Постановление от 12 мая 2023 г. по делу № А07-8518/2015

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9365/16

Екатеринбург

12 мая 2023 г.


Дело № А07-8518/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 03 мая 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 мая 2023 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Пирской О. Н.,

судей Тихоновского Ф. И., Соловцова С. Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Дирекция капитального строительства Фонда жилищного строительства Республики Башкортостан», общества с ограниченой ответственностью «Смарт-Сервис», общества с ограниченной ответсвенностью «Промсервис», общества с ограниченной ответственностью «Рента.Ру», публичного акционерного общества «Акционерная компания Востокнефтезаводмонтаж», индивидуального предпринимателя ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «СверхСтрой», общества с ограниченной ответственностью «Уралстройком», общества с ограниченной ответственностью «Ремстройсервис» на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.10.2022 по делу № А07-8518/2015 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции приняли участие представители Государственного унитарного предприятия Фонд жилищного строительства Республики Башкортостан – ФИО2 (доверенность № 7от 09.01.2022, паспорт), Министерства земельных и имущественных отношений Республики Башкортостан - ФИО3 (доверенность №ДС-М04-04-1 от 30.12.2022), общества с ограниченной ответственностью «Промсервис» – ФИО4 (доверенность б/н от 09.09.2021, паспорт), публичного акционерного общества «Акционерная компания Востокнефтезаводмонтаж» – ФИО5 (доверенность № 266 от 31.08.2022, паспорт), конкурсного управляющего ООО Дирекция капитального строительства Фонда жилищного строительства Республики Башкортостан ФИО6 – ФИО7 (доверенность № 01 от 10.01.2022, паспорт).

В Арбитражном суде Уральского округа приняли участие представители общества с ограниченной ответственностью «Смарт-Сервис» – ФИО8 (доверенность б/н от 12.01.2023, паспорт), общества с ограниченной ответственностью «СВЕРХСТРОЙ» – директор ФИО9 (выписка ЕГРЮЛ, паспорт), ФИО10 – ФИО11 (доверенность 02 АА 5095276 от 28.10.2020, выданная сроком на три года, паспорт).

При открытии судом кассационной инстанции судебного заседания с использованием онлайн-сервиса «Картотека арбитражных дел» представитель общества с ограниченной ответственностью «Рента.Ру» не подключился к каналу связи, что свидетельствует об его неявке. Установив, что средства связи суда воспроизводят видео- и аудиосигнал надлежащим образом, технические неполадки отсутствуют, представителю стороны обеспечена возможность дистанционного участия в процессе, которая не в полной мере реализована по причинам, находящимся в сфере его контроля, суд округа не усмотрел предусмотренных статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отложения судебного заседания.


Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 24.12.2015 (резолютивная часть от 17.12.2015) по заявлению общества «Трест Башспецнефтестрой» о признании общества «Дирекция капитального строительства Фонда жилищного строительства Республики Башкортостан» (далее – должник, общество «ДКС ФЖС РБ») несостоятельным (банкротом) в отношении должника введена процедура наблюдения, назначено судебное заседание по вопросу перехода к следующей процедуре банкротства, утвержден временный управляющий ФИО6.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостанот 04.02.2016 в деле о банкротстве должника применены правила параграфа 7 главы IX Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», регулирующие особенности банкротства застройщиков.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 12.07.2016 общество «ДКС ФЖС РБ» признано банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о привлечении государственного унитарного предприятия «Фонд жилищного строительства Республики Башкортостан» (далее – предприятие «ФЖС РБ», предприятие) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Обществом с ограниченной ответственностью «Промсервис» (далее – кредитор, общество «Промсервис») заявлено о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «ДКС ФЖС РБ» ФИО10.

Обществом с ограниченной ответственностью «Уфа-Строй» (правопреемник общество «Смарт-Сервис») поддержано требование о привлечении предприятия к субсидиарной ответственности и заявлено о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Министерства земельных и имущественных отношений Республики Башкортостан (далее – Министерство).

Указанные заявления объединены в одно производство.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.10.2022, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023, в удовлетворении требований о привлечении предприятия «ФЖС РБ», Министерства, ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказано.

Не согласившись с указанными судебными актами, конкурсный управляющий, общество «Смарт-Сервис», общество «Промсервис», общество «Рента.Ру», общество «Акционерная компания Востокнефтезаводмонтаж», индивидуальный предприниматель ФИО1, общество «СверхСтрой», общество «Уралстройком», общество «Ремстройсервис» обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационными жалобами.

Конкурсный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «Дирекция капитального строительства Фонда жилищного строительства Республики Башкортостан» в кассационной жалобе просит судебные акты отменить, принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования. Действия (бездействия) предприятия, являющегося контролирующим должника лицом, повлекли негативные последствия для должника, вышли за пределы обычной хозяйственной деятельности, направлены на нарушение прав всех кредиторов. Конкурсный управляющий также поддерживает доводы кассационных жалоб иных лиц в части наличия вины ФИО10, Министерства в непринятии ими мер по предотвращению банкротства должника.

Общество «Смарт-Сервис» в кассационной жалобе ссылается на то, что судами не исследованы причины несостоятельности должника и не определена дата начала неплатежеспособности. Доводы о реализации бизнес-модели со смещением долговой нагрузки на должника судами не исследовались, между тем, отнесение предприятия к числу контролирующих должника лиц возлагает на него бремя опровержения его причастности к несостоятельности должника и ответственности за свои действия перед кредиторами. Суды необоснованно не приняли во внимание заключение финансово-экономической экспертизы, вопрос о проведении повторной либо дополнительной судебной экспертизы судами перед сторонами не был поставлен.

Общество «Промсервис» в кассационной жалобе указывает, что суды не исследовали причины несостоятельности и не определили дату начала неплатежеспособности. Вывод судов о том, что причины банкротства связаны с внешними, а не внутренними факторами, проведением расчетов в валюте, общим экономическим кризисом, не подтверждается представленными в материалы обособленного спора доказательствами. Судами необоснованно не приняты во внимание выводы заключения финансово-экономической экспертизы, не дана оценка доводам сторон о ведении должником и предприятием деятельности по модели «центр прибыли» - «центр убытков», из числа контролирующих должника лиц исключено Министерство.

Общество «Рента.Ру» полагает, что выводы судов об отсутствии у предприятия признаков контролирующего лица не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Предприятие, имея долю участия в размере 49 % и высокую степень вовлеченности в хозяйственную деятельность должника, принимал в отношении должника решения, влияющие на его хозяйственную деятельность. Заявитель кассационной жалобы также указывает, что судами причины несостоятельности должника не исследовались. С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат отмене.

Общество «Акционерная компания Востокнефтезаводмонтаж» просит обжалуемые судебные акты отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела. Податель кассационной жалобы указывает, что суд апелляционной инстанции, установив, что предприятие является контролирующим должника лицом, не установил взаимосвязь между данным обстоятельством и возникновением признаков банкротства должника. Отклоняя доводы сторон о том, что обстоятельством, приведшим к банкротству должника, явилось расторжение предприятием всех договоров подряда с должником, суды не установили действительные причины возникновения несостоятельности должника, не исследовали мотивы поведения предприятия, предшествовавшего банкротству должника.

Индивидуальный предприниматель ФИО1 указывает, что суды первой и апелляционной инстанций необоснованно не приняли во внимание заключение финансово-экономической экспертизы, исключили министерство из числа контролирующих должника лиц. Ссылаясь на фактическую и юридическую зависимость и подконтрольность должника предприятию, кассатор просит обжалуемые судебные акты отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Общество «СверхСтрой» также просит судебные акты отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. Податель кассационной жалобы полагает, что судами необоснованно не принято во внимание заключение финансово-экономической экспертизы, не учтена фактическая и юридическая зависимость должника и предприятия. Кассатор также полагает, что выводы судов о пропуске срока исковой давности ошибочны.

Общество «Уралстройком» в кассационной жалобе просит указанные судебные акты отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований в полном объеме. Ссылаясь на юридическую и фактическую зависимость и подконтрольность должника предприятию «Фонд жилищного строительства РБ», отсутствие доказательств разумности и экономической целесообразности действий предприятия, министерства, заключение финансово-экономической экспертизы, создание системы хозяйственных отношений, направленных на удовлетворение экономических интересов предприятия, податель кассационной жалобы полагает требования о привлечении к субсидиарной ответственности обоснованными. Кроме того, судами сделан неверный вывод о пропуске срока исковой давности для подачи заявления о привлечении ФИО10 к субсидиарной ответственности.

Общество «Ремстройсервис» в кассационной жалобе просит обжалуемые судебные акты отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований, указывая на наличие фактической и юридической зависимости должника от предприятия, проведение хозяйственной политики, направленной на удовлетворение целей предприятия.

Предприятие, ФИО10 в отзывах на кассационные жалобы просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационные жалобы без удовлетворения.

Министерство в отзыве на кассационные жалобы просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции об отказе в привлечении Министерства к субсидиарной ответственности оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 21.03.2023 судебное заседание отложено на 03.05.2023.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 02.05.2023 произведена замена судьи Оденцовой Ю.А. на судью Соловцова С.Н.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов заявителя кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, предприятие является участником должника с 28.12.2012 с долей участия 49%. В начале 1998 года был создан Отдел собственного капитального строительства Фонда жилищного строительства при Президенте Республики Башкортостан. В 2003 году отдел переименован и зарегистрирован в качестве самостоятельного юридического лица - Дочернее хозяйственное общество Фонда жилищного строительства при Президенте Республики Башкортостан - общество с ограниченной ответственностью «Дирекция капитального строительства». Общество создано для исполнения функций заказчика-застройщика предприятия «ФЖС РБ» при строительстве объектов жилищного, производственного, социального и иного назначения; выполнения строительных работ, оказания услуг и иной коммерческой деятельности, взаимоотношения осуществляются на основании договоров поручения.

С декабря 2011 года должник выполняет функции генерального подрядчика на объектах, инвестируемых предприятием.

Для должника основным контрагентом являлось предприятие с долей договоров порядка 90 %.

Как ранее было ранее указано, решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 12.07.2016 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство.

В Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлениями о привлечении к субсидиарной ответственности обратились конкурсный управляющий – к предприятию, общество «Промсервис» – к предприятию, ФИО10, общество «Уфа-Строй» – к Министерству.

Конкурсный управляющий в качестве основания для привлечения предприятия «ФЖС РБ» к субсидиарной ответственности указывает на невозможность полного погашения требований кредиторов должника ввиду совершения распорядительных сделок по подписанию минусовых КС, дефектных ведомостей и купли-продажи доли в уставном капитале ООО «ФЖС-Недвижимость».

В обоснование заявления о привлечении предприятия к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылается на то, что предприятие выступает основным заказчиком выполняемых должником работ и является контролирующим должника лицом. Инвестором, застройщиком, заказчиком при осуществлении деятельности практически всегда выступало предприятие. Расторжение ряда договоров генерального подряда, заключенных между должником и предприятием, привело к тому, что должник был лишен инвестиционного «портфеля», объекты переданы заказчику, что лишило должника продолжать деятельность. Должник был вынужден, соответственно, расторгнуть договоры с подрядчиками, что, в конечном итоге, ухудшило финансовое состояние должника.

Являясь мажоритарным участником общества-должника и конечным выгодоприобретателем, предприятие «ФЖС РБ» обязано было действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно, и соответственно, несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В обоснование требования о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО10 общество «Промсервис» указало, что с января 2015 года по октябрь 2017 года ФИО10 был директором предприятия. Вступившими в законную силу судебными актами было установлено, что ФИО10 и предприятие контролировали совершаемые должником сделки и обеспечивали своими действиями создание фиктивной кредиторской задолженности, а также фактическое безвозмездное отчуждение принадлежавшего Должнику имущества. Предприятие и ФИО10 являются контролирующими должника лицами, поскольку одновременно контролировали действия и извлекали выгоду из сложившейся схемы безвозмездного отчуждения активов должника.

В обоснование требований к Министерству кредитор указал, что одним из учредителей должника является, которое также выступает единственным учредителем и участником общества «Региональный фонд». В 2015 году общество «Региональный фонд», общество «ФЖС-Недвижимость» и предприятие были связаны одной хозяйственной целью, направленной на финансирование строительства объектов недвижимости жилой сферы, могут быть признаны заинтересованными лицами. Кредитор ссылается на то, что участником должника с долей 49% является предприятие, а конечным бенефициаром указанной группы лиц выступает Министерство.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявителями не представлены доказательства, подтверждающие наличие причинно-следственной связи между действиями ответчиков и объективным банкротством должника. Судом сделан вывод, что предприятие «ФЖС РБ» не является контролирующим должника лицом по смыслу Закона о банкротстве, и презумпция положений ст. 61.10 Закона о банкротстве в отношении предприятия «ФЖС РБ» не применяется.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, оснований для отмены судебного акта суда первой инстанции не усмотрел. Вместе с тем, суд апелляционной инстанции признал выводы об отсутствии признаков контролирующего должника лица у предприятия не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, установив, что предприятие, имея долю участия в размере 49 % и высокую степень вовлеченности в хозяйственную деятельность должника, принимало в отношении должника решения, влияющие на его хозяйственную деятельность.

При этом суды исходили из следующего.

Судами установлено, что заявление конкурсного управляющего, кредиторов о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника поступило в арбитражный суд 18.01.2017, обстоятельства, с которыми связано привлечение указанных лиц к ответственности, возникли до вступления в законную силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, в связи с чем заявление конкурсного управляющего обоснованно рассмотрено судами по правилам статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

Согласно общему правилу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, аналогичного по содержанию абзацу четвертому пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника (пункт 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В пунктах 16-17 постановления № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Применительно к данному основанию привлечения к субсидиарной ответственности Министерства по обязательствам должника суды пришли к выводу, что Министерство не относится к числу контролирующих лиц должника.

В обоснование заявленного требования о привлечении Министерства к субсидиарной ответственности общество «Смарт-Сервис» указывает, что земельные участки кадастровой стоимостью 219 371 366 рублей 82 копейки были изъяты в собственность АО «Региональный фонд», единственным учредителем и участником которого является Министерство.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.11.2019 по делу № А07-8518/2015 по обособленному спору о взыскании с предприятия убытков в сумме 280 821 000 рублей доводы конкурсного управляющего об уменьшении в результате обременения земельных участков стоимости доли в уставном капитале ООО «ФЖС-Недвижимость» отклонены со ссылкой на то, что данные земельные участки были получены ООО «ФЖС-недвижимость» по договору цессии в счет завершения строительства жилых домов предприятия и предоставлены в обеспечение исполнения его же обязательств. Нарушенное право должника было восстановлено в результате применения последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика рыночной стоимости доли должника на момент ее отчуждения

Руководствуясь пунктом 21 постановления Пленума № 53, с учетом выводов, изложенных в указанном определении, суды обоснованно не усмотрели оснований для признания Министерства выгодоприобретателем за счет должника, отказав в удовлетворении заявленных требований в данной части.

Доводы кассационных жалоб о том, что конечным бенефициаром является Министерство, не могут быть приняты во внимание, поскольку в настоящее время Министерство собственником данных земельных участков не является, не представлено доказательств приобретения Министерством имущества за счет должника, осуществления им контроля за его деятельностью.

В отношении требования о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО10 суды пришли к выводу о пропуске кредиторов срока исковой давности для обращения с данным требованием.

В силу пункта 59 постановления № 53 срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).

Судами установлено и из материалов дела следует, что должник признан банкротом 12.07.2016, заявление ООО «Промсервис» о включении в реестр требований кредиторов должника принято к производству определением от 09.02.2016, определением от 16.03.2016 требования кредитора включены в реестр требований кредиторов должника.

Применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора, суды первой и апелляционной инстанций, проанализировав последовательные изменения Закона о банкротстве в части исчисления срока исковой давности, пришли к выводу о том, что на дату подачи заявления о привлечении ФИО10 к субсидиарной ответственности истек как субъективный годичный срок, установленный Законом о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, так и объективный трехгодичный срок исковой давности.

Доводы кредитора о том, что у него не имелось возможности подать соответствующее заявление в более ранний период, были предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и обоснованно им отклонены, оснований не согласиться с выводом судов в данной части у суда округа не имеется.

В отношении требования о привлечении предприятия к субсидиарной ответственности по обязательствам должника суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии у предприятия «ФЖС РБ» статуса контролирующего должника лица, а также правовых оснований для привлечения предприятия к субсидиарной ответственности.

Суд апелляционной инстанции, признавая ошибочным вывод суда первой инстанции об отсутствии у предприятия «ФЖС РБ» статуса контролирующего должника лица и делая вывод о том, что предприятие принимало в отношении должника решения, влияющие на его хозяйственную деятельность, указал, что ошибочность данного вывода не повлекла принятие неправильного решения.

Суд апелляционной инстанции отметил, что поскольку наличие убытков, причиненных действиями предприятия в отношении должника и повлекших его неплатежеспособность, не установлено, требования предприятия по минусовым КС исключены из реестра требований кредиторов, в удовлетворении требований о признании недействительными соглашений о расторжении договоров подряда в судебном порядке отказано, то оснований для привлечения предприятия к субсидиарной ответственности не имеется.

Выводы суда апелляционной инстанции относительно наличия у предприятия «ФЖС РБ» статуса контролирующего лица являются верными, соответствуют материалам дела и судебной практике.

Вместе с тем отказывая в требованиях к предприятию «ФЖС РБ», судами не учтено следующее.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53), по своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров.

При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации), его самостоятельную ответственность (статья 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно позиции, изложенной в определении № 305-ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. И напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов.

В пунктах 16 и 17 постановления Пленума № 53 изложено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В данном случае суд апелляционной инстанции заключил, что не имеется оснований для привлечения предприятия к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за невозможность полного погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве), однако не установил действительные причины возникновения несостоятельности должника, не указали какие конкретные неправомерные действия (бездействие) контролирующих должника лиц явились тому предпосылкой, т.е. необходимой причиной возникновения финансового кризиса, приведшего впоследствии к банкротству.

При этом вывод апелляционного суда о том, что причины банкротства связаны с внешними, а не внутренними факторами, поскольку в данном случае имело место заключение должником договора подряда в российских рублях, а расчеты с субподрядчиками и поставщиками предусматривались в иностранной валюте, курс, которой значительно вырос, ничем не мотивирован, сделан формально, без исследования, установления и оценки соответствующих обстоятельств, в частности отсутствует какой-либо экономический анализ указанного договора подряда с обществом ГК «Башкортостан», расчеты по курсовой разнице.

Далее, как разъяснено в пункте 17 Постановления № 53, контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника, при этом по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий по восстановлению платежеспособности и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью, основаниям.

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные контролирующими лицами от имени должника сделки необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника сделки не оказали, но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае имеются основания для привлечения к ответственности за причиненные убытки).

Делая вывод о том, что действия по расторжению договоров генерального подряда не могли являться обстоятельством, связанным с фактически наступившим объективным банкротством, поскольку договоры были расторгнуты после возбуждения дела о банкротстве в отношении должника, суды не учли положения пункта 17 Постановления № 53, формально сославшись на положения статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Действительно, само по себе возбуждение производства по делу о банкротстве свидетельствует о наличии у должника внешних критериев банкротства, что не может безусловно свидетельствовать о нахождении его в ситуации объективной неплатежеспособности.

Следует учитывать, что возбуждение дела о банкротстве не влечет за собой автоматического принятия последующего решения об открытии конкурсного производства и предполагает возможность проведения расчетов с кредиторами с целью прекращения производств по делу, в том числе на стадии процедуры наблюдения, а также введения процедуры внешнего управления с целью восстановление финансовой платежеспособности должника.

Аналогичная позиция приведена в пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» согласно которой, если при оценке законности платежей совершенных после возбуждения производства по делу о банкротстве следует, в частности, учитывать, свидетельствовали ли обстоятельства подачи такого заявления о том, что имеет место действительно неплатежеспособность должника, либо инициатор банкротства рассматривал возбуждение такого дела как ординарный вариант принудительного исполнения судебного решения, а также были ли поданы в рамках возбужденного дела о банкротстве заявления других кредиторов.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий и кредиторы последовательно ссылались на длительный период времени с даты возбуждения дела о банкротстве до даты введения процедуры наблюдения, а также на наличие действующих государственных и муниципальных контрактов, что предопределило результаты голосования миноритарных кредиторов за введение процедуры внешнего управления.

Судами оставлено без оценки поведение должника и его учредителя, которые на первоначальном этапе производили последовательное погашение требований заявителей по делу о банкротстве, однако в последующем после расторжения ранее заключенных контрактов и переводе их исполнения на иных лиц прекратили погашение требований заявителей.

На основании изложенного, вывод судов об отказе в привлечении предприятия к субсидиарной ответственности по обязательствам должника со ссылкой на недоказанность изначальной убыточности заключаемых с должником договоров, их расторжение после возбуждения дела о банкротстве должника, следует признать преждевременным.

Кроме того, независимо от того, как при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд, применительно к статьям 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков (пункт 20 постановления Пленума № 53).

Поскольку судами неверно применены нормы материального права, обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения обособленного спора, установлены не в полном объеме, судебные акты в части отказа в привлечении предприятия «Фонд жилищного строительства РБ» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника подлежат отмене на основании части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а обособленный спор в отмененной части – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции (пункт 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В остальной части обжалуемые судебные акты являются законными, в связи с чем подлежат оставлению без изменения.

При новом рассмотрении дела суду необходимо учесть указания суда кассационной инстанции, изложенные в настоящем постановлении, устранить допущенные нарушения, предпринять меры для полного и всестороннего исследования доказательств и установления обстоятельств дела, с учетом положений пунктов 16, 17 Постановления № 53, установить всю совокупность обстоятельств, являющихся основанием для привлечения контролирующих должника лиц к ответственности (либо отсутствие таковых), предложить лицам, участвующим в деле, представить надлежащие документальные доказательства, подтверждающие названные обстоятельства, установить все фактические обстоятельства дела, имеющие значение для разрешения данного спора по существу, исследовать и оценить в совокупности все имеющиеся в деле доказательств, и по результатам исследования и оценки доказательств принять решение в соответствии с установленными обстоятельствами и действующим законодательством.

Руководствуясь ст.ст. 286- 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.10.2022 по делу № А07-8518/2015 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023 по тому же делу в части отказа в привлечении государственного унитарного предприятия «Фонд жилищного строительства РБ» к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Дирекция капитального строительства Фонда жилищного строительства Республики Башкортостан» отменить.

Дело в отмененной части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Башкортостан.

В остальной части судебные акты оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий О.Н. Пирская


Судьи Ф.И. Тихоновский


С.Н. Соловцов