Решение от 8 октября 2025 г. по делу № А51-20370/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, <...>

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А51-20370/2024
г. Владивосток
09 октября 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 06 октября 2025 года.

Арбитражный суд  Приморского края в составе судьи  Кирильченко М.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Сергеевой Д.С.,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Маркет Плюс» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации 01.03.2023) 

к Владивостокской таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации 15.04.2005)

о признании незаконным решения от 21.09.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10702070/200824/3278207,

при участии в судебном заседании посредством  веб-конференции:

от заявителя –  ФИО1 по доверенности от 07.07.2023 сроком на два года, диплом, паспорт,

от ответчика –  ФИО2 по доверенности от 02.09.2025 № 81, диплом, паспорт,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «МАРКЕТ ПЛЮС» обратилось в суд с заявлением к Владивостокской таможне о признании незаконным, решения от 21.09.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №10702070/200824/3278207.

Общество в обоснование заявленных требований в ходе судебного разбирательства указало, что таможенному органу при декларировании товара были представлены все необходимые документы, подтверждающие заявленную обществом таможенную стоимость, соответственно, в полном объеме выполнена обязанность по ее подтверждению, определенной по первому методу «по стоимости сделки с ввозимыми товарами». Представитель общества пояснил, что оспариваемое решение повлекло за собой увеличение размера таможенных платежей, исчисляемых в соответствии с таможенной стоимостью товаров, чем нарушены его права и законные интересы в сфере экономической деятельности, в связи с чем, просит признать незаконным оспариваемое решение о внесении изменений (дополнений) в сведения.

Представитель таможни по тексту письменного отзыва, а также в ходе судебного разбирательства указал, что заявленная декларантом таможенная стоимость значительно отличалась от ценовой информации, имеющейся в таможне, что является признаком её недостоверности; предоставленные обществом документы не подтверждают правильность выбранного метода определения таможенной стоимости, а заявленные сведения о таможенной стоимости не основаны на достоверных и документально подтвержденных сведениях, в связи с чем, таможенный орган пришел к выводу о невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Из материалов дела судом установлено, что ООО «МАРКЕТ ПЛЮС» заключило с компанией «NINGBO МН INDUSTRY CO.,LTD» внешнеторговый контракт от 27.04.2023 № 1-2023 (далее - Контракт) о купле-продаже товаров. В целях исполнения обязательств по Контракту в соответствии с коммерческим инвойсом от 22.07.2024 № 24МН421155, Обществом с целью помещения товара под таможенную процедуру выпуск для внутреннего потребления подана декларация на товары, которой таможенным органом присвоен номер 10702070/200824/3278207.

В графе 31 указанной декларации на товары в отношении товара № 1 заявлены следующие сведения: «ткани, содержащие по массе более 85% текстурированных полиэфирных нитей, окрашенные, не военного назначения, не для медицины, не для детей», весом нетто - 26 126.78кг, на условиях поставки FOB NTNGBO. В графе 33 указанной ДТ в отношении товаров заявлен классификационный код в соответствии с единой Товарной номенклатурой внешнеэкономической деятельности Евразийского экономического союза -5407520000.

Таможенная стоимость товара № 1 определена и заявлена Декларантом по методу стоимости сделки с ввозимыми товарами.

При проведении контроля таможенной стоимости товаров по ДТ № 10702070/200824/3278207 были обнаружены признаки, указывающие на то, что заявленные при таможенном декларировании товаров сведения о таможенной стоимости могут являться недостоверными либо должным образом не подтверждены.

В связи с выявлением рисков недостоверного декларирования таможенной стоимости, таможенным постом 20.08.2024 у декларанта в срок до 18.10.2024 запрошены коммерческие документы, а также пояснения о наличии/отсутствии предоставленных продавцом скидок покупателю на данную партию товара, их величину, других условий, объясняющих причины отклонения стоимости ввозимых товаров от ценовой информации, имеющейся в распоряжении таможенного органа.

Также запросом от 20.08.2024 Общество уведомлено о возможности выпуска товаров до завершения проверки таможенных, иных документов и сведений, в соответствии со статьей 121 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, в связи, с чем направил декларанту расчет размера обеспечения исполнения обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов по ДТ № 10702070/200824/3278207 на сумму 191 362.21руб.

В ответ на запрос таможенного органа 31.08.2024 Обществом предоставлена часть запрошенных документов и сведений.

Таможенным органом 13.09.2024 в адрес декларанта в соответствии с пунктом 15 статьи 325 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза направлен запрос дополнительных документов и (или) сведений.

По результатам анализа представленных декларантом документов и сведений таможенным органом 21.09.2024 принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10702070/200824/3278207, в части таможенной стоимости, определенной с использованием метода по стоимости сделки с однородными товарами.

Не согласившись с решением таможенного органа от 21.09.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №10702070/200824/3278207, посчитав, что оно не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере экономической деятельности, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемого решения, суд пришел к следующим выводам.

Рассматривая спор по существу, суд установил, что в силу статьи 198, части 4 статьи 200 АПК РФ для признания ненормативного акта государственного органа недействительным, его действий (бездействия) незаконными суду необходимо одновременно установить как несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, так и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

В соответствии с пунктом 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного кодекса.

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС установлено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 указанного кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза могут быть произведены дополнительные начисления;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 данной статьи.

В соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются дополнительные начисления, к которым относятся и расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров до - места прибытия таких товаров на таможенную территорию Союза, а если Комиссией в зависимости от вида транспорта, которым осуществляется перевозка (транспортировка) товаров, и особенностей такой перевозки (транспортировки) определены иные места, - до места, определенного Комиссией.

Пунктом 1 Решения Коллегии ЕАЭК от 22.05.2018 № 83 «О расчете дополнительных начислений при определении таможенной стоимости товаров» установлено, что в случае, если дополнительные начисления указанные в подпунктах 4 и 5 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, относятся ко всем или нескольким наименованиям товаров ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, определение величины дополнительных начислений, подлежащих добавлению к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за каждое наименование товара, осуществляется пропорционально величине, определяемой отношением веса брутто каждого наименования товара к общему весу брутто товаров, к которым относятся такие дополнительные начисления.

В случае если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 (метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами) не применяется (пункт 2 статьи 39 ТК ЕАЭС).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании (далее – контроль таможенной стоимости товаров), таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров). При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Согласно пункту 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в случае, если документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 данной статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения, либо если таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений ТК ЕАЭС и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

Запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений. Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств (пункт 5 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 15 статьи 325 ТК ЕАЭС, если представленные в соответствии с указанной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенный орган до истечения срока, установленного 2 абзацем пункта 14 статьи 325 ТК ЕАЭС, вправе запросить дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах. Такие дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, должны быть представлены не позднее 10 календарных дней со дня регистрации таможенным органом запроса.

Пунктом 17 статьи 325 ТК ЕАЭС установлено, что при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с данной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений ТК ЕАЭС, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 ТК ЕАЭС.

Согласно пункту 2 статьи 112 ТК ЕАЭС в случае, если при проведении таможенного контроля выявлены нарушения международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования, которые в соответствии с абзацами вторым и третьим подпункта 9 пункта 1 статьи 125 настоящего Кодекса при их устранении не будут являться основанием для отказа в выпуске товаров, и таможенным органом для устранения таких нарушений установлена необходимость изменения (дополнения) сведений, заявленных в таможенной декларации, такие сведения должны быть изменены (дополнены) декларантом по требованию таможенного органа в пределах срока выпуска товаров, установленного пунктами 3 и 6 статьи 119 настоящего Кодекса.

В силу пункта 3 статьи 112 ТК ЕАЭС после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, производится в случаях, предусмотренных данным Кодексом и (или) определяемых Комиссией, по решению таможенного органа либо с разрешения таможенного органа. Форма решения таможенного органа о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров определяется Комиссией. Сроки и порядок совершения таможенных операций, связанных с изменением (дополнением) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, после выпуска товаров определяются Комиссией.

Согласно пункту 21 Порядка внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 10.12.2013 № 289 «О внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, и признании утратившими силу некоторых решений Комиссии Таможенного союза и Коллегии Евразийской экономической комиссии», внесение изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, после выпуска товаров по инициативе таможенного органа осуществляется на основании решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, по форме согласно приложению № 1.

В качестве решения может рассматриваться иное решение таможенного органа, принятое по результатам таможенного контроля, если такое решение содержит требование о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, сведения о регистрационном номере ДТ, перечень изменений (дополнений), вносимых в сведения, заявленные в ДТ, основания внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, срок представления в таможенный орган КДТ, а при корректировке таможенной стоимости товаров - также ДТС (пункт 23 указанного Порядка).

Пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» предусмотрено, что при разрешении споров, касающихся правильности определения таможенной стоимости ввозимых товаров, судам следует учитывать, какие признаки недостоверного определения таможенной стоимости были установлены таможенным органом и нашли свое подтверждение в ходе проведения таможенного контроля, в том числе с учетом документов (сведений), собранных таможенным органом и дополнительно предоставленных декларантом.

В соответствии с пунктом 5 Положения об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27.03.2018 №42, при проведении контроля таможенной стоимости товаров, в том числе после их выпуска, признаками недостоверного определения таможенной стоимости товаров являются, в частности, следующие обстоятельства:

а) выявление несоответствия сведений, влияющих на таможенную стоимость ввозимых товаров и содержащихся в одном документе, иным сведениям, содержащимся в том же документе, а также сведениям, содержащимся в иных документах, в том числе в документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, сведениям, полученным из информационных систем таможенных органов, и (или) информационных систем государственных органов (организаций) государств-членов в рамках информационного взаимодействия таможенных органов и государственных органов (организаций) государств-членов, и (или) из других источников, имеющихся в распоряжении таможенного органа на момент проведения проверки, сведениям, полученным другими способами в соответствии с международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования, входящими в право Союза, и (или) законодательством государств-членов;

б) выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров при сопоставимых условиях их ввоза;

в) выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров, определенной в соответствии с информацией о биржевых котировках, биржевых индексах, ценах аукционов, информацией из ценовых каталогов;

г) выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой компонентов (в том числе сырьевых), из которых произведены (состоят) ввозимые товары;

д) наличие взаимосвязи продавца и покупателя ввозимых товаров в сочетании с более низкой ценой ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров, продажа и покупка которых осуществлялись независимыми продавцом и покупателем;

е) наличие оснований полагать, что структура таможенной стоимости ввозимых товаров не соблюдена (например, к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, не добавлены либо добавлены не в полном объеме лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров, расходы на страхование и т.п.).

Изучив представленные документы, таможенный орган с использованием системы управления рисками выявил риски недостоверного декларирования, выразившиеся в отклонении заявленной таможенной стоимости товаров от ценовой информации, имеющейся в его распоряжении, что подтверждается материалами дела, а также нашло отражение в оспариваемом решении.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что у таможни имелись законные основания для проведения дополнительной проверки заявленной таможенной стоимости, в силу которого у декларанта были запрошены дополнительные пояснения и документы по факторам, влияющим на значительно низкую цену декларируемых товаров по сравнению с ценой на идентичные или однородные товары.

Как подтверждается материалами дела, при таможенном оформлении ввезенного товара обществом в качестве подтверждающих документов по ДТ №10702070/200824/3278207 были представлены внешнеторговый контракт №1-2023 от 27.04.2023, коммерческий инвойс №24MH421155 от 22.08.2024, упаковочный лист, заявление на перевод от 23.07.2024 №14, ВБК и прочие документы согласно графе 44 ДТ.

Анализ указанных документов показывает, что по условиям пункта 1.1 контракта продавец обязуется поставить ткани и швейную фурнитуру, а покупатель обязуется принять и оплатить товар в ассортименте, количестве и по ценам, указанным в сопроводительных документах на каждую поставку.

Цена каждой отдельной партии товара должна указываться в инвойсах на каждую отдельную партию товара (пункт 2.2 контракта).

В пункте 3.1 контракта стороны определили условия оплаты, в силу которых платеж по контракту может быть произведен по одному из следующих вариантов по устной договоренности сторон:

- с отсрочкой платежа в течение 180 дней с даты выпуска товара для внутреннего таможенного потребления на таможенной территории Таможенного союза;

- путем предоплаты в размере, устанавливаемом в приложениях к контракту и/или инвойсах. Оставшаяся часть стоимости товара подлежит уплате в течение 180 дней с даты выпуска товаров для внутреннего потребления на таможенной территории Таможенного союза;

- 100% авансовым платежом по инвойсу/приложению к контракту продавца;

- 30% предоплата от суммы, установленной в приложениях к контракту и/или инвойсах. Оставшаяся часть стоимости товара оплачивается после отгрузки.

Конкретный способ оплаты по каждой партии товара отражается в приложениях к контракту и/или инвойсах.

В рамках исполнения указанного контракта с учетом достигнутых договоренностей сторонами в коммерческом инвойсе №24MH421155 от 22.08.2024 согласован к поставке товар «ткань габардин» на общую сумму 44414,37 долл. США.

Заявлением на перевод №14 от 23.08.2024 на сумму 339098,87 юаней, что эквивалентно 44414,37 долл. США, обществом на счет продавца произведено перечисление денежных средств по контракту.

В этой связи при помещении спорной товарной партии под таможенную процедуру «выпуск для внутреннего потребления» таможенному органу была представлена декларация на товары №10702070/200824/3278207, в графах 22, 42, 46 которой была заявлена указанная стоимость ввозимых товаров, дополненная транспортными расходами, и произведено исчисление таможенных платежей от указанной стоимости.

Соответственно указанная обществом в графах 22, 42, 46 спорной декларации стоимость товаров совпадает с ценой, указанной в коммерческих документах, и, как следствие, с ценой, фактически уплаченной продавцу, согласно формулировке пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Кроме того, суд отклоняет довод таможни о том, что в рассматриваемом случае сторонами не согласованы условия оплаты товара применительно к тому, что условиями контракта предусмотрено несколько вариантов оплаты, а также, что конкретный способ оплаты по каждой партии товара отражается в приложениях к контракту и/или инвойсах.

В представленном заявителем заявлении на перевод №14 от 23.08.2024 на сумму 339098,87 юаней в графе 70 «назначение платежа» имеется ссылка на контракт №1-2023 от 27.04.2023 и инвойс №24MH421155 от 22.08.2024. Таким образом, имеется возможность идентификации указанного платежа. При таких обстоятельствах, не указание непосредственно в инвойсе способа оплаты не свидетельствует о несогласовании сторонами условий оплаты и невозможности его проверки таможенным органом.

Проанализировав условия поставки и сведения, содержащиеся в документах, представленных в подтверждение ее исполнения, суд приходит к выводу о том, что документы заявителя выражают содержание и условия заключенной сделки, являются взаимосвязанными, имеют соответствующие ссылки, подписаны сторонами, содержат все необходимые сведения о наименовании товара, его количестве и стоимости.

Описание товара в указанных документах соответствует воле сторон и позволяет идентифицировать товар, а сведения в данных документах позволяют с достоверностью установить цену применительно к количественно определенным характеристикам товара, условиям поставки и оплаты. Исполнение обязательств по контракту сторонами осуществлено в соответствии с условиями контракта.

Делая указанный вывод, суд отмечает, что сведения о товаре, отраженные в экспортной декларации, соответствуют представленным товаросопроводительным документам, что позволяет идентифицировать рассматриваемую поставку с представленными коммерческими документами и экспортной декларацией.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что документы, представленные декларантом в таможенный орган, содержат достоверные и достаточные сведения, подтверждающие заявленную декларантом таможенную стоимость вывезенного товара. Следовательно, оснований сомневаться в условиях поставки товара и в особенностях, составляющих его стоимость, у таможенного органа не было.

Между тем по результатам таможенного контроля таможня пришла к выводу о недостоверности заявленной таможенной стоимости товара №1 по мотиву значительного отклонения заявленной таможенной стоимости товаров, разночтений в сведениях о весе товара, коде пункта пропуска в экспортной и таможенной декларации, непредоставления прайс-листа изготовителя товара.

Отклоняя указанные доводы таможни, суд исходит из следующего.

В силу пункта 9 статьи 38 ТК ЕАЭС определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров.

Согласно правовой позиции пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 №49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановление Пленума ВС РФ №49), принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

При оценке выполнения декларантом требований пункта 10 статьи 38 Кодекса следует принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара (пункт 9 Постановления Пленума ВС РФ №49).

Анализ имеющихся в материалах дела коммерческих документов показывает, что неотъемлемой частью контракта №1-2023 от 27.04.2023 являются инвойсы, в которых согласуются наименование товара, его количество, условия поставки и оплаты, а также цена на продукцию.

Применительно к рассматриваемому спору такие существенные условия сделки были указаны в инвойсе №24MH421155 от 22.08.2024, согласно которому в адрес декларанта на условиях FOB Ningbo подлежал поставке товар на общую сумму 44414,37 долл. США.

Таким образом, предоставление указанного документа наряду с контрактом является достаточным основанием считать достигнутым соглашение сторон по условиям поставки, его ассортименту, количеству и стоимости товарной партии.

В свою очередь в подтверждение оплаты указанной партии товара обществом на этапе таможенного контроля было представлено заявление на перевод №14 от 23.08.2024 на сумму 339098,87 юаней или 44414,37 долл. США.

При этом указанный платеж был произведен декларантом в адрес иностранного продавца в счет оплаты товарной партии, согласованной в рамках исполнения внешнеторгового контракта №1-2023 и на основании инвойса №24MH421155 от 22.08.2024, что нашло отражение в соответствующем платежном документе (графы 59, 70).

Принимая во внимание, что сопоставимость данных коммерческих и платежных документов является очевидной, суд не усматривает оснований считать невозможной идентификацию данного платежа со спорной поставкой.

Довод таможни об осуществлении данного платежа в пользу третьих лиц судом не принимаются, как документально не подтвержденные и вступающие в противоречие с содержанием заявления на перевод, согласно которому платеж осуществлен в пользу контрагента и против инвойса, которым была согласована спорная поставка товаров.

При этом валютная операция по перечислению денежных средств в указанном размере зафиксирована в строке 35 раздела II «Сведения о платежах» ведомости банковского контроля, а сведения о товарной партии, заявленной в ДТ №10702070/200824/3278207 - в строке 31 раздела III «Сведения о подтверждающих документах» этой же ведомости.

С учетом изложенного следует признать, что спорный платеж имеет прямое отношение к поставке товаров по ДТ №10702070/200824/3278207, и что возможность его идентификации с товарами, заявленными в указанной декларации, следует из совокупности коммерческих и банковских документов, представленных таможенному органу.

Указание таможенного органа на наличие в ведомости банковского контроля положительного итогового сальдо, что свидетельствует о задолженности декларанта перед своим инопартнером, названных выводов суда не отменяет, поскольку по состоянию на 27.08.2024 обществом была произведена оплата не только спорной поставки, но и последующих отгрузок, что нашло отражение в ведомости банковского контроля.

В этой связи отсутствуют основания считать, что отраженная в указанной ведомости банковского контроля задолженность по оплате импортированных товаров распространяется и на спорную поставку, фактически оплаченную в полном объеме.

При таких обстоятельствах документальное подтверждение заявленной стоимости товаров подтверждается соответствующими коммерческими и платежными документами по спорной поставке, имевшимися в распоряжении таможни на дату принятия оспариваемого решения.

Делая указанный вывод, суд учитывает, что в ходе контрольных мероприятий декларантом была представлена экспортная декларация, содержание которой позволяет установить, что в адрес заявителя экспортируется товар, наименование, количество и стоимость которого полностью соответствуют представленным коммерческим документам, что позволяет идентифицировать рассматриваемую поставку с экспортной декларацией и, как следствие, подтверждает соглашение сторон по условиям поставки.

Оценивая позицию таможни относительно невозможности рассматривать представленную экспортную декларацию в качестве документа, подтверждающего заявленную таможенную стоимость, суд учитывает следующее.

Из буквального прочтения имеющейся в материалах дела экспортной декларации №294220240000059863 усматривается, что указанный документ оформлен по факту вывоза из КНР товаров в количестве 26482,2 кг/26126,78 кг (вес брутто/нетто) и общей стоимостью 44414,37 долл. США, что полностью соотносится со сведениями о товаре, его весе и стоимости, указанными в коммерческих документах и заявленными в таможенной декларации.

При этом в данном документе имеется информация о реквизитах инвойса, коносамента FITM06190, номере контейнера FITU5545857, в котором был перемещен спорный товар, а также о названии транспортного средства (судна) FESCO DIOMID/HK662N.

Указанные сведения полностью соотносятся со сведениями о товаре, его количестве и стоимости, и прочих сведениях указанными в коммерческих документах и заявленными в таможенной декларации.

Таким образом, данный документ позволяет идентифицировать рассматриваемую поставку с представленными коммерческими документами, а также свидетельствует о представлении документального подтверждения заявленной таможенной стоимости и о том, что информация о цене сделки соотносится с характеристиками ввезенного товара.

То обстоятельство, что в экспортной декларации графа "код пункта пропуска" указан код "330310", в соответствии с "Классификатором пунктов пропуска Китая", утверждаемым Главным таможенным управлением КНР, данный код соответствует пункту пропуска Zhoushan Jintang Container Dock, в то время как в предоставленных коносаменте № MM06190 от 07.08.2024 порт погрузки NINGBO, названных выводов суда не отменяет, учитывая, что данный документ имеет дату его подачи и регистрационный номер, зашифрованный штрих-код и QR-кодом.

Соответственно выявленные таможенным органом отдельные недостатки в заполнении экспортной декларации не могли послужить безусловным доказательством недостоверности заявленной таможенной стоимости, которая определяется по коммерческим документам, неправильность которых не нашла подтверждение материалами дела.

В части вывода таможенного органа об адресном характере представленного обществом прайс-листа продавца (изготовителя) товаров, содержащего номенклатуру товаров по спорному инвойсу, суд отмечает, что под прайс-листом понимается документ, содержащий сведения о цене предложения реализуемых товаров, оказываемых услуг, производимых работ на определенную дату (определенный период). При этом указанная в нем информация по выбору лица, реализующего товар, может быть и публичной, и адресованной к конкретному контрагенту с учетом фактически сложившихся правоотношений последнего с продавцом товара.

В спорной ситуации, как подтверждается материалами дела, прайс-лист (коммерческое предложение) продавца, являющегося также изготовителем части товаров, отражает уровень отпускных цен на спорный товар, согласующийся со стоимостью товаров, заявленных в ДТ №10702070/200824/3278207, и отражающей стоимость отдельных товаров от производителя - компании «NINGBO MH INDUSTRY CO., LTD».

Соответственно оформление указанного коммерческого предложения на ассортимент товаров в рамках спорной поставки, вопреки выводам таможни, не является признаком недостоверности заявленной таможенной стоимости товаров, а указывает на субъективную оценку данного документа таможней при отсутствии доказательств его неактуальности для других покупателей.

Делая указанный вывод, суд принимает во внимание переписку с продавцом по вопросам согласования цены товаров в рамках спорной отгрузки и несколько вариантов прайс-листов от иностранного продавца, предоставленных обществом в ходе судебного разбирательства, оценка которых не противоречит разъяснениям пункта 14 Постановления Пленума ВС РФ №49.

Как следует из оспариваемого решения, по итогам сравнительного анализа выявлены расхождения между заявленными сведениями о величине таможенной стоимости товаров, отклонение по товару № 1 (код ТН ВЭД ЕАЭС 5407613000), составило до 26.35 % по ФТС России.

Соответственно выявленные отклонения в заявленной таможенной стоимости указанных товаров по сравнению со стоимостью идентичных, однородных товаров по сведениям таможенного органа могли послужить основанием для направления декларанту в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС запроса о предоставлении дополнительных документов и сведений в подтверждение заявленной таможенной стоимости товаров.

Между тем данные отклонения были объяснены декларантом путем представления дополнительных документов, включая документы об оплате спорной поставки, экспортную декларацию и прайс-лист, что свидетельствует о представлении документального подтверждения заявленной таможенной стоимости и о принятии мер по исполнению запроса таможенного органа.

При этом наличие каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта №1-2023 от 27.04.2023, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможней не доказано, равно как не представлены доказательства невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, указанные в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Учитывая изложенное, суд считает, что декларант предпринял достаточные меры для устранения сомнений таможни в достоверности заявленной таможенной стоимости.

Таким образом, принимая во внимание, что результаты таможенного контроля определения таможенной стоимости по спорной декларации не подтверждают доводы таможни о несоблюдении декларантом положений настоящего Кодекса при определении таможенной стоимости товара, тогда как представленные обществом документы и сведения указывают на определение таможенной стоимости на основании достоверной, количественно определенной и документально подтвержденной информации, суд приходит к выводу о необоснованности оспариваемого решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10702070/200824/3278207.

В этой связи следует признать, что недоказанность таможенным органом оснований для отказа в применении первого метода определения таможенной стоимости по указанным товарам свидетельствует о противоречии оспариваемого решения закону и о нарушении этим решением прав и законных интересов декларанта.

При изложенных обстоятельствах решение таможни от 21.09.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные декларации на товары, после выпуска товаров, заявленным в ДТ №10702070/200824/3278207, является незаконным.

Арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие), в том числе государственных органов не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными (часть 2 статьи 201 АПК РФ).

Как следует из пункта 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, понуждение органа, осуществляющего публичные полномочия, принять решение или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, не относится к исковым требованиям, а является способом устранения нарушенного права.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном АПК РФ, самостоятельно определив способы их судебной защиты соответствующих статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется заявителем и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или реальной защите законного интереса.

Избранный заявителем способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

При этом суд вправе самостоятельно определять способ восстановления нарушенного права заявителя.

Исходя из пункта 33 Постановления Пленума ВС РФ № 49, в случае признания судом незаконным решения таможенного органа, принятого по результатам таможенного контроля и влияющего на исчисление таможенных платежей, либо отказа (бездействия) таможенного органа во внесении изменений в декларацию на товар и (или) в возврате таможенных платежей в целях полного восстановления прав плательщика на таможенный орган в судебном акте возлагается обязанность по возврату из бюджета излишне уплаченных и взысканных платежей.

Принимая во внимание указанные выше положения Постановления Пленума ВС РФ № 49, суд обязывает таможню возвратить обществу таможенные платежи, излишне уплаченные (взысканные) по декларации на товары № 10702070/200824/3278207, окончательный размер которых таможне определить на стадии исполнения судебного акта.

Рассмотрев ходатайство заявителя о распределении судебных расходов на оплату услуг представителя, суд считает его подлежащим удовлетворению в силу следующего.

В соответствии с требованиями статьи 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В силу статьи 106 АПК РФ расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся к судебным издержкам.

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны в соответствии с частью 2 статьи 110 АПК РФ.

Из анализа данной нормы права следует, что право на возмещение судебных расходов возникает при условии фактического несения стороной затрат, в пользу которого был принят судебный акт.

Согласно пункту 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее - Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1), лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В силу разъяснений, указанных в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1, суд, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ).

Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Согласно пунктам 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

В обоснование понесенных расходов заявителем (заказчик) представлены: договор от 04.10.2024 на оказание юридических услуг, заключенный Заявителем с ИП ФИО1 (исполнитель), счет на оплату №39 от 08.10.2024, платежное поручение №3027 от 09.10.2024.

Согласно пункту 1.1 договора от 08.10.2024 исполнитель обязуется оказать заказчику услуги, указанные в п. 1.1 договора, с надлежащим качеством и в строгом соответствии с законодательством РФ.

Согласно счету на оплату от 08.10.2025 №39 услуги оказаны в полном объеме и оплачены доверителем на сумму 30000 рублей платежным поручением №3027 от 09.10.2024.

Таким образом, суд исходит из документального подтверждения заявленных ко взысканию судебных расходов. Факт оказания юридических услуг по договору подтверждается материалами дела. Следовательно, у общества возникло право на возмещение фактически понесенных судебных расходов по оплате услуг представителя.

Исходя из изложенного, учитывая правовой характер настоящего спора, сложившийся уровень цен на услуги юридических компаний по делам данной категории, оценив объем трудозатрат и количество времени, затраченного на оказание юридической помощи, оценивая степень участия представителя ООО «Маркет Плюс» в рассмотрении дела, суд полагает необходимым удовлетворить ходатайство о возмещении судебных расходов на оплату услуг представителя в заявленном обществом размере – 30000 рублей.

Расходы заявителя по уплате государственной пошлины в размере 50000 руб. на основании статьи 110 АПК РФ относятся на таможенный орган с учетом результатов рассмотрения спора.

            Руководствуясь статьями 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Признать незаконными решение Владивостокской таможни от 21.09.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10702070/200824/3278207, как несоответствующие Таможенному кодексу Евразийского экономического союза. 

Обязать Владивостокскую таможню произвести возврат обществу с ограниченной ответственностью «Маркет Плюс» излишне уплаченные таможенные платежи по ДТ №10702070/200824/3278207, окончательный размер которых определить на стадии исполнения решения суда.

Взыскать с Владивостокской таможни в пользу общества с ограниченной ответственностью «Маркет Плюс» судебные расходы в общей сумме 80000 (восемьдесят тысяч) рублей, в том числе, по оплате государственной пошлины в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей, по оплате услуг представителя в сумме 30000 (тридцать тысяч) рублей

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.

Судья                                                                                                                                    Кирильченко М.С.