Решение от 28 ноября 2019 г. по делу № А70-17212/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

Хохрякова д.77, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело №

А70-17212/2019
г. Тюмень
28 ноября 2019 года
Резолютивная часть решения оглашена 21 ноября 2019 года.

Решение в полном объеме изготовлено 28 ноября 2019 года.

Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Авдеевой Я.В., рассмотрев единолично в открытом судебном заседании дело по иску

ООО «НПП «Инновации ТЭК»

к ООО «Ямал-Бурение»

о взыскании денежных средств,

третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО1

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Болтуновой А.Г.

при участии в заседании:

от истца: ФИО2 – генеральный директор, выписка из ЕГРЮЛ, ФИО3 – по доверенности от 04.02.2019 года;

от ответчика: не явились, извещены;

от третьего лица: не явились, извещены (з/п № 62505240150602 п. 2 ч. 4 ст. 123 АПК РФ);

установил:

ООО «НПП «Инновации ТЭК» обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с иском к ООО «Ямал-Бурение» о взыскании 1 614 560 рублей 00 копеек, в том числе: размере 1 600 000 рублей основного долга по договору аренды № 02-12 от 15.02.2019 года и 14 560 рублей неустойки.

Исковые требования со ссылками на статьи 309, 310, 606, 613 Гражданского кодекса Российской Федерации, мотивированы отказом ответчика в лице конкурсного управляющего во включении требований истца в реестр текущих платежей в части 1 600 000 рублей основного долга по договору аренды № 02-12 от 15.02.2019 года и 14 560 рублей неустойки за просрочку исполнения обязательств, из заявленных истцом 10 097 820 рублей задолженности по договору аренды № 02-12 от 15.02.2019 года (10 000 000 рублей основного долга и неустойки 97 820 рублей) за весь период пользования имуществом, который составил 4 месяца и 3 дня.

Определением от 07.10.2019 года судом в качестве третьего лица без самостоятельных требований привлечен ФИО1.

Ответчиком иск оспорен по основаниям письменного отзыва и дополнениям к нему. В качестве доводов ответчиком приводятся ссылки на то обстоятельство, что в период исполнения договора аренды № 02-19 от 15.02.2019 истцом предпринимались незаконные действия, препятствующие пользованию и нормальной эксплуатации арендатором арендованной мобильной буровой установки. С учетом неправомерности действий арендодателя, препятствовавшего пользованию арендатором переданным в аренду оборудованием, арендная плата не подлежит внесению за период с 19.04.2019 по 23.04.2019 включительно (600 000,00 рублей), с 30.04.2019 по 10.05.2019 включительно (1 000 000,00 рублей). Соответствующая указанной сумме основной задолженности неустойка следует правовой судьбе основного долга и не подлежит взысканию за необоснованностью данного требования.

В судебном заседании истец поддержал требования в полном объеме со ссылками на ст. 14 ГК РФ, согласно которой допускается самозащита гражданских прав.

Ответчик и третье лицо в судебное заседание не явились, извещены о месте и времени слушания дела в порядке, предусмотренном положениями ст. 123 АПК РФ, в связи с чем, судом рассматривается спор по существу в отсутствие представителей участвующих в деле лиц.

Исследовав обстоятельства дела, доводы искового заявления, отзыва, заслушав пояснения сторон, суд считает, что исковые требования удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований.

Согласно положениям ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 05.04.2019 по делу № А81-7982/2018 ООО «Ямал-Бурение» признано несостоятельным (банкротом) с открытием конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4. Определением от 30.09.2019 по делу № А81-7982/2018 срок конкурсного производства продлен на шесть месяцев до 03.04.2020.

Материалами дела подтверждается и не оспаривается сторонами, что между ООО «НПП «Инновации ТЭК» (арендодатель) и ООО «Ямал-Бурение» (арендатор) 15.02.2019 года был заключен договор аренды № 02-19 в отношении мобильной буровой установки МБУ-140 с заводским № 56, на условиях уплаты арендных платежей в размере 3 000 000,00 рублей в месяц, срок аренды установлен на 3 (три) месяца с момента подписания Акта приема-передачи имущества в аренду (л.д.15-28 далее договор аренды).

Поскольку 07 декабря 2018 года в отношении ответчика Арбитражным судом Ямало-Ненецкого автономного округа была введена процедура наблюдения и временным управляющим назначен ФИО4, суд соглашается с позицией сторон о том, что договор аренды был заключен в период рассмотрения в отношении ответчика дела о несостоятельности и в силу требований п. 1 ст. 5 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» возникшая по договору задолженность подлежит включению в реестр текущих платежей, а в случае возникновения спора, о размере задолженности, такие споры подлежат рассмотрению в порядке искового производства вне рамок дела о несостоятельности.

В целях исполнения условий договора истец и гражданин ФИО1, на момент заключения договора являвшийся генеральным директором ответчика, заключили 18 февраля 2019 года Договор поручительства к Договору аренды №02-2019 от 15 февраля 2019 года (л.д.29-30). Согласно п. 2.1. Договора поручительства третье лицо принимает на себя обязательство нести солидарную ответственность наравне с Ответчиком за своевременный возврат арендуемого имущества.

19 февраля 2019 года истец передал ответчику объект аренды по акту приема-передачи (л.д.31).

Актом передачи оборудования из аренды от 22 июня 2019 года ответчик возвратил истцу арендуемое оборудование (л.д.33).

Договор аренды не был оспорен, не был признан недействительным. Правоотношения, возникшие на основании Договора аренды, регулируются параграфом 1 главы 34 Гражданского кодекса Российской Федерации. Суд считает, что Договор по форме и содержанию соответствует требованиям гражданского законодательства Российской Федерации.

В соответствии со статьей 606 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование. Плоды, продукция и доходы, полученные арендатором в результате использования арендованного имущества в соответствии с договором, являются его собственностью.

Согласно положениям ст. 622 Гражданского кодекса Российской Федерации, при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Если арендатор не возвратил арендованное имущество либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки. В случае, когда указанная плата не покрывает причиненных арендодателю убытков, он может потребовать их возмещения.

В случае, когда за несвоевременный возврат арендованного имущества договором предусмотрена неустойка, убытки могут быть взысканы в полной сумме сверх неустойки, если иное не предусмотрено договором.

Согласованная позиция сторон при рассмотрении настоящего спора свидетельствует о следующих обстоятельствах дела.

19 февраля 2019 года ФИО1 произвёл оплату за ответчика по Договору аренды на сумму 1 500 000 рублей.

25 марта 2019 года ФИО1 произвёл оплату за ответчика по Договору аренды на сумму 300 000 рублей, чем частично погасил задолженности.

03 апреля 2019 года в отношении ответчика было открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим был назначен ФИО4.

24 апреля 2019 года ответчик произвёл оплату на сумму 500 000 рублей, чем частично погасил задолженность.

На момент возврата имущества ответчик не исполнил надлежащим образом свою обязанность по оплате арендуемого имущества.

19 июля 2019 года истец обратился к ответчику с требованием о включении требований в реестр текущих платежей, в котором указано, что на момент направления требования задолженность (основной долг и штрафы) имела следующий размер: срок аренды составил 4 месяца и 3 дня, за весь период использования арендуемого имущества ООО «Ямал бурение» обязано было заплатить: (3 000 000 * 4) + ((3 000 000/30)*3) = 12 300 000 рублей. С учетом частичной оплаты задолженность, подлежащая к включению в реестр, согласно письму истца, составила 10 000 000 рублей, а также 97 820 рублей 00 копеек неустойки за просрочку исполнения обязательств (л.д.35-37).

09 августа 2019 года ответчик ответил истцу письмом, согласно которому, требования в части основного долга на сумму 8 400 000 рублей были учтены в составе пятой очереди текущих платежей. Требования об уплате пеней: за первый месяц: 14 720 рублей; за второй месяц: 36 600 рублей; за третий месяц: 12 740 рублей; за четвёртый месяц: 18 300 рублей; за пятый месяц: 900 рублей, учтены в составе пятой очереди текущих платежей. В остальной части, в размере 1 600 000 рублей основного долга и 14 560 рублей неустойки, конкурсный управляющий отказал истцу во включении требований в реестр требований кредиторов и предложил обратиться для разрешения спора в суде (л.д.38).

Отказ во включении спорных платежей в реестр текущих платежей должника послужил основанием для обращения с настоящим иском.

Обосновывая свою позицию по делу, ответчик ссылается на то, что ООО «НПП «Интэк» в нарушение договора предпринимались неправомерные действия по ограничению доступа арендатора к буровой установке и воспрепятствованию пользования ею в период с 19.04.2019 по 24.04.2019 и с 30.04.2019 по 10.05.2019, в связи с чем, конкурсный управляющий полагает необоснованным требование о начислении арендной платы за указанный период, в том числе: 600 000 рублей - за апрель 2019 года (с 19.04.2019 по 23.04.2019 включительно и 30.04.2019); 1 000 000 рублей - за май 2019 года (с 01.05.2019 по 10.05.2019 включительно).

Ограничение доступа к буровой установке ответчик подтверждает актами о вынужденном простое и предшествующей перепиской ООО «Ямал-Бурение» и ООО «НПП «ИнтэК».

- Актом о вынужденном простое бригады от 19.04.2019, которым зафиксировано, что с 12 часов 00 минут 19.04.2019 остановлена работа и запрещен доступ к буровой установке. Акт подписан представителем ООО «СевКомНефтегаз» ФИО5, представитель ООО НПП «ИНТЭК» ФИО6 от подписания акта отказался в связи с отсутствием у него полномочий, что подтверждается его собственноручной подписью на акте.

- Актами о вынужденном простое бригады от 30.04.2019 и 01.05.2019, которыми зафиксировано, что с 9 часов 30 минут (8 часов 30 минут согласно акту от 01.05.2019) 30.04.2019 остановлена работа и запрещен доступ к буровой установке, акты подписаны представителем ООО «СевКомНефтегаз» ФИО7, представитель ООО НПП «ИНТЭК» ФИО8 от подписания актов отказался в связи с отсутствием у него полномочий, что подтверждается его собственноручной подписью на актах.

- Актом о вынужденном простое бригады от 10.05.2019, которым зафиксировано, что с 8 часов 30 минут 30.04.2019 по 19 часов 00 минут 10.05.2019 была остановлена работа и запрещен доступ к буровой установке; акт подписан представителем ООО «СевКомНефтегаз» ФИО7, представитель ООО НПП «ИНТЭК» ФИО8 от подписания акта отказался.

Как следует из позиции истца, изложенной в письменных объяснениях и озвученной в судебном заседании, не оспаривая периоды, на которые истцом были введены ограничения пользования арендованным ответчиком по договору аренды оборудованием путём остановки двигателя, настаивает на том, что в те моменты (оба случая) технологические операции с использованием мобильной буровой установки (МБУ) ответчик не осуществлял, то есть оборудование ответчиком в то время для производства работ не использовалось и простаивало. Ограничение в использовании МБУ происходило в тот период времени, когда оно, по утверждению истца, не требовалось ответчику для производства работ. Со ссылками на письма ответчика истец настаивает, что ограничение использования происходило в те периоды, когда оборудование фактически не использовалось, но эти периоды в силу п. 3.2. договора аренды подлежат оплате. Согласно п. 3.6. договора ответчик обязан уплачивать арендные платеже вне зависимости от фактического использования им оборудования в течении всего срока аренды.

В ходе судебного разбирательства представители истца обосновывали свои действия наличием у ответчика задолженности по арендной плате и положениями ст. 14 ГК РФ, согласно которой допускается самозащита гражданских прав.

Суд, сопоставив доводы сторон по спору в совокупности с представленными в материалы дела доказательствами, установленными фактическими обстоятельствами и нормами действующего законодательства пришел к выводу, что возражения ответчика против требований истцов подлежат принятию по следующим основаниям.

В силу положений ст. 12 и 14 ГК РФ допускается самозащита гражданских прав.

Вместе с тем, в силу абзаца второго ст. 14 ГК РФ способы самозащиты должны быть соразмерны нарушению и не выходить за пределы действий, необходимых для его пресечения.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", лицо, право которого нарушено, может прибегнуть к его самозащите, соответствующей способу и характеру нарушения (статья 14 ГК РФ). Возможность самозащиты не исключает права такого лица воспользоваться иными способами защиты, предусмотренными статьей 12 ГК РФ, в том числе в судебном порядке.

По смыслу статей 1 и 14 ГК РФ самозащита гражданских прав может выражаться, в том числе, в воздействии лица на свое собственное или находящееся в его законном владении имущество. Самозащита может заключаться также в воздействии на имущество правонарушителя, в том случае если она обладает признаками необходимой обороны (статья 1066 ГК РФ) или совершена в состоянии крайней необходимости (статья 1067 ГК РФ).

Следовательно, ограничение права пользования имуществом, переданным должнику в аренду, в порядке самозащиты гражданских прав должно не только соответствовать характеру нарушения, но и быть в качестве способа самозащиты соразмерным причиненному (возможному) вреду от тех действий, на пресечение которых самозащита направлена.

Истец, исходя из того, что ответчик имел перед ним просрочку по внесению арендных платежей договору (письма истца от 19.04.2019 года, от 29 04.2019 года об ограничении в использовании арендуемого имущества л.д.99, 108) ограничил возможность пользования оборудованием путем остановки их двигателей.

Создание истцом препятствий в пользовании оборудованием, переданным ответчику по договору аренды, заключавшиеся в глушении двигателя и изъятию ключей от буровой установки МБУ-140, привели к прекращению ее эксплуатации арендатором или, другими словами, осуществлению права арендатора на владение и пользование объектом аренды. По неопровергнутым документально утверждениям ответчика данные действия создавали риск возникновения аварийной ситуации, утраты бурового инструмента и причинения имущественного ущерба как оборудованию ООО «НПП Инновации ТЭК», так и оборудованию ООО «Ямал-Бурение», ООО «Севкомнефтегаз».

По мнению суда, избранный истцом способ самозащиты создавал также риск прекращения деятельности ответчика, поскольку удерживаемое истцом оборудование необходимо для ведения хозяйственной деятельности в условиях действующего договора с ООО «Севкомнефтегаз», и, в условиях наличия между сторонами спора о непогашенной задолженности, существенном превышении стоимости пользования удерживаемого имущества размеру имущественных притязаний истца (согласно позиции истца включенная в реестр текущих требований ответчика неустойка за просрочку оплаты внесения арендных платежей составляет 83 260 рублей против стоимости пользования в спорный период 1 600 000 рублей).

Возражения истца относительно того, что ограничение использования происходило в те периоды, когда оборудование фактически не использовалось со ссылками на письма ответчика, судом отклоняются.

Содержание данных писем, по мнению суда, не свидетельствует о том факте, что действия истца по ограничению пользования оборудованием никак не повлияли на хозяйственную деятельность ответчика, напротив, письмо № 100 ответчика от 21.04.2019 года содержит указание на тот факт, что остановка двигателей не позволяет осуществить подъем бурильного инструмента из скважины и срывает сроки проведения работ по консервации скважины, письмо № 108 от 02.05.2019 года, также как и письмо № 132 от 08.05.2019 года, содержат указание на срыв сроков по возврату имущества из аренды по причине осуществленных истцом действий по ограничению пользования арендованным имуществом.

Кроме того, прекращение возможности использования переданным в аренду оборудованием с целью понуждения ответчика к скорейшему погашению задолженности по арендной плате (в том числе авансовой) произведено истцом без учета того, что обязательства ООО «Ямал-Бурение» перед ООО «НПП «Инновации ТЭК» по договору аренды № 02-19 от 15.02.2019, хотя и носят характер текущих платежей (ст. 5 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»), подлежат исполнению в соответствии с очередностью, определенной п. 1, 2 ст. 134 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» - в составе пятой очереди. В этой связи судом отмечается, что заключение истцом договора с ответчиком происходило уже в период рассмотрения в отношении ответчика дела о несостоятельности и в силу требований п. 1 ст. 5 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

С учетом изложенного, суд пришел к выводу, что рассматриваемые действия истца, не только не соответствуют характеру предполагаемого нарушения прав ответчика, но и явно несоразмерны последствиям нарушения обязательства.

Установленные судом обстоятельства отсутствия у ответчика как арендатора возможности пользования и владения арендованным имуществом в целях аренды в спорный период в связи с действиями арендодателя, по мнению суда, свидетельствует об отсутствии у арендодателя правовых оснований для предъявления требований о внесении арендной платы за пользование арендованным оборудованием по договору аренды в периоды с 19.04.2019 по 23.04.2019 включительно (600 000,00 рублей), с 30.04.2019 по 10.05.2019 включительно (1 000 000,00 рублей) и соответствующей указанной сумме основной задолженности неустойки, которая по принятому в качестве состоятельного довода ответчика, следует правовой судьбе основного долга и не подлежит взысканию за необоснованностью данного требования.

Учитывая вышеизложенное, суд считает, что истцом не доказано наличие у него субъективного права, нарушенного ответчиком и подлежащего судебной защите. Не доказанность, в рамках предмета спора, нарушения ответчиком субъективных прав истца, влечет отказ в удовлетворении исковых требований.

Материалы дела свидетельствуют, истцом при обращении с иском была оплачена государственная пошлина в надлежащем размере.

С учетом отказа в удовлетворении остальных исковых требований, расходы на оплату государственной пошлины подлежат отнесению на истца.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 16, 101, 110, 106, 167-170, 176, 177, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в Восьмой арбитражный апелляционный суд.


Судья


Авдеева Я.В.