Постановление от 12 декабря 2024 г. по делу № А33-26044/2023

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-26044/2023
г. Красноярск
13 декабря 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена «10» декабря 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен         «13» декабря 2024 года.


Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Морозовй Н.А.,

судей: Бутиной И.Н., Парфентьевой О.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии: от истца – ФИО2: ФИО3, представителя по доверенности от 13.08.2021,

от ответчика – ФИО4: ФИО5, представителя по доверенности от 11.10.2023;

от ответчика – ФИО6:  ФИО5, представителя по доверенности от 11.10.2023;

от общества с ограниченной ответственностью «ТРАНСТУР»: ФИО5, представитель по доверенности от 11.10.2023, ФИО6, руководителя на основании решения №2/2024 от 23.05.2024, приказа №23 от 06.06.2019,

третьего лица – ФИО6,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на решение Арбитражного суда Красноярского края

от «26» августа 2024 года по делу  № А33-26044/2023,

установил:

ФИО2 (далее – истец) обратилась в Арбитражный суд Красноярского края с иском к ООО «ТРАНСТУР» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – ответчик) о признании недействительными сделками договора возмездного оказания услуг №1 от 10.06.2019 и трудового договора № 4-К от 01.08.2019, заключенных ООО «ТРАНСТУР» в лице генерального директора ФИО6 с ФИО4, о применении последствий недействительности сделок путем восстановления сумм в размере 170 000 рублей и 780 000 рублей в соответствующих строках баланса ООО «ТРАНСТУР» по разделу «АКТИВЫ» и учету в составе чистых активов ответчика в целях определения действительной стоимости доли истца.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 15.09.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО6 и ФИО4.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 05.03.2024 ФИО4 исключен из числа третьих лиц, привлечен к участию в деле в качестве соответчика.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 26.08.2024 в удовлетворении иска общества с ограниченной ответственностью «Транстур» в лице ФИО2 к ФИО4 о признании сделок недействительными отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просил решение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель указывает следующее:

-     оспариваемые истцом сделки заключены ООО «ТРАНСТУР», в лице генерального директора ФИО6, и ее супруга ФИО8, в обход установленного законом порядка заключения обществом сделок с заинтересованностью;

-     о доходной части указанных сделок истец ни до, ни после их заключения не извещалась, материалы годового общего собрания за 2019 год также никаких сведений о их заключении не содержали, что подтверждается материалами дела и признавалось ответчиком;

-     о заключении ООО «ТРАНСТУР» с ФИО4 договора возмездного оказания услуг № 1 от 10.06.2019 на сумму 170 000 рублей и трудового договора на сумму 780 000 рублей за 2019 год истцу стало известно в 2023 года из заключения судебной экспертизы №13-2023 от 30.05.2023, проведенной по делу № А33-30142/2021 по корпоративному спору между ФИО2 и ООО «Транстур» об определении действительной стоимости 25% доли в уставном капитале ООО «Транстур», в связи с выходом участника ФИО2 из общества;

-     с учетом правовой позиции ВС РФ (Обзор судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществ от 25.12.2019) оспариваемые сделки, заключенные с нарушением установленного законом порядка, являются недействительными, так как совершены в интересах только части участников ООО «ТРАНСТУР», а именно в интересах ФИО6 как участника генерального директора и главного бухгалтера общества и ее семейного бюджета, поскольку в силу статьи 34 Семейного Кодекса РФ имущество, нажитое супругами во время брака, включая доходы от трудовой деятельности, является, их совместной собственностью, в результате доходная часть баланса ООО «ТРАНСТУР по результатам 2019 года (чистые активы общества, направляемые на выплату дивидендов его участникам) уменьшилась на 950 000 рублей, а доходная часть бюджета семьи А-вых напротив увеличилась на 950 000 рублей, что причиняет неоправданный вред ФИО2 как участнику общества, которая не выразила своего согласия на совершение соответствующих сделок, повлекших умаление доходной части общества в указанном размере и что в итоге нарушает права истца на получение действительной стоимости своей доли по результатам деятельности ООО «ТРАНСТУР» за 2019 год.

Ответчик представил в материалы дела отзыв на апелляционную жалобу, в котором возразил против удовлетворения жалобы, настаивая на законности и обоснованности обжалуемого судебного акта.

К отзыву ответчика приложены документы. При  этом, ФИО6 пояснила, что представленные дополнительные документы имеются в материалах дела, об их приобщении ходатайства нет. С учетом этого апелляционный суд не рассматривает вопрос о приобщении указанных выше доказательств к материалам дела, в связи с наличием указанных документов в материалах дела при рассмотрении дела в суде первой инстанции.

Третье лицо и ответчик ФИО4 представили в материалы дела отзывы на апелляционную жалобу, в которых возразили против удовлетворения жалобы, настаивая на законности и обоснованности обжалуемого судебного акта.

В судебном заседании представители сторон поддержали свои доводы, изложенные письменно.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом установлены следующие обстоятельства.

Общество с ограниченной ответственностью «ТРАНСТУР» (ИНН <***>, ОГРН <***>) создано и зарегистрировано Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 23 по Красноярскому краю 29.07.2003 с присвоением государственного регистрационного номера <***>.

Участниками ООО «ТРАНСТУР» изначально являлись ФИО4 (50% доли в уставном капитале общества) и ФИО9 (50% доли в уставном капитале общества) (протокол №1 от 28.07.2003). Функции руководителя общества осуществлял ФИО9

Общим собранием участников общества от 05.11.2008 на должность генерального директора общества назначена ФИО2 (протокол №6 от 28.07.2003).

12.01.2011 ФИО9 выведен из состава участников общества, ФИО2 принята в состав участников общества. После выхода из общества ФИО9 и распределения доли, принадлежащей ООО «ТРАНСТУР», между оставшимися участниками, уставный капитал общества составил 45 000 рублей: ФИО10 (50% - 22 500 рублей), ФИО4 (50% - 22 500 рублей).

14.07.2015 на основании договора дарения доли в уставном капитале 50 % доли ФИО4 в уставном капитале общества, номинальной стоимостью 22 500 рублей, перешли к ФИО6.

На внеочередном собрании участников общества номинальная стоимость доли ФИО6 увеличена до 90 000 рублей (75%), размер уставного капитала общества увеличен до 90 000 рублей (протокол № 02/19 от 28.03.2019). Таким образом, ФИО6 принадлежали 75 % доли в уставном капитале, ФИО2 - 25 % доли в уставном капитале общества.

ФИО2 занимала должность генерального директора общества до 06.06.2019. По результатам внеочередного общего собрания участников ООО «ТРАНСТУР» от 28.05.2019 полномочия ФИО2 досрочно прекращены (протокол № 04/19 от 28.05.2019).

19.11.2020 ФИО2 вышла из состава участников общества. Таким образом, единственным участником ООО «ТРАНСТУР» является ФИО6, владеющая 100% (90 000 рублей) в уставном капитале общества.

Функции генерального директора общества с 06.06.2019 по настоящее время возложены на  ФИО6 (приказ от 06.06.2019 № 23).

В Арбитражном суде Красноярского края рассматривается дело № А33-30142/2021 по иску ФИО2 к ООО «ТРАНСТУР».

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 26.07.2022 по делу № А33-30142/2021 назначена комплексная судебная бухгалтерская и финансово-экономическая экспертиза. Из экспертного заключения №13-2023 от 30.05.2023 ФИО2 стало известно о заключении ООО «ТРАНСТУР» в лице генерального директора ФИО6 договора возмездного оказания услуг № 1 от 10.06.2019 на сумму 170 000 рублей и трудового договора № 4-К от 01.08.2019 на общую сумму начислений за 5 месяцев 2019 года в размере 780 000 рублей. Указанные договоры заключены с  мужем ФИО6 ФИО4.

Поскольку указанные лица являются  аффилированными  лицами, законом установлен особый порядок одобрения сделок, в совершении которых имеется заинтересованность, а именно:

- общество обязано извещать о совершении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, незаинтересованных участников общества в порядке, предусмотренном для извещения участников общества о проведении общего собрания участников общества, а при наличии в обществе совета директоров (наблюдательного совета) - также незаинтересованных членов совета директоров (наблюдательного совета) общества;

- извещение должно быть направлено не позднее чем за пятнадцать дней до даты совершения сделки, если иной срок не предусмотрен уставом общества, и в нем должны быть указаны лицо (лица), являющееся ее стороной, выгодоприобретателем, цена, предмет сделки и иные ее существенные условия или порядок их определения, а также лицо (лица), имеющее заинтересованность в совершении сделки, основания, по которым лицо (каждое из лиц), имеющее заинтересованность в совершении  сделки, является таковым;

- при подготовке к проведению годового общего собрания участников общества лицам, имеющим право на участие в годовом общем собрании участников общества, должен быть предоставлен отчет о заключенных обществом в отчетном году сделках, в совершении которых имеется заинтересованность.

Извещение о намерении ООО «ТРАНСТУР» совершить оспариваемые сделки, в совершении которых имеется заинтересованность, отчет о заключении указанных сделок, копии заключенных договоров истцу не направлялись.

Нарушение ООО «ТРАНСТУР» установленного законом порядка последующего одобрения сделок, в совершении которых имеется заинтересованность, повлиявших на размер пассивов общества в сравнении с предыдущими периодами деятельности ООО «ТРАНСТУР» за 2017, 2018 годы, и, следовательно, на уменьшение чистых активов общества, что нарушение права истца на получение действительной стоимости своей доли в связи с выходом из общества, послужило основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

Ответчик заявил о пропуске специального срока исковой давности для оспаривания решений общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью, который составляет 2 месяца со дня, когда участник общества узнал или должен был узнать о принятом решении и об обстоятельствах, являющихся основанием для признания его недействительным.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из доказанности факта пропуска срока исковой давности, соответственно, отсутствия оснований для удовлетворения исковых требований.

Исследовав представленные доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Предметом настоящего спора является требование о признании недействительными сделками договора возмездного оказания услуг №1 от 10.06.2019 и трудового договора № 4-К от 01.08.2019, заключенных с заинтересованностью ООО «ТРАНСТУР» в лице генерального директора ФИО6 с ФИО4, в результате совершения которых, по мнению истца, обществу причинен ущерб в размере 170 000 рублей (по договору возмездного оказания услуг №1 от 10.06.2019) и 780 000 рублей (по трудовому договору № 4-К от 01.08.2019).

В апелляционной жалобе истец указывает, что с учетом правовой позиции ВС РФ (Обзор судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществ от 25.12.2019) оспариваемые сделки, заключенные с нарушением установленного законом порядка, являются недействительными, так как совершены в интересах только части участников ООО «ТРАНСТУР», а именно в интересах ФИО6 как участника генерального директора и главного бухгалтера общества и ее семейного бюджета, поскольку в силу статьи 34 Семейного Кодекса РФ имущество, нажитое супругами во время брака, включая доходы от трудовой деятельности, является их совместной собственностью, в результате доходная часть баланса ООО «ТРАНСТУР по результатам 2019 года (чистые активы общества, направляемые на выплату дивидендов его участникам) уменьшилась на 950 000 рублей, а доходная часть бюджета семьи А-вых напротив увеличилась на 950 000 рублей, что причиняет неоправданный вред ФИО2 как участнику общества, которая не выразила своего согласия на совершение соответствующих сделок, повлекших умаление доходной части общества в указанном размере и что в итоге нарушает права истца на получение действительной стоимости своей доли по результатам деятельности ООО «ТРАНСТУР» за 2019 год.

Апелляционный суд вслед за судом первой инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для признания спорных сделок недействительными в связи со следующим.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 2 статьи 166 ГК РФ предусмотрено, что требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Как следует из положений пункта 1 статьи 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 20 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, или крупная сделка, заключенная от имени общества генеральным директором (директором) или уполномоченным им лицом с нарушением требований, предусмотренных соответственно статьями 45 и 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», является оспоримой и может быть признана судом недействительной по иску общества или его участника.

Ответчиком заявлялось о пропуске срока исковой давности.

Доводы заявителя о том, что о заключении ООО «ТРАНСТУР» с ФИО4 договора возмездного оказания услуг № 1 от 10.06.2019 на сумму 170 000 рублей и трудового договора на сумму 780 000 рублей за 2019 год истцу стало известно в 2023 года из заключения судебной экспертизы №13-2023 от 30.05.2023, проведенной по делу № А33-30142/2021 по корпоративному спору между ФИО2 и ООО «Транстур» об определении действительной стоимости 25% доли в уставном капитале ООО «Транстур», в связи с выходом участника ФИО2 из общества, отклоняются коллегией судей как противоречащие материалам дела.

Пунктом 1 статьи 32 Закона об ООО установлено, что высшим органом общества является общее собрание участников общества, которое может быть очередным или внеочередным.

Согласно пункту 1 статьи 8, пункту 2 статьи 50 Закона об ООО участник общества вправе получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его документами бухгалтерского учета и иной документацией в установленном его уставом порядке; специфика корпоративных отношений в ряде случаев предполагает разумное и добросовестное осуществление корпоративных прав, проявление интереса к деятельности общества и позволяет участнику своевременно узнать о заключенных обществом сделках и об обстоятельствах, являющихся основанием для их заключения, что, помимо прочего, обеспечивает и возможность защитить нарушенные права в установленные законом сроки.

Согласно статье 34 Закона об ООО очередное общее собрание участников общества проводится в сроки, определенные уставом общества, но не реже чем один раз в год.

Согласно пункту 2 постановления № 27 срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и составляет один год.

Срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров (наблюдательного совета) (далее - совет директоров), исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе если оно непосредственно совершало данную сделку.

Согласно подпункту 3 пункта 3 постановления № 27 предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка одобрения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников (акционеров) по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, если из предоставлявшихся участникам при проведении этого собрания материалов можно было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом).

Как следует из подпункта 4 пункта 3 постановления № 27, если приведенные выше правила не могут быть применены, то считается, что участник (акционер) в любом случае должен был узнать о совершении оспариваемой сделки более года назад (пункт 2 статьи 181 ГК РФ), если он длительное время (два или более года подряд) не участвовал в общих собраниях участников (акционеров) и не запрашивал информацию о деятельности общества.

В соответствии со статьями 33, 34, 36, 37 Федерального закона № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и раздела 8.2 устава общества, ООО «Транстур» обязан не ранее чем через два месяца и не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года проводить очередное общее собрание, на котором утверждаются годовые результаты деятельности общества. Решение общего собрания участников общества по вопросу утверждения годовых отчетов, в том числе бухгалтерского баланса, не может быть принято путем заочного голосования. Общее собрание участников правомочно принимать решения, если на нем присутствуют участники или их представители, имеющие в совокупности не менее 2/3 от общего количества голосов. Решения по вопросам повестки общего собрания участников общества: избрание председательствующего и секретаря собрания, утверждение годового баланса, принятие решения о распределении чистой прибыли общества между участниками, принятие решения о дополнительном стимулировании руководящих сотрудников общества относятся к вопросам, решение по которым на общем собрании принимаются большинством голосов от общего количества участников общества.

Порядок созыва общего собрания участников общества обязывает орган, созывающий общее собрание участников общества не позднее чем за 30 дней до его проведения уведомить об этом каждого участника общества заказным письмом. В уведомлении должны быть указаны время и место проведения общего собрания участников общества, а также предлагаемая повестка дня. Любой участник общества вправе вносить предложения о включении в повестку дня общего собрания участников общества дополнительных вопросов не позднее, чем за 15 дней до его проведения. Информация и материалы, подлежащие предоставлению участникам общества при подготовке общего собрания участников общества, в том числе бухгалтерский баланс и другие материалы в течение тридцати дней до проведения общего собрания участников общества должны быть предоставлены всем участникам общества для ознакомления в помещении исполнительного органа общества. Не позднее чем в течение десяти дней после составления протокола общего собрания участников общества исполнительный орган общества или иное осуществлявшее ведение указанного протокола лицо обязаны направить копию протокола общего собрания участников общества всем участникам общества в порядке, предусмотренном для сообщения о проведении общего собрания участников общества.

Материалами дела подтверждается, что во исполнение указанных выше положений 06.03.2020 исполнительный орган ООО «Транстур» в лице генерального директора ФИО6 направил заказным письмом в адрес ФИО2 как участника общества с долей 25% уведомление от 05.03.2020 о проведении 08.04.2020 очередного общего собрания участников ООО «Транстур» по установленной законодательством форме и заявление участника ООО «Транстур» ФИО6 о созыве очередного общего собрания участников ООО «Транстур» 08.04.2020.

Так, в подтверждение направления в адрес истца уведомления о проведении очередного собрания участников ООО «ТРАНСТУР» 08.04.2020 представлены опись вложения с почтовым идентификатором 12106944016932 и кассовый чек с соответствующим РПО.

В дополнение к возможности ознакомления с материалами к общему собранию участников в помещении исполнительного органа общества, 28.02.2020 и 24.03.2020 в адрес ФИО2 заказными письмами направлены бухгалтерские документы, которые ФИО2 лично запрашивала в ООО «Транстур», и которые были использованы при подготовке к годовой финансовой отчетности за 2019 год. Указанное подтверждается описями вложений с почтовым идентификатором 12106944014280 и 2106945000350. Доказательства вручения истцу указанной корреспонденции подтверждается материалами дела.

Таким образом, истец надлежащим образом уведомлен о проведении 08.04.2020 очередного общего собрания участников ООО «Транстур».

Соответственно о спорных сделках истец мог и должен был знать о сделках с 08.04.2020. Ненадлежащее осуществление самим истцом его прав не может служить основанием для исчисления срока в нарушение прав иных участников. Апелляционный суд полагает, что в данном случае действует доктринальный принцип «Vigilantibus, non dormientibus, jura subveniunt» (законы помогают бодрствующим, а не спящим), и что истец своим бездействием в течение длительного времени усугубил ситуацию.

Апелляционный суд также принимает во внимание пояснения общества, указавшего, что им в соответствии с законом были выполнены все требования истца как участника общества об ознакомлении его с документами общества. Так, 29.11.2019 и 13.02.2020 истец ФИО2 в качестве участника ООО «Транстур» запрашивала подробный перечень бухгалтерской документации ООО «Транстур», в т.ч. расчетные ведомости по зарплате (в разбивке по месяцам) 1-12 месяц 2019 года, расчет по взносам РСВ за 2019 г. с отметкой ИФНС. Ответными письмами ООО «Транстур» 28.02.2020 и 24.03.2020 в полном объеме удовлетворил запросы истца, направив документы, содержащие в том числе ведомости по зарплате и расчёт  РСВ с подтверждением ИФНС. Апелляционный суд обращает внимание, что в ведомостях указано на выплаты ФИО4 (документ «Копии документов направл.истцу - часть 2 на 14 стр.» в электронном виде приложен к ходатайству от 24.03.2023). К указанным пояснением приложены также документы, подтверждающие почтовую отправку (в файле «Копии документов направл.истцу - часть 1 на 12 стр.»), последнее письмо направлено 24.03.2020. С иском же истец обратился 08.09.2023.

Судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности (статья 195 ГК РФ).

Согласно пункту 2 постановления № 27 срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и составляет один год.

Срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров (наблюдательного совета) (далее - совет директоров), исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе если оно непосредственно совершало данную сделку.

Пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, установив, что ФИО2 должна была узнать о заключении оспариваемых сделок не позднее даты проведения годового общего собрания участников (акционеров) по итогам 2019 года, однако с исковым заявлением обратилась только 07.09.2023, то есть более чем через три года, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований в связи с пропуском истцом срока исковой давности, что в силу статьи 199 ГК РФ явилось самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований.

Кроме того, апелляционный суд согласен с выводами суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска.

Истец ссылался на положения статьи 45 Закона об ООО, обосновывая недействительность спорных сделок, как сделок, совершенных при наличии заинтересованности и отсутствия одобрения.

Действительно, исходя из обстоятельств заключения спорных сделок (сделки заключены между супругами), договор возмездного оказания услуг № 1 от 10.06.2019 и трудовой договор № 4-К от 01.08.2019 относятся к сделкам, заключенным с заинтересованностью.

Согласно пункту 1 статьи 45 Закона № 14-ФЗ сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" (далее - Постановление N 27), по смыслу абзацев четвертого - шестого пункта 6 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, содержащаяся в них презумпция ущерба от совершения сделки подлежит применению только при условии, что другая сторона оспариваемой сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение.

Бремя доказывания того, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о наличии элемента заинтересованности в сделке и об отсутствии согласия (одобрения) на ее совершение, возлагается на истца.

Применительно к сделкам с заинтересованностью судам надлежит исходить из того, что другая сторона сделки (ответчик) знала или заведомо должна была знать о наличии элемента заинтересованности, если в качестве заинтересованного лица выступает сама эта сторона сделки или ее представитель, изъявляющий волю в данной сделке, либо их супруги или родственники, названные в абзаце втором пункта 1 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной (абзац 2 пункта 6 статьи 45 названного закона). Условием признания недействительной сделки с заинтересованностью является доказанность факта заключения сделки в ущерб интересам общества (пункт 6 статьи 45 Закона об ООО).

Согласно пункту 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В силу пункта 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица.

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Наличие ущерба интересам хозяйственного общества является обязательным условием признания сделки с заинтересованностью недействительной (абзац 1 пункта 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2018 года № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность»).

При этом сам факт заключения договоров между супругами не может свидетельствовать о том, что оспариваемая сделка совершена лишь с целью причинения ущерба обществу и его участникам.

Как верно указал суд первой инстанции, истцу надлежало доказать факт наличия ущерба, возникшего ввиду действий заинтересованного лица.

Но из пояснений ответчиков следует, что сделки относятся к текущей хозяйственной деятельности, прием и увольнение сотрудников происходит периодически.

Из ведомостей выплаты заработной платы следует, что у общества есть штат сотрудников, работа которых оплачивается.

Как пояснил ответчик, сложившаяся в мае 2019 г. ситуация потребовала быстрого усиления управленческого блока в ООО «Транстур», причем был необходим опыт в профильной деятельности и гарантированная лояльность интересам Общества со строгим соблюдением правил конфиденциальности и коммерческой тайны. Как следует из п.1.2 Договора возмездного оказания услуг №1 от 10.06.2019 между ООО «Транстур» в лице Генерального директора ФИО6, вступившей в полномочия 06.06.2019 и ФИО4, именно эти задачи и были возложены на ФИО4

В ходе исполнения Договора возмездного оказания услуг №1 от 10.06.2019 ФИО4 помимо решения других вопросов организовал независимое аудиторское сопровождение деятельности Общества, продолжавшееся до конца 2019 г., результатом которого стала письменная информация (отчет) лицензированного аудитора с оценкой нанесенного ущерба в связи с потерей офиса продаж Общества по адресу: <...>, пом. XIII (копия прилагается). При этом дополнительных расходов со стороны Общества на аудиторскую поддержку не возникло.

Таким образом, по своей сути сделка с заинтересованностью, совершенная без получения согласия (одобрения) общего собрания общества и в отсутствие ущерба, возникшего на стороне общества, не может являться сама по себе основанием для признания сделки недействительной. Главным и основополагающим условием для признания сделки недействительной является наличие ущерба.

Между тем, доказательств того, что реальной целью спорных сделок являлось причинение ущерба истцу вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлено.

Доводы истца о нарушении порядка проведения собрания участников общества, так как секретарем общего собрания участников общества являлся ФИО4, который не являлся участником общества, обоснованно отклонены судом первой инстанции, поскольку Закон об ООО не содержит требований в части статуса секретаря собрания участников общества, легитимность и правомочие общего собрания участников ООО «Транстур» 08.04.2020 подтверждено нотариусом, должным образом исследовавшим все соответствующие документы как общества, так и лиц, принимавших участие в указанном собрании.

Более того, как следует из пояснений третьего лица, функции секретаря собрания были возложены на сотрудника ООО «Транстур» ФИО4 ввиду неявки ФИО2 на общее собрание участников общества 08.04.2020.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении исковых требований.

Решение суда является законным и обоснованным.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от «26» августа 2024 года по делу № А33-26044/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.


Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.


Председательствующий

Н.А. Морозова

Судьи:

И.Н. Бутина


О.Ю. Парфентьева