Постановление от 30 июля 2024 г. по делу № А19-15819/2019

ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД улица Ленина, дом 145, Чита, 672007, http://4aas.arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А19-15819/2019
г. Чита
30 июля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 24 июля 2024 года Полный текст постановления изготовлен 30 июля 2024 года

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Н. А. Корзовой, судей Н. В. Жегаловой, Н. И. Кайдаш, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания А. Н. Норбоевым,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 09 апреля 2024 года по делу № А19-15819/2019 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Центр Систем Безопасности» о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

по делу по заявлению ФИО2 о признании общества с ограниченной ответственностью «Центр Систем Безопасности» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес местонахождения: 664044, <...> д. 21А-86) несостоятельным (банкротом) как ликвидируемого должника.

В судебное заседание 24.07.2024 в Четвертый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает

возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле.

Судом установлены следующие обстоятельства.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 31.10.2019 (резолютивная часть оглашена 28.10.2019) общество с ограниченной ответственностью «Центр Систем Безопасности» (далее - ООО «Центр Систем Безопасности», должник, ООО «ЦСБ») признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура банкротства - конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждена ФИО3.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 20.01.2023 (резолютивная часть оглашена 16.01.2023) ФИО3 отстранена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Центр Систем Безопасности».

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 24.03.2023 (резолютивная часть оглашена 20.03.2023) конкурсным управляющим ООО «Центр Систем Безопасности» утвержден арбитражный управляющий ФИО4.

В рамках рассмотрения дела, 14.05.2021 в Арбитражный суд Иркутской области поступило заявление ООО «Центр Систем Безопасности» в лице конкурсного управляющего ФИО3, уточнённое в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ, о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица - ФИО1 и взыскании с него в пользу ООО «Центр Систем Безопасности» денежных средств в размере требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов, и требований кредиторов по текущим платежам, оставшимся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

ФНС России поддержала заявление, заявила о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности ООО «Центр Систем Безопасности» на основании статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закона о банкротстве).

Определением Арбитражным судом Иркутской области от 11.11.2022 (резолютивная часть от 27.10.2022) заявление ООО «Центр Систем Безопасности» удовлетворено, с ФИО1 в порядке субсидиарной ответственности в

конкурсную массу ООО «Центр Систем Безопасности» взыскано 52 983 267 руб. 97 коп.

Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 02.03.2023 определение Арбитражного суда Иркутской области от 11.11.2022 по делу А19-15819/2019 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 15.06.2023 определение Арбитражного суда Иркутской области от 11.11.2022 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 02.03.2023 по делу А19-15819/2019 отменены. Обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Иркутской области.

Отменяя судебные акты, суд кассационной инстанции, подтверждая выводы судов первой и апелляционной инстанций о доказанности неправомерности действий контролирующего должника лица - ФИО1 при исполнении публично-правовой обязанности по уплате обязательных платежей, указал на необходимость верно определить вид ответственности с применением надлежащих норм права (о субсидиарной ответственности либо об убытках) в их редакции на дату совершения вменяемых в вину ответчику действий, с учетом этого установить даты начала и окончания течения срока исковой давности, после чего, сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

В рамках нового рассмотрения спора в суде первой инстанции, 29.01.2024 от конкурсного управляющего ФИО4 поступило ходатайство об уточнении заявленных требований, в котором конкурсный управляющий просил взыскать с ФИО1 в пользу ООО «Центр систем безопасности» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности денежные средства в размере 42 729 557 руб. 14 коп.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 09 апреля 2024 года заявление удовлетворено частично, взыскано с ФИО1 в порядке субсидиарной ответственности в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Центр Систем Безопасности» 25 000 000 руб. В остальной части заявления отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО1 обжаловал его в апелляционном порядке. Заявитель в апелляционной жалобе выражает несогласие с определением суда первой инстанции, указывая, что

само по себе наличие признаков подозрительности у сделок, на которые ссылается конкурсный управляющий, не является основанием и не образует всю совокупность обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности. По сути, заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности, основано на наличии признаков подозрительности у сделок по перечислению денежных средств ФИО1, ФИО5, ФИО6 и ФИО7, но признак существенности вреда отсутствует. Принимая во внимание масштаб деятельности должника, в том числе: сумму поступивших на счета денежных средств в период с 2016 г. по 2019 г., количество заключенных контрактов и договоров, географическое расположение объектов, по которым велась работа, сумма, на которую ссылается конкурсный управляющий, не причинила существенный вред имущественным правам кредиторов.

Изложенное в равной мере применимо и к сделкам, на которые ссылается уполномоченный орган, а именно - к сделкам, заключенным с ООО «Европейская торговая компания», ООО «Техснаб», ООО «Транском», ООО «Исток» и ООО «Гарант», которые, по мнению уполномоченного органа, являются фиктивными. Общая сумма денежных средств по этим сделкам за период с 2016 г. по 2019 г. составляет 5 753 500 руб.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, ФИО1 не признает ни факт совершения подозрительных сделок, ни причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Причинно-следственная связь между действиями лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, и невозможностью погашения требований кредиторов, также отсутствует. Все действия ФИО1 в должности руководителя ООО «ЦСБ» соответствовали стандартам управленческой практики, являлись разумными с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах. Отсутствует причинно-следственная связь между действиями лица, в отношении которого подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, и банкротством должника. Банкротство ООО «ЦСБ» было вызвано не виновными действиями (бездействием) лица, в отношении которого подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, а объективными факторами, которые были присущи специфике деятельности ООО «ЦСБ».

Невозможность погашения требований кредиторов не связана с обстоятельствами (сделками), на которые ссылается конкурсный управляющий.

При этом необходимо обратить внимание на то, что сведения об ООО «ЦСБ» в реестр недобросовестных поставщиков были включены не в связи с делом о банкротстве.

Относительно довода о заключении фиктивных сделок, установленных в ходе налоговой проверки, ответчик отмечает, что тот факт, что указанные в приговоре организации осуществляли незаконную деятельность, не свидетельствует о том, что вся деятельность этих организаций с абсолютно всеми контрагентами являлась незаконной.

С учетом указанных обстоятельств, ответчик просит определение отменить, отказать в удовлетворении требования.

ФНС России в отзыве на апелляционную жалобу считает обжалуемый судебный акт законным и обоснованным, апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В обоснование заявления, конкурный управляющий ООО «Центр Систем Безопасности» указал, что в результате проведенной выездной налоговой проверки (акт налоговой проверки от 16.10.2019 № 12-26/10) в рамках анализа движения денежных средств по расчетным счетам, сведений, отраженных в справках по форме 2-НДФЛ, расчета страховых взносах, уполномоченным органом были установлены факты, свидетельствующие о выводе денежных средств ответчику и взаимозависимым физическим лицам – членам семьи бывшего руководителя должника - ФИО1 под видом выплаты заработной платы, выдачи займов, выплаты дивидендов на общую сумму 22 513 000 руб., из них:

1) ФИО1 за период с 03.02.2016 по 16.07.2019, ООО «Центр Систем Безопасности» произведены выплаты в общей сумме 17 409 889 руб.:

- заработная плата в сумме 8 282 864 руб. (при этом согласно представленным в налоговый орган расчётам по форме 2-НДФЛ за 2016-2018,

расчётам по страховым взносам за 6 месяцев 2019 года сумма, подлежащая выплате зарплаты ФИО1, составила 555 538 руб.);

- выплата дивидендов за 2017 год - 1 541 641 руб. (однако в представленных ООО «Центр Систем Безопасности» справках по форме 2-НДФЛ выплата ФИО1 дивидендов отсутствует, НДФЛ с данных сумм не уплачен);

- командировочные расходы - 1 662 000 руб.; - выдача сумм в подотчёт - 3 616 200 руб.;

- выдача займов - 2 307 184 руб. (при этом возврат ФИО1 обществу займов по расчётному счёту последнего отсутствует).

2) ФИО6 (сестре ФИО1) за период с 12.08.2016 по 27.09.2018, ООО «Центр Систем Безопасности» выданы займы на общую сумму 1 224 154 руб. (при этом возврат ФИО6 обществу займов по расчётному счёту последнего отсутствует).

3) ФИО7 (жене ФИО1) за период с 23.12.2016 по 16.05.2019, ООО «Центр Систем Безопасности» произведены следующие выплаты в общей сумме 3 183 020 руб.:

- заработная плата - 2 483 020 руб. (при этом согласно представленным в налоговый орган расчётам по форме 2-НДФЛ за 2017-2018 годы, расчётам по страховым взносам за 6 месяцев 2019 года сумма, подлежащая выплате зарплаты ФИО7, составила 382 226 руб.).

- выдача займов - 700 000 руб. (при этом возврат ФИО7 обществу займов по расчётному счёту последнего отсутствует).

4) ФИО5 (матери ФИО1) за период с 12.05.2017 по 16.05.2019, ООО «Центр Систем Безопасности» произведены следующие выплаты в общей сумме 695 527 руб.:

- заработная плата - 476 827 руб. (при этом согласно представленным в налоговый орган расчёту по форме 2-НДФЛ за 2018 год, расчёту по страховым взносам за 6 месяцев 2019 года сумма, подлежащая выплате зарплаты ФИО5, составила 121 600 руб.),

- выдача займов - 218 700 руб. (при этом возврат ФИО5 обществу займов по расчётному счёту последнего отсутствует).

Конкурсным управляющим сделан вывод, что спорные сделки по отчуждению имущества причинили вред имущественным интересам кредиторов,

поскольку были направлены на уменьшение размера имущества должника, они привели или могли привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Учитывая аффилированность работников должника по отношению к должнику, другая сторона сделки при отчуждении спорного имущества знала об ущемлении интересов кредиторов должника, а также о признаках неплатежеспособности и недостаточности имущества должника.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника выразившегося в причинении существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В этой связи, конкурсный управляющий посчитал, что в результате совершенных ФИО1 сделок по выводу активов ООО «Центр Систем Безопасности» имущественным правам кредиторов был причинен существенный вред, и имеются основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 и подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Кроме того, решением о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 01.12.2020 № 12-32/43, вынесенным по результатам выездной налоговой проверки (акт налоговой проверки от 16.10.2019 № 12-26/10) установлено, что контролирующим должника лицом ФИО1 подписывались документы, и в налоговый орган направлялись налоговые декларации с заявленными вычетами по проблемным контрагентам, нереальность взаимоотношения с которыми доказана в ходе выездной налоговой проверки, в связи с чем, налоговый орган пришел к выводу, что действия ФИО1 носят умышленный и согласованный характер с участниками спорных сделок, направленный на получение необоснованной налоговой экономии.

По результатам выездной налоговой проверки ООО «Центр Систем Безопасности» привлечено к налоговой ответственности за совершение налогового

правонарушения в размере 13 957 497 руб. – основного долга, 4 183 358 руб. 82 коп. – пени, 585 516 руб. – штрафов.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 03.08.2020 по делу № А19-15819/2019 в реестр требований кредиторов должника включены требования уполномоченного органа в размере 22 347 498 руб. 15 коп., в том числе: 13 977 071 руб. 28 коп. – основного долга, 4 149 798 руб. 67 коп. – пени, 4 220 628 руб. 20 коп. - штрафов в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Центр Систем Безопасности».

Указанная задолженность была сформирована по результатам налоговой проверки в отношении ООО «Центр Систем Безопасности» (решение налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 01.12.2020 № 12-32/43).

По мнению конкурсного управляющего, процентное соотношение размера основного долга, установленного на основании решения налогового органа о привлечении ООО «Центр Систем Безопасности» к ответственности за совершение налогового правонарушения от 01.12.2020 № 12-32/43, превышает 50 % от общего размера требований кредиторов третьей очереди и составляет 52 % от общего числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов.

Согласно пункту 3 части 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Поскольку, процентное соотношение размера основного долга, установленного на основании решения налогового органа о привлечении ООО «Центр Систем Безопасности» к ответственности за совершение налогового правонарушения от 01.12.2020 № 12-32/43 превышает 50 %, конкурсный управляющий посчитал, что имеются основания для привлечения ФИО1 к

субсидиарной ответственности также и на основании пункта 1, подпункта 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Определением Арбитражным судом Иркутской области от 11.11.2022 (резолютивная часть от 27.10.2022) заявление ООО «Центр Систем Безопасности» удовлетворено, с ФИО1 в порядке субсидиарной ответственности в конкурсную массу ООО «Центр Систем Безопасности» взыскано 52 983 267 руб. 97 коп.

Привлекая ФИО1 к субсидиарной ответственности, арбитражный суд руководствовался положениями статей 10, 61.10, 61.11 Закона о банкротстве, разъяснениями, приведенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53), и исходил из совершения ответчиком сделок, направленных на вывод имущества должника в пользу заинтересованных лиц, что повлекло причинение существенного вреда кредиторам ООО «Центр СБ».

Отклоняя доводы ФИО1 о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности, арбитражный суд указал, что в рассматриваемом случае применению подлежит трехлетний срок исковой давности, предусмотренный Законом о банкротстве в редакции Федерального закона 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», который заявителем не пропущен.

Как отмечено выше, суд кассационной инстанции указал, что вменяемые ответчику обстоятельства, в связи с наличием которых предъявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности, имели место в период 2015 – 2019 годов, в связи с чем к ним подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве (в редакциях Закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, от 28.12.2016 № 488-ФЗ) и статья 61.11 (в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ), соответственно необходимо исследовать вопрос об обращении конкурсного управляющего в пределах годичного субъективного срока исковой давности в отношении оснований привлечения к субсидиарной ответственности, имевших место в период действия статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ).

Также суд кассационной инстанции указал о необходимости определения вида ответственности с применением надлежащих норм права (о субсидиарной ответственности либо об убытках) в их редакции на дату совершения вменяемых в вину ответчику действий, с учетом этого установить даты начала и окончания течения срока исковой давности.

С учетом выводов, изложенных в постановлении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 15.06.2023 по делу А19-15819/2019, арбитражным судом первой инстанции при новом рассмотрении заявления установлены следующие обстоятельства.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «Центр Систем Безопасности» зарегистрировано в качестве юридического лица 22.01.2013 Межрайоной ИФНС России № 17 по Иркутской области, о чем в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись за основным государственным регистрационным номером <***>.

ФИО1 исполнял функции руководителя ООО «Центр Систем Безопасности» в период с 22.01.2013 (дата государственной регистрации должника при создании) по 15.07.2019, а также ликвидатора ООО «Центр Систем Безопасности» с 15.07.2019 по 28.10.2019. Кроме того, ФИО1 являлся учредителем должника в период с 22.01.2013 по настоящее время с долей участия в уставном капитале 100%.

Таким образом, ФИО1 являлся контролирующим должника лицом применительно к статье 61.10 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника, в случае если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Пунктами 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлены аналогичные основания и презумпции для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Как отмечено выше, в обоснование заявления о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим ООО «Центр Систем Безопасности» и ФНС России указано на принятие Межрайонной ИФНС № 16 по Иркутской области решения от 01.12.2020 № 12-32/43 о привлечении ООО «Центр Систем Безопасности» к ответственности за совершение налогового правонарушения, а также на перечисление со счетов должника в период 2016-2019 гг. денежных средств взаимозависимым физическим лицам – членам семьи бывшего руководителя должника - ФИО1 под видом выплаты заработной платы, выдачи займов, выплаты дивидендов на общую сумму 22 513 000 руб..

Из решения налогового органа от 01.12.2020 № 12-32/43 следует, что налоговым органом проводилась выездная проверка деятельности должника в период с 01.01.2015 по 31.12.2017.

Как установлено судом, решением Межрайонной ИФНС России № 16 по Иркутской области от 01.12.2020 № № 12-32/43 ООО «Центр Систем Безопасности» привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения, обществу доначислен к уплате НДС в сумме 6 270 969 руб., в том числе за 2015 год - 1 852 947 руб., 2016 год - 3 202 922 руб., 2017 год - 1 215 100 руб., а также налог на прибыль организаций в сумме 7 280 741 руб., в том числе за 2015 год - 1 849 673 руб., за 2016 год - 3 276 151 руб., 2017 год - 2 154 917 руб.

Решением Межрайонной ИФНС России № 16 по Иркутской области от 01.12.2020 № 12-32/43 установлено, что ООО «Центр Систем Безопасности» использовало организации (ООО «Европейская торговая компания» ИНН <***>, ООО «Техснаб» ИНН <***>, ООО «Транском» ИНН <***>, ООО «Исток» ИНН <***>, ООО «Гарант» ИНН <***>) для создания фиктивных расходов и получения вычетов по НДС без соответствующего выполнения работ, путем представления только необходимых первичных документов, подтверждающих совершение операций.

В протоколе допроса свидетеля от 17.05.2019 № 12-20/77, содержащегося в материалах выездной налоговой проверки, ФИО1 дал пояснение, что документы по финансово-хозяйственной деятельности ООО «Центр СБ» имел

право подписывать только он, распоряжаться денежными средствами имел право также только ФИО1 Решение о необходимости заключения договоров с ООО «Европейская торговая компания», ООО «Техснаб», ООО «Транском», ООО «Исток», ООО «Гарант» было принято ФИО1

Поскольку доказательств, опровергающих выводы, изложенные в решении Межрайонной ИФНС России № 16 по Иркутской области от 01.12.2020 № 12-32/43, ФИО1 не представлено, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости удовлетворения заявленных требований.

Доводы ФИО1 о том, в состав денежных средств, перечисленных в 2016-2019 гг. со счета ООО «Центр Систем Безопасности» на счета ФИО1, ФИО6, ФИО7, ФИО5 входила, в том числе заработная плата, командировочные расходы и подотчетные суммы, что свидетельствовало об обоснованности их перечисления, судом первой инстанции отклонены, поскольку ответчиком не представлены какие-либо доказательства обоснованности перечисления денежных средств, как и не представлены доказательства передачи указанных документов конкурсному управляющему.

Судом первой инстанции учтено, что конкурсным управляющим ФИО3 в представленном в материалы дела заключении о наличии признаков фиктивного или преднамеренного банкротства были сделаны выводы, что спорные сделки по отчуждению имущества причинили вред имущественным интересам кредиторов, поскольку были направлены на уменьшение размера имущества должника, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Выполняя указания суда кассационной инстанции, суд первой инстанции при новом рассмотрении, исследовав вопрос об обращении конкурсного управляющего в пределах годичного субъективного срока исковой давности в отношении оснований привлечения к субсидиарной ответственности, имевших место в период действия статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), пришел к выводу о том, что в рамках настоящего заявления применению подлежит годичный субъективный срок исковой давности, который на дату обращения конкурсного управляющего в суд с настоящим заявлением в отношении действий ФИО1, совершенных до 27.06.2017, истек.

При этом, размер перечислений в период с 28.06.2017 по 16.07.2019 составил 19 948 136 руб. 68 коп. (22 513 000 руб. + 1 972 000 руб. + 460 000 руб. - 4 996 863 руб. 32 коп.)

В результате совершенных ФИО8 действий по выводу со счетов ООО «Центр Систем Безопасности» денежных средств произведено уменьшение имущества должника на сумму 19 948 136 руб. 68 коп., что составляет 58% об общей стоимости активов ООО «Центр Систем Безопасности».

Определив, что размер субсидиарной ответственности ФИО1 составляет сумму 47 138 733 руб. 54 коп. - 4 409 176 руб. 40 коп. = 42 729 557 руб. 14 коп., но приняв во внимание реальный ущерб, понесенный ООО «Центр Систем Безопасности» в результате действий ФИО1, а также то обстоятельство, что в рассматриваемый период времени ООО «Центр Систем Безопасности» находилось в кризисной ситуации, суд первой инстанции счел возможным уменьшить размер субсидиарной ответственности до 25 000 000 руб. и присудил ко взысканию указанную сумму.

Апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции и полагает необходимым отметить следующее.

Федеральным законом № 266-ФЗ от 29.07.2017 «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) ст. 10 Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127- ФЗ (далее - Закона о банкротстве), ранее регулирующая вопросы привлечения к субсидиарной ответственности, признана утратившей силу, а Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве». В соответствии с вышеуказанным Законом рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего закона).

При этом, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 137 от 27.04.2010 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73- ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (Закон № 73-ФЗ), разъяснено, что положения статьи 10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в редакции Закона № 73-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ (Закон № 73-ФЗ вступил в силу с 05.06.2009).

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ, то применению подлежат положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 73-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Учитывая вышеизложенное, нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц были определены законодателем в разное время следующими положениями:

статья 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ действует по отношению к нарушениям, совершенным в период с 05.06.2009 по 29.06.2013;

статья 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-Ф3 действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017;

глава III.2 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017.

Поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в арбитражный суд после 1 июля 2017 года, то рассмотрение данного заявления производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ от 29.07.2017.

Вместе с тем, исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)) и с учетом необходимости определения условий привлечения к субсидиарной ответственности на основании закона, действующего в момент совершения

действия (бездействия), в отношении оснований привлечения к субсидиарной ответственности, подлежат применению положения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26.10.2002 в редакции, действовавшей в момент совершения оспариваемых действий.

Следовательно, порядок рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности регламентируется положениями Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26.10.2002 в редакции от 29.07.2017 № 266-ФЗ, но, как верно отметил суд первой инстанции, выполняя указания суда кассационной инстанции, в настоящем деле подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве (в редакциях Законов от 28.06.2013 № 134-ФЗ, от 28.12.2016 № 488-ФЗ) и статья 61.11 (в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ), соответственно необходимо исследовать вопрос об обращении конкурсного управляющего в пределах годичного субъективного срока исковой давности в отношении оснований привлечения к субсидиарной ответственности, имевших место в период действия статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ).

Исследовав вопрос об обращении конкурсного управляющего в пределах годичного субъективного срока исковой давности в отношении оснований привлечения к субсидиарной ответственности, имевших место в период действия статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), суд первой инстанции правильно определил, что норма абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности:

- однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ);

- трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом. Предполагается, что в пределах объективного срока, отсчитываемого от даты признания должника банкротом, выполняются мероприятия конкурсного производства, включающие в себя, в том числе выявление сведений об основаниях для предъявления к контролирующим лицам иска о привлечении к субсидиарной ответственности.

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со

дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 4 статьи 10 названного Закона, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника несостоятельным (банкротом). В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Как верно отметил суд первой инстанции, выполняя указания суда кассационной инстанции, указанный в абзаце 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве срок является специальным сроком исковой давности (пункт 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации), который в любом случае не может превышать трех лет со дня признания должника банкротом.

Поскольку в рамках настоящего заявления применению подлежит срок исковой давности, установленный Законом о банкротстве в редакции Закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, верными являются суждения суда первой инстанции о том, что годичный субъективный срок исковой давности, который на дату обращения конкурсного управляющего в суд с настоящим заявлением в отношении действий ФИО1, совершенных до 27.06.2017, истек.

В силу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии факта причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В силу пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи также в случае, если:

1) невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или заявление уполномоченного органа о признании должника банкротом возвращено;

2) должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

В случаях применения такого института, как субсидиарная ответственность, предусмотренного статьей 61.11 Закона о банкротстве, необходимо учитывать его правовую природу, поскольку она имеет не публично, а частноправовой характер, являясь мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов и восстановлении их имущественного положения (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П и от 16.11.2021 N 49-П).

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

Таким образом, при рассмотрении соответствующих споров судам необходимо исходить из того, что требование о привлечении к субсидиарной ответственности направлено именно на компенсацию последствий негативных действий контролирующих лиц по доведению должника до банкротства и является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. Такой иск направлен на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом кредитору (уполномоченному органу), а генеральным правовым основанием данного иска выступают положения статьи 1064 Гражданского кодекса.

В настоящем деле доводы ФНС России фактически сведены к тому, что ответчиком совершен ряд недобросовестных действий, выразившихся в выводе из состава активов общества денежных средств по несуществующим хозяйственным отношениям, которые были необходимы для неправомерного заявления налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость с целью получения необоснованной налоговой выгоды, что повлекло доначисление налога для уплаты в бюджет.

Так, в ходе выездной налоговой проверки установлены недобросовестные действия ответчика как руководителя должника. Документы налогоплательщика оформлены вне связи с реальным осуществлением деятельности, ответчиком создан формальный документооборот с целью получения необоснованной налоговой выгоды.

Убытки причинены не самим фактом доначисления налогов по результатам налоговой проверки, а действиями по сокрытию реальной выручки и занижению налогооблагаемого дохода, увеличению расходов вследствие придания видимости реальности хозяйственных отношений с контрагентами, вывод в их пользу реальных денежных средств по несуществующим сделкам, совершенными ответчиком как руководителем должника, что и послужило основанием для неправомерного уменьшения налогооблагаемой базы и получения необоснованной налоговой выгоды.

При этом налоговый орган произвел исчисление налогов так, как это должен был сделать сам должник при добросовестном ведении хозяйственной деятельности.

Решением Межрайонной ИФНС России № 16 по Иркутской области от 01.12.2020 № 12-32/43 установлено, что ООО «Центр Систем Безопасности» использовало организации (ООО «Европейская торговая компания» - ИНН <***>, ООО «Техснаб» - ИНН <***>, ООО «Транском» - ИНН <***>, ООО «Исток» - ИНН <***>, ООО «Гарант» - ИНН <***>) для создания фиктивных расходов и получения вычетов по НДС без соответствующего выполнения работ, путем представления только необходимых первичных документов, подтверждающих совершение операций.

Фактически операции по сделкам с ООО «Европейская торговая компания» - ИНН <***>, ООО «Техснаб» - ИНН <***>, ООО «Транском» - ИНН <***>, ООО «Исток» - ИНН <***>, ООО «Гарант» - ИНН <***>

не выполнялись, представленные документы содержат недостоверные сведения, проанализированные сделки являются фиктивными.

В результате проведенной проверки установлено, что указанные организации не имели возможности выполнения заявленных налогоплательщиком хозяйственных операций (отсутствуют собственные и привлеченные основные, транспортные средства, оборудования и механизмы; недостаточно собственных трудовых ресурсов, сторонние трудовые ресурсы не привлекаются; согласно протоколам допросов сотрудников ООО «Центр СБ» данные организации никому не знакомы).

Кроме того, налоговым органом установлено, что организации ООО «Исток» - ИНН <***>, ООО «Гарант» - ИНН <***> созданы с целью использования реквизитов указанных обществ и расчетных счетов для последующего обналичивания денежных средств. Согласно приговору от 31.08.2018 в отношении ФИО9 и его группы, создавшей площадку для обналичивания денежных средств через подставные организации, в том числе ООО «Исток» и ООО «Гарант» следует, что денежные средства перечислялись на счета индивидуальных предпринимателей, затем на карты этих же индивидуальных предпринимателей, но уже как физических лиц, и снимались наличными в банкоматах. После чего, за вычетом процента за обналичивание, денежные средства возвращались наличными заказчикам. Никакой официальной деятельности организации не вели.

В протоколе допроса свидетеля от 17.05.2019 № 12-20/77, содержащегося в материалах выездной налоговой проверки, ФИО1 дал пояснение, что документы по финансово-хозяйственной деятельности ООО «Центр СБ» имел право подписывать только он, распоряжаться денежными средствами имел право также только ФИО1 Решение о необходимости заключения договоров с ООО «Европейская торговая компания», ООО «Техснаб», ООО «Транском», ООО «Исток», ООО «Гарант» было принято ФИО1

Согласно протоколу допроса от 17.04.2019 № 12-20/58 ФИО10 (технический директор ООО «Центр СБ» в проверяемом периоде) подтверждает, что право подписи документов по финансово-хозяйственной деятельности ООО «Центр СБ» имел только ФИО1 ФИО11 искал ФИО1 и рассчитывался с ними он же. Подбором, договорами с субподрядными организациями занимался директор ФИО1

Исходя из вышеизложенного при фактическом осуществлении руководства организации ООО «Центр Систем Безопасности» ФИО1, как генеральный директор общества принимал решения о выборе контрагентов, подписывал первичные документы, принимал иные управленческие решения, и не мог не знать, что спорные контрагенты, с которыми он формально заключал договоры, фактические действия по их исполнению не осуществляли.

В пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, разъяснено, что материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

Таким образом, вопреки утверждениям заявителя апелляционной жалобы, имеющееся в деле решение налогового органа о привлечении общества к ответственности за совершение налоговых правонарушений является доказательством неправомерных действий ответчика по ненадлежащему исполнению публично-правовых обязанностей в виде необоснованного перечисления денежных средств в пользу контрагентов и наступления в связи с этим для общества неблагоприятных последствий.

Доказательств, опровергающих выводы, изложенные в решении Межрайонной ИФНС России № 16 по Иркутской области от 01.12.2020 № 12-32/43, ФИО1 не представлено, о чем правильно указал суд первой инстанции.

Определением суда от 03.08.2020 в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Центр Систем Безопасности» включено требование Федеральной налоговой службы Российской Федерации в размере 22 347 498 руб. 15 коп., в том числе: 13 977 071 руб. 28 коп. – основного долга, 4 149 798 руб. 67 коп. – пени, 4 220 628 руб. 20 коп. – штрафов.

Указанное требование в части основного долга на сумму 13 551 710 руб. основано на решении Межрайонной ИФНС № 16 по Иркутской области от 01.12.2020 № 12-32/43 о привлечении ООО «Центр Систем Безопасности» к ответственности за совершение налогового правонарушения.

При этом, общий размер требований кредиторов второй и третьей очереди реестра (в части основного долга), согласно представленному конкурсным управляющим реестре требований кредиторов должника по состоянию на 26.03.2024, составляет сумму 39 163 621 руб. 78 коп.

Следовательно, требование Федеральной налоговой службы по основному долгу, возникшее на основании решении Межрайонной ИФНС России № 16 по Иркутской области от 01.12.2020 № 12-32/43 о привлечении ООО «Центр Систем Безопасности» к ответственности за совершение налогового правонарушения составляет более 34% от общего размера требований кредиторов должника второй и третьей очереди реестра, из чего обоснованно исходил суд первой инстанции.

Кроме того, как указано выше, выездной налоговой проверкой установлен факт вывода со счетов ООО «Центр Систем Безопасности» денежных средств взаимозависимым физическим лицам с ФИО1 и ему лично под видом выплаты заработной платы, выдачи займов, выплаты дивидендов, в том числе:

на общую сумму 17 409 889 руб. ФИО1 за период с 03.02.2016 по 16.07.2019; ФИО6 (сестре ФИО1) за период с 12.08.2016 по 27.09.2018 выданы займы на общую сумму 1 224 154 руб. (при этом возврат ФИО6 обществу займов по расчётному счёту последнего отсутствует); ФИО7 (жене ФИО1) за период с 23.12.2016 по 16.05.2019 произведены выплаты в сумме 3 183 020 руб.; ФИО5 (матери ФИО1) за период с 12.05.2017 по 16.05.2019 выплачено 695 527 руб.

В ходе анализа движения денежных средств по расчётным счетам ООО «Центр Систем Безопасности» налоговым органом было установлено снятие наличных денежных средств в банкоматах по банковским картам в 2017 году – 1 972 000 руб., а в 2018 году - 460 000 руб.

Факт перечисления денежных средств ФИО1, ФИО6, ФИО7, ФИО5 в 2016-2019 гг. также подтверждается представленными в материалы заявления выписками по расчетному счету должника.

Как верно отметил суд первой инстанции, выдача руководителем себе и близким родственникам заработной платы, в условиях неотражения данного факта в представляемой в налоговый орган отчётности, а также выдача займов, свидетельствуют о выводе (сокрытии) ООО «Центр СБ» денежных средств,

которые могли бы быть направлены на погашение недоимки ООО «Центр СБ», установленной по результатам проведённой выездной налоговой проверки.

Доводы ФИО1 о том, в состав денежных средств, перечисленных в 2016-2019 гг. со счета ООО «Центр Систем Безопасности» на счета ФИО1, ФИО6, ФИО7, ФИО5 входила, в том числе заработная плата, командировочные расходы и подотчетные суммы, что свидетельствовало об обоснованности их перечисления, судом первой инстанции обоснованно отклонены ввиду отсутствия доказательств обратного.

При этом суд первой инстанции правильно учел, что в представленном в материалы дела заключении о наличии признаков фиктивного или преднамеренного банкротства были сделаны выводы, что спорные сделки по отчуждению имущества причинили вред имущественным интересам кредиторов, поскольку были направлены на уменьшение размера имущества должника, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Поскольку суд первой инстанции обоснованно указал, что годичный субъективный срок исковой давности в отношении действий ФИО1, совершенных до 27.06.2017, истек, им верно учтено, что в указанный период перечисления в адрес указанных взаимозависимых физических лиц составили 4 996 863 руб. 32 коп. в том числе:

- в 2016 году в период с 03.02.2016 по 28.12.2016 в адрес ФИО1, ФИО7, ФИО6 перечислено в общей сумме 3 705 974 руб. 92 коп.;

- в 2017 году в период с 09.01.2017 до 27.06.2017 в адрес ФИО1, ФИО7, ФИО6 перечислено в общей сумме 1 290 888 руб. 40 коп.

При этом, размер перечислений в остальной период с 28.06.2017 по 16.07.2019 составил 19 948 136 руб. 68 коп. (22 513 000 руб. + 1 972 000 руб. + 460 000 руб. - 4 996 863 руб. 32 коп.)

В соответствии с данными бухгалтерского баланса ООО «Центр Систем Безопасности» на 31.12.2018 активы должника составляли 34 510 000 руб., тогда как ФИО8 совершены действия по выводу со счетов ООО «Центр Систем Безопасности» денежных средств взаимозависимым физическим лицам, вследствие чего произведено уменьшение имущества должника на сумму 19 948 136 руб. 68

коп., что составляет 58% об общей стоимости активов ООО «Центр Систем Безопасности».

В этой связи, учитывая размер активов должника на дату введения процедуры банкротства, а также объем выведенных денежных средств, суд первой инстанции обоснованно счел, что в результате совершения указанных выше сделок причинен существенный вред кредиторам ООО «Центр Систем Безопасности».

Возмещение убытков является универсальным способом защиты нарушенных гражданских прав и может применяться как в договорных, так и во внедоговорных отношениях независимо от того, предусмотрена ли законом такая возможность применительно к конкретной ситуации или нет.

Заявитель по настоящему требованию должен доказать:

- факт совершения определенных незаконных действий (бездействия) ответчика;

- неправомерность действий (бездействия); - факт наступления убытков; - размер понесенных убытков; - вину ответчика в причинении убытков;

- причинно-следственную связь между виновными неправомерными действиями (бездействием) и причинением убытков в заявленном размере.

Удовлетворение иска возможно при наличии совокупности перечисленных выше условий ответственности, для отказа в иске достаточно отсутствия в действиях ответчика одного из перечисленных выше условий (кроме размера убытков).

Апелляционный суд полагает, что заявителем по спору доказано наличие в действиях ответчика всей совокупности обстоятельств, позволяющих привлечь ответчика к деликтной ответственности в виде взыскания убытков, так как совокупностью представленных в материалы дела доказательств подтверждены:

факт совершения ответчиком определенных незаконных действий, указанных выше; вина ответчика в причинении убытков и причинно-следственная связь между виновными неправомерными действиями (бездействием) и причинением убытков в заявленном размере.

Указания суда кассационной инстанции судом первой инстанции выполнены в полном объеме.

В Постановлении Конституционного Суда РФ от 30.10.2023 N 50-П "По делу о проверке конституционности пунктов 9 и 11 статьи 61.11 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в связи с жалобой гражданки ФИО12" (далее – Постановление № 50-П) приведена правовая позиция о том, что пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве в системе действующего правового регулирования не предполагает взыскания с контролирующих должника лиц суммы штрафов за налоговые правонарушения, наложенных на организацию-налогоплательщика.

Следовательно, в составе заявленной ко взысканию с ответчика суммы не должны быть учтены штрафы за налоговые правонарушения, которые подлежат исключению из состава убытков, учитывая Постановление № 50-П.

При определении размера субсидиарной ответственности судом учтено, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является дополнительной, размер которой не может превышать совокупный размер требований кредиторов.

В связи с чем, суд первой инстанции правильно указал, что при наличии одновременно нескольких, предусмотренных Законом о банкротстве оснований для привлечения контролирующего должника лица к ответственности, окончательный размер ответственности определяется путем поглощения большей из взыскиваемых сумм меньшей.

При этом совокупный размер ответственности должен быть ограничен размером требований кредиторов.

Как следует из представленного конкурсным управляющим реестра требований кредиторов ООО «Центр Систем Безопасности», по состоянию на 26.03.2024 совокупный размер требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ООО «Центр Систем Безопасности», составляет 43 393 749 руб. 98 коп.

Требования кредиторов, учитываемые за реестром требований кредиторов должника, составляют 1 968 868 руб. 07 коп.

Размер текущих обязательств должника составляет 1 776 115 руб. 49 коп., что подтверждается представленным реестром текущих платежей по состоянию на 25.03.2024

Таким образом, по данным реестра требований кредиторов ООО «Центр Систем Безопасности» и реестра текущих платежей, общий размер непогашенных требований кредиторов должника составляет 47 138 733 руб. 54 коп.

Конкурсным управляющим ООО «Центр Систем Безопасности» не включены в состав размера субсидиарной ответственности штрафы за налоговые правонарушения в общем размере 4 409 176 руб. 40 коп. (4 220 628 руб. 20 коп. + 1 000 руб. + 1 000 руб. + 7 500 руб. – штрафы за налоговые правонарушения, включенные в размер требований третьей очереди, не обеспеченные залогом; 179 048 руб. 20 коп. – штрафы за налоговые правонарушения, включенные за реестром).

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции верно указал, что размер субсидиарной ответственности ФИО1 составляет сумму 47 138 733 руб. 54 коп. - 4 409 176 руб. 40 коп. = 42 729 557 руб. 14 коп. , с чем соглашается апе6лляицонный суд.

Положениями пункта 4 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26.10.2002 (в ранее действующей редакции), так и положением пункта 9 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26.10.2002 предусмотрено право суда уменьшить размер ответственности контролирующего должника лица.

Судом первой инстанции правильно установлено, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине контролирующего должника лица существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет контролирующего должника лица, привлеченного к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В этой связи, обоснованно приняв во внимание реальный ущерб, понесенный ООО «Центр Систем Безопасности» в результате действий ФИО1, а также то обстоятельство, что в рассматриваемый период времени ООО «Центр Систем Безопасности» находилось в кризисной ситуации, суд первой инстанции аргументированно уменьшил размер субсидиарной ответственности до 25 000 000 руб. убытков.

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем определение суда

первой инстанции подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных «Картотека арбитражных дел» по электронному адресу: www.kad.arbitr.ru.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 09 апреля 2024 года по делу № А19-15819/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья Н.А. Корзова

Судьи Н.В. Жегалова

Н.И. Кайдаш