Постановление от 9 июня 2020 г. 13 ААС (Тринадцатый арбитражный апелляционный суд)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10 июня 2020 года

Дело №

А21-7287/2015

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковца А.В., судей Бычковой Е.Н., Яковлева А.Э.,

рассмотрев 08.06.2020 в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «БКС Банк» на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.02.2020 по делу № А21-7287/2015,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Калининградской области от 02.11.2015 принято к производству заявление конкурсного кредитора о признании общества с ограниченной ответственностью «Инвестспецстрой», адрес: 236000, Калининград, Московский просп., д. 50, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество, должник), несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 18.02.2016 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1.

Определением суда от 23.05.2017 в отношении Общества введено внешнее управление сроком на восемнадцать месяцев, внешним управляющим утвержден ФИО1

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.09.2017 определение от 23.05.2017 отменено, в удовлетворении ходатайства о введении в отношении Общества процедуры внешнего управления отказано.

Решением суда от 29.01.2018 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должником утвержден ФИО1

Определением суда от 22.01.2019 конкурсным управляющим Обществом утвержден ФИО2

Определением суда от 02.06.2016 требование общества с ограниченной ответственностью «ЭлексПлюс», адрес: 125310, Москва, Староспасская ул., д. 23, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Компания), в размере 5 078 424,76 руб., из которых 4 310 500 руб. – основной долг, 767 924,76 руб. – проценты, признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника (далее – Реестр); указано на необходимость учета требования в части процентов в Реестре отдельно как подлежащего удовлетворению в порядке, установленном пунктом 3 статьи 137 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

ФИО3 18.06.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением о замене Компании в части включенного в Реестр требования в размере 5 078 424,76 руб. ее правопреемником по указанным обязательствам должника – ФИО3

Определением суда первой инстанции от 02.10.2019 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.02.2020 определение от 02.10.2019 отменено, принят новый судебный акт – об удовлетворении заявления ФИО3 о процессуальном правопреемстве.

В кассационной жалобе акционерное общество «БКС Банк», адрес: 129110, Москва, просп. Мира, д. 69, стр.1, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Банк), являющееся конкурсным кредитором должника, ссылаясь на несоответствие выводов апелляционного суда фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, просит отменить постановление от 04.02.2020, а определение от 02.10.2019 – оставить в силе.

Податель жалобы не согласен с выводами суда апелляционной инстанции об отсутствии доказательств, подтверждающих мнимость и ничтожность договора цессии от 01.11.2018 в силу статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ); полагает, что указанная сделка совершена сторонами лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, при наличии признаков злоупотребления правом.

Банк указывает, что регистрирующим органом 10.11.2017 и 13.08.2018 приняты решения о предстоящем исключении Компании из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) как недействующего юридического лица; 03.12.2018 внесена запись о прекращении деятельности Компании, в связи с чем считает правомерным вывод суда первой инстанции о том, что стороны договора цессии от 01.11.2018 злоупотребили своими правами.

Кроме того, ФИО3 обратился с заявлением о процессуальном правопреемстве спустя восемь месяцев после заключения договора цессии, что, по мнению подателя жалобы, свидетельствует о том, что указанный договор был подписан гораздо позднее 03.12.2018 – даты внесения записи об исключении Компании из ЕГРЮЛ.

В представленном в электронном виде отзыве ФИО3, считая обжалуемое постановление законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, Компания (цедент) и ФИО3 (цессионарий) 01.11.2018 заключили договор уступки права (требования), согласно которому к ФИО3 перешло принадлежавшее Компании право требования к Обществу в размере 5 078 424,76 руб., установленное определением суда от 02.06.2016 по настоящему делу.

Из договора следует, что стоимость уступаемого права определена сторонами в 100 000 руб., которые на дату заключения договора полностью оплачены.

Ссылаясь на указанный договор, ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о замене Компании ее правопреемником – ФИО3

Основанием для отказа в удовлетворении заявления Ашихина В.С. о процессуальном правопреемстве послужили выводы суда первой инстанции о том, что договор уступки права (требования) от 01.11.2018 является мнимой сделкой, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия; стороны указанного договора при его заключении злоупотребили своими правами.

При этом суд первой инстанции исходил из того, что ФИО3, проявляя должную степень заботливости и осмотрительности при заключении названного договора, не мог не знать о предстоящем исключении Компании из ЕГРЮЛ и последующем банкротстве Общества; Компания, будучи осведомленной о принятии регистрирующим органом решения о предстоящем ее исключении из ЕГРЮЛ, при заключении договора уступки права (требования) преследовала цель обеспечить возможность оставления контроля над указанной задолженностью.

Не согласившись с указанными выводами, апелляционный суд постановлением от 04.02.2020 отменил определение суда первой инстанции от 02.10.2019, принял новый судебный акт, которым удовлетворил заявление ФИО3 о процессуальном правопреемстве.

Проверив законность определения от 02.10.2019 и постановления от 04.02.2020 исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе Банка и в возражениях ФИО3 относительно указанной жалобы, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно части 1 статьи 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

На замену стороны ее правопреемником или на отказ в этом арбитражным судом указывается в соответствующем судебном акте, который может быть обжалован (часть 2 указанной статьи).

Замена выбывшей стороны ее правопреемником в арбитражном процессе производится тогда, когда правопреемство произошло в материальном гражданском правоотношении.

В рассматриваемом случае в обоснование заявления о процессуальном правопреемстве ФИО3 сослался на то, что по договору уступки права (требования) от 01.11.2018 Компания уступила ему право требования к Обществу в размере 5 078 424,76 руб., подтвержденное определением суда от 02.06.2016 по настоящему делу.

Согласно пункту 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 2 указанной статьи).

Суд первой инстанции посчитал, что ФИО3, проявляя должную степень заботливости и осмотрительности при заключении договора уступки права (требования) от 01.11.2018, должен был узнать о предстоящем исключении Компании из ЕГРЮЛ и последующем банкротстве Общества; Компания, будучи осведомленной о принятии регистрирующим органом решения о предстоящем ее исключении из ЕГРЮЛ, при заключении названного договора преследовала цель обеспечить возможность оставления контроля над указанной задолженностью.

Приняв перечисленные обстоятельства во внимание, суд первой инстанции усмотрел в действиях ФИО3 и Компании признаки злоупотребления правом; признал договор уступки права (требования) от 01.11.2018 мнимой сделкой, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Апелляционный суд, в силу части 1 статьи 268 АПК РФ повторно рассмотрев настоящий обособленный спор по имеющимся и дополнительно представленным доказательствам, установил, что на дату рассмотрения заявления о процессуальном правопреемстве договор уступки права (требования) от 01.11.2018 в установленном законом порядке недействительным (ничтожным) признан не был.

Так как на дату заключения указанного договора Компания являлась действующим юридическим лицом, апелляционный суд посчитал, что заключение данного договора в условиях предстоящего исключения Компании из ЕГРЮЛ само по себе не является достаточным основанием для вывода о наличии признаков злоупотребления правом как со стороны Компании, так и со стороны ФИО3, поскольку указанное обстоятельство не влияет ни на волеизъявление сторон, ни на сам факт совершения сделки.

Не соглашаясь с выводом суда первой инстанции о том, что заключение договора уступки права (требования) от 01.11.2018 не имело экономического смысла для ФИО3, суд апелляционной инстанции принял во внимание объяснения представителя ФИО3, согласно которым существует возможность пополнения конкурсной массы Общества за счет продажи принадлежащего должнику имущества, оспаривания сделок должника или привлечения бывшего руководителя Общества к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Оснований для признания договора уступки права (требования) от 01.11.2018 недействительным по основаниям, предусмотренными статьями 10, 170 ГК РФ, а также признаков аффилированности Общества, Компании и ФИО3 суд апелляционной инстанции не установил.

Отменяя определение суда первой инстанции от 02.10.2019 и удовлетворяя заявление ФИО3 о процессуальном правопреемстве, суд апелляционной инстанции исходил из того, что проведение в отношении Общества процедуры конкусного производства не может служить основанием для отказа в удовлетворении заявления о замене Компании на ФИО3, поскольку процессуальное правопреемство не нарушает установленную пунктом 4 статьи 134 Закона о банкротстве очередность удовлетворения требований кредиторов, а лишь меняет одного кредитора на другого путем его замены; не нарушает прав кредиторов, требования которых включены в Реестр; не изменяет общий размер включенных в Реестр требований кредиторов.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы апелляционного суда, послужившие основанием для принятия обжалуемого постановления, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Содержащийся в кассационной жалобе Банка довод о том, что договор уступки права (требования) от 01.11.2018 фактически был подписан гораздо позднее 03.12.2018 - даты внесения записи об исключении Компании из ЕГРЮЛ, не принимается судом кассационной инстанции, поскольку основан на предположениях.

Как полагает суд кассационной инстанции, при рассмотрении заявления ФИО3 в судах первой и апелляционной инстанций Банк не был лишен возможности заявить о фальсификации договора от 01.11.2018, заключенного Компанией и ФИО3, и в порядке проверки указанного заявления ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы.

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

С учетом изложенного кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.02.2020 по делу № А21-7287/2015 оставить без изменения, а кассационную жалобу акционерного общества «БКС Банк» - без удовлетворения.

Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи

Е.Н. Бычкова

А.Э. Яковлев