Решение от 28 сентября 2025 г. по делу № А51-9231/2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, <...>

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А51-9231/2025
г. Владивосток
29 сентября 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 25 сентября 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 29 сентября 2025 года.

Арбитражный суд  Приморского края в составе судьи Жестилевской О.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Бизякиным Н.М., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью Производственная компания «ВЛ Технолоджи» (ИНН<***>, ОГРН<***>)

к Дальневосточной электронной таможне (ИНН<***>, ОГРН<***>)

о признании незаконным решения от 01.03.2025 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10720010/181224/5043982

при участии:

от заявителя посредством веб – конференции: ФИО1, доверенность от 09.01.2025, паспорт, диплом;

от ответчика: не явились, извещены надлежащим образом;

установил:

общество с ограниченной ответственностью Производственная компания «ВЛ Технолоджи» (далее – заявитель, общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения Дальневосточной электронной таможни (далее – ответчик, таможенный орган) от 01.03.2025 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10720010/181224/5043982.

Ответчик, извещенный надлежащим образом о времени и месте слушания, для участия в нем своих представителей не направил, что не препятствует проведению судебного заседания в его отсутствие в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). При этом судом установлено, что представитель таможни подал ходатайство об участии в онлайн – заседании, ходатайство судом удовлетворено, однако в назначенное время к заседанию не подключился (возможность подключения оставалась на протяжении всего судебного заседания).

В обоснование заявленных требований представитель общества по тексту заявления, а также в судебном заседании указал, что у таможни отсутствовали основания для непринятия первого метода определения таможенной стоимости и вынесения оспариваемого решения, поскольку заявитель представил все имеющиеся у него и необходимые для подтверждения заявленной таможенной стоимости документы, в полном объеме выполнив обязанность по подтверждению таможенной стоимости, определенной по первому методу.

Представитель таможни по тексту письменного отзыва, а также в судебном заседании по заявленным требованиям возразил, указал, что заявленная декларантом таможенная стоимость значительно отличалась от ценовой информации, имеющейся в таможне, что является признаком ее недостоверности; предоставленные обществом документы не подтверждают правильность выбранного метода определения таможенной стоимости, а заявленные сведения о таможенной стоимости не основаны на достоверных и документально подтвержденных сведениях, в связи с чем, таможенный орган обоснованно пришел к выводу о невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Из материалов дела судом установлено, что 18.12.2024 ООО ПК «ВЛ ТЕХНОЛОДЖИ» в Дальневосточный таможенный пост (центр электронного декларирования) Дальневосточной электронной таможни подана декларация на товары №10720010/181224/5043982, в которой в целях помещения под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления заявлены сведения о товарах, поступивших из Китая на условиях DAP УССУРИЙСК в адрес заявителя во исполнение внешнеторгового контракта от 16.04.2024 № TE-004, заключенного с иностранной компанией «SUIFENHE ZHENGMAI ECONOMIC AND TRADE CO,LTD». Заявленная декларантом таможенная стоимость товара определена им методом по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

18.12.2024 таможенным постом у декларанта запрошены документы, сведения и пояснения со сроками предоставления, а также сообщены суммы обеспечения исполнения обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов. 29.01.2025 декларантом в ответ на запрос от 18.12.2024 предоставлены запрошенные документы и сведения.

23.02.2025 в адрес декларанта таможенным постом направлен запрос дополнительных документов и сведений в соответствии с пунктом 15 статьи 325 ТК ЕАЭС.

27.02.2025 декларантом в ответ на запрос предоставлены запрошенные документы и сведения.

01.03.2025 ДВТП ЦЭД принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №10720010/181224/5043982.

Не согласившись с решением таможенного органа, посчитав, что оно не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере экономической деятельности, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемого решения, суд полагает, что заявленное требование подлежит удовлетворению в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200 АПК РФ для признания ненормативного акта государственного органа недействительным, его действий (бездействия) незаконными суду необходимо одновременно установить как несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, так и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

По правилам пункта 2 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

Пунктом 9 статьи 38 ТК ЕАЭС предусмотрено, что определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров.

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. Этот же принцип закреплен относительно информации о дополнительных начислениях к цене сделки.

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного кодекса.

Порядок и условия применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1) предусмотрены статьей 39 ТК ЕАЭС, согласно которой таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые:

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Пунктом 1 статьи 104 ТК ЕАЭС установлено, что товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 ТК ЕАЭС).

По правилам пункта 2 названной статьи, в случае если в документах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами.

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса.

Для изменения (дополнения) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, применяется корректировка декларации на товары (пункт 4 статьи 112 ТК ЕАЭС).

Обосновывая принятие оспариваемого решения, таможенный орган сослался на выявление в рамках таможенного контроля отклонений в меньшую сторону от имеющихся в распоряжении таможенного органа среднестатистических показателей стоимости задекларированного обществом в спорной ДТ товара от стоимости однородных товаров, оформляемых иными участниками внешнеэкономической деятельности,

В пункте 1 статьи 38 ТК ЕАЭС определено, что положения главы 5 «Таможенная стоимость товаров» базируются на общих принципах и правилах, установленных статьей VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года (ГАТТ 1994). Аналогичная норма установлена пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – Постановление № 49).

Согласно пункту 10 Постановления № 49 система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом и основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки. При этом согласно пункту 15 статьи 38 Таможенного кодекса за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Следовательно, выявление с использованием системы управления рисками рисков недостоверного декларирования таможенной стоимости является основанием для проведения дополнительной проверки, но не названо в нормативных правовых актах в качестве основания для корректировки заявленной таможенной стоимости.

При этом, как указано в пункте 11 Постановления Пленума №49, отсутствие подтверждения сведений о таможенной стоимости, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в иных представленных таможенному органу документах, а также выявление таможенным органом признаков недостоверного определения таможенной стоимости само по себе не может выступать основанием для вывода о неправильном определении таможенной стоимости декларантом, а является основанием для проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров в соответствии со статьей 313, пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС.

Аналогично статья 378 ТК ЕАЭС об использовании таможенными органами системы управления рисками (СУР) для проведения таможенного контроля и мер по минимизации рисков дает основания полагать, что выявление с использованием системы управления рисками рисков недостоверного декларирования таможенной стоимости является поводом для проведения дополнительной проверки, но не названо в качестве основания для внесения изменений или дополнений в сведения, указанные в ДТ.

В этом смысле различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Суд учитывает также, что различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Поскольку декларантом был избран первый метод таможенной оценки, основанный на стоимости сделки с ввозимыми товарами, то проверка таможней формирования цены сделки была необходима для установления факта выполнения декларантом условий, определенных статьей 39 ТК ЕАЭС.

Доказательств недостоверности сведений, содержащихся в пакете документов, представленном обществом в подтверждение заявленной таможенной стоимости, равно как невозможность использования документов, представленных декларантом при таможенном оформлении в обоснование таможенной стоимости товара, в их совокупности и системной оценке таможенным органом не подтверждена.

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что низкий уровень заявленной обществом таможенной стоимости по ДТ №10720010/181224/5043982 не мог рассматриваться как доказательство недостоверности условий сделки, а также служить основанием для корректировки таможенной стоимости и внесения изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ.

Оценивая обстоятельства проведения дополнительной проверки и выводы, положенные в основу оспариваемого решения от 01.03.2025 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной декларации на товары, суд учитывает следующее.

Из материалов дела следует, что общество представило полный пакет документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость товаров, необходимый для таможенного оформления товаров в соответствии с выбранным таможенным режимом.

Порядок, форма, структура формирования цены сделки подтверждаются контрактом от 16.04.2024 № ТЕ-004, приложением от 15.12.2024 № СD31720241215, инвойсом от 15.12.2024 № СD31720241215 на сумму 128 167,50 китайских юаней и другими документами, содержащими сведения о характеристиках ввезенного товара, которые корреспондируются со сведениями, заявленными в спорной ДТ.

По условиям пункта 1.1 контракта от 16.04.2024 продавец передает в собственность, а покупатель принимает и оплачивает товар в количестве и ассортименте, именуемые в дальнейшем товар.

Товар поставляется отдельными партиями из Китая. Количество, ассортимент, цена товара, дата и условия поставки согласовываются сторонами и указываются в инвойсах к настоящему контракту, являющихся неотъемлемой частью настоящего контракта (пункт 1.2).

Согласно пункту 5.1 контракта по согласованию сторон расчеты за товар могут осуществляться как в валюте контракта в юанях, так и в рублях РФ, долларах США по курсу ЦБ на день оплаты банковским переводом на счет продавца в течение 180 дней с даты ввоза товара на территорию РФ. Для удобства расчета между сторонами возможна оплата в счет третьих лиц, в соответствии с представленными дополнительными соглашениями.

Приложением от 15.12.2024 № СD31720241215 стороны контракта согласовали следующие условия оплаты: в течение 180 дней с даты выпуска товара на территорию РФ.

Таким образом, поскольку на дату ответа на запрос таможни оплата по условиям Контракта ещё не была произведена, что согласуется с условиями приложения от 15.12.2024 № СD31720241215, то следует признать, что непредставление документов об оплате товара вызвано объективными причинами.

В свою очередь, само по себе условие об отсрочке платежа не свидетельствует о недостоверности заявленных обществом сведений о товаре, не противоречит нормам международного права и национального законодательства и не свидетельствует о незаконности применения обществом метода определения таможенной стоимости товара по цене сделки.

При этом, судом установлено, что оплата товара произведена обществом по заявлению на перевод от 01.07.2025 № 28 на сумму 884 584,56 юаней. Указанное заявление на перевод в иностранной валюте в графе «Назначение платежа» содержит ссылку на номер и дату внешнеторгового контракта № ТЕ-004 от 16.14.2024, специальный код, который используется для классификации товаров при международной отправке (HS Code 721070) и указание наименования товара, за который производится оплата.

Кроме того заявителем в материалы дела был представлен документ «Сведения о валютных операциях» от 01.07.2025, согласно которому в разделе «примечания» заявителем указаны номера инвойсов с разбивками сумм по оплатам. Так по ДТ № 10720010/181224/5043982 в сведениях о валютных операциях от 01.07.2025 указан инвойс № CD31720241215 от 15.12.2024 на сумму  128 167,50 юаней, что соответствует полной оплате по спорной ДТ.

В разделе II «Сведения о платежах» ведомости банковского контроля (ВБК) по состоянию на 16.09.2025 в графе 6 отражена сумма денежных средств в размере 884 584,56 юаней, в которую входит денежная сумма по ДТ в размере – 128 167,50 юаней, зачисленная на счет продавца, что корреспондируется с инвойсом № CD31720241215 от 15.12.2024.

Согласно разделу III «Сведения о подтверждающих документах» подраздела III.I «Сведения о подтверждающих документах» ведомости банковского контроля указанная под номером 144 ДТ и сумма платежа 128 167,50 юаней корреспондируются с инвойсом, отгрузочной спецификацией и приложением к контракту, что позволяет установить соблюдение декларантом условий оплаты по рассматриваемой ДТ.

Что касается довода о сомнительном содержании экспортной декларации, то суд отмечает, что пунктом 7 запроса документов и сведений от 18.12.2024 у декларанта запрошена экспортная декларация страны вывоза с заверенным переводом.

В ответ на запрос от 18.12.2024 декларант представил экспортную декларацию КНР № 192520240254730176 с заверенным переводом на русский язык.

Наименование товаров № 1, №2 в экспортной декларации страны отправления № 192520240254730176 дублирует наименование товаров в ДТ № 10720010/181224/5043982 частично, тем не менее, данные товары соотносятся по количеству, цене за единицу товара, общей стоимости, весу брутто/нетто.

Довод таможни, изложенный в обжалуемом решении, о том, что экспортная декларация страны отправления выполнена различными шрифтами, что может свидетельствовать о том, что документ выполнен с использованием графического редактора, носит предположительный характер и документально не подтвержден.

В случае если для разъяснения вопросов, возникающих при совершении таможенными органами таможенных операций и (или) проведении таможенного контроля, требуются специальные и (или) научные знания таможенным органом назначается таможенная экспертиза.

Таможенная экспертиза назначается в отношении товаров, таможенных, транспортных (перевозочных), коммерческих и иных документов, а также средств идентификации таких товаров и документов.

Решение о проведении таможенной экспертизы в отношении представленной экспортной декларации №192520240254730176  таможенный орган не принимал.

Учитывая изложенное, суд отклоняет доводы таможни о выявленных несоответствиях в экспортной декларации №192520240254730176 как необоснованные.

Нельзя согласиться и с выводами таможни в оспариваемом решении о непредставлении декларантом прайс-листа производителя товаров, поскольку существенные условия поставки партии товаров по спорной ДТ не подлежали согласованию в прайс-листе изготовителя. Суд отмечает, что вопрос ценообразования относится к хозяйственной деятельности продавца (изготовителя) товара и к структуре таможенной стоимости отношения не имеет. Информация прайс-листа может являться лишь справочной либо проверочной величиной в совокупности с иными коммерческими документами, но не основным коммерческим документом, свидетельствующим об условиях конкретной сделки, ни тем более основанием для корректировки таможенной стоимости.

Кроме того, как верно указал заявитель, довод таможенного органа о том, что прайс-лист продавца идентичен со сведениями указанными в коммерческих документах общества, не нашел своего подтверждения, поскольку прайс-лист продавца содержит более обширный перечень предлагаемых к продаже товаров, таких как: двутавр из углеродистой стали с параллельными полками, заглушки из полимерного материала, саморезы (винты самонарезающие) стальные с шестигранной головкой и со сверловидным наконечником, укрепленные шайбой с резиновой прокладкой, двутавры из углеродистой стали с параллельными полками, профилированные ребристые/гладкие окрашенные/оцинкованные листы из нелегированной стали. Суд также отмечает, что вопреки доводу таможни прайс-лист продавца не является адресным, поскольку не содержит наименования конкретного контрагента.

Оценивая довод таможенного органа о не представлении декларантом сведений о наличии/отсутствии предоставленных продавцом скидок покупателю на данную партию товара, их величину, других условий, объясняющих причины отклонения стоимости ввозимых товаров от ценовой информации, имеющейся в распоряжении таможни, суд отмечает, что в запросе от 18.12.2024 таможенный орган запрашивал указанные сведения у общества. При этом в ответ на указанный запрос от 28.01.2025 декларантом даны соответствующие пояснения.

Так, декларант пояснил, что в соответствии с условиями контракта скидки по рассматриваемому контракту не предусмотрены, предоставить пояснения причин отклонения стоимости ввозимых товаров от ценовой информации, имеющейся в распоряжении таможенного органа общество не имеет возможности, так как декларант не располагает необходимыми сведениями об условиях иных поставок, в том числе какие расходы и затраты, а также объемы были учтены при заключении таких контрактов, данные о которых имеются в распоряжении таможенного органа, но не заявителя.

Довод таможенного органа о невозможности соотнести платежное поручение № 315 от 24.12.2024 с представленной спецификацией № 6 от 26.12.2024 к договору № 19 от 01.07.2021, не нашел своего подтверждения материалами дела, в силу следующего.

Так, документом, подтверждающим оплату по спецификации №6 от 26.12.2024, является платежное поручение №315 от 24.12.2024, в котором в назначении платежа отражен договор поставки №19 от 01.07.2021, по которому происходила реализация ввезенного товара по ДТ №10720010/181224/5043982. Документом, подтверждающим отгрузку товара по спецификации №6 от 26.12.2024, является УПД №346 от 28.12.2024.

Как пояснил декларант, при передаче УПД контрагенту ООО «САТТВАГРУПП» через программный комплекс «Электронный документооборот», в графе «к платежно-расчетному документу» не отразилось платежное поручение №315 от 24.12.2024, однако, согласно скриншоту с программного комплекса «1С», при формировании УПД №346 от 28.12.2024 вышеуказанное платежное поручение отображается.

ООО «САТТВАГРУПП» произведена предоплата в размере 10 000000 руб. в счет будущих поставок по договору №19 от 01.07.2021. По данному авансовому платежу были оплачены три поставки - УПД №343 от 27.12.2024, УПД №346 от 28.12.2024, УПД №355 от 28.12.2024 на общую сумму 9 139 370,20 руб., что подтверждается письмом от 25.02.2025 от ООО «САТТВАГРУПП».

При этом согласно пояснениям декларанта, счет на оплату отсутствует, поскольку ООО «САТТВАГРУПП» произвело авансовый платеж в рамках договора поставки №19 от 01.07.2021.

Таким образом, представленные декларантом документы по реализации товара на территории Российской Федерации позволяют установить плательщика за поставляемый товар - ООО «САТТВАГРУПП» и получателя платежа – ООО ПК «ВЛ Технолоджи».

Таким образом, указанные доводы таможенного органа не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Факт перемещения товаров, указанных в ДТ и реального осуществления сделки между участниками внешнеторгового контракта на определенных условиях подтвержден материалами дела. Доказательств недостоверности представленных обществом документов либо заявленных в них сведений таможенным органом не представлено.

В свою очередь наличие каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможней не доказано, равно как не представлены доказательства невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, указанные в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Соответственно утверждение таможенного органа о невозможности применения первого метода определения таможенной стоимости в отношении товаров по рассматриваемой ДТ нормативно и документально необоснованно.

Таким образом, учитывая, что результаты таможенного контроля определения таможенной стоимости по спорной декларации не подтверждают доводы таможни о несоблюдении декларантом положений ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости, тогда как представленные обществом документы и сведения указывают на определение таможенной стоимости на основании достоверной, количественно определенной и документально подтвержденной информации, суд приходит к выводу о необоснованности оспариваемого решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10720010/181224/5043982.

В свою очередь принятое таможенным органом решение от 01.03.2025 повлекло негативные последствия для заявителя в виде необоснованного доначисления и уплаты таможенных платежей, чем были нарушены его права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, оспариваемое решение Дальневосточной электронной таможни от 01.03.2025 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10720010/181224/5043982, является незаконным и нарушающим права общества.

Арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие), в том числе  государственных органов не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными (часть 2 статьи 201 АПК РФ).

Как следует из пункта 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, понуждение органа, осуществляющего публичные полномочия, принять решение или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, не относится к исковым требованиям, а является способом устранения нарушенного права.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, самостоятельно определив способы их судебной защиты соответствующих статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется заявителем и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или реальной защите законного интереса.

Избранный заявителем способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

При этом суд вправе самостоятельно определять способ восстановления нарушенного права заявителя.

Исходя из пункта 33 Постановления Пленума ВС РФ № 49, в случае признания судом незаконным решения таможенного органа, принятого по результатам таможенного контроля и влияющего на исчисление таможенных платежей, либо отказа (бездействия) таможенного органа во внесении изменений в декларацию на товар и (или) в возврате таможенных платежей в целях полного восстановления прав плательщика на таможенный орган в судебном акте возлагается обязанность по возврату из бюджета излишне уплаченных и взысканных платежей.

Принимая во внимание указанные выше положения Постановления Пленума ВС РФ № 49, суд обязывает таможню возвратить обществу таможенные платежи, излишне уплаченные (взысканные) по декларации на товары № 10720010/181224/5043982, окончательный размер которых таможне определить на стадии исполнения судебного акта.

Понесенные заявителем судебные расходы по уплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 АПК РФ взыскиваются в его пользу с таможенного органа.

Руководствуясь статьями 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Признать незаконным решение Дальневосточной электронной таможни от 01.03.2025 о внесении изменений в сведения, указанные в декларации на товары №10720010/181224/5043982, как не соответствующее Таможенному кодексу Евразийского экономического союза.

Обязать Дальневосточную электронную таможню возвратить обществу с ограниченной ответственностью Производственная компания «ВЛ Технолоджи» сумму излишне уплаченных (взысканных) таможенных платежей по декларации на товары №10720010/181224/5043982, окончательный размер которых определить на стадии исполнения решения суда.

Взыскать с Дальневосточной электронной таможни (ИНН<***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью Производственная компания "ВЛ Технолоджи" (ИНН<***>) 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей расходов по уплате государственной пошлины по заявлению.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.


Судья                                                                                                  Жестилевская О.А.