Постановление от 4 мая 2023 г. по делу № А60-74034/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9611/19

Екатеринбург

04 мая 2023 г.


Дело № А60-74034/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 02 мая 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 04 мая 2023 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е. А.,

судей Новиковой О. Н., Артемьевой Н. А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1 рассмотрел в судебном заседании с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание) кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ЕЗ ОЦМ-Трейд» (далее – общество «ЕЗ ОЦМ-Трейд») ФИО2 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 07.12.2022 по делу № А60-74034/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В режиме веб-конференции принял участие ФИО3 (лично).

В судебном заседании в здании суда округа приняли участие:

конкурсный управляющий обществом «ЕЗ ОЦМ-Трейд» ФИО2 (лично);

представитель ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 27.08.2021).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 23.07.2019 общество «ЕЗ ОЦМ-Трейд» признано несостоятельным (банкротом),в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

На рассмотрение суда поступили заявления управляющего ФИО2 о привлечении ФИО4 и акционерного общества «ЕЗ ОЦМ» (далее – общество «ЕЗ ОЦМ») к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «ЕЗ ОЦМ-Трейд», приостановлении рассмотрения заявления до окончания расчетов с кредиторами; взыскании убытков с ФИО4 в пользу должника в размере 458 899,31 долларов США по курсу валют Банка России на день исполнения судебного акта.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.07.2022 обособленный спор по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности общества «ЕЗ ОЦМ», ФИО4, ФИО6, ФИО7, общества с ограниченной ответственностью «Ювелиркомплект», общества с ограниченной ответственностью «Вторичные металлы и сплавы», общества с ограниченной ответственностью «Тандем» выделен в отдельное производство.

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО3; в удовлетворении ходатайства о привлечении в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, Zlato Limited, ФИО8 отказано ввиду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 51 указанного Кодекса.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.12.2022, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2023, в удовлетворении заявления о взыскании с ФИО4 в пользу должника убытков в размере 458 899, 31 долларов США отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО2 просит обжалуемые судебные акты отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель жалобы выражает несогласие с выводами судов об отсутствии в действиях ответчика неразумного поведения; так, кассатор указывает на то, что ответчиком не приняты меры по продлению срока действия обеспечительной сделки к договору поставки при одновременном продлении самого срока поставки товара, при том, что продление срока обеспечительной сделки является очевидным и необходимым, а непринятие таковых мер, в свою очередь, свидетельствует о неразумном и недобросовестном поведении руководителя и не соответствует интересам юридического лица. Управляющий считает, что ответчик надлежащим образом не контролировал инициирование контрагентом ликвидационной процедуры, поскольку спустя два дня после заключения сторонами дополнительных соглашений о переносе сроков поставки, регистратором компаний Гонконга размещена публикация уведомления о предстоящем через три месяца исключении GOLD METALTRADE LIMITED из реестра компаний, поскольку компания не работает (не ведет бизнес). Кассатор полагает, что разумный и добросовестный руководитель, заключая контракт с компанией из иностранной юрисдикции, принимает на себя все риски, связанные с особенностями корпоративного законодательства страны-инкорпорации контрагента, однако ФИО4 многократно продлевал для GMT сроки поставки, тем самым игнорируя действия поставщика; по мнению управляющего, после такой публикации руководитель должника должен был предпринять меры по приостановлению будущего исключения компании из реестра, а также возврату ранее внесенной предоплаты. Кассатор ссылается на отсутствие в материалах дела доказательств выполнения ответчиком надлежащей предварительной проверки контрагента перед заключением договора, равно как и доказательств, подтверждающих невозможность проведения со стороны GMT расчетов в виду принятия санкций в отношении группы компаний ФИО9 и материнской компании должника – общества «ЕЗ ОЦМ».

В представленных письменных отзывах акционерное общество «ЮниКредитБанк» (далее – общество «ЮниКредитБанк») просит кассационную жалобу удовлетворить, принятые судебные акты отменить; ФИО4, напротив, просит отказать в удовлетворении кассационной жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между обществом «ЕЗ ОЦМ-Трейд» (покупатель) в лице директора ФИО4 и компанией GOLD METALTRADE LIMITED (продавец) заключен контракт от 11.09.2017 № 11/09/2017 на поставку сплава Дорес содержанием золота не менее 90%.

В рамках указанного контракта осуществлены следующие операции:

25.09.2017 авансовый платеж должника на сумму 200 000 долларов США в адрес продавца;

12.10.2017 авансовый платеж должника на сумму 520 000 долларов США в адрес продавца;

23.10.2017 выявлено, что в адрес должника по указанному контракту поступило поддельное золото;

24.10.2017 между должником и продавцом составлен рекламационный акт, в котором продавец подтверждает поступление в адрес покупателя некачественное сырье (поддельное золото);

28.12.2017 возврат продавцом покупателю авансового платежа в размере 260 000 долларов США;

28.12.2017 возврат продавцом покупателю авансового платежа в размере 200 000 долларов США;

02.03.2018 авансовый платеж от должника покупателю на сумму 700 000 долларов США;

06.04.2018 в отношении группы компаний ФИО9 и общества «ЕЗ ОЦМ» (является 100% участником должника) объявлены односторонние ограничительные меры Правительства США;

25.04.2018 между должником и продавцом золота заключен договор залога (соглашение о намерениях) акций Zlato Limited;

30.05.2018 поставка золота в адрес должника на сумму 181 019,69 долларов США;

05.06.2018 поставка золота в адрес должника на сумму 183 929,94 долларов США;

06.06.2018 объявленные односторонние ограничительные меры правительства США в отношении группы компаний ФИО9 и общества «ЕЗ ОЦМ» вступили в силу;

28.06.2018 поставка золота в адрес должника на сумму 136 160,06 долларов США;

Таким образом, задолженность компании Gold Metaltrade Limited перед должником за частичную недопоставку золота составила 458 899,31 долларов США.

Из данной суммы 260000 долларов США – задолженность по дополнительному соглашению №2; 198899,31 долларов США – задолженность по дополнительному соглашению №3.

ФИО4 осуществлял полномочия в качестве руководителя должника в период с 01.02.2014 по 13.07.2018.

Компания Gold Metaltrade Limited (продавец) ликвидирована 17.08.2018.

Ссылаясь на непринятие ФИО4 необходимых мер по проверке контрагента Gold Metaltrade Limited при заключении договора; допущение неоднократного авансирования товара в отсутствии обеспечения; непринятие мер по взысканию задолженности при наличии фактов ненадлежащего исполнения ранее согласованных условий договора поставки, полагая, что в результате бездействия руководителя должника последнему причинены убытки в размере стоимости недопоставленного золота и невозвращенного аванса, конкурсный управляющий ФИО2 обратился в суд рассматриваемым заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности оснований для взыскания с ответчика убытков в указанном размере и недоказанности причинно-следственной связи между действиями ответчика и наличием убытков, а также о недопустимости применения двойной ответственности за совершение одного деяния.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции согласился.

При этом суды руководствовались следующим.

Согласно положениям пункта 1 статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Пунктом 3 статьи 53 Гражданского Кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В силу статьи 53.1 Гражданского Кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Согласно пункту 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами

Ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского Кодекса Российской Федерации.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Гражданского Кодекса Российской Федерации).

Для применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков на основании статьи 15 Гражданского Кодекса Российской Федерации необходимо доказать наличие противоправных действий ответчика, факт понесения убытков и их размер, причинно-следственную связь между действиями ответчика и наступившими у истца неблагоприятными последствиями.

Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

По смыслу указанных правовых норм, истец в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен представить доказательства, свидетельствующие о наличии совокупности нескольких условий (основания возмещения убытков): противоправность действий (бездействия) причинителя убытков, причинную связь между противоправными действиями (бездействием) и убытками, наличие и размер понесенных убытков.

В пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление № 62) разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, если он совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Также из содержания пункта 4 названного постановления следует, что единоличный исполнительный орган отвечает перед юридическим лицом за убытки, если необходимой причиной их возникновения послужило недобросовестное и (или) неразумное осуществление руководителем возложенных на него полномочий (пункт 3 статьи 53 Гражданского Кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьями 15, 1064, 1082 Гражданского Кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского Кодекса Российской Федерации). Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского Кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского Кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Исследовав и оценив все представленные в материалы дела документы в совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, суды заключили, что сама по себе деятельность по приобретению золотосодержащего сырья является достаточно специфичной и сопряжена с рядом рисков, в то же время, принимая во внимание пояснения ФИО4 и ФИО3 о том, что приобретение золотого сырья в африканских странах, в частности, из Уганды, является выгодным ввиду низкой стоимости и отсутствия альтернативы закупки в больших объемах из иных источников, посчитали, что бизнес-партнерство (закупка сырья) из африканских стран не выходило за пределы предпринимательского риска и являлось оправданным, при том, что сам ответчик неоднократно посещал Уганду, в том числе в составе делегации российской бизнес-миссии (15-17 октября 2017 года), с участием представителей посольства Российской Федерации, Министерства экономического развития Российской Федерации, Министерства связи и массовых коммуникаций Российской Федерации; участвовал в конференции «Минеральное богатство-2017».

Проанализировав представленные ФИО4 в материалы дела сведения о ряде контрактов с приложением договоров: с MPD Metals International (условие: 95% аккредитив против авианакладной, 5% после анализа у покупателя), AL Metals Limited (предоплата 100%), Goldridge limited (предоплата 100%), Aspire Resources Limited (70% после проведения химанализа в АА Minerals Ltd., 30% после анализа у покупателя), Tifama Coorporation SARL (предоплата 100%), PCJL SARL (предоплата 100%), суды пришли к выводу о том, что для общества «ЕЗ ОЦМ-Трейд» заключение контрактов с иностранными поставщиками золота из африканских стран являлось обычной практикой.

Как следует из материалов дела, каких-либо возражений относительно реальности заключения договора с AL Metals Limited, Tifama Coorporation SARL, PCJL SARL управляющим не представлено.

В то же время, ссылаясь на фиктивность договоров только по компаниям MPD Metals International, Goldridge limited, Aspire Resources Limited, управляющий указал на то, что сведения об указанных контрактах отсутствуют в оборотно-сальдовой ведомости по счету 60 из программы 1С, договоры представлены в неподписанном виде.

Так, суды, по результатам анализа представленных в материалы дела документов относительно реальности заключения договоров с AL Metals Limited, Tifama Coorporation SARL, PCJL SARL, сочли, что у должника с иными партнерами из африканских стран имелось взаимодействие и заключение контрактов, в том числе на условиях 100 % предоплаты без опыта предварительного взаимодействия; данные контракты исполнялись, при этом к качеству исполнения имелись претензии и к иным контрагентам (то есть возникновение проблем при реализации контрактов по приобретению сырья из африканских стран не является чем-то исключительным), в то же время имелись контрагенты, которые в отсутствие поставки возвращали ранее оплаченный аванс в полном объеме, что свидетельствует в целом об их добросовестности (например, AL Metals Limited).

Отклоняя доводы управляющего о бездействии руководителя должника ФИО4, нижестоящие суды указали на наличие в материалах дела доказательств, явно свидетельствующих о том, что последний, напротив, осуществлял меры по проверке контрагента, в частности проведена проверка на предмет его включения в реестр юридических лиц соответствующего государства (факт наличия компании Gold Metaltrade Limited в данном реестре до исключения не опровергается); проверка контракта банком – электронная переписка об указанном обстоятельстве; осуществлена поездка в Уганду на конференцию для проверки фактической возможности взаимодействия с указанным контрагентом.

Судами также установлено, что компания Gold Metaltrade Limited поставлена на учет в налоговой инспекции на территории Российской Федерации (ИНН <***>), у нее открыт расчетный счет в публичном акционерном обществе «Бинбанк», генеральным директором и основным акционером являлся гражданин Российской Федерации ФИО8, проживающий в г. Москве, кроме того, как следует из информации, опубликованной на официальном сайте ФНС РФ nalog.ru, организация «Голд металтрейд лимитед» не имела задолженности по уплате налогов, которая направлялась на взыскание судебному приставу-исполнителю свыше 1000 руб.; представляла налоговую отчетность; на данный момент снята с учета.

Далее, принимая во внимание возражения конкурсного управляющего и общества «ЮниКредитБанк» относительно допустимости доказательств, а именно документа в формате word, содержащего переписку о согласовании контракта с банком и необходимости организации встречи банковских служащих с представителями контрагентов, суды, приняв во внимание положения части 3 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности, отметили, что, поскольку факт транзакций, то есть оплат со стороны должника в пользу контрагента и частичный возврат аванса, лицами, участвующими в деле, не отрицается, кроме того, неоднократно произведен на существенные суммы в двухстороннем порядке в иностранной валюте, банком не заблокирован, имеются оснований полагать, что фактическая предварительная проверка банком контракта в той степени, которая предписана Центральным Банком Российской Федерации, осуществлена, не усмотрев оснований полагать, что отраженные сведения являются недействительными.

Из материалов дела следует, что в обоснование заявленных требований управляющий указал на неразумность действий ФИО4, который лично вел переговоры с уполномоченными представителями компании продавца, между тем, суды сочли, что таковые действия руководителя должника, напротив, свидетельствуют о принятии им мер по изучению будущего партнера, а сам по себе факт того, что контрагент зарегистрирован 27.01.2016 (за 1 год и 9 месяцев до подписания контракта) не может свидетельствовать о неразумности и недобросовестности действий ответчика при выборе контрагента.

Впоследствии управляющим указано на то, что недобросовестность и неразумность в действиях руководителя должника заключается и в очередном авансировании средств в размере 700 000 долларов США в пользу контрагента после получения муляжа золота; непринятии мер по обращению взыскания на 30% долю в компании Zlato Limited, заложенную по утверждению ответчика в обеспечение исполнения контракта; непринятии мер по взысканию задолженности, что привело к ликвидации контрагента 17.08.2018.

Проверяя довод о неразумности очередного авансирования средств в размере 700 000 долларов США в пользу контрагента после получения муляжа золота, суды, учитывая, что субъекты предпринимательской деятельности обладают широкой дискрецией в принятии экономических решений (статья 8 Конституции Российской Федерации, статья 1 Гражданского Кодекса Российской Федерации), указали на то, что не могут вмешиваться в вопросы внутреннего управления коммерческой организацией, при этом имеют возможность дать исключительно правовую оценку поведения участников предпринимательской деятельности с точки зрения разумности и добросовестности.

Исходя из необходимости установления факта того, является ли поставка муляжа золота безусловным основанием для разрыва деловых связей с контрагентом, суды исследовали представленные ответчиком в материалы дела пояснения относительно выбора им в качестве контрагента именно компании Gold Metaltrade Limited; так, при выборе контрагента ответчик учитывал постановку контрагента на учет на территории Российской Федерации, проживание бенефициара бизнеса на территории Российской Федерации, наличие в реестре юридических лиц соответствующего государства, согласие банка на проведение операций по сделке.

При этом из представленных пояснений следует, что разрыв предпринимательских связей с указанным контрагентом не произошел, поскольку контрагент вел себя добросовестно в период возникшей спорной ситуации, незамедлительно прибыл для составления рекламационного акта, подписал все необходимые документы, не уклонялся от взаимодействия, после подписания акта частично вернул аванс в общем размере 460 000 долларов США, был заинтересован в продолжении сотрудничества, давал пояснения об отсутствии прямой вины в произошедшем.

При таком положении, принимая во внимание пояснения ФИО4 о том, что подмена золота, вероятнее всего, произведена в период прохождения таможенного контроля на территории африканской страны-отправителя груза или сразу после прохождения указанной процедуры третьими (неустановленными) лицами, то есть не сотрудниками контрагента, вследствие чего, по его мнению, вина последнего в произошедшем отсутствует и не связана с ненадлежащим исполнением контрагентом своих обязанностей, учитывая отсутствие в материалах дела доказательств, свидетельствующих о реальности истории о хищении золотосодержащего сырья третьими лицами, исходя из того, что данная поставка задекларирована в качестве поставки золотосодержащего сырья, что лицами, участвующими в деле, не отрицается, и что, в свою очередь, предполагает наличие соответствующего разрешение на экспорт со стороны таможенных органов африканской страны, который выдается только после проведения и предоставления результатов химического анализа, выдачи сертификата качества, сертификата происхождения товара, в связи с чем, вероятность подмены золота до осуществления таможенного контроля еще со стороны представителей контрагента является маловероятной; принимая во внимание также содействие контрагента в подписании всех необходимых документов, частичный возврат аванса, отсутствие достаточных доказательств того, что именно контрагент, действуя недобросовестно, подменил золото на муляж, суды обеих инстанций заключили о том, что упомянутый инцидент с подменой золотосодержащего сырья на муляж не являлся безусловным основанием для разрыва партнерских отношений, указав при этом на то, что последующие поставки золота осуществлены в надлежащем качестве, в то время материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих об обратном, а также о наличии претензий к таковым поставкам.

С учетом изложенного, суды констатировали, что совокупная поставка золота осуществлена как за счет первоначального авансирования (до ситуации с муляжом), с учетом неполного возврата аванса, так и частично за счет авансирования на 700 000 долларов США (с точки зрения математического сальдирования взаимоотношений, то есть соотношения в денежном выражении: сколько поставили и сколько заплатили без привязки к конкретному дополнительному соглашению).

Проверяя довод ответчика об экономической целесообразности авансирования на существенную сумму в 700 000 долларов США (обусловлено выгодной ценой сырья), суды установили, что, согласно условиям более ранних дополнительных соглашений, в частности, дополнительных соглашений от 22.09.2017 № 01, от 11.10.2017 № 02, цена составляла 40 долларов за грамм, в то время как согласно дополнительному соглашению от 26.03.2018 № 03/2 уже 35 долларов за грамм, то есть соответственно ниже, при этом, как сказано ранее, авансирование являлось допустимым при работе с поставщиками из африканских стран, а указанный порядок предусмотрен договором.

Таким образом, признавая, что решение по авансированию на 700 000 долларов США в определенной степени имело признаки рискованной сделки, суды заключили, что данный риск не выходил за пределы предпринимательского, и, соответственно, не связан с неразумным поведением ответчика, которое повлекло возникновение убытков.

Далее, проверяя довод управляющего о непринятии мер по обращению взыскания на 30% долю в компании Zlato Limited, заложенную, по утверждению ответчика, в обеспечение исполнения контракта, а также по взысканию задолженности с контрагента, установив, что реальные поставки золота осуществлялись вплоть до 28.06.2018 (последняя поставка золота в адрес должника на сумму 136 160,06 долларов США), в то время как полномочия ФИО4 в качестве руководителя должника прекратились 13.07.2018, то есть через 11 рабочих дней после последней поставки; из содержания пункта 2 дополнительного соглашения от 08.12.2017 № 02/4 к контракту от 11.09.2017 следует, что действие контракта продлено до 31.12.2018 включительно, следовательно, на момент прекращения полномочий контракт являлся действующим; принимая во внимание, что сроки поставки неоднократно изменялись, указанные обстоятельства оформлены дополнительными соглашениями, производилось частичное исполнение контракта, суды не усмотрели оснований для принятия ответчиком в период действия его полномочий мер по обращению взыскания на 30% долю в компании Zlato Limited, заложенную в обеспечение исполнения контракта, а также по взысканию задолженности с контрагента, при этом суды указали на то, что иные меры взаимодействия с контрагентом в части конфликтной ситуации совершались ответчиком оперативно, в том числе подписан рекламационный акт, заключены соответствующие дополнительные соглашения о необходимости возврата денежных средств по первоначальным авансам, о констатации факта отсутствия необходимости оплаты со стороны должника товара ненадлежащего качества.

Таким образом, отказывая в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия всех необходимых и достаточных оснований для привлечения ФИО4 к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков, а также из отсутствия надлежащих и достаточных доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По результатам рассмотрения кассационной жалобы конкурсного управляющего ФИО2, изучения материалов дела, суд округа считает, что судами первой и апелляционной инстанций все доводы и доказательства, которые были приведены и раскрыты сторонами при рассмотрении спора по существу, исследованы и оценены, обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, определены верно, нормы законодательства, регулирующие спорные правоотношения, применены правильно, выводы судов о применении нормы права соответствуют установленным ими обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильных судебных актов, не допущено.

Основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций согласно статье 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются, в том числе, несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального или процессуального права.

Так, заявитель кассационной жалобы, с учетом опровержимости презумпции полноты и достоверности установленных судом обстоятельств, должен указать конкретные кассационные основания.

В то же время кассационная жалоба не содержат доводов, свидетельствующих о несоответствии выводов судов установленным ими обстоятельствам по делу, а изложенные в кассационной жалобе доводы заявлены без учета выводов судов, не опровергают их, а повторяют доводы, которые являлись предметом проверки судов первой и апелляционной инстанций, и, по сути, сводятся к несогласию с выводами судов, основанными на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, которым дана надлежащая правовая оценка.

Несогласие с их оценкой, иная интерпретация, а также неправильное толкование кассатором норм закона не означают судебной ошибки (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, учитывая, что нарушений норм материального и/или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не выявлено, обжалуемые определение Арбитражного суда Свердловской области от 07.12.2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2023 являются законными и обоснованными и отмене по приведенным в кассационной жалобе доводам не подлежат.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 07.12.2022 по делу № А60-74034/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ЕЗ ОЦМ-Трейд» ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Е.А. Павлова


Судьи О.Н. Новикова


Н.А. Артемьева