Решение от 22 апреля 2024 г. по делу № А41-2170/2024

Арбитражный суд Московской области

   107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва

http://asmo.arbitr.ru/


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А41-2170/24
23 апреля 2024 года
г.Москва



Резолютивная часть решения объявлена 18 апреля 2024 года.

Полный текст решения изготовлен 23 апреля 2024 года.


Арбитражный суд Московской области в составе судьи Степаненко А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Юшковой А.Г.,

рассмотрев исковое заявление ООО КОММЕРШИАЛ ПРОПЕРТИС (ИНН <***>; <***>, ОГРН <***>) к ООО ЗЕЛЕНСТРОЙ - К (ИНН <***>, ОГРН <***>), ИП ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>),

третьи лица - ИП ФИО2 (ОГРНИП <***>; ИНН <***>), ИП ФИО3 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>), ООО «АйПильсин» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о признании,

при участии в судебном заседании – согласно протоколу судебного заседания, 



УСТАНОВИЛ:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "КОММЕРШИАЛ ПРОПЕРТИС" (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском к ООО ЗЕЛЕНСТРОЙ - К (далее - ответчик 1), ИП ФИО4 (далее - ответчик 2) и о признании п. 1 и п. 5 договора уступки права требования № 21-02/2023 от 07.11.2023 недействительными в части, затрагивающей уступку ИП ФИО4 доли ООО «Коммершиал пропертис» в праве требования к ООО «АйПильсин» и применить последствия недействительности.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ИП ФИО2, ИП ФИО3 , ООО"АЙПИЛЬСИН", в порядке ст. 51 АПК РФ.

Представитель истца исковые требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчиков требования не признал согласно доводам, изложенным в отзыве на иск.

Выслушав представителей истца, ответчиков, третьих лиц, исследовав письменные доказательства, суд находит иск, не подлежащим удовлетворению, по следующим основаниям.

Как указывает истец в обоснование заявленных требований, 04.12.2023 г. Представитель ИП ФИО4 в ходе судебного заседания в Арбитражном суде Московской области по делу № А41-81190/2023 представил суду Договор уступки права требования № 21-02/2023 от 07.11.2023 г. (Цедент: ООО ЗЕЛЕНСТРОЙ - К - Ответчик 2, Цессионарий: ИП ФИО4), в соответствии с которым с 07.11.2023 Ответчик 1 является правопреемником Ответчика 2 полного объема прав требования к ООО «АйПильсин», вытекающих из факта неправомерного пользования ООО «АйПильсин» крышей (кровлей) Административно-общественного здания, расположенного по адресу: <...> (далее - «права требования»).

Согласно исковому заявлению, рассматриваемому в Арбитражном суде Московской области в рамках дела № А41-81190/2023, ИП ФИО4 (ОГРНИП: <***>), ИП ФИО2 (ОГРНИП: <***>), ИП ФИО3 (ОГРНИП: <***>), ООО «ЗЕЛЕНСТРОИ - К» (ИНН: <***>) обратились в суд с иском к ООО «АйПильсин» (ИНН: <***>) о взыскании неосновательного обогащения в связи с размещением ООО «АйПильсин» оборудования связи на крыше (кровле) Административно-общественного здания, расположенного по адресу <...> (далее по тексту - «здание») без согласия собственников помещений, расположенных в указанном здании.

В обоснование иска истец указывает на то, что предусмотренная договором цессии № 21-02/2023 от 07.11.2023 г. уступка права требования противоречит п.1 ст. 246, п.1 ст.247, ст.248, п.5 ст.388 ГК РФ и нарушает права и законные интересы Истца в связи с нижеследующим.

В указанном выше Административно-общественном здании Ответчику 1 и Ответчику 2 на праве собственности принадлежат следующие помещения:

- нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 225,7 кв. м., этаж 1, пом.VII (Ответчик 1);

-  нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 109,5 кв.м., этаж цокольный, кЛП (Ответчик 1);

-  нежилое помещение, назначение: нежилое; общая площадь 3,4 кв.м., этаж технический, пом. X (Ответчик 1);

-  нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь, 12,6 кв.м., этаж цокольный, пом.VI, на праве общей долевой собственности (доля в праве 1/8) (Ответчик 1);

-  нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 4,7 кв.м, этаж цокольный, пом.У, на праве общей долевой собственности (доля в праве 1/8) (Ответчик 1);

-  нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 0,7 кв.м., этаж цокольный, пом. XI, на праве общей долевой собственности (доля в праве 1/8) (Ответчик 1);

-            нежилое помещение, назначение: нежилое; общая площадь 10.2 кв.м., этаж цокольный, пом. IV (Ответчик 2);

- нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 12,6 кв.м., этаж цокольный, пом.VI, на праве общей долевой собственности (доля в праве 1/8) (Ответчик 2);

- нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 4,7 кв.м., этаж цокольный, пом.V, на праве общей долевой собственности (доля в праве 1/8) (Ответчик 2).

Кроме того, ИП ФИО3 (ОГРНИП: <***>) и ИП ФИО2 (ОГРНИП: <***>) в вышеуказанном здании на праве собственности принадлежат следующие помещения:

- нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 227,4 кв.м., этаж 3, пом.IХ (ИП ФИО3);

- нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 12,6 кв.м., этаж цокольный, пом.VI, на праве общей долевой собственности (доля в праве 1/8) (ИП ФИО3);

- нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 0,7 кв.м., этаж цокольный, пом.ХI, на праве общей долевой собственности (доля в праве 1/8) (ИП ФИО3);

- нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 4,7 кв.м., этаж цокольный, пом.V, на праве общей долевой собственности (доля в праве 1/8) (ИП ФИО3);

- нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 224,2 кв.м., этаж 2, пом.VIII (ИП ФИО2);

- нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 120,3 кв.м., этаж цокольный, пом.ХII (ИП ФИО2);

- нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 12,6 кв.м., этаж цокольный, пом.VI, на праве общей долевой собственности (доля в праве 1/8) (ИП ФИО2);

- нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 4,7 кв.м., этаж цокольный, пом.V, на праве общей долевой собственности (доля в праве 1/8) (ИП ФИО2);

- нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 0,7 кв.м., этаж цокольный, пом.ХI, на праве общей долевой собственности (доля в праве 1/8) (ИП ФИО2).

В свою очередь, ООО «Коммершиал пропертис» (Истцу) в вышеуказанном здании на праве собственности принадлежат следующие помещения:

- нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 922,2 кв.м., этаж цокольный, 1, 2, 3, технический, пом.1, на праве собственности;

- нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 10.9 кв.м., этаж цокольный, пом.III, на праве собственности;

- нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 12,6 кв.м., этаж цокольный, пом.VI, на праве общей долевой собственности (доля в праве 1/2);

- нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 4,7 кв.м., этаж цокольный, пом.V, на праве общей долевой собственности (доля в праве 1/2);

- нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 0,7 кв, этаж цокольный, пом.XI, на праве общей долевой собственности (доля в праве 1/2).

В силу ст.ст.246, 247 и 248 ГК РФ, владение, пользование и распоряжение общим имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению участников этого общего имущества.

При этом, как усматривается из статьи 248 ГК РФ, плоды, продукция и доходы от использования имущества, находящегося в долевой собственности, поступают в состав общего имущества и распределяются между участниками долевой собственности соразмерно их долям.

Соглашение о распределении доходов от общего имущества между собственниками здания не заключено. Распоряжение правами на доходы от общего имущества и определение направлений использования этих доходов (передача в собственность, аккумулирование на едином счете или у одного из сособственников) и вовсе определяется посредством общего собрания собственников этого общего имущества.

Таким образом, по утверждению истца, поскольку и Истец, и ИП ФИО4, и ИП ФИО3 и ООО «Зеленстрой-К», и ИП ФИО2 являются собственникам долей в общем имуществе, то каждый из указанных лиц обладает не всем объемом прав требования к ООО «АйПильсин», вытекающих из факта неправомерного пользования ООО «АйПильсин» крышей (кровлей) Административно-общественного здания, расположенного по адресу: <...>, а лишь частью прав, пропорциональной доле каждого из сособственников в общем имуществе, то ни один из сособственников не вправе единолично принимать решение об уступке кому-либо всего объема прав на доходы от использования общего имущества собственников помещения здания.

По утверждению истца, подобное решение в силу ст.ст. 246-248, 1102, 1105 ГК РФ, ч. 4 ст. 36 ЖК РФ должно приниматься на общем собрании собственников помещений д. 1А по Оптическому пер., г.Красногорск.

Согласно п.5 ст.388 ГК РФ солидарный кредитор вправе уступить требование к другому лицу только с согласия других кредиторов.

Ответчиками согласие других собственников помещений в здании, а именно: Истца, ИП ФИО3 (ОГРНИП: <***>) и ИП ФИО2 (ОГРНИП: <***>) на уступку права требования получено не было.

Поскольку Договор уступки права требования № 21-02/2023 от 07.11.2023 г. заключен без согласия других сособственников и в отношении всего объема прав требования к ООО «АйПильсин» из пользования общим имуществом, а не в отношении объема прав, пропорционального доле соответствующего собственника в общем имуществе, то Договор уступки права требования № 21-02/2023 от 07.11.2023 г., по мнению истца, противоречит закону и является недействительным (ничтожным).

Дополнительно в своих объяснениях истец также ссылается на то, что в договоре уступки права требования № 21-02/2023 от 07.11.2023 г. отсутствует условие о цене, то есть договор является безвозмездным (фактически это дарение). Однако, договор уступки права требования № 21-02/2023 от 07.11.2023 г. заключен между двумя предпринимателями: ООО ЗЕЛЕНСТРОЙ - К и ИП ФИО4 А безвозмездные сделки (в т.ч. дарение) между предпринимателями запрещены Законом (пп.4 п.1 ст.575, п.З ст.23, п.2 ст. 168 ГК РФ, п.75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25).

Также истец обращает внимание на то, что предмет договора уступки права требования № 21-02/2023 от 07.11.2023 г. является неопределенным/нечетким (объем прав/доля в праве требования не определена) и не предусматривает каких-либо ограничений размера передаваемого права требования, даже несмотря на то, что собственников этого права требования пятеро, следовательно, по договору уступки права требования № 21-02/2023 от 07.11.2023 г. передается прав больше, чем принадлежит ИП ФИО3

Вместе с тем, в силу ст.ст.382, 384, 388.3 388.1 и главы 24 ГК РФ, кредитор не может уступить другому лицу несуществующее право требования.

Кроме того, к договору уступки права требования № 21-02/2023 от 07.11.2023 г. не имеется каких-либо документов об исполнении договора (платежные поручения, акты приема-передачи документов, акты приема-передачи права требования), что свидетельствует о том, что договор уступки права требования № 21-02/2023 от 07.11.2023 г. заключен лишь для вида, без желания принимать на себя правовые последствия, соответствующие правовым последствиям заключения договора цессии (в частности: производить оплату требования, производить передачу документов, обосновывающих наличие права требования и т.п.), следовательно, договор является мнимой сделкой в силу ст. 170 ГК РФ.

Также истец обращает внимание суда на то, что в п.1 и п.5 договора уступки права требования № 21-02/2023 от 07.11.2023г. указывается, что уступается не принадлежащая ООО «Зеленстрой-К» часть в праве требования к ООО «АйПильсин», а уступается именно весь объем права требования к ООО «АйПильсин» является очевидным нарушение право истца на получение доходов от общего имущества/принадлежащее истцу право требования неосновательного обогащения от использования общего имущества (т.е. при буквальном толковании договора цессии получается, что по договору уступается в т.ч. и доля в праве требования, принадлежащая ООО «Коммершиал пропертис»). А раз по договору цессии ООО «Коммершиал пропертис» лишается права требования, то ООО «Коммершиал пропертис» тем самым понесет убытки в размере денежного требования к ООО «АйПильсин». В то же время, признание сделки недействительной части никак не влияет на права и обязанности ответчиков либо иных лиц, а признание недействительной части сделки именно в части, касающейся прав требования истца, восстановит права истца путем возвращения истцу соответствующей доли в праве требования к ООО «АйПильсин».

Ответчики, возражая относительно заявленных требований, указывают на то, что позиция истца построена на ошибочном толковании норм материального права.

Кроме того, ответчики также указывают на то, что, заявляя требование о недействительности Договора уступки права требования № 21-02/2023, заключённого ООО ЗЕЛЕНСТРОЙ – К (Цедент) и Индивидуальным предпринимателем ФИО4 (Цессионарий) 07.11.2023г. по причине отсутствия согласия на уступку якобы солидарного кредитора, истец не представил каких-либо доказательств, свидетельствующих о нарушении оспоримой сделкой его прав и законных интересов, равно как и возникновения на его стороне неблагоприятных последствий.

В соответствии со ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункты 1 и 2).

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты (п.1 ст. 384 ГК РФ).

Согласно ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору. Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

По общему правилу, личность кредитора не имеет значения для уступки прав требования по денежным обязательствам.

В силу положений ст. 384 ГК РФ кредитор может передать право, которым сам обладает.

Таким образом, согласно нормам, содержащимся в главе 24 ГК РФ, в результате уступки права первоначальный кредитор выбывает из обязательства, а новый кредитор заменяет его в том объеме права, который был определен в договоре цессии. Из чего следует, что конкретная юридическая обязанность является существенным условием договора уступки права требования, его предметом.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Исходя из положений статей 432, 382, 384 ГК РФ, существенными условиями соглашения об уступке права требования являются: предмет договора, объем и условия передаваемого обязательства.

На основании ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона и иных нормативных правовых актов, ничтожна. Следовательно, основанием для признания недействительной (ничтожной) сделки является несоответствие условий сделки императивным (обязательным для сторон) требованиям и запретам, которые не могут быть изменены или отменены сторонами при определении условий сделки.

Согласно п. 11 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 г. № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» при оценке вопроса о том, было ли передано цедентом истцу право (требование) необходимо учитывать, что данная передача может быть оформлена сторонами путем составления отдельного документа (например, акта о передаче права), либо воля сторон на передачу права может быть выражена непосредственно - в соглашении об уступке права (требования), подписанием которого стороны определили момент перехода права, либо в каких-либо иных действиях сторон данного соглашения, свидетельствующих о выражении воли на передачу этого права.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ, истец должен доказать, что оспариваемой сделкой были нарушены его права или охраняемые законом интересы, либо сделка повлекла неблагоприятные для него последствия.

Суд полагает, что в данном случае истцом не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих о нарушении оспариваемой сделкой его прав и законных интересов.

Истец является лишь одним из собственников помещений, расположенных в Административно-общественном здании.

Суд также не может согласиться с позицией истца относительно неопределенности предмета договора уступки, а также о том, что подобное решение в силу ст.ст. 246-248, 1102, 1105 ГК РФ, ч. 4 ст. 36 ЖК РФ должно приниматься на общем собрании собственников помещений, поскольку, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты (пункт 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", первоначальный кредитор не может уступить новому кредитору больше прав, чем имеет сам.

Следовательно, цедент передал цессионарию ровно тот объем прав, которым обладал сам на момент заключения договора уступки права требования № 21-02/2023 от 07.11.2023 г., поскольку никто не может передать больше прав, чем имеет сам, в связи с чем, в данном случае его права, как утверждает истец солидарного кредитора, никоим образом не нарушены, так как каждый из кредиторов имеет свой собственный объем прав к должнику соразмерно его доли.

В своих отзыве и возражениях представитель ответчиков также указал на то, что ООО  «ЗЕЛЕНСТРОЙ-К» никогда, в том числе и при заключения с индивидуальным предпринимателем ФИО4 Договора уступки права требования № 21-02/2023 от 07 ноября 2023 года, не передавало (да и не могло  передать,  исходя  из содержания  пункта  1 статьи  382 Гражданского кодекса Российской Федерации) доли Общества с ограниченной ответственностью «КОММЕРШИАЛ ПРОПЕРТИС» в праве требования Обществу с ограниченной ответственностью «АЙПИЛЬСИН».

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 этой же статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

По смыслу названных норм ничтожной является лишь такая сделка, в отношении которой в силу прямого указания закона подлежат применению последствия ее недействительности (то есть прямо поименованная в законе качестве ничтожной).

В пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что ГК РФ не исключает возможность предъявления исков о признании недействительной ничтожной сделки, споры по таким требованиям подлежат разрешению судом в общем порядке по заявлению любого заинтересованного лица.

На основании части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов, а потому условием предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с соответствующим требованием, является установление наличия у его принадлежащего ему субъективного материального права или охраняемого законом интереса и факта его нарушения.

Истец свободен в выборе способа защиты своего нарушенного права, однако избранный им способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорного правоотношения, характеру нарушения. В тех случаях, когда закон предусматривает для конкретного правоотношения определенный способ защиты, лицо, обращающееся в суд, вправе воспользоваться именно этим способом защиты. При этом при формулировании требования основания иска должны соответствовать его предмету.

Необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права.

При этом в силу абзаца первого пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Таким образом, иск о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, поданный лицом, не являющимся стороной этой сделки, подлежит удовлетворению при соблюдении двух условий: 1) истец доказал наличие у него законного интереса, защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон полученного по сделке; 2) гражданское законодательство не устанавливает иной способ защиты нарушенного права истца.

Вместе с тем, из материалов дела и доводов искового заявления невозможно однозначно установить наличие у истца заинтересованности в оспаривании п. 1 и п. 5 действительности договора № 21-02/2023 от 07.11.2023г.

Приведенные истцом доводы и мотивы оспаривания названного договора не имеют в рассматриваемом случае правового значения, поскольку истец не является стороной по спорной сделке.

Стороны оспариваемой сделки не ссылаются на пороки воли при ее совершении, равно как и не указывают на иные обстоятельства, которые могут быть расценены судом как основания для проверки действительности такого договора.

При этом суд обращает внимание истца на то, что заключение договора уступки права требования и замена кредитора в правоотношениях не свидетельствует о нарушении прав и законных интересов должника.

Таким образом, исходя из п. 3 ст. 166 ГК РФ и разъяснений, содержащихся в п. 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», истец не является лицом, имеющим право на оспаривание договора № 21-02/2023 от 07.11.2023г., в отсутствие доказательств, свидетельствующих о нарушении оспоримой сделкой его прав и законных интересов, равно как и возникновения на его стороне неблагоприятных последствий.

Доводы истца о том, что договор уступки прав требования № 21-02/2023 от 07.11.2023г. является безвозмездным, поскольку в нем отсутствует условие о цене судом отклоняются, поскольку сам факт отсутствия в договоре условий о стоимости права не означает его безвозмездности.

Также суд не может согласиться с утверждением истца о мнимости указанной сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намеренияна возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Как следует из пояснений ответчиков, 07.11.2023г. на рабочем совещании Истцов по делу № А41-81190/2023 и их представителя было принято единогласно решение о переуступке всеми истцами своих прав требований к Обществу с ограниченной ответственностью «АИПИЛЬСИН» одному из истцов. Таким истцом была определена Индивидуальный предприниматель ФИО4, с которой каждый из Истцов в тот же день (07.11.2023 г.) заключил соответствующий Договор уступки права требования:

-  Индивидуальный предприниматель ФИО2 - Договор уступки прав требования № 21-01/2023 от 07.11.2023г.;

-  Общество с ограниченной ответственностью «ЗЕЛЕНСТРОЙ-К» - Договор уступки прав требования № 21-02/2023 от 07.11.2023г.;

-  Индивидуальны предприниматель ФИО3 - Договор уступки прав требования № 21-03/2023 от 07.11.2023г.

Таким образом, суд не находит оснований для признания договора уступки прав требования № 21-02/2023 от 07.11.2023г. мнимой сделкой на основании п.1 ст. 170 ГК РФ.

Таким образом, исковые требования удовлетворению не подлежат.

Расходы по оплате государственной пошлины распределены судом в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ООО КОММЕРШИАЛ ПРОПЕРТИС оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Десятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Московской области в течение месяца со дня принятия решения.


Судья                                                                А.В. Степаненко