Решение от 4 марта 2025 г. по делу № А07-8720/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

ул. Гоголя, 18, г. Уфа, Республика Башкортостан, 450076, http://ufa.arbitr.ru/,

сервис для подачи документов в электронном виде: http://my.arbitr.ru

Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

Дело № А07-8720/2024
г. Уфа
05 марта 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 03.03.2025 Полный текст решения изготовлен 05.03.2025

Арбитражный суд Республики Башкортостан в составе судьи Тагировой Л. М., при

ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Муратовой

А.А., рассмотрел в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

ООО ЮРКОНТРА (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к ИП ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) Третье лицо: Шэньчжэнь Вейболи Технолоджи Ко.Лтд.

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в размере 50 000

руб., стоимости вещественных доказательств в размере 800 руб., почтовых расходов в

размере 209 руб. 47 коп.

в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Общество с ограниченной ответственностью "Юрконтра" обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в размере 50 000 руб.

Определением от 29.03.2024 г.. исковое заявление принято к производству суда.

Определением от 23.10.2024 г. суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Компанию Шэньчжэнь Вейболи Технолоджи Ко.Лтд.

Ответчик надлежащим образом уведомленный о дате и времени судебного заседания путем направления уведомлений по юридическому адресу, а также путем размещения данной информации на официальном сайте суда, ссылка на который имеется в определении о принятии заявления к производству, явку своего представителя не обеспечил, отзыв не представил, требования не оспорил.

Согласно запрошенной судом адресной справке Управления по вопросам миграции МВД по РБ, ФИО1 зарегистрирован по адресу: <...> Уфы, д 45, кв.302.

В соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем орган связи проинформировал арбитражный суд.

Поскольку копия судебного акта, направленная ответчику арбитражным судом по месту жительства согласно выписке из ЕГРИП и запрошенной судом справке Управления по вопросам миграции МВД по РБ, не были вручены в связи с истечением срока хранения, о чем орган связи проинформировал арбитражный суд, а также с учетом отсутствия у арбитражного суда обязанности осуществлять розыск лиц, участвующих в деле, следует признать, что ответчик был надлежащим образом уведомлен о начавшемся судебном процессе.

Тот факт, что ответчик не получал направляемую ему корреспонденцию, не свидетельствует о том, что последний не мог знать о предъявленном к нему иске, поскольку не являлся за получением корреспонденции.

Как разъяснено в п. 1 Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 61 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с достоверностью адреса юридического лица", юридическое лицо несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, поступивших по его адресу, указанному в ЕГРЮЛ, а также риск отсутствия по этому адресу своего представителя, и такое юридическое лицо не вправе в отношениях с лицами, добросовестно полагавшимися на данные ЕГРЮЛ об адресе юридического лица, ссылаться на данные, не внесенные в указанный реестр, а также на недостоверность данных, содержащихся в нем (в том числе на ненадлежащее извещение в ходе рассмотрения дела судом, в рамках производства по делу об административном правонарушении и т.п.), за исключением случаев, когда соответствующие данные внесены в ЕГРЮЛ в результате неправомерных действий третьих лиц или иным путем помимо воли юридического лица (пункт 2 статьи 51 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 23 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя.

К предпринимательской деятельности граждан, осуществляемой без образования юридического лица, соответственно применяются правила названного Кодекса, которые регулируют деятельность юридических лиц, являющихся коммерческими организациями, если иное не вытекает из закона, иных правовых актов или существа правоотношения (п. 3 ст. 23 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, в соответствии с абз. 2 ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания по рассмотрению искового заявления была опубликована на официальном интернет-сайте суда.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления неблагоприятных последствий в результате не принятия мер по получению информации о движении дела, если суд располагает информацией о том, что указанные лица надлежащим образом извещены о начавшемся процессе (абз. 2 часть 6 ст. 121 АПК РФ).

Определением суда сторонам разъяснена возможность проведения судебного онлайн-заседания с использованием системы веб-конференции и возможности онлайн-ознакомления с материалами судебных дел через электронный сервис «Мой арбитр».

Таких ходатайств ответчиком не заявлено.

Исходя из изложенного, суд полагает, признать ответчика надлежаще извещённым по правилам ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации непредставление отзыва на исковое заявление или дополнительных доказательств, которые арбитражный суд предложил представить лицам, участвующим в деле, не является препятствием к рассмотрению дела по имеющимся в деле доказательствам.

При неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд

вправе рассмотреть дело в их отсутствие (часть 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Поскольку в рассматриваемом случае суд обладает сведениями о надлежащем извещении сторон о месте и времени судебного заседания, дело рассмотрено в их отсутствие по имеющимся в материалах дела доказательствам на основании частей 1 и 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, арбитражный суд

УСТАНОВИЛ:

Как следует из материалов дела, Компания Шэньчжэнь Вейболи Технолоджи Ко.Лтд. является правообладателем следующих товарных знаков:

- № 808049, что подтверждается свидетельством на товарный знак № 808049, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 20 апреля 2021 г., срок действия до 28 сентября 2030 г.;

- № 831022, что подтверждается свидетельством на товарный знак № 831022, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 01 октября 2021 г., срок действия до 31 мая 2031 г.

27.06.2023 между Шеньчжэнь Вейболи Технолоджи Ко, Лтд (цедент) и обществом с ограниченной ответственностью "Юрконтра" (цессионарий) был заключен договор уступки права (требования) N WT-YK27/06 в соответствии с условиями которого права требования (а также иные связанные требования, в том числе, но не ограничиваясь: стоимость вещественных доказательств, госпошлины за рассмотрение дела в суде, расходов по получению выписки из ЕГРИП, почтовых расходов и иные) к нарушителям исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности перешли от Шеньчжэнь Вейболи Технолоджи Ко, Лтд к ООО "Юрконтра".

В соответствии с п. 4 Договора, уступка прав (требования) осуществлена в отношении нарушений исключительных прав, допущенных в отношении следующих объектов:

- товарный знак № 831022 - товарный знак № 808049;

Согласно п. 7 договора уступки права (требования) № WT-YK27/06 от 27.06.2023 г. согласие нарушителей на уступку прав (требований) не требуется.

В Приложении № 2 к Договору уступки права (требования) N WT-YK27/06 от 27.06.2023 г. указан перечень нарушителей, требования в отношении которых перешли от Шеньчжэнь Вейболи Технолоджи Ко, ЛТД к обществу с ограниченной ответственностью "Юрконтра", в том числе к нарушителю исключительных прав – ФИО1 (пункт 2135).

В целях защиты своих исключительных прав правообладателем был произведен комплекс мероприятий, в результате которых 14.02.2023 года в торговой точке, расположенной по адресу: <...> был установлен и задокументирован факт продажи от имени индивидуального предпринимателя ФИО1 товара — «электронная сигарета», обладающего техническими признаками контрафактности.

На реализованном товаре, по мнению истца, размещены обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками, права на которые принадлежат Компании Шэньчжэнь Вейболи Технолоджи Ко.Лтд.

В подтверждение факта реализации указанного товара истец представил в материалы фото (копию) кассового чека от 14.02.2023, в котором в качестве продавца указан – индивидуальный предприниматель Абылгузин Данил Рустемовиа, с указанием ИНН ответчика – <***>, также истцом в материалы дела представлен диск, содержащий видеозапись момента реализации ответчиком контрафактного товара, фото

спорного товара.

Поскольку использование исключительных прав истца на товарные знаки ответчиком с истцом не согласовывалось, в целях досудебного урегулирования спора правообладатель направил в адрес ответчика претензию с требованием незамедлительного прекращения действий по нарушению исключительных прав правообладателя, выплаты денежной компенсации.

Направленная претензия оставлена ответчиком без ответа, требования – без удовлетворения, что послужило основанием для обращения в суд с рассматриваемым исковым заявлением о взыскании 50 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав.

Оценив все представленные доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает иск не подлежащим удовлетворению на основании следующего.

В силу части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом. Условиями предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с соответствующим требованием, являются установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права или охраняемого законом интереса, факта его нарушения и факта нарушения права истца именно ответчиком.

Судом установлено, что спорные отношения регулируются положениями части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации, включая главы 69, 70 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно подпунктам 9, 14 пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации результатами интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются в числе прочих товарные знаки и знаки обслуживания, промышленные образцы.

В соответствии со статьей 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации), если этим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами,

предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации.

В соответствии со ст. 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Основное предназначение товарного знака - обеспечение потенциальному покупателю возможности отличить маркированный товар одного производителя среди аналогичных товаров другого производителя.

Как следует из положений ст. 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

В соответствии с п. 1 ст. 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю) принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со ст. 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак).

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ, услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности, путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным способом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся в этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Иные лица не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникает вероятность смешения.

По смыслу положений ст. 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

При обращении с требованием о защите исключительных прав истец в силу положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен доказать принадлежность ему исключительных прав, в защиту которых предъявляется соответствующее требование, а также факт нарушения этих прав ответчиком.

Как следует из материалов дела, 27.06.2023 между Шеньчжэнь Вейболи Технолоджи Ко, Лтд (цедент) и обществом с ограниченной ответственностью "Юрконтра"

(цессионарий) был заключен договор уступки права (требования) N WT-YK27/06 в соответствии с условиями которого права требования (а также иные связанные требования, в том числе, но не ограничиваясь: стоимость вещественных доказательств, госпошлины за рассмотрение дела в суде, расходов по получению выписки из ЕГРИП, почтовых расходов и иные) к нарушителям исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности перешли от Шеньчжэнь Вейболи Технолоджи Ко, Лтд к ООО "Юрконтра".

В соответствии с п. 4 Договора, уступка прав (требования) осуществлена в отношении нарушений исключительных прав, допущенных в отношении следующих объектов:

- товарный знак № 831022 - товарный знак № 808049;

Согласно п. 7 договора уступки права (требования) № WT-YK27/06 от 27.06.2023 г. согласие нарушителей на уступку прав (требований) не требуется.

В Приложении № 2 к Договору уступки права (требования) N WT-YK27/06 от 27.06.2023 г. указан перечень нарушителей, требования в отношении которых перешли от Шеньчжэнь Вейболи Технолоджи Ко, ЛТД к обществу с ограниченной ответственностью "Юрконтра", в том числе к нарушителю исключительных прав – ФИО1 (пункт 2135).

В силу ст. 382 Гражданского кодекса РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования).

Из названной нормы права следует, что обязанность по оплате долга должна юридически существовать у должника на момент уступки права требования на основании какого-либо обязательства.

По своему правовому содержанию уступка права требования означает перемену лиц в обязательстве (гл. 24 Гражданского кодекса Российской Федерации). Предметом договора уступки права требования является юридическая обязанность должника, которая входит в содержание обязательственных правоотношений.

Согласно ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Из изложенного следует, что при заключении между сторонами договора перевода долга основополагающее значение приобретает факт действительности передаваемого требования и его существование (права) к моменту заключения договора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону.

Анализ представленного в материалы дела договора уступки права требования показывает, что в нем определено обязательство, по которому уступается право требования, признаков незаключенности, ничтожности не содержит.

Из содержания вышеуказанных норм права следует, что использование в гражданском обороте на территории Российской Федерации товарного знака может осуществляться только с разрешения правообладателя или уполномоченного им лица. Предложение к продаже, продажа, хранение и иное введение в хозяйственный оборот товаров с товарным знаком или сходным с ним до степени смешения обозначением, используемых без разрешения его владельца, является нарушением права на товарный знак.

Материалами дела подтверждается факт принадлежности ООО "Юрконтра" прав требования на товарные знаки № 831022, № 808049, доказательств, свидетельствующих о

наличии у ответчика права на реализацию в предпринимательских целях спорных объектов интеллектуальной собственности, в деле не имеется.

Как отмечено в пункте 55 Постановления N 10, при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 64 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

В соответствии с частью 2 статьи 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к доказательствам в виде иных документов и материалов относятся материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном указанным Кодексом.

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье 14 ГК РФ и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

В пункте 55 Постановления N 10 разъяснено, что факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи Ддя признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.

В материалы дела представлена копия кассового чека от 14.02.2023, который содержит реквизиты: дату покупки, количество товара, цену, наименование продавца.

Согласно ст. 493 Гражданского кодекса Российской Федерации договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Положениями ч. 1 ст. 182 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого. В соответствии с абзацем вторым той же статьи полномочия лица может также явствовать из обстановки, в которой действует представитель (продавец в розничной торговле, кассир и т.п.). Согласно п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Доказательств того, что сделка была совершена иным лицом ответчиком не представлено.

Ответчик, в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил доказательств реализации указанного товара на законных основаниях, доказательства наличия у него права использования спорных произведений изобразительного искусства и товарного знака, реализация товара осуществлена без согласия правообладателя и является нарушением его прав.

Из разъяснений, данных в пункте 13 Информационного письма ВАС РФ от 13.12.2007 № 122 следует, что вопрос о сходстве до степени смешения обозначений

является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве до степени смешения может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует. Обозначение является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Экспертиза в силу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации назначается лишь в случае, когда для сравнения обозначений требуются специальные знания.

При визуальном осмотре и сравнении персонажей, изображенных на товаре, приобретенном у ответчика, с персонажами, исключительные права на которые принадлежат истцу, установлено их визуальное сходство: графическое и объемное изображение, расположение отдельных частей персонажей совпадает, цветовая гамма персонажей соответствует. Визуальное и графическое сходство охраняемых изображений персонажей, содержащихся на реализованном ответчиком товаре, позволяют ассоциировать сравниваемые объекты один с другим и сделать вывод об их сходстве до степени смешения.

При этом интеллектуальные права не зависят от права собственности и иных вещных прав на материальный носитель (вещь), в котором выражены соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (ч. 1 ст. 1227 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Выражение нескольких результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации в одном материальном носителе (в том числе воспроизведение экземпляров нескольких произведений, размещение нескольких разных товарных знаков на одном материальном носителе) является нарушением исключительного права на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (абз. 3 п. 3 ст. 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации) (п. 68 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Приобретенный у ответчика товар обладает всеми признаками контрафактности, поскольку имеют сходство по визуальным характеристикам. При этом на указанном товаре отсутствуют сведения о правообладателе товарного знака и изображений персонажей.

Доказательств, подтверждающих передачу ответчику прав на использование товарного знака и произведений изобразительного искусства в материалы дела не представлено, что свидетельствует о том, что такое использование осуществляется ответчиком без согласия правообладателя.

Таким образом, вся совокупность установленных при рассмотрении дела обстоятельств, приводит суд к выводу о незаконности использования ответчиком товарных знаков, соответственно, нарушения им исключительных прав истца.

Разрешая вопрос о размере компенсации за нарушение исключительных имущественных прав истца, суд пришёл к следующему.

Как усматривается из материалов дела, истцом заявлено требование о взыскании с ответчика суммы компенсации за нарушение исключительных прав в размере 50 000 руб., из расчета по 25 000 руб. за каждый объект интеллектуальной деятельности.

Согласно статье 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном этим Кодексом, требования о возмещении убытков – к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб (подпункт 3 пункта 1).

В случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов

интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения (пункт 3).

В случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации требовать от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения;

3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель (статья 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации (пункт 59). Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере (пункт 61).

Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252). По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 3 части 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер

требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 3 части 5 статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения (пункт 62).

Истцом при обращении в суд с настоящим исковым заявлением избран вид компенсации, предусмотренный пунктом 3 статьи 1301 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, следовательно, снижение данного размера компенсации ниже установленного предела, возможно исключительно при наличии мотивированного и документального подтвержденного заявления ответчика.

Данный правовой подход изложен в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2017 № 305-ЭС16-13233, от 11.07.2017 № 308-ЭС17-2988.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2016 N 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

- убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком;

- правонарушение совершено ответчиком впервые;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Ответчиком доказательств наличия обстоятельств, свидетельствующих основанием для снижения заявленной компенсации, не представлено. Судом исключительных оснований, позволяющих снизить размер компенсации, не усматривается. Оснований полагать размер компенсации, заявленный истцом, не соответствующим характеру нарушения и иным обстоятельствам дела с учетом требований справедливости и разумности у суда не имеется. Осуществляя продажу спорного товара без согласия правообладателя, ответчик нарушил исключительные права последнего.

Вместе с тем, принимая во внимание, что заявленный истцом размер компенсации (25 000 рублей за каждый из объектов) превышает установленный законом минимальный размер (10 000 руб.), то представление обоснования размера взыскиваемой им компенсации являлось обязанностью истца.

Какое-либо существенное обоснование наличия у истца убытков в заявленном для компенсации размере в материалы дела не представлено.

Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования.

В силу положений пункта 3 статьи 1252 ГК РФ компенсация за нарушение исключительного права может взыскиваться и сверх убытков, но лишь при наличии таковых. Будучи мерой гражданско-правовой ответственности, она имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер. Штрафной характер компенсации - наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя - должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10.10.2017 № 2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя.

Заявленное истцом обоснование размера компенсации представляет собой общие ссылки на известность товарного знака, при этом какого-либо конкретного обоснования применительно к совершению правонарушения именно ответчиком не заявлено.

Суд с учетом приведенных норм материального права, разъяснениями высших судебных инстанций, исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отдельности и взаимосвязи представленные в материалы дела доказательства и доводы, принимая во внимание обстоятельства дела, характер допущенного ответчиком нарушения, стоимость товара (800 руб.), исходя из принципов разумности и справедливости, необходимости сохранения баланса прав и интересов сторон, а также соразмерности компенсации последствиям допущенного ответчиком нарушения, отсутствие доказательств наступления для истца каких-либо негативных последствий незаконного использования результата интеллектуальной деятельности и вероятных убытков (в том числе упущенной выгоды), а также доказательств негативного влияния хозяйственной деятельности ответчика на деловую репутацию истца, учитывая также привлечение ответчика к ответственности за нарушения в сфере интеллектуальной деятельности впервые, приходит к выводу, что размер компенсации подлежит определению в размере 10 000 рублей за каждый из объектов интеллектуальной деятельности с учетом характера допущенного нарушения и установленных выше обстоятельств.

Таким образом, исковые требования истца подлежат частичному удовлетворению в размере 20 000 руб. (по 10 000 руб. за каждое правонарушение)

Компенсация в изложенном размере не противоречит принципу соразмерности (пропорциональности) санкции совершенному правонарушению, как общепризнанному принципу права, предполагающему дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, учет степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

Указанная сумма, по мнению суда, будет достаточной для того, чтобы возместить возможные материальные потери истцов вследствие нарушения из исключительных прав ответчиком.

На основании изложенного требования истца подлежат частичному удовлетворению.

Истцом заявлено также требование о взыскании с ответчика судебных расходов по приобретению спорного товара на сумму 800 руб., почтовых расходов в размере 209 руб. 47 коп.

В подтверждение несения расходов по приобретению вещественного доказательства «электронная сигарета» и почтовых расходов истцом в материалы дела представлены квитанции и кассовый чек.

Поскольку требования истца удовлетворены частично, заявленные истцом судебные расходы подлежат пропорциональному распределению в соответствии с частью 1 ст. 110 Арбитражный суд Республики Башкортостан.

При этом суд считает необходимым учесть разницу между заявленным истцом размером компенсации за нарушение исключительных прав (по 25 000 руб. за каждый факт нарушения) и минимальным размером компенсации, определённого ст. 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации (10 000 руб.), в силу чего размер заявленных судебных расходов снизить в два с половиной раза.

Поскольку контрафактный товар не был представлен в материалы дела, в части требования о взыскании судебных расходов на приобретение товара суд отказывает

Расходы по оплате государственной пошлины также подлежат частичному удовлетворению пропорционально удовлетворенных требований на основании ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью "Юрконтра" компенсацию за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 808049 в размере 10 000 руб., № 831022 в размере 10 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 800 руб., почтовые расходы в размере 83 руб. 78 коп.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу по ходатайству взыскателя.

Решение может быть обжаловано в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Судья Л.М. Тагирова