Постановление от 2 марта 2019 г. по делу № А53-5706/2018

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-5706/2018
город Ростов-на-Дону
02 марта 2019 года
15АП-1351/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 26 февраля 2019 года

Полный текст постановления изготовлен 02 марта 2019 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Николаева Д.В., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью "Менеджмент и Логистика": представитель по доверенности от 02.11.2018 ФИО2; представитель по доверенности от 15.02.2019 ФИО3;

от публичного акционерного общества "НК" "Роснефть" - Кабардино-Балкарская топливная компания": представитель по доверенности от 01.10.2018 ФИО4;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Менеджмент и логистика" на определение Арбитражного суда Ростовской области от 09.01.2019 по делу № А53-5706/2018 об отказе в удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью "Менеджмент и Логистика" о включении в реестр требований кредиторов,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Управляющая компания "Президент",

принятое в составе судьи Демина Я.А.,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Управляющая компания "Президент" (далее – должник) в Арбитражный суд Ростовской области поступило заявление общества с ограниченной ответственностью "Менеджмент и Логистика" (далее – заявитель, кредитор) о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 8 389 392,19 руб.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 09.01.2019 по делу № А53-5706/2018 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, общество с ограниченной ответственностью "Менеджмент и Логистика" обжаловало определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просило обжалуемое определение отменить, принять новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции не исследовал доказательства, представленные заявителем, которые доказывали реальность заключенных договоров займа и отсутствие злоупотребления правом. При этом суд первой инстанции не обосновал в каких именно действия заявителя было выражено злоупотребление правом. Податель апелляционной жалобы при этом полагает, что сама по себе аффилированность без конкретных доказательств не свидетельствует о злоупотреблении правом. Согласно доводам апелляционной жалобы, необходимость предоставления заемных денежных средств обусловлена разумными экономическими причинами – необходимостью выплаты заработной платы с целью продолжения работы по договорам, приносящим прибыль. В свою очередь денежные средства в большей части были возвращены заявителю, сумма задолженности составила проценты по договорам, которые соответствуют ставке Банка России. В представленных дополнениях к апелляционной жалобе в обоснование своих доводов заявитель также ссылается на определение Верховного Суда Российской Федерации от 04.02.2019 № 304-ЭС18-14031, согласно которому при рассмотрении споров о включении требований аффилированного лица по договорам займа надлежит исследовать правовую природу отношений между таким лицом и должником, цели и источники предоставления денежных средств, экономическую целесообразность и необходимость их привлечения путем выдачи займа, дальнейшее движение полученных средств и т.п.

В отзыве на апелляционную жалобу временный управляющий общества с ограниченной ответственностью "Управляющая компания "Прездинет" просил обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель заявителя пояснил доводы жалобы, просил обжалуемое определение отменить. Представитель публичного акционерного общества "НК" "Роснефть" - Кабардино-Балкарская топливная компания" просил обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью "Управляющая компания "Президент" обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 21.05.2018 года (резолютивная часть от 14.05.2018 года) в отношении общества с ограниченной ответственностью "Управляющая компания "Президент" введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО5 из числа членов Некоммерческого партнерства "Союз менеджеров и арбитражных управляющих".

Сведения о введении процедуры наблюдения опубликованы в газете "Коммерсантъ" № 85 от 19.05.2018, объявление № 77032621350.

В ходе процедуры наблюдения, в пределах срока, установленного для целей участия в первом собрании кредиторов, общество с ограниченной ответственностью "Менеджмент и Логистика" обратились в арбитражный суд с заявлением об установлении размера требований кредиторов.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения.

В силу пунктов 3 - 5 статьи 71 Закона о банкротстве при наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр требований кредиторов. Требования кредиторов, по которым не поступили возражения, также рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. По результатам такого рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.2012 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Следовательно, в деле о банкротстве суд обязан вне зависимости от доводов лиц, участвующих в деле, оценить действительность заявленного требования о включении в реестр и соответствие закону процессуальных и материально -правовых интересов заявителя.

Согласно пункту 1 статьи 40 Закона о банкротстве к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам, доказательства оснований возникновения задолженности, позволяющие установить документальную обоснованность этих требований.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 и от 19.12.2005 N 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Суду при проверке их обоснованности необходимо исследовать и оценить первичные документы, подтверждающие факт наличия долга на заявленную сумму.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В обоснование своих требований общество с ограниченной ответственностью "Менеджмент и Логистика" сослалось на наличие задолженности по следующим договорам:

- по договору займа №1 от 10.01.2017 в размере 6 827 748,63 руб., в том числе 6 370 000 руб. - основной долг, 457 748,63 руб. - проценты;

- по договору займа от 02.02.2016 в размере 1 109 119,79 руб., в том числе 865 000 руб. - основной долг, 244 119,79 руб. - проценты;

- по договору займа от 03.02.2015 в размере 6 798,37 руб. процентов;

- по договору займа от 15.05.2015 в размере 21 774,59 руб. процентов;

- по договору займа от 20.01.2016 в размере 18 663,93 руб. процентов;

- по договору займа от 24.12.2015 в размере 20 286,88 руб. процентов;

- по договору купли-продажи векселя № 3 от 11.01.2016 в размере 385 000 руб.

При рассмотрении представленных документов, судом первой инстанции было установлено, что между заявителем (займодавец) в лице генерального директора ФИО6 и должником (заемщик) в лице генерального директора ФИО7 заключены следующие договоры:

- договор займа от 03.02.2015, согласно которому займодавец передает заемщику заем на сумму 4 800 000 руб. на срок до 01.02.2016, а заемщик обязуется вернуть указанную сумму и выплатить проценты на сумму займа из расчета 8,25 % годовых;

- договор займа от 15.05.2015, согласно которому займодавец передает заемщику заем на сумму 1 800 000 руб. на срок 14.05.2016, а заемщик обязуется вернуть указанную сумму и выплатить проценты на суму займа из расчета 8,25 % годовых;

- договор займа от 24.12.2015, согласно которому займодавец передает заемщику заем на сумму 1 200 000 руб. на срок до 23.12.2016, а заемщик обязуется вернуть указанную сумму и выплатить проценты на сумму займа из расчета 8,25 % годовых;

- договор займа от 20.01.2016, согласно которому займодавец передает заемщику заем на сумму 300 000 руб. на срок до 20.08.2016, а заемщик обязуется вернуть указанную сумму и выплатить проценты на сумму займа из расчета 11% годовых;

- договор краткосрочного займа от 02.02.2016, согласно которому займодавец передает заемщику заем на сумму 1 150 000 руб. на срок до 01.02.2017, а заемщик обязуется вернуть указанную сумму и выплатить проценты на сумму займа из расчета 11% годовых.

11.01.2016 между заявителем (продавец) в лице генерального директора ФИО6 и должником (покупатель) в лице генерального директора ФИО7 заключен договор купли-продажи векселя № 3, согласно которому продавец продает, а покупатель принимает простой вексель Акционерного коммерческого банка "ЦентроКредит" серии АЕ №008514, номинальной стоимостью 385 000 руб., дата составления 12.05.2015, срок платежа по предъявлении с начислением 1% годовых с 12.05.2015. По условиям договора продавец обязался передать покупателю вексель по акту приема-передачи до 13.01.2016, а покупатель - принять вексель и уплатить цену договора - 385 000 руб.

10.01.2017 между заявителем (займодавец) в лице генерального директора ФИО6 и должником (заемщик) в лице генерального директора ФИО7 заключен договор краткосрочного займа № 01, согласно которому заимодавец передает заемщику заем на сумму 6370000 руб. на срок до 31.12.2017, а заемщик обязуется вернуть указанную сумму и выплатить проценты на сумму займа из расчета 7,5% годовых.

В подтверждение задолженности по указанным выше договорам заявителем представлены платежные поручения, акты сверок взаимных расчетов по указанным договорам за 2017 год, оборотно-сальдовые ведомости за 2017 год, за период с 01.01.2018 по 11.05.2018, расчет процентов по произведенным займам за период действия договоров.

Как следует из пояснений заявителя, целью предоставления денежных средств по договорам займа являлось получение дохода в виде процентов от размещения временно освободившихся денежных средств. При этом заявитель указал, что его выручка согласно бухгалтерским балансам за периоды с 2015 по 2017 годы составляла не менее 7 000 000 руб., собственные оборотные средства составляли более 30 000 000 руб., что позволяло осуществлять деятельность по предоставлению займов под процент. В свою очередь, для должника указанные займа также не относились к крупным сделкам, так как сумма предоставленных займов не превышала 25% балансовой стоимости активов общества, исходя из бухгалтерских балансов и налоговой отчетности за периоды с 2014 по 2016 годы. Также заявитель указал, что заключение договоров займа происходило с одобрения собрания участников.

Суд первой инстанции, оценив доводы заявителя, пришел к обоснованному выводу, что его требования носят корпоративных характер, представляют собой способ докапитализации общества в обход предусмотренного законом порядка.

Согласно пункту 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований следует установить природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и займодавцем, поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может свидетельствовать о намерении займодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, с 09.10.2003 генеральным директором общества с ограниченной ответственностью "Менеджмент и логистика" являлся ФИО6, с 07.07.2014 ФИО6 также является единственным участником общества с ограниченной ответственностью "Менеджмент и логистика".

В указанный период генеральным директором должника являлся ФИО7, родной брат ФИО6, а единственным учредителем (100%) - ФИО7. С 09.01.2017 ФИО7 приступила к обязанностям генерального директора должника (запись ЕГРЮЛ № 2176196030756).

ФИО7 является бывшей супругой ФИО6 (выписка из решения Мирового судьи судебного участка № 1 Ленинского района г. Ростова-на-Дону от 29.11.2010, свидетельство о расторжении брака Серии <...> от 25.12.2013).

Тем самым в период заключения договоров и возникновения задолженности общество с ограниченной ответственностью "Менеджмент и логистика" и должник являлись аффилированными лицами.

Указанные обстоятельства также установлены вступившим в законную силу постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 07.07.2016 по делу № А59-3003/2014.

При таких условиях, с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д. (определения Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556 (2), от 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994 (1, 2) Верховного Суда Российской Федерации по делу № А68-10446/2015).

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрены определенные обстоятельства, при наличии которых должник обязан обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам (абзацы второй, пятый, шестой и седьмой названного пункта). При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 N 309-ЭС17-1801).

Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческое решение о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника. Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды. Соответствующие вложения могут оформляться как путем увеличения уставного капитала, так и предоставления должнику займов либо иным образом. При этом, если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.). Когда же мажоритарный участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и его кредиторов подразумевает в числе прочего оказание содействия таким кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"). Поэтому в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 N 305-ЭС15-5734 (4,5)).

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, такой мажоритарный участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами. В частности, в деле о банкротстве общества требование мажоритарного участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала. Иной вывод противоречил бы самому понятию конкурсного кредитора (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 305-ЭС17-17208).

В настоящем случае предоставление денежных средств по договорам займа №1 от 10.01.2017, от 02.02.2016, от 03.02.2015, от 15.05.2015, от 20.01.2016, от 24.12.2015, а также предоставленное финансирование по договору купли-продажи векселя № 3 от 11.01.2016 правомерно были квалифицированы судом первой инстанции как злоупотребление правом, так как указанные сделки представляли собой капиталозамещение в обход корпоративных процедур. В настоящем случае выбранный механизм финансирования не был публично раскрыт перед всеми кредиторами должника, напротив, позволил завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Доводы апелляционной жалобы, согласно которым заемные денежные средства шли на выплату заработной платы персоналу с целью продолжения работы по договорам и получения прибыли, лишь подтверждают выводы суда первой инстанции о злоупотреблении правом посредством использования скрытого от кредиторов механизма финансирования в период кризиса.

Об использовании такого механизма также свидетельствует и то, что денежные средства по договорам займа от 03.02.2015, 15.05.2015, 20.01.2016, 24.12.2015 фактически были возвращены должником без уплаты предусмотренных договорами процентов, а также отсутствие какой-либо претензионной работы, направленной на взыскание процентов по договорам займа на протяжении всего периода времени вплоть до банкротства должника.

То обстоятельство, что заявитель осуществлял кредитование и иных лиц в спорный период времени не имеет правового значения для квалификации спорных сделок, целью которых не являлось получение дохода от предоставления в заем денежных средств, следовательно, спорные сделки, были заключены в отсутствие разумных экономических мотивов, свойственных заемным правоотношениям. Об отсутствии разумных экономических мотивов также свидетельствует и то, что при наличии непогашенной задолженности по договорам займа и договору купли-продажи векселя от 11.01.2016, между кредитором и должником заключались новые договоры займа от 02.02.2016 на сумму 1 150 000 руб. (11% годовых) и от 10.01.2017 на сумму 6 370 000 руб. (7,5% годовых), на условиях, недоступных иным участникам рынка, при этом необходимо отметить, указанные проценты ниже, чем проценты по банковским вкладам в спорном периоде (от 7,8% до 9,7%).

Доводы апелляционной жалобы, согласно которым проценты по займам сопоставимы с процентной ставкой рефинансирования не могут быть приняты в качестве обоснования того, что договоры заключены на условиях, доступных всем участникам гражданского оборота, так как ставка рефинансирования представляет собой ставку процента при предоставлении Центральным банком России кредитов коммерческим банкам, то есть используется между ограниченным кругам лиц, участвующих в гражданском обороте. Последующее кредитование, осуществляемое в целях извлечения прибыли, не может осуществляться на процент ниже, либо равный ставке рефинансирования.

Доводы апелляционной жалобы со ссылкой на определение Верховного Суда Российской Федерации от 04.02.2019 № 304-ЭС18-14031 отклоняются судом, так как установленные по настоящему делу обстоятельства свидетельствуют о том, что денежные средства были предоставлены в рамках реализации публично не раскрытого плана выходы должника из кризиса, который не удалось реализовать.

В условиях банкротства заемщика предоставление такого финансирования от аффилированного лица посредством заемного механизма, при отсутствии какой-либо экономической целесообразности, свидетельствующей о действительном характере заемных отношений, не может привести к возникновению денежных обязательств, так как указанные требования представляют собой корпоративные правоотношения, а предъявление таких требования является злоупотреблением правом.

Злоупотребление правом в рассматриваемом случае выражается в том, что предъявление требований такого кредитора, направлено на увеличение размера денежных обязательств перед аффилированным лицом, получение последним контроля над процедурой банкротства.

Указанный подход соответствует правовой позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 05.03.2018 № 309-ЭС18-299(2), от 22.02.2017 № 306-ЭС16-21108.

Доводы апелляционной жалобы, согласно которым у сторон отсутствовала цель на создание подконтрольной задолженности, опровергаются материалами дела. Более того, о наличии указанной цели также свидетельствует согласие должника с предъявленными требованиями и его активная позиция по данному вопросу. Вопреки доводам апелляционной жалобы, согласие должника подтверждается как и пояснениями представителя должника, данными в судебном заседании, так и актами сверки взаимных расчетов. Возражения должника, на который ссылается податель апелляционной жалобы (т. 2, л.д. 16-18), не опровергают указанных выводов, так как в них указано на признание долга в размере 7 620 000 руб.

С учетом изложенного, суд первой инстанции верно квалифицировал отношения по предоставлению займов и продаже векселя как мнимые сделки, прикрывающие корпоративные отношения по финансированию деятельности должника (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) и отказал в удовлетворении заявленных требований в силу злоупотребления правом, направленным на увеличение подконтрольной задолженности (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 09.01.2019 по делу № А53-5706/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через Арбитражный суд Ростовской области.

Председательствующий Г.А. Сурмалян

Судьи Д.В. Николаев

Н.В. Шимбарева