Постановление от 27 декабря 2022 г. по делу № А65-5514/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-4856/2021

Дело № А65-5514/2020
г. Казань
27 декабря 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 20 декабря 2022года

Полный текст постановления изготовлен 27 декабря 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Моисеева В.А.,

судей Ивановой А.Г., Коноплевой М.В.,

при участии представителя:

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Восток-Энерго» ФИО1 – ФИО2, доверенность от 22.08.2022,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.08.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2022

по делу № А65-5514/2020

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Восток-Энерго» ФИО1 о признании недействительными сделок и применении последствий их недействительности, в рамках дела несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Восток-Энерго», (ИНН <***>, ОГРН <***>),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.03.2020 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Восток-Энерго» (далее – ООО «Восток-Энерго», должник).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.07.2020 в отношении ООО «Восток-Энерго» введена процедура банкротства наблюдение. Временным управляющим утвержден ФИО4.

Сообщение о признании должника банкротом и о введении процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 126 от 18.07.2020.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.12.2020 ООО «Восток-Энерго» признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства. Исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО4.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.01.2021 конкурсным управляющим ООО «Восток-Энерго» утвержден ФИО1.

28.07.2021 конкурсный управляющий ООО «Восток-Энерго» ФИО1 обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании недействительными сделками: договора оказания услуг № 3/18 от 01.04.2018 между ООО «Восток-Энерго» и индивидуальным предпринимателем ФИО5, с приложением № 1 и дополнительным соглашением № 1от 03.12.2018; актов выполненных работ № 1 от 25.05.2018, № 2 от 18.06.2018, № 3 от 06.08.2018 № 4 от 24.08.2018, № 5 от 07.09.2018, № 6 от 01.10.2018, № 7 от 03.10.2018, № 8 от 15.10.2018 № 9 от 09.11.2018, № 10 от 16.11.2018, акт выполненных работ № 11, № 12 от 26.12.2018, №13 от 13.03.2019, акт выполненных работ № 14, № 15 от 11.04.2019, №16 от 26.04.2019, и исполнение по договору в период с 07.09.2018 по 12.04.2019 в размере 31 500 000 руб. по платёжным поручениям № 245 от 29.05.2018, № 303 от 18.06.2018, № 498 от 06.08.2018, № 569 от 24.08.2018, № 649 от 07.09.2018, № 729 от 01.10.2018, № 761 от 03.10.2018, № 819 от 15.10.2018, № 922 от 09.11.2018, № 952 от 16.11.2018, № 1096 от 14.12.2018, № 1161 от 26.12.2018, № 207 от 14.03.2019, № 240 от 21.03.2018, № 297 от 11.04.2019, № 153 от 26.04.2019.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.08.2022 заявление конкурсного управляющего должником удовлетворено. Признаны недействительными сделками – договор оказания услуг № 3/18 от 01.04.2018 между ООО «Восток-Энерго» и индивидуальным предпринимателем ФИО5, с приложением № 1 и дополнительным соглашением № 1 от 03.12.2018; акты выполненных работ № 1 от 25.05.2018, № 2 от 18.06.2018, № 3 от 06.08.2018 № 4 от 24.08.2018, № 5 от 07.09.2018, № 6 от 01.10.2018, № 7 от 03.10.2018, №8 от 15.10.2018 № 9 от 09.11.2018, № 10 от 16.11.2018, акт выполненных работ № 11, № 12 от 26.12.2018, № 13 от 13.03.2019, акт выполненных работ № 14, № 15 от 11.04.2019, № 16 от 26.04.2019, и исполнение по договору в период с 07.09.2018 по 12.04.2019 в размере 31 500 000 руб. по платёжным поручениям № 245 от 29.05.2018, № 303 от 18.06.2018, № 498 от 06.08.2018, № 569 от 24.08.2018, № 649 от 07.09.2018, № 729 от 01.10.2018, № 761 от 03.10.2018, № 819 от 15.10.2018, № 922 от 09.11.2018, №952 от 16.11.2018, №1096 от 14.12.2018, №1161 от 26.12.2018, № 207 от 14.03.2019, № 240 от 21.03.2018, № 297 от 11.04.2019, № 153 от 26.04.2019. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с индивидуального предпринимателя ФИО5 в пользу ООО «Восток-Энерго» 31 500 000 руб. исполненного по недействительным сделкам; 5 023 959,96 руб. процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также процентов по статье 395 ГК РФ на сумму 31 500 000 руб. рассчитанных исходя из ключевой ставки Центрального Банка Российской Федерации, действующей соответствующие периоды до дня фактического исполнения. Распределены расходы по государственной пошлине.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2022 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО3 просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, принять новый судебный акт, отказав в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам.

В отзывах на кассационную жалобу конкурсный управляющий должником и общество с ограниченной ответственностью «РС Инвестмент» возражают против приведенных в ней доводов, просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, отзывов на нее, заслушав в судебном заседании представителя конкурсного управляющего ООО «Восток-Энерго» ФИО1 – ФИО2, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, должник в период с 29.05.2018 по 26.04.2019 перечислил ответчику денежные средства в общей сумме 31 500 000 руб., а именно: 07.09.2018 в сумме 1 500 000 руб. с назначением платежа «за исполнительную документацию по договору № 3/18 от 01.04.2018 и акта выполненных работ № 5 от 07.09.2018 по счету № 5 от 07.09.2018. Без НДС»; 26.04.2019 в сумме 500 000 руб. с назначением платежа «по счету № 16 от 26.04.2019 за услуги согласно акта выполненных работ на ж.д. Спартаковская. Без НДС»; 04.10.2018 в сумме 3 000 000 руб. с назначением платежа «оплата по договору №3/18 от 01.04.2018 и по счету № 7 от 03.10.2018. За оказание услуг согласно акту выполненных работ № 7 от 01.10.2018. Без НДС»; 29.05.2018 в сумме 3 000 000 руб. с назначением платежа «за изготовление исполнительной документации по договору № 3/18 от 01.04.2018 и счету 01/05-18 от25.05.2018. Без НДС»; 18.06.2018 в сумме 1 500 000 руб. с назначением платежа «за изготовление исполнительной документации по договору № 3/18 от 01.04.2018 и счету 02 от 18.06.2018. Без НДС»; 07.08.2018 в сумме 2 000 000 руб. с назначением платежа «за изготовление исполнительной документации по договору № 3/18 от 01.04.2018 и счету № 03 от 06.08.2018 Без НДС»; 27.08.2018 в сумме 3 000 000 руб. с назначением платежа «оплата по договору № 3/18 от 01.04.2018 и по счету № 4 от 24.08.2018. 3а оказание услуг согласна выполненных работ №4 от 24.08.2018. Сумма 3 000 000- 00. Без НДС»; 02.10.2018 в сумме 3 000 000 руб. с назначением платежа «оплата по договору № 3/18 от 01.04.2018 и по счету № 6 от 01.10.2018. 3а оказание услуг согласна акта выполненных работ № 6 от 01.10.2018. Сумма 3 000 000- 00. Без НДС»; 15.10.2018 в сумме 500 000 руб. «оплата по договору № 3/18 от 01.04.2018 и по счету № 8 от 15.10.2018. 3а оказание услуг согласна акта выполненных работ № 8 от 15.10.2018. Без НДС»; 09.11.2018 в сумме 2 000 000 руб. с назначением платежа «оплата по договору № 3/18 от 01.04.2018 и по счету № 9 от 09.11.2018. 3а оказание услуг согласна акта выполненных работ № 9 от 09.11.2018. Без НДС»; 16.11.2018 в сумме 1 500 000 руб. с назначением платежа «оплата по договору № 3/18 от 01.04.2018 и по счету № 10 от 16.11.2018. 3а оказание услуг согласна акта выполненных работ № 10 от 16.11.2018. Без НДС»; 14.12.2018 в сумме 500 000 руб. с назначением платежа «оплата по договору № 3/18 от 01.04.2018 и по счету № 11 от 14.12.2018. 3а оказание услуг согласна акта выполненных работ № 10 от 16.11.2018. Без НДС»; 27.12.2018 в сумме 3 000 000 руб. с назначением платежа «оплата по договору № 3/18 от 01.04.2018 и по счету № 12 от 26.12.2018. 3а оказание услуг согласна акта выполненных работ № 12 от 26.12.2018. Без НДС»; 15.03.2019 в сумме 2 000 000 руб. с назначением платежа «по счету № 13 от 13.03.2019 за оказание услуг согласно акта выполненных работ № 13 от 13.03.2019. Без НДС»; 21.03.2019 в сумме 2 000 000 руб. с назначением платежа «по счету № 14 от 21.03.2019 за услуги согласно акта выполненных работ № 14 от 21.03.2019 Без НДС»; 12.04.2019 в сумме 1 500 000 руб. с назначением платежа «по счету № 15 от 11.04.2019 за оказанные услуги по кладке на объекте ж.д. ул. Спартаковская г. Казани. Без НДС».

Кроме того, между должником и ответчиком также были подписаны акты выполненных работ на указанную сумму, а именно: акт выполненных работ № 1 от 25.05.2018; акт выполненных работ № 2 от 18.06.2018; акт выполненных работ № 3 от 06.08.2018; акт выполненных работ № 4 от 24.08.2018; акт выполненных работ № 6 от 01.10.2018; № 7 от 03.10.2018, акт выполненных работ № 8 от 15.10.2018; акт выполненных работ № 9 от 09.11.2018; акт выполненных работ № 10 от 16.11.2018; акт выполненных работ № 11; акт выполненных работ № 12 от 26.12.2018; акт выполненных работ № 13 от 13.03.2019; акт выполненных работ № 14; акт выполненных работ № 15 от 11.04.2019.

Полагая, что сделки по перечислению должником денежных средств, а также подписанные между сторонами договор и акты выполненных работ отвечают признакам недействительной сделки по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также статье 170 ГК РФ, конкурсный управляющий должником обратился в арбитражный суд с вышеназванным заявлением.

Разрешая спор, суд первой инстанции, основываясь на сведениях, представленных в материалы дела, анализе финансового состояния должника, подтвержденного аудитором, установил, что должник начал прекращение исполнения гражданскоправовых обязательств перед отдельными кредиторами начиная с середины 2017 г., а именно с 07.06.2017 – перед ООО «Фортэкс» (определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.04.2021), с декабря 2017 г. – перед ООО «Кран-сервис» (определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.02.2021); установлен факт прекращения с ноября 2017 г. исполнения обязанности по выплате заработной платы ФИО6 (определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.02.2021), задолженность перед которым не была погашена и включена в реестр требований кредиторов, также имелась задолженность перед данным кредитором за первое полугодие 2018 г. и отдельные месяцы в 2019 г. (августоктябрь).

Судом также установлено наличие существенной затруднительности исполнения должником обязательств перед кредиторами по причине недостаточности денежных средств по состоянию на 2018 г. (пункты 5, 6, 12, 15, 17 Раздела II Анализа финансового состояния должника).

С учётом вышеизложенного, доводы о том, что должник на момент совершения оспариваемых сделок не обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества, судом отклонены.

Также суд счел недоказанным факт встречного предоставления ответчиком в пользу должника по спорной сделке.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО5 работал в должности начальника производственно-технического отдела ООО «Восток-Энерго» с марта 2018 г. по июнь 2020 г. Таким образом, ответчик выполнял трудовую функцию у должника и является фактически заинтересованным лицом, имел сведения о хозяйственной деятельности должника.

Из публичных сведений ЕГИП суд установил, что основной вид деятельности ответчика указан как 90.01 – деятельность в области исполнительских искусств; при этом оплата проводилась за изготовление исполнительной документации.

При строительстве объекта по адресу: <...> находился в указанной должности на весь период выполнения работ ООО «Восток-Энерго». Таким образом, в спорный период при получении денежных средств ответчик осуществлял трудовую функцию (и получал заработную плату).

Установив вышеизложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО5 на протяжении совершения всех операций (с 07.09.2018 по 12.04.2019) являлся работником должника, выполнял свою трудовую функцию, в связи с чем, суд пришел к выводу, что перечисление денежных средств на сумму 31 500 000 руб. свидетельствует о недобросовестном выводе выручки предприятия по мнимым сделкам, поскольку ФИО5 являлся работником должника и выполнял трудовую функцию, схожую с предметом договора. Какая-либо экономическая целесообразность привлечения его как внешнего исполнителя работ со стороны руководства должника не имелась, имеющиеся документы о ней также не свидетельствуют.

Также суд первой инстанции отметил, что дополнительным соглашением № 1 от 03.12.2018 в перечень объектов, по которым якобы оказывались услуги по подготовке документации также был включен объект по улице Спартаковская, по которому ответчиком даны показания о том, что он сопровождал объект строительства как работник должника. При этом, представленные акты выполненных работ не позволяют достоверно определить действительный факт и объем оказания услуг, поскольку содержат тождественные формулировки (изменяется только адрес объекта), например, акт выполненных работ № 16 имеет следующее содержание: выполнение исполнительной документации по кладочным работам на третий этаж: блок-секции 2 на объекте «Жилой дом по ул. Спартаковская. Г. Казань», итого оказано услуг на сумму: 500 000 руб., НДС не облагается. Составление актов выполненных работ с такими формулировками не позволяет однозначно утверждать о том, что цели заключения договора оказания услуг были в действительности достигнуты и какие конкретно услуги были оказаны. Других документов, свидетельствующих о реальности заключенного договора, также не было представлено и бывшим руководителем они не переданы.

Суд первой инстанции установил, что общая сумма сделок по перечислению ИП ФИО5 составляет 49 % от суммы установленных в реестре требований кредиторов по состоянию на 23.07.2021 (64 627 659,59 руб., за исключением штрафных санкций), из чего следует, что данные сделки повлияли на платежеспособность и имущественную состоятельность должника.

При разрешении спора судом первой инстанции также было установлено, что обязанность по изготовлению исполнительнотехнической документации и её подписанию была возложена на ряд сотрудников ООО «Восток-Энерго», включая ответчика, в рамках трудовых правоотношений.

Из представленных в материалы обособленного спора должностных инструкций суд установил, что ряд сотрудников ООО «Восток-Энерго» в рамках трудовых правоотношений были задействованы при выполнении исполнительно-технической документации и ее подписании. Необходимости в привлечении дополнительной рабочей силы для выполнения данной функции не имелось. Согласно трудовой книжке 01.03.2018 ФИО5 был принят в ООО «Восток-Энерго» на должность руководителя проекта.

Кроме того, судом первой инстанции приняты во внимание показания лиц, допрошенных в качестве свидетелей в рамках уголовного дела, возбужденного в отношении ФИО7 по статье 196 и части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, из которых судом установлено, что в должностные функции ФИО5 входила в том числе функция по разработке исполнительно-технической документации. Фактически исполнительную документацию выполняли работники должника, а ФИО5, в рамках своих должностных обязанностей подписывал данные документы, удостоверяя своей подписью правильность их содержания.

Доводы ответчика о том, что оспариваемые сделки являются действительными, поскольку имеются подписанные между сторонами акты выполненных работ и отсутствуют доказательства выполнения работ иными лицами, что также подтверждается в протоколе допроса бывшего главного бухгалтера должника ФИО8, судом первой инстанции отклонены со ссылкой на протокол допроса ФИО8 из которого следует, что указанные в перечислениях суммы, полученные ФИО5 являются завышенными и такой объем работы он не выполнял. Кроме того, суд указал, что из указанного протокола допроса не следует, что работы ответчиком ФИО5 не выполнялись как работником должника, поскольку из пояснений свидетеля следует, что основанием для перечисления денежных средств являлся оспариваемый договор. Кроме того, из допроса иных лиц ФИО9, ФИО10, ФИО9, ФИО11 и протокола очной ставки следует, что часть работ указанных ответчиком выполнялись иными работниками должника.

Доводы ответчика о том, что ФИО5 выполнял работы с иными лицами по подготовке исполнительской документации как индивидуальный предприниматель, суд первой инстанции отклонил исходя из представленных ответчиком договоров, поскольку они заключены в иные даты, чем даты оспариваемых сделок (2021 г.), при этом не представлены доказательства, что ФИО5 одновременно являлся работником указанных лиц и с ним как с индивидуальным предпринимателем заключались представленные договоры.

При этом, суд первой инстанции предлагал в опровержение довода конкурсного управляющего о направленности действий сторон по выводу денежных средств должника представить суду сведения и соответствующие доказательства на какие цели снимались ответчиком и использовались полученные от должника денежные средства. Такие доказательства суду первой инстанции представлены не были.

Доводы ответчика о необходимости проведения судебной экспертизы, судом первой инстанции отклонены, в связи с отсутствием оснований, предусмотренных статьей 82 АПК РФ, указав на то, что в данном случае отсутствуют обстоятельства невозможности рассмотрения дела по имеющимся доказательствам.

Руководствуясь положениями статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 170 ГК РФ, разъяснениями, данными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63), постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего.

Применяя последствия недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника 31 500 000 руб., а также процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 5 023 959,96 руб. за период с 29.05.2018 по 28.07.2021, а также проценты на сумму долга рассчитанных с 29.07.2021 исходя из ключевой ставки ЦБ РФ, действующей соответствующие периоды до дня фактического исполнения, суд руководствовался положениями пунктов 1, 2 статьи 167 ГК РФ, пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, статьи 395 ГК РФ, и разъяснениями, содержащимися в пункте 29 постановления Пленума № 63.

Апелляционный суд, оставляя без изменения определение суда первой инстанции, исходил из того, что оспариваемые сделки отвечают признакам подозрительной сделки. В рассматриваемом случае, суд первой инстанции, удовлетворяя требование о признании договора оказания услуг от 01.04.2018 и актов выполненных работ недействительными, исходил из того, что оспариваемый договор совершен в период наличия у должника признаков неплатежеспособности, является ничтожным, прикрывающим сделку по выводу активов должника. Таким образом, суд первой инстанции, по сути, исходил из недействительности прикрываемой сделки по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как сделки, совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального и процессуального права.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

При этом действующее законодательство исходит из того, что прикрываемая сделка также может быть признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В силу указанной нормы и разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума № 63, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом при доказанности обстоятельств, составляющих презумпции, закрепленные в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В частности цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно.

При этом, в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305ЭС17-11710 (4), сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной; цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Из материалов дела следует, что дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Восток-Энерго», возбуждено 19.03.2020, оспариваемые сделки совершены в период с 29.05.2018 по 26.04.2019, то есть в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом и подпадают под период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ, представленные в материалы дела доказательства, установив обстоятельства, свидетельствующие о безвозмездном перечислении должником денежных средств по оспариваемым сделкам в пользу заинтересованного лица, а следовательно, и его осведомленность о причинении такой сделкой вреда имущественным правам кредиторов должника и, как следствие, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, суды пришли к правомерному выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований конкурсного управляющего должником.

Последствия недействительности спорной сделки применены судами первой и апелляционной инстанций в соответствии с положениями статьи 167 ГК РФ и статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Разрешая настоящий обособленный спор, суды действовали в рамках предоставленных им полномочий и оценили обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Доводы заявителя жалобы о том, что должник не отвечал признакам неплатежеспособности на дату совершения спорных платежей, был предметом исследований судов двух инстанций и обоснованно отклонен со ссылкой на анализ финансового состояния должника, подтвержденного аудиторов, а также на наличие кредиторов, обязательства перед которыми не были исполнены и требования которых включены в реестр требований кредиторов должника.

Несогласие заявителя жалобы с выводами судов, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование к ним положений закона, не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены судебных актов и удовлетворения кассационных жалоб.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебных актов, не установлено.

Так как подателю кассационной жалобы при ее принятии к производству была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, с ФИО3 подлежат взысканию в доход федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины на основании статьи 110 АПК РФ, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.08.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2022 по делу № А65-5514/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.

Поручить Арбитражному суду Республики Татарстан в порядке статьи 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судьяВ.А. Моисеев

СудьиА.Г. Иванова

М.В. Коноплева