Решение от 16 января 2025 г. по делу № А51-7828/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А51-7828/2024
г. Владивосток
17 января 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 14 января 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 17 января 2025 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Жестилевской О.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Бизякиным Н.М.,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «СИНОП» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к Владивостокской таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>) о признании незаконным решения №1 от 23.03.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10702070/050124/3003819,

при участии в заседании посредством системы вебконференц-связи:

от заявителя: ФИО1, доверенность от 20.09.2024, диплом, паспорт;

от ответчика: ФИО2, доверенность № 62 от 21.05.2024, диплом, паспорт,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «СИНОП» (далее – заявитель, общество) обратилось в суд с заявлением к Владивостокской таможне (далее – ответчик, таможенный орган) о признании незаконным решения № 1 от 23.03.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10702070/050124/3003819.

Представитель общества указал, что у таможни отсутствовали основания для непринятия первого метода определения таможенной стоимости и вынесения оспариваемого решения, поскольку заявитель представил все имеющиеся у него и необходимые для подтверждения заявленной таможенной стоимости документы, в полном объеме выполнив обязанность по подтверждению таможенной стоимости, определенной по первому методу.

Представитель таможни по тексту письменного отзыва, представленному в материалы дела, а также в судебном заседании по заявленным требованиям возразил, указал, что заявленная декларантом таможенная стоимость значительно отличалась от ценовой информации, имеющейся в таможне, что является признаком её недостоверности; предоставленные обществом документы не подтверждают правильность выбранного метода определения таможенной стоимости, а заявленные сведения о таможенной стоимости не основаны на достоверных и документально подтвержденных сведениях, в связи с чем, таможенный орган обоснованно пришел к выводу о невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Судом при рассмотрении дела установлено, что в соответствии с договором уступки от 30.10.2018 № 11/2018 «Цедент» (ООО «Пилат») передает «Цессионарию» (ООО «СИНОП») в полном объеме права требования по Контракту от 14.03.2014 № 50/2014, заключенного между Компанией SHENZHEN XINYI INDUSTRIAL COMPANY LIMITED (Китай) и ООО «Пилат» (Россия). На основании перевода долга от 20.04.2022 № 4/2022 «Первоначальный должник» (SHENZHEN XINYI INDUSTRIAL COMPANY LIMITED) переводит на «Нового должника» (YIWU YOUDA IMPORT AND EXPORT CO., LTD) основной долг, а также права и обязанности по Контракту перед ООО «СИНОП».

ООО «СИНОП» в рамках внешнеторгового контракта от 14.03.2014 № 50/2014 на территорию Таможенного Союза ввезён товар на условиях FCA NINGBO по ДТ № 10702070/050124/3003819.

Заявленная в ДТ таможенная стоимость определена декларантом на основе стоимости сделки с ввозимыми товарами (1 метод).

06.01.2024 в связи с выявлением признаков, указывающих на то, что сведения о таможенной стоимости товаров должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, ВТП ЦЭД у декларанта запрошены документы и сведения в подтверждение заявленных сведений о таможенной стоимости товаров, ответ на запрос поступил в установленные сроки.

18.03.2024 в адрес декларанта направлен дополнительный запрос, ответ на который поступил в таможенный орган с соблюдением сроков.

23.03.2024 на основании имеющихся в распоряжении таможенного органа документов и сведений по результатам проведенной проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров, ВТП ЦЭД принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ № 10702070/050124/3003819.

Не согласившись с названными решением таможни от 23.03.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, считая, что все необходимые документы были представлены таможне и данное решение повлекло возложение на декларанта необоснованного и излишнего финансового бремени в виде дополнительно начисленных таможенных платежей, заявитель обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, суд пришел к выводу об удовлетворении заявленных требований.

Рассматривая спор по существу, суд установил, что в силу статьи 198, части 4 статьи 200 АПК РФ для признания ненормативного акта государственного органа недействительным, его действий (бездействия) незаконными суду необходимо одновременно установить как несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, так и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

В соответствии с пунктом 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного кодекса.

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС установлено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 указанного кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза могут быть произведены дополнительные начисления;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 данной статьи.

В случае, если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 (метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами) не применяется (пункт 2 статьи 39 ТК ЕАЭС).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров). При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Согласно пункту 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в случае, если документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 данной статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения, либо если таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений ТК ЕАЭС и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

Запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений. Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств (пункт 5 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 15 статьи 325 ТК ЕАЭС, если представленные в соответствии с указанной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенный орган до истечения срока, установленного 2 абзацем пункта 14 статьи 325 ТК ЕАЭС, вправе запросить дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах. Такие дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, должны быть представлены не позднее 10 календарных дней со дня регистрации таможенным органом запроса

Пунктом 17 статьи 325 ТК ЕАЭС установлено, что при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с данной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений ТК ЕАЭС, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 ТК ЕАЭС.

Согласно пункту 3 статьи 112 ТК ЕАЭС после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, производится в случаях, предусмотренных данным Кодексом и (или) определяемых Комиссией, по решению таможенного органа либо с разрешения таможенного органа. Форма решения таможенного органа о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров определяется Комиссией. Сроки и порядок совершения таможенных операций, связанных с изменением (дополнением) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, после выпуска товаров определяются Комиссией.

Выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС (пункт 9 Постановления Пленума ВС РФ № 49 от 26.11.2019 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза».

В силу пункта 13 Пленума № 49 не предоставление декларантом документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, если у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

Исследовав документы сделки, суд пришёл к выводу о том, что представленные обществом документы являются сопоставимыми и относимыми между собой, признаков недостоверности либо недействительности документов суд не установил; наименование товара, его стоимость и объём товарной партии, условия оплаты товара и его поставки сторонами согласованы в полном объёме; пояснения об оплате товара, документы об условиях поставки и пояснения по ним представлены таможне в полном объёме.

Из материалов дела следует, что при декларировании товара обществом для подтверждения сведений, заявленных в ДТ №10702070/050124/3003819, а также в ходе дополнительной проверки были представлены документы: внешнеторговый контракт №50/2014 от 14.03.2014, приложение № 15-1 от 12.05.2021 к Контракту, приложение № 13 от 28.04.2021 к Контракту, спецификация № 1008-23 от 13.11.2023, инвойс № 1008-23 от 13.11.2023, упаковочный лист № 1008-23 от 13.11.2023, заявление на перевод № 13 от 12.05.2021, ведомость банковского контроля и пр.

Согласно предмету внешнеторгового контракта от №50/2014 от 14.03.2014 поставщик продает, а заказчик оплачивает и принимает продукцию (далее по тексту «товар» или «продукция»), наименование, цена и количество которой определяются в спецификациях, которые являются неотъемлемой частью контракта, на условиях FOB – Китай, FCA – Иу, CPT – Забайкальск (ИНКОТЕРМС 2000) – по согласованию и далее по тексту контракта. Товар подлежит ввозу на территорию Российской Федерации.

Валюта контракта устанавливается в долларах США и определяется на условиях поставки, указанных в пункте 1.1 настоящего контракта (п. 2.1 Контракта).

На каждую поставляемую партию товара составляется спецификация, в которой указывается конкретный ассортимент, количество и цена партии товара, условия оплаты (п. 1.1 Контракта).

Согласно спецификации № 1008-23 от 13.11.2023 на общую сумму 45 843,14 долларов США поставке подлежали товары в согласованном наименовании, количестве, по ценам, на условиях поставки FCA Ningbo.

Инопартнером выставлен инвойс № 1008-23 от 13.11.2023 на сумму в размере 45 843,14 долларов США.

Условия оплаты сторонами определены в виде авансового платежа (п.3.4 Контракта, условия Спецификаций).

Приложением № 23-1 от 13.11.2023 к контракту №50/2014 от 14.03.2014 стороны пришли к соглашению о зачёте уплаченной по заявлению на перевод № 13 от 12.05.2021 по контракту в счет оплаты за товар по инвойсу № 1008-23 от 13.11.2023.

Факт оплаты товара подтвержден заявлением на перевод №13 от 12.05.2021, письмом №348 от 12.12.2023, приложением №23-1 от 13.11.2023 к контракту №50/2014 от 14.03.2014.

Из совокупности представленных документов следует, что указанная Обществом в графе 22 стоимость товаров совпадает с ценой, указанной в коммерческих документах, и, как следствие, с ценой, подлежащей уплате продавцу, согласно формулировке пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Оплата на счет инопартнера также подтверждается ведомостью банковского контроля, представленной обществом.

Так, в частности, осуществленный авансовый платеж по Контракту с ожидаемым сроком поставки до 08.11.2026 отражен в строке №23 раздела II ВБК («сведения о платежах»). Строка №97 раздела III ВБК («сведения о подтверждающих документах») содержит информацию о поставленном товаре по ДТ на сумму 45 843,14 долларов США.

Раздел 5 ВБК «Итоговые данные расчетов по контракту» свидетельствует о том, что спорная поставка учтена в общей сумме всех оплат по контракту.

На основании чего суд делает вывод о том, что стоимость партии товаров, согласованная в коммерческих документах, корреспондирует в полном объёме со сведениями, заявленными в ДТ в отношении ввезенных по ним товаров.

Вопреки доводу таможни пунктом 3.3 Контракта предусмотрено, что расчеты за поставленную продукцию осуществляются платежными поручениями по указанным в Контракте банковским реквизитам Поставщика, либо его контрагентов при подписании сторонами дополнительного соглашения к настоящему Контракту.

Согласно представленному приложению от 28.04.2021 № 13 к контракту №50/2014 от 14.03.2014 получателями денежных средств могут являться третьи лица, такие как компания «Goleader (Hong Kong) International Ltd».

В графе «Бенефициар» представленного заявления на перевод получателем денежных средств значится вышеуказанная компания.

Согласно условиям Контракта, применимым правом является право Российской Федерации. Возможность оплаты по договору в пользу третьего лица предусмотрена статьей 313 Гражданского кодекса РФ. Как изложено выше, между сторонами контракта заключено приложение 28.04.2021 № 13 к контракту №50/2014 от 14.03.2014, которое предусматривает возможность перечисления денежных средств в пользу третьих лиц.

Исходя из положений пункта 3 статьи 39 ТК ЕАЭС, ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. Платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Аналогичное положение приведено в п. 5.1 Решения Коллегии Евразийской экономической комиссии от 20.12.2012 № 283 (ред. от 27.03.2018) «О применении метода определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1): «Ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платеж может быть произведен не только посредством перевода денежных средств, но и путем расчетов по аккредитиву или расчетов с использованием финансовых инструментов (акция, облигация, чек, простой или переводной вексель, ордер, варрант, сертификат и др.). При заключении сделок взаимосвязанными лицами расчеты между продавцом и покупателем могут осуществляться без фактического перечисления денежных средств и отражаться только в бухгалтерских документах.

Таким образом, все представленные обществом документы об оплате свидетельствуют об исполнении продавцом по упомянутому внешнеэкономическому контракту от 14.03.2014 № 50/2014 принятых обязательств и отсутствии каких-либо замечаний по их исполнению со стороны общества.

В ответ на запрос таможни декларантом предоставлена экспортная декларация страны отправления товаров от 13.11.2023 № 292120230000815838.

Таможенный орган выявил следующие недостатки:

- в экспортной декларации от 13.11.2023 № 292120230000815838 графа «дата экспорта» не заполнена;

- значение «вес брутто/нетто» указано с разделением тысячных разрядов через знак «.» (24645.00/23589.40), тогда как в представленных китайской таможенной службой экземплярах экспортных деклараций (ранее полученных в ответ на международные запросы), указание данного знака не предусмотрено.

Отклоняя указанные доводы таможни относительно экспортной декларации, суд исходит из следующего.

Экспортная декларация является одним из документов, отражающим цену товара при его таможенном оформлении в стране вывоза, и в отличие от коммерческих документов (инвойс, спецификация, коммерческое предложение) оформляется не только от имени продавца, который находится в прямой коммерческой зависимости от покупателя и его интересов, но и государственными органами страны отправления.

В этой связи следует признать, что сведения, содержащиеся в экспортной декларации, являются значимыми для осуществления контроля таможенной стоимости ввозимых товаров, как отражающие результаты контроля государственных органов страны вывоза. Кроме того, сведения, содержащиеся в экспортной декларации страны вывоза, представляются в таможенный орган страны отправления продавцом товара, у которого отсутствует заинтересованность в предоставлении таможенному органу страны отправления сведений, отличных от сведений, содержащихся в коммерческих документах по сделке.

Пунктами 25 и 26 «Порядка», регулирующие формат заполнения полей «Вес брутто» и «Вес нетто» декларации, не предусматривает разделение тысячных разрядов как через знак «.», так и через иные знаки.

Согласно последнему абзацу Порядка заполнения экспортной ДТ знаки пунктуации (о), запятые (,), дефисы (-), двоеточия (:) и другие знаки и цифры пунктуации, описанные в данном документе, должны использоваться в некитайских символах.

Вместе с тем, тот факт, что в экспортной декларации значение графы «вес брутто/нетто» указано с разделением тысячных рядов никак не свидетельствует о невозможности использования сведений, указанных в представленной экспортной декларации, не может свидетельствовать о недостоверности представленного документа, поскольку использование знаков пунктуации при заполнении экспортной ДТ в КНР не противоречит установленному порядку, а данное упущение имеет признаки недостатка оформления экспортной декларации.

Таможня также сослалась на то, что в представленной экспортной декларации в графе «условия поставки» экспортной ДТ указано «(3) FCA», что противоречит разъяснениям Представительства ФТС России в Китае относительно порядка заполнения китайских декларации, согласно которым «Классификатор типов сделок» содержит следующие типы сделок:

- CIF (код -1), C&F; (код - 2), FOB (код - 3), C&I; (код - 4), рыночная цена (код - 4), цена со склада (код - 6), EXW (код - 7), что позволило таможне прийти к выводу о том, что представленная к таможенному оформлению экспортная декларация не может рассматриваться в качестве документа, подтверждающего заявленную таможенную стоимость.

Вместе с тем, поскольку данная графа экспортной декларации КНР заполняется на основе фактических условий осуществляемой сделки, а такой вид типов сделок, как FCA, в указанном классификаторе отсутствует, декларант не может нести ответственность за сведения, отраженные в данной графе документа, оформленного в стране вывоза.

Указанный порядок заполнения также подтверждается разъяснениями Продавца, изложенными в письме от 15.04.2024.

В соответствии с абзацем 2 пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 №49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса.

Кроме того, экспортная декларация не включена в перечень обязательных документов для подтверждения таможенной стоимости товаров по первому методу. Положениями Контракта не предусмотрена обязанность Продавца предоставлять экспортную декларацию. Вместе с тем Общество получило от Продавца и представило вместе с пакетом документов предоставленную Продавцом экспортную декларацию.

Судом отклоняется как необоснованный довод таможни о том, что представленный декларантом прайс-листы полностью копирует номенклатуру ввезенных товаров, задекларированных в рассматриваемой ДТ, и цены, указанные в инвойсе.

Суд принимает во внимание, что прайс-лист для ввозимых товаров является дополнительным документом, который может быть запрошен в ходе дополнительной проверки.

Суд учитывает, что под прайс-листом понимается документ, содержащий сведения о цене предложения реализуемых товаров, оказываемых услуг, производимых работ на определенную дату или определенный период.

Соответственно указанная в прайс-листе информация по выбору лица, реализующего товар, может быть и публичной, и адресованной к конкретному контрагенту с учетом фактически сложившихся правоотношений последнего с продавцом товара.

Сведения, указанные в прайс-листе изготовителя товаров, не содержат каких-либо определенных гражданско-правовых обязательств и не являются обязательными для гражданского оборота, в связи с чем не могут повлиять на достоверность цены сделки.

Вопрос ценообразования относится к хозяйственной деятельности продавца (изготовителя) товара и к структуре таможенной стоимости отношения не имеет.

Информация прайс-листа может являться лишь справочной либо проверочной величиной в совокупности с иными коммерческими документами, но не основным коммерческим документом, свидетельствующим об условиях конкретной сделки, ни тем более основанием для корректировки таможенной стоимости.

Вывод таможни по тексту оспариваемого решения относительно расхождения веса (в ДТ по товару № 2 был заявлен вес брутто/нетто - 20168/19594,8 кг, фактический вес товара № 2 - составил 20227,6/20102,69 кг; по количеству товара № 2 в ДТ было заявлено 4732,2 м, по результатам досмотра количество ткани составило 4732 м) отклоняется судом, поскольку стоимость спорного товара формировалась за количество штук, а не за фактический вес в кг.

Аналогичным образом судом признается несостоятельным довод таможни о том, что количество товара № 2 ткани составляет 84154.2 пог.м (рулон 1 -27975 пог. м, рулон 2 - 4735.2 пог. м, рулон 3 - 51444 пог. м), что не соответствует сведениям, заявленным в графе 31 ДТ 84154 пог. м (рулон 1 -27975 пог. м, рулон 2 - 4735 пог. м, рулон 3 - 51444 пог. м).

В соответствии с письмом Продавца от 15.04.2024 погрешность в измерении ткани может составлять до +/- 1 метра. В связи с чем данный довод таможенного органа отклоняется судом, кроме того он не влияет на оценку судом обстоятельств представления обществом достаточных доказательств обоснованности заявленной при ввозе товаров таможенной стоимости.

Суд полагает, что в рассматриваемом случае декларант надлежащим образом воспользовался возможностью подтвердить заявленную им таможенную стоимость товара и представил имеющиеся у него дополнительные документы по запросам таможни, а также предпринял активные, самостоятельные, достаточные и разумные действия, направленные на сбор и представление таможенному органу дополнительно запрошенных документов, в том числе получение недостающих документов у третьих лиц, которые декларант представил таможенному органу в пределах уставленного им срока для предоставления дополнительных документов.

При таких обстоятельствах, вопреки доводам таможенного органа следует признать, что все существенные условия сделки были согласованы сторонами во внешнеэкономическом контракте, на основании которого продавец поставил в адрес декларанта товар, а последний его принял и фактически оплатил на условиях предварительной оплаты; документы заявителя выражают содержание и условия заключенной сделки, являются взаимосвязанными, имеют соответствующие ссылки, подписаны сторонами, содержат все необходимые сведения о наименовании товара, его количестве и стоимости; описание товара в указанных документах соответствует воле сторон и позволяет идентифицировать товар, а сведения в данных документах позволяют с достоверностью установить цену применительно к количественно определенным характеристикам товара, условиям поставки и оплаты.

Факт перемещения товаров, указанных в ДТ, и реального осуществления сделки между участниками внешнеторгового контракта на определенных условиях подтвержден материалами дела. Доказательств недостоверности представленных обществом документов либо заявленных в них сведений таможенным органом не представлено.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 8 Постановления Пленума ВС РФ № 49 от 26.11.2019 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза», принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований Кодекса и Соглашения судам следует исходить из презумпции достоверности представленной информации, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

Рассматривая споры, связанные с результатами таможенного контроля таможенной стоимости, начатого до выпуска товаров, включая споры о возврате таможенных платежей в связи с несогласием плательщика с результатами таможенного контроля, судам следует учитывать, что исходя из взаимосвязанных положений статей 313, 325 ТК ЕАЭС вывод о неподтвержденности заявленной таможенной стоимости формулируется таможенным органом в соответствии с тем объемом документов, сведений и пояснений, которые были им собраны и даны (раскрыты) декларантом на данной стадии таможенного контроля.

Между тем, в рамках настоящего дела таможенный орган в нарушение части 5 статьи 200, части 1 статьи 65 АПК РФ не доказал, что лицо, декларирующее таможенную стоимость ввозимых товаров, не подтвердило соответствие заявленных им сведений действительности и не представило в таможенный орган количественно определяемую и документально подтвержденную информацию о структуре таможенной стоимости и её величине.

В этой связи суд полагает, что выводы таможенного органа о невозможности применения первого метода определения таможенной стоимости в отношении спорного товара не нашли подтверждение материалами дела.

Соответственно, в рассматриваемой ситуации у таможни не имелось препятствий для принятия заявленной декларантом таможенной стоимости товара, ввезенного по спорной ДТ, а также оснований считать указанную таможенную стоимость, определенную по первому (основному) методу, документально неподтвержденной.

В решении № 1 от 23.03.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, таможней также указано, что заявленная таможенная стоимость существенно отклоняется от цен в зоне деятельности ДВТУ и ФТС России в целом и отличается от средней стоимости товаров того же класса/вида.

Между тем, само по себе отклонение согласованной сторонами по спорной поставке цены товарной партии от уровня цен в стране вывоза или на территории РФ не свидетельствует о её недостоверности либо о недействительной представленных документов и не может являться основанием для её корректировки, поскольку не названо законом в качестве такового.

Согласно пункту 10 Постановления Пленума ВС РФ № 49 от 26.11.2019 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

В этом смысле различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий. Между тем, такое отклонение было объяснено декларантом путём представления таможенному органу вышеуказанных документов и пояснений.

В силу части 2 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

При изложенных обстоятельствах требование о признании незаконным решения Владивостокской таможни от 23.03.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, подлежит удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, самостоятельно определив способы их судебной защиты соответствующих статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется заявителем и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или реальной защите законного интереса. Избранный заявителем способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

Как следует из пункта 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, в резолютивной части решения по делу об оспаривании действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, об отказе в совершении действий, в принятии решений должно содержаться указание на признание оспариваемых действий (бездействия) незаконными и обязанность соответствующих органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц совершить определенные действия, принять решения или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя в установленный судом срок либо на отказ в удовлетворении требования заявителя полностью или в части.

Такое понуждение органа, осуществляющего публичные полномочия, принять решение или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, не относится к исковым требованиям, а является способом устранения нарушенного права. При этом суд вправе самостоятельно определять способ восстановления нарушенного права заявителя.

Исходя из пункта 33 Постановления Пленума ВС РФ № 49 от 26.11.2019 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза», в случае признания судом незаконным решения таможенного органа, принятого по результатам таможенного контроля и влияющего на исчисление таможенных платежей, либо отказа (бездействия) таможенного органа во внесении изменений в декларацию на товар и (или) в возврате таможенных платежей в целях полного восстановления прав плательщика на таможенный орган в судебном акте возлагается обязанность по возврату из бюджета излишне уплаченных и взысканных платежей (пункт 3 части 4 и пункт 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, пункт 1 части 3 статьи 227 КАС РФ).

Возврат сумм излишне уплаченных (взысканных) платежей во исполнение решения суда производится таможенным органом в порядке, установленном таможенным законодательством, при этом отдельного обращения плательщика с заявлением о возврате соответствующих сумм в этом случае не требуется.

Принимая во внимание указанные выше положения Постановления Пленума ВС РФ № 49 от 26.11.2019, суд обязывает таможню возвратить обществу излишне взысканные таможенные платежи по спорной ДТ, окончательный размер которых подлежит определению таможенным органом на стадии исполнения судебного решения.

Расходы заявителя по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. на основании статьи 110 АПК РФ относятся на таможенный орган с учетом результатов рассмотрения спора.

Руководствуясь статьями 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

р е ш и л:

Признать незаконным решение Владивостокской таможни №1 от 23.03.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10702070/050124/3003819, после выпуска товаров как не соответствующее Таможенному кодексу Евразийского экономического союза.

Обязать Владивостокскую таможню возвратить обществу с ограниченной ответственностью «СИНОП» сумму излишне уплаченных (взысканных) таможенных платежей по декларации на товары №10702070/050124/3003819, окончательный размер которых определить на стадии исполнения решения суда.

Взыскать с Владивостокской таможни в пользу общества с ограниченной ответственностью «СИНОП» 3 000 (три тысячи) рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины по заявлению.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения в суде апелляционной инстанции.

Судья Жестилевская О.А