклоняются, как не имеющие правового значения и не свидетельствующие о принятии неправильного по существу судебного акта.

Доводы кассационных жалоб о недоказанности аффилированности между ФИО4 и ФИО6 ̆ О.Г. были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка, с которой соглашается суд кассационной инстанции, в том числе по мотивам, изложенным выше.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

На основании изложенного, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст. 176, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 03.12.2019, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.02.2020, по делу № А40-239656/17 оставить без изменения, кассационные жалобы без удовлетворения.

Отменить приостановление исполнения судебных актов, принятое определением Арбитражного суда Московского округа от 20.03.2020 года.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяВ.Я. Голобородько


Судьи:Е.Н. Короткова

Д.В. Каменецкий